Метод звездного круга
Алес Лис

Данная книга является художественным произведением, не призывает к употреблению наркотиков, алкоголя и сигарет и не пропагандирует их. Книга содержит изобразительные описания противоправных действий, но такие описания являются художественным, образным и творческим замыслом, не являются призывом к совершению запрещенных действий. Автор осуждает употребление наркотиков, алкоголя и сигарет. Пожалуйста, обратитесь к врачу для получения помощи и борьбы с зависимостью

© Алес Лис, 2025

ISBN 978-5-0065-7387-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Часть 1. Имя для звезды

«Вопросы крови—самые сложные вопросы в мире!»

М. А Булгаков «Мастер и Маргарита»

Пролог

1895 год. Зима

Тропа N между Техасом и Нью-Мексико

Мари опустила край ветви винограда в рот с особой непринужденностью, и даже когда свет забил в глаза, она не смутилась.

– Что ещё? – она появилась быстро, так же как всегда. Её губы стянулись в невзрачную полосу, глаза блестели холодным пламенем. Её голос отражался в голове приятным эхом. – Ай-ай, юная Бессель, как Вы можете использовать кровь своего отца?

На самом деле она не представляла из себя чего-то невероятного. Платье синего цвета ласкало деревянный пол подолом. Её губы, глаза, нос – она вся была бледна и издавала легкое свечение голубоватого цвета, резавшее глаза.

– Ты не желаешь поговорить со мной? – Мари проницательно осмотрела пришедшую и поёжилась в своем кресле.

– У меня нет времени на пустую болтовню, – ответила пришедшая. – Ты хотела мне еще что-то сказать? Мне казалось, мы обсудили всё, что можно и нельзя, и с тобой, и с твоим уважаемым отцом.

– Я просто хотела поинтересоваться у тебя… – ответила Мари, и его тон заметно возвысился, словно переходя на новую ноту.

– Уже вся орбита знает, что ты не собираешься занимать место своего родного отца, что еще можно обговаривать? – пришедшая в возмущении сложила руки на груди, её голос стал словно звонче.

– Вообще мне интересна твоя позиция, – губы Мари дрогнули в улыбке, она слегка подавалась вперед, крепче вцепившись ногтями в мягкую обивку кресла, что кончики её пальцев побледнели. – Кого ты хотела бы видеть в качестве Повелителя?

– Что за вопрос? – отчеканила пришедшая, уже явно сдерживая накопившуюся злобу.

– Представляешь, картой завладеёт кто-то неопытный, безграмотный, несмышлёный? – сосредоточенно отчеканила Мари.

– Если ты намекаешь на своего брата, то я даже не приму его кровь в качестве повелителя! – процедила пришедшая, что её волосы на плечах покачнулись от выросшего напряжения.

– Бессель предусмотрел это. Поэтому он ищет нового наследника.

Туман как-то быстро рассеялся вместе с гостьей, и Мари, теперь спокойная и одинокая, отхлебнула вина из кубка рядом с ней.

Глава 1

Запад США. Форт-Уерт. Штат Техас. 1890 год.

На общественные казни собирались все. Обычно это выглядело не так зрелищно, как думалось, но даже девушки, работающие в борделях, позволяли себе, облокотившись на стены зданий, мельком наблюдать, как на эшафот выводили осужденных.

Она смотрела по сторонам. В кричащей, гогочущей толпе она чувствовала себя потерянно и уязвимо, но старалась не подавать виду, чтобы не быть задавленной толпой.

– Джеки! – за кисть больно схватились и в то же мгновение дернули за руку, заставляя все-таки невольно протиснуться через неприятных жителей города.

Джерси был высокого роста, и когда Джеки посмотрела на него каким-то туманным взглядом, он только недовольно цокнул, помотав головой.

Джерси тянул её за собой, заставляя людей осуждающе оглядываться и вздыхать, когда фигура Джеки невольно сталкивалась с их нескладными телами.

Первые ряды людей, в окружении которых резко оказалась Джеки, выглядели особенно озабоченно, что заставило её невольно, с детской ненавистью, сжать края юбки.

Пахло потом, от чего болела голова. Под ногами противно вязалась грязь, пачкавшая подол юбки.

Джеки подняла голову и поверхностно, приоткрыв рот, осмотрела эшафот. На Диком Западе особенно не заморачивались насчет соблюдения всех правил казни, иногда её вовсе делали без суда, ссылаясь на мнение общества (демократия, так сказать).

Джеки заметила знакомую фигуру у ступенек помоста и подалась вперед, щурясь от дневного солнца и разглядывая черты лица, а когда мужчина сделал шаг под чужим натиском, то процедила громче нужного:

– Папа?

Джерси, на которого Джеки метнула взгляд, едва заметно кивнул и приставил указательный палец к губам, призвав к тишине.

В семье Вольф не принято было говорить о дурном при детях, и если Джерси уже было почти двадцать, то десятилетняя Джеки воспринимала эшафот скорее, как что-то отстраненное, вроде иллюзии, нежели что-то реальное и пугающеё. На общественные казни она смотрела совсем редко и то мельком, потом отец отводил её куда-то, лишь бы детское внимание не успело дойти до момента дерганья рычага.

Мужчина выглядел почти равнодушным, его изрезанная кожа, изодранная одежда, покрытая кровью, выглядела ужасающе тошно, что Джеки поняла, когда дамочка рядом с ней фыркнула.

– Его же убьют… – процедила Джеки чуть тише, и её тон оказался почти безжизненным.

– Только не плачь, – попросил Джерси, а его лицо, наполненное каким-то странным отчаянием, сделалось серьёзным.

Дальше он не смотрел на Джеки, холодно наблюдал на внезапно натянутую на шею отца петлю. Палач поправил её так, словно подтянул шейный платок, а затем небрежно схватил лист и пробубнил едва понятно:

– Осужденный за убийство помощника шерифа…

Дальше он процедил фамилию, которую Джеки впервые услышала, и пока она пыталась в сознании перебрать все знакомые имена, послышался машинный звук отодвигающейся доски.

Охватила неожиданность, Джеки, вцепившись в края юбки. Она слышала, как тяжело и обрывисто дышит её отец, как его тело извивается против его воли.

Вдруг резкие звуки безжизненных криков прекратились, и мужчина отбросил голову набок, а его сухой язык безжизненно выпал изо рта.

Джеки поняла, что теперь сжимает юбки, чтобы не разрыдаться. Она окончательно потеряла цепочку логики, но резко утихнувший голос, молчание ударили большим молотом.

– Не плачь, – повторил Джерси так же непринужденно и тихо.

Джеки сглотнула, видя тело уже в размытом виде.

«Не плачь».

Щека намокла, от чего стало не по себе. Джеки уже окончательно запуталась в советах брата и собственных чувствах, не в силах оторвать остекленевший взгляд от эшафота.

«Не плачь».

Джеки издала первый всхлип, что застрявший ком в горле потом вырвался отдышкой.

«Не плачь, не привлекай внимание».

Джеки почувствовала, как ткань её рукавов намокла, и сама не поняла, как начала рукавом вытирать никак не останавливающиеся слезы.

Глава 2

Запад США, Форт-Уэрт, штат Техас. 1896 год.

Она была не шлюхой. Поднимаясь по ступеням, она едва не задевала подол юбки. У неё были мягкие черты лица, совсем крошечный, но аккуратно прямой нос, зелёные глаза и запутанные рыжие волосы под шляпой. Она шла медленно, подавляя в сознании все посторонние шумы, беседы и ненужные разговоры.

– Налей что-нибудь.

Джеймс с особой гордостью недолго пытался убедить Джеки в том, что его не интересует её просьба, равнодушно удерживая свой взгляд на небольшой бутылке виски, но после того, как она наигранно растерянно откашлялась, он все же неохотно оглядел её с ног до головы.

У него были темные густые волосы, грубые руки с кольцами на каждом пальце, большие глаза, в которых привычно читалось либо безразличие, либо осуждение.

– А конкретней? – Джеймс ударом положил руки на стойку, прижимая ладони, и слегка склонил голову вбок, что его волосы качнулись.

– Виски есть? – вальяжно присаживаясь на стул, спросила Джеки без особого желания.

– Нет, еще рано утром кончился, – Джеймс быстро сменил её осуждающим взглядом свысока, его речь была привычно ленивой, а язык словно заплетался.

Джеки оглядела помещение. Держать его было выгодно Джеймсу. Держать таверну или кабак вообще было выгодно на Западной части Америки. Здесь все делилось на небольшие города, деревни и села, которые представляли собой скромные улочки, грязные, пропитанные ужасным запахом дома и постоянное ржание коней, которые занимало всю и без того узкую дорогу.

– Шато?

Джеки замерла, разглядывая бутылки, выстроенные за спиной Джеймса ровным рядом по наименованиям и крепости.

Они встречались в этой таверне почти каждый день. Джеки выпивала бокал некрепкого вина перед работой, понимающе кивала на жалобы Джеймса о том, какие увальни и идиоты постоянно тратят его нервы и силы в его таверне. А после часто выслушивала, как он придирается к её внешнему виду, усталому и изнеможённому лицу, утверждая, что по ночам надо спать, а не играть в карты на поцелуи, и к тому, что ей следовало бы получше поразмыслить над тем, сколько она тратит денег на выпивку.

– Ну наконец-то, – краем глаза заметив, как Джеймс наполнил бокал вином, она удовлетворенно пододвинула его к себе и со скудной улыбкой сделала один глоток, роясь в карманах своей юбки, – Почему твоя таверна называется «Пьяная лань»?

Джеймс раздраженно отвлекся от работы, но тут же несуразно усмехнулся, пряча руки за спиной и пошатываясь на месте.

– Да это старая вывеска прошлого владельца, у меня эта таверна месяца четыре только, не больше.

Джеки не знала, что ответить. Допивая остаток вина, она бросила на стойку пару монет, и они негромко звякнули.

– У тебя сегодня время свободное есть? —неожиданно поинтересовался Джеймс, его тон резко оказался менее навязчивым.

– Достаточно, —с особой уверенностью ответила Джеки, её пальцы поглаживали ножку бокала, заставляя вино покачиваться.

– Тогда можешь сегодня, ближе к трем часам прийти ко мне, отец с матерью и еще несколько родственников приезжают, скучно не будет, —на этой убеждающей ноте он забрал из цепких пальцев Джеки в пару мгновений опустевший бокал и быстро промыл его.

Джеки, поняв, что больше поговорить не о чем, уже направилась к выходу, попутно крикнула:

– Договорились.

***

Как только Джеки вышла на улицу, в носу тут же защипало от пыли, попадающей в ноздри, а в горле запершило.

Она шагнула со ступени, поднимая под собой небольшой клубок песка.

Лошадь, привязанная к стойлу, недовольно фыркнула, а повозка рядом с ней напомнила о работе.

Она некоторое время всматривалась лошади в глаза, а после перевела взгляд на повозку и разглядывала её с недоверчивой злобой, словно впервые увидела.

Наверное, работа извозчика была проклятьем. Вначале Джеки приходилось выслушивать желания грязных, пьяных оборванцев, а после внимать их непристойные беседы или идиотский флирт.

– Эй, —плечо Джеки со спины толкнули, —Ты что глухая? Раза три у тебя спросил. Подбросишь до конца улицы?

Джеки равнодушно указала на повозку, и когда парень толкнул в неё какой-то груз, Джеки перебросила ногу через седло и схватилась за повод.

***

К середине дня ветер начал блуждать по городу и поднимать за собой огромные пыльные тучи.

Совсем рядом послышался скудный свист.

– Эй, Джеки! —к свисту добавились хлопки.

До назначенного времени встречи оставалось больше часа, и Джеки коротала время на улице. Ей даже не нужен был повод что бы выйти и уныло прижавшись к белокаменной стене пусто наблюдать за вечно куда-то спешившими людьми и поднимающими пыль лошадьми.

Кроме Джеймса у неё не было знакомых, и поэтому она без особых сложностей опознала его голос.

Когда он подошел совсем близко, Джеки устало подняла взгляд.

– А что это тут у нас? —с детским любопытством, на редкость воодушевленный чем—то Джеймс, без особых усилий выдернул из пальцев Джеки карманные часы с золотой цепочкой.

Джеки дернулась, но пальцы сжались уже не чувствуя цепь в ладони. Джеймс растянулся в какой—то детской усмешке, ловко манипулируя часами, перекладывая цепочку с пальца на палец, из руки в руку.

Когда он осмотрел их тщательнеё, повертел регулятор и несколько раз внимательно открывал и закрывал крышку, рассматривая циферблат, то резко возразил, что в его голосе в мгновение появилось напряжение:

– Погоди, так они же мужские.

– Брата, —процедила Джеки и натянула шляпу так, что она закрывала глаза. Скрестив руки на груди и вальяжно упав на стену собственного дома, она рвано и тихо выдохнула.

Джеймс только коротко промычал.

Джеки стояла почти без движения, она даже не о чем не думала, просто задумчиво держала взгляд то на козырьке шляпы, то на пряжке своего сапога.

– Ну ты чего? —почти холодно спросил Джеймс, нарушая тишину, словно ему надоело стоять в безмолвном молчании, ожидать, когда Джеки наконец решиться продолжить разговор.

Джеймс ждал. Он, приподнимая её шляпу, озадаченно и внимательно рассмотрел все её черты лица.

Джеки не шевелилась, они лишь устало подняла стальной, неприступный взгляд, сохраняя самообладание что бы изнеможённо не растечься по стене дома.

Джеймс метал свой взгляд от носа к глазам, а после мельком оглядывал губы и щеки, не оставляя свой взгляд на какой—то части лица дольше мгновения.

– Встретимся у меня, —неосторожно подбрасывая часы, что цепочка звякнула, заявил Джеймс и отошел от Джеки, которая с какой—то озадаченной опаской стянула шляпу, прижала её к груди и туманно проводила Джеймса взглядом, который еще несколько раз оглядывался через плечо, мельком усмехаясь.—Часы отдам только если увидимся сегодня еще раз.

***

Дом Джеймса был на окраине города. А чуть левеё было старое, заброшенное ранчо, на котором никто не появлялся уже больше десятка лет.

Дом был большим, Джеки никогда не была у Джеймса и какое—то время просто стояла рядом и долго рассматривала крашенные деревянные доски и плоскую крышу с небольшим наклоном.

– Джеки, —она даже не дрогнула, когда со спины её пощекотали острым концом шпаги, царапая кожу через рубашку, —Смотри, шикарная правда? От отца.

Джеки через плечо посмотрела на счастливую детскую улыбку Джеймса и развернувшись с любопытством попросила:

– Можно посмотреть?

Джеймс легко пожал плечами и протянул шпагу лезвием вниз, осторожно вложив рукоять в чужую ладонь.

Рука Джеки резко дернулась, что острие прошлось по коже, оставляя на щеке Джеймса едва заметную полосу под глазом, что по коже внезапно скатилась алая капля.

– Ну и зачем? —Джеймс недовольно прошипел и как—то по—детски сощурился на мгновение, пока капля не спала с его лица на землю под ногами.

Джеки подавила смешок.

– Извини, люблю равные позиции, —процедила она и отдала шпагу обратно, от чего Джеймс брезгливо дернул уголком рта, поведя плечами.

Больше ничего не сказав, он поторопил Джеки зайти внутрь и когда они оказались на пороге, Джеймс громче обычного начал:

– Джеки Вольф, —ноги словно подкосило, когда Джеки толкнули, разворачивая лицом к Джеймсу, но тот не дал ей упасть, рывком подхватывая за подбородок.

Джеки не показывала удивления, её взгляд вцепился в довольную ухмылку Джеймса. Резко захотелось выпить чего ни будь покрепче, а после плеснуть алкоголь Джеймсу в его гордую рожу. Иногда он надоедал до ужаса, особенно когда своевольничал.

Джеймс был доволен, но позволил себе только издевательскую улыбку и вскинутую бровь.

Джеки невольно сжала губы, но как только поймала на них взгляд Джеймса тут же приоткрыла рот, словно желая что—то сказать, но он внезапно сделался хмур и неприступно сжал вторую ладонь в кулак.

– Джеки Вольф, —повторил он, только теперь голос резко сменился с насмешливого шуточного, до гневного шепота.—Прошу, веди себя нормально на моем семейном празднике и не злоупотребляй с алкоголем.

Грубые пальцы наконец отпустили, но в это же мгновение Джеймс за плечо развернул её, сильнее толкая внутрь здания.

В уши тут же врезался шум переговоров, звуки открывающихся бутылок, топот и смех. Людей было не так много, но в полутёмном помещении с зашторенными окнами казалось, что помещение было слишком тесным.

Холодный уличный ветер сменился духотой и табачным запахом. Джеки, словно озябши, скрестила руки не груди. Хотелось просто забрать часы и уйти, но она потеряла Джеймса из виду так же быстро, как он появился.

Еще несколько раз оглянувшись, Джеки устало присела не скамью и с подозрительным призрением обвела взглядом комнату.

– Он всегда такой, —послышалось совсем рядом и почему—то Джеки поняла, что сказанное арестовывалось ей.

– Такой… это какой? —наигранно усмехаясь спросила она в пустоту.

– Вспыльчивый, —так же спокойно ответили ей и Джеки наконец поняла, что почти рядом, одну ногу вытянув на скамью, а другую прижав к себе сидел человек, глаза были прикрыты огромной шляпой, из—под которой лишь слегка выглядывал крупный нос и пухлые губы.—А еще у него ужасно переменчивое настроение, которое меняется по звону монет, —человек рывком щёлкнул пальцами и на скамью упала одна монета, —Сейчас он к тебе словно к дорогому револьверу, —рука человека потянулась к карману брюк, —А через мгновение готов рыть тебе могилу, —и на скамью упала вторая монета, —Идиот.

Джеки с обвороженным интересом вслушивалась в звон монет, звук которых отдавал ужасной болью в голове от постоянного шума, но это не мешало ей на несколько мгновений утонуть в пустоте.

– Мари Бессель, —рука человека поднялась, предлагая познакомиться, но Джеки с недоверчивой опасной оглядела ладонь.

– Так вы девушка? —с подозрительным интересом спросила она, хотя сейчас было уже глупо задавать подобные вопросы.

– Люблю рушить стереотипы, да и на подобных мероприятиях выгоднеё позиционировать себя мужчиной, —подозрительно странная уверенность в Мари напоминала Джеки Джеймса, от которого постоянно так и веяло гордостью, которую он старательно пытался показать в себе, словно считал это своим лучшим качеством.

– Кем вы ему приходитесь? —со странной спешкой, не теряя начального интереса спросила Джеки.

– Двоюродная сестра, а он тебе кавалер?

– Да куда уж… кавалер.

– Джеки, я нашел тебя, —Джеймс появился неожиданно резко, он в мгновение вцепился взглядом в Джеки, стараясь сохранять спокойствие, но выглядел он непривычно потрепанно. На его щеке осталась ели заметная царапина.

– Ну и где ты пропадал все это время? —голос Мари прозвучал почти озадаченно.

Она рывком подорвалась с места и оказалась за спиной Джемса, что тот успел только проводить её взглядом.

– Так, ну что я вижу. Я тебе сказала шпагу без меня не брать, она не будет слушать себя, пока ты не научишься работать без защитной дужки, —Мари резко схватила Джеймса, который с особой опаской смотрел ей в глаза за подбородок и неаккуратно вытерла окровавленную щеку, мельком всматриваясь в порез.

Джеки замерла, прикрыв губы под предлогом почесать кончик носа. Но она все равно негромко хмыкнула, хотя Мари была занята Джеймсом, проницательно сверля его взглядом, слегка сощурившись.

– Это не твоя шпага, с чего ты взяла? —громче нужного прокричал Джеймс, дыхание которого уже сбилось.

– Я работаю с оружием пятнадцать лет, думаешь я не отличу узкую часть клинка 17 века, от той современной ерунды, которой у тебя набит весь шкаф? —Мари оставалась спокойной, только теперь в её тоне было что—то угрожающеё и напористое, —Джеки представь, я подарила ему шпагу с эфесом 17 века, а он додумался уже с кем—то поиграть. —она грубо взяла его за плечо и развернула боком, показывая Джеки алый порез.

Джеки сидела со странно растерянной улыбкой. Мари ожидающе смотрела на неё, надеясь, что она нарушит внезапно воцарившуюся тишину между ними.

– Джеймс… Ты сказал это от отца, —внезапно процедила Джеки, посмотрев на него с вопросительной настороженностью.

– Так это ты что ли? —Джеймс наконец почувствовал свободу, когда Мари разжала его плечо и скользнула к Джеки с гордой улыбкой. —Молодец.

– Пошли, —резко протараторила Джеймс и протянул ладонь. Джеки недолго вглядывалась в его глаза, заполненные гневом, что забавляло Мари, ведь та вальяжно скрестила руки на груди, словно ждала, что Джеймс скажет что—то на последок улыбалась.—Ну же!

Джеки неохотно поднялась, и когда Джеймс уже начал уводить её, Мари заставила его еще на мгновение остановиться.

– Береги себя, Джеки, —почти серьезно сказала она и начала неспешно уходить в другую сторону, что её шаги начали смешиваться с шумом толпы.

– И зачем ты соврал? —Джеймс подвел Джеки к узкой двери, которую тут же с особой уверенностью распахнул, приглашая внутрь. Джеки сделала опасливый шаг, без доверия осматривая чулан. Дверь резко захлопнулась.

– Да я её ненавижу, —отозвался Джеймс, и Джеки резко отпустила опасение, ведь голос его был не таким угрожающим как раньше. —Это дочь моего дяди, который вечно посылает её последить за мной, словно без неё я не справляюсь.

Джеймс как мальчишка поместил ладони в карманы брюк и словно пьяно закатил глаза.

Джеки внимательно всмотрелась в черты лица Джеймса. Он был значительно выше её. Ему, наверное, было около двадцати, может чуть больше. Его густые брови внезапно сошлись на переносице и он продолжил:

– Не хотел, чтобы ты вообще знала об этом назойливом комаре. И, главное, любит устанавливать свои правила, клянусь она не такая, какой представилась сейчас, —и тут Джеймс замер осознавая что опять перешел на крик, и спустя несколько мгновений разочарованно опустил ладони прижатые к груди и устало откинул голову к двери, об которую упирался.—Во всяком случае со мной.

Джеки в замешательстве наблюдала, как Джеймс медленно утопает в собственных суждениях. Хотя больше её сейчас интересовал вопрос, к чему подобное откровение. Джеймс никогда не многословил, а если разговор доходил до его переживаний, то он предпочитал молча стоять в стороне.

– Ну? Что смотришь? —скорее устало, нежели укоризненно спросил Джеймс.

Джеки впрямь поймала себя на мысли, что глупо уставилась на него, ощущая, как по телу проходит дрожь.

– Мой отец умер когда мне не было пяти, —Джеки неёстественно вздрогнула, когда Джеймс обхватил её руку около локтя и торопливо подвел к единственному окну, —У моей жизни странная история.

Где-то вдали что-то прозвенело, словно золотая монета с грохотом упала на железную дорогу и этот звук разошелся по всему городу. Джеймс только сильнее прижал Джеки к себе и опасливо развернулся к старым часам с маятником в углу комнаты, которые уже давно не работали.

Джеки почувствовала, как её отпустили и наконец выдохнула, стараясь внимательнее прислушаться к звукам и шорохам.

Джеймс неожиданно резко начал мерить шагами комнату, не меняя положения головы, он изучал пол под ногами, словно обронив что—то.

Джеки очередной раз начала накрывать безысходность. Комната была заполнена сырыми ящиками, которые накрывали старые ткани, стоял странный запах клея и спирта.

– Поздравляю, у нас гости, —он остановился, переводя взгляд на старые часы, невольно сжимая сухие губы. Взгляд Джеймса бегал из стороны в сторону, в глазах блестел страх.

– Я так понимаю, нежеланные?

Джеймсу сменив Джеки презрительным взглядом, обошел комнату уже какой раз и подойдя к стене опустился рядом со стеной напротив, старательно прощупывая каждую доску.

– Нашел, —торопливо процедил он и две доски покорно отпали назад из—за сырости, —Видишь Джеки, надо не только жить, но и выживать.

Джеки выпрямилась и расстегнула верхние пуговицы блузы, словно ей резко стало холодно, Джеймс слишком торопился, от жары и запаха начиналось легкое смятение, перебивающеё тошноту, прикатившую к горлу.

– Хочешь выжить, иди за мной, я на твою жизнь ставки не ставил.

Почему—то сейчас это походило на вышедшую за грань шутку. Джеймс процедил «Ну» с раздражением в голосе, но Джеки не рискнула. Она еще раз осмотрела его с ног до головы.

Пряжка на сапогах Джеймса несколько раз глухо прозвенела и затихла, из чего Джеки поняла, что он ждет её.

– Ну так ты идешь или нет?

Джеки еще некоторое время маялась, её взгляд растерянно побегал по полу и наконец она почти уверенно проскользнула сквозь проем и очередной раз от неожиданности вздрогнула, когда Джеймс с силой, словно ударяя, ухватил её за ладонь и рывком потянул за собой.

***

Через пару минут под ногами начало хрустеть битое стекло, а в носу защипало от запаха гари, подошва сапог Джеки покрылась темными пятнами от пепла под ногами. На ранчо часто что—то жгли, но помимо стогов сена здесь стаяло пара корыт, наполненных мутной водой и разваленных стойл для лошадей.

Джеки тяжело дышала, по щекам тек пот. Джеймс ходил рядом с ней, создавая только большее напряжение, что—то шептал и ковырял сапогом сено, пока Джеки его не оборвала:

– Может объяснишься?

