Айрин Лакс
Развод. Последняя измена

Глава 1

Инесса

Муж снова задерживается. В последнее время все чаще.

Ужин, приготовленный моими руками, давно лежит в мусорном ведре, свечи оплыли, вино… Делаю глоток, поставила большой бокал на тумбу. Платье измято, прическа – дрянь, и настроение – на нуле.

Первый час ночи!

Психую, потому что мужа нет, а потом на телефон приходит видео из клуба, где мой Вит празднует.

Ох, как празднует. У него на коленях девушка выплясывает, эротично трется бедрами о его ширинку, а потом… она запускает руку под маечку и срывает ее с себя.

Восторженные улюлюканья.

Даже я по эту сторону ахаю: вот это сиськи! И эти сиськи с торчащими сосками прямо сейчас трутся возле лица моего мужа? Или уже потерлись хорошенько, и мне прислали лишь кусочек?!

Номер неизвестен.

Но отправитель набирает сообщение.

«Ты ему не пара. Ты скучная и серая. Уходи по-хорошему!» – появляется надпись.

Нормально так!

Его шалавы мне уже и написывать начали.

Так.

С меня… хватит!

Когда я начинала встречаться со знаменитым гонщиком, даже предположить не могла, каким адом обернется совместная жизнь со звездой и любимцем светских хроник.

Каждый шаг, каждый чих выставлен на всеобщее обозрение.

Сколько раз я видела громкие заголовки:

«У Головина новая пассия. Супруга из Гнилево получила отставку!»

И не надоело же им приплетать ко мне название деревни, откуда родом мои родители. Прицепилось ко мне после неудачного интервью. Тогда на вопрос, откуда родом моя семья, я без задних мыслей назвала деревню, и понеслось… Теперь что бы я ни сделала, приписка «супруга из Гнилево» стала моей вечной спутницей!

Постоянные ссоры, скандалы, ревность выжгли меня дотла.

И если в те разы, я понимала, что писаки лишь делают себе кассу громкими заголовками, под которыми ничего нет, то сейчас я десять раз подряд пересмотрела видео.

Та самая футболка, которую он надел утром, два браслета на левой руке, часы, хвостики татуировок, выглядывающих из-под рукавов футболки. Это мой муж! Вне всяких сомнений.

Я начинаю звонить – не отвечает!

Звоню его менеджеру, Кириллу. Большой Кир, как называет муж… Тоже не отвечает!

Ааааа… Злость набирает обороты.

Я судорожно мечусь по большому дому, не зная, с чего начать собирать вещи и куда поехать.

На нашу квартиру в городе? Там еще нет мебели, строители заканчивают отделку.

К одной из подруг? К дальним родственникам?

Теперь я жалею, что не взяла свою квартиру в ипотеку… Ведь мне даже уйти некуда, блин! Муж – козел, а я не знаю, в какой угол забиться, чтобы там помирать от боли, ведь я все еще его люблю.

В очередном забеге вдруг слышу тяжелые шаги и грохот ключей о бронзовую подставку в прихожей.

Явился, что ли?

Вылетаю на эмоции, полная возмущения.

– Вит! Ты на время смотрел?

– Тише… Не кричи. Голова раскалывается, – просит он, кутаясь плотнее в просторную толстовку.

На голове – капюшон.

– Нажрался, что ли? Как же режим? Возвращение в форму! – киплю. – Хотя о чем это я? Видела, как ты в форму возвращаешься. Девок пялишь на каждой поверхности.

– Что ты несешь, а? Опять начинаешь. Ин, ты займись чем-нить, а? Второй салон открой, для собачек. Груминг, все дела. Тебе время будет полезным заняться, а не трахать мне мозги. Говорил же, у нас открытие. И ты могла бы пойти. Но ты не захотела.

– Потому что твоя компания – не моя компания. Меня тошнит от обилия твоих фанаток, потока лести и откровенного дерьма. Это все… ненастоящее! Мишура…

– Черт, как меня достало. Ты вышла замуж не за лоха. Прикинь? Ты знала, за кем шла. И теперь мозг выносишь, когда я делаю свою работу? Я. Просто. Делаю. Свою. Работу! Съемки, автограф-сессии, да! Не могу я быть ублюдком и просто сказать «Свалите на хрен, моя жена ревнивая!» Или сказать? И ты снова будешь плакать в углу, увидев заголовки «Супруга Головина из Гнилево закатила ревнивый скандал. Кажется, это конец!»

– Ты… В одном… ты прав! Это конец! Это была твоя последняя измена. С меня хватит.

– Какая измена? О чем ты?!

– Мне твоя шалава прислала, как у тебя на коленях девица выплясывала. С голыми сиськами! На, смотри! – кидаю в сторону мужа телефон.

Вит настолько пьяный… что даже аппарат поймать не смог. Телефон ударяет его в плечо, падает на пол. Муж неловко наклоняетя, как будто боится потерять ось, и долго смотрит в экран.

– Любуешься, да?! – шиплю.

– Это… монтаж. Тут картинка троит. Эта девка у Кирилла была. Мася, давай ты обороты сбавишь, а? Я просто выпил. Без баб… Я завтра дам на экспертизу и тебе расскажут, что и где здесь поправили, ок? Без баб я был. Клянусь! – уверенно заявляет.

Я присматриваюсь внимательнее, на те моменты, которые указывает муж, и понимаю, что изображение реально дергается и как будто съезжает.

Господи.

Горячая волна скользит по телу.

– Без баб?

– Клянусь. Нас просто хотят поссорить. Обними меня, мась. Хреново. Не знаю, что за пойло, но мне хочется проблеваться.

Виталя распахивает объятия, и я послушно в них шагаю, а потом…

Вижу, как из большого кармана толстовки вываливаются женские трусики.

И самое паршивое, что муж этого не замечает.

Да он же в дупель пьяный!

– Без баб, значит. А это что?

– Что? Где?

– Под ногами. Трусики. Женские мятые, трусики! ВИИИИТ! – ору, ударяя его кулаками по груди. – Скотина! Сколько можно?! Сколько можно?!

От него несет чужой туалетной водой, сладкими духами и на горловине толстовки след от помады.

С него явно только что шлюха слезла и привет оставила… в кармане толстовки!

– Хватит с меня. Это была… Твоя последняя измена. Я подаю на развод.

Муж, качнувшись, прижимается к стенеу.

– Плохо мне, мася. Вызови скорую.

– Пусть тебе скорую твои шалавы вызывают! А я ухожу. Ухожу и подаю на развод!

– Ты не уйдешь, потому что ты моя, – он рывком прижимает меня к себе. – И я тебя не отпускаю! – рычит он.

Тело мужа слабеет, наваливается на меня всем весом, и мы…

Падаем.

Глава 2

Инесса

Мне страшно. В муже веса… почти в два раза больше, чем во мне. Он придавил меня своим весом. При падении я ударилась головой о край вешалки, кажется, содрала кожу на голове, там саднит со страшной силой.

Но сильнее всего страх – парализующий, выматывающий страх.

Потому что Вит не движется. Совсем.

И дышит едва слышно.

Его дыхание, как слабый ветерок. Сердце едва постукивает.

– Вит. Вит, вставай! Вит, мне страшно! – плачу.

Под телом мужа горячо, тесно, слезы заползают в уши и щекочут их.

– Ви-и-ит!

Никакой реакции.

Мне с трудом удается сдвинуть его. Поднимаюсь, рыдая, и на четвереньках стою над мужем, пытаясь привести его в чувство. Не отвечает!

– Вит. Вит. Вит… Ты чем там накидался, а? Чем ты накидался?!

Вытираю слезы. Мой телефон. Где мой телефон?

От паники не сразу вспоминаю, куда его положила.

Но когда нахожу, трясущимися пальцами сначала ищу номер Кира, менеджера Виталия, чтобы позвонить ему.

Набирать его номер не приходится. В кармане джинсов муж через ткань появляется светящийся маячок – сигнал, что кто-то звонит.

Кир!

