Диана Зотова
Тотем 2

1 глава. Прошло 23 дня.

Несколько дней я не покидала своих покоев, предаваясь самоистязанию. На исходе третьих суток слёзы иссякли, но боль продолжала терзать и мучить меня. Всё было разрушено, сожжено, и даже то, что уже обратилось в прах, продолжало гореть. Беспрерывно вращалось колесо моих страданий. Возможно, боль утихнет, если я уничтожу скверну?

Однако мне пока не суждено было это узнать, ибо после нашей с ней встречи скверна исчезла. Война завершилась, и что теперь ожидать – неизвестно. Куда подевалась сама скверна и по какой причине? В моей груди кипела ненависть. Я жаждал отомстить ей так же, как она поступила с моими родителями и моим королевством, с людьми и тотемами.

Я получала сведения обо всех новостях от Джейн. Она посещала меня по несколько раз в день и следила за тем, чтобы я питалась. Я отказывалась от пищи и сильно похудела.

Джейн не могла оставаться безучастной, видя мои страдания и самобичевание. Она помогала мне прийти в себя. Ей удалось преодолеть эту боль быстрее. Она смогла жить дальше и хотела того же для меня.

Джейн страдала не меньше моего, но её поддерживал Саймон, хотя и был виновен в том, что утаил о нападении. Джейн простила его и себя. А я не смогла.

Деймон покинул королевство, отправившись на границы на следующий же день. Никто не мог объяснить, почему скверные оставили свои позиции и исчезли, и почему война внезапно закончилась. Однако все понимали, что они вернутся. Это было лишь временное затишье, и поэтому военные укрепляли границы и готовили молодых воинов.

Деймон и Саймон обучали их, искали следы исчезновения скверных и помогали укреплять наши военные силы. Саймон возвращался к Джейн каждые три дня, а Деймон нет.

Наша связь не была прервана. Я ощущала его эмоции и слышала в своей голове их беседы с Тайгером. Тотемы могли прерывать связь с нами, а мы с ними – нет. Поэтому Сибире было легко отстраниться от них, а я продолжала зависеть от Деймона. Чувствовать и слышать.

Деймон обратился ко мне однажды, и я в порыве эмоций ответила, что для меня его больше не существует. После этого Деймон больше не предпринимал попыток. В глубине души я уже простила его, прекрасно понимая, что он не мог ослушаться своего отца. Да и ради кого ослушаться? Ради меня?

Но осознание того, что я наслаждалась его обществом и любила его, пока моё королевство угасало, и что всё могло сложиться иначе, если бы он поделился со мной, не даёт мне покоя. Это не даёт мне спокойно спать, не позволяет забыть эту боль и перестать себя корить. Поэтому видеть и чувствовать его для меня мучительно. И я благодарна ему за то, что он не рядом.

Мои мысли возвращаются к нему, и я вспоминаю пепел, покрывающий землю Тримирии. Вспоминаю его поцелуи, и мне представляются плачущие дети Тримирии. Вспоминаю его ласковые прикосновения, и сердце моё сжимается от боли, ибо в моём воображении возникает ужасающая картина расправы над моими родителями. Вспоминаю наши стоны, и меня охватывает чувство вины за то, что я не смогла защитить своих близких. Я не смогу больше испытать эти чувства, не хочу… Я так виновата…

По прошествии нескольких дней я всё же покинула свои покои и занялась поисками ответа на единственный вопрос: как можно одолеть скверну? Ведь однажды это уже было сделано. Однако мне казалось, что в той, первой войне, оно также исчезло, чтобы вернуться вновь.

Со мной рука об руку исследовали древние книги, записи и мифы шаманы Дригут и Невс.

Невс рассказал мне о последних мгновениях жизни моих родителей. Он подтвердил, что мой отец желал, чтобы я пребывала в неведении, поскольку прекрасно осознавал, что я непременно примчусь на помощь, когда узнаю о случившемся. Ведь скверные вели на меня охоту, и мои родители стремились уберечь меня от опасности.

Мне не хотелось слушать, как умирает моё королевство, да и Невс не желал об этом вспоминать. Я рассказала ему о том, что у Деймона появились полосы на теле, которые теперь сияют светом моей силы. Оказывается, Деймон никому об этом не говорил, но по свечению его полос Тайгера все догадались, что мы обрели могущество. Мы полюбили друг друга, как и желали наши души, как и хотели наши боги.

Однако шаманы в один голос твердили о необходимости постигнуть смысл этих отметин на теле Деймона и немедля продолжить поиски способа искоренения скверны, пока ещё есть время, пока она где-то скрывается и выжидает, пока мы укрепляемся и готовимся. И я нашла ответ, который, возможно, поможет нам в этом…

Перун, владыка громов и молний, был не только воином, но и обладал невероятной физической силой. При нём была Додола – богиня, которая контролировала его мощь, направляла и усмиряла её. Можно сказать, что Додола была олицетворением всего могущества Перуна.

Посему Деймон должен обладать силой, равной моей, но превосходящей её. Однако никто не знает, на что именно способен Деймон. Даже сам он не ведает о своих возможностях.

Невс сказал, что по прибытии Деймона нам предстоит выйти на арену и попытаться познать, на что способен наследник, наделённый силой Перуна. Возможно, его сила окажется столь могущественной, что он станет тем, кто навсегда уничтожит бессмертную скверну.

Дни проходили в суете… Деймон всё не возвращался. Однако я не тревожилась о нём, потому что ощущала его чувства и знала, что он жив.

Я проводила время в библиотеках и храме, где вместе с шаманами обнаружила в себе новую силу. Я могу вызывать дождь и использовать свою силу так же, как и мой тотем. Оказалось, что мои способности – это и есть силы Сибиры.

Постепенно мои душевные страдания утихали. Я даже начала улыбаться, наблюдая за тем, как Джейн суетилась и нервничала из-за подготовки к свадьбе.

Семь дней назад она ворвалась в храм, распугав всех служителей шамана Дригута. Она кричала и визжала от радости, наполняя храм своими воплями. Казалось, даже боги с ума сошли от её воплей. Невс и Дригут лишь закатывали глаза, слушая, как Джейн радостно рассказывала о предстоящей свадьбе с Саймоном, которую распорядился устроить король Найт.

Я была рада этому решению. Королевству нужны были радость и счастье, и что, как не свадьба, могло способствовать этому? Король Найт души не чаял в этой паре и поэтому приказал начать подготовку.

Эти семь дней стали для меня настоящим испытанием, поскольку дел было невпроворот. Я провела время в обществе шаманов, изучая множество книг, наполненных мифами и легендами. Кроме того, я настолько глубоко погрузилась в изучение истории королевства Линара, что меня можно было даже в шаманы провозглашать.

И я была занята подготовкой к свадьбе Джейн, и эта черноволосая девица буквально не давала мне прохода. Мне приходилось присутствовать с ней на примерке платья, выбирать еду для свадебного стола и помогать с расстановкой столов и другими якобы важными делами. Я до сих пор не могу понять, как я согласилась на это, и даже не уверена, спрашивала ли меня Джейн о моём согласии.

Она являлась в храм или библиотеку и буквально вытаскивала меня оттуда чуть ли не за руку. Кричала, что для неё это событие чрезвычайной важности, и я проявляю эгоизм, не желая принимать в нём участия.

Я же, признаться, не могла понять, почему нельзя было просто заняться другими делами, которые способствовали бы искоренению скверных, и предоставить всё в руки слуг. Я вот свою свадьбу не организовывала, и она прошла, кажется, замечательно. Но Джейн, видимо, хотела всё держать под своим контролем, включая меня.

Поэтому я стою в гардеробной Джейн, держа в руках книгу, и в который раз помогаю ей выбрать свадебное платье. Это платье столь же прекрасно, как и предыдущие, но в нём моя сестра выглядит поистине величественно. Оно чёрного цвета, что соответствует традициям Линарцев. Жители Линары почитают своих тёмных тотемов и облачаются в тёмную одежду, и свадебное платье не стало исключением.

– Тиана! Ну хотя бы взгляни на меня и убери это старье из своих рук! – неожиданно крикнула Джейн, когда я переворачивала страницу. Я вздрогнула и, захлопнув книгу, посмотрела на неё.

– Ты прекрасна, как и в предыдущих платьях, – выдохнула я. Джейн, нахмурившись, кивнула портнихе, чтобы та оставила нас.

– Не будь занудой! Ты нужна мне! Я больше озабочена твоим вниманием, а не своей свадьбой! Когда ты в этот момент должна быть озабочена только мною! – истерично выкрикнула она. – Ты ничего не найдешь в этих книгах и сама это понимаешь. Никто ещё не убивал скверну. И никто не мог написать об этом там, – показала пальцем на книгу. – То, что произошло с тобой и Деймоном, произошло впервые! И ответы тебе нужно искать с ним! Вместе со своим мужем! – чуть не задохнулась Джейн, пока кричала.

– Это платье! Всё! Мы выбрали! – крикнула я в ответ и пошла на выход. Не успела даже шага сделать, как Джейн спрыгнула с подиума, преграждая собой путь на свободу мне.

– Выбрали! – крикнула Джейн и вдохнула глубже. – Ты должна его простить. Он не виноват, Тиана. Хватит терзать себя и его. Саймон говорит… – замолчала. – Да неважно, что он говорит! Вы муж и жена! Должны любить друг друга и вместе спасти наш мир! – закончила вопить она.

– Боги… – выдохнула. – Я не считаю его виноватым во всем. Просто я не могу смириться с тем, что он трахал меня, зная, что на Тримирию напали! – прошипела и закатила глаза.

– Ты лишилась невинности и мозгов вместе с ней! – прошипела Джейн. – Ему нельзя было об этом говорить тебе, и ты это знаешь! Нет ничего плохого, что вы любили друг друга, пока велось сражение! Деймон не мог знать его итог. Он узнал об этом, когда ты уже была со мной… – выдала Джейн, а я сглотнула.