– Мы с тобой играем со смертью, Джеки, —внезапно остро ответил Джеймс, он достал из кармана часы и Джеки тут же неожиданно встрепенулась, опознав в них свои.

.—Ты обещал отдать, —потребовала она и Джеймс закатил глаза.

– Тише, —шепотом процедил он с некоторым раздражением.—Знаешь… Город на северо—востоке, в 100 милях от сюда? —он сделал паузу, но не дождался ответа, —У них были некоторые счеты с нашим Шерифом и тот затянул с возвращением долга, теперь по договору они могут с полной уверенностью оккупировать город, до возвращения денег.

Джеки почувствовала, как дыхание опять учащается. Она провела языком по губам, оглянувшись по сторонам. Окатило волнение, а внезапная настороженность резко обострилась.

– Конкретики бы, —процедила она.

Где—то глухо прозвучала пара выстрелов знакомого звука револьвера, топот лошадей и звонкие крики протянулись по всем улицам. Джеки чувствовала, как за её спиной происходит какая—то отдаленная суета, от чего по телу все—таки пробежались мурашки.

Джеймс тоже заметно напрягся, сильнее сжавшись в стог сена, он копошился в карманах брюк.

– Что тебя не устраивает? —промямлил Джеймс едва понятно, внезапно достав из кармана табак и произвольно засунул его в рот, кажется пытаясь снять тревогу.

– Откуда ты знаешь, что Шериф должен другому городу? —спросила Джеки, но почувствовала, как её речь ускорилась, —Я не замечала, что ты любитель собирать сплетни.

Джеймс рядом повел плечами, на мгновение задумавшись:

– Быть его племянником иногда очень помогает…

Джеки бездумно увела взгляд с лица Джеймса, почувствовав его присутствие теперь особенно остро. Пробежала вторая волна неприятной дрожи. Когда казнили её отца шерифом был кто—то другой, мужчина лет сорока, который по итогу скончался через года три после обвинения отца Джеки, так что особой связи с Джеймсом не было, но какая—то легкая злоба все равно ударила в сознание.

Она сильнее вжалась в стог сена, скрещивая руки на груди:

– Погоди, так ты хочешь сказать, что имеёшь в наследстве огромные деньги? —Джеки опять напористо посмотрела на Джеймса, который в ответ мгновение помолчал, драматично закатывая глаза, только потом процедил:

– Мечтать не вредно, Джеки. У него есть родная дочь Мари и шанс того, что мне перепадет хотя бы один доллар из того состояния, что перейдет Мари примерно равен нулю.

Джеки вскинула брови.

– Мне поставили ряд условий, —продолжил Джеймс так же монотонно, —Если я сейчас помогаю дяде в спасении города, он отдает мне одну из четырех частей всего наследства.

– И какую никчёмную часть ты исполняешь?

– Примерно, —Джеймс наигранно задумался.—Всю.

Джеки слышала, как топот и выстрелы сзади все активнее приближаются, что теперь казалось, словно стреляют над ухом. От этого становилось только напряжённеё. Джеймс пусть и выглядел сейчас отстраненным и незаинтересованным, в его тоже просачивалась тревога, а смотря на то, как он возиться в своих карманах и активно жует табак, он явно нервничал. Джеки еще раз окинула его слегка нескладное тело, грязную жилетку, наполовину заправленную рубашку. Он не выглядел как кто—то, кому бы доверились, Джеймс никогда не внушал доверия.

– Может ты уже расскажешь, что за план придумал твой дядя, —попросила его Джеки.

Джеймс начал ковырять сено ботинком.

– Мы возвращаем долг без процентов и другой ерунды, если все закончиться мирно, то мне гарантированно наследство. Только прежде чем отдать долг, нам нужно забрать эти деньги. Шериф дал мне координаты, —без желания ответил он.

– А от меня тебе что нужно? Просто так ты не будешь спасать меня, у тебя на это есть веская причина.

– Ты идешь вместе со мной, —твердо заявил он и даже не ожидая знака согласия подал руку.

Теперь в глазах Джеки заиграл легкий испуг.

– Любопытно. Мне кажется ты мог бы взять кого—то повесомеё меня. Раз у тебя такие связи, вряд ли тебе нужна была бы именно я, —она слегка затихла, замерла на месте, а её голос начал звучать на тон тише.

– Я должен сделать это без участие каких—либо знакомых и родственников дяди, а ты единственная, кто попалась мне под руку не из их круга.

– Мне нравиться, как уверено ты на меня полагаешься, —почти искренне протараторила Джеки, —А что я получу взамен?

– Жизнь, —выпалил Джеймс, взглядом указав на сторону, откуда доносились звучи выстрелов.

– А еще…

Джеймс резко выдохнув протараторил:

– Твои тридцать процентов

– Пятьдесят.

– Тридцать пять. Не наглей, Джеки.

– Сорок

– По рукам.

Джеймс только подался корпусом вперед, пытаясь схватить небольшую ладонь Джеки, но не успели его пальцы коснуться её руки, его лицо внезапно побледнело на пару тонов, а ладонь дрогнула. Джеки только через мгновение успела понять, как его глаза пьяно закатились, а обмякшее тело упало на неё.

Руки непривычно заболели, но не прошло минуты, как Джеймс заерзал, расправляя плечи.

– Все нормально?

Он выглядел помято и потерянно. Горячие ладони Джеки словно оставляли ожоги на оледеневшем теле. Джеймс как—то дико потряс головой, разбрасывая беспорядочные волосы. Джеки заметила, как ладони ослабли и цепочка часов, обмотанная между указательным и среднем пальцами, почти сползла на землю. Она легко стянула часы с руки, даже не скрывая этого.

– На чем мы остановились? —его голос не изменился, даже показался живеё. А когда Джеки осторожно ткнула его в плечо, заставляя подняться, Джеймс только поправил рукава рубашки и ожидающе уставился на Вольф.

Джеки растерянно вздохнула.

– На том, что я иду с тобой.

Джеймс еще некоторое время приходил в себя. Джеки оглядывала его с недоверчивым презрением и долго гадала, что затуманило его мозг. Бессмысленно моргая Джеймс ощущал, словно кровь начала быстрее разливаться по венам, а сердце устало отдавало медленные, глухие стуки. Прижимая пальцы к виску и странно жмурясь, он протараторил:

– Тогда ты сейчас идешь и берешь все, что считаешь нужным. Я могу на тебя понадеяться? —последнее предложение прозвучало почти угрожающе.

Джеки задумчиво цокнула языком, словно старательно обдумывала вопрос:

– Можешь.

– Отлично к себе домой не заходи. Сразу иди к стойлу, бери лошадь и дальше сама решай, —торопливо ответил Джеймс и уже было хотел скрыться за большой беседкой, но на последок проводил Джеки взглядом и одобрительно кивнул на прощание.

***

В ушах стоял странный гул. Джеки даже не успела проводить Джеймса взглядом, как тот скрылся где—то за пределами ранчо, обходя стога сена и деревянные развалины.

На её улице было сравнительно тихо, но дорога была пустая. Звуки выстрелов слышались, пусть и отдаленно. Джеки посмотрела на часы, которые она все еще сжимала в руке. Что—то душило, юбка уже испачкалась, а в сапогах резко оказалась вода, намочившая чулки. Джеки сощурилась, разглядывая в конце улицы свой дом. Терять в нем было нечего.

Форт—Уэрт был блинным городом, тянувшимся почти в пятьсот миль. Джеки хорошо знала лишь пару улиц, когда просили отвести дальше того, что она знала, Вольф привыкла отказывать, соглашаясь лишь в редких случаях.

По улице все еще ходил ветер, от чего ходить по песку стало еще тяжелее. Джеки прошла пару домов, все—таки держась поближе к зданиям.

Таверна Джеймса, около которой Джеки все—таки задержалась, выглядела безжизненной и странной без постоянно звука суеты и пьяного гогота. Внутри были тихо и чисто, бутылки и бокалы стояли нетронутыми, значит тут однозначно еще никого не было.

Тут горло что—то сжало, рубашку дернули, что Джеки в мгновение оказалась прижата к стене.

– Тихо, тихо. Джеки, ты совсем не понимаешь, где ты ходишь?

Вольф выдохнула, дергая воротник, за который притянули обратно, дав себе отдышаться. Она через плечо посмотрела на Мари, присевшую рядом с ней и облокотившуюся на стену. Она выглядела бодреё, чем Джеки, но дышала тяжело.

– Джеймс тебе уже все рассказал?

Джеки лишь быстро кивнула.

– Он, малолетний кретин, совсем теряет голову. Где он ходит?

– А ты что ту делаешь? —спросила Джеки, плотнеё вжавшись в стену.

– Жду. Мне же надо знать, что будут делать эти ублюдки, чтобы доложить отцу. Но знаешь, тебе лучше тут не оставаться, сюда с минуты на минуту явятся люди. У тебя есть лошадь? —Мари даже не дала Джеки кивнуть, её руки тихо перебирали какие—то короткие ножи и два револьвера, прикреплённых к поясу, —Бери и уезжай, подальше.

Джеки последний раз поежилась, озябши от странного холода, проходящего под рубашку и поднявшись с места быстрым шагом дошла до второго выхода из таверны, даже забыв поп8рощаться.

Загон, где Джеки держала Диану и за аренду которого часто отдавала бешеные деньги, находился в глубине улицы, чуть дальше таверны Джеймса.

Лошадь Джеки звали Дианой, та не было буйной и вспыльчивой, а окрас был чем—то между мышастой и рыжей. Вольф благополучно увела её и стойла, громко хлопнула скрипучей дверцей. Сейчас в загоне было тихо и пустынно, а Диана стояла почему—то слишком спокойно, только недовольно фырча и цокая копытом.

Теперь стоило позаботиться о провианте, на несколько дней.

Джеки мельком оглядела повозку и умело перебросив ногу через седло дернула повод.

В горле было сухо, очень хотелось пить. Пустота в животе не давала покоя, а голова болела в два раза сильнее.

Звуки выстрелов слышались с каждым мгновением все отчётливеё и приближеннеё, от чего Джеки невольно резче натягивала повод и оглядывалась назад, чувствуя чужое присутствие за спиной.

Проезжая мимо таверны Джеймса с задней стороны Джеки невольно заглянула в запасной выход, стараясь сглотнуть жажду.

У наполовину приоткрытой двери стоял ящик вина, а рядом—коньяка. Джеки мельком взглянула на пустующую повозку и осторожно спрыгнула, мельком оглядев нетронутые бутылки, плотно стоящие друг к другу.

Жара душила все больше, а в ушах все сильнее жужжало от топота, крика и выстрелов.

Джеки ладонями обхватила ящик и на удивление легко положила его в повозку, плотно прижав к углу. То же самое она повторила со вторым ящиком. Сейчас времени на алкоголь не было, а на поиски воды тем более.

Рядом послышался звук резко разбитого стекла, а в ушах словно что—то захрустело. Джеки рывком взобралась на лошадь и игнорируя звон бутылок сзади прибавила скорость.

***

На ранчо было тихо, но теперь звуки выстрелов оказались более пугающими. Джеки спрыгнула с лошади, тревожным взглядом ища Джеймса.

– А побыстрей нельзя было? —он, сутулившись и держа лошадь белого окраса за повод, бубнил себе что—то под нос, временами закатывая глаза.

– И тебе привет. Если бы не твоя любимая сестричка, я бы пришла намного раньше.

– Хоть где—то наши мнения сошлись, —язвительно протараторил Джеймс.

Глава 3

В нос врезался приятный запах свежей травы. Джеки уже как пол часа ехала в немом молчании, отставая от Джеймса на несколько ярд, чтобы чувствовать себя рядом с ним менеё уязвимой.

Порой Джеки казалось, что её друг—это глупая маска, никчемная и бездушная. Это механизм, не дающий сбоев. Это гордое спокойствие и проклятая уверенность, которая заставляет чувствовать себя перед Джеймсом еще ниже.

Конь Джеймса был молод, ему не исполнилось и десяти. Они уже давно выехали за пределы города, двигаясь неспешным, почти ленивым шагом. У Джеймса в повозке было много оружия, пару небольших мешков, вероятно с монетами и еще что—то небольшое, прикрытое грязной тканью.

– Душная ты, —голос Джеймса показался почти брезгливым.

Вокруг было нескончаемое поле, пшеница прогибалась от громких ударов копыт, а Джеймс так и оставался непоколебимым, спокойным.

Джеки посмотрела на него с вопросительным презрением, от чего он вопросительно повел бровью, словно отвечая тем, что не понял её намека.

– Ты так говоришь, словно тебя заставили со мной ехать, —ответила Джеки и её тон оказался тяжелее, чем она сама предполагала.

– Если желаешь себе смерти, можешь возвращаться, мне плевать, —со странным акцентом возразил Джеймс, от чего Джеки на мгновение застыла, крепко сжав повод.

Вокруг стоял противный запах гнили, где—то далеко отдавали глухие звуки выстрелов, мрак слегка окутал поле, от чего Джеки прищурилась, старательнеё разглядывая очертания фигуры Джеймса.

– А, по—моему, ты просто боишься.

Копыто коня Джеймса особенно звонко цокнуло по жесткой траве. Он сильнее натянул повод и резко повел левым плечом.

– Нет. Ты просто важна для меня, —процедил он сухо, что совершенно не вязалось с контекстом.

Джеки даже на мгновение предположила, что в нем внезапно проснулась тонкая ирония.

– Почему—то ты не особо хочешь это подтвердить, —Джеймс посмотрел на неё через плечо с тревожным любопытством, от чего Джеки вопросительно наклонила голову, вскинув бровь.

– А может ты просто не хочешь это понять, —он слегка подался вперед, напряженно дергая головой.

Джеки, не ответив, схватилась за повод, и Диана послушно прибавила шаг, но Джеймс внезапно остро затормозил.

– Ну чего там? —и опять не услышав ответа Джеки посмотрела через плечо и тут же вздрогнула.

На алом небосводе, солнце которого уже почти наполовину скрылось за горизонтом виднелась фигура на лошади, которая все больше и быстрее вырисовывалась на красной пелене. Их разделяло около двухсот ярдов, которые с каждой секундой сокращались. В лицо непривычно забил ветер, а лошадь внезапно засуетилась, что Джеки на мгновение потерялась в пространстве.

– У нас меньше минуты. Легко отделаемся, если сейчас же начнешь заряжать пистолет.

Она посмотрела за спину, Джеймс суетливо трогал каждый из двух пистолетов на поясе, но не могу решить, за что схватится. Он громко дышал, а его руки начали заметно трястись, что револьвер почти выпадал из ладони.

– Стой, —протараторила Джеки и, прищурившись, опознала, как силуэт сбавил ход и заметно засуетился, доставая из ремешка небольшой револьвер.

– Он… Сейчас.., —в голосе Джеймса просочились истерические нотки.

Джеки поймала на себе его тревожный взгляд в полутьме, от чего у неё самой защемило в груди. Начал слышаться приближающийся цокот копыт. Джеки заметила, что из рук Джеймса все еще на снятом предохранителе почти выпадал пистолет, который держали наполовину сжатые пальцы.

Она, не забирая его из онемевшей ладони, вслепую выпустила две пули. Потом барабан опустел и издал только пару глухих взрывов.

Первым послышался какой—то далекий свист, а потом кто—то стонуще захрипело, обмякши упав, как что—то мягкое и влажное.

Первым очнулся Джеймс. Он, изнемогая прищурил глаза, пытаясь вернутся в трезвое расположение духа, но как только заметил Джеки которая невольно пошатывалась на месте то ли от волнения, то ли от резкого выстрела с натяжкой улыбнулся.

Коня в десяти ярдах от них суетливо писал круги, пытаясь сбросить тело хозяина со спины. Его грива испачкалась кровью, вытекающей из щеи мужчины лет сорока. Джеки брезгливо дернула верхней губой, подавляя тошноту.

– Скажи спасибо, что они не знали о том, чей ты племянник, тогда суеты было бы больше, —протараторила она, выбрасывая револьвер на траву.

– С чего ты взяла? —поинтересовался Джеймс и Джеки, присев на землю и почесывая запутанные волосы, и ответила:

– Если они бы знали, кто ты есть на самом деле, немедленно отправили бы как минимум отряд. Они ищут тебя, но понятия не имеют как ты выглядишь.

Джеки постучала по земле ладонью, переводя дыхание.

– Пистолет, что он заряжал слишком медленно, наверняка, чтобы припугнуть, —Джеки, внезапно резко замерла, поднимая на Джеймса странно уверенный взгляд, —А теперь давай попродробнее, что за документы ты скрываешь?

Джеймс заметно задышал громче, лошадь под ним засуетилась. Он принципиально громко закашлял, отведя взгляд.

– Какой документ? Что тебе от меня надо? —его голос прозвучал механически ржаво, почти скрипуче.

Джеки несуетливо поднялась с места внезапно неожиданно для Джеймса оказалась напротив него, слегка облокотившись на шею коня Джеймса.

– Не просто так за тобой гоняются. Тебя не хотели убить, чтобы достать какую—то информацию, скорее всего эта информация изложена на бумаге. А ведь рассказать мне это должен был сделать ты. Не претворяйся дураком, Джеймс.

– Не неси ерунды, —пробубнил он, старательно отводя взгляд в землю.

– Идиот, —сухо сказала Джеки, пока Джеймс почесывал волосы на затылке.

Глава 4

Через час темень окончательно окутала поле, плавно переходящеё в негустой светлый лес. В нос начал ударять запах хвои и сырой травы, а под рубашку пробился холодный ветер.

– Остановимся? —как можно увереннеё спросил Джеймс и тут же затормозил, дергая повод.

Джеймс быстрее, чем думал, заверил Джеки, что она должна развести костер и через десять минут он уже, набросив на плечи слегка порванное в рукавах пальто, грубо согнувшись, сидел на траве, недовольно что—то бубня себе под нос и потирая оледеневшие ладони между собой, временами осторожно поднося их к пламени.

– Может все таки дашь документ? —Джеки пустилась на поваленное бревно напротив, тут же почувствовав тепло костра. Она непривычно поежилась. Воротник рубашки слегка намок от пота, а пальцы рук показались стеклянными после выстрела пистолета.

– Ты читать то умеешь? —усмехнулся Джеймс, не отводя взгляда от костра.

– Умею, если тебя заботит только это, —Джеки старательно смотрела на Джеймса, разглядывая, как на свете костра часть его лица приняла переливающийся рыжеватый оттенок, но он так и не реагировал.

Джеймс принципиально долго молчал, только покусывая губы и растирая сухие ладони.

– Нет, —отрезал он, слегка мямля.

Джеки вскинула брови, рывком отбросив плед на коленях, и обойдя костер не спеша кавалерийской походкой дошла до лошадей. Джеймс несуетливо посмотрел через плечо на силуэт Джеки, которая старательно рылась в его повозке.

– Играем до первой крови, проступит у меня—больше никогда не попрошу у тебя бумагу. Проступит у тебя—ты отдаешь мне документ. Без смертельных травм. Договорились? —Джеки принципиально резко ввела кончик шпаги в землю рядом с Джеймсом, немо предлагая ему взять её за рукоять, —Только давай не особо вымещать злость друг на друзе, будет достаточно легкого пореза.

– А если я откажусь? —Джеймс задернул голову, чтобы лучше разглядеть почти строгое лицо Джеки. Его губы непривычно вытянулись в кривой изгиб.

– Ты не сможешь, —Джеки настойчивеё протянула рукоять, что лезвие сильнее напряглось.

– Почему? —Джеймс осторожно механически взял рукоять пальцами, со странной бережностью обхватив её ладонью.

– Рано или поздно все сведется к этому же. Если ты не хочешь решать это словами, то…

И Джеки пожалела, что нашла время распустить язык, ведь шпага Джеймса уже мелькала чуть выше талии и она едва успела отпрянуть.

– Чего ты такая гордая? —спросил он и Джеки отвлеклась, чуть ли не упуская из виду то, как шпага Джеймса пытается проскользнуть по плечу.

Почему—то руки непривычно затряслись, а свист шпаги начал уходить в сознание эхом.

– Кто бы говорил, —она наигранно покачала головой.

Джеки сама не успела понять, как её шпага случайно оставила след на носу и из едва заметной ранки скатилась кровь. Она, слегка сощурившись, коснулась пальцем неторопливо стекающей капли. На коже осталась алое пятно.

– Кровь, —показывая ладонь сказала Джеки, её голос на удивление показался леденяще напряженным.

Джеймс застыл, кожа пальцев едва заметно побледнела, а дыхание сбилось. Голова закружилась, в глазах потемнело. У Джеки внезапно в нос ударил запах крови, запрещая свободно вздохнуть.

– Что случилось? —пряча ладонь за спиной спросила Джеки.

Но Джеймс уже был равнодушен ко всему, его шпага лежала на земле, а он сам, переменная с ноги не ногу глотал воздух и щурился он света костра, обняв ближайшее дерево. Его ногти царапали кору ствола, а зрачки словно побелели, делая голубые глаза тусклеё.

– Пей, —протараторила Джеки и вложила в его ладонь бутылку бренди, —Ты мне живым нужен.

– Бренди? —и детским испугом спросил он, громко кашляя.

– Чистейший. Хоть мозги промоет.

– Могла бы стразу спирта дать, —отзывался Джеймс тихо, с чуждым безразлично—тревожным взглядом:—Ну не переношу я кровь, что с этим сделаешь? —пробубнил он, стараясь трезво смотреть на Джеки.

– Иди спасть, утром поговорим, а то ты походишь на мертвеца, восставшего из могилы, —Джеки оценивающе оглядела его с ног до головы, стараясь не сильно смущать.

– Возможно когда-нибудь я действительно им стану, особенно если не закончу дружбу с тобой, —отдавая нетронутое бренди возразил Джеймса.

Он уснул через пару минут, а Джеки еще долго смотрела на то, как пламя костра отражалось на его лице свечением.

Глава 5

– Ты засыпала? —криво улыбаясь спросил Джеймс с сонным удивлением.

Проснувшись, он обнаружил Джеки на том же месте, где и проводил. Она, прижав к себе колени, положила голову и пусто смотрела на костер. Только утром лицо Джеки стало выглядеть измотанным, а глаза более пустыми.

– Нет, я думала, —отрезала она.

Джеймс особенно громко в утренней тишине усмехнулся, поднимаясь и ежась на траве. Он, мяв плечи и локти, особенно остро посмотрел на Джеки и спросил словно невзначай:

– Ну и о чем?

Джеки завозилась в волосах, перебирая волнистые пряди. Джеймс выглядел чрезмерно довольным, почти развязным. Он перебирал складки на рубашке и игриво цокал языком, что-то тараторя себе под нос.

Он уснул прямо на своем же пальто, не расставляя палатку. Когда он открыл глаза уже почти рассвело, Джеки уже не подпитывала огонь ветками, дожидаясь, когда он сам потухнет.

Способ достать бумагу, пока Джеймс спал, был, конечно возможным, но очень рискованным. Учитывая его вспыльчивость Джеки минимум потеряет доверие. Он отдаст её сам.

– О том, что ты так и не дал документ, —почти холодно процедила она.

Джеймс пальцами коснулся носа, на котором недавно был алый след. Напоминая себе о том, что случилось, он слишком наигранно зашипел от боли.

– Не притворяйся. У тебя там уже ничего не осталось.

Джеймс молчал, поджав губы. А Джеки наконец подняла на него взгляд, в ожидании вскинув брови.

– Я ничего не ел со вчерашнего дня, —тихо напомнил он, словно потерявшись в мыслях.

Джеки шепотом выругалась. Этого еще не хватало. Джеймс рывком поднялся с места, сонной походкой подойдя к повозке Джеки, в надежде найти там что-то съедобное. Он старательно оглядел содержимое и замер в каком—то тревожном оцепенении.

– Вольф, —громко протянул он, его тон с сонно-шуточного внезапно сменился на громко давящий, —это что? Мы не в бордель едем.

– Алкоголь вообще—то полезен. Им и рану обработать и выпить можно, —теребя край косы оправдалась Джеки и стараясь меньше суетиться, поднялась с сырой травы, чтобы чувствовать себя на ровне с Джеймсом

– Джеки, ты дура? —через плечо спросил, —Ты понимаешь, что ты нас без еды оставила?

Джеки замерла, стараясь не смотреть Джеймсу в глаза. Сейчас оправдываться было бессмысленно. Она запустила руки в карманы юбки, в мгновение почувствовав себя какой—то нескладной. Джеймс тяжело выдохнул и подойдя к Джеки еще с минуту пытался поймать её взгляд. Внезапно он начал, правда без удовольствия:

– Здесь рядом должно быть ранчо, значит и сад, я отвлекаю хозяина, ты разбираешься с провиантом, идет? —он лениво качнул головой.

– Нехорошо это закончится, —выдохнула Джеки, запуская руку в карманы брюк.

– Можно подумать ты оставила нам выбор.

***

Здесь было свежо и чисто. Пахло фруктовым соком и сырой землей. Забора не было, просто внезапно в поле начался свободный сад, тянувшийся на несколько десятков ярдов. Дом рядом был значительно меньше. В утреннем сумраке его черная крыша выглядела почти пугающе.

Джеймс вцепился взглядом в парадную дверь дома, развязно проводя языком по сухим губам.

– Долго не затягивай, —протараторил он, последнее, что Джеки видела, это то, как он скрылся за деревянной стеной дома.