Как раз он… Убью сразу двух зайцев, вызову скорую и уточню, что они там… курили-пили-ели, нюхали! Боже, я не знаю!

– Аллоу… Брат, ты как? Добрался? Ты вообще когда свалил? Я и не заметил. Пропустил самое интересное, тут такая…

– Кир! – обрываю его вальяжный голос. – Это Инесса. Виталий приехал домой и отрубился. Бледный, едва дышит. Без сознания.

– Твою мать.

– Ты был с ним. Говори, что вы курили, а? Или ели… Он точно что-то принял. Что? Я вызову скорую, в больнице должны знать, чтобы…

– Так. Стоп. Стоп. Уже вызвала?! – голос менеджера меняется, становится собранным и деловитым. – Вызвала скорую?

– Нет, только телефон нашла.

– Хорошо, не вызывай.

– Ты охренел, что ли?! Вит без сознания.

– Я в нашу больницу его отвезу… Все, повиси пару сек! Слышишь? Наша быстрее домчит… Обслуживание на уровне. Повиси…

Звонок переходит в режим ожидания. Секунды для меня кажутся пыткой.

Я не могу и одного мгновения провести в бездействии, мне кажется, мы зря теряем время, а я зря слушаю Кирилла. Дурацкая привышла перешла мне от мужа – для него Кирилл царь, бог и отец в одном лице. Кир старше… Намного старше Виталия, он его и вывел в топ гонщиков, убедил спонсоров вложиться в никого неизвестного паренька, сделал его звездой. Виталий рос без отца, и Кир для него стал намного большим, чем просто самый лучший в мире менеджер…

Мы все зовем его на «ты», просто Кирилл.

– Алло. Ты еще тут?

Вздрагиваю от неожиданности.

– Да. Да, конечно!

– Машина скорой от нашей клиники уже мчит по адресу. Я тоже! – голос запыхавшийся. – Главное, помни. Никаких скорых и левых врачей. Никому ни слова. Ясно?!

– Почему нельзя?

– Включи голову, Инесса! – вдруг взрывается Кир и орет на меня, как на дурочку. – Голову свою хорошенькую включи для мыслительных процессов, а не только для того, чтобы улыбаться ею и хорошо выходить на публичных фото! Мы… Мы праздновали открытие школы детского автоспорта. ДЕТСКОГО! Вит – главное действующее лицо… Позвонишь в скорую, о случае передоза они будут обязаны сообщить ментам, а у тех полно крыс и прикормленных сук, которые по крохам собирают инфу. Инфу, понимаешь? Это сразу утечет в массы… – дышит сердито.

До меня доходит.

Да, доходит.

Но я боюсь за жизнь мужа, а скандал кажется пустяком.

Разве жизнь не важнее?!

– И ты хочешь устроить скандал, в центре которого окажется твой муж, накидавшийся наркотой в честь открытия ДЕТСКОЙ автошколы. Подумай! Что ты натворишь, а? У Вита и так сложный период после травмы, он на этой школе душу отвел, а ты его гробить собралась?! Сиди и помалкивай в тряпочку! Жди. Мы уже едем… Живее давай, сопля! – орет, но уже водителю.

Больше всего в криках Кирилла меня ранят даже не оскорбления, а слова «накидавшийся наркотой». Все-таки, наркотой, да?

– Вит… – скулю тихонько, гладя заострившиеся скулы. – Ви-и-и-ит! Ты что творишь, а?

Сижу на полу, раскачиваясь на одном месте, умоляя, чтобы скорая от платной клиники добралась как можно быстрее. Слезы берутся будто бы из ниоткуда и не иссякают, как я ни стараюсь их выплакать, наплывают снова.

Я зря сижу.

Зря жду!

Кирилл, как менеджер, свои цели преследует. Виталя верит ему безоговорочно, а мне… Мне, откровенно говоря, Кирилл никогда не нравился.

Так что я сижу, а?

Скандалы они не хотят устраивать! В пекло ваши скандалы, жизнь важнее.

Я срываюсь с места, к телефону, и в этот миг раздается настойчивый звон дверного звонка и бешеный стук в дверь.

– Инесса!

Голос Кирилла.

Поднимаюсь, вытирая слезы, открываю дверь.

Меня оттесняют в сторону высокие, крепко сложенные мужчины, быстро перетаскивают Виталия на переноску и удаляются бегом.

Кирилл тоже здесь, дышит тяжело, как будто кросс пробежал. Все-таки приехал, одновременно со скорой.

– Погнали, – кивает и протягивает руку, обняв за плечи. – Давай-давай, со мной поедешь!

– Почему не в скорой?

– Ты будешь только мешаться, – обрывает. – Звонила кому-нибудь?

– Нет. Никому. Никому не звонила!

Мы в подъезде, Кирилл ключами закрывает дверь нашей квартиры. Я хлопаю ресницами, поражаясь его скорости. Он снова обнимает меня, за собой тащит.

Сбрасываю его руку, он настойчиво ее возвращает.

Водитель в авто ждал только нашего появления, сразу же срывается с места следом за скорой.

Кирилл говорит мне что-то, продолжая держать душную руку на моем плече. От него дурно пахнет – потом, дымом противным, чрезмерно слащавым одеколоном, хотя такой в моде у многих, но на нем я его просто не выношу.

– Ты поняла? Никаких заявлений и общения с прессой!

– А о жизни Вита ты переживаешь? – взрываюсь я. – Или только о том, как не похоронить новый проект, в который вложено куча бабла?

– Твоего бабла, в том числе. То есть вашего – Вита и твоего. Он же не хотел брачный контракт, значит, все его – твое, и наоборот! – зачем-то поднимает тему имущества Кирилл.

Впрочем, я понимаю, зачем и почему Кирилл поднимает тему имущества. У него все на деньгах завязано. ВСЕ!

– Вита откачают, промоют. Будет, как новенький!

Хоть бы так…

Хоть все обошлось!

Отвернувшись от Кирилла, смотрю в окно, пока не начинает подташнивать от слишком быстро мелькающих огней.

– Скажи, это давно? Давно Вит наркотиками балуется? – срывается с губ вопрос.

Кирилл неопределенно качает головой, а потом я задаю еще один вопрос:

– Мне прислали видео. Вит со шлюхой какой-то. Он сказал, что это монтаж, мол, ты был с ней. Это так?

Глава 3

Инесса

Кир сразу же взвивается.

– Тебе прислали видео? Только видео? Или еще что-то? Ну-ка давай, показывай, что у нас за ситуация нарисовалась!

– Почему сразу так?

У меня все мысли только о жизни Вита, о его здоровье, о нашей семьи. Деньги, статусы, слухи… Сейчас все это далеко-далеко. Живы будем не помрем, да? И для меня сейчас важно сохранить самое-самое, а Кир пытается заставить меня думать трезво, и это так безумно сложно в момент, когда любимому человеку грозит смертельная опасность.

– Девочка моя, – хмыкает Кир покровительственным тоном и качает головой.

Он, в общем-то симпатичный мужчина. Нет, даже не так, он очень красивый мужчина, взрослый, состоявшийся. Но у меня Кирилл вызывает не самые хорошие ощущения.

Возможно, все дело в том, как он активно тянет участвовать Вита в шумихе, быть на виду. Вит слушает его, постоянно повторяет «Если бы не большой Кир, я был никем и звать меня было бы никак».

Это все, конечно, правда, но…

Не нравится он мне, и все тут!

Плюс он из тех, кто молодится постоянно, старается не отставать от тех, кто годится ему в сыновья.

Может быть, это хорошо, в их кругу так и надо – быть в тренде, иначе быстро окажешься за бортом корабля с названием «успех».

Однако я именно сейчас как никогда остро чувствую, насколько далека от всего этого. Просто… безумно далека!

И то, что Кир пытается меня заставить думать иначе – лишнее тому доказательство.

– Нам не нужны грязные слухи и скандалы, связанные с именем Виталия Головина. Если какая-то шмара сбрасывает тебе фото и видео, порочащие честь и имя Виталия, я, как его менеджер, должен об этом знать. Разберусь с этим.