– Я знаю, – выдохнула я. – Я слишком быстро ему отдалась и слишком быстро доверилась… Если бы я… Если бы я не влюбилась, то мне не было бы так больно, что он скрыл это от меня. Что он не подумал обо мне, как я буду корить потом себя… Я не злюсь на него и не виню. Просто больше не хочу подпускать его так близко. Не хочу, чтобы он причинял мне боль. Не хочу, чтобы он был тем, кто сможет ранить меня, – сказала я, и по щеке скатилась слеза.

– Тиана, – выдохнула и обняла меня, – любовь это не разум. Любовь это чувство. Вы любили и чувствовали. Никто из вас в этот момент не думал. И то, что произошло, никак не должно разрушить эту любовь. Ты винишь себя, но мы бы все равно там не оказались и не спасли бы никого. Перестань убиваться и перестань так много думать, – выдала Джейн.

– Ты меня вообще не жалеешь, – прошептала я, и Джейн ухмыльнулась.

– Я причиняю тебе боль? – с иронией спросила Джейн, приподняв бровь.

– Да, – улыбнулась я, понимая, что в чём-то она права. Но я всё ещё боюсь полностью довериться этому чувству. Я не уверена в Деймоне.

– Уже месяц прошел. Пора простить себя, Тиана, – прошептала Джей и примкнула своим лбом к моему.

– Подожди… К чему вся эта речь? – спросила я с тревогой, и Джейн, улыбнулась.

– Саймон вернулся во дворец ночью вместе с Деймоном, – ехидно прищурилась сестра.

И тут я ощутила, как ком подступил к горлу, сердце ушло в пятки, холодный пот выступил между лопатками. Озноб охватил всё моё тело, сковав его, словно камень. Дыхание перехватило, руки задрожали. В груди образовалась пустота, которая затем начала ныть в двух местах одновременно: в грудной клетке и между ног. А разум снова охватила тоска, с которой я боролась весь этот месяц.

Признаюсь, я тосковала. Каждый вечер, перед тем как отойти ко сну, я прислушивалась к нашей связи, стремясь ощутить его присутствие. Я стала подобна Селесте, той самой мыши, но в отличие от неё, у меня осталась гордость, и я не позволю Деймону увидеть, что я чувствую. Даже на расстоянии вытянутой руки я не подпущу его к своему сердцу, ибо он снова поглотит меня. Разум говорит: «Нельзя», но сердце жаждет иного.

– И поэтому ты решила поковыряться в моих мозгах? Почву подготавливала? – спросила я, удивленно приподняв бровь.

– Да. Ведь завтра свадьба, и мне жутко не хочется, чтобы кто-то из вас на ней рыдал! Или пинал по яйцам! – Джейн скрестила руки на груди, а я не смогла сдержать смех.

– Обещаю, что плакать не буду, – произнесла я с иронией и направилась к выходу.

– Тиана! – окликнула меня сестра, и я обернулась. – Завтра к алтарю поведешь меня ты, – сказала она и нежно улыбнулась.

– Хорошо, – так же нежно я улыбнулась ей в ответ.

Я направилась в свои покои, которые в настоящий момент являются для меня самым надёжным убежищем. Там я точно не столкнусь с ним, а встречи с ним я страшусь, ибо даже подумать боюсь о том, как я буду себя вести.

Что, если мой разум покинет меня, и я буду вешаться ему на шею и лезть с поцелуями? Что, если я буду настолько зла, что меня сочтут истеричной девицей?

Поэтому лучше просто не попадаться ему на глаза.

Я вошла в свои покои и закрыла дверь на щеколду. В первые же дни моего уединения и скорби я попросила установить замок. Служанка Нита возражала, утверждая, что замки в королевских покоях неуместны. Однако она осознала, что спорить со мной в моём состоянии бесполезно. В результате мне установили замок, хотя это была всего лишь щеколда. Но главное, что она закрывала двери, и никто не мог войти в мои покои без моего разрешения.

Обернувшись, я увидела, что Сибира спит на своём чёрном ковре. На цыпочках я прошла мимо неё и легла на кровать. Открыв книгу в том месте, где меня оставила Джейн, я погрузилась в чтение.

«Черный вернулся», – прорычала Сибира.

– Знаю, – ответила я вслух.

Мы предполагали, что Деймон и Тайгер не могут услышать нас таким образом. Тем не менее, мы продолжали общаться только так.

«Ещё дуешься и желаешь его? Люди… Вы порой взрываете мозг своим тотемам, и они становятся невыносимыми. Я уже стала такой?» – прорычала Сибира.

– Избавь меня от нравоучений. Мне уже и так потрепала нервы Джейн, – ухмыльнулась я.

«Знаю. И впервые согласна с ней. Даже подумать не могла, что когда-то она будет тебя чему-то учить и делать это правильно», – насмехаясь, прорычала Сибира.

– Ты же чувствуешь, чего я опасаюсь. Неужели не согласна со мной? – спросила я.

«Согласна. Я не хочу, чтобы мой человек растаптывал свою гордость. Ведь я бы не выдержала этих мучений и откусила бы тебе голову. Но я чувствую, что ты любишь и коришь себя за это. И это не нравится мне вдвойне. Деймону можно доверять. Я Тайгеру доверяю, хотя ежеминутно хочу перегрызть ему глотку», – ответила Сибира.

– Прямо-таки идеальное доверие, – засмеялась я и закрыла книгу. Перевернулась на спину и посмотрела в потолок. – Я поведу Джейн к алтарю, – решила перевести тему.

«Только веди её шустрее. Нужно как можно быстрее отдать её в руки этому сероглазому. Пусть теперь мучается всю жизнь он. Я уже думала, что этот день не настанет. Завтра, как она наденет кольцо, сожру несколько кабанов в честь этого события».

– Ты невыносима, – засмеялась я сильнее.

«Значит, ты всё же взорвала мой мозг», – зарычала Сибира и запрыгнула на кровать. Вытянулась, словно кошка, и легла рядом.

Я смеялась и ласкала её, пока в животе Сибиры не заурчало. Меня охватило острое чувство голода, ибо она была голодна. С тех пор как Сибира обрела силы, приступы голода стали случаться всё чаще. По-видимому, её тело было истощено до предела. Поэтому она стала пропадать на охоте гораздо чаще, чем находиться рядом со мной.

Сибира уже покинула свои покои через балкон, а я направилась в ванную, прихватив с собой книгу. Набрав пенную воду, я погрузилась в чтение, расположившись прямо в ванной. Мифы о богах, сказания об их подвигах – и ни слова о скверне.

«Где твои вещи?» – внезапно пронеслось в моём сознании, и сердце болезненно сжалось. Я нервно сглотнула и нахмурилась.

«В прежних покоях», – ответила я.

«Почему они там?» – этот вопрос вызвал у меня дрожь, хотя вода всё ещё была обжигающе горячей.

«Потому что я живу в них», – сглотнула, ведь ощутила его злость.

«Бери свои вещи и возвращайся в наши покои!» – произнёс он, и я ощутила, как во мне закипает гнев.

«Нет. Мне нравится жить одной, ведь я хотя бы не боюсь, что меня обесчестят, а потом вырвут сердце!»

И что это за тон такой? Неужели я теперь должна по его прихоти исполнять все его желания? Может, мне ещё и в ноги ему кланяться? Я не очередная его мышь. Я хочу жить одна и буду это делать!

«Думаешь, тебя спасут от этого другие покои?!» – его злобные мысли проникли в моё сознание, и в груди возникло болезненное жжение.

«От этого спасу себя я сама! А другие покои мне нужны, чтобы спать спокойно отдельно от тебя!» – прорычала я.

«Я вернусь поздно, и чтобы, когда вернулся, ты спала в нашей постели! Иначе спать спокойно ты точно не будешь!» – прорычал в ответ Деймон.

«Тиана! Если вдруг вернешься, то ковер мой прихвати обязательно!» – прорычала Сибира.

«Я останусь в своих покоях, и твой ковер останется там же!» – взревела я.

После того как я совершила омовение, я покинула ванную комнату, дабы удостовериться, что двери надёжно заперты. Больше мою голову чьи-то бредовые мысли не посещали и я выдохнула.

Затем я направилась в гардеробную, чтобы облачиться в свою пижаму и продолжить свои книжные поиски. Однако спокойствие, которое я надеялась обрести, оказалось недостижимым, ведь внутренний огонь полыхал во мне с невероятной силой. И этот огонь был не следствием гнева, а проявлением страстного желания, той самой похоти, что овладела мной. Я жаждала Деймона.

Но моя гордость была сильнее этого желания. И я вновь и вновь окуналась в прохладные воды бассейна, дабы хоть как-то унять бушевавшие во мне чувства.

– Боги, да за что мне все эти страдания? – простонала я и обессиленная упала в постель.

2 Глава. Деймон. Свадьба Саймона.

Двадцать три дня я провёл в мучениях, лишённый возможности видеть её. Я сходил с ума, думая лишь о ней. Сначала я ненавидел себя за то, что не рассказал ей о нападении, а затем винил себя за то, что её королевство пало. Я страдал от чувства вины за то, что она испытывает мучительную боль. Я бы не выдержал такого, но она смогла. Сильная льдинка.

Затем я страдал от того, что её нет рядом, что я не могу прикоснуться к ней, впившись в её сочные губы, насладиться её прекрасным телом и увидеть её ледяные глаза. Ведь я был нужен на границе.

В первые дни мы пытались найти причины, которые привели к окончанию войны и отступлению скверных, словно они исчезли. Шаман Невс поведал нам о том, что Тиана вступила в схватку с женщиной, назвавшей себя самой скверной. Трудно представить, что она могла положить конец войне. Это кажется невероятным, и поэтому было решено воспользоваться этим временем, чтобы укрепить наши границы, обучить молодых воинов и пополнить наши ряды.

Среди молодых людей были юноши и девушки, которые строили глазки мне каждый день. Некоторые из них даже дежурили под моей палаткой в надежде, что я приглашу кого-нибудь к себе. Однако я не мог этого сделать. Сам был шокирован. Перед моими глазами стояла только льдинка, и я видел только её прекрасное обнажённое тело.