***

На боковой стене дома была лестница, прикованная к стене. Ступени хрустели, а когда Джеймс забрался на последнюю, то она громко треснула, и он едва успел перелезть на шершавую крышу, пока та полностью не проломилась.

Джеймс, судорожно вдохнул, прислушался к тому, как утреннюю тишину нарушил хруст дерева, и проводил две деревянные дощечки взглядом, пока они не упали на землю.

На покосившейся крыше хорошо открывался обзор на пространство у парадной двери. Отсюда виднелся передний небольшой двор, в то время, когда Джеки была на заднем.

Тут Джеймс слегка вздрогнул, услышав, что парадная дверь скрипнула, и оттуда вышел хозяин, неуклюжий и низкий. Он сложил руки на груди и недолго оглядывал передний двор, а после посмотрел на дом и сердце Джеймса начало биться чаще.

– Ты чо там делаешь? —щурясь, спросил он.

Джеймс не смог разглядеть его лица, но тон у него был определенно давящим.

Он немного поерзал на месте, не зная, куда себя деть и осознавая всю тленность его способа слежки. Ладони вцепились в доски, а в голове что-то зазвенело.

Мужчина, не понимая, посмотрел на него и громко спросил, чтобы Джеймс услышал:

– Ты кто вообще?

– Я? Что?

Хозяин засуетился, но Джеймс опять почувствовал несокрушимую слабость, боль в виске, пульсирующую и давящую. Воздух будто кончался, горло резало, последнее что получилось увидеть, это как вдалеке что—то замигало и после пропало.

***

– Ублюдок, —Джеки мерила шагами расстояние от ближайшего дерева до бочки с водой, временами потирая руки, на которых остались кровавые порезы.

Солнце уже окончательно поднялось над горизонтом, в носу теперь пощипывало дневной свежестью, а теплый ветер пробирался под рубашку.

Джеймс тяжело дышал, Джеки слышала это даже в ярде от него, смотря на то, как под закрытыми веками едва заметно шевелились зрачки.

Джеки, осознав, что сказала это в пустоту, не выдержав бросила беглый взгляд на бочку с водой тут же толкнула её, и одежда Джеймса покрылась мокрыми пятнами, а вода вылилась на землю.

К её удивлению это помогло и он, сначала пробубнил что-то едва понятно, а потом быстро опомнившись, провел рукой по запотевшей щеке.

– Что случилось? —в его голосе прорезалась хрипота.

Джеймс слишком вяло закашлял. Он схватился за ворот своей рубашки, срывая верхние пуговицы и поглаживая грудь. Волосы тоже намокли и начали липнуть ко лбу.

– Лучше ты мне объясни. Ты видимо опять потерял сознание, свалился с крыши и вот, я жду когда ты опомнишься.

Джеймс выглядел зашуганным и потерянным, у него перед глазами все еще плыло пространство, а не самая удачная попытка подняться с земли заставила его неуклюже сесть, ноги предательски подкосились, словно он был пьян.

– А мужик тот? —Джеймс сразу поймал на себе презрительный взгляд Джеки, почувствовав себя еще уязвимеё, —Он где?

– Хозяин? —переспросила Джеки, суетливо оглядываясь, —Умер, —сказала она почти равнодушно, но в её голосе прорезалась странная вопросительность.

– Чего? —во взгляде Джеймса заиграл удивленный страх, и он припав к дереву задумался, —А где… труп? —в его глазах что—то сверкнуло.

Джеки застыла, но она явно не думала, а словно медлила.

– Сундук видишь? —шепнула она и одним взглядом указала на большой ящик в нескольких ярдах от них.

Джеймс внимательно оглядел сундук, раньше тут его не было.

– Там труп, на замке. Крови было, ты бы не выдержал, —Джеки театрально закатила глаза, —Короче тут колодец где—то был, туда сейчас сундук сбросим.

В десяти ярдах от входной двери, которая теперь на утреннем ветру только тихо поскрипывала, стоял покосившийся колодец с деревянной крышей. Джеймс немо смотрел, как Джеки пусть и с трудом схватила сундук за железную ручку и, с трудом дотащив до колодца, почти непринужденно толкнула его. Через мгновение что—то громко булькнуло и начало постепенно уходить под воду.

– В доме ничего ценного нет, так что можем возвращаться.

***

– А где ты нашла сундук? —внезапно нарушил тишину Джеймс, сидя на сырой траве.

Мяса, конечно, не было. Но зато фруктов больше, чем хотелось бы. Джеки дотащила два мешка яблок, а Джеймс мешок с сухофруктами, сырыми бабами и картофелем.

Джеки присела напротив него, вслепую запуская руку в мешок рядом, и ответила почти безразлично:

– На поле стоял. Рискнула предположить, что пригодится, —она вздохнула куда—то в пустоту, —Надеюсь у нас не будет проблем с законом, дорога почти пустая, мертвая зона.

– Ты странная девушка, —резко вырвалось у Джеймса и он заметно нахмурился.

– Это лучше, чем быть заносчивым идиотом? —Джеймс замолчал и Джеки, усмехнулась:—Поехали, времени нет.

Глава 6

Джеймс был привычно молчалив, а Джеки говорила. Причем много. Просто, чтобы разбавить и так вялую обстановку. Теперь они ехали едва ли не в два раза медленнее от тяжести повозок. До вечера оставалось больше пяти часов, а Джеки чувствовала, как Диана изнеможенно плетется, не привыкшая к длительным повозкам.

– По какому маршруту ты вообще ориентируешься? Я ни разу не видела, чтобы ты сверялся с картой, —внезапно спросила Джеки, отходя от бытовых тем.

Джеймс ничего не ответил. Он только долго моргал, а его пальцы временами сильнее сжимали повод до побеления пальцев, словно он внезапно приходил в себя. Правда кое в чем Джеки была неправа. Он вечно оглядывался, словно сверяя что-то с пространством вокруг.

– Тут порт недалеко, —внезапно холодно процедил Джеймс.

– Не хочешь на корабли посмотреть? —выпалила Джеки, и в её голосе прорезалось детское любопытство.

Джеймс тяжело развернулся и посмотрел на неё почти осуждающе. Потом с его губ сорвался тяжелый вздох, и он сильнее натянул повод, подгоняя плетущегося коня.

И, наверное, их бессмысленный разговор продолжился, если бы среди пшеницы не показалась фигура. Она была невысокой, может около пяти футов. Пшеница едва ли не доставала ей до лица. На светлом поле её серое платье пылко выделялось. Она суетилась, металась из стороны в сторону, каждый ярд меняя направление.

– Вряд ли это кто-то, кого мы не хотим видеть, —подъехав совсем близко к Джеймсу предупредила Джеки, но тот её не слушал. Он уже начал суетливо доставать пистолет, и как только в немой тишине перезарядил его, шепотом все-таки ответил:

– Очень самоуверенно, Джеки. Лучше перестраховаться. Одним человеком больше, одним меньше.

– Может хоть рассмотришь её поближе? Хватит заряжать пистолет только когда тебе хочется, —Джеки косо взглянула на него, но её голос остался ровным, хотя в глазах мелькнуло осуждение.

Но Джеймс начал только активнее засовывать пули в револьвер, что его пальцы начали заплетаться и подрагивать.

– Успокойся, – Джеки схватилась за ствол и с силой швырнула револьвер на траву, что он улетел едва ли не на ярд в сторону.

Джеймс замер, тяжело посмотрев на неё, но через мгновение драматично закатил глаза, но, на удивление, спорить больше не стал. Только осторожно поднял револьвер, рывком сунув его в чехол на поясе, и поморщился.

– Рискнем посмотреть на неё? Азарт, как ты любишь, на кону твоя жизнь или шикарная девочка. Ну что, ставки нравятся?

– А можно без твоего стеба, —Джеймс спешился и ведя лошадь за собой вышел на тропу, наконец позволяя себе лучше разглядеть фигуру.

Теперь между ними оказалось около десятка ярдов. Молодая девушка оглядывалась. Её осторожно уложенные темные волосы трепались на сухом ветру. Когда она вновь рывком повернулась, наконец встречаясь взглядом с Джеймсом, то неожиданно резко вскрикнула и неуклюже упала на пшеничные колосья. Её платье тут же намокло, а туфли покрылись темными пятнами. Она закрыла глаза и что-то беззвучно заговорила, медленно пятясь назад.

– Ай-ай, Джеймс, ставка удалась, принимай поздравления, —Джеки как-то быстро промелькнула рядом с ним, только бросив это через плечо, она в мгновение провела лошадь мимо, окончательно сокращая расстояние.

Девушка попятилась, упирая туфли в сырую землю, а под её платьем сгибались колосья пшеницы. Когда Джеки сократила расстояние почти до ярда, что до девушки оставалась пара шагов она остановилась, осматривая её с ног до головы.

Руки девушки предательски дрогнули, глаза сощурились, а губы что—то немо прошептали, не издав ни единого звука.

Джеймс, оказавшийся чуть дальше дернулся, повел плечами, деловито облокотившись на свою повозку.

– Vieni dall’Italia? – настороженно спросила Джеки и почувствовала, как Джеймс за её спиной засуетился, посмотрев на Джеки особенно удивленно.

– Parli italiano? —тихо спросила девушка, голос у неё оказался не таким высоким, каким он прозвучал вначале, но её дыхание все еще делало её акцент по детски нелепым.

– Ho fatto una domanda.

– Sì, vengo dall’Italia

– Parli inglese?

– Si.

– Ты не говорила, что знаешь итальянский, —шепнул Джеймс.

– Были причины выучить, —ответила Джеки и опять посмотрела на перепуганную девушку.– Com’è il tuo nome?

– Diane. Come faceva a sapere che venivo Dall’Italia?

– Ты упала и на чистом итальянском одними губами сказала «За что мне это, Господи?». Давай теперь по подробней, —попросила Джеки, облокотившись на повозку, она деловито скрестила руки на груди, постукивая подошвой ботинка по борту повозки, —Ты итальянка. Ты упустила свой корабль и теперь не знаешь, что делать.

Диана поднялась на локтях, брезгливо стряхивая перчатками сухую грязь на юбке. Её туфли на небольшом каблучке наполовину утонули в грязи, а белые чулки порвались и потянулись.

– Откуда вы знаете? —спросила Диана с почти идеальным английским акцентом, особенно остро посмотрев на волосы Джеки, и её растерянность тут же сменилась странным страхом, —Ведьма?

– Отлично, у меня новая репутация, —процедила Джеки чуть тише прежнего. В её голосе проскользнула едва уловимая тревожность, —Родственники есть? —спросила она, почти зная ответ.

– У меня был отец, лекарь. Я разбираюсь в медицине, кстати, —Диана самонадеянно улыбнулась, посмотрев на Джеймса за спиной Джеки, но так же как у Вольф, она не увидела на его лице ни единой эмоции. Возможно этим она хотела как-то подчеркнуть свою значимость.

– Ясно, —коротко отозвалась Джеки и задумчиво застыла на месте, прижав указательный палец к губам, —И где он?

Диана опустила брови, её взгляд устремился куда-то в землю, а пальцы сжали складки юбки.

– Пропал, —её голос по-детски дрогнул, а потом Диана тревожно и громко сглотнула, но не заплакала.

Джеки вскинула брови, почти гордо отводя взгляд в сторону, посмотрев на фигуру Джеймса через плечо. Она почти невесомо кивнула, немо спросив: «Ну и что делать?».

Джеймс оценивающе оглядел Диану, слегка щурясь и в его глазах заиграла нерешительность. Он, не смотря на Джеки, пожал плечами, заметно сутулясь.

– Она ребенок, жалко, пропадет. Корабль за ней не вернется, —через минуту сказал он зажато и сухо, а потом суетливо сменил позу, скрестив руки на груди.

– Куда отплывать то должна была? —поинтересовалась Джеки словно невзначай.

В гробовой тишине между вопросами она начала постукивать пальцами по деревянной доске, создавая только большее напряжение, от чего Джеймс на фоне начал раздраженно сопеть. Он совершенно не стыдливо тяжело присел на траву, подгибая одну ногу под себя и, склонив голову в бок, так же потребовал от Дианы ответа.

– Обратно в Италию, на родину. Эта поездка была запланирована с отцом неделю назад, пока он пытался продать свое ранчо. А вчера утром я просто не обнаружила его дома.

Диана, стыдливо озираясь на Джеки оглядела и так перепачканный подол платья и осторожно опустилась на пшеницу, отведя ноги в сторону, присела напротив Джеймса и неуверенно улыбнулась ему.

Джеки посмотрела на него через плечо, но, когда он даже не заметил её внимания, поняла, что он так и не догадался. Тогда она наигранно громко откашлялась и Джеймс все-таки посмотрел на неё, по рефлексу остро метнув взгляд.

Она словно невзначай подняла ладонь и быстро провела, словно отчертив черту, рядом со своим горлом. «Убили». После она отвела взгляд на Диану, пару мгновений посмотрев на неё особенно выразительно.

Руки Джеймса сильнее вцепились в траву, а его грудь тут же поднялась под резким вздохом.

Джеки так же быстро приложила палец к губам, призывая к тишине, но в это же мгновение поймала на себе взгляд Дианы, которая запрокинула голову и смотрела на неё с каким—то странным трепетом.

То, что неизвестным способом убитый мужчина являлся отцом Диане, было почти очевидно, учитывая, что в мертвой зоне обычно находились только отшельники, живущие исключительно на свою же работу, в виде огорода, сада и охоты, каких было крайне мало, но все факты совпадали с описанием Дианы. А о ярких отличительных чертах внешности и говорить было нечего.

– Ну что, поехали, тебя все равно тут никто не ждет.

Джеймс поднялся с травы, расправляя плечи и поправляя выбившуюся из брюк рубашку, и неспешно направился к своей лошади.

– Выбора у тебя особенно нет. Ну не считая того, в какой повозке ты предпочтешь ехать.

Джеки выразительно вскинула брови, уже собираясь залезть на собственного коня, но прежде, чем она успела поставить ногу в стремя, Джеймс рывком коснулся её плеча, заставляя развернуться.

– Как ты поняла, что она упустила корабль?

– У неё дорожная сумка, такие на прогулку не берут.

Глава 7

– А лет то тебе сколько? —Джеймс, прижав одну ногу к себе, сидел в своей повозке и смотрел на спину Дианы. Она непринужденно вела коня Джеймса, осторожно мягкими ладонями перебирая повод.

– Четырнадцать, —ответила она, платье Дианы спускалось почти к самой земле и Джеки казалось что сейчас конь Джеймса наступит на него и упадет, вместе с наездницей, —Куда вы направляетесь?

– Куда надо, —отозвался Джеймс, но не с грубостью, а с какой—то безобидной насмешкой, словно пытаясь создать хорошую репутацию, —А тебе зачем?

– Я хочу знать, куда вы меня везете, —процедила Диана, склоняя голову и её бледная кожа покрылась легким румянцем.

– Сейчас меня везешь ты.

Джеки изогнула губы в каком-то легком отвращении. Ехать в стороне без разговоров было не просто скучно, но еще и мучительно некомфортно. Часы тянулись в два, а то и в три раза медленнее, солнце так и не уходило за горизонт.

– Может остановились, переночуем? —Джеймс на ходу вышел из повозки, шагнув на бортик и громко прыгнув на землю, почти остановил коня и Диана, спешившись подошла к лошади Джеки.

– Эй, Джек! Ты там не умерла? —спросил Джеймс, смотря, как уныло Джеки перекинула ногу через седло, —Ты выглядишь как ревнивая жена.

– А ты выглядишь как муж идиот, или же зачем ты мне это сказал?

Джеймс не пожелал продолжать, он вышел из повозки и потрепал Джеки по волосам, от чего они окончательно взъерошились и она, с одновременным отвращением и недовольством в глазах сдула прядь с лица.

Джеки покосилась на Диану:

– И что, правда в медицине разбираешься, в свои то четырнадцать? —в ответ она получила кивок и на это с подозрением ответила, опустив уголки губ вниз:—Посмотрим.

Джеймс деловито присел на траву, слишком активно потягиваясь от явного ощущения дремоты. Он, раздвинув ноги, приложил голову к борту сырой повозки и вслепую протянул руку, дернув мешок с яблоками на себя, что одно из них удачно упало ему в руку.

– Будешь? —он принципиально резко швырнул яблоко в сторону Дианы, и она суетливо поймала его.

***

Костер отдавал слабое свечение, он почти погас, но Джеки не видела этого. Она сидела спиной к нему, облокотившись на внешнюю сторону повозки.

Руки почему—то заметно ослабли, с трудом сжимая даже наполовину пустую бутылку бренди. Справляться с этим по-другому сейчас было сложно, и Джеки даже признала свою слабость, но не могла признать факта, что по истине завидует Диане в том, как быстро она получила почтение и внимание, объяснить разочарование из-за потери внимания Джеймса она не могла даже себе. Хотя скорее это просто была непривычка отчуждения. Находясь в городе, она могла в любую минуту зайти в таверну и получить едва ли не уважительный взгляд Джеймса, потому что она единственная не напивается до судорог у него в заведении. Она даже не могла найти себе других знакомых просто «потому что».

По телу ходил холод, заставляя временами тревожно ёжиться. На часах было около десяти вечера. Диана уже спала, а Джеймс громко бросил последний хворост тоже притих, то ли тихо смотря на огонь, что на него не было похоже, то ли уснув на сырой траве.

Ветра почти не было, поэтому треск костра перебивал только совсем глухой и отдаленный ночной вой какой-то птицы. Но холод все равно пробирался под рубашку, а Джеки даже не могла дотянуться до повозки, чтобы достать пальто.

– Что ты тут забыла? —сквозь густой ночной туман прорезалась фигура Джеймса. Его голос оказался слишком тяжелым, в ночной темноте его фигуру словно пробрала судорога, а шаги окончательно выдали то, что он был пьян.

Джеймс никогда не перебарщивал с алкоголем, пил его вообще редко. Джеки почувствовала, как запах спирта удвоился, окончательно заветривая сознание и забиваясь в легкие. Но, даже учитывая вспыльчивость характера, скорее всего он сейчас выдаст парочку дурацких фраз, и Джеки проводит его спать. Интересно, с чего он решил выпить?

Джеки тяжело сглотнула и постаралась выдать как можно спокойнее и увереннее:

– Что у тебя за повадки, ты теперь каждое мое движение отслеживать будешь или как? —Джеки оглядела силуэт и заметила в руке очертание стеклянной бутыли, —Иди спать, —попросила она уже чуть мягче.

– Заткнись, —Джеймс поднял руку к груди, и очень хрипло закашлял, наклоняя корпус, что у него слегка подкосило ноги.

– Что тебе от меня надо? —спросила Джеки поднимаясь и Джеймс мелкими и несуразными шагами приблизился к ней, что теперь она видела пустоту в его глазах.

Джеймс замер, а его зрачки активнее запульсировали. На его лице отразилось свечение костра. Джеки почувствовала, как его почти горячая рука надавила ей на грудь. А вот это уже совершенно переходит все границы. Джеки попыталась оттолкнуть его, но тело словно что-то сковало. Джеймс несуразно посмеялся, заставляя её присесть обратно, шумно ударившись о колесо повозки.

– Вольф, —конец фамилии Джеки он произнес едва внятно, —А…

Джеки пусто посмотрела на него, стараясь не выдавать странных эмоций. Но её пальцы все-таки крепче прилипли к стеклу бутылки, которую она так и не выпустила из рук.

Джеймс подался вперед, разглядывая покачивающийся в бутыли напиток и почти рывком, заставляя Джеки крепче прижаться к повозке, схватил бутылку, вырывая её из пальцев.

– Ой, Вольф, —он не успел донести бутылку до рта, как его рука тяжело упала на траву, —Как ты меня выводишь, —он плеснул алкоголь, что он намочит его рубашку крупными пятнами.

Джеки напряженно откинула плечи, в горле пересохло.

Джеймс еще пару раз судорожно вздохнул, старательно перебивая ночную тишину, но тут в уши врезался звук разбившегося стекла. В кисти правой руки тут же засаднило. Джеки в полутьме видела, как Джеймс разбил бутыль о бортик, а осколки в мгновение разлетелись по траве. Она задержала дыхание и особенно остро почувствовала запах алкоголя. Джеймс дышал, почти сопел, а его пальцы нервно что—то перебирали, пока его руки не дрогнули и он не схватился за ногу Джеки, оттягивая ткань юбки на себя.

Джеки прижалась к повозке, невольно представляя, как этот осколок бы вонзился ей в глаз, от чего она зажмурилась, губы дрогнули, и она сама не поняла какое слово промямлила.

– Вольф, Вольф…

Джеки уже не видела что происходило, туман закрывал Джеймса и он походил на темное пятно. Она, озябши, подрагивала и последнее, что она заметила, как рука Джеймса потрясывает, а его уже и так окровавленные пальцы хрустят осколками на траве.

Глава 8

– Джеки, прости меня, прости, пожалуйста, Джеки, ты меня слышишь. Джеки, прошу, очнись, Джеки! – Вольф вздрогнула, когда её имя выкрикнул детский голос: – Ты меня слышишь? Джеки, прости, умоляю!

В ушах стоял шум, перед глазами что-то рябило. Джеки машинально начала трогать пространство рядом. Было все еще темно, влага с травы окончательно привела в чувство. Джеки тут же ощутила зудящую боль в ладонях и поняла, что исцарапала все пальцы осколками на траве, от чего руки дрогнули.

В полутьме Джеки разглядела платье и окончательно убедилась, что рядом с ней Диана.

Она поняла, что очнулась там же, где помнила себя в последний раз. Сидящей в повозке, прижавшись к её внешнему борту. Джеймса рядом она не чувствовала, а когда попыталась посмотреть в сторону, голова заныла и закружилась.

– Как ты себя чувствуешь? – спросила Диана, не поднимая взгляда, – Ты вроде отделалась только парой порезов.

Джеки почувствовала, как в запястье начало покалывать и зудеть, а на затвердевшей коже прокатилась влага парой капель.

Диана выглядела почти недовольно, но, когда Джеки попыталась заглянуть ей в лицо, она подняла голову и успокаивающе улыбнулась, после этого судорожно выдохнув.

– Нормально, спасибо. А этот где? – Джеки почувствовала, как её нога упирается во что-то и тут же отдернула её, старательно разглядывая силуэт Джеймса, который оказался в странноватой позе без сознания, с раскинутыми в сторону руками и слегка согнутыми коленями, – Мне уже любопытно, что ты с ним сделала.

Диана неуверенно закивала, сжав губы.

– Что с ним случилось? – спросила Джеки, не отводя взгляда от Джеймса.

– А ты еще не поняла? – воскликнула Диана и брезгливо подняла лежащую рядом бутыль за горлышко, – Алкоголь. Напился до отвала. И ты тоже это пьешь.

– Ой, Диан, ну не нуди. И без тебя дурно, – ответила Джеки, и Диана опустила взгляд.

Джеки протерла глаза ладонями, чувствуя, как размазывает кровь по щекам. Кожа словно оледенела, а пальцы сжимались с особенным трудом и то как-то механически нескладно.

– Ты мне лучше скажи, – замерев с приоткрытым ртом, мимолетно пробегая по лицу Дианы взглядом, процедила Джеки, – я же, надеюсь, он жив?

– Жив… Конечно. От удара пистолетом по голове не умирают, – Диана покопалась в своей сумке и неуверенно протянула Джеки маленький мушкетон, – это твой, я из твоей повозки взяла.

– Ты его..? Вырубила? -спросила Джеки, заметно удивившись. И когда Диана неуверенно кивнула и протянула пистолет, она протараторила:—Оставь себе. А ты можешь его разбудить?

Диана замерла в каком-то замешательстве, но Джеки остановила её прежде, чем она успела о чем-то подумать:

– Хотя дай мне минутку.

Джеки торопливо стянула с Дианы её шелковые перчатки и натянула на побледневшую кожу пальцев. Она прошлась ладонями по груди Джеймса и, быстро стянув с него пиджак, достала из внутреннего кармана большой свёрток.

Её глаза налились алым пламенем. Бумага зашуршала, окончательно выбивая Джеки из пространства.

«Я так и знала».

Первым ей в руки попало письмо, и она тут же отложила его в сторону, потому что после него было кое-что интереснеё. Джеки развернула большую карту звездного неба, написанную размашистым, но не сильно безобразным почерком, которую сама того не замечая перепачкала кровью с перчаток, как и письмо. На темном фоне виднелись странные пометки цифрами, стрелками и неразборчивыми значками, и Джеки долго сидела, рассматривая каждый символ. Словесных пометок было немного, и большинство из них либо не несли ясного смысла, либо были просто перечеркнуты, какие—то из них были на английском, какие—то на итальянском, какие—то на французском, а иногда они смешивали несколько десятков языков, половину из которых Джеки даже не могла определить.

Наконец, отложив карту, Джеки вскрыла письмо, почти разрывая бумагу в клочья.

«8,60, северо—восток. Найдешь меня ровно под ней. Её тень всегда накрывает тебя. Спутница всегда оберегает тебя, влечет за собой, но никогда не открывает себя, и если ты не чувствуешь этого, ты обречен. И еще, оберегайся Ривина. Джеймсу Кларку».

Больше в письме ни о чем не говорилось, Джеки еще раз перечитала его и, не найдя там ничего понятного, еще раз обратилась к карте.

– Что ты делаешь? – Диана с любопытством наклонилась и замерла, рассматривая бумагу, но Джеки жадно прижала её к себе, отрицательно качая головой, и Диана тут же ушла.