– И с изменой – тоже? Хотя, о чем это я. Уверена, ты этих девок ему сам подсовываешь! – вырывается у меня изо рта.

Кир, расслабленно откинувшиийся на подголовник сиденья, открывает глаза и смотрит на меня, сощурившись.

– Вот какого ты мнения обо мне, значит. Думаешь, я девок пачками под твоего мужа подкладываю, чтобы… чтобы что, Ин? Ты логический ряд продолжи, а? К твоему сведению мне это было бы даже невыгодно, подтирать лужицы, заметать все это! Ты хотя бы немного думай, прежде чем говоришь! – злится он.

– Ты все о выгоде. Ты всегда только о выгоде.

– Я пытаюсь заставить тебя мыслить рационально, а ты вцепилась за какое-то конченное видео с вечеринки и возвела меня в ранг самого отъявленного мерзавца. Я, как никто другой, пекусь о жизни, здоровье и счастье Виталика. Я, блин, много лет жизни положил на его развитие. Думаешь, хотел бы я все просерить, просто подставив под его член тупую дырку? Черт, да мне и стараться не нужно, ему все готовы дать. Но наш паинька верен жене, и я богом клянусь, что видел тысячи провокаций со стороны баб, даже со стороны тех, на кого бы ты никогда в жизни не подумала, но Вит не был замечен в левом сексе. Все. Ты это хотела услышать? Услышала? А теперь, мать твою, покажи, кто пытается нас утопить и давай уже решать это в команде! – командует Кир.

Он смотрит видео несколько долгих секунд, качает головой.

– Ракурс хороший. Обработали неидеально, спешили. Времени было мало. Но для публики сойдет. Это нехорошо. Это очень не-хо-ро-шо.

Кир пересылает себе сообщения.

– Надеюсь, ты ей ничего не отвечала?

– Нет.

– Умница. Сразу сообщай, если еще что-то всплывет. С прессой не общайся, пока я не дам отмашку. И ради всего святого…

– Что?

– Улыбнись, – приподнимает мой подбородок двумя пальцами. – Ты жена чемпиона. Ты жена красивого, успешного и состоятельного мужчины. Бабы за такое глотки порвать готовы. Все будет хорошо, я тебе говорю.

– А что насчет видео?

– Монтаж. Я же сказал, обработали не супер. Эта девочка танцевала со мной.

– Лара знает, как ты развлекаешься? – зачем-то уточняю я, вспоминая жену Кирилла.

– Лара давно не обращает внимания на то, что чья-то вагина трется возле моего члена. Она умная девочка и понимает, в чем соль. Конкуренция бешеная, завистников много. Надо быть крепким тылом, отменным союзником и просто блядски охеренной любовницей, чтобы зацепииться за это место надолго. Спроси, сколько мы в браке и делай выводы, – кивает. – Мы почти приехали.

* * *

Самое сложное было впереди – видеть, как Виталю увозят, каталка с ним скрывается за белоснежными дверьми. Табличка «не входить» мигает, слепит красным.

Плюс надо ждать.

Слоняться по коридору, бесконечно пересматривая наши фото и видео, где мы счастливы. Последняя поездка на Пхукет, много пляжных фото, где бирюзовая гладь моря и белоснежный песок служат холстом для изображения нас – красивых, влюбленных…

Это была первая наша совместная поездка после того, как Виталий оправился от травмы. Он пострадал в автомобильной аварии. Наверное, это насмешка судьбы – гонять на трассе с одуряющей скоростью, ни разу серьезно не вляпаться и… стать жертвой, пьяного водителя. Тот выехал на встречную, в плотном потоке даже свернуть некуда.

Столкновение было почти лоб в лоб.

Пьяный урод погиб на месте, Виталий сильно пострадал, но выжил. Однако из-за травм и реабилитации он пропустил несколько важных заездов и соревнований. Все делают ставки, вернется ли Вит в гонки, но пока все чаще к слову чемпион добавляют «бывший».

* * *

– Ин…

Голос прозвучал, словно шелест. Я поняла, что уснула, и встрепенулась.

Передо мной стояла Лариса, жена Кирилла. Одетая с иголочки, вкусно пахнущая… Она возраста Вита, то есть, на восемь лет старше меня, и на целую тысячу пунктов увереннее в себе.

– Держи, кажется, тебе не помешает, – протянула мне стаканчик с горячим кофе. – Кир сказал, тебе нужна компания. Выдернул с постели.

– Прости…

– Да ладно, – отмахнулась.

– Выглядишь чудесно.

– Это моя работа, – улыбнулась она. – Рассказывай, что у тебя стряслось! – обняла и похлопала по плечам. – Мы же все одна семья. Помнишь?

Я закивала на автомате и тут меня окликнули, разрешили пройти к Виталию в палату..

– Я к нему! – встрепенулась сразу же.

– Хоть в порядок себя приведи, – зевнула Лара. – На голове – птичье гнездо и…

Я ее уже не слушала. Не буду я прихорашиваться, когда Вит пришел в себя и хочет меня видеть. Может быть, у меня есть всего минута, а я… потрачу ее на глупое зеркало!

– Вит! – выдохнула и помчалась к кровати, где он лежал непривычно бледный.

Он попытался улыбнуться, вышло слабо.

– Ты здесь. Как хорошо, – и закрыл глаза.

Меня за эти несколько секунд по всем кругам ада промотало, в себя пришла уже снова в коридоре. Меня попросили выйти.

Увидела? Все, давайте на выход…

– Пойдем, – поманила меня за собой Лара. – У нас с тобой много работы.

– У нас? Работы?

Я словно отупела. Просто не могла смириться с мыслью, что меня куда-то уводят. Я же всем существом хотела остаться здесь, рядом с любимым!

– Да-да, милая, работы. Кир сказал, пока Вит откапывается, ты должна прикрыть его тылы. Вперед, милая, пора оправдывать статус жены…

Глава 4

Инесса

После съемок болит голова и натруженно ноют ноги. Кожа молит об очищении, хочется снять плотный тон, искусно наложенный бронзер, румяна и хайлайтер. Свежий макияж «без макияжа» для съемок чувствуется на коже тяжеловато. Поэтому когда мне дают отмашку, мол, готово, я сразу же тянусь за мицелляркой и начинаю усердно снимать слой за слоем, слой за слоем.

Гора испачканных ватных дисков растет, облегчения во мне становится все больше. Легкие по глоточку пропускают все больше кислорода.

Может быть, все обойдется, думаю я.

Кирилл подтвердил, что это монтаж.

Плюс я сама, просматривая видео на замедленном воспроизведении замечала странности – то кусочек платья будто испарился внезапно, неровно обрезанный, в одном моменте вообще на попе девицы мелькнули мужские пальцы, притом, что обе руки якобы моего Виталия лежали на талии красотки в этот же момент.

Словом, это чертов монтаж!

Наверное, та девка, которая прислала мне видео, хотела заработать.

Или просто поссорить меня с мужем.

Может быть, это одна из его чертовых фанаток, которых, на самом деле, невероятно многое. Они те еще сучки, а хейтерши какие, ужас! В первое время на меня такой поток дерьма лился, я с трудом выдержала. Если бы не поддержка Вита, его любовь, все могло сложиться иначе.

– Оу, а ты уже все? – слышится голос Лары. – Не торопишься макияж стирать?

– Лицо просится на свободу. Теперь еще раз пять умыться, и кожа задышит, – улыбаюсь слабо.

– По съемкам закончили? – интересуется деловито.

– Да.

Сегодня я отрабатывала вместо Виталия, он по плану должен был пожать несколько рук чиновникам помельче, но тоже довольно влиятельным. Вручение памятных презентов, основной «подмаз» и откат они уже получили. Просто несколько фото с людьми в костюмах и в новом учебном центре.

Мы отсняли много материала, записали отрепетированное интервью со мной.

По мнению Кира не стоит останавливать волну хайпа, которая могла бы подняться. Лучше управлять ею, подкинув свою тему для обсуждения.

