Ада Монт
Беги или молчи

Мы стараемся обрести счастье, гонимся за людьми, которые смогли вызвать в нас всплеск дофамина даже на несколько секунд, но забываем о самом главном: когда отдаем приоритет другому, мы забываем о собственных чувствах и эмоциях.

Пролог

Два часа ночи. В психиатрической лечебнице свет горит лишь в тех уголках здания, где находятся медсестры. Пациенты мирно спят в своих кроватях, не подозревая, что главный врач, как это обычно бывает, не ушел домой после ужина. Он сидит в своем кабинете, сжимая в руках фотографию, на которой изображены его любимая жена и тринадцатилетняя дочь.

Сжимая снимок так сильно, что боится разбить стекло, мужчина осторожно ставит рамку на стол и поднимается из-за него. Сняв халат и повесив его в шкаф, он надевает пальто, берет портфель и выходит из кабинета, чтобы покинуть это место, которое давит на него все сильнее.

– Пока, Ерлин, спокойной ночи, – сказал он своей медсестре и поспешил уйти, чтобы не слышать сочувственных слов.

Глава 1

Лестор

Я снова посмотрел на колоду карт, пытаясь понять, смогу ли я победить. Зная Лию, я предположил, что она может пойти на хитрость, чтобы я проиграл.

– Ты слышал, что мистер Паркмент не приходил на работу пять дней, пока не узнал, что к нам поступает новая пациентка?

– Ты узнала это от медсестры, пока она давала тебе сигарету и пачку снеков? – подшутил я. Эта девушка, как я понял, за два дня скурила все свои запасы сигарет и съела все свои снеки. Теперь она ждала всю оставшуюся неделю приезда своего брата. – Ты могла бы просто попросить у Дастина.

– Твой брат слишком принципиальный, если я буду просить у него сигарету, то получу лекцию о вреде курения, хотя он сам курит, – ответила Лия. Она смешно убрала прядь волос за ухо и боковым зрением посмотрела на моего брата. Даже самый невнимательный человек увидит, что она слишком влюблена в него.

– Ладно, а что там с мистером Паркментом?

– А, так вот, Ерлин сказала, что новенькая будет на его попечении, потому что финансы ее родителей хорошо наполнили карман нашего старика, – посмеялась она. Я усмехнулся, ведь это действительно нестандартная новость, никто не будет платить врачам, чтобы сюда попасть.

Взглянув на своего брата, я заметил, что его лицо выражало интерес. Он пристально наблюдал за Коралией, которая аккуратно складывала карты после завершения игры. Я трижды вытер руки о свои брюки и скрестил их на груди, ощущая некоторое волнение.

– И когда эта новенькая к нам присоединится?

– Не знаю, но когда мне положили в руку сигарету, я не стала её слушать и ушла. Да и кому это нужно? Здесь каждый оказывается по одной и той же причине. А то, что врачу заплатили, так, возможно, она так сильно раздражала кого-то, что её уже не могут терпеть дома.

Я рассмеялся. Эта девушка уже три года поражает меня своим оптимизмом, несмотря на все трудности, с которыми она сталкивается. Наши истории не похожи, но в одном мы сходимся – оба стали жертвами обстоятельств.

Я снова обратил внимание на ее руки, открытые благодаря футболке с вырезом. На них виднелись шрамы, которые напомнили мне о нашей встрече. Когда мы с братом узнали ее историю, я обнял ее, пытаясь утешить, ведь я хорошо понимаю, что она чувствует.

Мой брат, напротив, не такой, как я. Он категорически не приемлет подобные поступки. Даже если мы родные люди, он не пытался успокоить меня, не говоря уже о Лии. Возможно, именно поэтому он почти не замечает ее взглядов, случайных прикосновений и намеков.

– Пойду покурю, – сказал Дастин и удалился из холла.

Коралия с удивлением глубоко вздохнула и откинулась на спинку дивана. Я взял карты из её рук и аккуратно разложил их на столе, несколько раз поправив, чтобы они лежали ровно. Оглядевшись, я понял, что мы здесь одни.

– И долго ты так будешь себя вести?

– Как? – удивленно и немного уставши ответила Лия.

– Ну, за несколько лет можно было, наверно, поговорить с Дастином, а не смотреть на него и сиять, как помытый стакан в нашей столовой, когда пришла проверка, и молчать.

Коралия усмехнулась, прикрыла глаза. Я понимаю, девушки первые шаги не делают, но три года молчать – это точно перебор.

– Я тоже устала жить в тишине, но я вижу, как ему плевать на меня.

– Тогда ты можешь написать книгу под названием «Мемуары Коралии Томсон. Несколько лет тишины», – рассмеялся я. Лия ударила меня по плечу и тихо похихикала.

– Вот если ты так хочешь, чтобы я с ним поговорила, тогда раскрой секрет мне, что думает твой брат насчет меня? – она подсела ближе и прищурила глаза.

– Я бы помог, но он ничего про тебя такого секретного не говорит, – хотел продолжить, но мы услышали дикий плач и посмотрели в сторону выхода, где приближались люди.

Мы переглянулись с Лией и стали смотреть.

Два медбрата, держа девушку за руки, несли её куда-то. Она плакала и кричала, пыталась вырваться и убежать, но, зная этих ребят, мы понимали, что у неё не получится.

Они подошли к стойке выдачи таблеток, один из медбратьев взял ключи, и они пошли дальше. Крики девушки постепенно затихали вдали.

– А вот, похоже, и новенькая, – сказал Дастин сзади брюнетки.

****

Утренние дела проходят быстрее обычного. Мы с братом надеваем чистую одежду, встречаемся в холле и направляемся в столовую, где нас уже ждет Лия, помешивая кашу ложкой.

– О, сегодня твоя любимая еда, – усмехнулся Дастин и отпил чай.

– Конечно, но если ты сильно хочешь, то можем поменяться. Я тебе кашу, а ты мне свои бутерброды, – пыталась пошутить девушка. Возможно, она прислушалась ко мне и пытается теперь быть более открытой для него. Сажусь на свободное место, потираю руки об одежду и приступаю к завтраку.

Я обратил внимание на новенькую, которая сидела через два стола от нас. Она опустила голову, и несколько прядей, выбившихся из хвоста, висели рядом с глазами. Я прекрасно понимаю её чувства. Когда мы с братом только пришли сюда, я чувствовал, что моя жизнь рухнула в одно мгновение. Даже присутствие близкого человека не давало мне надежды на будущее. Однако со временем, благодаря не врачам и таблеткам, которые здесь дают, а лишь времени и общению с людьми, я стал более спокойно относиться к жизни и тому, что происходит в больнице.

– Эй, новенькая! – громко позвал я, чтобы она услышала. Дастин и Лия удивленно посмотрели на меня, прервав свой разговор. – Присоединяйся к нам!

Она смотрела на меня с удивлением, но не со страхом. Затем, взяв поднос, подошла к нам, обходя столики.

– Присаживайся, – я отодвинул стул рядом со мной, и она присела.

– Спасибо, – ответила она и начала осматривать нас.

– Я Коралия Томсон, – Лия протягивает ей руку, и та с радостью пожимает её в ответ. – Приятно познакомиться с тобой, несмотря на то, где мы находимся.

– Да уж, – улыбается блондинка.

– Я Лестор, а это мой брат Дастин, – показываю ей взглядом на него, и она кивает.

– Джоанна Фиссон, – с улыбкой говорит девушка. – Вы очень общительные. И да, сразу заметно, что вы братья.

– Ха, это ты еще с нами вечером не сидела, когда все наши соседи по этажу собираются в холле, – мы все смеемся. Ведь только вечером мы ведем себя более раскрепощенно, чем днем. Вечером, когда весь персонал либо уходит, либо сидит в своих каморках.

– Что ж, это будет интересно.

– Да, может, расскажешь что-то про себя? – спрашивает Лия.

Блондинка смущается и убирает от себя тарелку, кладя руки на стол.

– Не думаю, что это будет подходяще для утреннего разговора, – немного молчит. – Родители отправили меня сюда лечится, потому что я стала вести себя странно, кратко говоря, обычная депрессия.

– А, ну тогда ты отлично впишешься в наш коллектив, – подмигиваю я ей.

Я сижу в кабинете мистера Паркента и наблюдаю за тем, как он достает мою медицинскую карту из папки под номером двадцать три. Он пролистывает множество страниц, прежде чем найти чистую, на которой запишет информацию о моем сегодняшнем состоянии. Это обычная рутина, которая нас обоих объединяет.

– Привет, Лестор. Как сегодня начался твой день?

– Доброе утро, мистер Паркмент, достаточно нормально. Познакомился с новенькой.

Он улыбнулся и кивнул.

– Это хорошо, ведь ей нужна поддержка сейчас.

– Да, я ее прекрасно понимаю, ведь чувствовал тоже самое в свой первый день.

– И как часто ты вспоминаешь свой первый день? – нахмурился он.

Очень часто, ведь в этот день я потерял все мечты, которые хотел исполнить, а теперь у меня ничего нет.

– Только когда вижу новеньких.

– Ну хорошо, – начал что-то писать в карте и отложил ручку. – Ты принимаешь таблетки?

– Да, ведь без них меня не пускают на улицу, – я рассмеялся, и мистер Паркмент тоже.

– Что только не сделаешь, чтобы выйти на свободу, да, Лестор?

Меня насторожил его вопрос. Что с этим человеком сегодня не так? Обычно наши встречи проходят более дружелюбно, иногда он угощает меня сигаретами, которые я передаю брату и Лии. Но сейчас он ведёт себя совсем не так, как раньше. Я всегда старался отвечать спокойно, тщательно обдумывая каждый ответ, чтобы поскорее уйти.

– Наверно.

Он кивнул. Снова достал две сигареты и протянул мне. А вот это уже по нашей старой схеме.

– Думаю, твои друзья от тебя только этого и ждут после нашей встречи, – он смеется.

– Вы правы, – я кладу сигареты в карманы брюк и встаю. – До свидания, мистер Паркмент.

Выходя из кабинета, я несколько раз проверил, закрыта ли дверь. Услышал, как он вздохнул, и ускорил шаг, направляясь на прогулку с друзьями.

Заметив их на территории почти в самом конце, я подошел к Лии.

– Держи, – протягиваю две сигареты. – Одну отдашь брату.

– Хорошо, а я вот тут Джо рассказываю про нашу лечебницу, – брюнетка широко улыбается, а смущенная Джоанна отводит глаза.

– Готов послушать это еще раз.

– Отлично, – она взяла нас за руки и повела к скамейке, где мы все сели, кроме неё. – Итак, перед нами наша любимая лечебница имени Дарбина Джеймса. Я не знаю, в каком году она была построена, но, судя по её внешнему виду, это было довольно давно. Больница приобрела популярность благодаря нашему врачу, который своими медицинскими знаниями помог многим людям выйти из критического состояния. Поэтому сюда даже иногда добровольно приходят люди. Я не могу сказать, что здесь нет страшных легенд и мифов о здании, ведь они, конечно, есть. Но за три года, проведённых здесь, я ни разу не сталкивалась ни с чем, кроме разозлённых сотрудников или совсем невменяемых пациентов. На самом деле, здесь могло бы быть ещё хуже. Ведь нас иногда балуют приятной и вкусной едой, дают приличную одежду и выгуливают, а не везде есть такие условия.

– А посещение? – спросила Джоанна.

– Раз в неделю, каждый четверг и по праздникам.

– И вас всё устраивает?

– Более чем, как сказала Лия, могло быть и хуже, – ответил я. – Если ты себя хорошо ведешь и твое состояние действительно нормализуется, то к тебе будут очень хорошо относиться.

– Отсюда вообще можно выйти?

– Да, когда ты вылечишься или тебя заберут родные, – выкинув сигарету, ответила Коралия и отдала другую моему брату, который только пришел.

– Это тебе не фильмы ужасов, где убивают людей и не выпускают, – грубо ответил Дастин, и я почти незаметно пнул его ногой.

– Тогда почему ты здесь уже три года, Лия?

Девушка опустила голову и молчала, я заметил, как Дастин подошел ближе и погладил ее по спине.

– Потому что я прохожу полную реабилитацию здесь, чтобы выйти к своему брату со здравой головой и новыми мыслями, – брюнетка выпрямилась. Мой брат провел рукой последний раз по ее спине и отошел, чтобы выбросить сигарету.

– А вы? – Джо посмотрела на меня и Дастина.

– Тоже самое, – ответил ей я.

Она кивнула и посмотрела на небо. Хотя, возможно, ни я с братом, ни Лия просто не хотим уходить отсюда?

****

Вечером мы снова играли в карты с Лией. Удивительно, но мой брат был в хорошем настроении, поэтому не обошлось без комментариев.

– Ты бьешь, как девчонка, – сказал он.

– Это игра в карты, о чём ты?

Дастин рассмеялся. Лия закатила глаза и усмехнулась. Пока она отвернулась, я быстро поменял карты.

– Бери, – кидаю два туза, и девушка дует губы.

– Ты жульничал!

– Знаю, надо быть более внимательной.

– Тогда тебе надо играть со мной, – сказал брат и отошел от нас, сел на свое любимое место.

Я оглянулся и посмотрел на новенькую. Она сидела и читала книгу, которую взяла из нашей мини-библиотеки. За три года я, наверно, ни разу не видел тут таких девушек, обычно они все выглядели как убитые жизнью, которые не ели, не пили недели две-три. Но Джоанна выглядела совершенно нормально, только ее настроение менялось слишком часто. Ей выдали одежду, зеленый браслет с ее именем и номером комнаты. Такой есть у всех, только разные цвета. Все еще рассматривая ее, не зная зачем, я не заметил момент, когда Лия и Дастин ушли курить.

– Что читаешь? – спросил я.

– Не знаю, взяла первое попавшееся, чтобы отвлечься.

Я улыбнулся. Даже с немного грязными волосами и в этой фиолетовой кофте, которая ей совершенно не подходит, она выглядела очень мило. Почему я решил уделить ей столько внимания?

– Поверь мне, это только первый день, когда всё кажется таким ужасным. Скоро ты начнёшь смотреть на мир иначе, – она кивнула и поднялась с дивана.

– Спасибо, Лестор, думаю, мне лучше пойти поспать. Слишком много информации, – произнесла она, вставая. Я тоже поднялся, и мы обменялись неловкими объятиями. После этого она ушла к себе в палату.

