Мира Форст
Танцовщица

ПРОЛОГ

Спартак раскрыл зонт-трость, так как постепенно темнеющее небо все же разразилось дождем. Он ни о чем особо не размышлял, просто старался смотреть под ноги и не наступать в стремительно скапливающиеся на дороге лужи.

Навстречу ему шла девушка, прячась от мокроты под большим цветным зонтом. Горский зацепился за нее взглядом. Черные лосины обтягивали длинные ноги. Красная футболка с абстрактным узором подчеркивала стройность фигуры и округлость груди. Темно-каштановые волосы волной рассыпались по плечам. На пухлых губах – оранжевая помада, в тон туфлям на высокой шпильке. Кошачьи глаза в обрамлении густых ресниц. На плече у нее болталась спортивная сумка. Незнакомка держала путь к автобусной остановке и по сторонам не глядела.

Она уже прошла мимо, как Спартак решил, что не стоит упускать девушку. Бывает так, какое-то неясное волнение либо предчувствие заставляют не проморгать свой шанс. Он обернулся, собираясь догнать ее, но незнакомка успела заскочить в отъезжающий автобус.

Некоторое время его одолевало сожаление, нет-нет, да и вспоминал девочку-видение. А спустя три месяца после того дождливого дня она пришла устраиваться на работу танцовщицей в клуб, которым заведовал Спартак.

ГЛАВА 1. АЛИНА

– Алина, что мне делать? Что мне делать? – рыдала младшая сестренка, сидя на табурете в крохотной кухоньке.

Вся квартирка была крохотной, но это не так важно. Важно то, что жилье мое собственное. Я сама себе хозяйка и ни от кого не завишу. Хвала перестройке и закону о приватизации. Три года назад родители перебрались насовсем в Челябинск, оставив нам с сестрой двухкомнатную квартиру. Мы ее продали, я купила однушку. Олеська своей долей распорядилась иначе, отдала часть мужу на покупку машины, другую просто прожигает. Посчитала, раз живет у него, то своя недвижимость ей и не нужна вовсе. На мой взгляд, крайне неразумно. Но когда это младшая Озерова действовала разумно? Или слушала кого?

– Олесь, может, уже объяснишь, что случилось? – поставила я перед ней стакан с водой. – Ворвалась ко мне воскресным утром, разбудила. И почему ты, кстати, одна? Где Лёлик?

Лёликом мы звали годовалого сына Олеси. На самом деле его имя Леонид, но для родных – Лёлик. Смеемся, что, если у Леонида когда-нибудь родится брат, то он обязательно будет Борисом или Болеком. Нам всем нравился в детстве мультик про «Болека и Лёлека».

– Так я о том и толкую! – заголосила молодая мать. – Генка моего сыночка украл! Спрятал!

– Как это твой муж украл своего же ребенка? – не переваривала я Геннадия, но не могла представить себе, что он опустился до такой низости.

Гена Четвертков в прошлом был моим одноклассником. Недалекий тип цыганской наружности с дикими хулиганскими выходками и барскими замашками. Его выперли из школы после девятого класса с неудами в аттестате. Я бы и рада забыть о существовании парня, отравлявшего жизнь ученикам и учителям, но именно за него моя безголовая сестрица выскочила замуж, едва ей исполнилось восемнадцать. В девятнадцать она родила Четверткову сына. И вот, пожалуйста, Олесе всего двадцать, а проблем столько, что устанешь перечислять. Генка пил. Генка ее поколачивал. Нигде официально не работал. Таскал в дом сомнительных дружков. И в такой нездоровой атмосфере рос Лёлик. Мама зовет Олесю в Челябинск, но девчонка настолько любит своего аморального мужа, что и слышать о переезде не желает.

– Вот так взял и украл! – непонятно почему начала сестра злиться на меня. – Мы с ним разругались из-за его пьянок и долгов. Генка у серьезных людей крупную сумму занял. Они к нам домой приходили, угрожали. Тогда я мужу и сказала, что Лёлика заберу и свалю в Челябинск до тех пор, пока он все тут не уладит. Так он меня опередил. Сам сына увез, скрылся в неизвестном направлении. Записку оставил, мол, не соберу денег за две недели, сына не увижу никогда больше.