Я не мог нормально спать, потому что стоило мне закрыть глаза, как я ощущал её дыхание, чувствовал её всю. Член вставал и в мозг отдавал. Я становился всё злее и злее, потому что не мог нормально спать и даже смотреть на девушек было противно. Единственным спасением были тренировки новичков и еда.

Саймон возвращался во дворец с периодичностью в три дня, и я с нетерпением ожидал его возвращения, чтобы услышать новости о Тиане. Её сестрица ещё та болтушка и рассказывала Саймону обо всем.

Льдинка не теряла времени даром и вместе с шаманами искала ответы в книжных страницах. Первые дни ненавидела меня и грозилась убить, мол, трахнул её и потом довольствовался тем, что она страдает. Бред полный. Мне было так же больно, как и ей. Она отказывалась от пищи и исхудала до костей. Она не выходила из своих покоев и проводила дни в слезах.

Следующие дни она уже занялась поисками ответов о скверне. Меня лишь придушить хотела и убить после победы над врагом. Подумал, что стоит попытать счастье и попробовать к ней обратиться. Но в ответ получил лишь, что меня для неё больше нет. Понял, что рано, и стал ждать дальше.

Затем Саймон сообщил, что Тиана обрела новые силы и теперь способна вызывать дождь. Однако это я и сам понял в последний день, ведь град среди ясного неба не мог появиться просто так и несколько раз.

По щекам Тианы текли слёзы, а с неба лил дождь, который от мороза тут же превращался в льдинки. Джейн поведала Саймону, что Тиана больше не считает меня виноватым, но корит себя и страдает. Она горит желанием покончить со скверными и мне стало легче, что не со мной.

Саймон сказал, что Тиана решила, что я не умею любить, а лишь только трахать все ходячие и заставлять потом страдать. Как же ржал друг, когда я чуть с ума не сходил от этих слов.

В каком месте я трахаюсь? Я даже на девушек взглянуть не могу, член сразу падает. А ночью, когда льдинка перед глазами маячит, он встает и спать не дает.

Я даже подумать не мог, что когда-нибудь начну себя сам доводить до наслаждения. Да… Пал на дно. Она довела.

В следующее прибытие Саймона я вообще чуть с ума не сошел. Друг собрался окунуть себя в омут ужаса и пленить до скончания веков. Отец разрешил им с черноволосой сестрицей пожениться. Я отговаривал друга и молил его одуматься, но он лишь смеялся и говорил, что любит и не может быть без неё. Впрочем, как и я без льдинки. Люблю невыносимо. И уже так был зол на это чувство и был в ужасе от него.

Затем он сообщил, что льдинка перестала говорить обо мне, и это меня весьма обеспокоило. В тот момент я был бы рад, если бы она снова испытывала ко мне ненависть, лишь бы она продолжала думать обо мне.

А затем он сообщил, что она начала улыбаться и смеяться, и это наконец-то вызвало во мне чувство теплоты в груди.

В крайний день перед отправкой к Тиане я изрядно вымотался на тренировках с молодыми воинами, чтобы не напасть на льдинку. Вошел в покои и ждал её, а потом вообще отключился. Проснулся, и снова её нет.

В двери постучали, и ворвался Саймон. Утащил меня к отцу. Весь день я сидел в окружении главнокомандующих границ и короля. А думал лишь о ней.

Боги, это было невыносимо… Я даже почувствовал приступ гнева, направленного на весь мир и на самого себя. Ведь со мной никогда не происходило ничего подобного, и это мучительное состояние пожирало меня изнутри.

По окончании отец пригласил меня на ужин, чтобы мы могли поговорить обо всём. Я не мог отказать ему, ведь это было бы равносильно тому, чтобы снова обидеть льдинку.

И вот я врываюсь в покои, используя всю свою силу, но Тианы вновь не нахожу. Злость охватывает меня со всех сторон, проникая внутрь и наружу. Я захожу в гардеробную и обнаруживаю, что её вещей там нет. В моей груди возникает острая боль, от которой сжимаются кулаки. Злость всё же проникает в мой разум, и я решаюсь обратиться к ней…

«Где твои вещи?»

«В прежних покоях», – ответила она, и я нахмурился.

Не дайте, Боги, быть тому, о чём я уже думаю.

«Почему они там?»

«Потому что я живу в них», – ответила она, и я разозлился пуще прежнего.

«Бери свои вещи и возвращайся в наши покои!» – мысленно прокричал я.

«Нет. Мне нравится жить одной, ведь я хотя бы не боюсь, что меня обесчестят, а потом вырвут сердце!» – ответила она, и я с ума сошел от ярости. Но сдержал себя от того, чтобы не вломиться к ней и не забрать ее вместе с этими вещами. И не сделать того, чего она так теперь боится.

«Думаешь, тебя спасут от этого другие покои?!»

«От этого спасу себя я сама! А другие покои мне нужны, чтобы спать спокойно отдельно от тебя!» – прорычала она.

Отдельно от меня? Да хрена с два!

«Я вернусь поздно, и чтобы, когда вернулся, ты спала в нашей постели! Иначе спать спокойно ты точно не будешь!» – прорычал ей в ответ.

«Тиана! Если вдруг вернешься, то ковер мой прихвати обязательно!» – прорычала Сибира.

«Я останусь в своих покоях, и твой ковер останется там же!» – будто прокричала она.

Внутри меня разгорелось неудержимое пламя, и оно охватило всё моё тело. Я страдал и мучился без неё ровно двадцать три дня, чтобы дать ей возможность остыть и стать вновь моей льдинкой. А что же она в это время? Она, не теряя времени, оставила меня и ушла! Словно я для неё – ничто. Да где это видано, чтобы жена спала в других покоях, пока не родит наследника? Если она хочет жить отдельно и в других покоях, то я ей его заделаю прямо сейчас!

Гнев овладел моим сознанием с такой силой, что я испугался, как бы не причинить вреда Тиане. Я осознал необходимость успокоиться и, чтобы остудить свой пыл, направился в ванную комнату, где погрузился в бассейн. Мне требовалось унять бушевавшее во мне пламя и охладить разгорячённое сознание. Я долго успокаивался, ведь время уже близилось к ужину. Я быстро принял душ и направился в покои отца.

Король осведомился о результатах подготовки молодых воинов, а также о продвижениях в поисках скверны. Затем он поведал, что шаманы и Тиана обнаружили некоторые мифы, в которых говорилось о том, что Перун обладал властью над громом и молнией, был воином и обладал невероятной физической силой. Додола же была его божественной спутницей и могла контролировать его силу.

В связи с этим отец полагает, что я должен обладать такой же мощью, как и Тиана, но ещё более значительной и могущественной. Поэтому он хочет попытаться выяснить, на что я способен с этой силой. Возможно, эта мощь будет настолько велика, что я смогу уничтожить бессмертную скверну раз и навсегда.

– Поэтому, сын, на днях вы с Тианой выйдете на арену, – сказал отец и сделал глоток вина. – Я огорчен тем, что узнал о твоем могуществе не от тебя, – продолжил он. – Почему ты не рассказал, что не только полосы Тайгера теперь светятся, но и твои отметины? – спросил отец, поставив бокал на стол.

– Разве это было бы уместно в тот день?

– Они засветились в день Громницы? – удивлённо поднял брови отец.

– Да. После того, как мы…

– Не продолжай, – перебил, – я уже об этом наслышан, – улыбнулся отец, – значит, это правда… Вам нужно было влюбиться, чтобы обрести могущество. Уму непостижимо, – покачал головой и посмотрел на меня.

– Согласен, – выдохнул я. – Почему ты разрешил ей жить в других покоях? – спросил я.

– Она страдала, Деймон. А я уже стар и уязвим от женских слез. Поэтому даже разрешил ей замок повесить на двери покоев, – засмеялся отец.

– Какой ещё замок?! – вспылил я. – Прикажи ей вернуться в наши покои обратно! – прорычал я.

– С этим тебе придется разобраться самому, – рассмеялся отец. – Твоя мать тоже от меня бегала по всему дворцу и кричала, что я похотливое животное, – говорил и смеялся. – Ах, любовь так прекрасна, сынок. Я рад, что ты наконец-то познал это, – тепло улыбнулся он.

– Прекрасна? – ухмыльнулся я. – Я каждый день с ума схожу и проклинаю тот день, когда родился, – улыбнулся я.

Мы долго предавались веселью и обсуждали перипетии моих отношений с Тианой. Я поведал отцу о своих страданиях, о том, как мучительно было чувствовать её боль, и о том, как моя душа была охвачена пламенем страсти. Я говорил о том, как невыносимо мне смотреть на других женщин, о том, как я страдаю от того, что её ледяные глаза не смотрят на меня, и о том, как сильно я её желаю. Я говорил о том, как тяжело мне сейчас, когда она не рядом со мной, не в моих покоях, не в моей постели.

Отец долго смеялся, слушая меня, и пожелал мне быть сильным в этом беспощадном сражении, которое называется любовью.

Я покинул покои своего отца в приподнятом настроении, преисполненный тёплых чувств. Мой отец – самый близкий мне человек, и как же замечательно, что мы так близки!

Войдя в свои покои, я начал осматриваться. Здесь было пусто и тихо. Я обратился к нашей связи, чтобы ощутить присутствие своей льдинки. Дыхание было ровным, тело расслабленным, и я ощущал спокойствие. Тиана спала, и я решил не будить её. Пробраться в её покои я бы не смог, ведь там висел хренов замок. Льдинка позаботилась обо всём, предусмотрев всё до мелочей.

Я лёг в кровать, ощущая ровное дыхание льдинки и представляя её рядом со мной, и вскоре погрузился в сон.

Я пробуждался задолго до рассвета. Вероятно, это стало привычкой после двадцати трёх дней изнурительных подготовок и тренировок молодых воинов. Я вставал до того, как забрезжит рассвет, и будил юнцов, а затем до завтрака подвергал их мучительным испытаниям бегом по плацу. Саймон лишь смеялся и говорил, что я похож на исчадие ада. И я невольно вспоминал прозвище, которое дала мне Тиана – Демон. Оригинальность мышления у беловолосой в избытке.