Я смотрел на неё, пока она не свернула за угол, и не мог понять, что эта девушка здесь делает.

Глава 2

Джоанна

Я смотрела на стены своей палаты и не могла понять, почему оказалась здесь. Моя мама всегда была рядом со мной, даже в самые трудные моменты, когда я не хотела никого слушать и не хотела никого понимать. Я часто уединялась в своей комнате, закрывала двери на замок, опускала шторы и проводила там почти пять часов, размышляя о том, как моё состояние вышло из-под контроля.

В день, когда отец сообщил мне, что моя жизнь больше не будет прежней, я осознала, что это последний день, когда я могу попытаться стать лучше, чем была раньше. Они думали, что лечение поможет мне, но никто не спросил моего мнения и не попытался поговорить со мной. Им было проще отправить меня на лечение и не видеть, как их дочь медленно теряет смысл своей жизни.

Здесь, общаясь с людьми, которые тоже переживают не лучшие времена, я начинаю понимать, что не всё было так уж плохо. Я не пыталась покончить с жизнью и не убивала себя изнутри, я просто искала смысл жизни. От таких вещей не лечат в психиатрической больнице.

– Долго будешь тут сидеть? – облокотилась на дверь Лия.

– Пока не найду занятие по душе, – я улыбаюсь.

Эта девушка невероятно забавна, хотя её история не вызывает даже тени улыбки. Она живёт здесь уже три года, но даже не пытается найти выход. Интересно, ей никогда не предлагали сбежать?

– Пойдем со мной, покурим. Дастин сейчас читает книгу, а Лестор где-то ходит.

– Ну, пойдем.

Мы прошли в конец коридора, где запах сигарет стал ещё более резким. Стеклянная банка, которая служила импровизированной пепельницей, была почти полной.

– Уже освоилась? – спросила она, закурив сигарету. Ее тонкие пальцы крепко держали сигарету, а взгляд был устремлен на меня. Возможно, она все еще выглядела ужасно, но ее мысли явно были заняты вопросами о том, стоит ли ей находиться здесь.

– Более чем.

– Если ты хочешь выбраться отсюда, то на приеме у мистера Паркмента веди себя разумно, обдумывай каждый ответ.

Конечно, я понимаю, что чем адекватнее ты себя ведешь, то шанс выбраться увеличивается, но родители дали мне понять, что я тут буду не менее чем три месяца.

– Спасибо, – она кивает и докуривает. – Почему ты не пытаешься выбраться?

Трудно поверить, что она живёт здесь уже три года. Она выглядит абсолютно здоровой, несмотря на некоторые необычные поступки и высказывания, когда у неё хорошее настроение.

– Когда мой брат приходит ко мне, я понимаю, что могу испортить ему жизнь, если не смогу окончательно выздороветь. Я не хочу быть для него обузой.

– Но ты ведь даже не пробовала…

– Тогда вы все будете скучать по мне, если я уйду, – перебивает меня брюнетка и выкидывает бычок в банку.

Мы смеемся и возвращаемся в холл, где обычно собирается много людей. Я замечаю братьев и впервые вижу женщину, которая сидит у телевизора и тоже смеется.

– Кто это?

– А? – не понимает меня Коралия.

– Женщина у телевизора.

– Это Карен, она здесь уже очень давно, но начинала как медсестра. Если тебе интересно, можешь спросить у неё сама, – сказала брюнетка, усаживаясь напротив Дастина и закидывая ноги на кресло. Они начали болтать. Меня немного смутила быстрая смена её настроения. Сначала она была мила и приветлива со мной, а потом вдруг потеряла интерес к общению и полностью сосредоточилась на других людях.

Я бы с радостью поддержала их разговор, но боюсь, что если я стану частью их коллектива и погружусь в их атмосферу, то план побега отсюда рухнет раньше, чем я успею его осуществить.

Как бы они ни пытались быть дружелюбными и отвлечь меня от грустных мыслей, я не хочу быть с ними друзьями. Мы не на отдыхе в лагере, чтобы заводить новых друзей. Они живут здесь уже три года, и, возможно, у них уже есть какая-то особая связь друг с другом, но пока я не хочу находиться в их компании.

****

Мистер Паркмент, погружённый в свои дела, изучал содержимое стола, а я, наблюдая за ним, испытывала страх перед предстоящим разговором. Это был мой первый приём у него, и мне дали время, чтобы освоиться в новом месте. После беседы с Лией мои опасения лишь усилились: я боялась, что мои ответы могут усугубить моё положение.

– Итак, давай знакомиться. Меня зовут Алджернон Паркмент, я твой лечащий врач.

– Джоанна Фиссон, – кивнула я. – Но мы ведь знакомы, – он кивает.

– Расскажи, что ты думаешь о своем нахождении здесь?

Ничего. Я хочу покинуть это место и не думать о том, как мне здесь оставаться и как лечиться. Я оказалась здесь не по своей воле.

– Мне трудно ответить на этот вопрос, потому что меня привезли сюда внезапно, как и саму новость о том, что я здесь оказалась. Но если родители так решили, то, наверное, они очень переживают за меня. Я хочу как можно скорее найти здесь своё место и снова быть рядом с ними.

– Твоя мама рассказала, что ты проводила в своей комнате около пяти часов в день, никого не впускала к себе. О чём ты думала?

– О своей жизни. Я искала себя и своё предназначение.

– Если ты будешь более открытой для меня, я помогу тебе намного быстрее, чем ты думаешь, – сказал он и начал что-то записывать в карту.

Ничем ты мне не поможешь. Я хотела сама выбраться из ямы, которую сама себе выкопала, и чужая помощь мне не нужна.

– Нам понадобится много времени для этого, мистер Паркмент.

Я заметила, как он нахмурился. Мужчина перестал записывать наш разговор и, взглянув на меня, на несколько секунд замолчал. Затем он продолжил:

– Что ты думаешь о себе, когда смотришь на свое отражение?

Это довольно необычный вопрос. Когда я смотрю на своё отражение, я не задумываюсь ни о чём, мне просто интересно, как я выгляжу.

Ты видишь нас.

– Наверное, ничего. Мои мысли не путаются, я всегда могу трезво оценить ситуацию, если что-то меня беспокоит.

– Хорошо, прими эти таблетки, и увидимся завтра, – ответил он немного резко и отвернулся от меня. Его поведение показалось мне странным, и это стало ещё одним поводом для того, чтобы покинуть эту психиатрическую клинику.

Вот и наступило время прогулки. Как я уже знаю, если принимаешь таблетки, то выходишь на улицу. Я скептически относилась к этому правилу, но всё же решила выпить лекарство.

Дастин и Лия снова стояли и курили, подшучивая над Лестором, который пытался попасть мячом в баскетбольное кольцо. Лестор объяснил мне, что если подружиться с нужными людьми, то у тебя будут все условия для нормальной жизни.

– Смотри не потеряй его, я же договаривался насчёт мяча, стеснительная девочка, – усмехнулся Дастин и потрепал брата по голове. Тот отмахнулся и кинул в него мяч.

Я смотрю на них и до сих пор не могу понять, что они здесь делают.

Дастин – грубый и слишком самоуверенный человек, но это не повод оставаться здесь. Возможно, я ошибаюсь, но, судя по состоянию других пациентов, эта троица выделяется на общем фоне. Насколько я понимаю, его брат и подруга Лия пытались покончить с жизнью, но, глядя на них, можно с уверенностью сказать, что им давно пора вернуться домой.

Психиатрическая больница создана для того, чтобы лечить душевные заболевания, а не для того, чтобы люди, которые не смогли найти своё место в мире, жили здесь. Я бы всё отдала, чтобы покинуть это место, потому что пребывание в подобных учреждениях редко заканчивается чем-то хорошим. Никто не застрахован от того, что врач может сойти с ума и начать ставить эксперименты над пациентами. А ведь здесь никто не может сопротивляться, особенно когда тебя пичкают успокоительными, и ты ходишь как во сне.

– Почему грустишь? – спросил Лестор, с улыбкой подсаживаясь ко мне. Коралия и Дастин стояли в стороне и, казалось, шутили друг над другом. Однако у Дастина получалось намного лучше, чем у его спутницы.

– Нет, просто не стала мешать вам.

– Ты нам не мешаешь, наоборот, мы хотим с тобой поговорить. Новые мысли – это всегда интересно.

Я улыбнулась и посмотрела на него. Он показался мне очень приветливым. Его милые веснушки у носа и короткие волосы, которые уже немного отросли и завивались, идеально дополняли образ очаровательного мальчика. Я заметила, что он снова и снова потирает руки о брюки – кажется, три раза. Я подумала, что это слишком частая привычка.

– Хорошо, я постараюсь чаще мешать вашим разговорам, – мы рассмеялись.

****

По телевизору начали показывать старый фильм ужасов, который включил Дастин. Насколько я поняла, именно он принимает большинство решений.

– Смотрите внимательно и не отвлекайтесь ни на секунду, потому что после этого я пойду мыть их каморку, – с этими словами молодой человек, не стесняясь, сел в кресло, стоящее отдельно от остальных. Почти все, кто находился в холле, рассмеялись. Несмотря на свою грубость, этот парень умел за считанные секунды поднять настроение.

– Здравствуйте, дорогие, – произнесла Карен с мягкой интонацией. Как я поняла из нашего предыдущего разговора с Коралией, она была доброй и заботливой.

Она прошла мимо нас и села за стол у окна, взяла в руки листок и карандаш.

– Что она делает?

– Она художница. Уже много лет увлекается этим искусством, и мне непонятно, почему она выбрала работу медсестрой, – ответила мне Лия, продолжая смотреть фильм. Время от времени её пугали резкие звуки, и она смеялась, заставляя смеяться братьев.

Карен выглядела совершенно спокойной. Её не интересовало, чем мы занимаемся и что происходит вокруг. Она сидела в стороне и смотрела на лист бумаги, на котором, возможно, уже было что-то изображено.

– Советую тебе смотреть, потому что Дастин потом может устроить опрос о сюжете.

Я почувствовала страх, когда рука Лестора внезапно легла мне на плечо.

– Я видела этот фильм, думаю, опрос пройду на отлично и со спокойной душой пойду спать, – мы улыбаемся.

Лестор кажется мне очень милым и добрым парнем, но я не планирую развивать с ним отношения. Все они кажутся мне совершенно нормальными людьми со своими целями и мечтами. Часть меня хочет продолжать общаться с ними и развивать более дружеские отношения, но я не отступлюсь от своего плана.

Когда я ехала сюда, я уже думала о том, как быстрее и безопаснее выбраться из этого места. Я пыталась найти выход, который, как мне казалось, был почти недосягаем. Возможно, я смогу чем-то помочь людям, которые сидят рядом со мной и смеются над шутками друг друга. Но сначала мне нужно понять, кто действительно может быть мне полезен и задержался здесь, а кому ещё слишком рано уходить из этого места, и кто, несомненно, нуждается в помощи.

Глава 3

Коралия

Это была уже третья или четвёртая ночь, когда я снова столкнулась с бессонницей. Я никому не говорю об этом, потому что знаю, что мне посоветуют обратиться за таблетками к нашей дорогой и горячо любимой помощнице врача. Но мне это не нужно, я уже привыкла к таким состояниям. Дайте мне неделю, и всё пройдёт. Правда, потом вам будет трудно будить меня по утрам.

Не знаю, сколько сейчас времени, но мне кажется, что прошло совсем немного. Я отчетливо слышала, как Барри, один из тех, кто здесь работает и хорошо общается со мной и Дастином, снова ушёл курить.

Вспомнив Дастина, моё сердце забилось чуть сильнее обычного. Этот парень занимает особое место в моём сердце и мыслях. Пожалуй, только спустя год я могу с уверенностью сказать, что он мне очень нравится. У нас с ним было много моментов, о которых не знает его брат. Мы просто не видим смысла рассказывать об этом.

Меня почти не останавливает от молчания моё дикое желание поговорить об этом с Лестором. Дастин ясно дал мне понять, что не собирается распространяться об этом, так как хочет сам разобраться в себе и понять, что я для него значу. Прошло уже около трёх месяцев с тех пор, как мы говорили о нашем случае.

Я понимаю, что сейчас не лучшее время для обсуждения отношений. Однако если мы попробуем полюбить, то у нас появится общая цель – выбраться отсюда и стать полноценными людьми. Мы сможем жить как все, а не находиться в больнице, где наше мнение не имеет значения. Даже в самые трудные моменты жизни мы можем найти то, что исцелит нас.

Конечно, если бы я смогла собраться с силами и доказать всем, что я уже не та, что была два года назад, возможно, мистер Паркмент отпустил бы меня домой к брату. Я знаю, как он скучает, вижу, как ему больно смотреть на меня, когда он приходит ко мне. Он передаёт мне любимые печенья и сигареты, хотя и очень переживает за мою зависимость.

Две недели назад Кендалл разговаривал с моим врачом, и они обсудили мои успехи. Нас это очень обрадовало, и мне показалось, что я уже готова к выписке. Но смогу ли я доказать это не только окружающим, но и, самое главное, самой себе?

– Ты опять не спишь, – сказал Барри.

Странно, что я даже не услышала, как он открыл ключом мою дверь.

– Ага, ты каждый день ко мне заходишь, – усмехаюсь и привстаю.

– Тогда пошли курить, знаю, что хочешь, – он смеется и приоткрывает мне дверь. Беру одеяло, укутываюсь и иду за ним.

****

После завтрака меня неожиданно вызвали на приём к мистеру Паркменту. Это было несколько неожиданно, ведь обычно мы виделись не чаще двух раз в месяц.

Когда я открыла дверь в его кабинет, то увидела, что он уже взял мою карту и с улыбкой на лице ждёт меня.

– Доброе утро, Коралия, – старик улыбается мне и приглашает присесть.

– Доброе, мистер Паркмент. Рада вас видеть.

– Приятно, мисс Томсон, – я усмехаюсь. – Как проходят твои дни до приезда брата?

– Позитивно, но, честно говоря, у меня закончились сигареты и печенья.

Он с улыбкой открывает шкафчик, который стоит у него за спиной. В нём он находит сигареты и небольшую упаковку печенья с шоколадной крошкой.

– Не хочу, чтобы ты была расстроена до четверга, держи, – он подает мне пачку сигарет, печенье, и мне становится как-то легче продолжать с ним разговор.