– Олеся, так в милицию надо срочно идти. Подожди, оденусь только, – разволновалась я не на шутку, похоже, все действительно серьезно. – Записка у тебя с собой?

– Нельзя в милицию, Алин, – остановила мой порыв сестра. – Те люди, что к нам приходили, сказали – убьют, если ментовку подключим. Надо деньги искать.

– А о какой сумме речь?

Сумма оказалась внушительной.

– Это без процентов, – всхлипнула Олеська. – Через две недели еще и счетчик включится.

Я старалась сохранять самообладание, но удавалось с трудом. Так и знала, что Четвертков втянет мою младшенькую в неприятности.

– Алин, а может, ты у своего босса попросишь? – вдруг сказала она. – В казино ведь столько денег крутится. Твой Казарян точно не обеднеет.

– Олеся, а возвращать как? Ваграм просто так не даст. Сумма слишком велика, а в казино большая часть выручки в оборот пускается. Со своей зарплаты я столько даже за несколько лет не накоплю.

– Разве ты мало получаешь? Ты же звезда. По заграницам колесишь.

– Что ты придумываешь? – иногда казалось мне, сестра, живя с быдловатым Генкой, и сама глупеет. – Я обычная танцовщица в шоу при казино. А мои поездки в Болгарию… Поверь, ансамблю много не платят.

– Тогда ты можешь стать любовницей Казаряна, – выдала она. – Ты яркая, приметная. Ваграмчик наверняка спит и видит, как бы тебя в свою постель уложить. И тебе будет хорошо, и возвращать долг не придется.

– Во-первых, у моего босса уже имеются в наличии и жена, и любовница. Обе дамочки соперницу не потерпят. Во-вторых, тебе не стыдно подобное мне предлагать? – хотелось бы хорошенько всыпать сестре ремнем, но сейчас речь шла о моем племяннике, бросить на произвол судьбы Леньку я не могла, надо было искать варианты.

– Алин, не сердись. Просто тебе двадцать пять уже, а ты все непристроенная, все выбираешь. Так довыбираешься, что вообще без мужика останешься. Вот я и подумала, можно и денег добыть, и тебя заодно пристроить.

– Лучше бы ты думала, когда за Генку замуж выходила. Не оказалась бы в подобной ситуации.

– Алин, я правда от него уйду. На этот раз точно. К маме уеду. Помоги только сыночка вернуть.

Олеся больше не плакала. Смотрела в одну точку, словно застыла.

– Ладно, – приняла решение я. – Ваграм в казино к вечеру должен появиться. Попробую поговорить с ним перед выступлением. А ты дома сиди, вдруг Генка вернется.

– Алин, ты самая лучшая сестра в мире! – повисла она у меня на шее.

На работу пришла пораньше. Репетировать не требовалось, у нас с девочками номера давно отработаны, поэтому другие танцовщицы еще не появились. Переоделась сразу в сценическое платье. Кто знает, как долго придется ждать Ваграма? После разговора с ним времени на переодевание может не остаться. Накинула плащик, дабы никого не провоцировать излишне короткой юбкой, мысленно пожелала себе удачи и через подсвеченные разноцветными неоновыми лампами коридоры направилась в кабинет хозяина казино.

Мне повезло застать его одного. Он курил кубинскую сигару и просматривал какие-то бумаги.

– А… Озерова. Заходи, – отвлекся шеф от документов. – Чего хотела?

Мой босс был еще не старым, но уже лысеющим мужчиной. На людях всегда появлялся в щегольских костюмах и начищенных до блеска ботинках из крокодиловой кожи. Обязательно всем улыбался. И эта улыбка многих вводила в заблуждение. По слухам, Ваграм Казарян был тем еще типчиком…

– Хотела денег у тебя одолжить. Много денег, – озвучила ему сумму.

– Ничего себе у тебя аппетиты, – прищурился он. – А отдавать как намерена? Или собиралась себя предложить? – оценивающе оглядел мои ноги. – Озерова, ты, конечно, красивая девочка, но не настолько же…

Я была рада тому, что Казарян сам отверг интим, в то же время было немного обидно, я не одна из тех роковых женщин, ради которых мужчины совершают глупости.