Выйдя из ванной комнаты, я направился в гардеробную, чтобы одеться на мероприятие, на котором пленят моего друга. Заправил белую рубашку в черные брюки и поверх надел черный смокинг. Расстегнул на рубашке пару пуговиц, чтобы были видны мои сияющие синим полосы. Решил, что скрывать уже нет смысла, если льдинка уже всем обо всём поведала, избавив от этого меня.

Следуя в покои Саймона, я обратил внимание на то, что слуги уже бодрствовали, пребывая в состоянии лихорадочной деятельности, связанной с подготовкой к предстоящему мероприятию. По-видимому, они были заняты этим с самого раннего утра, поскольку на лицах некоторых из них читались следы усталости и недосыпа.

Я сам открыл дверь в покои Саймона и вошёл в них с непринуждённой грацией, словно это были мои собственные владения.

Друг мой почивал в форме звезды, и его сон был столь безмятежен, что он даже похрапывал. Я не смог сдержать улыбки и приблизился к его кровати. Присел рядом с пятиконечной звездой с лицом моего друга и начал поглаживать его по щеке…

– Саймон, – позвал шепотом, – просыпайся, любимый, – продолжил уже, лаская каждый звук, – сегодня ты будешь обречен на вечные муки и страдания, – шепча, улыбнулся я, – вставай! Ведь этого нельзя пропустить! – крикнул изо всех сил.

Саймон издавал тихие стоны и улыбался, пока мой крик не заставил его вздрогнуть и присесть. Мой друг, медленно открывая глаза, щурился и зевал. Затем резким движением руки он нанёс мне удар в плечо и рассмеялся. Я лишь рассмеялся в ответ, хотя плечо уже начало болеть.

– Любовь – это не мучения и страдания, придурок, – усмехнулся Саймон, уже направляясь в ванную комнату.

Я восседал за чайным столиком, вкушая завтрак, в то время как Саймон, облачаясь в одежды, готовился к выходу. На ходу он прихватил с собой пару кексов, которые заблаговременно были взяты из его покоев. Мы направлялись к королю, дабы внимать речь отца, предваряющей вступление в брак. Речь, которую я уже слышал и предвкушал реакцию Саймона на её содержание.

Поскольку у Саймона нет отца, наставлять его будет король. Как и всегда. Мой отец относится к нему с особой нежностью, порой мне даже кажется, что он считает его своим сыном. Поэтому, когда мы вошли в покои короля, он был просто вне себя от радости и тут же заключил Саймона в объятия.

Наставление должно было пройти втайне, лишь между отцом и сыном, но я же был другом Саймона, самым близким человеком. Поэтому я не мог отказать себе в удовольствии наблюдать за его лицом, пока он внимал словам моего отца. Речь была прекрасна, как и лицо Саймона. Король говорил о том, кто такая женщина и как её нужно ублажать. Как дарить удовольствия и как любить. Какие правила приличия следует соблюдать в присутствии посторонних.

С Саймона сошла лавина пота, и лицо его раскраснелось, словно вместо него был огромный помидор. Я смеялся и придерживал рукой живот, опасаясь, что от хохота выроню все внутренности. Отец тоже улыбался, понимая, что подобные речи для нас не в новинку, и мы знаем даже больше, чем он сам. Однако король продолжал говорить, ибо это одна из традиций, а линарцы почитают их.

Потом мы отправились осматривать новые покои Саймона, точнее, их совместные с черноволосой сестрицей Тианы. Покои находились в соседней башне от моих и на таком же последнем этаже. Размером ничем не отличались, да и внутренней расстановкой тоже. Но зато рядом с ними был балкон, что нас чрезвычайно обрадовало. Теперь мы могли выйти на балкон и окликнуть друга, вместо того чтобы проделывать долгий путь через весь дворец.

– Я думал, покои будут в той башне, – указал Саймон на башню, которая еле виднелась вдалеке.

– Ты мне нужен рядом, и отец считает так же, – ответил я и ухмыльнулся.

– Чтобы Тиану спасать, когда ты её истязать будешь, словно обезумевший зверь? – засмеялся Саймон.

– Её никто уже не спасёт, – ответил и засмеялся тоже.

Я стоял у подножия лестницы, ведущей в тронный зал, и взирал на вход, предвкушая появление Тианы. Она должна была привести Джейн к алтарю, прямо в объятия Саймона. У сестёр не осталось никого, кроме друг друга. Ни близких, ни родных, ни королевства.

И вдруг мышцы живота скрутило узлом, а скулы свело от напряжения. Внутри меня вспыхнуло непреодолимое желание, которое охватило всё тело, причиняя мучительную боль. Мне хотелось прикоснуться к ней, впившись в её сочные губы, разорвать в клочья одежду, которая разделяла нас. Я представлял её перед собой: мечущуюся, стонущую, обнажённую и прекрасную.

Медленно и размеренно Тиана вела свою сестру под руку, устремив взор вперёд. В моей груди болезненно ныло от желания встретиться с ней взглядом. От желания, чтобы эти ледяные глаза принадлежали только мне. Но Тиана намеренно не замечала меня, не глядя по сторонам, вела к алтарю Джейн.

Вероятно, в этом мире уже не существует никого, кто мог бы сравниться с её красотой. Или же я просто не способен более созерцать кого-либо другого.

На её белом гладком теле красовалось бордовое бархатное платье, идеально описывающее все прекрасные округлости её фигуры. Тиана сделала шаг, и её прямая гладкая ножка, выглядывающая из-за развратного разреза, вывела меня из-под контроля и призывать собственную злость.

Белоснежные кудрявые волосы, лишённые необходимости в укладке, всегда прекрасны, и, видимо, льдинка знает об этом, поэтому не стала портить их вид какой-либо зализанной причёской. Окольцованные кончики прядей касались её ключиц, и я сглотнул, завидуя им.

Сестры обратили друг к другу свои взоры и соприкоснулись лбами. Тиана что-то прошептала Джейн. По моей любимой щеке скатилась слезинка, которую, вероятно, никто не заметил. Но я заметил. Я смотрю только на неё и чувствую свою льдинку. Она счастлива и в то же время грустит.

Джейн взяла Тиану за руки и что-то прошептала ей в ответ. Затем Тиана улыбнулась и прильнула губами к её лбу.

В этот миг я уже не воспринимал ничего вокруг, ибо всё моё внимание было приковано к беловолосой фурии, которая то и дело заставляла меня страдать лишь тем, что не обращала на меня внимание. В остальных же страданиях я горел, словно в огне, и молил богов о своём спасении.

Моё левое запястье обхватила маленькая женская рука, и мне пришлось оторвать взгляд от прекрасного зрелища, чтобы обратить внимание на ту, кого я был готов уничтожить в этот момент.

Рядом со мной стояла Селеста, и улыбка её была столь лучезарной, что казалось, будто она только что выпила полведра вина. Аромат, исходивший от неё, был тому подтверждением. Я решительно скинул её руку от своей, словно отряхиваясь от назойливой пыли, и вновь обратил свой взор на льдинку.

– Я соскучилась, – прошептала Селеста.

– И меня как-то это должно волновать? – спросил я, смотря на льдинку.

– Я хочу рассказать тебе кое-что, но чуть позднее, я сообщу, – сказала она и скрылась, а я нахмурился.

Порой Селеста сама делилась со мной сведениями о своём отце и его замыслах, о планах короля и прочих важных вопросах, которые решает главный советник. Не исключено, что ей стало известно о чём-то, и она хочет поделиться этим со мной. Так что придётся выслушать её.

Разместившись за обеденным столом, чтобы начать празднование, испытал радость. Ведь за этим же столом сидела Тиана. Я сел со стороны Саймона, а она – со стороны своей сестры. Мы сидели с льдинкой друг напротив друга.

Всё это время, пока трапезничали, Тиана осушила не один бокал вина. Смотрел на неё и раздевал глазами, предвкушая её прекрасное опьянённое состояние. Тиана же намеренно не замечала меня. Что сильно разозлило…

– Джейн, а ты тоже будешь жить в отдельных покоях, будучи женой Саймона? – спросил я, смотря на Тиану.

– Нет, – ответила она.

– Саймон, а ты тоже будешь приносить одни лишь страдания своей жене? – спросила Тиана, смотря на Саймона, и сделала долгий глоток вина. Я улыбнулся, оценив ее сарказм.

– Нет. Так, друзья, выдохните и наслаждайтесь вечером… – ответил друг, уже посмеиваясь.

– Тиана, я же попросила тебя, – тихо сказала Джейн.

– Я его по яйцам не бью! Так что все нормы приличия соблюдены! – прошипела Тиана и снова сделала глоток вина.

– Тебе мои яйца не бить надо, Льдинка. Тебе их нужно… – я оскалился и не успел договорить, ведь Льдинка поперхнулась, и стол накрыло бордовым фонтаном, а Саймон закатился от смеха.

– Лучше замолчите оба и не портите мне праздник! Иначе я сама вас убью, чтобы другие не мучались! – прошипела черноволосая. – Саймон! – окликнула его и посмотрела злобно. Друг поднял руки вверх, показывая, что сдается.

– Слабак, – прошептал я.

– Идеальный мужчина, – съязвила Льдинка, смотря на свой бокал.

– Тиана! – крикнула Джейн, и льдинка сделала глоток вина. Джейн посмотрела на меня так угрожающе, что даже я вздрогнул и замолчал. Саймон же смеялся и хватался за живот.

Оставшееся время я молча буравил взглядом белокурую красотку и представлял её под собой в различных позах. А потом и вовсе подумал, что дальше поцелуя спустя столько дней продвинуться не смогу. Она лишь только накроет своими сочными губами мои, и я растворюсь в блаженстве. Потому что мой член уже стоял с момента, когда я её увидел, и сочился.

Вечер уже близился к завершению, когда за спиной Тианы возникла Селеста и кивнула, давая понять, что сейчас состоится разговор. Я поднялся и проследовал в помещение, где было множество всякого хлама, а также, судя по всему, стояли полные кувшины с вином. «Интерьер под стать моему собеседнику», – подумал я и усмехнулся. Спустя некоторое время Селеста вошла следом.