– Спасибо большое, мистер Паркмент, вы знаете, как порадовать своих пациентов.

Мы оба смеемся. После нескольких минут шуток старик начинает листать мою карту.

– Знаешь, я наблюдаю за тобой последние четыре месяца и замечаю, что ты стала гораздо более жизнерадостной и относишься ко всему более спокойно, чем раньше.

Я задержала дыхание, жду, когда он продолжит.

– Думаю, когда приедет твой брат, мы сможем приступить к реабилитационным мероприятиям, которые помогут тебе вернуться к полноценной жизни за пределами этого места.

Я радостно закричала, чем шокировала мистера Паркмента. Впервые за три недели мои эмоции проявились настолько бурно перед врачом, что, возможно, мы оба были немного смущены.

– Вы серьезно?

– Да, Коралия. Дождемся приезда Кендалла и еще раз все обговорим.

Я киваю ему, благодарю за всё и выхожу из кабинета. С радостью бегу к друзьям, чтобы поделиться замечательной новостью. Но когда я замечаю их вместе с Джо, я замираю. Смогу ли я оставить их, или это лишь игра воображения?

– Привет, – говорит Лестор. – Что такая счастливая?

– Мистер Паркмент сказал, что в скором времени я смогу поехать домой, – широко улыбаюсь и смотрю на них.

– Очень рад за тебя, – обнимает меня Лестор.

Его брат, нахмурившись, отводит взгляд. В этот момент я осознаю, что могу потерять его, даже не попытавшись что-то изменить. Он встаёт и уходит. Глядя на его рассерженное лицо, я понимаю, что он снова начинает поддаваться своим эмоциям.

– Поздравляю, думаю, ты очень давно этого ждала, – произносит Джо загадочно и поглаживает меня по плечу. Я киваю и решаюсь пойти за Дастином.

В курилке я замечаю молодого человека, который стоит спиной ко мне. Недолго думая, я решаюсь подойти к нему и обнять.

– Извини, что так ушел, но я рад за тебя.

– Врешь, – я обхожу и встаю напротив него, чтобы видеть его глаза.

Дастин выдыхает дым почти мне в лицо и выкидывает сигарету.

– Я хотела поговорить с тобой, – не успеваю договорить, как резко оказываюсь прижатой к нему, руки Дастина находятся на моей талии, и я чувствую его губы на щеке.

– Знаю, я не такой слепой, как вы думаете с Лестором.

Он усмехается, и я чувствую удивление. Неужели он всё знает? Но почему тогда молчал? Меня это немного злит, но я понимаю, что новость о моём скором выписке из больницы расстроила его.

– Тогда почему молчал?

– Думал, когда ты догадаешься, что ты мне небезразлична, – отвечает Дастин.

Я застыла на месте, не в силах поверить, что всё это происходит со мной. Мне казалось, что в моей жизни не может быть столько хороших новостей сразу, а тут сразу две.

– Правда?

– Ты такая смешная, Лия. Мне кажется, это можно было понять после первого нашего секса, что уж говорить тут про другие разы, – усмехается. – Я чувствую, как ты смотришь на меня, но твоя нерешительность меня только смешит.

Если бы я была более уверенной в себе и сильной, моя жизнь давно стала бы лучше. Я не хочу терять то, что только что приобрела.

Я хотела ответить ему, но Дастин поцеловал меня, и я, как всегда, растворилась в его поцелуе. Обняв его за талию, я позволила ему увести меня в знакомое нам обоим место.

****

День пролетел незаметно. Мы с Дастином провели его вместе, не ходили ни на обед, ни на прогулку. Но ради таких моментов счастья я готова пожертвовать всем. Конечно, после этого нам предстоит выслушать несколько лекций от Барри, но это того стоило.

Мы снова сидели у телевизора, и Лестор со смехом рассказывал о том, как прошёл ужин с Карен и Джо. Кажется, новенькая хорошо адаптировалась или только делает вид, что это так. Я замечала на себе вопросительные взгляды младшего брата, и мне было неясно, стоит ли рассказывать ему о том, где мы были с Дастином.

В любом случае, не стоит поднимать эту тему при всех. Мне самой нужно было подумать об этом и понять, могу ли я уйти от них. Через два дня должен приехать Кендалл и обсудить с врачом, когда лучше начать готовить меня к выписке. Всё это казалось мне странным, ведь за два года моего пребывания здесь никто не спрашивал и не замечал меня, а теперь мне сразу говорят, что я могу оказаться дома уже буквально через месяц или два.

От множества мыслей у меня разболелась голова. Я хочу встать и сходить к Ерлин за обезболивающим, но чья-то рука меня останавливает.

– Не знаю, куда ты идешь, но потом я бы хотел с тобой поговорить, – бормочет Лестор. Киваю и иду дальше к комнате медсестры.

Я замираю, когда слышу голоса мистера Паркмента и Ерлин. Они говорят почти шепотом, словно опасаясь, что их услышат.

– Она согласилась?

– Да, но попросила меня, чтобы я дала позвонить детям, – Ерлин вздыхает. – Волнуется.

– Понимаю.

Оба собеседника погрузились в молчание. Я испугалась, что сейчас один из них уйдёт, и уже почти открыла дверь, когда вновь услышала женский голос.

– Если ничего не получится, будет много вопросов, постарайся не упустить шанс, – говорит Ерлин.

Я не расслышала ответ мистера Паркмента и уже собиралась уйти, но, подняв глаза, я обнаружила, что он пристально смотрит на меня.

Меня охватил страх, и я почувствовала, как по коже пробежала дрожь. На мгновение мне показалось, что я не могу сдвинуться с места, но как только женщина начала оборачиваться в мою сторону, я быстро убежала обратно. Сейчас не время для приключений, когда я могу выбраться отсюда.

****

– С нетерпением жду, чтобы услышать захватывающую историю о том, где ты провела весь день, – с улыбкой говорит Лестор. Он несколько раз проводит рукой по волосам и, поймав мой взгляд, смущённо улыбается. Я уже не нахожу странным его повторяющиеся движения. Лестор рассказал мне, что до семейной трагедии он страдал от лёгкой формы расстройства.

Я всё ещё не могу перестать думать о подслушанном разговоре, который может сильно повлиять на мою жизнь. Я только-только получила шанс выбраться отсюда, но если мистер Паркмент всё же узнал меня, он может изменить своё решение, и я останусь здесь надолго.

– Почему бы тебе не спросить у брата?

– Он никогда мне не будет ничего рассказывать о своей личной жизни, мы не подружки.

– Если я тебе всё расскажу, боюсь, Дастину не понравится такой поворот событий, – улыбаюсь. – У нас был секс.

– Это понятно, Лия. Ты думаешь, я не знаю, как выглядит мой брат после того, как происходит что-то приятное в его жизни? Давай более подробно.

– А что тогда мне говорить? Мы признались, что небезразличны друг другу, и провели весь день вместе в каморке Барри, – вижу, как Лестор сидит немного в шоке, тушу сигарету и кладу руку на его плечо.

– Я рад за тебя, но если ты уйдешь отсюда быстрее нас, не могу тебе дать точный ответ, что будет происходить между вами.

Не хочу пока об этом думать. Если нам удастся выбраться отсюда, то, что будет между нами, неизвестно. Мы можем продолжить наши отношения, а можем и забыть друг о друге.

– Спасибо, Лестор, но прошу, не подавай виду, что ты обо всём знаешь.

– Конечно, дорогая, – мы обнимаемся и уходим обратно к ребятам.

*****

Сегодня на завтрак снова каша, и меня мутит от одного её вида. Как можно готовить еду, которая вызывает отвращение?

Я вижу, как Дастин шутит над своим братом и ищет кого-то взглядом в столовой. Когда он замечает меня, то направляется ко мне за столик.

– Доброе утро, – говорят они почти одновременно.

– Привет, парни, – с улыбкой говорю я, глядя на старшего, который садится рядом со мной. Он делает глоток чая и кладет руку мне на ногу. Это простое прикосновение заставляет меня расплыться в улыбке. Я поворачиваюсь к нему, и он нежно целует меня в щеку.

– Наконец-то, – радостно выдыхает Лестор. – Вы мило смотритесь.

– Не завидуй, – отвечает Дастин и начинает завтракать.

С самого утра я ощущаю прилив хорошего настроения и почти не вспоминаю о негативных моментах, которые происходят в больнице. Однако, как только я вспоминаю подслушанный разговор, ужасное предчувствие охватывает меня с новой силой. Я оглядываюсь вокруг, но не могу найти Джоанну и Карен.

– Вы не видели Джо?

– Я видел ее у стойки с раздачей медикаментов, кажется, она пыталась договориться о звонке родителям, – говорит с набитым ртом Дастин.

– А Карен?

– Без понятия, последние две недели она стала странной и мало с кем общается.

Насколько мне известно, она очень близкий друг жены нашего врача. Когда мы узнали о гибели его семьи, их поведение изменилось.

– Её можно понять: она потеряла человека, который был её единственным близким. Если не считать детей, которые живут в Австралии и не всегда могут навестить, у неё никого не осталось.

– Не будем о грустном. Возможно, она на приёме или занята другими делами. В любом случае, Карен знает, как лучше поступить.

Я не обращаю внимания на резкий ответ Дастина и продолжаю завтракать. Карен – прекрасный человек. Она несколько раз рисовала наш портрет с Дастином, пока мы сидели на скамейке. Она всегда была готова выслушать меня, когда я была расстроена или весела. Она давала мне советы, как лучше организовать свою жизнь в лечебнице, чтобы она не отличалась от домашней.

– Привет, ребята, – произносит Джо и садится напротив меня.

– Доброе утро, куда пропала?

– Пробовала позвонить матери, завтра посещение вроде как, и хотела попросить привезти блокнот мой.

– Зачем тебе? Ты можешь попросить обычную тетрадь у медсестры, – говорит Дастин и убирает уже опустевшие тарелки.

– Там написаны важные мне вещи, и вообще, какая тебе разница?

Я вижу, как Дастин начинает злиться, и переглядываюсь с его братом. Мы понимаем, что не так близки, но никто не давал ей права так с нами разговаривать. К тому же я осознаю, что она не знает о болезни брюнета.

– Будешь себя так вести, никогда отсюда не выйдешь, – зло отвечает брюнет и уходит.

Я не пытаюсь его остановить, потому что понимаю, что сейчас это бесполезно. Злые люди часто говорят вещи, о которых потом сожалеют, и я не хочу оказаться под влиянием их эмоций.

– Не груби ему, он прошёл через многое, и его грубость – это не черта характера, а лишь проявление болезни, от которой он пытается избавиться, – видно, что Лестор обижен и переживает за брата, стараясь его защитить.

Я сидела на полу возле палаты Дастина, ожидая его после сеанса с мистером Паркментом. Молодой человек очень боялся, что снова потеряет контроль над собой, и попросил медсестру записать его на приём к врачу, чтобы тот его выслушал.

После трагедии, произошедшей в их семье, братья стали очень замкнутыми, особенно друг с другом. Лестор рассказал мне, что у них была старшая сестра. Однажды, когда они всей семьёй отправились на море, она спрыгнула со скалы на их глазах, и это стало началом чёрной полосы в их жизни.

Родители смогли преодолеть трагедию и двигаться дальше, но дети не смогли. Лестор впал в сильную депрессию, считая, что это произошло из-за него, ведь он был последним, кто говорил с сестрой о её проблемах. Он хотел получить поддержку от брата, но Дастин стал очень агрессивным. Он не мог контролировать свои эмоции и срывался на родных по любому поводу.

Картина, как сестра падает с огромной высоты в океан и разбивается, засела в его голове и, вероятно, до сих пор вызывает у него тревогу. Это заставляет его быть грубым и отталкивать самых близких людей.

– Давно ждешь? – усмехается брюнет и садится рядом.

– Нет, как всё прошло?

– Я успокоился, и мне стало легче, наверно, стоит найти брата, а то сидит и ревет уже там наверняка, – мы смеемся.

Я смотрю в его глаза и понимаю, что он – лучшее, что случалось со мной в жизни. Дастин перестаёт смеяться и его взгляд останавливается на моих губах.

– Зайдешь? – кивает головой в сторону палаты и усмехается.

Глава 4

Джоанна

С момента моего поступления сюда прошла почти неделя. Я с нетерпением ждала дня, когда смогу увидеть родителей и спросить их, чем я заслужила такую ссылку. Я понимала, что мама очень переживает и желает мне только добра, но как я могу стать лучше, если нахожусь среди людей с психическими заболеваниями?

Я пыталась дозвониться до неё и попросить принести мой блокнот, чтобы я могла продолжать записывать свои мысли. В блокноте я смогу подробно расписать и нарисовать все возможные пути к побегу.

Пройдясь немного по зданию, я почти запомнила расположение труб, лестниц и лифта, на котором доставляют еду для пациентов, не способных ходить. Я обдумывала несколько вариантов, как и когда лучше начать осуществление своего плана, но мне всё ещё не хватает человека, который мог бы прикрыть меня.

После новости о том, что Коралия, возможно, скоро выйдет отсюда, я подумала, что можно попросить помощи у неё. Однако, как я поняла, она постоянно ходит за Дастином и почти никого не замечает. Было бы опасно просить её прикрыть меня, ведь она может в любой момент убежать к нему, и тогда весь план провалится.

Я подумала, что Лестор мог бы стать идеальным соучастником моего побега. Он постоянно бегает за мной и пытается заговорить, поэтому у меня есть как минимум два дня на размышления о том, сможет ли он мне помочь.

Когда Лия пришла за мной и сказала, что сегодня банный день, я удивилась, но всё же последовала за ней. В ванной комнате было три душа, разделённые невысокой плиточной перегородкой. Когда мы зашли, один из них уже был занят.

Пройдя дальше, брюнетка начала снимать грязную одежду и кидать её в мешок с грязным бельём. Я повторила её действия, взяла необходимые принадлежности и снова последовала за ней. С трудом настроив воду, я почувствовала, как на меня мощным потоком полилась горячая вода. Хотя она немного обжигала кожу, я продолжала стоять и намыливать волосы.

Я повернула голову влево и увидела Лию. Она стояла с закрытыми глазами, подняв голову. От воды её тёмные волосы стали ещё темнее, а ресницы слегка подрагивали, когда на них попадали капли. Её широкие чёрные брови выдавали в ней человека, который явно не был американцем, но они ей очень шли.