Кир придумал, якобы Вит упал и получил травму предплечья, находится на лечение. Сначала кто-то якобы со стороны «случайно» вбросит фото, где Вита отвозят в больницу, потом начнут мусолить тему его карьеры и на фоне этого выйдут новости со мной, а потом и фото Вита в больнице. Без травм, но добротно забинтованного…

– Пусть лучше обсасывают, что возвращение Вита к тренировкам и карьере откладывается еще на неопределенный срок, чем хоронят наш проект! – заявил он.

Я не думала, что Виталя будет рад таким обсуждениям. Он вообще очень болезненно переживал вынужденный перерыв в карьере гонщина. Без адреналина и скорости тосковал, сходил с ума, злился, срывался, стал сложным…

Изо всех я старалась быть ему хорошей женой, и поэтому сегодня безропотно делала все, лишь бы не похоронить его карьеру еще больше.

Надеялась, что мы сможем поговорить спокойно, по душам, и выяснить: что, черт побери, у нас в браке творится?

– Если мы закончили, может быть, прогуляемся? Только девочки, – подмигнула Лара.

Наверное, мы с Виталием многим обязаны Киру и Ларисе.

Нет, даже так. Мы реально многим обязаны.

Может быть, именно поэтому я не чувствую тепла в нашей дружбе с Ларой.

Смотрю на часы, прикидываю, успею ли к мужу. Лара понимает направление моих мыслей и закатывает глаза:

– Успеешь еще к своему блядуну ненаглядному.

– Ты что-то об этом знаешь? – спрашиваю я.

– Это была шутка, расслабься! – обнимает меня, щекоча, и обдает роскошным, но тяжелым восточным ароматом парфюма.

* * *

Приезжаем в популярный ресторанчик. Здесь всегда людно и безумно дорого. Блюда оформляют, как произведение искусства.

– Поужинаем, – заявляет Лара. – Сегодня к черту диету, хочу поке из лосося и даже позволю себе десерт!

– А ты?

Скользнув безразличным взглядом по меню, повторила заказ за Ларой. Откровенно говоря, есть не хотелось, но и сидеть за пустой стороной стола было бы некрасиво.

Мы болтаем на общие темы, пока ждем заказ, потом Лара делает несколько фото для профиля. Я решаю забить. Один день без активности ничего не решит, подумаешь.

Но фото про запас все же сделала.

Собираюсь убрать телефон в сумочку, как вдруг вижу уведомление.

Чат с девушкой, которая прислала мне видео, обновился.

Теперь наверху болтается сообщение:

«Твое время прошло. Пакуй вещи, село!»

– Что стряслось? – мгновенно реагирует Лара. – У тебя лицо изменилось.

– Та тварь… Она снова мне пишет.

Пальцы зависают над клавиатурой.

Пульс бьется в висках, кровь шумит в ушах.

Каждый толчок сердца отдается ядовитым болезненным эхом в грудной клетке.

Кир говорил, не отвечать. Сразу сообщать ему, а мне так хочется… написать пару ласковых в ответ!

Во рту пересыхает.

Тем временем приходит еще одно сообщение:

«У него большой и красивый член. Обожаю его сосать»

И фото… обнаженного пресса моего мужа с низко сидящими трусами. Узнаю дорожку из звезд, уходящую под резинку боксеров, и не могу понять, снято ли это на камеру телефона или… что-то другое.

– Покажи! – командует Лара и перегибается, рассматривая послание. – Ни ума, ни фантазии. Перешли Киру и забей.

– Вот так просто?

– Да, так просто, – начинает нанизывать на вилку авокадо, порезанное ломтиками, и выуживает лосося. – А как иначе? Обращать внимание на всю эту шваль? Никаких нервов не хватит. И помни… Конкуренция – жестокая штука. На некоторые косяки мужа можно и нужно закрывать глаза.

– Как на измену? – усмехаюсь.

Лара улыбается.

– Тебя заело, да? Увидела на аватарке сиськи и думаешь, что это шлюха твоего мужа? А между тем это может быть кто угодно. Даже тот папарацци Новиков, редкостный мудак…

– Не напоминай. Он мне столько крови попортил в прошлом.

– Может быть, это и он тебе пишет. Ты, главное, помни, сеть не дает гарантий, что ты общаешься с тем, как представился человек.

Может быть, и так…

Но почему же я не могу успокоиться?!

«Мы завиртились на сайте знакомств. Он сказал, что ты скучная мозгоклюйка…» – вспыхивает новое сообщение в диалоге.

И это…

Это уже звоночек!

В одной из последних ссор Виталей именно так меня и назвал: мозгоклюйка.

Глава 5

Инесса

– Что опять? – ласково интересуется Лара. – У тебя все эмоции на лице.

Да? Наверное, устала. Когда целый день держишь дежурную улыбку, просто не в состоянии потом вот так, наедине с близким человеком держать маску. По крайней мере, я не могу.

Замужем за Виталием третий год, но сегодня будто впервые сталкиваюсь с таким давлением.

Хотя, если быть честной, впервые, да.

Раньше мы всегда были вместе, даже когда случилась беда, у меня и в мыслях не было, что Вит может быть мне не верен, а потом… потом все покатилось вниз.

Снежный ком наших проблем и ссор завис над самым краем пропасти.

Мне кажется, стоит легонько подуть – и все кончится, шар полетит вниз и я вместе с ним…

– Что случилось, не молчи. Мы же подруги, я хочу тебе помочь, вижу, как тебе непросто. Ты еще совсем юная. Я в твои годы ого-го как куролесила и, октровенно говоря, если бы я в то время встретила Кирилла, то не вынесла бы. Хорошо, что мы встретились чуточку позднее, когда я нарастила броню. Солнце мое, послушай опытную тетю Ларису…

Жена Кирилла смеется собственной же шутке первой. Да уж… На тетю Ларису она точно не смахивает! Выглядит потрясающе.

– Чем раньше ты отрастишь панцирь, Ин, тем лучше. А теперь скажи, что у тебя там в телефоне всплыло?

Глотаю вязкую слюну, проталкивая ее глотком воды.

Лара, как всегда, права.

Мне нужно держать себя в руках и меньше реагировать, но как же сложно… У меня нервы взвинчены!

– Она снова написала. Написала о том, как называет меня муж.

– Ого. И как же?

Лара тянется через стол, накрывает мою руку своей поглаживает пальцы. Ее участие сейчас как капелька свободного кислорода.

– Если что-то эксклюзивное, то нужно будет принять меры. И Кириллу переслать не забудь, – добавляет ласково. – Он быстро выведет эту шкуру на чистую воду.

– Мозгоклюйкой. Виталий меня так назвал, когда мы ссорились. Именно это она мне и написала.

В отчаянии переплетаю пальцы, так хочется написать в ответ что-то гадкое, огрызнуться! Понимаю, что собеседник только этого и ждет, с огромным трудом сдерживаюсь.

Услышав мои слова, Лара с досадой трет рот салфеткой и принимается за ужин.

– Инесс, солнце мое, ты же не первый год замужем.

– Третий.

– Ну вот, третий. Давно пора наступить кризису, а Виту тяжело уйти с первых полос. Ему сложно, плюс кризис трех лет в браке наслаиваются друг на друга. В моменты ссор многие мужчины называют своих женщин Мозгоклюйками, в этом нет ничего исключительного!

Вроде бы Лариса говорит все верно, но…

Почему я так переживаю?

Не первый раз мне хейтеры пишут и угрозы даже бывали, но тогда я чувствовала поддержку Вита. Но сейчас ее нет. Мы, мало того, что в ссоре, еще и он куролесит, и я не знаю, как ему помочь.

– Вот если бы Виталя тебя называл как-то по-особенному. Например, «моя бесячая симпа-пуся», и именно об этом тебе и написали, тогда стоило бы дергаться. Сейчас я не вижу смысла психовать. Тот, кто пишет, говорит общими фразами, а фотки могут быть просто заимствованы из интернета и проведены через пару-тройку редакторов, чтобы лишить их лоска, вот и все!

Лара с аппетитом хрустит листьями салата.