– У тебя лишь две минуты, говори… – безэмоционально напомнил я, смотря на нерешительно застывшую в нескольких футах от меня Селесту.

– Деймон, я люблю тебя. И готова быть твоей любовницей… – сморозила бред Селеста. А я ненароком вспомнил наш разговор у арены в тот день, когда льдинка меня приревновала.

В тот день Селеста поджидала меня у входа на арену. Когда сравнялся с ней, накинулась на меня с мольбой, чтобы я посетил ее покои. Мне настолько надоели её преследования, что я невольно сказал ей, что первое на ум пришло. А конкретно, что женат и не могу быть с ней рядом, зная, что обретаю ее на статус любовницы.

И вот стоит передо мной Селеста и объявляет о своей готовности к этому. Шок – вот что я испытал в первую секунду, а затем не смог сдержать улыбку, настолько забавное зрелище мне открылось. Вероятно, Селеста неверно истолковала моё выражение лица, поскольку она внезапно принялась расстёгивать своё алое платье.

Я уже намеревался прервать это, как вдруг дверь с устрашающим грохотом распахнулась, и мой взгляд непроизвольно устремился к своему спасителю.

В дверном проёме показалась льдинка. Слегка пошатываясь, она пыталась сдуть с лица мешающую прядь волос и беспорядочно размахивала из стороны в сторону бокалом. Все её попытки оказывались неудачными, и, видимо, осознав бесполезность своего занятия или просто устав дуть, она расслабленно привалилась к косяку. Тиана окинула нас затуманенным взглядом и растянула свои сочные пухлые губы в притворной улыбке.

– Ты трахаешься? – спросила Тиана. И моя улыбка расползлась шире.

– Нет. Названный тобой процесс выглядит по-другому, и ты это не понаслышке знаешь, – ответил я, продолжая улыбаться. – Мы закончили, – равнодушно сказал я Селесте.

Когда цокот каблуков стих, Тиана отлипла от уже мною любимого напитка и, вытерев рот рукой, вошла вглубь помещения.

– Мне сказали, что тут есть еще вино, – на удивление вполне связно проговорила она и, обведя блестящим взглядом пространство, остановилась именно на кувшинах с этим напитком. Ослепительно-коварная улыбка озарила её лицо.

– Я тебя нашла!

– Тебе завтра будет плохо, – сказал я и ухмыльнулся, пока Тиана добавляла в бокале вино.

– А тебя эт… – посмотрела на меня и прищурилась. – Ты знаешь, а тебе очень идет рубашка, когда она расстегнута вот так… – подошла ко мне ближе и закинула голову, чтобы встретиться взглядами.

Я сглотнул и смотрел на неё сверху вниз. Упивался трогательностью момента. Без всей своей горделивой мишуры она нравится мне ещё больше. Поэтому я смотрел и наслаждался изящным, слегка вздернутым носиком, придающим плавным чертам детской непосредственности. И это смешение женственности и невинности действовало на меня убийственным афродизиаком.

– Так значит, глазела на меня? – ухмыльнулся я, уже смотря на её сочные губы.

– Почему ты не рассказал? – спросила она, и я понял, что придётся напрячься, чтобы отследить цепочку ее мыслей.

– Потому что не мог, – ответил я и нахмурился.

– Но смог лишить меня невинности, зная, что…

– И сделал бы это снова, – быстро ответил я и заметил, как Тиана сглотнула.

– Ты демон, Деймон… – прошептала она и ухмыльнулась, смотря на мои губы. – Я больше не совершу эту ошибку, – вдруг сказала она. И я наклонился ближе к её губам.

– Ты дрожишь и сглатываешь. Смотришь сначала в глаза, а потом на мои губы. Ты желаешь меня и злишься на это. Я чувствую тебя и вижу насквозь, – округлила глаза Тиана и громко сглотнула. – Ты придешь ко мне сама, а я, так уж и быть, подожду, – прошептал я, слегка касаясь её губ.

Я покинул это помещение с усилием, дабы не утратить самообладания, которое было на волоске от исчезновения. Льдинка жаждет поиграть. Что ж, я двадцать три дня пребывал в состоянии выживания и страданий, так что ещё немного продержусь. Она должна осознать сама, что испытывает ко мне любовь и желает меня. Ибо я устал преследовать её и быть виноватым в том, что просто люблю.

3 Глава. Ответы.

Я снова не покидала своих покоев. Это стало для меня привычкой, ибо всякий раз после встречи с демоном я нахожу утешение в них. А в этот раз я была особенно подавлена, ибо стыдилась своего нелепого и откровенного поведения.

В очередной раз я убедилась, что вино – это гадкое пойло. После его употребления несколько дней болит голова, и в момент его воздействия открывается душа, а следом развязывается язык.

Однако я не теряла времени даром, ибо неустанно искала ответы в книгах, которые приносила мне Нита. Она посещала храм и брала их у Невса. Девушка приносила тяжёлые стопки книг ко мне, а затем возвращала их в храм. Спасительница и лучшая на свете служанка. Буду просить за неё короля Найта, чтобы как следует вознаградил её по достоинству.

Сегодня мне удалось обнаружить незначительное наблюдение, которое, тем не менее, позволило мне сделать предположение о том, как скверна создает своё войско. Покинув свои покои, я поспешила к шаманам, чтобы поделиться своей находкой.

Влетев в храм, я поднялась на второй этаж и с силой распахнула двери кабинета шамана Дригута. Как я и предполагала, Невс и Дригут сидели, окружённые грудами книг, погружённые в изучение древних писаний. Громко положив книгу на стол, я, едва переведя дыхание, начала свой рассказ.

– Как мы уже выяснили, скверна обманула Велеса и забрала его часть силы и часть души. Велес считался тёмным богом, звериным богом. Он, как и Перун, обладал многими способностями и могуществом, ведь недаром они были друзьями. И он мог несколько столетий противостоять самому Перуну. Я нашла, что у Велеса была некая способность воплощать людские души после их смерти в низших духов. Возможно, именно эту силу и взяла скверна, чтобы создавать свою военную мощь, – выдала я, словно на одном дыхании.

Шаманы переглянулись и ринулись ближе ко мне, чтобы углубиться в страницы книги, которая и дала этот ответ.

– Значит, скверна может забирать из невидимого мира души и воплощать их в себе подобных, – сказал Дригут и округлил глаза.

– Если она и вправду обладает такой силой, то нам её не сразить, – сел Невс, и в глазах его возник ужас. – По той причине, что живых душ стольких нет в этом мире. Мы сражаемся с ними и умираем, а потом наши души сражаются в её армии против нас же, – прошептал Невс.

– Но почему она закончила войну, раз так могущественна и прекрасно знает, что одолеть нас может без труда? – спросил Дригут и тоже свалился на стул.

– Потому что только мы с Деймоном можем её остановить, – прошептала я, и шаманы посмотрели на меня. – Значит, это поистине так. Ведь во время нашей встречи она была в ужасе, когда поняла, что мы стали едиными. И после нашего с ней сражения война прекратилась.

– Она точно вернётся, ведь мы с Дригутом тоже нашли о ней писание. Там говорится, что скверна является слугой самой смерти, но она желала быть божеством. Видимо, когда смерть отказала Велесу в убийстве Перуна, он обратился к ней. И скверна была рада этому. Убила Перуна вместе с Додолой, а взамен обрела божественную часть души Велеса, – сказал Невс и посмотрел на меня.

– Значит, душу и силу Велеса может убить только Деймон. Ведь противостоять его силе может только сила Перуна, – сделала вывод я.

– Каким образом? Мы до сих пор не знаем, на что способен Деймон. И узнать не сможем, пока он не сразится с ней, – сказал Дригут.

– Я же говорил, что в этом нам поможет она, – ткнул пальцем на меня Невс. – Если её силы не причиняют вреда Деймону, значит, его могущество не причинит вреда ей. Поэтому им нужно выйти на арену! – твердо произнес он.

– Но король Найт отменил это, ведь посчитал, что это будет угрозой для всего королевства, – ответил Дригут. И я нахмурилась.

– Отменил? Угрозой? Да мы уже лишились Тримирии! А сейчас нам нужно понять, способен ли Деймон сразить скверну, а он печётся о королевстве, когда мы все уже знаем, что точно падём?! – взбесилась я.

– Успокойся, – положил руку мне на плечо Невс. – Думаю, после этих догадок-ответов он согласится на это. Мы сейчас же пойдём с Дригутом к нему, – сказал Невс и посмотрел на меня.

Вернувшись в свои покои, я проследовала в ванную комнату, где включила воду и оперлась ладонями о кафельную стену. Закрыв глаза, я погрузилась в размышления.

То, к чему мы с шаманами пришли, ведёт лишь к одному неизбежному выводу. Деймон должен стать могущественнее меня. Деймон должен уничтожить скверну. Должна ли я способствовать его могуществу? Должны ли мы быть вместе и любить друг друга? Должны ли мы продолжать это?

Эти вопросы остаются без ответов, и всё указывает на то, что ответы на них невозможно найти в книгах. Мне необходимо искать их вместе с Деймоном, как и говорила Джейн.

Я не видела его несколько дней. Он более не обращался к нашей связи и не проявлял желания общаться со мной так, как прежде. Это вызывало во мне раздражение, хотя, казалось бы, должно было радовать. Он намеренно отстранился от меня, сказав, что я приду к нему сама, а он будет ждать. Как в воду глядел, когда шептал мне эти слова в губы в день свадьбы Джейн.

Я же пыталась взывать к нашей связи, дабы хотя бы ощутить его присутствие. Деймон то гневался, то радовался, иногда грустил, а вчера и вовсе испытал некое блаженство. И это блаженство было сравнимо с тем оргазмом, который я испытала в ту ночь, когда впервые познала его. И в эту ночь я не могла сомкнуть глаз, ибо сердце моё болело от предчувствия возможного предательства, а между ног разливалась истома от неутолимого желания вновь испытать это.

Я в ярости от того, что сама желаю его. Сама стремлюсь к нему. Хочу этой близости. Он же намеренно играет на моих чувствах, чтобы окончательно пленить меня, чтобы я стала той, кто будет предлагать себя в любовницы. Я слышала, как унижалась Селеста. Была пьяна, но я отчётливо помню это. И когда я услышала затишье, я бросилась вышибать эту дверь, чтобы не произошло то, чего я почему-то боюсь.