– Ваграм, мне очень надо. Сестра в неприятности вляпалась. Не за нее прошу, за племянника. Буду частями возвращать. Придумаю что-нибудь, – рассчитывала я заставить Четверткова продать машину. Все-таки Лёлик его сын, должен же папаша нести ответственность за жизнь своего ребенка.

– Не надо частями, – в непонятном мне радостном возбуждении вдруг всплеснул руками Казарян. – Считай, повезло тебе сегодня, Озерова. И мне повезло, – добавил он. – Дам тебе денег, но только после того, как добудешь для меня информацию. Информация в обмен на деньги. Идет?

– Что за информация? – осторожно спросила я. Уж больно заблестели зрачки у армянина, и акцент проявился сильнее обычного. Как бы и самой не нарваться на неприятности. Втравит в какое-нибудь гиблое дело.

– Мне папка одна нужна. Папка та в сейфе у одного человека лежит. Достанешь…, получишь всю сумму. Слово даю.

ГЛАВА 2. СПАРТАК

С самого утра день не задался. Сначала на связь не вышел мой человек, которого неделю назад отправил в Курган для разведки обстановки. Там появилась новая банда, а я всегда отслеживал новичков. Требовалось знать, чего стоит ожидать и стоит ли заранее предпринять меры. Курган хотя и не был ближайшим к нам городом, но накопленный опыт не позволял не брать в расчет даже самые малочисленные группировки. Особенно нельзя было упускать новичков, эти всегда действовали нахрапом в попытке отобрать территории у тех, кто на них уже хорошенько окопался. Слово «окопался» ужасно не нравилось Герману, но война в Афганистане, которая закончилась семь лет назад, оставила слишком мощный след, потому я частенько мыслил и говорил на фронтовом сленге.

Решил подождать до вечера, если Руслан так и не объявится, займусь поисками.

На том треволнения не закончились. В клуб пожаловала незапланированная пожарная инспекция, а после, как разобрался с проверяльщиками, в мой кабинет впорхнула зареванная Дианка.

Диана была лучшей танцовщицей из тех, что выступали на сцене клуба. Солирующей. Яркая, искрометная девушка. Во время танца она выдавала столько огня, что можно было смело лить охлаждающую пену из огнетушителей на посетителей со вздувшимися ширинками. Периодически приходилось вытягивать девчонку из неприятностей. К сожалению, на своем опыте Дианка не училась. И на чужом тоже. Насколько она была красивой, настолько же и глупой. И еще – шлюхой, самой настоящей потаскухой.

– Полунина, что на этот раз случилось? – спросил без особого интереса. Ее красота не трогала меня, не толкала на свершение подвигов и пения серенад под окном. Мне всегда нравилось в девушках сочетание внешней привлекательности с богатым внутренним миром, сочетание раскованности со скромностью, чего в Дианке и в помине не наблюдалось. – Тебя вновь ограбили? Или опять лицо грозили порезать?

– Хуже, – плюхнулась она в кожаное кресло. Не присела грациозно, как делала обычно, эффектно перекинув ногу на ногу, так, чтоб белье нижнее продемонстрировать, а именно плюхнулась. Видимо, и правда стряслось что-то из ряда вон. – Я залетела, Спартак, – зарыдала красотка пуще прежнего. – У врача сегодня была. Думала, избавиться, но мне сказали, тогда никогда больше родить не смогу, что-то там с маткой не то. И выступать пока не смогу из-за угрозы выкидыша. Надо в больничку ложиться на сохранение.

– Кто отец? – не слишком понимал, отчего горюет девушка. От потери места? Так ее с радостью обратно возьмут, как родит и в форму вернется. Потому что залетела? Так ребенок – это ведь счастье. Вот мне, например, уже тридцать шесть, а детей нет. А очень хочется. Но хочется от любимой женщины, а такой у меня тоже нет.

– Не знаю, – размазала Диана синюю тушь по щекам. – Не знаю, кто отец.

Теперь понятно, чего рыдает, – усмехнулся мысленно. Дурочку не было жаль, ни на секунду не сомневался, даже будучи беременной, эта гулящая кошка найдет себе мужика. Но не помочь и бросить, конечно, не мог.