Она начала смывать пену с тела, и я заметила многочисленные шрамы на её коже. Я уже видела их в первый день своего пребывания здесь, но тогда промолчала. Это вызвало у меня отвращение, а затем жалость. Было очевидно, что она делала это не с целью покончить с жизнью, а по какой-то другой причине. Возможно, она хотела почувствовать физическую боль.

Несмотря на свои прошлые переживания, она смогла найти себя и встретить человека, ради которого теперь живёт. Вместе с Дастином они выглядели красиво. Оба были немного похожи друг на друга, и я была уверена, что не только внешне, но и внутренне.

Дастин изначально показался мне другим, в отличие от своего брата. Он был более грубым, прямолинейным и совершенно не общительным с новыми людьми. Но я снова напомнила себе, что не собираюсь заводить здесь друзей.

– Тебя ждать? – спросила меня Коралия, уже укутанная в полотенце.

– Нет, я уже выхожу, – произнесла я, выключая воду, беру полотенце и направляюсь в раздевалку, где меня ожидает чистая стопка одежды. Переодевшись, я заплела влажные волосы в косу и вышла в холл, где уже собрались все остальные в новых нарядах.

Брюнетка встала позади Дастина. Её руки нежно опустились на его плечи, а он начал гладить её, и её лицо осветилось счастьем.

– Всё в порядке? – спрашивает меня Лестор и приглашает сесть рядом с ним на диван.

– Да, все хорошо.

– Хей, – растягивает только что пришедший к нам парень. – Скучали по папочке?

Коралия отдалилась от старшего брата, о котором я узнала из их споров, и подбежала к незнакомому парню. Он выглядел намного старше девушки, но не так уж сильно отличался от других мужчин.

– Привет, самоубийца, – с улыбкой произнёс блондин, крепко обнимая Лию. Дастин, не теряя времени, поднялся со своего места и протянул правую руку для рукопожатия. Блондин, не отрываясь от Лии, с радостью ответил на приветствие, пожимая руку Дастина.

– Как прошёл суд? – спрашивает Лестор, и я немного пугаюсь. Неужели здесь живут и преступники?

– Всё прошло хорошо, и я рад, что не попал в тюрьму. Благодаря мистеру Паркменту меня направили сюда на реабилитацию.

– Мы очень рады за тебя! – произносят они в один голос, обнимаясь, а затем, отпустив друг друга, смотрят на меня.

– Ах да, познакомься, это Джоанна. Она пришла на следующий день после того, как тебя забрали в суд для выяснения обстоятельств.

– Приятно познакомиться, Арни, – он протягивает руку, и я, немного смущаясь, пожимаю её в ответ.

– Джоанна, – улыбаюсь.

Он тоже может нам помочь, он довольно симпатичный.

Здесь есть ещё один человек, который кажется не совсем адекватным. Похоже, мне предстоит большая работа, чтобы не стать такой же.

****

Я оставила их и ушла к себе в комнату. Однако мне было трудно сидеть на одном месте. В голове постоянно возникали мысли, которые переплетались и мешали сосредоточиться. Это сильно раздражало меня, и я не знала, как с этим справиться.

Мне казалось, что всё это происходит из-за таблеток, которые мне дают перед сном. С утра в голове словно туман. Мысли словно отдаляются и разделяются, и я не могу сосредоточиться на том, что нужно делать.

Я могу стоять около пятнадцати минут у раковины с зубной щёткой в руке, не понимая, где я и что происходит. Из-за этого я часто опаздываю на завтрак. Но как только я начинаю нормально думать, то словно схожу с ума: начинаю бегать и одеваться, ищу способ связаться с родителями и понять, что я здесь делаю. Эти внутренние изменения меня очень беспокоят.

Особенно беспокоит меня то, что теперь здесь живёт преступник. Я всегда опасалась таких людей: неизвестно, что у них на уме, и их поведение кажется мне подозрительным. Никто не сможет переубедить меня в этом.

Моя мама часто говорила, что мой характер очень трудно понять новым людям, а те, кто знает меня давно, едва сдерживаются, чтобы не задушить меня ночью подушкой, когда я уязвима. Я всегда смеялась над этими словами, но, кажется, скоро мне предстоит проверить, права ли была моя мать.

Я вышла из своей комнаты и направилась к запасному выходу, с тоской осознавая, что рядом лишь небольшая каморка для персонала и пара узких окон. Я понимаю, что даже если бы я была очень худой, мне не удалось бы пролезть в эти окна.

Я открыла дверь и увидела лестничный пролёт. Если присмотреться, можно заметить, что я нахожусь на шестом этаже. Если я попытаюсь сбежать, меня могут поймать. Я хорошо запомнила тех парней, которые вели меня по коридорам этого этажа. Один из них показался мне довольно спортивным, и я опасаюсь, что он сможет поймать меня раньше, чем я успею спуститься хотя бы на один этаж.

Я возвращаюсь назад и сажусь на диван рядом с Лией. Она внимательно слушает вместе с остальными, как я понимаю, рассказ Арни.

– Жизнь за пределами ничем не отличается от жизни здесь. Люди везде ведут себя странно, независимо от того, где они находятся, – с улыбкой говорит молодой человек, оглядывая своих собеседников.

– Я так рада, что ты вернулся! Вечером будет ещё веселее! – со смехом произнесла брюнетка, глядя на Дастина. – Он уже начал скучать по вашим шуточным поединкам, – добавила она, взъерошив его волосы. В ответ парень нежно поцеловал её в щёку.

– О, смотрю, есть какие-то новости?

– Да, наша влюблённая парочка решила признаться друг другу в своих чувствах, – с улыбкой говорит Лестор, обнажая зубы. Я замечаю, как он украдкой вытирает руки о штанины брюк, и пытаюсь понять, откуда у него такая странная привычка.

– Ну, а ты чего молчишь?

– А что я должна тебе говорить? – отвечаю ему и не понимаю, что от меня хочет этот преступник.

– Она у нас дерзкая девчонка, любит грубить и думать, что она нормальная, в отличие от нас, – усмехается Дастин. Замечаю, что девушка и его брат бросают на него укоризненные взгляды.

– Вау, значит, нам будет еще веселее, если злая девчонка начнет показывать свои зубки, – язвит Арни.

– Если я окончательно сойду с ума, то ты будешь первым, кого я захочу убить, – говорю я как можно более резко, сама не понимая, почему. Мысли снова начинают путаться, и всё вокруг словно исчезает.

– Проверяй свою комнату перед сном, бунтарка. Мне бывает скучно иногда одному, – подмигивает и встает с места. – Пойдете курите?

Вижу лица своих якобы друзей, которые кивают и встают. Дастин догоняет его, и они начинают перешептываться, пока девушка пытается найти сигареты, брюнет хватает ее за руку, и они уходят втроем.

– Не надо быть такой грубой, с таким характером ты станешь той, кто проживает на этаже ниже, и никто тебе ничего не сделал, чтобы с нами так разговаривать.

– О чем ты?

– Там, – он указывает на пол. – Живут те, кто не может самостоятельно ходить из-за сильных седативных препаратов. И знаешь, почему? Потому что они, как и ты, пытались сбежать. Ты думаешь, я не замечаю, как ты осматриваешь все выходы, вентиляции и пытаешься запомнить, куда ведут трубы и лифт, который развозит еду? Пойми, здесь никто не хочет тебе навредить, но если ты будешь продолжать вести себя так, то станешь ещё хуже, чем мы все вместе взятые, – говорит Лестор и уходит.

Глядя на него, я все еще не могу ясно мыслить. Что же со мной происходит?

Когда они возвращаются, Лия подходит ко мне и садится рядом, её колено почти касается моего бедра.

– Не знаю, что с тобой произошло с тех пор, как ты начала принимать таблетки от мистера Паркмента, но я советую тебе остановиться. Это может сильно навредить тебе, – сказала она, не глядя на меня, и стала считать, сколько сигарет осталось в пачке. – И да, следи внимательно за своими вещами. Дастин и Арни не простят тебе твоих слов, – резко повернувшись ко мне, она произнесла эти слова, но мне показалось, что я вижу всё как в замедленной съёмке.

– Это происходит помимо моей воли. Иногда мне кажется, что ночью кто-то ходит рядом с моей палатой. Но я не могу встать, потому что в голове так много мыслей, что я не успеваю обработать их все сразу. Моя голова и так болит, а теперь ещё и это…

– Джо, пожалуйста, никогда не молчи, если тебя что-то беспокоит. Какой бы ни была ситуация, я всегда помогу тебе, но не сбегу, извини, – смеётся она, и я улыбаюсь в ответ.

– Спасибо тебе, Коралия, но, думаю, насчет побега мы еще поговорим, – неожиданно девушка обнимает меня, и на душе становится теплее. Осторожно прикасаюсь к ее спине и поглаживаю.

– Окей.

– Ну вот и договорились.

– Расскажи про Арни, – неожиданно для себя прошу ее.

– Возможно, проще спросить меня? – неожиданно громко произносит молодой человек, почти подпрыгивая на свободное кресло рядом с Дастином.

– Расскажи мне о себе и прости за то, что была грубой. Мне всё ещё трудно привыкнуть к новым условиям, – улыбаюсь я, и они со старшим братом переглядываются.

– Ничего интересного. Меня поймали копы, когда я передавал травку одному парню. Но они не учли, что я быстро бегаю. Я обратился к мистеру Паркменту, который, скажем так, является давним другом моего отца. Я всё ему рассказал, и он согласился помочь мне в обмен на то, что иногда будет ставить на мне эксперименты. Но меня это не беспокоит. После того как я уже попробовал всё возможное, хуже уже не будет, – почти смеясь, заканчивает Арни.

– Оу, а я думала, ты кого-то убил.

– Будешь грубить дальше, возможно, так и будет, – подмигивает он, и слышу, как другие посмеиваются.

– Мисс Фиссон, пройдемте со мной, – говорит неожиданно медсестра и смотрит на меня.

– Что?

– Мистер Паркмент ждет, – более серьезно говорит она, и я встаю.

– Удачи! – желает Лия и подмигивает, словно напоминая мне о своих словах. Я едва заметно киваю и следую за медсестрой, которая уже почти скрылась из виду.

Мы проходим почти в конец коридора, и она останавливает меня у дверей с табличкой на стене справа от меня с именем главного врача. Стучу два раза и слышу, как старик отвечает мне, что я могу войти.

Открываю дверь и медленно прохожу к стулу напротив его стола.

– Присаживайтесь, Джоанна, – предлагает мне мужчина и с ожиданием смотрит на меня. Я присаживаюсь и замечаю, что рядом с ним лежит моя медицинская карта, на которой стоит какая-то пометка.

– Как себя чувствуешь?

– Отлично, подружилась с Коралией, она смешная.

– Странно, – медленно стучит своей ручкой по столу.

– О чем вы?

– Когда я говорил с ней, она сказала мне, что ты почти не замечаешь никого и грубишь всем, – вот сучка! И что еще она про меня рассказывает?

– Возможно, мне пока трудно найти общий язык с ними, всё же они дольше знают друг друга, а я чужая.

– Хочешь стать им другом?

Не знаю, раньше я бы сразу сказала «нет» на этот вопрос. Сейчас же всё кажется другим, но в то же время я понимаю, что здесь мне никто не нужен, и я могу сама о себе позаботиться.

– Пока не знаю, мне нужно больше времени, чтобы узнать их поближе. Но, честно говоря, Лия занимает первое место в моём списке тех, с кем я хотел бы наладить общение, – вру я прямо ему в лицо, стремясь поскорее вернуться к себе.

– Не советую, потому что она скоро уйдёт, и тогда ты останешься совсем одна, – его вопросы и намёки меня очень раздражают. Чёрт, он выводит меня из себя!

– Хорошо, обязательно прислушаюсь к вам, мистер Паркмент, – улыбаюсь.

– Замечательно. Я передам твои таблетки Ерлин. Теперь ты должна принимать их перед сном, чтобы утром у тебя был плотный завтрак. Твои родители беспокоятся, что из-за стресса ты можешь потерять аппетит.

– Хорошо, – снова говорю я. – Могу идти?

– Да. До завтра, Джоанна, – старик улыбается. Незамедлительно выхожу из его кабинета, направляясь в свою палату. Ага, конечно, прям-таки мои родители волнуются.

После ужина, который на этот раз оказался для меня особенно вкусным, мы снова собрались в холле. Дастин и Арни весело подшучивают над Лестором и Лией, которые пытаются отвечать им не менее остроумно.

Оглядев комнату, я заметила, что сегодня здесь нет Карен. Обычно она сидит у окна, рисует и иногда смеётся над тем, что происходит вокруг. Мне так и не удалось пообщаться с ней, каждый раз, когда я выходила из палаты и видела её, она сразу же уходила с медсестрой Ерлин в сторону кабинета нашего врача.

Мне она казалась очень милой и беззащитной. Когда Карен начинала говорить, все замолкали и внимательно слушали её. Её голос был очень мелодичным и спокойным. Коралия несколько раз засыпала под её «сказки перед сном», но это не обижало Карен, ей было приятно помогать девушке, которая, как я поняла, страдает бессонницей.

Дастин часто уносил Коралию в палату, но я не видела, чтобы он возвращался. Не то чтобы я следила за ними, просто обычно я последняя, кто уходит из холла к себе. Мне радостно за девушку, она выглядит очень счастливой рядом с Дастином, они часто проводят время вместе, независимо от обстоятельств.

Глядя на них прямо сейчас, я начинаю улыбаться. Он подшучивает над ней, иногда довольно обидно, но девушка не обижается, смеётся и дует губы. Это нравится Дастину, он целует её и прижимает к своей груди. Арни и Лестор наблюдают за ними и присвистывают. У них своя компания, свои шутки, разговоры и взгляды на жизнь.

Мне становится немного обидно, потому что всего несколько дней назад Лестор пытался со мной начать общаться, и Коралия помогала мне влиться в их дружескую атмосферу. Несмотря на то, что она наговорила про меня врачу, я не обижаюсь на неё, а сейчас я чувствую себя чужой.

Не могу понять, как какие-то таблетки могут так сильно влиять на мой характер, мои мысли и действия. В один момент я могу начать злиться без причины, а через несколько минут – расплакаться из-за своих запутанных мыслей и обидных слов, сказанных другому человеку. Лия права: мне нужно прекратить принимать таблетки, которые мне прописал врач.