Звезды собирали странное скопление, походящеё на бесформенную кляксу, и Джеки, невольно поставив пару следов своей крови на карте, уже не заботясь об отношениях с Джеймсом.

После того, как на меньшей части карты остались кровавые пятна, Джеки, не отрываясь от карты, крикнула Диане:

– Давай, буди его.

Диана резко встрепенулась, кажется осознав, что о ней наконец вспомнили, и дернула рукав рубашки Джеймса, обнажив его руку. Джеки с заметной скукой смотрела, как Диана подрагивающими ладонями водит по кисти Джеймса большим пальцем, но в итоге приложила пальцы к шее, прижимая ладонь к горлу.

– Так у него пульса нет, – сказала Диана, медленно убирая руку и стискивая ею ткань собственного платья, – Он мертв…

Джеки почувствовала, как в голову что-то ударило. Она свела брови, оглядев силуэт Джеймса.

– Ты уверена?

Но Диана уже её не слушала, её дыхание заметно сбилось, и она, присев на траву, коснулась ладонью трупа и тут же отдернула ладонь.

– Это всё ты виновата! – резко вырвалось у неё на Джеки, и она от неожиданности вздрогнула, – Я из-за тебя человека убила.

Больше она не могла говорить, глаза у неё обеспокоенно слезились, и Диана, уперев взгляд в траву, быстро встала и на исходе сил ушла за повозку, к все еще горевшему костру.

Расцветало, Джеки, не двигаясь, рассеянно моргала. Она подползла к Джеймсу и потрясла его за плечо:

– Что?

Диана не ответила.

Джеки коснулась ладонью груди Джеймса, еще теплая. Мешковатая рубашка несвойственно скомкалась, волосы растрепались.

Губы стянулись в бледную тонкую полосу, пальцы рук уже начали остывать и холодели.

Джеки коснулась пальцем его века и тут же отдернула ладонь, с испугом замерев на месте. Глубокий вдох. Рука опять тянется к веку и на этот раз поднимает его, долго рассматривая, как безжизненный зрачок смотрит на неё. Жутко.

Джеки пыталась наконец убрать пальцы от глаза Джеймса, но они словно намертво прилипли и запрещали перестать панически разглядывать, как пустой зрачок в упор смотрит на неё.

Наконец отдернув ладонь от Джеймса, Джеки отползла назад и почувствовала непривычную сжатость внутри. Больше часа она сидела неподвижно, наблюдая за безжизненным телом Джеймса под всхлипы Дианы, которая все не могла успокоиться.

Не вкуса свободы, ни вкуса спокойства, вообще никакого вкуса не было. Только странная пустота. И еще непонимание, долгое и мучительное непонимание…

Глава 9

Диана спокойно клала ветки в костер и временами поправляла наброшенное на плечи Джеки её пальто.

Тело Джеймса осталось нетронутым, на утреннем солнце он выглядел еще более помятым. Джеки не смотрела на него, а когда все-таки её взгляд мельком хватался за тело, лежащее на высокой траве, которая доставала Джеймсу до щек, то морщилась, не зная, от отвращения или такого странного сочувствия.

– Джеки, ну скажи хоть что-нибудь, – Диана рвано выдохнула, поставив локоть на скрещенные бедра, она ожидающе посмотрела на Джеки, невесомо поставила подбородок на тыльную сторону ладони, – Пожалуйста, не переживай только.

А Джеки не переживала, она просто не слышала Диану, не чувствовала теплоты её рук, в целом позабыла о её существовании. Она просто до сих пор не могла осознать, что произошло, в голове мелькали какие-то странные картины то большого черного зрачка Джеймса, который пристально смотрит на неё, то безжизненных бледных губ, то кровавой раны на затылке и струю засохшей крови, тянувшуюся по шее и рубашке.

Джеки сама не могла осознать, как буквально несколько часов назад, собравшись со всеми мыслями, осмелилась еще раз коснуться его трупа и, перевернув его, осмотреть. Дельного так ничего не было, но вот рана… Она пугала.

Он был сам виноват. Создал обстоятельства. Джеки не чувствовала себя жертвой случившегося, но определенно ощущала какой-то странный натиск смешанных эмоций.

Они не стали его хоронить, Диана не решалась и подойти к телу, а Джеки даже не могла подняться с места. Молитв она не знала, а крест делать было не из чего. Может быть, его тело найдут переселенцы и проведут какие-нибудь обряды.

– Мне говорил… Джеймс, что вы должны забрать деньги, – Джеки почувствовала рядом присутствие Дианы, она присела на поваленное дерево рядом с ней и почти невесомо поправила сползающее с плеч пальто, – Ты же знаешь координаты? Да? – она постаралась заглянуть ей в лицо, но Джеки сильнее упёрла взгляд в землю, заставляя волосы закрыть лицо.

Она вспомнила письмо и не сразу отрывисто ответила, не двигаясь:

– Да.

Ей было некуда деваться, возвращаться сейчас было бессмысленно, а оставлять Диану почти низко.

– Как хорошо, тогда я возьму коня Джеймса, и мы поедем? Да? Я тебе помогу, обещаю.

Джеки поежилась в пальто, ведь с наступлением дня в нем стало жарко, и, как ребенок, спрятав взгляд в землю, сказала:

– Поможешь? – Джеки прикрыла лицо ладонями, рывком выдыхая, – Надеюсь.

***

Джеки не проронила ни слова. Время тянулось чрезвычайно медленно, и Диана всячески пыталась развлечь себя пустыми разговорами с ней, которые она попросту пропускала мимо ушей. Было определенно заметно, как она нервничала, но, в отличие от Джеки, не погружалась в мысли, а старалась от них убежать.

Конверт с письмом и картой лежал во внутреннем кармане пальто, с которым Джеки не желала расставаться. Она чувствовала, как плотные бумаги прижимались к груди, от чего мысли о Джеймсе почти не покидали её.

– Ты хоть слово скажешь? – отрывисто спросила Диана, оборачиваясь на Джеки, ей казалось, что она даже не моргала, из хрупких бледных пальцев почти вывалилась узда, взгляд был устремлен на неё же и не менял свое положение уже битых два часа, то есть всю дорогу, что прошли они после последней остановки, – Джеки!

– Да? – спросила она, странно дергаясь.

Она успела дернуть повод, заставляя коня подняться на дыбы, прежде чем сквозь мутный горизонт увидеть белое пятно. Джеки невольно начала задумчиво теребить гриву, без остановки рассматривая крепость, почти замок. Среди колосьев пшеницы показалась белокаменная башня в ярдах пятидесяти, на которой виднелось единственное маленькое окно с тяжелыми металлическими решетками.

– Что это может быть? – спросила Диана, её голос тревожно дрогнул, и Джеки почувствовала, как она завозилась и заерзала на мужском седле.

– Крепость, – ответила Джеки задумчиво, что было почти очевидно, – Возможно, органы исполнительной власти.

На Диком Западе к новым жителям относились почти отвратительно, и если это был бы город в оживленной части Техаса, то оправдать свое внезапное присутствие в чужом городе еще было возможно, но ограниченное пространство в пустой местности явно не воспримет двух девушек с повозкой, полной оружия, положительным образом.

Здесь было сухо, мертвой зоной называли давно заброшенную тропу для перевозки товара. Здесь даже не обживались переселенцы, местность почти высохла, оставляя на своей территории только редкие дома органов исполнительной власти и ковбоев, пересекающих долгие расстояния. Стены были отшлифованными, почти гладкими, что Джеки видела даже с этого расстояния, как ровно на них ложился солнечный свет.

Вблизи башня оказалась началом высокой крепости. Она походила на белую гладкую скалу, верхушки которой было не видно, если вплотную подъехать к ней. Стены крепости были уже чуть ниже, на вершинах были вычищенные металлические заостренные прутья, строившие цепь по всей окружности крепости, располагаясь в нескольких рядах друг от друга. Джеки провела грубой ладонью по камням и почти не почувствовала шершавости.

– Приоритеты у шерифа как будто страдали. Ближайший город в ста верстах отсюда, к чему такая оборона?

Диана замерла, её лошадь суетливо топталась на месте.

– Давай просто уедем, Джеки, – попросила она и жалобно проглотила её имя.

– Давай не будем лишать тебя алкоголя, еды и воды, до ближайшего водоема еще долго, – соврала она с полным видом знатока, равнодушно посмотрев на Диану через плечо.

Конечно, она не знала, где ближайшая река, водопад или озеро. Она просто придерживалась строгому графику карты, строго направляясь на северо-восток.

В недавно заброшенных крепостях часто оставался провиант, иногда больной скот, еще реже оружие. Но есть хотелось сильно, а яблоки с картофелем уже застревали в горле, стремительно надоедая.

Диана неуверенно закивала, стараясь не выглядеть такой подавленной, как она себя ощущала.

– Ладно, – Джеки рывком выдохнула, припав спиной к белокаменной стене, уперев подошву в камень, – Я запущу стрелу, если услышим крик, уезжаем как можно быстрее, если тихо – давай просто напьемся до отвала и денек отдохнем.

Джеки ощущала чуждую энергию, которая как-то неприятно наполняла организм. Идея со стрелой была не самой лучшей, но определенно неплохой. Просто хотелось что-то сделать, отвлечься, бежать. Что-нибудь, лишь бы мысли не лезли в голову.

Диана растянула пухловатые губы, а в её глазах заиграла неуверенность, что она спрятала взгляд в землю. Спорить не стала, просто сильнее склонилась, едва ли не лошади на шею коня, крепко вцепившись в него ногтями.

Джеки завозилась, доставая из повозки лук, которым она владела чуть лучше, чем пистолетом. Дерево уже значительно потеряло свой прежний отшлифованный вид и слегка потемнело. Стрел было всего пять, они выглядели чуть лучше, острее было почти не затупленным, а другой конец легко входил в тетиву.

Она последний раз посмотрела на Диану почти с просьбой во взгляде быть тихой и расслабила пальцы, позволяя стреле с тихим свистом рассечь воздух.

Она стреляла с ярдов пятнадцати. Стрела почти точно пересекла колья, удачно пролетев между двумя прутьями и через пару ярдов ушла из поля зрения.

Диана засуетилась, Джеки резко дернула рукой, уже почти потребовав её быть тише.

В немой тишине только прорезался звук, как стрела вошла во что-то мягкое, вроде рыхлой земли или песка. После этого ветер заметно усилился, что Диана поёжилась, а Джеки заложило уши. В глушащей тишине не прорезался ни звук криков, ни внезапно усилившийся звук суетливой возни.

– Останься тут, на всякий случай, – процедила Джеки почти холодно, хотя в её голосе проскользнула неуверенность, а когда она внимательно осмотрела Диану, та опять завозилась, не зная, куда себя деть.

Через мгновение Джеки всё-таки дождалась от неё едва заметного кивка и, спешившись, Диана взялась за повод её лошади, и Джеки почти уверенно скрылась, обходя периметр стены.

Арка показалась через минут десять, когда резкий заворот привёл к металлическим двухстворчатым дверям, плотно закрытым, но не запертым.

Большая задвижка, уже словно заржавевшая от времени, стояла, как замерзшая, не падая вниз.

Джеки нехотя ощупала свой ремень и рывком вытащила револьвер, с трудом помещавшийся в её руку. Она, на всякий случай, последний раз припала к стене, но, судя по ощущениям, они были слишком плотными и высокими, чтобы что-то расслышать. Но застывшая на месте задвижка все-таки убедила Джеки, приоткрыв скрипучие ворота, оказаться в пределах крепости.

Она застыла, обхватив пистолет до побеления пальцев.

Здесь было очень шумно, люди суетливо возились, стоял противный запах, и Джеки недолго вспоминала, где еще недавно его ощущала. В глазах помутнело от пробежавшей картинки тела Джеймса, запах холодного мяса окончательно смешал реальность и тревожные воспоминания в большой ком потерянности.

Толпа людей, скопившихся у трупа, лоб которого был пробит очень знакомой стрелой, слишком активно суетились, не давая людям в темной форме, явно выделявшихся опрятной одеждой, протиснуться через них. Джеки замерла, из пальцев выскользнул пистолет, а руки невольно потянулись, открывая ворота, но они скрипнули еще сильнее и в мгновение обратили на себя внимание нескольких десятков глаз.

Джеки попыталась сорваться с места, но её грубо дернули за шиворот, отчего ноги подкосило. Руки за спиной скрестили, что в плечах хрустнуло и отдало болью по всей спине.

– А ты уверен, что это она? – спросили за спиной, и в кистях неприятно защипало, их сцепили оковы. Джеки тут же почувствовала себя ужасно уставшей от лишнего веса на руках.

– А кто это еще может быть? Здесь никто не ходит, «мертвая зона», – возразил второй голос на тон выше.

Джеки почувствовала, как в мутном пространстве голову что—то стянуло, а плывущие силуэты людей плавно перетекли в темную пелену. Джеки пару раз постаралась свободно поднять брови и через пару попыток поняла, что ей чем—то прикрыли глаза, от чего кровь в висках застучала еще больше. Теперь она не знала, куда её ведут.

– Доложим шерифу, а там уже решат, что с ней делать, – голос одного из людей за спиной снизился до напряженного шепота.

В предплечье заболело, его крепко сжали грубые пальцы и повели куда—то, почти волоча Джеки за собой. Она водила безжизненными, дрожащими пальцами по цепи, соединяющей кольца, и пыталась определить сложность замка, но на малейший звук оков рука крепче обхватывала её похолодевшую кожу, и Джеки сдавалась.

После недолгого пути по улице Джеки переступила порог, и, судя по пропавшему свету, который позволял видеть хоть какие—то тени, её завели в мрачную комнату.

Резко стоять стало значительно легче, и Джеки осознала, что больше не чувствует кинжал, прикреплённый к поясу, а затем и второй револьвер Кольта.

«Пальто, – от этой мысли Джеки вздрогнула и жадно скомкала обоими ладонями неплотную ткань пальто сзади».

К счастью, оно осталось на ней, правда, оружия при себе она больше не имела.

Теперь Джеки была уверенна в том, куда её завели. Повеяло настораживающим холодом, а в нос врезался запах холодного метала и пота. Стены ощутимо начали давить. Теперь к звону цепей прибавился звук трясущихся ключей. По звуку их было много, связка. Джеки услышала, как решетка скрипнула. Пользуясь звуком, она с трудом затрясла онемевшими руками и с трудом дотянулась до кармана пальто. Она нащупала карманные часы, и тут же её толкнули, от чего тело врезалось в решетчатую дверь.

Джеки внезапно резко застыла на месте, а когда её еще раз попытались завести в камеру, она удачно, но вслепую схватилась за решетки и принципиально оттолкнулась от них, отходя едва ли не на ярд от металлических перекладин.

Голова слегка закружилась, но ноги не подкосило. Джеки попыталась опереться на что—то, но её вовремя схватили за плечи и встряхнули, как котенка.

Она не успела понять, как её толкнули, и в уши врезался звук опять зазвеневших ключей, они прокрутились в скважине и замолкли, упав, по—видимому, в карман.

«Хватит сидеть сложа руки».

Джеки развернулась боком, и рука, просунутая между прутьями, ухватилась за ткань, и она мертвой хваткой дернула нескладное тело, что она услышала, как голова надзирателя столкнулась с решеткой.

Послышалась суета, но присутствие надзирателя напротив неё она почувствовала еще острее.

Часы наверняка весили примерно столько же, сколько связка ключей, она почти машинально достала их за цепочку и, крепко сжимая в кулаке, легко сунула их в карман все еще не пришедшего в себя надзирателя, забирая некрупную связку ключей.

Она тяжело упала в глубокий карман пальто, и Джеки еще несколько раз принципиально громко и несуразно ударила костяшками пальцев по решеткам, отводя подозрения.

– Вот сволочь, – послышалось рядом, и Джеки почувствовала противное дыхание надзирателя.

Она не ответила, лишь прижалась щекой к решеткам, показывая, как обмякла.

Послышались шаги, они затихли через минуту, а потом дверь громко хлопнула, окончательно запрещая свету проходить в темные камеры.

Джеки присела на скамью отдышатся. Она, нарушая немую тишину, провела оковами, переводя их через ноги. Здесь никого не было, это было на руку.

Стоял ужасный запах, голова болела. Джеки постаралась стянуть повязку, но пальцы оледенели.

Выйти отсюда незамеченной было просто невозможно, ждать, пока её отведут на суд или на эшафот, было тоже бессмысленно. Она из последних сил ухватилась за скамью, зубы стучали от неясного холода.

Надо было просто бежать. Быстрой найти Диану и уезжать, петлями уходя в глубину леса. За ними вряд ли будут гнаться.

Джеки все-таки стянула повязку, опуская её на шею. Она нащупала ключи. Они все были одинаковыми, так что с подбором верного проблем не возникнет.

Джеки тяжело выдохнула и осторожно, стараясь не звенеть, просунула руки через решетку и прокрутила первый попавшийся ключ в замке.

Задвижка отодвинулась. Джеки тяжело сглотнула, дверь скрипнула, но в глухом пространстве это не разнеслось эхом.

Она попыталась этим же ключом открыть наручники, но ничего не вышло.

Ключи Джеки бросила в сырую камеру, чтобы не создавать себе лишней тяжести. Дверь была почти напротив. Сунув руки в карман, она толкнула её ногой и почти в мгновение сорвалась с места, но не пробежала и ярда, как в нос ударил запах гари. Тепло огня почувствовалось где-то в ногах, а в глазах зарябило от того, как языки пламени быстро съедали траву, заставляя людей суетливо бегать с ведрами воды.

Джеки увидела у выхода свой кинжал и почти не думая схватила его. Огонь исходил от главных ворот, а рядом с ними был уроненный светец на подставке.

Джеки замерла, на неё никто не смотрел, а суета так и продолжалась, а дым все сильнее забивался в легкие.

Она закашляла, стараясь привести мысли в порядок. Тепло все активнее подбиралось к её телу.

«Диана».

Джеки спустилась со ступенек, ведущих к камерам, не успела она пройти и пяти шагов, как чужая шпага врезалась ей чуть выше талии, и Джеки опять замерла, что дыхание опять участилось.

Липкое чувство уязвимости начало непривычно резко и сильно щипать Джеки со всех сторон. В висках застучала кровь, а руки показались невыносимо тяжелыми, а учитывая оковы, она держалась из последних сил, чтобы не выронить нож.

– Отдай сюда кинжал, – почти сдержанно процедил сзади мужской баритон.

Джеки еще острее почувствовала чужое присутствие за спиной. Надо было бежать, но она не могла. Ноги словно вросли в землю, тело ломило и стонало. Она старалась как можно тише дышать, стараясь не показывать стоящему сзади собственный страх и усталость.

Вольф сама не поняла, как рывком развернулась, что её блуза порвалась, и вслепую провела кинжалом по чему-то мягкому.

Дальше все оказалось нескончаемо мутным, глухим и неясным. Но Джеки поняла, что кинжал улетел куда-то, почувствовала внезапную легкость, которая продлилась мгновение, прежде чем чьи-то сильные руки не схватили её и не развернули к себе, стягивая повязку теплыми пальцами:

– Ну, здравствуй, Вольф.

Глава 10

Джеки, схватившись за край юбки, смотрела в два зеленых глаза, потом на рыжие соломенные волосы, безобразно расползшиеся по лицу. Оно было знакомо и одновременно чуждо, словно…

– Мне кажется, ты что-то перепутала, – ярко-алые губы растянулись в улыбке, – Не стоило так эффектно появляться.

Рваный вздох, пугливый взгляд, потные ладони и покрасневшие щеки. Джеки сглотнула, в горле застрял ком.

– Ты не узнаешь своего брата? Давай, мы не так давно виделись: Джерси. Айдан. Вольф. Вспомнила? – он вскинул брови и сжал губы, но не дождался ответа, – Ладно, не важно.

Джеки почувствовала, как её притянули к себе и обняли, поглаживая по спине. Осталось бы у неё хоть немного сил, она бы отшатнулась, но сейчас она просто схватилась на края его пиджака, сдавливая на него все эмоции.

Она почувствовала, как к глазам подкатывает влага. Её брат был выше неё едва ли не на две головы, что Джеки даже не ощущала его теплое дыхание, но горячие пальцы ходили по замерзшей коже.

– Кто-нибудь, отведите её в покои в башне, и приготовьте стол на двоих.

***

Джеки то мерила комнату шагами, то садилась на диван, постукивая сапогом об пол, то опять ходила…

Ей сказали ждать здесь, завели в огромную комнату с большим диваном, деревянным столом со разными видами вин, разнообразием фруктов и горячим поросенком.

Но Джеки, на удивление, не хотелось ни есть, ни пить. Она уже битых два часа ждала, когда Джерси наконец решит все дела. За решетчатыми окнами виднелся уже поуспокоившийся народ, трава подгорела в некоторых местах, но большую территорию огонь не охватил.

Наконец дверь открылась, и вышло двое мужчин в парадной тройке, и, встав по бокам двери, один из них громко и отчетливо сказал, чтобы Джеки на другом конце, сидя на диване, услышала:

– Шериф желает видеть вас.

Джеки вопросительно смотрела в дверь, где была еще одна, более маленькая комната, и, опомнившись, торопливо подошла к ней.

Зайдя, она увидела стол на двоих, посередине канделябр с тремя зажженными свечами. Два кубка и бутылка дорогого вина. Здесь наконец вместо пота и метала ощущался запах приятного кумарина и ванили, что Джеки даже слегка смутило это.

За одним из стульев сидел он, скучающе рассматривая кубок. Как только дверь открылась, его юркий взгляд, как стрела, обжег Джеки, и за мгновение осмотрев её, Джерси тут же рывком поднялся со стула, проходя к ней, от чего Джеки стало почему-то не по себе, и она, напуганная неизвестностью, хотела было собрать пальцы рук в замок, но не успела. Джерси грубо и быстро притянул её к себе за плечи, соединив свои ладони у неё за спиной. От объятий, которые, к слову, Джеки последний раз чувствовала несколько лет назад, она успела лишь широко раскрыть глаза, но, когда Джерси слегка ослабил хватку, что теперь она просто чувствовала его теплую кожу на своем теле, она с трудом оттянула край его рубашки.

– У меня к тебе много вопросов, – процедил Джерси, и Джеки сама не поняла, как опустилась на один из стульев с высокой спинкой.

В кубок полилось вино, и, когда Джерси оставалось лишь начать разговор, он поспешно прошептал двум своим слугам, которые крутились вокруг Джеки все это время: «Идите».

Когда черная дверь за спиной Джерси скрипнула, Джеки, опустив растерянный взгляд, словно что-то потеряв, не зная, что сказать, на что Джерси тут же засмеялся.

– Не переживай. Пожар устранили, – его голос оказался мягче прежнего. Он замер, как-то туманно посмотрев в пустоту: – Диана на осмотре у лекаря. Не переживай, я прощаю, – он растянулся в добродушной улыбке, Джеки почувствовала, как глаза слегка защипало, но сглотнула слезы.

Воцарилась тишина. Джеки заерзала на стуле, царапая спинку ногтем. Джерси тяжело выдохнул и внезапно остро выпалил:

– Ну и шуму же ты наделала, сестренка.

– И с каких пор ты у нас теперь «Шериф»? – резко сменила тему разговора Джеки, стараясь придать собственной позе более уверенный и расслабленный вид.

– Уже как два года. Я сам, если честно, никогда не думал, что жизнь так повернется, – после этого Джеки лишь промычала в знак согласия, и резко воцарилась гробовая тишина, Джерси застыл в задумчивой позе, оперев голову на тыльную сторону ладони и, кажется, забыв о правилах этикета, поставив один из локтей на стол. Джеки пусто смотрела на него, тоже забыв обо всем, пока Джерси тихо не спросил:

– Как мать?

– Можешь не делать вид, будто не знаешь, что у неё был туберкулез, – Джеки резко сделалась почти грубой, откидываясь на спинку стула и скрещивая руки на груди, – уже как четыре года в земле.

– А долги? – его тон стал почти холодным, а зрачки вдруг запульсировали.

– Можно подумать, они куда—то денутся, – Джеки заерзала на стуле.

– Я выплачу, – Джерси внезапно подался вперед, а его пальцы вцепились в край стола.

– Там бешеные цифры, не перегибай свои возможности и не делай пафосный вид, словно ты зарабатываешь много.

Джерси замер, натянув уголки губ. Джеки увела взгляд куда—то под стол. Её рука машинально потянулась за бокалом, и она бесцеремонно громко сделала глоток вина, почувствовав на языке тепло.

– А ты пока расскажи, что ты забыла в «Мертвой зоне»? – Джерси неожиданно резко сделался почти добродушным, но Джеки все еще различала в его движениях механическую нотку.

Она принципиально медленно начала допивать вино, временами покашливая, чтобы оттянуть время. Когда бокал оказался полностью пустым, она громко поставила его на стол и, поправив спадавшее пальто и сложив руки на груди, застыла, посмотрев на Джерси особенно проницательно.

После этого, еще немного помявшись, Джеки начала монотонно и спокойно. Смерть Джеймса её больше не тревожила, правда детали его кончины она рассказывать не стала, как и их «странные» отношения.

– Координаты есть? – Джерси получил положительный кивок, хотя в глазах Джеки четко играли искорки неуверенности.

Джерси суетливо бросил взгляд на бутылку вина, затем на вазу с темным виноградом и хотел было что—то сказать, как черная дверь за его спиной опять скрипнула, и Диана без какого—либо сопровождения явилась в их покой.

На ней вместо слегка порванного платья была почти домашняя рубашка и широкая юбка, поверх которой был накинут халат.