– Ложись в больницу спокойно, – открыл ящик письменного стола, достал конверт с деньгами, приготовленными для других нужд, отдал Диане. – Что понадобится, звони в клуб или на домашний номер, все тебе привезем.

– Горский, ты самый лучший в мире начальник, – не могла сдержаться Полунина от удушливых объятий.

В нос ударил запах густых духов с восточным ароматом. Едва удержался, чтобы не поморщиться и не чихнуть. Так пахли продажные женщины на той страшной и бессмысленной войне.

На этом сюрпризы дня не закончились. Только последующий оказался весьма своевременным и приятным. И весьма непредсказуемым.

По рации со мной связался старший в смене охраны клуба.

– Спартак Игоревич, тут девушка пришла. Хочет у нас работать. Говорит, танцовщица.

Как же кстати, – улыбнулся довольно, велев проводить соискательницу на вакансию к себе в кабинет.

Узнал ее сразу, стоило только девушке переступить порог. Даже несмотря на то, что она перекрасила волосы в более темный оттенок, чем запомнился. Та самая. Девочка-видение. Кофейные глаза мерцают, смотрят на меня сосредоточенно. От небольшого сквозняка в помещении повеяло легкими духами. Аромат тонкий, мягкий, ненавязчивый. Так пахнут полевые цветы на летнем лугу, – само собой пришло в голову сравнение.

Сопровождающий из охраны ушел. Мы остались один на один, и совершенно внезапно для самого себя я пропел строчки из песни Максима Леонидова, которая только-только появилась в эфирах и уже стала хитом.

Был обычный серый питерский вечер.

Я пошел бродить в дурном настроении.

Только вижу вдруг, идет мне навстречу

То ли девочка, а то ли виденье.

И как будто, мы знакомы с ней даже.

Помню, чей-то был тогда день рожденья.

И, по-моему, зовут ее Дашей

То ли девочку, а то ли виденье.

Она могла бы принять меня за сумасшедшего и просто уйти, но вместо того приятно и мелодично спела припев из той же песни.

Она прошла, как каравелла по зелёным волнам

Прохладным ливнем после жаркого дня.

Я оглянулся посмотреть, не оглянулась ли она,

Чтоб посмотреть, не оглянулся ли я.

– Только меня не Дашей зовут, – сказала она. – Я Алина. Алина Озерова. Планирую переехать в ваш город. Вот решила узнать, смогу ли найти работу. Пока в гостинице остановилась. Училась в московском институте Культуры на хореографическом отделении. У меня большой опыт выступлений на сцене. И танцевальные номера сама могу ставить.

Алина… мысленно смаковал ее имя. Эта Алина ничего такого не делала и ничего особенного не говорила, но страсть, как провоцировала меня. Чем? Коктейлем несочетаемого, чего я так обожал в женщинах и так редко находил. Раскованная и нежная одновременно. Дивные полутона страсти, чувственности, замаскированные скромностью. Ее темно-синее платье прикрывало плечи и коленки и могло показаться пуританским, но оно так волнительно облегало ее зад, так подчеркивало осиную талию, так натягивалось на восхитительно округлой груди, что заводило не по-детски, сносило крышу подчистую. И еще этот ее аромат, обволакивающий меня хрупким кружевом паутинки. Да я готов взять ее на работу без всякого резюме и рекомендаций. И оклад пообещать выше среднего. А заодно и себя вручить в качестве премии.

– Вот что, Алина Озерова, – старался говорить и выглядеть бесстрастно. – Я сейчас отведу тебя к девочкам, нашим танцовщицам, порепетируешь с ними. Посмотрим, что из этого получится. Если сработаетесь, с завтрашнего вечера начнешь выступать.

– Хорошо. Спасибо вам большое за шанс, – обрадовалась девочка.

– Не так официально, – попросил я. – А то дедом себя начинаю чувствовать.

– Да вы…, прости, ты – мужчина видный. Какой же дед? – улыбнулась она краешком губ.

А… мой котеночек-то игривый. Так бы и утащил поиграться. Но… придется потерпеть, а то убежит еще.

– Ты сказала, переезжать сюда планируешь. Но я видел тебя в городе. Месяца три назад.