– Ешь, не забивай голову чепухой. У тебя завелся личный хейтер, но не впервые же тебе пишут гадости, так?

– Да, – признаю правоту.

Разумеется, я пересылаю все Киру, кое-как ем понемногу и хочу лишь одного – оказаться рядом с мужем и выслушать все то же самое, что говорит Лара, но произнесенное голосом Вита – любимого и дорогого мужчины.

– Тогда почему ты так сильно нервничаешь? – недоумевает она. – Никак не пойму. Или есть другие причины?

– Какие, например?

– Беременность, – предполагает Лариса. – У моей знакомой недавно кардинально изменились вкусы, привычки. Поведение стало невыносимым, но потом выяснилось, что она всего лишь беременна! Ты давно проверялась?

Внутри все холодеет.

Я бы хотела завести ребенка, но Вит говорил, что еще слишком рано. Не так давно у меня была задержка…

Я так хорошо помню то самое утро.

* * *

Вит, как обычно, вернулся после пробежки. Утренние пробежки для него – привычный ритуал, а после того, как Вит стал возвращать форму, он придавал им еще больше внимания.

И бегал дольше.

Значительно дольше, чем разрешал Виталию врач.

Сколько раз я спорила с мужем по этому поводу – все без толку. Он только и говорил: «Мась, без обид, но о спорте ты имеешь весьма посредственное представление! Я чувствую свое тело, свои пределы лучше всяких врачей! Просто не лезь не в свое дело!»

Обидно ли мне было слышать подобное?

Еще как!

До слез, до соплей!

До некрасиво дрожащих губ…

Но психолог предупреждал, что будет непросто, поэтому я старалась поддерживать Вита во всем.

В то утро он, как обычно, отправился на пробежку, моросил легкий дождь. Я с нетерпением ждала возвращения мужа с тренировки, чтобы сообщить ему новость: у меня была задержка. Вит любил секс, я – тоже. Травма ничего не изменила, мы трахались много и часто, даже попробовали несколько новых способов, и они нам обоим понравились.

Презервативы мой муж не любил. Когда я начала с ним встречаться, мы всего пару раз с резинкой трахались. Потом он попробовал меня на член без латекса и долго-долго трахал, доводя до изнеможения. Бурно кончил на грудь, живот, размазал всю сперму и попросил, чтобы гинеколог подобрал мне противозачаточные.

С тех пор я их и пила…

Кажется, не пропускала.

Нет, все же один раз не выпила таблетку вовремя, в утренние часы. После вечеринки, окончившейся для меня слишком поздно, я проспала часы приема препарата, потом закрутилась в рутине – в салоне было много работы..

О таблетках вспомнила лишь вечером, почти ночью, и то лишь совершенно случайно. Спешно приняла препарат…

Вроде бы после одной пропущенной таблетки ничего не должно было случиться, да?

Но у меня цикл сбился!

Задержка в несколько дней…

Я ждала Вита, чтобы сообщить ему. Он задерживался.

Ок, я привыкла, что на пробежке он каждый день задерживался немного дольше, чем в предыдущий день, но все же забеспокоилась, потому что сегодня его задержка побила все рекорды.

Наконец, стукнула входная дверь, он вошел.

Вошел, мокрый, прихрамывая, матерясь, опустился на пуф.

– Вит? Что стряслось?

– Ногу потянул… Пришлось бежать так.

– Зачем?

– Куча народа была на пробежке, соседи, как назло, все повылазили… Не позориться же мне прихрамывая. Сукааа… Ноет как.

– Посиди немного. Давай помогу раздеться? – предложила я.

Врача вызвали на дом, своего.

Наверное, момент был просто неудачный, да?

Вит похромал в душ, я встретила его уже на кухне, когда он пил фреш, обняла со спины, целуя.

– У меня задержка, Вит… – погладила по прессу. – Мы можем стать мамой и папой, – прошептала, прижавшись щекой к широкой спине.

Муж застыл, громко сглотнул и с грохотом опустил стакан на мраморную столешницу.

Стакан пошел трещинами.

– Надеюсь, ты не беременна. Сделай тесты. Немедленно! – потребовал он, отцепив мои руки от пресса.

Тогда тест показал одну уверенную полоску, вторую едва заметную, но сразу же пропавшую.

Осталась одна, отрицательная.

Я была не беременна, просто сбой.

Вит выдохнул с облегчением, а мне стало… обидно, что ли?

* * *

Вопрос Лары напоминает о недавних событиях.

Ощущение, будто мне ковырнули почти засохшую болячку и снова выпустили кровь…

– Я не беременна, – повторяю я.

– Уверенна?

Черт…

Могла ли закрасться ошибка?!

Глава 6

Инесса

– Мой тебе совет. Даже несколько. Первое, на беременность проверься в хорошей клинике. Второе, не ходи к мужу с кислой миной. Даже если его поведение тебя возмущает, даже если ты считаешь его виноватым. Кислая мина – прямой путь к ссоре.

– Вот как?

Я откидываюсь на диване.

– Предлагаешь все спускать ему с рук? Закрывать глаза на измены.

– Ин, измены не было. Это монтаж.

– Но ты не можешь этого знать. Тебя там не было.

– И тебя – тоже. Кстати, почему тебя не было рядом с Витом?

Дышу через раз. Разговор не успокаивает! Напротив, взвинчивает мои бедные нервы.

– Потому что мы поругались. Мне надоело, что он постоянно тусит на вечеринках, вечерах встреч и тому подобное. У нас семейной жизни нет, все напоказ. Я хочу ламповости, уюта в отношениях.

– Ты вышла замуж за звезду, – отрезает Лара.

– Я знаю! Знаю… Так же как знаю, что у нас были дни, когда мы были только вдвоем, вдали от всего! Сейчас этого все меньше и меньше в последнее время только и всего.

– Потому что, милая, Вит еще не вернулся в форму, а чемпионов быстро забывают. История чтит только победителей, и Вит это понимает. Да, крутится на виду, пока есть такая возможность, подогревает интерес к персоне, не дает ему угаснуть целиком. Пойми, это очень важно!

– Понимаю. Лар, не надо делать из меня тпшку капризную. Я все понимаю и во всем Вита поддерживаю, мне и нужно от него всего-то немного времени. Вдвоем. Без звонков, телефонов, без разговоров о работе. Ты знаешь, мы почти не говорим обо мне? Знаешь? Я вообще не помню, когда Вит интересовался мной в последнее время. Как у меня идут дела… Я, блин, буду скоро на показе мод красить девочек Тео Барре, а Вит даже не в курсе. Наверное, пропустил мимо ушей или сделал вид, что не помнит.

– Ты? – удивляется Лара. – Твой салон выиграл? Обалдеть! Поздравляю! Я еще не хотел идти. Разумеется, я буду там!

– Спасибо. Вот даже подруга не в курсе, – усмехаюсь. – Ладно, я все поняла. Есть только Вит и ничего, кроме. Я чувствую себя удобным приложением, но если мужу до этого нет никакого дела, то что говорить об остальных.

– Так перестань быть просто приложением. Хватит его пилить, читать нотации, ныть. Требуй, бери его! Твой же мужик… Просто без мамочкиных интонаций, бери сексуальностью, женственностью, лаской…

Зашибись!

Да меня наизнанку выворачивает от мысли, что у мужа может быть другая. Не плясала у него на коленях та шлюха, о которой говорил Кир, значит, была другая. Стопроцентно, была… И он на это смотрел, был там долго, может быть, и в випку удалился, и…

Меня снова захлестывает удушьем.

Я просто не представляю, как в этой ситуации быть женственной, ласковой кошечкой, когда я чувствую себя злой ведьмой, готовой дать метлой мужу по голове!

– Куда ты? Давай еще посидим! – останавливает меня Лара, увидев, что я начала бросать мелочи в сумочку.

Подруга вскакивает и садится рядом, обняв меня.