Тебе просто необходимо выпустить всю злость, тебе нужно помолиться.

Я замечаю, что все начинают расходиться, не сказав мне ни слова. Лия не обращает на меня внимания, все ее мысли заняты одним из братьев. Он взял ее за руку и повёл к себе в палату, они попрощались и ушли. Я тоже встаю и мельком оглядываюсь на пустое место Карен. Мое сердце начинает биться чаще, тревога подсказывает мне, что все это не случайно.

Я медленно переодеваюсь, когда слышу, что к моей двери кто-то подходит. Сестра Ерлин находит меня в углу комнаты, где я складываю свои повседневные вещи на стул.

– Необходимо принять таблетки, – произносит она, протягивая мне стаканчик с двумя уже знакомыми таблетками и прозрачный одноразовый стакан с водой.

Я подхожу, и она высыпает таблетки мне в ладонь, протянутую навстречу, а затем даёт воду. Я быстро беру таблетки в рот, прячу их под язык и делаю вид, что запиваю их водой. Надеюсь, это убедит её, и она уйдёт.

– Пока я тебе доверяю, но если замечу что-то подозрительное, то проверю лично, – с этими словами она уходит и закрывает за собой дверь на ключ.

Я снова сплюнула таблетки и спрятала их под матрас. Теперь главное – не забыть взять их с собой на прогулку и незаметно закопать где-нибудь у ворот.

Я не могу заснуть, потому что слышу странные звуки и голоса. Мои мысли путаются, но я стараюсь сосредоточиться и встаю. Медленно подхожу к двери и прислушиваюсь.

Знакомые голоса звучат совсем близко, и я решаюсь посмотреть в небольшое окошко на двери. Там я вижу троих людей: двое из них везут на каталке что-то, накрытое простынёй. Я слышу мужской голос и замечаю на левой руке знакомые часы – это мистер Паркмент. Мой взгляд падает на руку, лежащую на каталке, и я вижу браслет с именем «Карен».

Глава 5

Дастин

Я наблюдаю за тем, как мой брат пытается выиграть в покер у Арни. Возможно, Лестор забыл, но Арни почти год работал в казино и отлично знает, как играть в покер, в отличие от моего брата.

Иногда я не понимаю, почему мы родственники. Лестор совершенно другой человек: он всегда улыбается, старается всем угодить, а иногда по ночам плачет, как девчонка, что ещё больше раздражает.

С момента нашего поселения я пытался помочь ему и поддержать, но его поведение, полное слез и депрессии, меня ужасно раздражало. Я просто уходил к себе и пытался побороть злость, но не тут-то было: приходила всеми любимая Коралия. Они с Лестором около года выводили меня из себя своими разговорами, поведением и слезами.

Со временем, когда сеансы мистера Паркмента стали давать свои плоды, а успокоительные средства стали более эффективными, я начал воспринимать окружающий мир более спокойно. Я перестал избегать общества и уходить в свою палату, чтобы не столкнуться с Лестором. Теперь мне достаточно провести около десяти минут в одиночестве, чтобы прийти в норму.

Возможно, именно благодаря помощи мистера Паркмента я начал замечать, насколько красива Лия. Как забавно она заплетает волосы в хвост по утрам, из которого вечно выбиваются непослушные пряди. Даже с помятым лицом и немного опухшими глазами по утрам она выглядит так же ярко и волшебно, как и в течение всего дня. Даже сейчас, когда я смотрю на неё, я не могу не заметить, как она прекрасна.

Её нога покоится на моих бёдрах, а синие брюки так идеально облегают ноги, что я снова вспоминаю наши совместные ночи. Лия смеётся и поправляет волосы, которые она распустила, потому что, как она сама сказала, под вечер у неё начинает болеть голова. Её смех – самое прекрасное, что я когда-либо слышал.

– Я видел, как ты только что убрал какую-то карту к себе в рукав, – строго сказал Лестор.

– А я видела, как ты свои две карты поменял на те, что лежали на столе, – смеясь, проговорила девушка.

– Вы на чьей стороне? – с обидой в голосе спросил мой брат, посмотрев на нас.

– Конечно, за меня. Я идеален, – с гордостью произнес Арни, поднимаясь с дивана. – А где ваша новенькая?

Если бы он не упомянул её, я бы и не вспомнил. Лия пыталась найти Джо, но я остановил её, сказав, что она сама ушла от нас, и никто не собирается её возвращать. В ответ я получил укоризненный взгляд, и на десять минут снова стал объектом её обиды, пока не смог её рассмешить.

– Мне кажется, я видел её возле запасного выхода, – говорит Лестор, отводя взгляд от телевизора. Он три раза поправляет свои волосы и громко вздыхает. Я надеюсь, что он сможет преодолеть свою тревогу. Я понимаю, что он хотел стать для неё другом, ведь мой брат, как всегда, был добрым человеком.

– Давайте выйдем, покурим и всё проверим, чтобы зря не ходить, – предлагает Коралия, и мы все с радостью соглашаемся.

Я беру девушку за руку, и мы направляемся в сторону нашей курилки. Однако, как только мы поворачиваем за угол, на нашем пути возникает Барри.

– Куда это мы направились? – с любопытством спросил парень, осматривая нас. Его взгляд остановился на Арни, который стоял в центре нашей компании.

– Очевидно, что наша компания может собираться вместе, чтобы курить или гулять. Но сейчас уже поздно, поэтому мы просто курим, – с улыбкой говорит Арни, доставая сигарету из пачки и тут же пряча её за ухо.

– Молодцы, но пока туда нельзя.

– С чего бы? – недоумеваю я.

– Так скажем, уборка там.

– Удивительно, но за всё это время я вытерла своей спиной и пятой точкой больше, чем уборщицы за всю свою карьеру, – с усмешкой говорит Коралия. Я тихо смеюсь над её словами, хотя и знаю, что она просто предпочитает больше сидеть, чем стоять. Из-за этого она часто задевает телом различные поверхности.

– Вот почему там идёт уборка. Пойдёмте, я не оставлю вас без сладкого, – говорит Барри, обходя нас.

Я был в недоумении, но, схватив девушку за локоть, последовал за парнем, как и все остальные. С появлением новенькой всё стало происходить так странно: сначала мистер Паркмент неожиданно сообщил, что готовит Лию к выписке, потом Карен пропала, а сейчас впервые за три года нам объявили о том, что на лестнице запасного выхода проводится уборка. При этом новенькую никто не видел после обеда.

Мы несколько раз проходили мимо её палаты только потому, что мой брат и девушка настойчиво просили нас это сделать, но её там не было. Мне, честно говоря, было безразлично её местонахождение, но они были обеспокоены.

Мы снова занимаем свои места, как было до того, как решили пойти покурить. Барри стоит рядом с телевизором, закрывая его своей спиной.

– Дорогие друзья, я понимаю, что вы очень расстроены, – начинает он, но Арни его прерывает.

– Мы не хотим слушать твои оправдания, давай перейдём к сути вопроса.

Мы все улыбаемся, и Барри тоже. Он отводит взгляд и достает из кармана маленький пакетик с чем-то зелёным.

– Не переживайте, это не травка. Просто попробуем сделать самокрутку, – я бросаю взгляд на девушку, которая, кажется, очень удивлена.

– Это всё? – спрашиваю я. – Я могу просто открыть окно и покурить.

– В подсобке у меня есть ящик содовой и коробка пиццы, если вы с Лией не выпили всё это, пока занимались сексом на моей койке, – все смеются, и я тоже присоединяюсь к ним. Я замечаю, что девушка смущена, и, чтобы успокоить её, обнимаю за плечи и нежно целую в висок.

– Тогда другое дело, – говорю я ему, и мы все направляемся в его подсобку, чтобы весело провести время.

Не знаю, сколько времени прошло с тех пор, как Барри разрешил нам всем собирать в его ночном убежище, но точно немало. Я уже замечаю, что Лестор и Арни снова пытаются играть в покер, но мой брат уже дважды ловил его на мошенничестве. Барри выступает в роли ведущего этого мероприятия, комментируя все действия парней. Я уже сыграл пару раз с братом и, к своему удивлению, выиграл, получив в качестве приза поцелуй от своей девушки.

– Как же так! – воскликнул мой брат почти в полный голос, но Барри жестом попросил его быть тише. Лестор и другие парни, тихо переговариваясь, собирали карты. Лия, словно боясь, перебралась ко мне на колени и нежно поцеловала меня. В комнате стало так тихо, что мы могли ясно слышать, как кто-то ругается на лестнице, и даже различить крик. Барри, бросив карты, направился к выходу.

– Оставайтесь здесь, – бросает он через плечо и уходит.

– Я ведь не один не хочу его слушать? – спрашиваю я у людей, сидящих рядом со мной, и они кивают в ответ.

Мы встаём и прислушиваемся к тому, что происходит за дверью. Я осторожно приоткрываю её, и в образовавшуюся щель выглядывают несколько голов. Мы снова замираем, оглядываясь по сторонам.

– Возможно, это звучит не очень разумно, но так мы будем более заметны, чем если бы вышли и спрятались, – говорю я, и все согласно кивают. Я открываю дверь, и мы выходим. Я встаю с братом на одну сторону, а Арни и Лия – на другую. Киваю блондину, он берет её за руку и идет вперёд. Они заходят в мою палату и смотрят на меня. Я продвигаюсь вместе с братом, и мы переступаем порог его палаты.

– Кто первый? – спрашивает Арни.

– Давайте мы, – смотрю на брата. – Подойдем к выходу, и дальше вы.

Лестор уходит, и я следую за ним. Мы останавливаемся, когда снова слышим голос Барри.

– Да, они в моей комнате, ничего не узнают.

– А Джоанна? Ты усыпил ее? – спрашивает до ужаса знакомый голос.

– Да, – выдыхает парень. – Спит уже около пяти часов, надо бы ее проверить.

– Ага, после того как мы поднимем ее и отнесем в морг.

Я быстро беру брата под руку и веду обратно в нашу каморку. Сзади раздаются шаги. Открыв дверь, мы ждём, когда подойдут парень с девушкой, чтобы обсудить подслушанный разговор. Мои чувства снова начинают обостряться: меня переполняют злость и беспокойство.

– Мы слышали, – с облегчением выдыхает Коралия, подходя к кровати. – Это было очень страшно.

– Вот же хитрец, хочет угостить нас газировкой и пиццей, чтобы мы забыли о своих проблемах, – говорит Лестор.

– И у него это получилось.

Все согласно кивают и на некоторое время замолкают.

– Что-то тут нечисто, новенькую усыпляют, труп везут по запасному выходу и при этом скрывая от всех. Они просто могли сделать это ночью, пока все спят, – делает вывод Арни.

– Ночью было бы слишком шумно, а пока Барри отвлекал нас, это было легко сделать. Они знали, что Джо с нами не общается и не пришла бы к нам, поэтому усыпить её было идеальным решением для всех, – говорю я очень быстро, потому что начинаю нервничать.

– Надо узнать, кого они отправили в морг.

– Зачем? Ты хочешь испытать судьбу, самоубийца? Не советую тебе этого делать, ведь именно тебя  скоро выпишут, – она закатывает глаза в ответ на его слова и отворачивается.

– Это была Карен, – тихо говорит Лестор.

– Что? – спрашиваем мы почти одновременно.

– Утром я успел увидеться с Джо. Она рассказала мне, что видела девушку на каталке, накрытой простынёй, и заметила у неё на руке браслет с именем. Джо выглядела очень напуганной, под глазами появились огромные мешки. Однако мы не успели поговорить, потому что её позвала Ерлин, и после этого я больше не видел Джоанну.

– Почему ты молчал? – спрашивает его Коралия.

– Я не хотел придавать этому значения и думал, что она сошла с ума.

– Она рассказала мне, что после приёма таблеток, которые ей даёт мистер Паркмент, её самочувствие ухудшилось, и она слышит, как по ночам кто-то ходит возле её палаты, – тихо говорит Лия, шмыгая носом.

О, боже! Только не слёзы из-за какой-то девочки, которая становится психопаткой. Не зря она здесь.

– Хватит! Мы все здесь не в себе. Мой брат до сих пор страдает по ночам, Арни – наркоман со стажем, страдающий психозом, Лия неоднократно пыталась покончить с собой, а я – психопат. Кто-то хочет ещё беспокоиться о Джоанне, которая тоже недалеко ушла от нас? Тогда можно начать переживать за всех в этой лечебнице!

Я почти кричал, но не жалею об этом. Я видел, как они переглядывались между собой, вероятно, обдумывая мои слова. Я не собираюсь извиняться перед ними, я сказал им правду, всё как есть на самом деле. Я считаю, что нет необходимости беспокоиться о том, что в психиатрической больнице появился ещё один пациент. Мы все здесь пациенты, у каждого свои особенности, свой характер и свои взгляды на жизнь.

– Хорошо, а что тогда делать с трупом Карен, который перевозят в морг, когда мы заняты другими делами? Разве это не вызывает беспокойства? – спросил Лестор.

– Это вызывает у меня беспокойство, но мы можем поговорить об этом утром, – отвечаю я и беру девушку за руку. – До завтра.

Я веду её в свою палату и не произнося ни слова. Не хочу говорить сейчас. Будет проще обсудить всё вместе с Джоанной, когда она проснётся после таблеток или другого лекарства, которое ей дали. Тогда мы сможем поделиться всеми известными нам новостями.

– Спокойной ночи, – произносит Лия, склоняя голову мне на грудь. Я засыпаю, наблюдая за тем, как она ровно дышит, уткнувшись носом в мою грудь.

****

Я стою возле лавочки на заднем дворе. Время дневной прогулки настало быстро, потому что мы старались не выходить из палат, чтобы не привлекать внимания других пациентов. Лестор уже сидит скамейке и смотрит на меня, пока я курю. Осталось дождаться ещё троих, и мы сможем обсудить ситуацию.

Вскоре к нам присоединяются Лия и Джо. Блондинка садится рядом с моим братом. Я замечаю, что её состояние действительно ухудшилось с тех пор, как она попала сюда. Под глазами появились огромные, почти фиолетовые мешки, волосы выглядят грязными, а лицо опухшим. По сравнению с нами она кажется психически нездоровой.

– Где Арни?