– Так вот к чему песня про девочку-видение, – догадалась умница.

– Точно, – кивнул я. – Только ты не обернулась тогда. На автобус торопилась.

– Мы с ансамблем к вам выступать приезжали в пионерский лагерь, – пояснила она. – На день славянской письменности и культуры.

– Пионерский? Разве они сейчас так называются? – сказывалось отсутствие у меня детей, не слишком был я подкован во всей этой теме.

– По-другому, – пожала плечиками Алина. – Но мне так привычнее.

Наш разговор прервал стук в дверь. Пришел тот, за кого я изрядно волновался с самого утра. Руслан. Попросил его немного подождать, и сам повел девушку в зал, где обычно репетировали танцовщицы.

– Похоже, ты приносишь удачу, Алина Озерова, – нагло взял ее под локоть и даже через ткань пиджака ощутил тепло ее нежной кожи. – Кстати, у нас в клубе нет ни одной Алины. У тебя редкое имя.

– У меня редкое!? – засмеялась она, не стремясь избавиться от моей хватки. – Спартак. Вот это действительно редкое имя.

– Мамина идея, – признался я. – Фильм о гладиаторе произвел на нее неизгладимое впечатление. Особенно сцена, когда Спартак приказал своим воинам сплести лестницы и канаты из виноградной лозы, а затем спуститься по ним с Везувия прямо римским легионерам на головы для того, чтобы разбить непобедимое ранее войско.

– А мне больше нравится сцена, когда Спартак велел забросать непреодолимый ров трупами убитых людей и лошадей, тем самым получив возможность с помощью этого жуткого моста открыть путь к свободе.

– Значит, тоже фильм смотрела.

– Нет. Книжку читала, – скромно потупилась Алина.

Еще и умна… Похоже, я нокаутирован.

Позже, когда вернулся в кабинет, Руслан поинтересовался у меня:

– Кто эта девушка?

– А это мое, – пресек я чужую заинтересованность.

ГЛАВА 3. АЛИНА

Три дня ушло на подготовку. Слишком много, когда на кону жизнь сестры и племянника. Убогий Четвертков меня не интересовал, лишь бы забрать Лёлика у его отвратительного папаши. После разговора с Ваграмом поехала к Олесе. Младшенькая выглядела ужасно, прикладывалась к бутылке. Я и не надеялась, что Геннадий все-таки объявится и оградит семью от того, чего сам и наворотил. Придурок полный.

В квартире у сестры было грязно так, будто тут ежедневно собирается притон.

– Олесь, я достану денег, но мне потребуется уехать, – сообщила ей без подробностей, как придется доставать рублики. – А ты не догадываешься, где может скрываться твой муж с ребенком?

– У него столько приятелей, что Генка у кого угодно может отсиживаться, – угрюмо пробурчала Олеся. – Мне их хаты неведомы.

Сестра никогда не отличалась изяществом манер и чистотой речи, но сейчас в этой замызганной квартире, я впервые осознала всю степень ее падения и деградации.

У кого-то из соседей за стеной заплакал ребенок. Мужской голос прикрикнул на него.

– Разве у вас в подъезде есть еще малыши, кроме Лени? Ты мне не говорила.

– К старухе Никаноровой дочь с зятем приехали. Это их отпрыск орет.

– Олесь, ты плохо выглядишь. Ложись спать. Я все улажу. Вернем Лёлика и отправим вас к бабушке. Мама давно ждет, чтоб ей внука привезли.

– Мне больше не на кого надеяться, кроме как на тебя, Алин, – появились слезы в глазах сестры.

– Все уладится, – обняла ее. – Все проходит, пройдет и эта черная полоса.

Вернувшись к себе домой, принялась изучать материалы, выданные мне Ваграмом.

Спартак Горский – мужчина, к которому предстояло втереться в доверие. Удачей можно считать, что живет он в другом городе, всего сорок минут на рейсовом автобусе, но…, считай, два разных мира. Недавно выступали с ансамблем в том городе перед школьниками. А так… никаких знакомых, кто знал бы в той локации Алину Озерову. Еще большей удачей являлось то, что Горский хозяин клуба, где на постоянной основе выступает танцевальный коллектив. На этом удача заканчивалась.