– Так никуда не годится. Твое расстроенное лицо способно свести с ума любого! Просто расслабься, Ин. Вит перебрал на вечеринке, но ты же знаешь, он никогда раньше… – понижает голос. – Никогда не баловался ничем. Кир потерял Вита из поля зрения. Черт знает, что и с кем он пил. Муж пытается восстановить, что было. Проверяем все. Подобного больше не повторится. Знаю, ты переживаешь. Но переживать в разнос… не стоит. Сядь, обнимемся. Тетя Лариса на этой почве, знаешь, сколько собак скушала? В большинстве случаев это просто происки завистливых конкурентов и особо беспардонных баб. Но если ты даешь мужчине все, то ему и нафиг никакая баба не нужна станет. В общем, пора тебе разжечь огонь и спалить в нем все недоразумения. Поддержи Вита. Черт побери, в конце концов, он мог выбрать любую, но выбрал именно тебя!

Последние слова Лары – это и есть то, что я хотела услышать. То, что постоянно твержу себе, но как будто недостаточно уверенно.

Но я ведь правда из другого теста, с Витом набралась уверенности в себе. Провинциалка встретила Принца… Похоже на сюжет из сказки. Страшно подумать, я ведь и не узнала его. Боже, да я вообще миром гонок не интересовалась тогда!

* * *

Помню нашу встречу, как вчера.

Я был в центре реабилитации в столице. Крутой центр, куда нашей небогатой семье повезло выиграть направление на реабилитацию младшего братишки Антона. Тошка серьезно повредил позвоночник во время исполнения нового трюка в паркуре. Когда родители подали заявку, ни на что особо не надеялись, но нам повезло: бесплатное лечение досталось именно нам. Отправили Тошку, родители в столице надолго задержаться не смогли: работа, небольшой магазинчик требовали постоянного присутствия. Оставили жить в столице меня, чтобы я навещала Тошку. Дали немного денег, рекомендовали не забывать про брата. Рассчитывали, что я устроюсь, считали активной и пробивной. Да, но… В провинции.

Столица – другое дело.

Большой город меня чуть не слопал.

Закончилось время пребывания на съемной квартире, и пришлось искать другой вариант. Кажется, нашла, и довольно недорого. Мужчина, который показывал мне квартиру, взял денег за три месяца вперед и залог. Только это оказалось ловушкой: квартиру мне «сдал» мошенник. Я поняла это в момент, когда пришли хозяева и неожиданно открыли дверь своим ключом, начали скандалить, вызвали полицию и выяснили нюансы… Оказывается, парень сам снимал квартиру, у него заканчивался срок аренды, и он решил немного подзаработать… Парня не нашли, деньги мне, разумеется, никто не вернул!

Работа приносила сущие копейки, деньги заканчивались…

Я была в раздрае: у родителей просить стыдно, они и так последние копейки выгребли. Навестила Тошку, пыталась не плакать, а потом разревелась в коридоре центра.

Именно тогда ко мне и подошел Виталий…

Очаровал с первых же минут, успокоил, развеселил.

Мы вместе еще раз навестили брата, он от радости онемел на несколько секунд.

В отличии от меня, Тоха гонщика сразу же узнал, не то, что я…

У нас был красивый, стремительный роман.

Не без сложностей, конечно, но… я всегда-всегда верила! Душой, сердцем, телом… Верила Виту.

После его травмы все разладилось, а мои попытки растормошить отношения и сделать, как прежде, приводят лишь к раздражению мужа и нашим ссорам.

* * *

Тем не менее, после встречи с Ларой я все же направляюсь в клинику.

До палаты мужа нужно пройти еще добрую треть коридора, но я вдруг замираю, услышав за одной из дверей довольные постанывания.

Узнаю голос мужа.

– Дааа… Вот так хорошо. Ммм…

Глава 7

Инесса

Мое воображение мгновенно рисует, как кто-то ублажает моего мужа. Ртом. Или верхом на нем подпрыгивает, раскачиваясь вперед и назад, или… Словом, вариантов масса, но во всех я вижу Вита полностью расслабленным и довольным, сытым, а ее – неизвестную шлюшку – мокрой, растрепанной и очень-очень старающейся угодить звезде.

Я ему так сейчас…

Не думая, резко шагаю вперед! Нажимаю на ручку, толкаю дверь, влетая яростно.

Первое, что я вижу – профиль Вита. Глаза расслаблены, голова откинута. Губы выпускают выдохи, иногда он еще потягивает воздух через стиснутые зубы… «Ссссс…»

Потом выдыхает:

– Ааа…

Ругается вполголоса.

Мое зрение ползет пятнами. Картинка разваливается на лоскуты.

Второе, что я замечаю – у него спущены штаны.

Я вижу легкие, хлопчатобумажные штаны, спущенные гармошкой до щиколоток поверх больничных шлепанцев.

Он без штанов, постанывает, и я едва не плачу от злости и разочарования.

Еще девушка – сидит у его ног, спиной ко мне. Ее коротки пушистый хвостик подпрыгивает, и я…

Я не могу смотреть, всхлипываю.

– Как ты мог… Ты…

Изо рта вырывается лишь одно – тыыыыы…

И все, больше ничего!

Горло перехватывает проволокой.

Вит встрепенулся.

– Ин? – уточняет. – Ты бы… дверь закрыла, что ли. Тут процедура.

– Как-к-кая?! Там, где у тебя…

Девушка разворачивается корпусом ко мне, и я узнаю в ней Татьяну – массажистку Виталия.

И еще замечаю то, что мой муж – в трусах.

Он в трусах, а ее рука лежит на бедре мужа, чуть ниже шрама. Это ранение едва не стоило Виту жизни, шрам прячется под трусами, левее пупка на несколько сантиметров.

– Таня? – моргаю.

– Здравствуйте, Инесса, – сухо отвечает она и возвращается к прерванному занятию – разминает мышцы ног.

Я краснею.

Жар стыда заливает меня с головы до ног и обратно. Вит внимательно всматривается в мое лицо и едва заметно качает головой, тяжело вздыхает, переводит взгляд в окно.

Татьяна продолжает свои манипуляции еще несколько минут, потом встает.

– Еще один приступ судорог, и я буду вынуждена рассказать врачу, что вы нарушаете график и увеличиваете нагрузки вне разрешенных пределов. Это вам не шуточки, – скупо отвешивает. – В следующий раз мне не звоните, сразу в больницу.

Она отходит к раковине, тщательно моет руки, перед этим смотрит на меня осуждающе. Она меня с первого же дня невзлюбила. Я тоже не питаю к ней теплых чувств: слышала как-то, что она обо мне говорила в курилке тренировочного центра. Называла тупой куклой, которой Вит сладкую и сытую жизнь преподнес на блюдечке.

Наверное, многие считали так, как она.

Но когда я услышала это своими ушами, мне было очень горько и неприятно слышать столько желчной ненависти от человека, которому я, клянусь богом, не сделала ничего дурного!

Просто жизнь – такая штука. Иногда сам факт твоего существования бесит кого-то до невозможности. Близкого или не очень, или безумно далекого незнакомца…

– Всего хорошего!

Собрав свою сумку, Татьяна покидает кабинет. Вит уже натянул штаны. Я несмело к нему подхожу, смаргивая глупые слезы.

– Привет.

Стою, замерев без движения. В глазах Вита столько всего, я не успеваю разобрать, он распахивает объятия.

– Привет, мась. Я скучал.

Моя выдержка рушится. Падаю к нему в объятия, такие родные, горячие, знакомые. Он меня обнимает и трется щетиной о волосы.

– Я скучал… – повторяет глухо. – Я так скучал!

– Мы немного расстались, ты чего? – спрашиваю его и плачу, плачу, гладя небритые щеки.

– Нет. Я… У меня была остановка сердца. Только молчи. Слышишь? Я с тобой. Там тебя не было, и мне стало страшно.

Я снова плачу, теперь уже не сдерживаясь, смывая слезами страхи и сомнения. Вит обнимает все крепче и крепче, потом сминает пальцами мои скулы и врывается в рот глубоким, взрослым поцелуем.