– Все хорошо? – спросила Джеки, но ответ она не получила, за спиной Дианы засуетились.

И в комнату опять явились люди, один из них, молодой парень, поставил к столу третий стул, еще один, мужчина уже постарше, принес кубок, приборы и салфетку, а третий с темными, почти черными кудрявыми волосами, спускающимися по щекам легкими вихрями, доходящими до скул, остался у входа и, стоя в дверном проеме в свободной позе, слегка облокотившись на стену справа от двери, что—то старательно черкал на пергаменте металлическим пером.

Джеки поймала себя на мысли, что её взгляд начал сверлить его лицо до неприличия открыто.

– Отчет готов? – резко спросил Джерси, и Джеки поначалу даже не поняла, к кому он обратился, но юноша с пергаментом коротко промычал, не отрываясь от своей рукописи, что Джеки невольно расценила как неуважение, – тогда через час готовь собрание. По прибытии всех окликнешь меня.

Человек с пергаментом кивнул и удалился, как и остальные слуги, оставляя Диану.

Глава 11

Диана схватилась за кувшин чистой воды и осторожно и трепетно налила её в прозрачный бокал. Её взгляд юрко мелькал от Джерси к Джеки, пока Вольф не посмотрела на неё тяжело, заставляя быть более спокойной.

– Это такое совпадение, я думала ты уже умерла, —Диана опустила взгляд, покачав головой.

– Как ты уронила стойку с огнем? —спросила Джеки, стараясь сохранить ровный тон, хотя в ней все еще блуждала потерянность.

– Я выстрелила из пистолета, который ты мне дала еще при смерти Джеймса. Пуля пробила метал и уронила факел. Думала ты успеешь сбежать, пока будет суета. Я видела, как тебя отвели в камеру, —её голос дрогнул, от чего Джерси посмотрел на Джеки и замотал головой, немо попросив её не расспрашивать дальше.

Джеки сухо опустила взгляд в пустой кубок вина и, потянувшись к другому краю стола, бесцеремонно схватив бутылку вина и плеснув себе в бокал, что на стол упало пара брызгав. Жажда прикатила к горлу и застряла комом.

– Соболь должен был собрать моих помощников, Джеки, тебе определенно стоит посетить собрание, —Джерси резко перевел взгляд с наручных часов на Джеки. Теперь он оценивающе оглядывал её пальто, оторванную пуговицу и на воротнике, несколько кровавых полос, потертые рукава… —Я так чувствую, вам двоим было бы неплохо ванну принять, а тебе еще переодеться. У меня есть прекрасный костюм.

***

– Ну вот, тебе очень идет чёрный цвет, —юбка слегка обвивала бедра. Джерси двумя щелчками застегнул жакет с коротким рукавом и в последний раз оглядев маленький цилиндр с летной, рывком надел его на голову Джеки, после чего мягко взяв за плечи юрко покрутил вокруг, как куклу, —Тебе самой хоть нравиться?

Под юбкой было обтягивающие бриджи, от чего Джеки невольно почувствовала себя не в своей тарелке от новых элементов одежды. Она подергала плечами, пытаясь почувствовать привычную свободу.

– Вполне, вполне, —процедила Джеки, рассматривая кожаные сапоги, едва выглядывающие из—под подола юбки, —А накидка есть? Может…

Она не успела закончить как тут же почувствовала легкость в плечах и на её шее застегнулась пуговка. Ярко—алый плащ едва касался пола, но Джеки едва ли не могла свернутся в нем.

Джерси отвернулся, перебирая на низком подоконнике еще какие—то вещи. Джеки потянулась пальто, брошенном на полу, и рывком вытащила сверток. В мантии был глубокий внутренний карман, в который поместился сверток.

– Мне казалось у тебя достаточно слуг, чтобы заняться моим нарядом, —процедила Джеки, через плечо разглядывая собственное отражение.

– Я никому не позволю трогать свою сестру, —с этими словами Джерси вручил ей что—то такое же ярко—алое, перевязанное белой лентой и Джеки, помедлив взяла сверток в руку, прижав к груди, —Это платье, я уверен, оно тебе очень подойдет, но сейчас не время для него, —Джеки увидела в зеркале, как сзади подошел Джерси и уткнулся носом в её макушку, она тут же почувствовала его теплое дыхание, которое разлилось по всей голове, спустя около минуты подобной тишины, которую нарушало лишь его тяжелое дыхание, Джерси сказал:—Сейчас идешь наверх, по коридору к черной двери, там понимаешься по спиральной лестнице на самый верх. Я скоро подойду. А! И еще кое—что…

Он сунул руку себе в карман брюк и недолго покопавшись, достал часы на золотой цепочке.

– Я рад, что ты не потеряла мой подарок.

Джеки в мгновение расплылась в улыбке и схватила цепочки пальцами, осторожно притягивая их к себе. Часы качнулись, и Джеки сжала их в ладони.

– Спасибо! —успела кинуть она, и торопливо уходя в совсем противоположную сторону Джерси лишь качнул головой через плечо.

***

Черную дверь найти было легко. Она без труда отперлась, не издав даже лишних звуков. В темном коридоре на дневном свете, пробивающимся через решетчатые окна, показалась спиральная лестница с небольшими ступенями, заворачивающими за большой столб. Джеки слегка помялась, но осторожно ступила и начала стремительно подниматься по спирали, настороженно ведя ладонью по бетонному столбу, который обвивали ступени.

– Стоп! —когда длительная лестница наконец закончилась, Джеки оказалась в узкой круглой комнате, походящий на странный коридор, в которой была еще одна металлическая дверь, у которой стоял очередной охранник, —Женщина, что вы тут забыли?

Джеки подумала себя до уморы смешной, мужчина смотрел на неё с усталой усмешкой. Она застыла, и не успев ответить хоть что—то внятное, ей задали еще один вопрос:

– Как ваша фамилия?

– Вольф, —Джеки почувствовала за спиной чужое присутствие, голос Джерси был не напористым, она даже ощутила, как после того, как он выпалил фамилию, то быстро улыбнулся.

Мужчина суетливо отошел. Джерси потянул рукоять в виде кольца на себя и взглядом показал Джеки проходить.

Здесь было пусто, кроме медного круглого стола и десяти стульев, причем два, стоявших друг на против друга пустовали. За остальными сидели мужчины совершенно разные по возрасту и внешности, но каждый из них был одет примерно в похожий на классическую тройку костюм. Здесь стояла легкая суета, но шумно не было.

– Не лебези, без дела не говори, на все вопросы отвечай не слишком развернуто. Если будут целовать ладонь улыбайся и кивай головой, а еще лучше говори: «Благодарю вас», —после того, как Джерси прошептал это, он указал на один из свободных стульев, а сам присел на второй напротив.

Но прежде чем Джеки успела присесть напротив Джерси, около неё тут же оказался один из только что сидящих мужчин с длинными черными волосами, и Джеки пытаясь скрыть итак изнеможенное лицо, уведя взгляд в сторону, протянула ему свою ладонь. Он коротко коснулся губами её тыльной стороны.

– Я очень рад видеть родную сестру шерифа, мисс.

Джеки попыталась правдоподобно улыбнуться, но губы её растянулись скорее в надоумленном осуждении, к счастью она успела спрятать её до того, как мужчина, отстранился от её ладони и заглянул ей в лицо.

– Благодарю вас, —и Джеки кивнув опустилась на стул.

Только сейчас она поняла, что по правую руку от Джерси сидел уже знакомый человек, он был самым молодым среди присутствующих, не считая её самой. Джеки только при виде его волос опознала в нем того юношу с пергаментом и заметно удивилась, не думая, что он мог бы быть одним из приближенных.

– Я благодарю всех за прибытие на наше собрание. Его причиной является моя родня сестра, которой нужна некоторая помощь от меня, —и тут Джеки поняла о чем идет речь, ведь подобную тему для собрания она не допускала, —Я и мой главный помощник мистер Соболь отъедем их города на достаточно длительное время. Прошу, —он протянул бумагу сидящему по левую руку человеку, который был еще не совсем в возрасте и все собрание держал на лице странную ухмылку. Он прочитал данное ему письмо и положительно кивнул в сторону Джерси:

– Благодарю, мессир, что доверяете мне город…

Дальше собрание тянулось невыносимо медленно и скучно, под конец ладонь Джеки поцеловали точно больше пятнадцати раз и она, не чувствуя ног? по окончании из последних сил спустилась вниз, к Диане и опустилась рядом с ней на диван, бесцеремонно откинувшись на его спинку.

– Это было самое скучное, что я помню за свою жизнь.

Глава 12

Все собрание Джеки скучающе смотрела на человека по правую руку от Джерси, который с каким—то особым спокойствием и равнодушием перебирал бумаги все собрание, макал перо в чернила, что—то подписывал, переписывал, ставил печати, а иногда отвлекал Джерси, мимолетно касаясь его плеча пальцами и тихо, так что никто не слышал просил его что—то подписать.

Сейчас она опять ждала, когда Диану оденут в похожий мундир, а четвертый попутчик наконец закончит сбор вещей.

– Ты готова? —в парадной амазонке для езды Диана показалась в главных воротах.

Джеки все еще неспешно бродила по тихому двору, оценивающе оглядывая полученный вред от пожара.

Её мысли смешались, окончательно осознавая, куда она ввязалась. Кроме точного обозначения двигаться на северо—восток не было никаких координатов. На вопрос Джерси о примерном времени путешествия Джеки вспомнила примерное расстояние мертвой зоны, о котором Джеймс сказал ей и ответила почти уверенно «Три месяца».

– Кто этот Соболь? —вместо ответа спросила Джеки выходя их двора замка.

– Это вроде лучший друг твоего брата, —сказала без особого колебания Диана, —Твою лошадь, кстати, помыли и почесали. Мы там все уже тебя ждем.

Джеки толкнула дверь и просочилась через щель, последний раз окинув крепость.

И Джеки увидела его, и оказывается догадки её были правдивы, Соболь чесал гриву своему бурому коню и как только знакомые черные кудри мелькнули у Джеки в глазах она почувствовала, как кончили пальцев начинают бледнеть от неясного напряжения, которое веяло от него.

У Соболя оказались большие черные глаза и бледные губы, как у Джеймса после смерти.

– Дождались нашу принцессу, ну и долго же ты возишься, —конь Джерси рисовал круги вокруг Соболя, который равнодушно крепил седло.

Джеки заметила свою лошадь и тут же забралась на неё. Когда рука непроизвольно опустилась в гриву она почувствовала, что она стала мягкой и пушистой.

– Джеки, ты так и не сказала мне информацию о пути, не считая того, что приблизительное время дорогу месяц, ты дашь мне координаты? —Джерси не выглядел уставшим, в отличии от Соболя его движения не были тяжелыми, а его привычная ухмылка не была натянутой, сухой.

– Я тебе не доверяю, нам на северо—восток, это все что ты должен знать, —ответила Джеки и почему—то встретилась взглядом с Соболем, который теперь вызывал странное недоверие и неизвестность.

***

«Карта»

Джеки не отпускали мысли о ней, плащ, заменивший пальто непривычно развивался, и Джеки куталась в него, притягивая края ближе к себе. Сверток словно начал как—то сильно ощущаться на груди, но она все равно постоянно касалась ладонью плаща, успокаивая свои навязчивые мысли.

– Может остановимся? —прорезался голос Джерси, но Джеки уже видела, как он легко спрыгнул с лошади, привязывая повод к ближайшему дереву.

Джеки даже не успела понять, как её брат, Диана и Соболь уже сидели на траве. Диана разговорилась с братом Джеки, а Соболь просто пусто смотрел куда—то в даль, стуча пальцами по траве.

Джеки аккуратно спустилась и, ступая теперь вычищенными до блеска сапогами по теплой земле, привязала лошадь к столбу дерева.

Джеки последний раз коснулась груди, нащупывая сверток и несуетливо обошла повозку, словно отчеркнув свое пространство от шумного разговора за спиной.

Джеки сидела за повозкой, прижав голову к её борту, а её взгляд внимательно бродил по карте. Пальцы еще раз коснулись письма, и она мимолетно перечитала его, после этого сразу отложила.

«8,60, северо—восток. Найдешь меня ровно под ней. Её тень всегда накрывает тебя, подобно плащу. Спутница эта всегда оберегает тебя, влечет за собой, но никогда не открывает себя, и если ты не чувствуешь этого, ты обречен. И еще, оберегайся Арчи, Воронов. Они под врагом твоего друга, хотя сами того порой не замечают. Новому обладателю карты.»

– Любопытно… – голос врезался в сознание, как нож в спину. Джеки попыталась посмотреть через плечо уверенно, но почувствовала, как механические движения выдали её уязвимость.

Соболь сидел в повозке и облокотившись на её края с нескрываемым интересом разглядывал карту. Джеки понадобилось немного времени что бы осознать, как внимательно он изучается карту под её пальцами и она в одно движение настойчиво сложила бумагу вдвое.

– Тебе что—то надо, Соболь? —её пальцы погладили края карты и как можно ближе придвинув её к себе Джеки позволила себе совсем немного повернуться и через плечо смотреть на силуэт парня. Кажется, Соболь выглядел слишком счастливом, на его лице скользнул намек на улыбку, и Джеки невольно напрягло это.

Теперь она старательно разглядывала его.

Большие черные глаза, кудри спускались по щекам и прикрывали уши, цвет лица бледный, почти как мел, черты лица островатые, но не совсем резкие. Очень бледные как у мертвеца губы, на этой мысли Джеки едва заметно передернуло, она потупила взгляд в землю несколько мгновений, дожидаясь, когда глаза перестанет щипать.

– Тебе явно стоит лучше изучить расположение звезд.

Джеки вздрогнула, её словно передернуло от испуга, ведь именно сейчас она боялась, что кто—то потревожит её.

– Это не твое дело, —сказала она в пустоту, чувствуя, как Соболь сверлит её спину сзади.

– А… —Соболь мечтательно увел взгляд, прищурился и тут выпалил:—Справедливо. Но бред, на карте не измениться, —сказал он с наигранной любезностью, повел одним из плеч и свысока глянул на бумагу.

Джеки нервозно смотрела в землю. Сейчас её желание выстрелить в Соболя из мушкета выросло до предела. Она до побеления пальцев сжала край карты, слегка скомкав её, зубы крепко прижались друг к другу.

– Пошел вон от сюда, —вдруг протянула Джеки, но её тон остался ровным. Она тут же подорвалась с земли, прижимая бумагу к себе, —Пошел. Вон.

Соболь недолго смотрел свысока на клочок бумаги, то склоняя голову, то растягивая губы и тут туманно улыбаясь произнес:

– Как любезно ты оказываешь от помощи.

– Непрошенной помощи.

– Дело твое, —отчеканил он непринужденно и кажется уже не обращал никакого внимания на Вольф, устремил ленивый взгляд за горизонт и то сжимал, то расслаблял бледные губы.

С губ Вольф слетел легкий стон, и она неспешно потянулась к письму, и аккуратно обхватив его тремя пальцами, плотно укладывала его в недра кармана около минуты.

– Ты больной? —резко разнесся крик Джеки.

Соболь словно её не услышал, лишь поежился на месте и продолжил старательно разглядывать карту, с явной силой вцепившись в её края. Когда он успел её улизнуть…

– Астрономия, дело серьезное, да, Вольф? —процедил он совершенно непоколебимо.

Но Джеки тут же с силой схватилась за сгиб и потянула лист на себя, Соболь отпустил его, и бумага в мгновение выскользнула из пальцев, оказавшись в руках Джеки.

– А, ты любишь более оживленные диалоги? Какое приятно знакомство. Дельт Соболь.

– Неприятное, —прошипела Джеки почти равнодушно.

– Тебе решать, —Дельт неспешно стянул с правой ладони перчатку и скомкал её в левой руке.

Но Джеки даже не дернулась, она аккуратно и бережно раскрыла карту и тут вздрогнула.

– Что это?

– Извини, чернил с собой не было.

Джеки старательно потерла рукавом амазонки по шершавой поверхности карты, стараясь стереть каплю крови, упавшую на бумагу большой кляксой.

Джеки бросила взгляд на правую ладонь Соболя и разглядела на указательном пальце ранку с сочившейся кровью.

– Примерно там, где я пометил, —Дельт махнул рукой, бросив быстрый взгляд на Джеки, —Находиться Сириус Ярчайшая звезда в созвездии большого пса. У неё есть два сектора, А и Б.

– А почему я вообще должна тебе верить? —спросила Джеки, в её голосе прорезалась неуверенность.

– Мне есть смысл врать? —Дельт вопросительно вскинул брови и туманно улыбнулся, —Неужели я уже получил такую ужасную репутацию?

Но Джеки не успела ответить. За спиной Дельта показался Джерси, который сначала посмотрел на Джеки особенно выразительно, а когда она посмотрела на него, то в мгновение перевел внимание на Соболя.

– Дельт, —Джеки почувствовала, как в его голосе дрогнула неуверенность, —У меня к тебе просьба.

Дельт только вопросительно посмотрел на него.

– Потренируй Джеки в стрельбе, а учитывая наши… Опасные обстоятельства, это просто необходимо.

– А меня никто спросить не хочет? —Джеки в мгновение привлекла к себе внимание, а в её тоне проскользнуло возмущение.

– Раньше Дельт был прекрасным оружейным, отказываться от такого заманчивого предложения просто нельзя, —сказал Джерси и Дельт мельком кивнул ему.

После этого Джерси сразу удалился, а Джеки теперь осталась наедине с Дельтом в полной напрягающей тишине.

– Ты видела, это придумал не я.

Глава 13

Джеки всю дорогу носила с собой револьвер, но ни разу им не пользовалась. Просто потому что неумела. Все её попытки сводились либо к паданию оружия из рук, либо кровавым потекам по ладони. Дельт выглядел чрезмерно уверенно, что Джеки почти забавило.

– Прошу, —Дельт остановился у своей повозки, она была совсем крошечной и до верху была наполнена оружием, которое было идеально ровно выложено в ряд, —Для начала что—то на твой выбор. Что предпочитаешь?

– Чтобы ты оставил меня в покое? —спросила Джеки, её взгляд бегал по пистолетам, потом переключился на револьверы.

Дельт задумчиво оглядел всю повозку и не её краю достал самое маленькое оружие, что было там.

– Я не рассматриваю такой вариант, —после этого он схватился за ствол пистолета и почти дружелюбно протянул его Джеки.—Револьвер Кольта, к примеру, он довольно просто устроен.

Дельт вначале оглядел лес и его взгляд остановился на одном из деревьев совсем недалеко. Он, поправляя свой черный плащ почти бегом дошел до него и прислонился к шершавому стволу.

– Может ты объяснишь для начала, что мне надо делать, —Джеки с раздражением опустила руки, что револьвер чуть не выпал из её ладони.

– Стреляй, —ответил Дельт и в его глазах словно блеснул азарт и заинтересованность.

– Куда? —спросила Джеки на выдохе и её вопрос отличился особыми ударениями.

Он огляделся и не найдя ничего достойного для «цели» мимолетно улыбнулся и соединив ладони в замок сказал:

– Целься в ствол, —Дельт похлопал ладонью по коре и его поза стала еще более вальяжной.

Джеки подняла на не почти вопросительный взгляд.

– Уверенность не доводит до хорошего, Соболь.

– Можно подумать ты это проверяла. Вольф, не стой, как идиотка и сделай хоть что—то.

Джеки, даже держа взгляд на земле, почувствовала, как Дельт улыбнулся. Но она замолчала, просто надеясь побыстрее закончить эту бессмыслицу.

– Мне же нужно прицелиться, —кинула Джеки и после еще секунд неуверенных взглядов в землю она сощурилась и пустила пуля почти не глядя.

Джеки не услышала ни хруста дерева, не каких—то сторонних звуков. Когда она подняла взгляд, то Дельт даже не сменил позу, а дерево рядом с ним не подавало никаких признаков, что в него стреляли.

Но в нескольких ярдах от Джеки в земле едва виднелась неглубокая ямка. Видимо пуля вошла туда.

– Урок номер один. Исключаем страх. Твоя рука дрогнула и опустилась вниз при выстреле.

Джеки не успела понять, как Дельт оказался напротив неё и ненавязчиво протянул руку, с просьбой вернусь Кольт.

Джеки недовольно сунула его револьвер.

– По—моему тебе это нужно больше, чем мне, —Джеки подняла на него взгляд, стараясь выглядеть как можно непринужденнеё, но напряженная челюсть выдала её гнев, от чего Дельт усмехнулся.

– Очень возможно.

Дельт замер, словно чего—то ожидая. Джеки почувствовала во внутреннем кармане карту, как плотно она прижалась к груди, что показалось, что стало тяжелее дышать.

Может и учитель из него явно был дурной, то Джеки явно заметила в нем кого—то разбирающегося в звездах. Ну или хотя бы когда он говорил о них, выглядел более спокойным.

– А теперь, Соболь, давай откровенно, тебе нужно это? —карта мелькнула в глазах Дельта, он с сомнением оглядел её и присел на землю.

Джеки явно не хотела просить у него помощи, но воспользоваться его интересом было пусть и почти фальшиво, но это был единственный способ разобрать с Дельтом карту еще раз

– Я бы не советовал тебе показывать её кому попало, особенно тому, кто внушает недоверие, —сказал Дельт, когда Джеки мягко разворачивала карту. Она взглянула на него и поняла, что он все таки, нашел ту ненависть и сомнение в её взгляде во время тренировки, —Мы ненавидим себе похожих, Вольф. Ведь имея одинаковые мысли, цели, идеалы и проблемы мы невольно соперничаем друг с другом.

Джеки не ответила, она лишь слегка помотала головой, вновь сосредоточившись на карте.

– Значит тебя тоже интересует карта? —спросила Джеки, Дельт сидел неподвижно, как статуя и лишь что—то шептал одними губами.

– Астрономам присуща тяга к звездам, —ответил он и его пальцы тут же коснулись небольшого пятна светлой крови чуть ниже созвездия Большого Пса, —Чья это кровь?

Его пальцы прошлись по уже засохшему красному пятну в левой части карты.

– А не видно? —процедила Джеки и мимолетно посмотрела на Дельта, убеждаясь что он сосредоточен на карте, —Моя.

– Не приучайся врать, Вольф, —процедил Дельт, – Видишь, вот это твоя кровь, а вот это… Нет, —он вначале коснулся рукой крошечных капель на самом созвездии, а затем вновь перевел ладонью по алому пятну.

Джеки почувствовала, как от волнения её сердце ускорилось, но её взгляд остался таким—же непринужденно—легким.

– Допустим, это кровь Дианы.—отчеканила Джеки и для полной уверенности вновь заглянула в глаза Дельта.

– Будем считать что я тебе поверил. Вопрос откуда она здесь, но ты можешь не отвечать на него. Лучше расскажи, что ты хотела от меня, как от астронома.

Джеки застыла, стараясь собрать мысли в кучу, но почувствовала, как за её спиной показалась фигура Джерси.

– Я прерву ваш разговор по душам тем, что нам надо ехать, —прошептал он, что Дельт слышал его совсем тихо и краем глаза заметил как Джеки указательным пальцем медленно пододвигает карту как можно ближе к себе, от чего он дернул уголком губ.

– Ничего смешного, —прошептала она, когда Джерси поднялся на ноги и направился прочь. Джеки сложила карту и положила её в карман плаща, —Я вижу у тебя не такой длинный язык. Ты же будешь молчать, или ты та тварь, что не умеет хранить секреты?

– Не подстраивай меня под себя, Вольф, это не очень хорошо отразиться на тебе. Но я никому не скажу, во всяком случае до того момента, пока ты сама не проболтаешься, —ответил Дельт без какого либо недовольства, на его лице остался почти не заметный оскал, зрачки заметно уменьшились и когда тот направился к лошадям, Джеки проводила его взглядом и слегка измученная, усталая и непонимающая направилась за ним.

Глава 14

По дороге Джеки удалось получше рассмотреть его. У Дельта были высокие черные сапоги и широкие темные брюки, в которых была заправлена былая рубашка и это все дополнял ярко темный плащ с рукавами, который заметно потрепало время. На нем осталась единственная пуговица, в левом нижнем углу плащ был слегка порван, а по бокам стерт. И еще на краях едва выделялись более темные пятна, и Джеки сразу догадалась, что это была чистая кровь. А вот чья, это выяснить у неё будет время.

Всю дорогу Джеки просто старательно, подобно картографу, проводила невидимую черту на Северо—восток. Иногда доставала часы, чтобы по циферблату определить направление, и когда убеждала себя, что все в порядке, просто нервно теребила повод, временами прикладывая руку к груди, нащупывая сверток.

Диана с Джерси говорили о чем—то своём, но Джеки все равно прислушивалась, чтобы Диана не сболтнула лишнего. Но через час она убедилась, что это бесполезно, она все еще тревожится подниматься эту тему, а их трепня сводилась к ценам на алкоголь и вкусу жареного мяса.

– Темнеет, —прошептала Диана, когда солнце начало постепенно уходить за горизонт.

Джерси внезапно резко натянул повод, что его конь встал на дыбы и профессионально, в одно мгновение оказался на земле.

– Останавливаемся, —спросил он и в голосе проскользнула вопросительная нотка. Джерси посмотрел через плечо на Джеки и когда та почувствовала, что от неё что—то хотят, немо кивнула, —Кто костер разведет?

– Так давайте я и разведу, —как—то растерянно сказала Диана и она почти уверенно начала отдалятся в чащу леса.