– Он не придёт, – говорит Коралия. – Его неожиданно вызвал мистер Паркмент, хотя я точно помню, что в это время у него был обед.

– Удивительно, но мы обсудим это после того, как решим более важные вопросы, – они согласно кивают. – Почему ты не рассказала нам, что видела тело Карен?

Джоанна поднимает голову, но её взгляд устремлён куда-то вдаль, словно она смотрит не на меня.

– В тот день меня заметили, и после завтрака мистер Паркмент вызвал меня к себе. Как всегда, мы мило побеседовали, и он дал мне таблетки. А потом всё как в тумане, ничего не помню, – заканчивает Джо, и Коралия нежно обнимает её за плечо.

– Нам очень жаль, – тихо говорит Лестор. Но мне не жаль. Если бы она была умнее, то не стала бы вмешиваться не в своё дело. И мы тоже.

– Возможно, Карен тоже что-то видела, и они решили избавиться от неё, чтобы она никому ничего не рассказала, – предположила Лия.

– Ха, Лия! Он бы не стал её убивать, проще было бы дать ей что-то, например, таблетки, как,– я не продолжаю, а просто смотрю на блондинку.

Я замечаю, что многие смотрят на меня с недовольством. Мне нравится моя прямолинейность.

– Дастин, не надо, сейчас всем тяжело, – говорит мой брат. Как же они скучны, думаю я, закатывая глаза и доставая сигарету из пачки. Как же с ними скучно.

Коралия тоже решает закурить и встаёт с лавочки, чтобы не дымить на наших праведников. Лестор успокаивающе гладит Джо по плечу, и та, как мне кажется, впервые позволяет ему сидеть так близко к себе.

Как бы ни раздражал меня мой брат, иногда я переживаю за него и не хочу, чтобы он привыкал к этой девушке. Я уверен, что она ещё доставит ему немало проблем. Да, я могу быть с ним грубым и обидным, но я не его сестра. Кто сказал, что братская любовь должна проявляться как дружба?

Иногда мы можем поговорить на интересующие нас темы. Можем обсудить то, что нас тревожит, но не искренне, а просто обменяться фактами, которые оба уже знаем до разговора, и только для утверждения этих фактов мы будем говорить вслух.

Сейчас я вижу, что она ему нравится, и, кажется, должен принять этот факт, но не могу. Джо может причинить боль моему брату, и тогда он точно не выйдет из больницы.

– Нам нужно проверить всю информацию, которую мы получили, и тогда мы будем знать, чего или кого стоит опасаться, – решительно и уверенно говорит Лестор, пока мы медленно идём обратно. Я докуриваю вторую сигарету, обнимая Лию за талию. Она хочет сделать пару затяжек, но я быстро выбрасываю окурок.

– Если ты сам это предложил, то, возможно, сможешь составить план? – усмехаюсь я.

– Конечно, но в этом деле должен участвовать Арни. Однако я сомневаюсь, что после разговора с Алджерноном он захочет в это ввязываться, – говорит он с довольной улыбкой, и меня это начинает забавлять.

– Пожалуйста, поторопитесь, мистер Менсон, – с улыбкой говорю я.

– Как же давно я не слышал, чтобы ты произносил нашу фамилию! – восклицает он, подбегая ко мне и обнимая за плечи.

– Прошу вас, оставьте меня в покое. Будьте благодарны за то, что я сейчас в хорошем настроении, и на этом всё, – смеюсь я и слегка толкаю его в бок.

– Я не совсем уверен в плане, но мы можем попытаться. Мистер Паркмент уходит после ужина, если только он снова не захочет вывезти чей-то труп ночью, – слышу, как девушки смеются над его шуткой. – Можно попытаться попасть в его кабинет, поискать информацию в бумагах и компьютере, а также проверить личный уголок Ерлин. Я уверен, что эта женщина знает много интересного и может помочь своему начальнику.

– Хорошо. Кто за что отвечает? – Мы остановились перед дверями на наш этаж, чтобы обсудить всё в спокойном месте, пока мимо никто не проходил.

– Двое идут к мистеру Паркменту, остальные к Ерлин.

– Давай мы с тобой к старикану, а Джо и Лия к сестре, она меня раздражает, поэтому, боюсь, если увижу ее, то могу не сдержаться, – смотрю на брюнетку, и она одобрительно кивает на мое решение.

– Отлично, после ужина встречаемся в холле.

Я уже около пятнадцати минут стою в нашей импровизированной курительной комнате, иногда затягиваясь сигаретой. Я не стал звать с собой Лию или брата, потому что не хочу лишних разговоров или утешений перед тем, как мы приступим к выполнению нашей задачи.

Меня это немного раздражает, ведь всё только начало налаживаться: Коралию собираются выписать, а мы с братом, как утверждает мистер Паркмент, идём на поправку. Наконец-то всё стало нормально, даже отлично, и я не хочу всё это упустить. Мы сможем выбраться отсюда, и, возможно, я смогу полностью принять Коралию в свою жизнь. Она хорошая девушка, красивая и умная, но я пока не могу точно сказать, смогу ли быть с ней, когда мы выйдем из этого ада.

Я выбрасываю сигарету в открытое окно и собираюсь встать с подоконника, но замечаю, что Лия направляется в мою сторону, и замираю. Я наблюдаю, как она приоткрывает дверь и уверенно шагает ко мне.

Заправив волосы за уши, она подходит слишком близко. Я чувствую, как её дыхание учащается, а глаза блуждают по моему телу, задерживаясь на губах. Это вызывает у меня улыбку, но я не стану делать первый шаг. Мне хочется, чтобы она почувствовала себя увереннее.

Она осторожно берёт меня за пальцы и тянет на себя. Из-за своего небольшого роста ей приходится чуть приподняться, чтобы поцеловать меня в шею. Признаюсь, она знает, как добиться своего, и делает это с умом и осторожностью.

Лия целует мой подбородок и останавливается возле губ. Я ощущаю её горячее дыхание и с нетерпением жду её действий. Наконец, она нежно целует меня, и я обнимаю её за талию. Мы оба понимаем, что не хотим останавливаться.

****

– Так, я смотрю бумаги, а ты компьютер, – дает указания Лестор.

– С каких пор ты руководишь мной?

– С тех самых, когда ты стал посвящать свое внимание лишь нашей оптимистичной Коралии, – усмехается он, и я стал раздражаться от его веселого тона.

– Не беси. Ты точно уверен, что он ушел?

– Да, он прощался с нами в холле, пока вы с Лией целовались, – громко вздыхаю, чтобы он заткнулся на эту тему.

Мы взяли ключ у Ерлин, пока Лия отвлекала её, а Джо проверял содержимое её стола с документами. Брат открыл дверь, и мы вошли внутрь. Включив свет, мы заперли дверь на замок, чтобы никто не смог последовать нашему примеру и заглянуть в личные дела.

Лестор направился к шкафу, где хранилось множество папок с именами и цифрами. Я же, сев за стол, открыл ноутбук. Включив его, я убедился в своих подозрениях: на экране появился пароль.

– Тут пароль, – тихо говорю брату, чтобы нас не услышали.

– Попробуй имена жены и ребенка, все же они погибли, и он мог сделать пароль в честь них.

– Какой идиот будет ставить пароль с именем какого-то человека?

– Я.

– Ну, я и говорю, что только идиот будет ставить, – усмехаюсь и слышу, как он фыркает.

Удивительно, но имя жены идеально подходит. На рабочем столе я заметил две папки, которые привлекли моё внимание. Одна из них была подписана именем жены, и это меня не удивило, ведь хозяин компьютера известен своей глупостью. А вот вторая папка, под названием «Карен», меня заинтриговала.

Я решил заглянуть внутрь, ведь эта женщина исчезла так неожиданно, и вряд ли она была любовницей хозяина компьютера, чтобы он посвятил ей личную папку. Внутри я обнаружил несколько фотографий и два электронных экземпляра договора. На фотографиях была Карен.

Первая фотография меня очень испугала: женщина сидела на стуле, привязанная, и держала между зубами бинт. Пролистав страницы, я наткнулся на вторую фотографию, которая выглядела гораздо хуже. На вид женщина была похожа на обгоревшую, на её висках виднелись круглые следы от какого-то прибора, а в некоторых местах были пузыри и облезшая кожа.

– Боже, да на ней поставили чертов эксперимент, – выдыхаю и слышу, как брат быстро подходит ко мне.

– Твою мать! Она же сгорела! – кричит он.

– Тише ты, нам надо успеть посмотреть дальше.

– Не обязательно, я нашел пару бумаг в его шкафу, думаю, они будут полезны.

– Уверен?

– Нет, давай еще минуту и уходим, – усмехаюсь. Какой он все же девочка.

– Давай заглянем в одну папку для моего спокойствия, – говорю я и открываю документ с двумя экземплярами договора. Открывается документ с заголовком «Завещание».

– Он помирает?

– Наверно, всё же не молодой, – мы посмеиваемся.

– Давай распечатаем и прочитаем при всех?

– Окей.

Мы быстро распечатываем документ и, не оставляя следов нашего пребывания, удаляемся. Возвращаем ключи на место и жестом показываем Лии, что она может прервать свой скучный разговор с Ерлин.

Я сижу на диване и жду свою девушку, чтобы отправиться спать. Мы провели слишком много времени, разбирая события прошлого. Я даже начал скучать по ней, хотя и не могу понять, почему.

– Пойдём спать, Дастин, – говорит она, обнимая меня сзади за плечи. Я так люблю, когда она так делает.

– Давайте обсудим всё завтра, – бормочет сонная Джо. – Таблетки начинают действовать, и я могу заснуть прямо здесь, на полу. До завтра.

– До завтра, – говорим мы друг другу и расходимся по палатам. Я замечаю, что Лия уже направилась к выходу, но я останавливаю её и крепко обнимаю.

– Сегодня ты будешь ночевать у меня, – с улыбкой говорю я, и она нежно целует меня.

Глава 6

Лестор

– А я говорил, что это плохая идея! – кричит мой брат на всех нас.

– Да? А что ты тогда нас не остановил и ее от побега, м? Наоборот же, ты первый начал это всё! – кричу на него в ответ, и мы оба слышим плач Лии.

– Вот что ты ревешь? – обнимает ее Дастин.

– Её ведь могут убить, как и Карен, – еле разборчиво и с паузами из-за слёз отвечает девушка.

– Ты сошла с ума! Ты же сама была против этого плана, утверждала, что завтра тебя выпишут, но вместо этого отвлекала Ерлин своими бессмысленными разговорами! – мой брат не сдержался, и я решил вмешаться.

– Замолчи, идиот! Ты находишься в такой же опасности, как и все мы, когда помогали ей. И я тоже, ведь я помогла ей незаметно пробежать по территории, отвлекла Ерлин и подсыпала ей таблетки в чай!

Нет, это уже слишком. Она начала бить его по груди, и я, обхватив её за талию, поднял и отнёс в другой конец комнаты.

– Пожалуйста, успокойтесь! Сейчас самое важное – сохранять спокойствие и верить, что с ней всё будет хорошо, – я все еще держу Лию на руках и смотрю на брата. – Нам нужно забрать Арни, пока он не сказал Барри чего-то лишнего.

– Давайте снова спустимся вниз, – предлагает Дастин. – Но на этот раз давайте сделаем всё тихо и спокойно, без лишних ссор.

Я киваю и отпускаю девушку. Надо позвать Арни и найти Джо.

12 часов назад

После вчерашнего я проспал завтрак и вышел из комнаты только около полудня. Однако, взглянув на своих друзей, я понял, что они только что проснулись.

Джо сидела с ещё более поникшим видом, чем обычно. Её внешний вид был ужасен: одежда не стиралась уже два дня, лицо опухло и похудело, а кожа приобрела болезненно серый оттенок. Среди других людей в холле она выделялась тем, что стала похожа на всех умирающих пациентов, находящихся внутри.

Дастин и Коралия стояли у окна и, кажется, о чём-то спорили. Я не стал их отвлекать, поскольку не знал, кто из них в гневе выглядит хуже.

– Все ждут меня или просто так сидят? – внезапно говорит Арни.

– Привет, ты куда пропал? Мы хотели обсудить с тобой тот случай с Барри, – говорю я.

– Какой случай?

Он улыбается, а я хмурюсь. Что с ним случилось?

– Ты не помнишь?

– Что я не помню? – по-прежнему улыбается он.

– Это что у тебя? – говорит Лия и дотрагивается до его виска.

– А? Не знаю, мистер Паркмент сказал, что скоро пройдет.

Мы с братом переглядываемся. Я встаю и смотрю на то, на что указывает девушка. И тут я осознаю, что такие же следы были на фотографии с Карен. Однако у неё они были почти чёрными, а у этого парня пока что лишь едва заметные зелёные.

Я вспоминаю фотографию Карен и удивляюсь, как можно было так поступить с такой милой женщиной. И уж тем более сфотографировать её мёртвой и с ожогами. Мы ещё не рассказали о том, что увидели, другим, но, кажется, Арни уже неинтересен этот вопрос.

– Всё как было у Карен, – делает свое заключение брат.

– Что произошло с Карен? – спрашивает Лия, сложив руки на груди и внимательно глядя на нас.

Мы сохраняем молчание. Я не хочу обсуждать это при Арни, который, возможно, только что пережил то же, что и женщина. От воспоминаний меня снова охватывает дрожь, и я вновь обращаю взгляд на следы. Они выглядят ужасно.

– Я думаю, тебе стоит прилечь и отдохнуть. Ты, наверное, очень устал, – Дастин поднимает его и подталкивает в сторону палаты. Мы смотрим, как он, слегка пошатываясь, уходит.

– Итак? – с явным нетерпением повторяет Коралия, словно хочет напомнить о своём вопросе.

– Мы видели, как умерла Карен. Она сгорела на электрическом стуле. Сейчас у Арни точно такие же следы, только они едва заметны. А у Карен…

– Из неё сделали стейк, – прерывает меня Дастин.

– Это не смешно, – отвечаю я, глядя на него.

– Как же это ужасно! – воскликнула брюнетка, присаживаясь на диван и устало протирая глаза.

– Мне нужно срочно уходить отсюда, – произнесла Джо, и я был поражён её словами. Меня охватила лёгкая тревога за неё, и руки снова задрожали. Я попытался отогнать воспоминания о прошлом и несколько раз провёл по волосам, чтобы успокоиться.