Я сильно сомневалась в том, что Спартак окажется мне по зубам. Он не был похож на типичного братка или глуповатого криминального авторитета, чьи лица появляются в милицейских сводках или на страницах газет. Он выглядел иначе.

Как подступиться к такому мужчине? – разглядывала фотографию бывшего военного. В прошлом – Тюменское высшее военно-инженерное командное училище. Афганистан. Ныне – один из четверки серьезнейшей группировки, которая держит в руках весь город. Он был очень крут. И очень фартовый. А еще осторожный и осмотрительный. А у меня катастрофически мало времени для того, чтобы очаровать его. Очаровать настолько, чтоб он рядом со мной позабыл о делах, потерял бдительность, расслабился. Вернее, у меня не катастрофически мало времени, его вовсе нет для размусоливаний и постепенного завоевания крепости.

Как влюбить в себя мужика менее чем за две недели? Да настолько, чтоб он доверял тебе? Как впечатлить Спартака с первой же встречи? Какие женщины ему нравятся? Этого в скупой справке, которой располагал Казарян, не сказано. Лишь то, что был женат. Разведен. Детей нет.

Странно, конечно, – вглядывалась в достаточно четкий снимок. Почему к тридцати шести годам у него нет семьи? Последствия войны? Не все в порядке с головой? Я слышала, что у многих воевавших на передовой, после возникают сложности с адаптацией в мире без фронта. Спартак один из таких? А что, если он вообще женоненавистник? Или неудачный брак сделал его подозрительным по отношению к любой самке?

Привлекательный мужчина. Красивый. Не слащавой красотой, а мужественной. Очевидно, что умен. Иначе не окончил бы такое престижное училище. Я не могла предугадать, какой женский типаж ему может понравиться, зацепить с первого взгляда. Он мог интересоваться интеллектуалками, но проводить время со шлюхами. Его мог увлечь образ скромной учительницы начальных классов. Или, наоборот, на простушек он и не смотрит, подавай – топ-модель.

Я считала себя вполне симпатичной, следила за фигурой, умела меняться и ухаживать за собой. Профессия танцовщицы научила перевоплощаться с помощью всего лишь небольших деталей. После гастролей в Болгарии, Югославии и Венгрии привозила всегда таких вещиц, каких у нас было не достать – цветные линзы для глаз, гели с блестками для волос, подкручивающие туши для ресниц, бальзамы для тела, после которых кожа становилась по-настоящему гладкой и шелковистой.

Скорее всего, мне придется лечь с ним в постель. Вряд ли по-другому я смогу оказаться там, где находится сейф. Ваграм предупредил, сейфов два. Один в кабинете в клубе, второй у Горского дома. Нужная папка могла быть в любом из них.

Лечь в постель… Да.. Ради семьи я готова и на такое, даже переспать с незнакомцем. С таким мужчиной это может быть даже приятно, – все вглядывалась и вглядывалась я в черно-белую фотокарточку. Остается надеяться, Спартак не любитель бдсм-игр и прочей фигни. Я точно не по этой части.

Сразу притвориться шлюхой? Нет. Не пойдет. При таком раскладе воспользуется один раз и больше в мою сторону не посмотрит. После долгих раздумий решила, что, пожалуй, такого мужчину скорее всего заинтересует будящий фантазию образ. И еще не стоит ему врать. Буду по мере возможности говорить правду, просто не договаривать того, чего ему не следует знать.

Потратила почти все свои сбережения на покупку нового нижнего белья, поход в салон красоты и оплату забронированного по телефону одноместного гостиничного номера. Гостиница оказалась вполне сносной, к тому же в стоимость входили завтраки.

В четверг я стояла перед входом в клуб. Для первого знакомства надела васильковое платье, скрывающее фигуру, но при правильном ракурсе и выгодно подчеркивающее мои формы. Шпильки. Нет таких мужчин, которые не любят высоких каблуков на женских ножках. Волосы выкрашены иссиня-черной краской, так эффектнее. Если почувствую, что не впечатлила, уже вечером перекрашусь в блондинку. Буду удивлять.