Осознаю, что сама отталкиваю его от себя. И такой, как Деймон, не станет ждать. Он не испытывал недостатка в женском внимании, и, видя, как я постоянно отказываю ему, вполне логично, что он ищет утешения в обществе других женщин. И так мучительно осознавать это, продолжая любить, но при этом сама же воздвигаю между нами непреодолимую стену.

А что поделать? Я боюсь, и это чувство намного сильнее моих желаний. Я окунусь в эту бездну и перестану быть ему интересна. Превращусь в Селесту. Но слава богам, что у меня есть гордость. Хотя в последнее время я еле её удерживаю от падения.

Выйдя из ванной комнаты, я была крайне удивлена, обнаружив в своих покоях Джейн. Эта пара несколько дней не покидала свои покои, как мне сообщила служанка Нита. Я уже была готова поднять тревогу и отправиться спасать сестру из лап разврата и похоти. Однако, хвала богам, она выбралась оттуда самостоятельно.

– Мне сказали, что ты снова стала затворницей, – выдала Джейн.

– Мне сказали то же самое о тебе, – ответила я и улыбнулась.

– Я была ей по понятным причинам, ведь наслаждалась совместными покоями и Саймоном, – сказала она, и я показательно скривилась.

– Я тоже не зря была ею, ведь нашла то, что искала… – рассказала ей всё, что нашла, и всё то, к чему привели эти ответы.

– Значит, вернёшься к нему в покои? – спросила Джейн и допила свой чай.

– Это ничем не поможет, – ответила я, помешивая свой чай в кружке.

– А как же поддержание ваших сил? А вдруг Деймон обретёт что-то ещё? – с неким сарказмом произнесла Джейн и поднялась со стула.

– Дело в любви, а не в сексе, – ответила я и закатила глаза.

– Секс – это одно из того, чем питается любовь, Тиана, – улыбнулась она. – Любовь без секса между мужчиной и женщиной любовью не является, – сказала сестра перед тем, как покинуть мои покои.

В ходе моего повествования нам с Джейн подали чай, и сообщили, что меня ожидают на арене через час. По-видимому, король Найт всё же дал разрешение шаманам. Поэтому я допила чай, предупредила Сибиру, чтобы она ждала меня, и облачилась в свой синий камзол и любимые синие штаны. Собрав волосы в небрежную косу, я направилась на арену, чтобы сразиться со своим демоном.

На арене восседал король в окружении своих советников, шаманов Невса и Дригута, а также моей сестры и Саймона, и нескольких главнокомандующих пограничными войсками. Я проследовала в центр арены, где меня уже ожидали наши тотемы и Деймон. Остановившись в пяти метрах от него, я позволила себе саркастическую улыбку.

Деймон был облачён в чёрные тренировочные брюки и футболку. Из-под рукавов его одежды виднелись светящиеся полосы. Он склонил голову набок и очень медленно, почти лениво, перевёл взгляд с моих ступней на грудь, а затем на лицо. После этого он повторил движение в обратном порядке. Я удивлённо приподняла бровь, и Деймон, заметив это, усмехнулся и выпрямился, ожидая указаний.

– До первой крови, – громко сказала я и кинула ему один меч, который взяла, пока направлялась вглубь арены.

Деймон поднял меч и, совершив несколько виртуозных манёвров, прокрутил его вокруг своей талии, ловко перекидывая из руки в руку. Я не стала долго любоваться этим зрелищем и обратилась к своей силе. Заряды окутали мои руки и устремились к мечу, выпрямляясь вдоль его лезвия.

Взмах мечом – и мимо, прокрутилась и занесла его снова, целясь прямо в сердце, но и тут промах. Выпад и снова взмах мечом прямиком ему в живот, но Деймон отбил. Перекинула в другую руку и нанесла удар в шею, была близка, но Деймон выхватил мой меч и улыбнулся, вертя уже два меча в своих руках. Направила силу в мечи. Их обволокло разрядами, и Деймон зашипел, роняя их на землю.

Улыбнулась и встала в стойку, держа кулаки у груди. Деймон обратился к Силе и оказался позади меня, да только я каким-то способом предугадала это, поэтому со всей силы ударила его локтем в живот. Деймон согнулся и злобно посмотрел на меня.

«А ты зря времени не теряла, льдинка. Столько информации нашла», – улыбался Деймон, пока я смотрела на него.

«Не теряла, а вот ты его растрачивал на оргазмы с девицами. Дай угадаю, с Селестой?» – промыслила я.

Деймон нахмурился и нанёс удар кулаком с левой стороны, но я его отбила и направила поток разрядов ему в грудь другой рукой. Деймон сделал шаг назад и прищурился.

«А я думал, что в твоем лексиконе кроме слова «трахать» больше ничего нет. Ошибся, извини… В книжках прочитала?» – ворвались его мысли и вызвали мой гнев наружу, ведь он не ответил мне. Сделала шаг и нанесла удар ногой, а потом резко правым кулаком ему в лицо.

«С тобой его однажды познала, пришлось запомнить», – мысленно сказала я и злорадно улыбнулась, ведь мой кулак поразил цель.

Деймон приложил ладонь к месту, где уже виднелось покраснение, и с помощью силы начал нападать со всех сторон одновременно. Я отбивалась и боялась, но каким-то чудным образом предугадывала все его удары и была готова к каждому.

Его удар правой рукой. Мой уклон назад. Схватилась за эту руку и нырнула под неё. С помощью силы ударила его локтем в живот и ушла вниз. Кувыркнулась и оскалилась, ведь Деймон согнулся.

«Давай пари, льдинка. Выиграю я – и ты возвращаешься в наши покои. Выигрываешь ты – и можешь остаться в прежних», – встал боком, выпрямился и посмотрел на меня Деймон.

Он оскалился, и по моему телу пробежала сладостная дрожь. Я сглотнула, устремив взгляд на его мускулы.

«Согласна», – ответила я, и небо взревело от грома.

Деймон зарычал и с помощью силы начал быстро нападать на меня. Взмахнул – я отбила. Ещё удар – он промахнулся. Подсечка – я ушла на несколько шагов назад.

Я обратилась к силе и направила поток сразу из двух рук прямиком в его сердце. Деймон руками обхватил этот поток, и небо взревело снова. Он будто надломил мою силу, и в его руках уже были не разряды, а молнии. Он посмотрел на них и ухмыльнулся. Затем рядом со мной ударила ещё одна. Среди ясного неба, из ниоткуда. Вот так просто – бабах, и всё.

Деймон метнул молнию, и она встряла в землю передо мной, вторая задела мою руку и ранила. Боль была сильной, кровь струйкой бежала и падала на землю. В теле образовался огромный комок ужаса, что я проиграла…

Небо прогремело, и молния ударила в него. Он не содрогнулся, а занёс руку и выпустил эту молнию прямиком в меня. Она обхватила ногу, словно лоза, и наградила жгучей колющей болью. Деймон дёрнул, и я свалилась на землю. Потащил к себе. Затем Деймон сел на корточки передо мной, и я, не долго думая, выпустила силы прямиком ему в грудь. Но он лишь стиснул зубы от боли, и в этот момент небо взревело, а рядом со мной ударила молния в нескольких местах. Сердце окутали страх и ужас. Сглотнула и округлила глаза. Деймон посмотрел в них и оскалился.

– Ты сегодня же возвращаешься в покои…

4 глава. Пари.

На меня нахлынула волна печали, ведь я до последнего мгновения надеялась, что смогу каким-то образом дать отпор этому демону. Однако, как оказалось, победить его можно лишь одним способом – нанеся удар ниже пояса.

Выяснилось, что он обладает способностью управлять небесными молниями. В гневе он способен вызвать громовые раскаты, а в атаке молнии впиваются в землю, словно стрелы, выпущенные из лука. Более того, демон может придавать молниям любую форму. Ну прямо божество какое-то, а не демон.

Я испытываю глубокое разочарование в себе и своей силе, ведь оно оказались подвластны ему. Хотя мы все стремились к этому, желая удостовериться в могуществе Деймона. И он действительно могущественен. Но я, по какой-то необъяснимой причине, согласилась на это пари. И теперь я стою у дверей наших покоев, не решаясь войти.

– Ну и долго ты ещё будешь уничтожать своим взглядом эту беззащитную дверь? – спросила Джейн и облокотилась на дверной косяк.

– Не хочу туда, – прошипела, – и вообще, почему ты здесь? – уставилась на неё удивлённо.

– Решила сопроводить тебя в обитель твоей супружеской жизни, – улыбнулась сестра.

– Решила помочь ему в моих страданиях…

– Я хочу, чтобы ты была счастлива с ним, – вздохнула она.

– С ним? – удивленно выгнула брови. – Мне помнится, что кто-то его ненавидел до чёртиков и желал возмездия за все истерзанные женские сердца, – закатила я глаза.

– А теперь я хочу другого! – крикнула Джейн и заставила меня вздрогнуть. – Я знаю, что он любит тебя. А это уже перечеркивает все мои прежние желания в его адрес, – насупилась. – Заходи, – кивнула она на дверь.

– Нет, – ответила я.

Джейн решительно взялась за ручку, распахнула дверь и втолкнула меня внутрь, после чего затворила её перед моим носом.

На столе меня уже ждал изысканный ужин, но в покоях царила тишина, и это означало, что я была здесь одна.

Я перевела дух и направилась в ванную комнату.

Прежде чем приступить к ужину, я обошла свои покои и убедилась, что все мои вещи находятся на своих местах. Даже ковёр, свёрнутый Сибирой, стоял у стены. Я усмехнулась, осознавая, что все эти вещи были перенесены щуплой служанкой Нитой. Я точно непременно потребую у короля вознаграждения для неё.