– Чего?

– После всего услышанного я ни минуты не собираюсь здесь оставаться, – заявляет она и уходит.

– Как странно, – усмехается Дастин и снова отворачивается к окну. – Кажется, сегодня четверг.

Когда я подошёл ближе, то увидел, что в ворота нашей больницы входит много людей. Сегодня был день посещений.

Наша мама снова в слезах, и это начинает меня раздражать. Я боюсь представить, что происходит в голове у Дастина. За последние три года ничего не изменилось: когда приходят родители, мама плачет, а отец стоит чуть позади и смотрит на нас.

Какой смысл постоянно плакать? За это время можно было бы уже привыкнуть к этому, но, кажется, наша мама не может с этим смириться. Ей тяжело осознавать, что её единственные сыновья находятся в психиатрической больнице, особенно после того, как она потеряла старшую дочь.

Именно из-за смерти сестры мы с братом оказались здесь. Мы видели, как она падает со скалы, слышали глухой звук и всплеск воды. У неё был трудный период в семейной жизни, она была старше нас на пять лет, и я бы никогда не подумал, что взрослый человек может сломаться настолько сильно, чтобы решиться на такой поступок.

Я осматриваю первый этаж, где полно пациентов и их близких. Среди них замечаю Лию с братом и новенькую, рядом с которой, по всей видимости, стоят её родители. Когда мистер Паркмент спустился, он вышел из кабинета и поздоровался почти со всеми. Затем он вернулся обратно уже с Кендаллом и Коралией. Похоже, они серьёзно готовятся к выписке новенькой, и, кажется, он не догадался о том, что мы были у него в кабинете.

– Как вы, дорогие мои? – спрашивает мама, вытирая слёзы платком.

– Мам, ну сколько можно, прошло уже три года, – жалобно произносит Дастин, отводя взгляд.

– Я свяжусь с вашим врачом и всё обсужу. Вы слишком долго лечитесь, и я не верю, что вам настолько плохо, – и она снова расплакалась. Боже, это уже смешно.

Я отворачиваюсь, чтобы не смотреть на неё. Я становлюсь похожим на своего брата, которого всё раздражает, и мне хочется уйти от этих унылых лиц и слёз.

Меня напрягают слова Джоанны о побеге. Мне кажется, что она не в себе из-за таблеток, которые ей дают. Если бы она была умнее, то могла бы просто делать вид, что пьёт их, а потом выбрасывать в туалет. Это было бы легче всего.

Интересно, что с нами будет, если узнают, что мы проникли в кабинет врача и Ерлин? Коралию, наверное, оставят здесь и будут пичкать таблетками, меня и брата разделят по разным отделениям и могут сдать на органы, если выяснят, что именно мы были в кабинете у старикана. А над новенькой будут издеваться так же, как и над Арни, потому что они оба всегда молчат и легче всего сдадутся.

От этих мыслей я усмехнулся, и Дастин с вопросительным выражением лица посмотрел на меня.

– Всё хорошо, – тихо говорю я ему, вытирая руки о брюки. Он не обращает на меня внимания, продолжая обмениваться шутками с отцом.

– Я принесла тебе сигареты и наше любимое жареное мясо, – с этими словами мама достала контейнер и положила его себе на колени. Боже, я снова почувствовал себя ребёнком.

– Благодарю, но я уже вдоволь насмотрелся на жареное мясо, – смеётся Дастин, и я толкаю его в плечо. Когда же он уже перестанет говорить об этом? Смерть человека – это всегда ужасно, какой бы она ни была.

– Что? – спросил отец.

– Он просто читает новую книгу, – с улыбкой отвечаю я. – Благодарю вас за ваше внимание, но, думаю, нам уже пора идти.

– Хорошо, я вас очень люблю, – с легкой растерянностью в голосе произносит мама, наклоняясь, чтобы поцеловать нас.

– И мы вас, – встаёт мой брат и тянет меня за локоть. Иногда мне кажется, что это его глупая привычка.

Мы попрощались с родителями и начали подниматься обратно. Дастин остался на месте, чтобы попробовать новые сигареты, а я пошёл дальше, чтобы не чувствовать едкий запах дыма.

Всё, что произошло со мной и другими, вызывает у меня сильное беспокойство. Я не знаю, как реагировать, когда вижу мистера Паркмента, Ерлин и теперь Арни, который, кажется, страдает от тех же пыток, что и Карен.

Мне хочется узнать, что же сделала эта бедная женщина, чтобы заслужить такую жестокую смерть. Вряд ли она согласилась на все эти эксперименты добровольно. Но если я снова предложу обыскать кабинет старика, мы можем попасться, и на этот раз нам не избежать наказания. Я даже представить себе боюсь, какие пытки они придумают для каждого из нас.

Когда я видел свою маму в слезах и безразличие на лице отца, которому, казалось, надоели эти постоянные встречи с нами, перспектива отдать свои органы мне не понравилась. Нужно ещё раз подумать об этом.

Я выхожу из своей палаты и направляюсь в холл. Там я снова вижу нашу парочку, но на этот раз они не целуются и не лежат в обнимку на диване. Они почему-то ругаются, и с каждым разом их голоса становятся всё громче.

Я решаю не вмешиваться и сажусь чуть дальше, но мне всё равно хорошо видно их. Иногда мне бывает интересно послушать, из-за чего можно ссориться, находясь в больнице. Удивительно, как они находят темы для конфликтов? Необычная пара.

Арни всё ещё нет, возможно, он спит или, как это часто бывает после времени посещений, ходит по палатам в поисках чего-нибудь вкусного, чтобы поделиться с нами вечером. Удивительно, но раньше я с радостью ждал вечера, а теперь они стали казаться мне такими унылыми, грустными и скучными. Возможно, это связано с появлением новенькой? Проблемы начали возникать так же неожиданно, как и она.

– Ты эгоист! – неожиданно раздался резкий крик Лии, вырвав меня из размышлений. От испуга я подпрыгнул на месте.

– Я эгоист? Ты просто дура! – Дастин толкает её в плечо, и я решаю вмешаться и разнять их, пока эта странная парочка не начала драку.

– Ну всё, хватит! Что на этот раз произошло? Или вы просто решили продолжить утренний спор от скуки? – я ухмыляюсь и удерживаю Лию, которая явно хочет ударить брата.

– Он такой эгоистичный! – снова восклицает она.

– Это я понял, не могла бы ты дать более подробную характеристику? – пытаюсь разрядить обстановку. В нашей непростой ситуации лучше всего сохранять нейтралитет.

– Я хочу, чтобы она ушла, но после того, как мы выясним, что происходит внутри этих стен, кратко говоря, я желаю закончить наше «расследование», – уже спокойно отвечает Дастин.

– Вот поэтому он и эгоист, – продолжает убеждать меня девушка.

– Дастин, это нечестно, – говорю я, защищая Лию. Его поведение действительно вызывает недоумение.

– Ой, перестаньте. Вы так же любопытны, как и я, и никому от этого не будет хуже, – он разводит руками и расслабленно опускается в кресло.

Не понимаю, как можно оставлять свою девушку в опасности, где её могут убить в любой момент. У моего брата какая-то странная любовь.

– Ты и сам можешь всё сделать. Просто сообщай мне, когда я буду тебя навещать. Тем более что Кендалл сказал, что сможет забрать меня не раньше чем через неделю. У него много дел, связанных с моей выпиской, – уже более спокойно говорит Коралия, и я отпускаю её. Кажется, она уже не стремится убить моего брата, и мне не придётся прятать труп.

– Ты действительно думаешь, что после того, как выйдешь отсюда, мы будем вместе? – смотрит на нее Дастин.

Какой он идиот. Как можно сказать это ей, если даже она не ушла еще? Мог бы хотя сказать это за день до ее выписки.

– Ты ведь специально её провоцируешь, не так ли? – задаю я вопрос.

– Возможно, мне нравится её выводить, – с улыбкой говорит Дастин и смотрит на Лию, которая подозрительно долго молчит.

– Ты просто невыносимый, Дастин! – воскликнула она, отвесив ему подзатыльник, и обиженно села на диван, сложив руки на груди.

Смотрю на них и не понимаю, зачем я здесь. Давно пора было поговорить с родителями, попросить их дать взятку врачу или хотя бы соврать, что со мной всё в порядке. А потом вернуться домой, побыть с мамой пару дней, снова увидеть её слёзы радости, собрать вещи, взять кредитку и уехать как можно дальше от всего, что произошло со мной в этом городе. Мечты – это всегда так приятно.

– Кстати, куда делся наш наркоман-психопат? – спросил Дастин.

– Не знаю, может быть, кто-то видел его? – спросил я у них. Парень пожал плечами, а Лия по-прежнему хранила молчание, погружённая в свой мир, который был полон обид.

Я откинулся на спинку дивана и прикрыл глаза, с недовольным видом фыркнув. Как же хорошо быть одному! Никто не будет донимать, не будет ругаться и обижаться. За три года мы, кажется, уже пришли в себя, но, похоже, всё ещё остаёмся немного не в себе.

Я смотрел на них и молчал. Они были так горды, что это вызывало у меня раздражение. Среди этого хаоса не хватало Джоанны с её нелепым планом побега. Интересно, о чём она думала, когда озвучивала его? Неужели она надеялась, что мы поддержим её и будем помогать? Никогда и ни за что! Мы, может быть, и больные, но не глупые. Никто не пытался сбежать отсюда, потому что многие понимают, какие последствия это повлечёт за собой. Отговаривать её тоже бесполезно: последние несколько дней она никого не слушает, только требует что-то. А такой расклад меня не устраивает. Я не из тех, кто будет делать всё для человека и терпеть его ужасное отношение и грубое поведение. Кажется, именно такие отношения у меня с Джоанной.

– Где та странная новенькая? – наконец, не выдержал мой гордый брат и решил заговорить.

– Не знаю, возможно, он уже бежит по направлению к городу.

– Она хотя бы понимает, что до города около четырёх миль? – Дастин смеётся над ней, и я вижу, как Лия пытается скрыть улыбку, чтобы выглядеть ещё более обиженной. – Да не переживай, просто посмейся, ничего с тобой не случится, – говорит он, глядя на неё с лёгкой улыбкой, и укоризненно приподнимает бровь.

Девушка сдаётся и, наконец, широко улыбается. Удивительно, как после ссоры они могут так легко смеяться. Мне будет сложно находиться рядом с этой парой. Мы ещё несколько раз обменялись шутками о Джо и ушли на ужин.

Как обычно, нам подали чай, варёную картошку и куски мяса, которые не вызывали аппетита. Арни наконец-то присоединился к нам, на этот раз в нормальном состоянии. Однако он не вспомнил о разговоре, который мы подслушали у запасного выхода. Это насторожило нас, но мы не стали мучить бедного парня. Кто знает, возможно, это и к лучшему. Джоанна так и не появилась на ужине, и мы решили, что она всё-таки сбежала. Я думаю, это хорошо, иначе я бы лично запер её в палате на два дня, пока её мозг не начнёт нормально функционировать.

После ужина мы сидели в холле. Дастин попросил Барри снова включить старый ужастик девяностых годов, и мы устроились на диване. Настроение немного улучшилось, и я перестал думать о плохом. Пара, которая казалась немного не в себе, снова начала болтать, иногда обращаясь ко мне и Арни.

Фильм приближался к своему логическому завершению. Свет в коридорах больницы стал более тусклым, что означало, что время близится к одиннадцати, и Барри скоро придёт, чтобы отправить нас по палатам.

– Мне нужна ваша помощь! – второй раз за день я вздрагиваю от неожиданности, потому что все так любят говорить громко и неожиданно, особенно во время фильма ужасов.

Обернувшись, я вижу Джоанну.

– Мы знаем, ведь ты не просто так лежишь в психиатрической больнице, – говорит Дастин, и Арни с Коралией пытаются сдержать улыбку.

– Помогите мне выбраться отсюда, – с раздражением в голосе просит блондинка.

– Тебе нужно пройти курс лечения, у тебя явно не всё в порядке с головой, – с улыбкой подхватывает Арни, уловив шутливый настрой моего брата.

– Я знала, что так будет, поэтому рассчитываю на тебя, Лестор, и на тебя, Коралия, – произнесла блондинка, указывая на нас пальцем. Я переглянулся с Лией, и мы оба были в недоумении.

– Я лично откручу тебе голову, если что-то случится с Лией и моим братом! – в гневе восклицает Дастин.

– Мне всё равно. Я просто посмотрю и, если понадобится, помогу свернуть тебе голову, – спокойно произносит Арни.

Он явно способствует снижению напряжения.

– Вам не нужно будет делать многое. Лестор откроет ворота и отвлечёт Барри, а Лия поможет с Ерлин и с камерой на главном входе, – объясняет свой план Джо.

Я снова смотрю на Коралию, пытаясь понять, принимает ли она условия девушки или просто ищет способ мягко отказать ей. Удивительно, что я вообще слушаю эти разговоры и всё ещё сомневаюсь, стоит ли помогать ей. Я начинаю немного нервничать и замечаю, что от волнения пытаюсь разгладить помявшуюся футболку.

– Итак? – Джоанна выпрямляется и ждёт.

– Я повторяю: если ты втянешь их в неприятности, твоя голова будет висеть у меня в палате, – повторяет мой брат, грозно глядя на блондинку. Она лишь закатывает глаза и отворачивается.

– Ладно, – наконец соглашается Лия. – Но если из-за этого меня не выпишут, я лично тебя сдам, – она указывает на блондинку и, поправив брюки, разминается.

– Отлично, Лестор?

Она смотрит на меня, и я понимаю, что если они останутся наедине, то непременно возникнут проблемы. Я вытираю руки о брюки, несколько раз глубоко вздыхаю и оглядываю комнату.

– Я согласен, – сдаюсь.

– Нам всем придётся участвовать в этом, – сердится Дастин. – Потому что вы не справитесь, и мне придётся спасать ваши задницы.

Мы поворачиваемся и смотрим на Арни. Если все почти пришли к согласию, то зачем ему оставаться в стороне?

– Давайте я просто тут посижу, если кто-то спросит про вас, что-нибудь наплету и всё, – закрывает глаза парень и ложится на диван.

– Да, конечно, вы пойдете с Лестором, – распоряжается Дастин. – А я пока договорюсь с Барри о том, чтобы мы посмотрели ещё один фильм, – добавляет он и уходит.