– Джеки, —Дельт одним взглядом позвал её за собой в чащу леса и Вольф без охоты подошла к повозки Соболя и тут же нашла знакомый револьвер, но его тут же пришлось отложить, ведь Дельт остановил её, —Возьми любую винтовку.

***

– Можно я задам тебе вопрос? —Дельт внезапно особенно остро застыл на месте и развернувшись припал к дереву. В его холодном тоне словно появился намек на сарказм.

Джеки посмотрела на него особенно выразительно, слегка приподняв брови. А затем несуетливо и показательно бросила винтовку в сторону, что она отлетела на ярд от неё.

– Я думала ты не спрашиваешь такое.

– Это чистая формальность.

– Тогда я тоже задам тебе вопрос.

Дельт даже не задумался:

– Хорошо, я не думаю что ты знаешь меня так хорошо, что бы задавать мне что—то откровенное, —отчеканил он, вначале ненадолго задумавшись, —Что обозначает эта карта? —он поднял руку, что Джеки только мгновение поняла, что он указывает на внутренний карман плаща.

– Я не скажу тебе ничего дельного, —ответила Джеки, но за картой все таки потянулась и как—то неохотно достала её из кармана, но Дельту не отдала.

– Значит ты ждешь моей помощи? —он как—то многозначительно поправил плащ.

Джеки замерла, поднимая на Дельта почти невинный, но выразительной взгляд.

– Неужели. Пытаешься оправдать свою заинтересованность?

– Я её и не скрываю. Но зачем тебе я?

– Иду тебе на уступки.

– Сомневаюсь.

Джеки заметила, как взгляд Дельта все таки остановился на карте и он недолго все таки смотрел на неё с некоторой озадаченностью.

– Если позволишь я буду смотреть не из твоих рук, —ответил Дельт и Джеки в мгновение захлопнула карту, что её волосы встрепенулись.

Она в мгновение развернулась и принципиально резко в последнее мгновение, карта скользнула по воздуху, уходя из—под пальцев Дельта.

Он не уйдет, пока ему не дадут, что он хочет.

– Поосторожней, Соболь, —почти попросила его Джеки с наигранной учтивостью.

Она поддела ногтем разрез карты, и она как—то слишком резко развернулась, едва ли не выбиваясь от ветра из рук.

Он долго смотрел на карту, пока Джеки мельком не взглянула в его глаза, наполненные сосредоточенностью.

– От кого тебе перепала карта? —внезапно, в давящей тишине, спросил Дельт.

– Я вот это определенно не твое дело.

Джеки услышала, как он усмехнулся за спиной.

– Её определенно прорисовывал астроном.

Джеки в мгновение захлопнула карту, но Дельт за спиной даже не пошелохнулся.

– Похоже на сегодня хватит.

– У Вольф устали глаза? —спросил Соболь с наигранным беспокойством, от чего Джеки едва сдержала вдох.

***

Джеки взяла на себя тушение костра. Она попросила Джерси оставить его под предлогом, что она хочет почитать.

В ночной тишине только костер и шелест травы издавали совсем отдаленные звуки.

Джеки, ложась на траву, почувствовала, как рубашка слегка намокла, а лицо покрылось росой

В палатках было тихо. Джеки старательно пыталась перевести надписи, но вечно это были либо странноватые термины, либо перемешанные буквы из разных языков.

Но не прошло и часа, как Джеки почувствовала за спиной чужое присутствие. Свет костра рядом словно шелохнулся, и Джеки краем взгляда заметила тень рядом с собой.

Дельт стоял тихо, пока она с трудом, словно механически, не посмотрела на него через плечо.

– Глаза не испортишь? —спросил он и растянулся в фальшивой улыбке.

– Если тебя не затруднит один вопрос от меня, то нет.

Дельт вскинул брови и осторожно опустился рядом.

Джеки почти расценила это, как согласие.

– Чем измеряются расстояние в звездной системе?

– Световыми годами, —без промедления ответил Дельт, словно диктовал лекцию.

Джеки кивнула, стараясь не показывать своей задумчивости.

– А чем это можно измерить?

– Ты говорила про один вопрос? —броди Дельта резко взмыли вверх, но он не улыбнулся, однако Джеки заметила, как дрогнул уголок его губ.

– Ты можешь не отвечать на него. Только в таком случае тебе нечего тут делать.

– Можно подумать я сижу тут ради тебя.

– И я откровенно этому рада.

Джеки внезапно остро поднялась с места и стараясь стереть прилипшую грязь с юбки процедила:

– В кровать же ты ко мне не залезешь ради карты?

Дельт ничего не ответил, он даже не поднял на Джеки взгляд, но когда та начала активнее отдалятся процедил:

– Секстант измеряет расстояние от звезды до земли с помощью градуса наклона. Это что-то вроде точной новомодной версии астролябия.

– У тебя он есть? —Джеки посмотрела на него через плечо с невинным интересом.

– Возможно.

Дельт резко и остро поднялся с места, что Джеки даже подумала, что он направился к ней с непростым напором, но он остановился и посмотрел на неё, оставляя между ними несколько шагов.

– Я покажу тебе его утром.

Джеки кивнула ему, скорее не в качестве благодарности, а немо соглашаясь. Она не ждала от Дельта чего—то. Просто старалась достать хоть какую—то информацию.

Она замерла, захотев что—то сказать, но поймала себя на мысли, что силуэт Дельта внезапно резко помутнел, а свет костра активнее зарябил в глазах.

Она болезненно схватила ртом воздух, зажмурилась и несколько раз несуразно качнувшись из стороны в сторону по её губам резко потекла вишневая струя, и она попыталась поставит руку к лицу, но в глазах словно защипало, а тело показалось ватным.

Последнее, что увидела Джеки, так это Соболя, скучающе провожавшего её в обморок.

***

– Она же не умерла? —Джеки почувствовала, как шум в ушах стал медленно распознаваться в отчётливую речь. В носу щипало, а в горле словно стоял тошнотворный металлический вкус.

– Мечтать не вредно, Джерси, —голос Дельта она услышала почти четко и почему—то остро почувствовала его присутствие.

– И что теперь будет? —голос Дианы прозвучал едва ли не над ухом, от чего Джеки вздрогнула, сознание резко оказалось почти пустым, а внезапный холод пробрал до костей, —Джеки!

Джеки почувствовала теплое дыхание Дианы и когда все—таки набралась сил открыть глаза, то даже испугалась, увидев её многозначительное выражение лица перед собой в первую очередь.

– Я уверял вас, —Дельт оказался где—то в около её ног и Джеки едва не сдержалась, чтобы ударить его сапогом.

Соболь пожал плечами и его почти строгая поза сменилась на вальяжную. Он скрестил руки на груди и посмотрел куда—то в даль.

– У неё же пульса не было, —прошептала Диана, словно боясь сказать лишнего, —Я же смотрела… Я врач…

– Значит плохой врач, —отрезал Дельт.

Джеки поняла, что на улице все еще темно, но едва заменые лучи солнца уже пробирались через горизонт.

Джерси протянул ей руку и, она осторожно схватила его ладонь, рывком поднимаясь с земли.

– Как ты себя чувствуешь? —спросил он едва ли не интимным шёпотом, подойдя к Джеки едва ли не вплотную и склонив голову, он принципиально старательно поправил смявшийся на плечах плащ.

– Отлично.—отрезала Джеки, но язык все еще заплетался.

Джерси подмигнул ей и развернувшись пошел обратно к палатке, а Диана побежала за ним хвостом.

Джеки почувствовала, как кожу не руке неприятно резко закололо

– Откуда? —она подняла вторую руку, на которой показался большой порез начиная с ладони и заканчивая локтем. Кровь застыла на коже, но в ночной темноте рана была видна особенно остро.

– Я подумал, что тебя отравили, решил посмотреть по крови, —ответил Дельт почти непринужденно.

– Бестактно, Соболь.

Глава 15

– Как ты узнал, что меня не отравили? —Дельт никогда не позволял себе ехать совсем рядом с Джеки, он либо держался на нескольких ярдах сзади, либо ускакивал совсем далеко, если ехал впереди.

– У тебя бы кровь потемнела, —Дельт порылся во внутреннем кармане плаща, но Джеки опередила его:

– Отдай карту. Не кажется ли тебе, что воспользоваться моей слабостью для получения свой заветной цели слишком низко, особенно для тебя, —в раскрытую ладонь Джеки с небрежностью упал конверт и она не став проверять его содержимое вернула его на место.

– Я приму это за комплимент.

Джерси и Диана, как всегда, были в самой дали. Они ехали весь день, Джеки вовсе не чувствовала сна, а вот Дельт иногда случайно, сам того не замечая прикрывал глаза. Вообще он был весьма обаятельным, когда опускал веки, и походил на пугливого кролика, щурящегося от яркого света.

До заката осталась еще пара часов, но Диана внезапно тонко намекнула, как у неё болят ноги и через несколько минут Джерси уже привязывал лошадь к дереву.

Когда развели костер, Джеки просто молча смотрела, как огонь поедает ветки, стараясь не клонится в сон хотя бы до первого намека на закат. Но через час она не обнаружила Дельта.

Но потом все—таки она разглядела его около повозки. Его силуэт в тени лежал на траве, словно мертвый, но, когда в полудреме Дельт повернул голову Джеки поняла, что он почти спал.

***

Темное, однотонное небо усеяло звездами. Через стекло, причем тщательно вычищенное, отчетливо виднелось, как звезды отдают какой—то странный блик на землю.

– Вольф, как странно с твоей стороны. Я же вроде обещал, что покажу тебе секстант сам. Совсем не обязательно было его красть.

– Просто хотела сровнять наши позиции. Ты украл карту, а я секстант.

Дельт за спиной Джеки сделал к ней два больших шага, что оказался почти вплотную к её левому плечу.

Джеки почувствовала его тяжелое дыхание, но повернутся не посмела. Она взяла секстант только ради собственной свободы его использования. Дельт определенно будет старательно ограничивать время её пользования.

– Я вернул карту, —словно предупредил он, но за секстантом не потянулся.

Джеки слегка помедлила, убирая инструмент от лица. Она медленно посмотрела на Дельта через плечо. Он выглядел таким же непоколебимым.

– Я не собиралась присуждать её себе.

– Я благодарен тебе за это, —сказал он с наигранной учтивостью, —Но должок весомый.

Джеки посмотрела на него особенно выразительно, словно старалась найти что—то в его глазах. Но её взгляд зацепился, что он крепко сжимает в руках винтовку, скрытую тенью.

– Давай я попробую с тобой договориться. Ты посвящаешь стрельбе меньше пяти минут, а я показываю, как работает астролябий.

Джеки на мгновение задумалась, но Дельт, кажется, уже решил за неё, протянув ей в руки винтовку со странной настойчивостью.

Джеки повела плечами и почти уверенно уперла винтовку в плечо, сомнительно осматривая поляну.

– Правило номер два. Угомони руки. Здесь тебе не нужный трясущиеся пальцы, —процедил он и Джеки почувствовала, как его ладонь легла поверх её руки, крепко сжимая ствол, —Попадешь с первого раза в дерево перед тобой? —спросил он, спуская свою речь едва ли не до интимного шепота.

– Я постараюсь.

– Удиви.

Джеки почувствовала, как Дельт крепче сжал её ладонь, от чего руки еще сильнее затряслись. Она была почти уверенна, что Соболь чувствует это, но он был спокойным, от чего Джеки стало не по себе.

Она последний раз повела мишень, стараясь задержать дыхание, но внезапно резко похолодевшие ладони машинально сжались, нажимая на курок.

Джеки услышала, как что—то совсем рядом словно взорвалось, картина перед глазами машинально расплылась, а в носу особенно остро почувствовался порох.

– Ох, спасибо, Вольф.

Дельт стоял и с какой—то странной ноткой безумия вытирал с ладони кровь, стекающую на траву. Он схватился за край плаща и щедро оторвал кусок ткани, стягивая рану на ладони.

Винтовка валялась в стороне. Джеки в мгновение оглядела ладони и поняла, что на ней нет ни царапины. В голове словно что—то затуманилось, и она оказалось чрезмерно тяжелой.

Дельт не выглядел жалким или даже растерянным. Повязка на его руке тут же пропиталась кровью, и Джеки равнодушно посмотрев, перевела взгляд с неё на лицо Дельта.

– Я перечитаю письмо? —спросил Дельт, но его тон был почти утвердительным.

Джеки замерла, слегка помедлив, но все—таки потянулась к внутреннему карману, не отводя взгляда от Дельта. Она сжала между пальцами сверток и протянула его, в полутьме разглядывая его силуэт.

– А тебе не кажется, что разобраться с первой частью письма очень просто, «спутница— это звезда. 8,60—количество световых лет до неё, вероятно это звезда из созвездия большого пса. Почти просто, —он внезапно застыл, а его глаза пробежались по строкам письма еще несколько раз.

Джеки почти выхватила лист из его ладони и вслепую убрала обратно.

– Допустим, вот только что это за звезда? Знаешь?

– По—моему я уже рассказывал о предназначении секстанта. А теперь попродробнее, —он с профессиональной точностью взялся за инструмент и приложил его к лицу, —Сегодня большой пес виден особенно хорошо. Начнем с простого, это Везен…

***

Нужной звезды, подходящей под данным они так, и не нашли, хотя перебрали уже три возможных варианта, теперь Джеки пошла спать, чтобы не чувствовать прежнюю подавленность. Дельт проводил её спокойным взглядом до повозки, но ничего не сказал.

Через пару часов звезды стали виднеться отчетливее, он спокойно, собрав руки за спиной, описал круг вдоль лагеря, потратил еще пару минут, чтобы посмотреть на костер.

Джеки уснула в своей повозке, а её плащ расползся красной пеленой по бутылкам алкоголя. Дельт бесшумно облокотился на край и с трудом дотянулся до куска пергамента, торчащего из внутреннего кармана, плотно запечатанный в бумажный сверток.

Теперь у него получилось более детально осмотреть её, он только заметил, что Адара была помечена кровью, а не чернилами, так же, как и Сириус. Есть ли в этом какой—то смысл? Или у автора сего шедевра просто не нашлось чернил рядом, как у Дельта?

Последний раз мельком взглянув на Джеки, он развернулся и стремительно отошел подальше от лагеря растворяясь между деревьями.

Его повязка на руке уже превратилась в тряпочку, на которой смешались земля и его кровь. Дельт положил письмо подмышку письмо и осторожно развернул карту, стараясь как можно меньше касаться её.

Но кровь не повязке оставила толстую жидкую полосу прямо посередине созвездия, и Дельт тут же начал проходить рукавом по следу, но спустя пару попыток он понял, что кровь уже впиталась в бумагу.

***

Она открыла глаза. Во рту все еще словно стоял холодный метал, а в носу щипало. Джеки коснулась пальцами губами, словно в паранои, проверяя наличие крови.

В первую очередь она шепотом назвала Дельта сволочью, потому что поняла, что карты у неё при себе нет.

Вот только теперь, когда она поднялась и присела на борт повозки, в глазах неприятно зарябило синем светом, которое расплылось чуть выше уровня земли, как прозрачное покрывало. Волна света почти в мгновение достигла Джеки и та, успев только почти беззвучно вдохнуть почувствовала приятное напряжение на коже.

«Наверное от дремоты»

Джеки коснулась ладонями лица и, потирая затвердевшую кожу. Желание сна ушло в мгновение. Но чувство какой—то странной тревоги.

Джеки сделала неуверенный шаг не другой край повозки и в немой тишине перепрыгнула через бор повозки, в мгновение оказываясь на траве.

Костер все еще горел, но заметно активно погасал, большинство веток почернели.

Теперь она видела слегка размыто, в голове осталось неприятное шипение. Джеки почти беззвучно пересекла лагерь и застыв между первыми рядами деревьев, разглядывая синий свет, охватывающий деревья, отдающий свет на поляну и режущий глаза.

***

Он выронил карту из рук.

Рассеивающийся туман показал бледную тень, которая имела свои черты лица, тонкие пальцы рук, но походила она просто на большое облако, из которого словно вырезали фигуру, походящую на статую.

– Как же ты мне надоел, —голос отдал в голове каким—то странным эхом. Дельту понадобилось чуть меньше минуты, чтобы силуэт перед ним показался отчетливее, —А ты кто?

– Хотело бы задать такой же вопрос? —найдя силы для ответа Дельт наконец выпрямился и тут же забыв о всякой карте, которая буквально вылетела из рук, подошел к тени и медленно провел ладонью по её кисти, от чего она улыбнулась.

– Дурашка, —её рука на мгновение превратилась в туман, рассеиваясь от прикосновения, но когда Дельт отдернул руку все вернулось на свои места, но тут её глаза блеснули, в них словно что—то едва заметно вспыхнуло и тут же погасло, —Ой ой, Дитя. Карту бросать дело странное… Откуда она вообще у тебя?

Дельт посмотрел через плечо и в синем свете различил на траве темный пергамент, который в мгновение схватил и еще раз тщательно осмотрел карту с тревогой в глазах, с болью в голове, с бледными, словно у мертвеца пальцами рук спросил шепотом:

– Что ты?

Теперь тень увела взгляд, и её губы дрогнули в улыбке.

– У нас новый основоположник. Сириус, —и она протянула ему руку, но не как для рукопожатия, а словно приглашая на танец и Дельт, позабыв прошлый опыт опустил ладонь и туман рассеялся, от чего тень ухмыльнулась, —Ничего. Бессель еще больше был растерян.

– Бессель? Кто это? —Дельт свел брови, стараясь унять растерянность. Она на мгновение опустил взгляд в карту и пробежался по всему созвездию пальцами, —Подожди… Так ты, звезда?

– Какой у нас прекрасный кандидат в повелители! Я в восхищении. Ты мыслишь правильно, пусть и не логично. Звезды же не спускаются с небес только потому, что что—то оставил свою кровавую полосу на карте, —с этими словами Дельт посмотрел вначале на алую полосу которую он оставил совсем недавно, а потом на каплю крови на месте Сириуса, —А Бессель это мой прошлый повелитель, он был первым, кто закончил эту карту. Как тебя зовут, дитя вселенной?

– Соболь, Дельт Соболь, —сказал он и почему—то задумался над последними словами.

– Чудесно, так может ответишь, откуда у тебя, Соболь, такие ценности? —Сириус вдруг оказалась у него за спиной, и теперь Дельт еще больше чувствовал собственную тревогу.

– Я взял её у Джеки, а ей она перепала от … —он замялся, вспоминая имя, уведя взгляд куда—то вдаль, —Джеймса.

Теперь молчала Сириус, Соболь не видел её лица, но хорошо чувствовал её задумчивый взгляд.

Сириус была похожа на чрезмерно ухоженную девушки с чистыми руками, белой кожей, сияющим взглядом. Это словно был тонкий намек на её сознательное превосходство, некую власть, которой она не умеет пользоваться.

– Ах он мразь! —резко врезалось в сознание Дельта, —Я убью его.

Соболь вздрогнул, голос Сириуса внезапно резко перешел на давящую ноту, от чего напряжение вокруг словно увеличилось.

– Бессель не подтвердил свое правление и просто отдал карту этому уроду! —её руки легко взмахнули вверх.

– Объяснись, —отчеканил Дельт стараясь сохранять чувство равновесия в диалоге, но его тон невольно становился настороженнее. Он уже привык к синему свет, рябившему в глазах, но присутствие рядом звезды заставляло его невольно суетится.

Сириус еще некоторое время ходила туда—сюда, и на любые попытки Дельта сказать хоть что—то, она отмахивалась рукой, но по итогу остановилась и спокойно спросила:

– Ты знаешь почему именно ты, не твоя Джеки, не Джеймс не имели возможности стать повелителями Сириуса? Ведь их кровь тоже есть на карте, —она внезапно сделала паузу и в её глазах словно заиграла новая искорка напряжения, —Она есть, только не там, где надо, в моей точке. В моем месте на небе. Люди, чья кровь просто неведомым образом попала на карту переходят ко мне в подчинение, и я делаю с ними все что захочу.

– Кровь… Кровь на губах Джеки, —резко перебил Дельт, —Это ты..?

Сириус выдержала паузу а потом процедила, почти выплевывая эти слова:

– Я, но я делаю это невольно. Я в целом редко что-то делаю по своей воле. Мне это не нужно. Когда я меняю свое место положения, это как—то отражается на моих подданных. Но обычно это отражается в виде легких кровотечений или обмороков. Это уже к особенностям человеческого организма. Это связь неба. А не моя причуда.

Дельт замер. Его рука дрогнула и пальцами прошлась по засохшей крови, которая растянулась кривой полосой по карте.

– Меняешь место положения? То есть… Как? —Дельт внезапно резко вопросительно склонил голову, а его зрачки увеличились в ночном свете.

– У моего второго класса нет определённого места положения, все триста миллионов лет я блуждаю по небу и это зависит не от меня. Мне кажется ты хочешь задать вопрос, —Сириус с ожиданием смотрела на Дельта и помявшись тот спросил:

– Так что там на счет крови?

– Крови… А. Если кто—то ставит свою каплю крови прямиком на, то место, где расположена звезда на карте, то при следующем попадании его крови на карту, в любую точку звезда спускается к нему и предлагает пройти обряд посвящения, что бы тот стал повелителем той или иной звезды. Ты один из них, —Сириус внезапно остро осмотрела с ног до головы Дельта и её губы дрогнули в улыбке.

Дельт задумчиво закивал, он хотел задать еще один вопрос, но решил, что сделает это чуть позже.

– Каждый месяц свое правление надо пере подтверждать, кровь на карте стирается и повелителю надо еще раз ставить свой отпечаток на карте, подданных я тоже теряю, —продолжила Сириус и тут она бросила взгляд на карту, которую Дельт держал в руках, —Не догадываешься, чья кровь на Адаре, звезде чуть ниже?

Дельт вспомнил письмо Джеки и с трудом в его сознании всплыло его имя, он не знал кто это, но был уверен, что его догадка верна.

– Ривен…

– Ты его знаешь? —тут Дельт быстро и активно покачал головой, протестуя, —Эта карта уже много лет бродит от рода Бесселей, до рода Ривенов, Арчи совсем недавно подчинил себе Адару, скоро должен прийти срок подтверждения, по этому ему даже не столько нужны ваши деньги, за которыми вы едите. Главное—карта.

Дельт кажется сам не понял, как прижал к груди карту, а заметил это, когда Сириус очередной раз усмехнулась.

– Так получается ты та самая «спутница». Значит под тобой находиться деревня Бесселя?

– Деревня Бесселя находиться под вторым сектором. Она постоянно меняет свое место положения вместе с поселением. Но они не выходят за переделы мертвой зоны, по которой вы ходите.

Дельт опустил взгляд и долго смотрел на траву у себя под ногами, которую озарял легкий голубоватый свет. В горле пересохло. Дельт бережно провел пальцем по краю карты.

– У меня галлюцинации?

Сириус растянулась в добродушной улыбке и тихо хихикнув сказала:

– Я не думаю.

– Неужели все на столько хаотично и второй класс ни от чего не зависит?

Сириус замерла, словно задумавшись, но она одним взглядом обвела территорию поля и выдала громче обычного:

– Нет! У Адары, которую я терпеть не могу тоже есть второй сектор, она тоже ходит по небу и лагерь Арчи постоянно меняет свое место положения, и она всегда остается на таком же расстоянии со мной, как была, мы всегда находимся на одинаковых точках друг относительно друга. Совершенно под одинаковыми углами. Вам следует отвязать мой второй класс от поселения Бесселя. И… —Сириус опустила выпарительный взгляд и когда она выдерживала паузу, по Дельту пробежались мурашки. Он скреб ногтем края карты и в пугающей тишине раздавался только этот тихий скрежет, —Начать новую эру повелителей.

– Что, —протянул Дельт, —Я…

– Дитя вселенной, Дельт Соболь. Не желаешь ли ты носить почетное звание повелителя Сириуса? —протянула Сириус ровно, её тон перешел почти на официальный. Она переплела тонкие пальцы в замок и её глаза наполнились каким—то настороженным прищуром.

– Я… Да.—вдруг сорвалось с языка.

– Отлично, подожди меня буквально минуту.

Напряжение почувствовалось внезапно остро. Дельт закусил губу, но внезапно зажмурился, темнота заколола глаза. Теперь, в ночной тишине темную поляну освещали только звезды на небе.

Дельт обернулся, за спиной кто—то засуетился.

– Я вижу отсутствие сна положительно на тебя влияет, —спросила Джеки.

Дельт видел только её очертания, но чувствовал, как не её лице растягивается неуверенная ухмылка.

– Ты видела это? —спросил он, стараясь сохранять ровный тон.

– И слышала.

На траве и деревьях опять появились блики голубого света, а земля словно слегка дрогнула, Дельта передернуло. А Джеки рывком выдохнула ему в плечо.

– А ты что такое? —спросила Сириус и она с некоторым возмущением оглядела Джеки.

Она держала кубок, крепко сжимала его одной рукой, а второй пальцами поглаживала лезвие ножа, которое лежало на краю кубка, и почти блестело в ночной мгле.

Джеки не ответила, её взгляд только старательно бродил по складкам платья Сириуса, по её чертам лица, бледным рукам и тонким кистям.

– Она случайно услышала наш разговор, это моя знакомая. Она может присутствовать? —поторопился ответить Дельт.

– Если не будет мешать, —пожала плечами Сириус.

Джеки поежилась и быстро осмотрев все еще раз присела на траву, отойдя от звезды и Дельта на несколько ярдов.