Я отвечаю ему не менее страстно, взахлеб, стону от того, как его пальцы хлопают по попе, сминают ягодицы, подталкивая вперед, ближе. Оооо… С ума сойти, какой напор, бешеная страсть захлестывает.

– Вит… Вит, сюда войти могут, – бессвязно стону в его рот. – И ты даже не представляешь, как там в коридоре все хорошо слышно.

– Да?

– Да.

– Плевать! – и новый поцелуй запускает опасную реакцию в моем организме.

С ума схожу, когда его пальцы ныряют под юбку, крадутся под ластовицу белья, ставшего влажным. Резкое движение между набухших половых губок, отверстие сочится влагой.

– Хочу… Хочу тебя… – барабанит своим языком об мой.

– Вит…

– Давай, мась.

– Ты же…

– Я таким живым и голодным себя еще никогда не чувствовал, я… Я вообще из больницы хотел уйти, когда судорогой скрутило. Оооо… Иди ко мне… Ты жутко мокрая, давай!

Немного сдвинув тонкие штаны с трусами, тянет на себя и натягивает на колом стоящий член.

Я глушу в себе крик протеста и одновременно горячего удовольствия, когда его эрекция разом входит в меня. Трусы, сдвинутые в сторону, немного натирают кожу.

Вит расслабленно откидывается на кресле и крепко обхватывает меня за ягодицы.

– Теперь трахни меня. Мои силы на дне…

А член внутри – горячий, толстый, пульсирующий.

– Я быстро, мась… На пределе. Давай! – просит он, немного двинув бедра.

Бледный, глаза еще воспаленный и какой горячий, жадный, нетерпеливый.

Его слова обо мне подстегивает и, оглянувшись один раз на дверь, я начинаю двигаться. Склонившись над мужем, обхватывая его рот, постанывая в приглушенном поцелуе.

– Моя девочка. Мася… Хорошая… Хорошая плохая девочка… – едва разбираю глухой рокот. – Трахай меня. Бери… Быстрее…

Наш секс едва ли длится несколько минут. С такой скоростью мы еще никогда не трахались. Так остервенело и жестко не вбивались, стараясь не шуметь, но… шумели точно!

Он кончает в меня, я стискиваю его изо всех сил, испытываю двойной оргазм от того, как он искренне кайфует, не сдерживая своего наслаждения. Потом он смотрит мне в глаза и заявляет.

– Я тебя люблю… – целует. – Господи, как же я тебя люблю. Ты мое… Мое. Абсолютно мое. Моя…

Новые искорки удовольствия запущены под кожу.

Целуемся, шутим. Вит много меня обнимает, нежно, говорит красивые слова. Купаюсь в его любви и меня совершенно не парит взгляды медсестры, которая явно ждала в коридоре, пока мы закончим.

Говорим обо всем.

Вит клянется, что в клубе ничего не было, и я ему верю. Верю во всем, и с гордостью рассказываю ему, какой хорошей и исполнительной женой я сегодня была.

– Ты моя умница. Я даже не представлял, какое это счастье – быть твоим мужем! – говорит он.

В больнице Виту предстоит находиться еще сутки, как минимум. Говорит, его почистили до скрипа… Уходит в душ, и я жду его возвращения с улыбкой на лице, а потом…

Потом замечаю его телефон. Кто-то сыплет сообщениями.

Всплывает последнее: «В смысле, это был последний раз?!»

И следом – звонок…

С того же номера.

Глава 8

Инесса

Если делать все, как мне велел Кир или советовала Лара, мне не следовало поднимать трубку.

Надо спокойно возвращения Вита из душа дождаться и только потом сказать: «Тебе тут какая-то шалава написала. Номер никак не обозначен. Не вспомнишь, случайно, кто это такая? И о чем она говорит?»

Но стоит мне это представить, как пальцы рук потряхивает!

Поэтому я беру телефон.

Губы разом обносит сухостью, как будто налетел пустынный ветер и закинул в рот горсть песка.

Пальцы дрожат, мокрые такие, скользкие. Пот по вискам.

Я как будто в бане. Но внутри все-все застыло, покрыто корочкой льда.

Нажимаю ответить, подношу телефон к уху.

– Ты охренел, бросаешь меня? Это ты шалавам одноразовым такое говори, не мне, понял?! – выдает женский голос с претензией. – Меня никто не бросал, и ты – тоже не бросишь! Или рассказать о нас?

Мир перед моими глазами начинает вращаться, водоворотом сжимаясь до размеров черной точки. Она живая и пульсирует в такт моему ускорившемуся сердцебиению.

Стены сжимаются узким лабиринтом вокруг меня, стискивают до тошноты. Я с трудом сдерживаю порыв.

– Ты кто? – хватает сил спросить.

– А? – переспрашивает и сдавленно добавляет. – Извините. Ой… – блеет. – Я парню своему позвонила. На 921 номер заканчивается… Боже. Боже, простите! Я номер ошиблась. Вместо двойки пятерку нажала. Простите, пожалуйста, так неловко вышло! – и сбрасывает.

Я стою, сжимая телефон в кулаке, внутри такое чувство, полное недоверия.

Из комнаты с душем выходит Вит, в одном полотенце, низко сидящем на узких, спортивных бедрах. По обнаженной груди и прекрасному торсу стекают капли воды. У него отличное настроение, он себе под нос песенки напевает и вытирает голову полотенцем поменьше.

Муж складывает полотенце жгутом и перебрасывает его через шею.

– Ин? Ты чего такая хмурая? Что случилось?

Взгляд мужа медленно крадется по мне и вспыхивает, остановившись на телефоне у меня в кулаке. Я бросаю его в сторону обманщика.

– Держи. Твоя шлюха не в восторге, что ты ее кинул.

Он ловит телефон немного неловко, лицо мрачнеет. По нему проносится тень, губы сердито поджимаются вверх. Глаза принимают странное выражение.

– Ты опять? Чудится, Ин? Все же на лад пошло! Вот чего ты опять начинаешь?

– На лад кое-что пошло, да. То, как Киру успешно удается тебя отмазывать от скандала с наркотиками и шлюхами. А чего они тебе на основной телефон пишут? Заведи тайный телефон. Мне так будет проще делать вид, будто я ничего не замечаю!

– Что ты несешь?!

Муж возмущенно отбрасывает полотенце в сторону, я немного завороженно на него смотрю, понимая, что его усилия не проходят даром: сейчас он сложен прекрасно. Каждая мышца вылеплена и доведена до совершенства, четко перекатывается под смуглой кожей. Совсем недавно мы занимались сексом, мое тело еще помнит жадные, торопливые ласки!

Но я заставляю себя отвести взгляд в сторону.

– Я так больше не могу, Вит.

– Не можешь – что?! – сердито натягивает трусы. – Или ты просто ищешь предлог, чтобы расстаться? Надоело быть замужем за неудачником?!

Мне приходится снова посмотреть в его сторону и дать себе несколько секунд на переосмысление услышанного.

– Как тебе в голову могло прийти такое?! Что за чушь ты несешь! Я люблю тебя, я… я тобой горжусь, я все… все для тебя. На все забила. На все свои мысли, желания. Все! Все только так, как ты хочешь…

– О да, я тиран и подмял тебя под себя. Так, что ли?!

– Не передергивай, Вит. Тебе написала. Написала эта девушка!

– О… И что же она написала?!

Муж, в одних трусах, подходит ко мне и становится рядом.

– Давай посмотрим. Переписка. Номер мне незнаком. Так… «В смысле, это был последний раз?!» – читает вслух и открывает чат. – Пусто, мась. Ты понимаешь, а? Тут, блин, пусто! Это сообщение, отправленное с незнакомого номера, единственное! Как ты это объяснишь? КАК?!

– Ты… Ты чистишь переписки.

– Супер. А почему я тогда номер не сохранил. Как-нибудь… Типа «Паша Доставка»?! Почему?!

– Чтобы не вызывать подозрений.

– У тебя паранойя, – рычит муж. – Ты меня заколебала своей ревностью необоснованной.

Лицо полыхает.