Сконцентрировалась и собралась так, как делала это перед каждым выступлением. Прочь волнение. У меня все получится. Даже если не повезет с первого раза, как говорят танцовщицы – шаг назад после шага вперед – это не провал, а ча-ча-ча.

ГЛАВА 4. СПАРТАК

Разговор с Русланом вышел обстоятельным. По всему выходило, новички в Кургане – полные отморозки под наркотой и с автоматами. Соображают туго, но шума уже наделали значительного. В открытую расстреляли местных воротил, останавливаться не собираются. Такой тип людей, кому в силу отсутствия мозгов ничего не светит, никогда им не занять и не удержать какую-либо нишу, но они-то этого не понимают, воображают из себя криминальных авторитетов, считают, что достаточно направлять на людей оружие и палить без разбору. Таких надо нейтрализовать, изолировать от общества как можно быстрее, иначе они и в их городе объявятся. Руслану удалось выяснить, где разгульная банда засела, и я собирался передать координаты Олегу Троицкому.

С Олегом мы вместе прошли Афганистан. У него за плечами не только война, но и школа МВД. Сейчас возглавляет небольшое частное детективное агентство. Он и передаст всю раздобытую инфу об опасной группировке в милицию кому следует. Я мог бы сделать это сам или попросить Германа, но имелось у меня к Троицкому еще одно личное дельце, потому и совмещу.

Разрулив неотложные дела, направился в репетиционный зал. Здание бывшего завода позволяло развернуться с размахом, в том числе и выделить танцовщицам отдельное помещение для тренировок.

Дианка уже отбыла. Один из охранников отчитался, что завез беременную девушку домой за вещами, затем в роддом, где ее поместили в двухместную палату.

Девчонки отрабатывали номер под старый хит Майкла Джексона с его знаменитой лунной походкой. Я нечасто заглядывал сюда. Естественно, мой второй визит за день вызвал у коллектива приступ жадного любопытства.

– Продолжайте. Я просто посмотрю, – кивнул Катерине Наумовой, в прошлом эстрадной примадонне. После травмы продолжить выступать она не могла, в шоу-бизнесе о ней как-то быстро позабыли, тогда Катя открыла свою школу танцев, тренирует детей, по совместительству подрабатывает постановщицей танцевальных номеров в моем клубе.

– Новая девочка просто супер, – шепнула мне Наумова. – Не сомневайся, надо брать.

– Отлично, – спрятал руки в карманы брюк, наблюдая за Алиной. – Отправь ее тогда после репетиции к Рыжикову. Пусть оформит по всем правилам. Я его предупрежу.

Если Диана была огненной пантерой, то Алина грациозной кошкой. Кошкой, которую я собирался заграбастать себе.

Мягкая, плавная, пластичная, сотканная из нежности, женственности и соблазна, девушка будила во мне давно забытый водоворот из чувств и эмоций. Она двигалась особенно, пахла особенно. Длинные ноги, дивные кофейные глазища, припухлый ротик – все в этой кошке гипнотизировало меня, включало первобытные инстинкты и режим охотника.

Наумова права, Алина превосходная танцовщица и точно прикует к себе взгляды публики. Сейчас на ней были надеты светло-сиреневые лосины, бледно-голубой топ и в тон ему кеды. Подготовилась девочка, пришла в платье, но взяла с собой форму для танцев.

Когда Алина растянулась по полу в красивом шпагате, поспешил убраться, слишком уж красочными стали мои фантазии. А еще появились сомнения. Посмотрит ли на меня? Такая королева. Что, если парень в наличии? Или того хуже – муж? Избавлюсь, – осознал вдруг четко. Избавлюсь от любого соперника. Устрою так, что все кавалеры сбегут от нее. Останусь только я. Никуда ей от меня не деться. Смету любое сопротивление. Моя кошка.

Чуть позже заглянул в кабинет Михаила Рыжикова, бухгалтера и кадровика в одном лице.

– Миш, новенькую оформил уже?

– Ага, – кивнул он. – Полунину на больничный, Озерову в штат.

– Дай мне копии ее трудовой и паспорта.

Из клуба поехал в контору Троицкого. Снабдив фронтового товарища информацией по курганской банде перешел к личной просьбе.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.