Я опустилась за стол, чтобы поужинать, и наполнила свой бокал вином до краёв, прекрасно осознавая, что это коварный напиток. Однако в тот момент я остро нуждалась в умиротворении и отдыхе, ибо меня била крупная дрожь. Причиной тому был страх перед встречей с ним. В месте, где всё напоминало о той ночи, где я испытала самое прекрасное чувство на свете, а потом узнала о гибели моих родителей и королевстве.

К еде я ни разу не прикоснулась, зато уже пила четвертый бокал вина. Коварное пойло. Оно не дает человеку остановиться, пока он не высушит всё до капли. Вот и я уже не намерена останавливаться, зная, что в кувшине оно ещё есть.

Двери открылись, и я сделала хороший глоток, чтобы остановить сильные удары сердца. В покои вошел Деймон и удивленно посмотрел на бокал в моей руке, затем на кувшин на столе, а потом на меня, еле сидящую на стуле. Я улыбнулась и подняла бокал вверх, чтобы поприветствовать моего демона. Моего. Да.

– Празднуешь свое возвращение? – ухмыльнулся Деймон и сел напротив.

– Иди в ванную комнату… – замолчала, а Деймон удивлённо выгнул бровь, – ты руки не помыл, – продолжила я.

Деймон поднялся и ушел туда, куда я его послала. А сама приступила поглощать вино быстрее прежней скорости. Когда он вернулся, вино в бокале закончилось, а беспокойство не исчезло. Потянулась за кувшином, но черноволосый демон опередил, ведь взял кувшин и налил содержимое в мой бокал. Заглянула в него, а там была лишь половина.

– Ещё, – сказала я и пододвинула бокал поближе к нему.

– Нет. Ты и так высушила весь кувшин, а мне нужно чем-то запить ужин, – сказал он и налил остатки себе в бокал.

– Тебе оно ни к чему, ведь демоны пьют кровь, а не вино, – сказала я и вернула бокал к себе.

– Я же сжирал сердца, а теперь и кровь пью? – ухмыльнулся Деймон, пока разрезал содержимое в тарелке.

– Верно. Съел мое сердце, а сегодня пустил кровь, – ответила я.

– Да я ужасен, – улыбнулся и посмотрел на меня, пережевывая еду.

– И божественно прекрасен, – ответила я и подперла рукой свое лицо, продолжая пялиться на Деймона.

Он был одет в черную футболку и черные брюки. Идеальные мышцы напрягались, когда он разрезал ножом еду, и манили меня прикоснуться. Зеленые глаза, что пленили меня уже давно, заставляли вдыхать глубже. А его губы, расплываясь в улыбке, и вовсе терзали желанием накинуться и снова почувствовать их вкус.

– Тааак… понятно, – ухмыльнулся, – видимо, ты сегодня вообще не ела, раз тебя унесло после трех бокалов…

– Пяти бокалов, – поправила я, – правда, пятый ещё на подходе, – ухмыльнулась и сделала глоток вина, – и да. Я сегодня только завтракала и пила чай.

Деймон взглянул на меня с мрачным видом, а затем и вовсе поверг меня в изумление. Он взял мою тарелку и разделил её содержимое на кусочки. Подцепив один из них вилкой, он поднёс его к моему рту. Я, совершенно ошеломлённая таким действием, послушно открыла рот и моргнула только тогда, когда вилка покинула мои губы.

Затем я почувствовала, как в мой рот проник ещё один кусочек, а за ним ещё один. И ещё…

– Ты скормил мне чье-то сердце? – насупилась я.

– В этот раз была лопатка говядины, – оскалился Деймон и сделал глоток из своего бокала.

– А в следующий сердце? – спросила я и облизала губы.

– В следующий раз в твоем рту окажется совсем другое, – ответил Деймон, уже хмуро смотря на мои губы.

Я вопросительно изогнула бровь и, задумавшись, вновь облизнула губы, размышляя о том, что на них могли остаться следы пищи. Однако вскоре я осознала, что причина моего беспокойства была вовсе не в этом.

Деймон злобно смотрел на мои губы, и я почувствовала это, когда невольно обратилась к нашей связи. Страх охватил меня, и я резко встала со стула.

– Мне нужно принять ванну, – сказала я и пошатнулась от того, что всё вокруг закружилось.

– Ты сама не дойде…

– Нет! – перебила его. – Я дойду, – сказала я и, пошатываясь, направилась к своей цели.

Шла и пыталась сконцентрироваться на двери в ванную, но всё настолько кружилось и расплывалось, что я уже усомнилась в том, что дойду. Взялась за верную ручку из четырех кажущихся и открыла двери. Хлопнула ими следом за собой и, спустя пару шагов к своей цели, споткнулась об ступеньку.

Упала я сильно, ведь расстелилась по всей площадке, на которой находилась ванна. Попыталась встать, но в голову ударила резкая боль, исходящая от моей левой ноги. Все пространство продолжает кружиться, нога болеть, тело не слушаться, а съеденная говяжья лопатка – вырываться наружу. И тут я призналась себе, что сама сейчас не сделаю ничего…

– Деееймооон!

Двери открылись, и мой личный демон облокотился на дверной косяк, улыбаясь во весь свой белоснежный оскал. Скрестил руки на груди, демонстрируя свои шикарные бицепсы. И я почувствовала себя самым ничтожным ничтожеством на свете. Во всем виновато коварное пойло!

– Значит, растаяла льдинка? – усмехнулся Деймон.

– Растеклась и, кажется, лишилась ноги, – ухмыльнулась я в ответ.

Деймон присел на корточки и взял меня за правую стопу. Я предупредила, что боль ощущается вовсе не в этой части тела, но Деймон продолжал удерживать мою ногу и снимать ботинок. Коснувшись левой стопы, я невольно зашипела. Зелёные глаза встретились с моими, и я замерла. Спустя несколько мгновений я взглянула на свою ногу и с удивлением обнаружила, что ботинка на ней уже нет. Я нахмурилась и снова посмотрела на Деймона, который в ответ лишь оскалился.

– У тебя не перелом и не растяжение, а простой ушиб. Значит, ноги ты не лишилась, – сказал он.

– И как же ты это понял? – язвительно спросила я.

– Ты бы кричала от боли, пока я касался тебя, если бы это было не ушибом, – сказал он, смотря в мои глаза.

Знал бы он, как я сейчас кричу внутри, то точно бы удостоверился в переломе. Но мой внутренний крик терзал меня не от боли, а от того, что Деймон до сих пор нежно поглаживает мою ногу и смотрит на меня так пронзительно, что я невольно, обращаясь к нашей связи, чувствую такое же желание, как и он.

А дальше мои нелепые попытки встать и его уверенные – меня удержать. Несколько минут стонов, и я оказалась сидящей на краю ванны. Включила воду, попросила подать скляночку, которая сделает воду пенной. Вылила всё содержимое в ней и посмотрела в красивое лицо, которое всё это время стояло напротив.

– Благодарю и прошу вас удалиться, – сказала я и показала рукой на дверь.

Закрыла глаза и снова открыла, пытаясь нормализовать свое зрение. Но попытка была провалена, ведь все продолжало почему-то кружиться. Что случилось с пространством, почему оно все это время кружится?

Видимо, я сказала это вслух…

– Ты напилась, льдинка…

– Правда? – съязвила я. – А я-то думаю, почему ты ещё здесь и кружишься вместе с моим пространством, а не со своей мышью, – бред сказала я, пока Деймон выключал воду.

– Тааак, ну и причем здесь Селеста? – спросил он, подойдя ко мне вплотную. Пришлось закинуть голову, чтобы попытаться найти его глаза.

– Ты же с ней вчера оргазм испытал, – сказала я, пока расстёгивала свой камзол. Сбросила его вниз и осталась в одном бюстгальтере.

Хотя я и нахожусь в состоянии опьянения, мой разум продолжает работать, и я вспомнила его слова, произнесённые в той каморке, когда он пытался трахнуть эту мышь.

«Ты придёшь ко мне сама, а я, так и быть, подожду», – сказал он. И я решила действовать во вред себе, чтобы показать ему, что он не сможет удержаться от соблазна. И ждать тем более.

Я сняла камзол и почувствовала, как через нашу связь он начал испытывать мучения, останавливая себя. Я, вероятно, убийца собственной души, раз намеренно провоцирую его на это, но сейчас, под воздействием коварного напитка, мне отчаянно хочется исследовать эти границы.

– Я испытал его один, без чьей-либо помощи, – прошептал Деймон, смотря на мою грудь. Сглотнул и посмотрел в глаза.

И тут я осознала, что это будет непросто, но я уже не намерена отступать. Поэтому приподнялась на одной ноге и приспустила свои синие штаны. Деймон снова сглотнул и продолжал смотреть мне в глаза. Он борется сам с собой и со мной одновременно. Он хочет показать, что я нежеланна для него, хотя сам испытывает целый ворох чувств и эмоций. Ну что ж, значит, продолжаем играть, демон…

– Не поможешь? – прошептала я, указывая на свои штаны.

Деймон сделал глубокий вдох и опустился передо мной на одно колено. Он взялся за края моих штанов и начал стягивать их с ног. Его пальцы касались моей кожи, и по моему телу предательски пробегали мурашки. Он делал это медленно, словно наслаждаясь процессом раздевания. Откинув штаны в сторону, он несколько секунд продолжал смотреть на мои обнажённые ноги. Затем он поднялся и посмотрел мне в глаза.

– Хочешь, я тебя научу? – прошептал Деймон, его взгляд блуждал по моему лицу.

– Испытывать его без тебя? – ухмыльнулась я. – Хочу, – прошептала и облизала нижнюю губу.

Деймон приблизился ко мне, не отводя взгляда, направленного сверху вниз. Одной рукой он отвел в сторону мои трусики, а другой взял меня за руку и прижал её к моему лону. Я приоткрыла губы, чтобы сделать глубокий вдох, поскольку воздух в моих лёгких стал заканчиваться из-за того, что я была там очень мокрой.

Деймон провёл моими пальцами между моих складок, и мы оба ощутили, как наше дыхание стало прерывистым. Наши вздохи слились в унисон, и мы продолжали смотреть друг другу в глаза, не отрываясь.