Она умело скрывала любопытство и равнодушно смотрела, не отводя взгляда и только изредка моргая как Сириус что—то сосредоточенно объясняет Дельту, то опускает взгляд в кубок, то смотрит ему в глаза. Соболь только кивал и следил за каждым её действием, за рукой, которая гладила то край кубка, то стальное лезвие ножа. Иногда он касался пальцами виска и от каждого кивка непривычно щурился. Кажется, у него болела голова.

Пахло свежей травой, еще чем—то сладостным. Джеки выпрямившись вцепила взгляд в лезвие и почему—то почувствовала на языке легкий, едва ощутимый вкус метала, словно от крови.

Сириус вдруг резко сделала шаг назад, Дельт кажется сам удивился, но виду не подал, а только напряженно смотрел звезде в глаза. Она же была невозмутимо строга, её губы стянулись в полосу, а глаза слегка сощурились. Вдруг расстояние между ними опять уменьшилось, ведь Сириус протянула руку ладонь в качестве приглашения.

Дельт даже не посмотрел на руку, а тут же крепко сжал её. Она оказалась шершаво—мягкой и словно воздушной, и почти невесомой. От неё исходило нечеловеческим теплом, ладонь Дельта тут же слегка порозовела словно от ожога.

– Звезды сопутствуют тебе, Дитя вселенной, —голос словно дрогнул, но при это остался невозмутимо спокойным.

Сердце застучало в висках, Соболь хотел было сделать шаг назад, но не успел.

Он резко начал падать, его отпустили и толкнули в противоположную сторону, ноги показались тяжелыми, а тело словно что—о потянуло вниз, схватились за плечи и настойчиво тянули вниз.

Дельт успел зажмуриться, но тут он опять почувствовал, как тепло разлилось по всему телу, быстро и стремительно, свет, который резал ему глаза казался ему неистово горячим кипятком, которым его только что обдали. Его опять схватили за руку.

Пальцы показались скользкими, словно их только что облили водой. Дельта все еще тянуло вниз, глаза резало от света, по телу разносилось тепло.

Тяжелый вдох сорвался с губ и зубы почти сразу вцепились друг в друга. Режущая боль разнеслась по всей части нижней губы. Дельт едва разглядел, прищурившись, как Сириус убирает окровавленный нож и бросает его куда—то на землю.

Во рту прорезался явный металлический вкус, а по коже неприятно потекла капля крови.

Дельт с трудом поднял свободную руку и едва потянулся к щеке, как голос Сириуса зазвучал в голове грозным эхом:

– Нет, —процедила она и кровь, начала стекать по щеке на землю, тут же, когда первая капля упала Сириус поставила на землю кубок и кровь начала образовывать круги в мутной жидкости. Дельту оставалось только терпеть, его губы дрожали, а пальцы вот вот должны были отпустить ладонь Сириуса, которая не отрывала взгляда от кубка, ожидая когда он дополниться до краев.

У Дельта все плыло, он уже не чувствовал боли, не разбирал лица Сириуса, но тут та притянула его к себе и он почувствовал, как к губам прикоснулось что—то железное, а после на них попала сладкая жидкость.

– Пей, —голос Сириуса оказался настойчивым, почти угрожающим, она прижала край кубка к губам и Дельт, схватив за ножку, быстро и жадно опустошил его, после чего тут же выронил из рук.

– Ничего. Некоторые теряют сознание на посвящении. Скоро он придет в себя, —ему на плечи упал его собственный плащ, а дальше он понял лишь то, что уснул у костра, рядом с Джеки.

Глава 16

– И часто ты так не спишь? —Джеки вздрогнула, после всего этого она в принципе вздрагивала от каждого шороха.

– А ты? —Джерси присел рядом с ней, грея об костер руки, он наверное был единственным, кто сейчас чувствовал себя в порядке.

– Часто. Очень, —ответил он и Джеки только в ответ покачала головой, и посмотрела на Дельта.

– Посмотри, Соболь такой прекрасный когда спит, —он кажется словно почувствовал что говорят о нем и быстро вздрогнул, вертя головой

– Он как—то жаловался мне на свои ночные кошмары, —сказал Джерси и тут притянул себе за плечи Джеки. Его ладонь схватилас2ь за руку Джеки и осторожно сжала.

– Ой, ну хватит, я так вижу ты так и не изменился, —процедила Джеки стараясь вырвать ладонь из его руки и он тихо засмеялся.

– Да я вижу ты тоже не особо.

– Девушкам это свойственно, —сказала Джеки и покачала головой, наигранно цокнув, но её взгляд внезапно резко зацепил спящего Дельта, —А сколько ему лет?

– Восемнадцать, а почему ты интересуешься?

Костер как—то слишком громко затрещал, и Джеки увидела, как Джерси резко отдернул руку от пламени и спрятал её в плаще.

– Да так… Просто.

– Ну раз просто иди спать, завтра будет плохо, если ты не выспишься, —сказал Джерси и сам быстро ушел, но Джеки не торопилась. Она просидела так до утра, слушая треск костра, то шум ветра.

***

– Что—то между групповой галлюцинацией и сбоем в голове

– У тебя порез на губе, —напомнила Джеки.

Она, сложив руки на груди, прижалась к дереву и говорила с Дельтом словно невзначай, хотя её нервный шепот явно выдавал напряжение.

– Забыл, что ты не делаешь ставки на реалистичность, —Дельт неспешно заправлял седло. Он не выглядел подавленно, но у него явно не было настроения.

– А мне показалось, что ты думаешь о деталях.

– Ну знаешь ли учитывая твой шквал эмоций это ты хотела убить меня сегодня ночью таким жалким способом. Невежливо, Вольф, —Дельт демонстративно провел языком по губам и с выдохом поставил ботинок в стремя, несуетливо запрыгивая на лошадь.

Диана с Джерси собрали последние вещи, и Джеки проводила их взглядом.

***

Они остановились, было темно. Опять запахло костном. Джеки кажется решила слегка развлечься, ведь после того, как она вернулась ко всем, сказав, что отлучиться на пару мгновений от неё незначительно веяло алкоголем. И, на счастье, Джерси не заметил этого.

Она присела около костра. Джеки не была пьяной, но определенно чувствовала себя не в своей тарелке. Её глаза непривычно щурились, а губы заметно потускнели и высохли.

– Дельт, —внезапно остро выпалила Джеки, поднимая на Соболя затуманенный взгляд.

Дельт молча посмотрел на неё так же сухо, но это явно был немой вопрос. «Чего тебе?».

Джеки застыла на полу вздохе. Её взгляд медленно ушел за спину Дельта, где начинался густой лес, и судя по тому, как внезапно его сосредоточенный взгляд вернулся к равнодушному, он все понял.

– Куда вы ходите? —Диана внезапно резко подорвалась с места, что даже Дельт опять отвлекся от рассматривания своего плаща.

Джеки, словно внезапно отрезвев, остро посмотрела на Диану, которая хотела было шагнуть вперед, но Джерсе неспешно поднял руку и притянул её за рукав мундира, заставляя сесть обратно.

– Да угомонись ты, —тон Джерси был почти шуточным, а когда Диана посмотрела на него через плечо, он как—то неуверенно улыбнулся, словно постаравшись разбавить обстановку.

– Мне надо сходить одному, —внезапно процедил Дельт.

Он рывком поднялся с поваленного дерева, что сидящей напротив Джеки показалось, что он буквально прошелся по центру костра, и хотел было развернулся, как Вольф схватила его за коротких, протянувшись рукой чуть выше огня.

– Мне так нравится, когда ты кого—то задерживаешь, особенно меня, —голос Соболя внезапно сменился на слащаво наигранный.

– А мне не очень нравится, когда ты уединяешься.

– Можешь думать, что ты меня переиграла, если тебе так лучше.

Джеки медленно разжала воротник, отпуская Соболя, но он не стал идти дальше, просто посмотрел на неё через плечо и еще раз, с каким—то азартом в глазах, указал в чащу леса.

Обычно Дельт сдавался намного позже. А вообще он редко сдавался в целом.

***

– Ты хоть знаешь куда мы идем? —Джеки виляла сзади как хвост, она чуть ниже Дельта, но сейчас она вертелась как кошка у ног.

– А что искать? Сейчас выйдем на какую—то поляну и вызовем Сириус, —Дельт резко начал идти медленнее Джеки и теперь, когда он был за спиной ей пришлось насторожиться, —Джеки… Стой!

В голосе прорезалась непривычная надежда, это скорее походило на какую—то мольбу, смешанную со странным испугом. Джеки замерла, задумчиво подняв взгляд на затылок Дельта.

Дельт восклицательно поднял палец, призывая к тишине, хоть из звуков сейчас был только шелест травы, спровоцированный ветром.

Дельт никогда не выглядел в глазах Джеки растерянным, так что сейчас его напряжение выглядело более, чем оправданным.

– Ты слышала? —спросил он, понизив тон до шепота.

Джеки внезапно резко дернула головой, сведя брови. На её немой вопрос Дельт ответил:

– Шум.

– Могу напомнить, Соболь, что мы тут не одни.

– Ты слишком уверенно приписываешь мне идиотизм.

Джеки выразительно приподняла брови. В её глазах все еще ходила туманность, но запах спирта окончательно пропал, что его остатки перебивал запах травы.

Дельт, в каком—то легким замешательстве, поковырял губы, а затем его взгляд плавно скользнул по заросшей лесной тропе.

– Посмотри, —бросил он торопливо и когда встретился с взглядом с Джеки, дернул головой в сторону, —Ну пройдись там, просто у меня смутное сомнение, что за нами смотрят.

Джеки не боялась, но Дельт выглядел слишком озадаченным, чтобы ему не поверить.

Сейчас не хотелось спорить, Дельт просто выглядел чрезмерно задумчивым, немая тишина давила на Джеки, но она не знала, как её прервать.

– Ладно, —она рывком выдохнула и хотело было развернутся, но Дельт громко откашлялся, заставляя Джеки последний раз взглянуть на него.

– Отдай плащ, —попросил он, протягивая ладонь. И только было на лице Джеки показалось удивление, смешанное с недовольным подозрением, он поспешил пояснить:—Не привлекай внимания, он такой яркий.

– А ты такой озабоченный, —процедила Джеки, схватившись пальцами за ленты, стягивающие шею.

Атласная ткань тут же сползла с плеч, и Джеки протянула смятый плащ Соболю, уходя в гущу леса, даже не взглянув на него напоследок.

Деревья сгущались, а Дельт все больше походил на черную, невзрачную точку. Он не сдвинулся с места, когда Джеки ушла совсем далеко. Отсюда, с пятисот ярдов, он, казалось, даже не дышал. Стоял, сложив плащ на руке, и только едва заметно нетерпеливо покачивался из стороны в сторону.

Джеки ходила минут десять, прислушивалась, разглядывала пустующие промежутки между деревьями. Мертвая тишина охватывала лес и только изредка ветер поднимал траву, нарушая её. Солнце начало медленно уходить за горизонт и когда оно скрылось за верхушками деревьев, Джеки окончательно надоело это занятие и она, развернувшись, уверенно пошла назад.

На месте, где Джеки рассталась с Дельтом, его не было.

«Удрал, сволочь».

Но через мгновение она поняла, что на соседнем суке чуть выше неё лежит красное полотно. Она осторожно стянула свой плащ, и ощупала, старательно скомкав.

Карты не было на месте.

После этого не только Дельт был сволочью. Джеки теперь считала себя наивной дурой.

***

Развернув карту Дельт сжал ладонью нож на поясе и тут же по ладони по текла кровь, скатываясь по коже, словно по блюдечку. Он быстро взмахнул рукой над картой и по ней рассыпались алые капли, которые смешались со звездами и теперь карта выглядела еще более пугающе.

– Что тебе нужно, Дитя вселенной, Повелитель Сириуса?

Тень стояла позади него, она собрала руки в замок и с спокойной улыбкой ждала чего—то.

– Так ты существуешь? —Дельт медленно посмотрел через плечо на Сириус и тут же опустил сосредоточенный взгляд в землю, упирая язык в нижнюю губу.

– Это не страшно, Дитя вселенной. Ты скоро привыкнешь, что я никакая не галлюцинация. Зачем ты призвал меня?

Дельт не посмел повернуться, он бросал взгляды по земле, словно обронил что—то и не выдержав все—таки спросил:

– Могу ли я стать повелителем двух звезд?

Сириус пораженно дернула головой, поведя плечами от какой—то внезапной брезгливости и ненависти.

– Это исключено, у тебя просто не получиться, —её тон внезапно стал категоричным, —Звезды не столь мирные, как ты думаешь, один повелитель у двух особ вызовет у обоих сильное негодование, —резко отрезала Сириус и Дельт дернул головой, Сириус оказалась прямо перед ним, хотя только что стояла за спиной и он, стараясь не сильно поддавать эмоциям все таки решился на последний вопрос:

– А если наоборот. Два повелителя у одной звезды?

Сириус сложила руки на груди и начала писать круги, Дельту оставалось просто следить за ней, хотя свет, что лил от неё резал глаза.

– Такое практиковал брат Бесселя, он вроде пришел к выводу, что у звезды может быть еще один повелитель, но он обязан быть представителем женского рода, моей Хозяйкой. Ты ведь интересуешься не просто так, верно?

Дельт кажется не услышал её последний вопрос, ну или просто сделал вид. Он без интереса отвернулся и через плечо смотрел на тропу по которой пришел.

– А как повелительница должна поставить свой отпечаток крови на Сириусе? —спросил он и Сириус опустила брови, посмотрев на него с недовольством, словно сильно торопится.

– Вы должны смешать собственную кровь. Я не про потомство, нет. Капля её, капля твоя, и на карте уже два повелителя. Я доходчиво пояснила? —спросила она, не размыкая сложенных не груди рук, и не спуская с Дельта презрительного взгляда с искрами недовольства.

– Да, —тут же отрезал он, дождавшись, когда Сириус закончит и она еще недолго посмотрев на него сдалась и не стала ждать еще что—то, но неожиданно, когда Сириус собралась уже исчезнуть так же быстро как появилась, Дельт проронил:—Нет! Ты можешь умирать?

– Сириус умирает последним, Дитя вселенной, Повелитель теней и звезд, —сказала Сириус и развернувшись пошла в туман, который растянулся над поляной и Дельт не в силах сказать хоть что—то просто провожал её, пока та совсем не исчезла в густой пелене.

Глава 17

– Сволочь! —прежде чем Дельт распознал, что Джеки оказалась сзади, упирая в спину шпагу, он успел бросить карту в карман.

Джеки так и не отошла с того места, где они расстались и теперь, а сравнении с прошлой обстановкой напряжение между ними значительно выросло.

– Не спорю. Можешь еще раз как-нибудь обозвать меня. Но признай, маневр был неплохим.

– Отвратительным, —тут же хладнокровно поправила Джеки, но в её голосе прорезалась саркастичная учтивость.

Дельт рвано втянул воздух, драматично закатив глаза, и тут почувствовал, как шпага царапает кожу с удвоенной силой.

Этот концерт просто был создан ради напряжения, хотя кончик спаги Джеки уже значительно расковырял кожу под рубашкой, что у Дельта появились сомнения, не умрёт ли он такой позорной смертью.

– Но ты повелась, —подметил он и Джеки почувствовала как Соболь улыбается.

– Уверен?

– Мои идеи могут быть дурными и непродуманными? Согласись, тебе было лестно, что я тебе доверился.

Джеки не могла распознать, говорит он честно, или старается просто поймать её агрессию очередной манипуляцией. Но действительно ли ему сейчас настолько нужны её эмоции?

– Ставишь собственный обман выше моей сообразительности? —спросила Джеки, уже путаясь в своих словах и тут внезапно воцарилась неожиданная тишина, от чего Вольф нервно и рвано вздохнула, ожидая ответа от Дельта.

– Да!, —вдруг отрывисто ответил он, даже не задумываясь, и Джеки едва сдержалась, чтобы не проткнуть шпагой сердце Дельту, —Убери шпагу, в ней сейчас нет никакого смысла. Или ты все проблемы решаешь подобным образом?

– Можно подумать с тобой можно по другому, —повисла немая тишина, но Джеки словно чувствовала, как напряжение Дельта идет от сердца по шпаге ей прямо в ладонь, —Что—то еще?

– Нет.

Джеки еще минуту помедлила, а затем все таки неуверенно опустила шпагу, рывком воткнув её в землю, чтобы Дельт видел её свободные руки.

– Как мило, Вольф. Я уже представлял, как буду выхватывать у тебя её из ладоней.

– Как славно, что я лишила тебя этой возможности.

Теперь они смотрели друг другу в глаза, у Дельта что—то блестело в зрачках, что—то дикое и странное. Что—то, что Джеки еще не видела в нем. Джеки быстро призналась себе в том, что стоя вплотную друг к другу она не могла не признать, что глаза Дельта наполнены необычным, странным свойством… Свойством смотреть в душу. Даже если учесть тот факт, что Джеки была намного ниже, то его взгляд все равно походил на смешение чего—то убеждающего и пугающего.

– А теперь верни карту, давай не исключать, что она моя, —Вольф протянула ладонь, но Дельт явно не сразу хотел отдать сверток.

По его губам скользнула улыбка с каким—то туманным намеком на что—то, и спустя мгновение он все—таки коснулся груди, и не отводя взгляда от Джеки, коснулся двумя пальцами свертка и несуетливо протянул его.

– Может вернемся в лагерь? —отрезала Джеки, как только стянула с дерева свой плащ.

Теперь Дельт показался ей не только каким—то… «Не её», отстраняющемся и странным, а почти противным и ненавистным.

Дельт, ничего не ответив, бросил на неё последний взгляд, прежде чем не начать торопливо уходить в сторону поляны, ни разу не оглядываясь.

Джерси встретил её коротким касанием губ щеки и быстрыми объятиями, а потом помог Джеки забраться на коня, расправляя её амазонку, чтобы он лежал на лошади как ровное покрывало.

Джерси не отличался трепетностью, что Джеки невольно смущало. После того, как все складки на её плаще были разглажены, Джерси постарался разложить уже помявшуюся ткань юбки.

– Почему мужское седло? —неожиданно спросил он.

– Удобное, —ответила Джеки, не задумываясь.

***

– Обижаешься?

Джеки посмотрела в лицо Дельта уверенно и осмотрела его с наигранной ленивостью. Она не обижалась. Просто Диана и Джерси заметно отставали, поэтому приходилось довольствоваться обществом Соболя, ехать медленно Джеки не любила.

Она не обижалась, как минимум потому что не было причин. Но объективно считать Дельта сволочью она могла.

– Нет смысла, —ответила Джеки почти откровенно, но постаралась придать голосу равнодушной сухости, —Мне говорили, что эмоции—это слабость.

Дельт внезапно потянул повод, и его конь стал идти значительно медленнее. Его взгляд тут же наполнился притворной задумчивостью.

– Вольф, тебе удачно наврали. Эмоции—это ничто иное, как глупость. Но ими приходится пользоваться. Просто потому что нужность важнее ума.

Джеки замерла на месте, словно слегка потерявшись в пространстве, лошадь под ней все еще шла в привычном темпе. В голове непривычно, но уже знакомо запульсировало.

«Как день назад»

А может два… Она уже забыла. Во рту особенно резко появился вкус метала, обжигающий язык. Кровь на губах.

Только на второй раз она поняла, что она струиться не из глотки, а прямиком из губ. На них образовывались едва заметный нити и по ним катились капли, который плавно падали Джеки в ладонь, которую она рефлексивно подставила к подбородку. Ей оставалось точно закрыть глаза полностью, чтобы наконец завершись весь обряд падением в обморок, но кожа обжигающе запульсировала, пуская мурашки по всему телу.

– Сириус положение смешила, —процедил Дельт ловя Джеки за подбородок, из—за чего слезы в её глазах тут же застыли, —Я уверен, в прошлый раз ты потеряла сознание из—за шока, тебе надо просто научится контролировать себя.

Дельт почувствовал дыхание, теперь кровь падала на его пальцы, вокруг резко стало непривычно тихо, но Джеки не переставала щурится.

В голову ударило желание схватить Дельта за руку и ударить чем—нибудь тяжелым, но тело показалось обмякшим, а силы окончательно покинули руки.

– Я не просила мне помогать, —сказала Джеки и Дельт равнодушно, но активно закивал.

– Но я все—таки сделал это. Значит у меня была в этом потребность.

Во рту перестало щипать, говорить стало проще, и голова перестала кружиться. Дельт, еще недолго оценивающе посмотрел в глаза Джеки и наконец отпустил её.

– Дельт, что тебе дало посвящение? —резко спросила Джеки, слизывая каплю крови, оставшуюся на губе.

Внезапная смена темы заставила Дельта выразительно поднять брови в наигранном замешательстве. Он помолчал мгновение, слегка сощурившись.

– Если отдашь карту—я удовлетворю твой интерес.

– Как душевно с твоей сторону, я подумаю.

Дельт сцепил пальцы замок, умело переплетая их между собой.

Глава 18

Он вышел из главных ворот, на улице было так тихо, что предательски закружилась голова, отвыкая от шума внутри.

– Мы опять на новом месте, —процедила она, появившись сзади, но шум каблуков сдал её появление еще до её голоса, —Пора.

– Иди. Я еще минуту подожду. У меня предчувствие, —промямлил едва слышно он.

Девушка кивнула и тут же оставила его.

***

– Знаешь, мне кажется мы… —Джеки внезапно задумчиво посмотрела на спину, и когда не разглядела даже силуэта Дианы и Джерси, внезапно поймала себя на мысли, что оставлять их было не лучшей идеёй.

– Душевно разговаривая потеряли девчонку, вечно ведущую себя, как будто ей угрожают каждую минуту и твоего братца, который лезет к тебе за каждой не расправленной складкой. Можешь радоваться, Вольф, теперь ты на свободе.

Джеки демонстративно помотала головой, смотря на Дельта с почти осуждающей улыбкой. Она умело перенесла ногу через седло, громко спрыгнув на землю. И тут застыла.

Дельт осмотрел её с ног до готовы и в мгновение понял её замешательство.

Он та же резко спрыгнул с лошади и, скрестив повод с поводом Джеки, привязал животных к ближайшему суку.

В ярдах пятисот от них виделась темно каменная крепость с несколькими возвышенными точками и толстым решетчатым ограждением.

Дельт посмотрел на Джеки одними глазами, но на её лице оставалась туманная улыбка. Хотя в глазах все еще играло замешательство и сомнение.

– Хочу посмотреть, что это, —отрезала она жестче обычного и начала особенно тщательно рыться в кармане плаща.

Джеки ненавязчиво протянула карту и Дельт, слегка засомневавшись все—таки протянул руку и тут же быстро выхватил бумагу, пряча её в плащ.

– Прогуляемся? —спросила Вольф и не дожидалась ответила.

Её шали в мгновение превратились из опасливо—нерешительных в быстрый ход.

Дельт мгновение постоял в легком недоумении, вскинув брови. Он тут же понял. Почему Джеки отдала ему карту.

– Ай, Вольф, нехорошо перекладывать ответственность, —процедил он одними губами, и убедившись, что Джеки его не услышала, поспешил догнать её.

***

Воротник слегка душил. Похолодевшая крупная ладонь вечно оттягивала галстук, пока он окончательно не сполз до начала жилетки.

– О, а вот и последние гости, —голос прозвучал слишком жизнерадостно.

Джеки пришлось задернуть голову, чтобы осмотреть мужчину.

Ему было чуть больше двадцати. Кожа была смугловатой, но не темной. Сквозь беспорядочные каштановые волосы виднелись словно потускневшие голубые глаза.

Джеки до сих пор была сильно воодушевлена. Дельт сам словно чувствовал от неё прилив странной, тревожной энергии, ведь в её глазах все еще туманно играла уязвимость.

Его улыбка внезапно растянулась сильнее и стала выглядеть более одобряющей. Он крепко переплел пальцы руки между собой и немо, одном взглядом, пригласил внутрь двора.

– Теперь уже ничего не случиться, —бросила Джеки через плечо, последний раз осмотрев Дельта.

Он не выглядел особенно потерянным, но в его глазах читалось что—то вроде «Зачем мы это делаем?». Дельт сложил руки на плечах и равнодушно поднял брови, переведя взгляд с Джеки на лицо мужчины, осмотрев его с таким же странным презрением.

Джеки чувствовала, как волны сомнения забиваются под кожу и проходят по телу в виде мурашек. Но Диана с Джерси все равно поймут, что слишком отстали скоро, а может уже. А выпить чего ни будь дороже, чем пойло из таверны Джеймса хотелось сильно.

Дельт не выглядел напряженно, скорее презрительно, а учитывая их тройку, он слишком внимательно оглядывался.

Джеки быстро поняла, что затащила его в ловушку, просто развернутся у него не получится, а учитывая максимальное желание Дельта не привлекать внимание единственным способом отвести его от себя было пройти и растворится в толпе.

Дельт пожал плечами и шагнул на твердую поверхность территории крепости.

На песчаном грунте стояли круглые столы на тонких ножках из белого дерева. По двору гуляла оживленная часть населения. Шепчущиеся и суетящиеся, они так быстро мешались между собой, словно создавая круговорот.

– Нет, ты конечно можешь простоять так все время, но я лично не буду тратить его зря, —Джеки внезапно оказалась рядом и суетливо пробежала рядом с ним. Тут она остановилась рядом с снизила тон:—Можно подумать ты никогда не забредал на случайный праздник, чтобы бесплатно поесть.

И Джеки быстро улизнула, что её рыжие волосы еще пару рез блеснули на солнце, а потом она вовсе потерялась в толпе.