Джоанна смотрит в окно и ждёт возвращения моего брата, чтобы начать действовать. Арни всё ещё лежит на диване, притворяясь спящим. Интересно, во что же мы ввязались?

Дастин возвращается с кассетой, включает её и поворачивается к нам.

– Моя работа закончена, кто следующий? – спросил он, взглянув на Джо.

Она не говорит, и мы все ждем. Я все еще надеюсь, что она изменит свое решение.

– Необходимо отвлечь Барри и Ерлин, чтобы они не услышали, как я спускаюсь, и не узнали от других, что я сбежала, – она направляется к выходу. – Лия, возьми на себя Ерлин и камеру, а Лестор, ты займешься Барри.

– Хорошо, – я подхожу к Арни и резко поднимаю его с дивана. – Ты идёшь со мной.

– Это еще почему?

– Ты хорошо знаешь Барри, – мы подходим к его каморке, и я начинаю беспокоиться.

Никто не сказал ни слова поддержки, и я тоже. Но разве это не признак командного духа? Мы не можем просто так взять и уйти, оставив Джоанну одну после того, как она увидела труп. Разве это нормально – сдаваться прямо перед дверью Барри?

– Доброй ночи, дружище, – не стучась, входит Арни в комнату.

Барри сидел за столом, в наушниках. Мне кажется, он мог бы сидеть так ещё около часа, поэтому не было необходимости его отвлекать.

– Что вам нужно? – он вытащил один наушник, равнодушно посмотрел на нас и снова погрузился в свой телефон.

Мы с блондином обменялись взглядами, и я кивнул ему, чтобы он начал разговор. Интересно, о чём они обычно разговаривают? Или, может быть, они обсуждают свои обычные занятия, когда остаются наедине? Я усмехнулся, представив себе эту картину.

– Второй фильм оказался слишком скучным, да и новенькая начала раздражать. Есть идеи, чем заняться? – спросил Арни, усевшись на кровать и подперев подбородок руками.

Я всё так же стою на своём месте и наблюдаю за ними. Интересно, как обстоят дела у других? Не слышно ни криков, ни шагов. Возможно, они решили пойти спать и не предупредили нас. Или же они втроём решили сбежать, хотя Дастин не настолько эгоистичен, чтобы оставить меня, как бы я его ни раздражал.

– У меня нет ни пива, ни сигарет. Может быть, ты хочешь продолжить нашу игру? – с улыбкой спрашивает Барри.

– Почему бы и нет? Всё же лучше, чем сидеть с ними, – он кивает в мою сторону, и я хмурюсь. Кажется, он забыл, что сейчас мы в одной лодке.

– Лестор? – смотрят они на меня.

– Меня очень раздражают ссоры между моим братом и нашей дорогой Лией, – объясняю я, садясь рядом с Арни.

– Точно, наша малышка уходит же завтра, – улыбается Барри и достает из шкафа карты и пачку сигарет, хотя говорил, что у него их нет.

Я был поражён. Уже завтра? Но как же так? Она же сказала нам, что это займёт как минимум неделю. Или я что-то пропустил?

– Что ты имеешь в виду? Когда они с Дастином ссорились, она сказала, что это будет не раньше, чем через неделю.

– Я не вижу смысла в том, чтобы она оставалась здесь. Мы её выпишем, и она больше не будет считаться пациенткой. Однако Кендалл не сможет её забрать, и ей придётся остаться здесь до его приезда, – говорит Барри, раскладывая карты.

Теперь всё стало более ясно. Разумеется, это замечательная новость, что Лия перестала лечиться. Это говорит о том, что ей оказали помощь и помогли избавиться от угнетающих мыслей. Ей внушили, что её прошлая жизнь закончилась, и не стоит грустить по ней, а нужно жить настоящим. Не нужно слушать других, следовать их советам и зависеть от их мнения. Я искренне рад за Лию, она смогла стать сильной, а это поистине важное качество для человека.

– Ставишь пачку? – спрашивает Арни и берет свои карты.

– Да, а ты? У тебя вообще есть хоть что-то? – смеется над ним парень.

Кажется, всё идёт хорошо. Барри забыл о других и полностью погрузился в игру в карты с Арни.

****

Парни заканчивали вторую партию, а меня от волнения начала бить дрожь. Я не получал никаких знаков или звуков от Дастина или Лии, которые могли бы дать понять, что я могу уйти спать в свою палату или хотя бы просто покинуть это место.

Мне было неинтересно наблюдать за тем, как они играют, обсуждая какой-то фильм и прошлое Арни, которое, хоть и было немного интересным и в некоторых местах смешным, не вызывало у меня никакого интереса. Я сидел на кровати Барри, прислонившись головой к стене, и мечтал о том, что когда выйду из этой коморки, смогу наконец нормально дышать и не волноваться из-за каждого шороха.

Я встаю и разминаю затекшую спину. Хочу выйти, и парни не обращают на меня внимания. Я спокойно выхожу в коридор и прислушиваюсь, чтобы успокоиться. Тишина.

Прохожу в холл, и там никого нет. Возможно, они забыли обо мне, что совсем не удивляет. Но я решаю проверить последнее место, где могут быть Дастин и Лия. Разворачиваюсь и иду обратно к запасному выходу. Чувствую запах сигарет и понимаю, что кто-то из них точно там. Открываю двери и вижу их вместе. Дастин выпускает дым и обнимает девушку, они оба смотрят в окно.

– Как всё прошло? – спрашиваю я, и они поворачиваются ко мне слишком резко.

Смотрю на девушку и замечаю, что она стоит в слезах, могу предположить, что все пошло не так, как планировалось. Стою на месте и жду их, чтобы мы вышли в холл и все смогли обсудить. Придерживаю дверь для Лии, и она проходит обратно. Дожидаюсь брата и иду наравне с ним в надежде на то, что он уже начнет рассказывать, что происходило, пока я смотрел, как Арни отвлекает Барри и, возможно, отвлекает до сих пор. Но Дастин так и молчит, иногда поглядывая на Лию. Мы прошли на наше любимое место, и Коралия села на диван, обхватывая ноги руками и кладя на них голову.

– Может быть, вы наконец прекратите молчать? – говорю я с раздражением.

– Мы не знаем, где она. Ерлин почувствовала неладное и поспешила на первый этаж. Я не стал рисковать и забрал Лию. Где Джо, нам неизвестно, – ответил брат и, нервничая, уставился в окно.

Я обернулся и взглянул на Коралию. Если прислушаться, то можно было уловить едва слышные всхлипы. Это начало вызывать у меня беспокойство.

– Пожалуйста, перестань плакать, – сказал Дастин, в его голосе слышалось легкое раздражение. Он подошел к девушке, встал позади нее и нежно обнял за плечи, стараясь успокоить ее или, возможно, себя.

Я не совсем понимаю, что произошло, но почему-то подошёл к окну и стал искать кого-то или что-то. Возможно, она успела осуществить свой план.

– Ты опять за своё? – неожиданно громко спросила Лия, и я обернулся.

Она уже стояла на ногах и смотрела на Дастина. Пока я размышлял о Джо, они, кажется, снова нашли повод для ссоры. Дастин выдохнул достаточно громко, чтобы показать, что пытается сохранять спокойствие и не поддаваться эмоциям. Этому его научил мистер Паркмент.

– Я сказал правду, и всё, незачем на меня так кричать, – он пытается говорить сдержанно, но готов поспорить, еще немного, и он разбудит всех в этой больнице своим криком.

– Какую правду? Что Ерлин поймёт, почему я её беспокою в такой поздний час? Что она расскажет обо мне мистеру Паркменту, и я не смогу уйти? Эту правду? – спрашивает она, снова заплакав.

Кажется, Дастин решил быть откровенным и сразу рассказать Лии всё, что думает. Она смотрела на него с ожиданием, а я уже чувствовал, как нарастает его гнев. Он сжал руки в кулаки и откинул голову назад, словно вспоминая советы врача о том, как сдержать свои эмоции. Минута тянулась долго и мучительно, но я знал, что Дастин вот-вот взорвётся.

– А я говорил, что это плохая идея! – кричит мой брат на всех нас.

– Да? А что ты тогда нас не остановил и ее от побега, м? Наоборот же, ты первый начал это всё! – кричу на него в ответ, и мы оба слышим плач Лии.

– Вот что ты ревешь? – обнимает ее Дастин.

– Её ведь могут убить, как и Карен, – еле разборчиво и с паузами из-за слёз отвечает девушка.

– Ты сошла с ума! Ты же сама была против этого плана, утверждала, что завтра тебя выпишут, но вместо этого отвлекала Ерлин своими бессмысленными разговорами! – мой брат не сдержался, и я решил вмешаться.

– Замолчи, идиот! Ты находишься в такой же опасности, как и все мы, когда помогали ей. И я тоже, ведь я помогла ей незаметно пробежать по территории, отвлекла Ерлин и подсыпала ей таблетки в чай!

Нет, это уже слишком. Она начала бить его по груди, и я, обхватив её за талию, поднял и отнёс в другой конец комнаты.

– Пожалуйста, успокойтесь! Сейчас самое важное – сохранять спокойствие и верить, что с ней всё будет хорошо, – я все еще держу Лию на руках и смотрю на брата. – Нам нужно забрать Арни, пока он не сказал Барри чего-то лишнего.

– Давайте снова спустимся вниз, – предлагает Дастин. – Но на этот раз давайте сделаем всё тихо и спокойно, без лишних ссор.

Я киваю и отпускаю девушку. Надо позвать Арни и найти Джо. Я внимательно наблюдал за ними, опасаясь ссор или обвинений в адрес друг друга. Однако Коралия, похоже, решила не сближаться с Дастином из-за своей обиды и шла рядом со мной.

Наконец, мы почти дошли до комнаты Барри. Я поднял руку, чтобы постучать, но дверь распахнулась прямо перед моим носом. Я удивленно уставился на Арни, который с улыбкой попрощался с Барри и оттолкнул нас назад, не позволяя пройти внутрь.

– Он в курсе, ему звонила Ерлин, – объясняет Арни.

Я в полном недоумении смотрю на него и осознаю, что никто не останется безнаказанным.

Глава 7

Коралия

Соглашаясь на план Джо, я ожидала многих последствий и, наверное, была к ним готова. Когда я отвлекала Ерлин, я мысленно готовила себя к худшему, но надеялась на лучший исход. И до сих пор не понимаю, всё ли прошло хорошо.

Когда мы рассказали всё Лестору, я снова начала паниковать внутри себя. Я сидела, плакала и, как бы грубо это ни звучало, почти похоронила бедную Джоанну. А потом я начала злиться на неё и проклинать себя за то, что согласилась на такой безумный план. Надо было сначала подумать, а потом говорить, но у меня опять всё получилось наоборот.

Когда Лестор и Арни ушли, девушка объяснила мне, как я должна помочь. Мне нужно было прийти в кабинет Ерлин с унылым видом и начать с ней разговор, придумать какую-нибудь проблему, чтобы она заинтересовалась. В это время Джоанна должна была пробраться на первый этаж.

Самой сложной частью было пройти мимо охранника. Если бы он заметил Джоанну, то передал бы информацию Ерлин, которая всегда оставалась на ночь и играла важную роль на нашем этаже вместе с мистером Паркментом. Чтобы избежать звонка к ней, Джо передала мне свои таблетки. Я должна была подмешать их в чай медсестры и усыпить её. Я справилась с этим менее чем за пятнадцать минут. Медсестра оказалась очень коммуникабельной, и я быстро нашла с ней общий язык, несмотря на разницу в возрасте. Однако есть одно большое «но»: мы не знали, что в тот день на посту было двое охранников, и это нас подвело.

Мы с Дастином ушли, когда двери были открыты, и Джоанна выбежала. Когда мы стали подниматься обратно к себе, навстречу нам шёл мужчина в форме. Я сразу поняла, что её поймают. Мы не знали, расскажет ли про нас первый охранник, если вообще запомнил. Этот момент мы не обсуждали с Дастином, просто молча шли обратно. Он был зол, и я на нервах.

После слов Арни о том, что Барри знает о всех событиях, которые происходили за его спиной, мне стало очень стыдно за своё поведение. Я хотела бы соврать ему, что не имею к этому отношения, или сбежать и притвориться спящей.

В течение нескольких лет Барри заменял мне брата. Он даже шутил, спускаясь в день посещения, если Кендалл не успевал приехать вовремя. А теперь я одним своим поступком разрушила его доверие ко мне, как, впрочем, и доверие всех остальных. Чёртова Джоанна!

Мы следовали за Арни, и никто не произносил ни слова. Я шла рядом с Лестором, почти наступая парню на пятки. Я смотрела себе под ноги и надеялась, что они пройдут мимо моей палаты, и я смогу забежать туда и лечь спать, как будто меня с ними и не было. Но они направлялись в холл, а до моей палаты было ещё далеко, поэтому мне пришлось идти за ними. Арни сел на диван, а точнее, лёг, и посмотрел на нас.

– Доигрались? – спокойным тоном спрашивает он.

– Мы ни в чём не виноваты, никто не сможет доказать, что мы помогали ей, – отвечает Дастин.

Я осознаю, что он во многом прав, но это не делает моё беспокойство менее острым.

– Делайте что хотите, я занимался своими делами, как обычно: играл в карты с Барри, – говорит он, закрывая глаза и перебирая пальцами подушку. Удивительно, насколько спокойным может быть Арни. Мне бы не помешали такие же способности сохранять спокойствие в любой ситуации.

Я услышала, как Барри закрывает свою комнату на ключ, и его шаги стали приближаться. Инстинкт самосохранения словно сработал, и я спряталась за спину Лестора, который, к счастью, всё ещё был рядом. Я отошла чуть дальше и встала так же, как и он, чтобы меня не заметили.

– Я не знаю, кто из вас что натворил, но не надейтесь, что я оставлю это без внимания, – сурово говорит он, приближаясь к нам. – Лия, я вижу тебя.

Я зажмурилась от страха и почувствовала, что Лестор отошёл от меня. Предатель. Открыв глаза, я увидела, что все с интересом смотрят на меня, а Дастин и Арни едва сдерживают улыбки.

– Привет, – нервно улыбаюсь ему, и он ухмыляется.

– Завтра жду всех у себя. Разговор будет с каждым, – произносит он и направляется к лестнице.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.