И я первая закрыла глаза, когда Деймон приложил мой палец к определённой точке и начал надавливать, двигая им. Я облизнула губы и тихо простонала от нарастающего наслаждения, похожего на то, что я испытывала в ту ночь.

Мои ноги непроизвольно раздвинулись шире, а свободная рука легла на грудь под властью Деймона. Он сжимал её через мою руку, а моей другой рукой ласкал меня между ног. Я застонала от приближающегося наслаждения и ощутила, как руки Деймона покинули меня. Я не смогла сдержать надвигающееся наслаждение и продолжила делать это сама. Ускорила движения, углубила пальцы, и моё тело пронзила судорога. Сведя ноги, я выгнулась и издала стон, после чего обмякла.

Пытаясь восстановить дыхание, я открыла глаза и увидела перед собой Деймона, который также тяжело и быстро дышал, глядя на меня сверху вниз. Голова закружилась ещё сильнее, и моё тело уже не могло удержать меня на краю ванны. Поэтому я уткнулась головой ему в живот, чтобы не упасть, и продолжала судорожно ловить ртом воздух.

Его хвойный аромат проник в самую глубину моего существа, и я закрыла глаза, пытаясь подавить в себе вновь пробуждающееся желание. Деймон нежно взял меня за подбородок и приподнял мою голову, чтобы заглянуть мне в глаза. А когда он наклонился, пристально глядя на мои губы, словно намереваясь накрыть их своими, я внезапно пришла в себя и оттолкнула его. Это было ошибкой, поскольку, не рассчитав силу толчка, я изящно плюхнулась прямо в ванну.

Пытаясь подняться, я ухватилась за края ванны. Осознав, что в ванной комнате я одна, я снова погрузилась в воду. Успокоив дыхание и уняв бешеный стук сердца, я принялась наслаждаться купанием.

Завершив омовение, я покинула ванную комнату, облачённая лишь в полотенце. Осмотревшись, я заметила, что двери в спальню были закрыты. Это означало, что дремлет демон. Я поспешила в гардеробную, чтобы облачиться в сорочку и отправиться спать.

Войдя в спальню, я с удивлением обнаружила, что Деймон уже выстроил между нами границу из одеял и подушек и мирно посапывал под тёплым пледом.

Я не смогла сдержать усмешку и, пошатываясь, опустилась на кровать. Мысли мои путались, голова кружилась, а нога продолжала болеть. Я проклинала и себя, и бордовое пойло, которое оказалось слишком крепким.

После моего грандиозного падения в ванну к головокружению и боли в ноге прибавилась ещё и боль в пояснице.

Я мысленно выругалась, ведь весь мною четко спланированный план под эффектом коварного напитка так же грациозно канул в небытие, как и я в пенную воду. Выдержке и контролю Деймона можно позавидовать, ведь я ощущала, как он мучился, когда смотрел на меня, пока я сама дарила себе наслаждение. Я даже из-за этого не хотела останавливаться, чувствуя, как он мучается, сражаясь с диким желанием. Думала, съязвлю, когда оттолкну его, а сама с крахом провалилась со всем своим планом.

И вот я лежу в постели с не мною выстроенной границей между нами и испытываю чувство стыда. Однако алкоголь в моей крови ощущается сильнее, и я решаю, что подумаю обо всём завтра, а пока просто погружусь в сон, словно ничего и не было. Что я и делаю, и через пару секунд меня уже нет в этом мире.

5 глава. Родоница

Мое пробуждение было ознаменовано ощутимым ударом по лбу. Я открыла глаза и увидела перед собой сияющую от счастья Джейн, с улыбкой, которая, казалось, освещала всё вокруг. Её глаза горели и сверкали, а в руках она держала раскрашенное куриное яйцо, скорлупа которого уже начала трескаться. Я приложила руку к месту удара и злобно прищурилась.

– Ты что творишь? – проворчала я.

– По лбу тебя яйцом бью, – радостно произнесла она.

– Это я уже поняла, а причину не расскажешь? Чем заслужила такое пробуждение? – потирая лоб, спросила я.

– Линара сегодня с рассвета празднует Родоницу, – пролепетала она.

– В этом королевстве каждую неделю что ли праздник? – присела на край кровати, – ну и что такое это Родоница? А самое главное, зачем яйцом по лбу-то бить? – спросила я.

– Вот мы сейчас и пойдем это выяснять! А по лбу яйцом сегодня будят всех, так и меня Саймон разбудил, – пропищала сестра и заставила меня схватиться за голову.

– Тебе, видимо, хорошо яйцом прилетело… – прошептала я, продолжая держаться за раскалывающуюся голову.

– А что это за преграда между вами? – показала пальцем Джейн на границу в постели.

И меня захлестнули воспоминания о вчерашнем кошмарном вечере. Головная боль мгновенно исчезла, уступив место жгучему чувству стыда, когда я осознала, как низко пала, доведя себя до оргазма перед Деймоном, а затем бесславно рухнув в ванну. О, это было поистине незабываемое зрелище, представляю, как хохотал демон, наблюдая за моим падением. Проклятье, проклятье, проклятье…

Я осмотрела спальню, чтобы убедиться, что его действительно нет, а затем взглянула на сестру. Она стояла, удивлённо глядя на меня, с раскрашенным яйцом в руках.

– А что, я должна была без границы возлечь в одну постель с демоном? – прошипела я.

Джейн стояла, пристально глядя на меня. Если бы только она знала, что я совершила накануне перед лицом этого демона! Он же с каждым днём всё сильнее и сильнее порочит меня. А что творит со мной этот коварный напиток – уму непостижимо. Что я хотела сделать? Нащупать границы? Властвовать над зверем в клетке?

– Собирайся! – вскрикнула Джейн. – Мы идем на праздник, – уже спокойней добавила она.

Я с покорностью поднялась со своей кровати и, с трудом передвигая конечности, начала готовиться к выходу. Облачившись в камзол и штаны чёрного цвета, я последовала за Джейн в город.

В городе царило оживление, и жители королевства предавались веселью. Музыканты играли, люди танцевали, дети резвились, а свита короля смеялась.

Король стоял на деревянном возвышении и что-то громко говорил. Мы подошли ближе, и я отчётливо услышала, что через час должны начаться праздничные состязания.

Окинув взглядом пространство вокруг, дабы удостовериться в отсутствии Деймона, присутствие которого после вчерашнего инцидента было бы крайне нежелательным, я с облегчением вздохнула.

Джейн, взяв меня под руку, увлекла в сторону столов, ломившихся от разнообразных угощений. Я выбрала булочку и кружку чая. Вокруг нас собралась уже знакомая компания детей, которые сообщили нам о предстоящих состязаниях.

Первое состязание – это катание яиц с пригорка. Яйца подписывают и красиво раскрашивают, а потом спускают их вниз по склону. Чье яйцо укатится дальше, тот и побеждает.

Второе состязание проводится между воинами. Борьба ведётся без применения сил и оружия. На одном ристалище сражаются женщины, на другом – мужчины. Каждый победитель из пары встречается на ристалище с победителем из другой пары, и затем два лучших воина сражаются за абсолютное первенство.

Я облизнулась, ведь поняла, что именно это мне сейчас крайне необходимо, и не яйца катать, которые я уже привыкла пинать, а побороться с местными воительницами.

Поэтому улыбнулась детворе и схватила Джейн, утаскивая её к ристалищу. Быстро внесла нас в список, пока Джейн доедала свою булочку и кричала, что на это не согласна, а затем устремилась на лавочки для зрителей.

На ристалище уже вышли две воительницы, но мой взор невольно обратился к месту, где сражались мужчины. Сердце моё сжалось, а щёки вспыхнули от стыда, когда наши взгляды встретились.

Деймон стоял рядом с Саймоном и улыбался, беседуя с другом. Но когда наши глаза встретились, его улыбка стала ещё шире, и белоснежные зубы блеснули в этом ослепительном оскале. Никогда ещё мне не было так стыдно. Я поспешно отвела взгляд, сделав вид, что не заметила его.

В первом раунде мы с Джейн одержали победу. Ей противостояла Селеста. Никогда прежде я так не болела за Джейн. Я кричала и размахивала кулаками, пытаясь помочь сестре одержать верх над этой желтоволосой мышью.

И Джейн могла бы легко дать отпор, но она не хотела заканчивать поединок быстро, наслаждаясь процессом изматывания Селесты и моих нервов. В конечном итоге моя сестра одержала победу. Мне же победа досталась слишком легко, поскольку моя соперница была хрупкой девушкой, и её удары были для меня подобны лёгким толчкам.

Второй, третий, четвертый и пятый мы так же достойно вырвали себе победу. Теперь мы сидели на скамейке и ожидали начала шестого раунда, в котором должны были встретиться всего три пары соперниц.

В одной из пар будет Джейн, в другой – я, а в третьей – свирепая Хильвия. Эта особа всегда оставляла своих соперниц без сознания после боя. Она была вдвое здоровее меня, а её тело было сравнимо с мужским, сплошь состоящим из мышц и бицепсов. Самой страшно оказаться в паре с этой женщиной, поэтому буду болеть за Джейн.

– Я притворюсь побежденной, – сказала Джейн и сглотнула, когда увидела, как Хильвия выиграла свой бой.

– Даже не думай, – прошипела я, пока поднималась с лавочки, чтобы отправиться на свой поединок.

– Я сюда пришла, чтобы булочки поесть, а не сотрясение получить! – крикнула мне вслед сестра.

Моя соперница была прекрасной. Она была быстрой и точной. Но я же не из робкого десятка, и тренировали меня не как девушку, поэтому я все же выбила себе победу. Но потрепали меня хорошо, ведь из ринга я вышла с гематомами и кровью из носа.

Предательница Джейн и вправду красиво отдала победу своей сопернице, когда та её пнула в живот и Джейн свалилась на землю, притворяясь, что повержена. А когда объявили победу, встала, отряхнувшись, и с улыбкой покинула ристалище.

Пока Хильвия вела бой с соперницей Джейн, мы сидели на лавочке и открывали рты, понимая, что вот-вот настанет моя смерть. У Джейн с каждым ударом Хильвии вываливалась булочка изо рта. А у меня в груди простреливало от ужаса.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.