Тут уши заложило от внезапного крика. Мужчина, встретивший их у входа озвучил определенно громче нужного:

– Благодарю вас всех, что нашли время посетить мою свадьбу. Мы вам очень благодарны.

Значит Джеки не прогадала. Вообще у чудиков из Иллинойса и других штатов ближе к центру Америки были странные идеи на счет праздника в центре дикого запада с каким—то бешенной атмосферой безумия.

Дельт свободно облокотился на стену, стараясь отрезать себя от суеты и шума, и начал старательно перебирать бумаги с расчетами, завалявшимися в карманах.

***

– Ты какой—то разочарованный, —Дельт с трудом отвел взгляд от бумаги и только взглянул на землю, замечая, как рядом с его ногами проскользнула, едва касаясь пола, белая пышная ткань. Невеста.

Дельт не поднял взгляда, хотя чувствовал, как пристально на него смотрят.

– А я так понимаю ты причина всего этого торжества? —поинтересовался он ненавязчиво, чтобы не стоять в немой тишине.

– Наверное, —её голос внезапно показался поникшим, но это явно было каким—то неуместным преувеличением трагичности, —Как видишь всем на меня все равно. Ты тут один?

– Нет, —он совсем быстро обвел взглядом весь зал и едва заметно махнул ладонью в толпу, —Вот та, Рыжеволосая дура моя.

Взгляд девушки пробежался по толпе и судя по её быстрому замешательству, рыжеволосых тут не было от слова совсем.

– Так она же ведьма! —выпалила она, и судя по качнувшемуся подолу, шатнулась назад.

– А тебе на ладошке погадать?

Дельту не нужно было поднимать взгляд, чтобы распознать, что голос Джеки оказался совсем близко. Его пальцы старательно разгладили помявшуюся бумагу, стараясь как можно быстрее уйти от диалога хотя бы морально, слившись со стеной.

– Ох… —Джеки схватила девушку за её истощённую ладонь. В её глазах отразилась наигранная задумчивость, —Вижу муж у тебя скоро умрет.

– Уйди от меня, —она дернулась в сторону и грубо шикнула.

Джеки деловито подала ей руку и не дожидаясь какого—то действия от девушки, крепко сжала ладонь, отдавая что—то.

– Держи, это будет оберегать его, и смотри не потеряй! —сказала она с особо эмоциональностью.

Августина быстро кивнула и хотела было заглянуть в ладонь, но слово испугалась чего—то и через мгновение Дельт услышал быстрые, но осторожные шаги, а когда отвлекся от бумаг, то заметил, что рядом с его ногами уже не было пышного белого подола.

– Что ты ей дала? —спросил он ненавязчиво.

Джеки не ответила, она замерла, вскинув брови и когда очередной раз окинула Дельта взглядом, взялась за листы в его руках и они в мгновение выскользнули из ладоней.

Дельт как будто бы даже был не против.

– Что это?

– Я просто решил посчитать, сколько световых лет от Адары, до Сириуса. Что бы если вдруг мы узнаем положение второго класса Адары, мы сможем вычислить и положение второго класса Сириуса, и я смогу поговорить с создателем карты,, —на последних словах Дельт едва заметно вытащил часть карты из кармана и тут же резко убрал.

Хотела было Джеки ответить, как её остановило удивление в глаза Дельта и через мгновение она догадалась, к чему это было.

– Добрый, добрый день! —в глазах зарябило, Джеки увела взгляд в пол и постаралась как можно увереннеё принять уверенную позу. Взгляд метнулся на Дельта, но он внезапно сделался еще более равнодушным: Соболь наклонил голову, почти прижимая её к груди и сложил руки на груди. Его нервозность выдавало только едва заметное постукивание пальцев по предплечью. Вот сволочь, —Добрый день повелительница Сириуса, давно в роду не было девушек, которым удавалось хотя бы день удержать власть, —сказал он скрестив пальцы рук между собой.

Джеки явно чувствовала себя растерянно, она то смотрела на землю, то на Дельта, но не рисковала обернуться. Присутствие мужчины ощущалось особенно остро и у Вольф невольно в голове пронеслись его очертания лица.

– Мне тоже приятно увидеться с повелителем Адары, —едва заметно кивнула она, в голосе прорезались нескрываемые нотки неуверенности. Надо строить дурочку.

– Арчи? —за спиной послышался обеспокоенный знакомый голос.

– Августина, не переживай, продолжайте отдыхать, —мужчина мимолетно схватил женскую ладонь, со спины легшую ему на плечо и осторожно поцеловал пальцы.

За это время Джеки ничего не придумала. В голову лезли только бредовые мысли побега.

– Я думаю нам, а… —Джеки поняла, что он сделала паузу, не зная её имени.

– Вольф. Джеки, —отрезала она как можно резче.

– Нам следует уединиться на пару вопросов, касательно наших личностных тем, —сказал Арчи без намека на сарказм и слегка грубовато дернул её за руку, разворачивая к себе лицом, —Прошу за мной.

Джеки только подавила вздох и беспрекословно двинулась.

На вид ему можно было дать едва двадцать три. У него были волосы светло—каштанового цвета, слегка заостренный нос и пухловатые губы. По губам у Арчи пробежалась мимолетная улыбка, когда он подвел Вольф к неприметному домику, прижатому к стене крепости.

– Заходи, —дверь бесшумно открылась и Джеки сделала аккуратный шаг внутрь. Это был неприметный деревянный дом, пускай и двухэтажный, со спиральной лестницей. Коридор был узким, но совершенно не пугающим, Вольф шла вперед, пока Арчи не схватил её за плечи и не развернул в крайнюю комнату.

Здесь были большие белые, полупрозрачные шторы, большой длинный белый диван, книжные, наполненные пылью полки. Джеки долго стояла на пороге, оглядывалась, искала подвох.

– Стеснительность тут не к чему, —процедил Арчи и схватил Джеки за локоть, потянув к дивану, Вольф не успела понять, как почти упала на него, —Кофе?

Арчи пододвинул к Джеки поднос с зернами кофе и кипятком, стоящим на небольшим круглом столике.

– Нет спасибо, —сказала Джеки в пустоту, едва заметно покрутив головой, —Я думала ты отведешь меня в более мрачное место.

– Ох, ну что за стереотипы? —ответил Арчи, пересекая комнату и закатывая глаза к потолку. Он остановился около двери, послышался щелчок и он тут же вытащил ключ от скважины, —К тому же проводить допрос гораздо удобнеё в более свободной обстановке.

– Так значит ты все таки будешь меня пытать, —процедила Джеки, смотря в пол и положила руки себе не колени в ожидании чего—то.

Только сейчас она поняла, что удачно приняла роль повелителя Сириуса, что было сейчас совершенно на руку. Если Арчи начнет использовать насильственные методы, карту при ней он не найдет.

Арчи в изумлении свел брови и тут негромко рассмеялся.

– Любите вы—девушки, все преувеличивать. Как по мне простой разговор не является пыткой.

– Ну это смотря для кого, —сказала Джеки, нервно массируя пальцы.

– Вольф, ты же понимаешь, что ты еще слишком молода для этой роли, —Арчи присел рядом и начал перекидывать ключ между пальцев, словно стремясь подразнить Джеки, —Мне едва исполнилось двадцать пять, я прямой потомок Ривинов, мне кажется даже этот факт является весомым аргументом. Как говорится: Per aspera ad astra – сквозь тернии к звёздам

– Мне кажется звезды уже устали от ваших постоянных конфликтов, а если я стану повелителем любой звезды, то и вечная война прекратиться, —Джеки едва заметно улыбнулась и развела руками, стараясь влиться с ним в единую обстановку.

Арчи с улыбкой фыркнул и слегка заерзал, меня положение ног и рук.

– Ты рассуждаешь как ребенок…

– А ты нет? —не дав договорить протараторила Джеки.

Арчи еще пару секунд потупил взгляд в свою полураскрытую ладонь, после чего рывком встал и встал напротив Вольф, в его глазах в мгновение появились огоньки напряжения.

– Мне кажется ты немного преувеличиваешь собственные способности сейчас.

– Мне кажется ты сам создал такую обстановку.

Арчи сложил руки на груди, он хотела что—то сказать. Джеки почти чувствовала на себе его дыхание, от чего уязвимость невольно накрыла её с головой.

– Раз, два, три, четыре, пять, шесть, семь… —она словно моргнула, на мгновение потерялась в пространстве и следующее, что она увидела, так что Арчи у своих ног на полу.

Глава 19

– Знаешь, это первый и последний раз когда я вытаскиваю тебя из этих проблем, —Дельт оказался по ту сторону единственного окна в комнате, которое выходило за пределы крепости, кажется стена была почти стеной в этом доме, —Давай быстрее, он очнется через пару минут.

Джеки не спешила, она оглядела Арчи и заметила, что на шее у него едва заметно выглядывает крошечная стрела, которую она тут же рывком вытащила и перепрыгнула через оконную раму. Дельт тут же схватил её за запястье.

Но когда он дернул её за собой Джеки не поддалась, а дала себе секунд чтобы отдышаться и смотря ему в глаза резко затараторила, не делая пауз:

– Дельт, нем нужно срочно призвать Сириус…

– Так уж и быть, сделаю тебе это одолжение, —едва понятно прошипел Дельт и огляделся, но Джеки уже начала почти бегом отдалятся от него.

Дельт заглянул в оконную раму, Арчи был все еще без сознания, надо торопится.

***

– Арчи думает, что я повелитель, —внезапно сказала Джеки в пустоту, хотя это было почти очевидно.

– Я заметил. Надеюсь ты не сопротивлялась своей новой роли? Нам может сыграть это на руку. Арчи явно не дурак, по нему видно, даже если он меня задержит, то явно не убьет. Ему нужна будет информация.

Джеки кивнула. Она ехала молча, и тут все-таки решила спросить:

– А вот эти стрелы… —с томной растерянностью в голосе сказала Джеки, —Они же чем—то пропитаны? Что ты наносишь на лезвие?

Она крепче обвила ладонью повод лошади, от чего она слегка ускорилась.

Стрелу, размером чуть больше ладони, она крутила между пальцев, стараясь не трогать её кончик, оказаться не месте Арчи ей не особо хотелось.

– Я потом тебе объясню, —с невозмутимой строгостью, ответил Дельт, —А вот чисто теоретически, где сейчас могут быт твой любимый брат и эта бессмысленная Диана?

Джеки замерла на полувздохе. Они были уже в нескольких сотнях ярдов от крепости, а судя по немой тишине в и так внезапно густом лесу, гнаться за ними не собираются.

А может крепость Арчи вообще переместилась, как бы дико это не звучало.

– Да где угодно. Нам остается надеяться на счастливое стечение обстоятельств, что мы их встретим, это, наверное, все, что я могу посоветовать. Стоп! Карта на месте?

– Мне почти обидно, что ты обо мне такого мнения, Вольф, —он коснулся кармана на плаща и слабо улыбнулся, после чего тут же словно поймав себя на какой—то мысли, отвлекаясь от Джеки увел взгляд с искрами недовольства.

Она метнула взгляд в даль и теперь она искренне и почти уверенно улыбнулась. Джерси, сидя с ним спиной молча смотрев на костер, а когда лошади оказались в десяти ядрах от него, Джерси, кажется услышав цокот копыт, обернулся и едва ли не подпрыгнул на месте:

– Где вас носило? Я уже не думал тебя увидеть, —он протянул ей руку в знак приглашения спуститься, но Джеки только сменив её недоверчивым взглядом перебросила ногу через седло и спрыгнула на землю.

– Где Диана? —спросила она сухо.

– Гулять ушла, —отрезал Джерси, оценивающе осмотрев Вольф с ног до головы.—Ты надела платье, которое я тебе подарил? —решительно перейдя на другую тему спросил он, пока Джеки, отряхиваясь распрямляла его края, который уже успели помяться, —Подожди… Оно какое—то… Неприлично короткое! —воскликнул Джерси и Дельт, стоявший где—то сзади едва сдержал усмешки, —Я же не знал что ты так выросла, думал оно тебе подойдет… Джеки, иди, переодевайся обратно! А то ты…

– Похожа в нем на проститутку, —закончил Дельт почти непринужденно.

Джерси замер на полуслове. Джеки видела, как тревожно он поднял взгляд на Дельта, который даже не взглянул на него, явно наигранно непринужденно перебивая снаряжение лошади.

– Она же дама, что ты говоришь? —голос брата Джеки внезапно показался громче и непривычно настойчивее.

– Да ладно вам, —Джеки ненавязчиво напомнила о своем существовании, тут же привлекая внимание, —можно подумать, что я на столько добросовестна, что не промышляю в подобных сферах деятельности. Каждый зарабатывает как может, в конце концов, —она улыбнулась почти невинной улыбкой.

Джерси тут же метнул на неё взгляд и Джеки боковым зрением заметила, как в его глазах заиграло чуждое удивление с неожиданным осуждением.

Дельт не реагировал, только мельком поднял на Джеки взгляд и, сухо усмехнувшись, непринужденно обошел костер.

– Кто—то здесь когда—то начнем понимать шутки, —процедила Джеки, рвано выдохнув и рывком опустив руки. Её взгляд в мгновение потяжелел.

Пришлось выслушать лекцию Джерси про нелепые шутки, непристойные диалоги и «дурные» слова.

***

– Значит ты предпочитаешь общество избалованных и дерзких, а я в этот круг не вхожу?

Джеки сидела у костра, когда за спиной прозвучал голос Дельта, нарушивший ночную тишину, она даже не рискнула повернуться. Сейчас она чувствовала себя не так уязвимо, но явно некомфортно. Дельт вообще обычно приносил с собой мерзкое расположение духа.

Она выразительно вскинула брови, глаза сильнее заслезились при обжигающем пламени.

– Я просто не предпочитаю твое общество, Соболь.

Джеки почувствовала на своей спине его улыбку, в которой медленно расплылся Дельт.

– Ждешь кого—то? —спроси он, словно невзначай.

Джеки только покачала головой. Сон просто не брал свое, и даже несмотря на то, что в голове явно клубился ком, который явно распутал бы хороший сон, она не чувствовала себя уставшей.

Тогда Дельт, еще минуту принципиально посверлил Джеки, стоя сзади, а затем медленно и неспешно подошел к костру и слегка несуразно опустился рядом с пламенем, прижав к себе согнутую ногу.

– Я хотел предложить призвать Сириус, —сказал он наигранно неуверенно, а Джеки услышала в его тоне еще странное театральное сожаление, словно Соболь напомнил о том, что карта все еще у него.

– Прекрасно, пришел подразнить? —Джеки посмотрела на него особенно выразительно.

– Нет, просто хотел узнать, как долго ты сможешь сохранять эту неприступную маску, делая вид, что у тебя все под контролем.

Она на мгновение замер.

– Ну и предложить тебе сходить со мной.

– Как учтиво с твоей стороны.

– Как я могу для тебя не стараться…

Интонация Дельта в мгновение перешла с медленно—манящей до напряженного молчания. По всему полю прошелся раздирающий крик.

Глава 20

– Вольф, скажи, ты сбежала из психиатрической лечебницы? По—моему только там учат так кричать.

Джеки не ответила, в глазах застыли слезы, они не хотели падать по щекам, что к слову, играло на руку. Ей не хотелось доказать Дельту свою беззащитность еще и детской истерикой.

– Я вижу, Соболь, ты очень любишь трепаться. Тогда в твоем случае ты сбежал из какого—нибудь развратного кабака, —через некоторое время ровно попыталась ответить Джеки и не смогла признать своего дрожащего голоса, —Я боюсь змей, —попыталась она вкинуть невзначай.

Когда Дельт наконец закончил ковырять ногтем руку Джеки, рассматривая след от зубов змеи, которая значительно прокусила кожу чуть ниже локтя, она напоследок шумно вдохнула. Вольф не просила ей в помощи, но это определенно было не лишним. Помимо самих существ она еще и переживала за любые их следы, а в особенности яд.

Соболь прошел пальцем по её коже руки, и Вольф теперь была увеличенная тем, как он медленно скользнул указательным и среднем пальцем по оставшейся части предплечья вниз и резко остановился на запястье, обтягивая его ладонью в кольцо. Кажется, он нашел момент немного поиграть с Джеки.

– Ты знала, что у тебя невозможно определить пульс на запястье? —наконец спросил он, поднимая на неё взгляд с искрой недопонимающей растерянности и странного беспокойства.

– Пытаешься прочувствовать мое сердце? —процедила Джеки, но её прерывистое дыхание все еще выдавало волнение.

Дельт усмехнулся так, что Джеки в его улыбке почувствовала сразу осуждение и презрения одновременно.

– Не спорю.

Они помолчали с минуту. Джеки разглядывала траву под ногами, думая, что ответить и тут выдала, желая быстрее закончить диалог:

– А что за откровенные рассуждения?

– Тебя никто не заставлял отвечать, —Вольф взглянула на свою руку, по которой недавно ползла змея и поняла, что Дельт все ещё поглаживал её запястье большим пальцем и делал он кажется это даже не задумываясь, —Я вошел в твое доверие, Вольф?

– Кажется ты слишком много думаешь о своей персоне, —как можно бездушнеё и холоднее постаралась процедить Джеки, невольно напрягая руку. На лице Дельта промелькнул хищный оскал.

– Кажется это так

И тут Джеки вырвала руку.

Она тут же обвила горячую кисть своей ладонью и мгновение простояв в растерянном молчании с приоткрытым ртом и опущенным на это же запястье взглядом кивнула и первая нарушила тишину:

– Я думаю мы можем отложить наш призыв Сириуса, например, на завтра.

– Я, как бы печально это не звучало, могу призвать её сам, если ты так притомилась, —он неправдоподобно льстиво улыбнулся.

– Да я устала, —безразлично сказала она и на это Дельт только быстро кивнул.

– Ну тогда спокойной ночи.

***

Трава была жесткой. Джеки стянула руки за головой. Спать хотелось ужасно. Она закрыла глаза и через несколько минут просто каталась в полудреме, чувствуя под собой холодную землю.

Костер все еще горел, значит кто—то еще не спал.

Только через пару минут Джеки почувствовала, что на неё пристально смотрят, от чего невольно напряжение прошлось по коже. Но когда перед глазами промелькнула знакомая рыжая голова, она выдохнула, посмотрев на брата туманно—пьяным взглядом.

– Что тебе надо? —Джеки, сложив руки на груди и сонно моргая смотрела на своего брата, который натянул растерянную улыбку и ждал чего—то:—Ну что, Джерси?

– Хочу встретить с тобой рассвет. Вдруг в эту ночь мы видимся в последний раз?

Джеки шумно вздохнула, кажется Джерси собирается застрелиться и прежде, чем сделать это решился пригласить свою сестру на прощальную ночь. Романтизма в нем было хоть отбавляй.

У костра вдруг резко сделалось жарко, а от его треска сердце забилось как—то болезненно быстро, нервно. Ветер неожиданно стих, оставалась лишь приятная свежесть на коже. Джеки, сидев почти вплотную к костру мельком глянула на Джерси, ожидая каких—то дельных действий. И неожиданно она почувствовала тепло его ладони, которая с силой сжала её руку.

– Тебе не кажется, что мы так походим на помолвленных?

Джерси не ответил и спокойно прижал сжатую ладонь к своей коленке, а по потом резко бросил взгляд на костер.

Джеки сощурилась, внезапно почему—то особенно резко и неожиданно почувствовала, какая огромная ладонь у Джерси.

Он, закусив губу, с жадным воодушевлением зацепил на пламени взгляд и с такими же горящими глазами, резко искупал собственную ладонь в пламени, болезненно шипя, тут же убирая руку от костра.

– Ты больной? Зачем ты это делаешь? —Джеки вздрогнула, с пугливостью отпрянула и посмотрела на опущенный взгляд Джерси.

– Так надо, —безразлично, но непривычно твердо процедил он, сжимая край плаща в обожжённой ладони, —Так. Надо.

Больше расспросов не последовало.

Глава 21

Джеки лежала у Джерси на плече, тело сильно ныло, кожа высохла, а веснушки на лице оказались за несколько недель гораздо заметнее на палящем солнце.

Но смотрела Джеки совсем не на брата.

Диана скучающе кидала в костер сухие ветви. Кажется, её раздражала тишина и она временами хотела было сказать хоть что—то сказать, но тут же замолкала, не проронив не слова.

Дельт не отрывал взгляда от Джеки. Он смотрел на неё сквозь языки пламени и тревожно облизывал бледные губы. Вольф заметила, что у него как—то неестественно слегка дергался глаз и от каждого такого шевеления она невольно начинала следить за его мимикой внимательнее.

– Поехали? —вдруг встряхнув головой предложил Соболь, внезапно переведя взгляд на Джерси.

– Нет. Мы все устали. Давайте хоть день отдохнем.

Джеки опять отвела взгляд на Дельта и заметила, как он быстро увел куда—то взгляд и неприметно, беззвучно хмыкнул.

– А больше всего устали мы с твоей младшей сестрой, она прекрасная сотрудница в… —он замер в задумчивой позе.

Дельт сидел в странной и вряд ли удобной для кого—то кроме него позе. Он поджал одну из ног под себя, а на вторую, согнутую и прижатую к груди обнимал левой рукой, а правую поставил где—то за спиной, сохраняя равновесие.

– Нашей деятельности. Совместной.

Джеки неожиданно заерзала на месте, не зная куда себя деть, когда Джерси под ней заметно засуетился, что ей пришлось убрать голову.

– Он про тренировки, —резко опомнившись с трудом сказала Джеки, почувствовав ком в горле, смотря за спину Джерси.

Джерси не ответил, он уже с почти холодным взглядом тяжело поднялся с земли и обойдя костер присел ближе к Дельту.

– Представители мужской… Расы просто бестактны по отношению к женщинам, —отозвалась Диана и только когда Джеки почувствовала её дыхание у виска, поняла что он подползла к ней поближе и сказала ей это на ухо, чтобы никто не расслышал, —Никогда нельзя говорить им комплименты, ведь их заносчивость никогда не даст тебе после этого покоя.

Джеки посмотрела на Диану и сдавила улыбку, растянув губы в бледную полосу. Но тут за спиной Дианы показались чужие сапоги, Джеки подняла взгляд. Дельт особенно остро смотрел на неё, сейчас на его лице не было ни намека на сарказм, но через мгновение, когда они встретились взглядами, он принципиально наигранно усмехнулся.

– Не хочешь подумать о занимательной прогулке по лесу с небольшим сюрпризом?

Джеки кивнула, даже не думая. Она догадывалась, почти знала, о чем он. В мгновение поднявшись с леденящей земли и все еще чувствуя, как холодный поток проходит по телу, она посмотрела на Дельта вопросительно, делая невинный вид.

***

В глубине леса тало сравнительно холоднее, Джеки бросала взгляды по сторонам, чувствуя, что уверенность Дельта словно перешла на новый уровень, он шел впереди и даже не оглядывался, хотя наверняка чувствовал, как Джеки отстает.

Когда она слишком сильно засматривалась в стволы деревьев то даже при солнечном свете она умудрялась замечать как что—то мелькало от дерева к дереву, прячась за огромными пушистыми ветвями с листьями.

От каждого ведения Джеки шумно втягивала воздух, цеплялась за край амазонки и покусывала губы, чтобы умять волнение, нарастающее все больше.

Рядом с Дельтом было как минимум тревожно. Джеки не видела от него какого—то величия, может быть просто потому, что он не упоминал о своем новом статусе повелителя. Было просто некомфортно, словно тысячи птиц не больно, но часто щипали кожу, от чего раздражение приходило уже о их назойливости.

Джеки чувствовала рядом еще какое—то стороннеё присутствие. Стараясь отогнать дурные мысли, она старалась не отводить взгляда от спины Дельта, стараясь внимательнее изучать его.

–Знаешь, что это? —Дельт внезапно резко развернулся и у Джеки перед глазами мелькнула небольшая колба, размером с указательный палец, в ней, на половину, была налита жидкость мутновато—оранжевого цвета. Дельт спросил равнодушно, четко отчеканив каждое слово.

Джеки хотела было перехватить колбу, но Дельт среагировал быстрее и как только пальцы Вольф коснулись стекла, он сжал её крепче и в мгновение прижал полусогнутую ладонь к груди. Мутноватое вещество растеклось по стенкам колбы.

– Ценная вещь, я никому её не доверяю.

– Зачем тогда позвал меня? —Джеки стянула с головы шляпку, по размерам и форме чуть отличающийся от мужских цилиндров и прижала её к юбке амазонки, заставляя Дельта невольно отвлечься на движение руки.

– Ты сама проявила первый интерес, —словно невзначай протараторил Соболь, не отрывая настороженного, но уверенного взгляда от шляпки Джеки, —Или тебя не интересно, почему Ривин вдруг случайно упал около тебя без сознания. Может просто спать захотел, а я прямо сейчас просто умело вру тебе. Хотя стрелы я и правда смазываю…

Глаза Джеки сверкнули холодным пламенем, она уверенно вцепила взгляд в колбу.

– Это твоя работа? —спросила она, полностью уверенная, что он поймет, что речь идет о его причастности к созданию вещества.

Это было что-то неизвестное, совершенно новое. Джеки не интересовалась современными достижениями технологий, живя на окраине Техаса это было едва ли не невозможно. Западная часть Америки отставала в развитии, даже скорее остановилась.

Но Дельт был не сильно старше неё, а раз он коротал свою молодость в неприметной крепости в начале мертвой зоны, он тоже явно не интересовался современными инновациями.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.