От слез горчит во рту. Я так не люблю ссориться, ругаться по пустякам. Раньше вообще не могла ссориться с Витом, сразу уходила в себя, плакала. Но сейчас я уже не так девчонка, у которой глаза на мокром месте и язык вечно завязан узлом.

Глаза до сих пор мокнут от малейшей ссоры, но говорить я точно научилась и сейчас мне есть что сказать.

– Необоснованная ревность. А тебе не кажется, Вит… Тебе не кажется, что слишком много поводов для необоснованной ревности в последнее время? Сначала ты пришел… обдолбанный, – шиплю. – В помаде, с грязными трусами в кармане, потом видео вылезло. Допустим, видео – монтаж. Но откуда трусы, помада?! Откуда они, Вит?! А потом вдруг кто-то тебе пишет и, конечно, снова повода нет, да? Вот только эта девушка не только написала!

– Что?! – лицо мужа мрачнеет.

– Она позвонила, я ответила. Ее сразу понесло в ругань из-за расставания. Когда я спросила, кто она такая, девица сразу заблеяла, как овца, что-то говорила про перепутанный номер!

– Давай перезвоним! – предлагает Вит.

– На громкую поставь, – требую я, ходя вперед и назад, как тигр в клетке.

– Само собой, – огрызается.

В глазах Вита обида, боль и возмущение.

– Ты говорил, у тебя сердце не билось, а потом что-то обо мне… Просто красивые слова? – выдыхаю горько, пока идут гудки.

Он вздрагивает, будто мои слова ударили его кнутом.

– Как ты можешь говорить такое? Я тебе открылся… Это реально, – хрипло шепчет едва слышно. – Не веришь? У врачей спроси… Если ты мне не веришь…

Он молчит, будто слов подобрать не может.

Мне больно от того, что я в этот момент ему не верю!

Но нет во мне слепой веры.

Гудки обрываются.

– Алло? – тот самый женский голос.

– Вы только что позвонили на мой номер и несли чушь! – агрессивно рявкает Виталий. – В голову не приходило сначала посмотреть, на какой номер смски отправляете и названиваете.

– Я же извинилась.

– Представьте, иногда этого мало. Дура, весь день обосрала! – грубит Вит. – Извиняйся теперь перед моей женой как-нибудь… реалистичнее, черт! – выдыхает и трет лоб свободной рукой.

Глава 9

Инесса

Девица блеет что-то едва вразумительное.

– Хотите, я вину заглажу? Может быть, вашей жене послать букет? У меня просто тоже день… дерьмовый! – всхлипывает. – Парень бросил, номер сменил, и я на его новый номер писала. Одной цифрой ошиблась, не думала, что так выйдет! Простите!

Вит хмуро бросает на меня взгляд.

– Думаю, хватит. Мой вам совет, если вас парень бросил, бегать за ним не стоит. Всего хорошего.

Вит сбрасывает звонок и смотрит на меня с обвинением во взгляде.

Муж молчит.

Тишина длится, наверное, минуту, пока у меня в ушах не начало звенеть.

Обессиленная, опускаюсь на кресло.

Меня будто выжали…

Меня вся эта ситуация выжимает, выпивает до дна. Ресурсов ни на что не остается.

Один пепел и зола…

Плюс слова Вита, реакция девушки.

Этот диалог…

Вит очень правильно начал говорить – четко. Словно инструкции раздавал, проносится мысль.

Она настолько ужасная и пронизывает до самого нутра, что я даже боюсь подумать о ней как следует. Иначе… это все… да?

Финал?

У нашей сказки не будет «долго и счастливо»?

Но как же его эмоции, слова. Когда Вит сказал, что когда его сердце остановилось, он думал обо мне, возникло впечатление, будто он до самого моего сердца своим дотянулся и прикоснулся.

Я ему поверила, даже могла сказать уверенно, что в этот момент он мне не врал. Но сейчас – что? Верю? Нет? Все так запутано!

– Это было недоразумение. Но благодаря ему я узнал, что ты мне совсем не доверяешь, – заявляет Вит.

– Слишком много совпадений, – повторяю я. – Вит… Слишком много!

– И все как раз началось перед открытием нашего центра. Мась, меня выкинуть пытаются. Репутацию испортить! Были разного рода сложности еще на стадии проекта, помнишь? Я же тебе рассказывал, всем делился.

Киваю. Да, помню.

– Нам палки в колеса вставляли, но проект выдержал и бомбанул! Плюс я форму наращиваю и могу вернуться в гонки. Думаешь, тем, кто на мое место нацелился, это по вкусу? Головин рвет топы. Все… Честно выбить из-под ног почву они не могут, в ход пошли грязные методы. Мась…

Вит выдыхает.

– Я на трамплине перед прыжком. Пожалуйста, не угробь мой взлет напрасными подозрениями.

Вот и весь разговор.

Не угробь меня, просит он.

А как же я? Мне нервы вытрепали эти неурядицы.

Я едва нахожу в себе силы не скатиться в истерику. Или силы уже все, исчерпаны? Наверное, поэтому я так реагирую.

Да, я устала. Вымотана!

Попробуйте вынести бзыки мужчины, который шел только вперед, брал высоту за высотой, а потом вдруг свалился с пьедестала и даже, прости, задницу себе некоторое время не мог подтереть! Утки за ним выносить приходилось и терпеть его дурное настроение по этому поводу.

А сколько раз он рвался на тренировки? Рвался и срывался. Сколько скандалов, мелких ошибок, осечек, травм… Сколько слез я выплакала, и нельзя это показывать. Нельзя!

Кир как-то пьяно заявил: «Надо жить по принципу: нас ебут, а мы крепчаем. Это гонка не на скорость, Ин. На выносливость. Понимаешь? Вит – скорость, драйв. Ты – крепкий, надежный тыл. Так и должно быть!»

Тогда он, конечно, задвинул мне про житейскую философию, но я в его пьяные бредни не вникала. Мне тогда вообще показалось, будто он ко мне клеится, потому что повис на плечах, дышал перегаром и не отлипал, еще на танцы позвал. А Вит? Где был в это время Вит? С телефоном вышел, его кто-то поздравлял. Кажется, школьный друг, живет в другом часовом поясе, с колоссальной разницей.

– Мась… Мась, послушай.

Вит присаживается на корточки передо мной, согревает руки между своих ладоней.

– Верь мне. Слышишь? Я люблю тебя. Очень. Я тебя… Люблю. Ты нужна мне. Именно сейчас. Как никогда раньше. Знаю, тяжело. Напряжение колоссальное. Но не ведись ты на эти тупые разводы. Поговори со мной.

– Хорошо. Давай поговорим. Что было на вечеринке?

– Да ничего.

Вит опускает взгляд, начиная разглядывать мой маникюр и целует пальцы.

– Ты врешь, – говорю я. – Вот сейчас ты… мне точно врешь.

– Я не трахался ни с кем, – поднимает лучистый взгляд. – Клянусь, ни с кем! Толстовка с трусами, за которую ты меня отругала, не моя. Я схватил чью-то, они даже похожи. Понимаешь?

– Допустим… – тру лоб.

Да, толстовку я не помню в деталях, но у Вита их куча, всюду разбросаны. Я еще и не собиралась ее оставлять, рассматривать. Швырнула в мусорный пакет, на выброс.

– Все же что-то было, да?

– Я не трахался. Ни скем.

– Но?!

– Ты как гестапо, – выдыхает. – Мы смотрели приват.

Я вскипаю, вскочив, шлепаю мужа по щеке ладонью, но пощечина не достигает цели.

– Мы смотрели приват. Это было в середине вечера. Две горячие, гибкие танцовщицы в випке. Смелые, откровенные. Даже слишком… Понимаешь, о чем я? Я не любитель смотреть, как две девушки друг друга ласкают, но Кир и пару человек остались. Посмотреть и… присоединиться.

Фу.

То есть там целая оргия была.

Я даже думать не хочу и представлять, кто, куда и как… Впятером… Все вместе или по очереди, или как-то еще. Вариаций пошлости много!

– Такие развлечения не для меня. Я вернулся в клуб, пил, общался, танцевал немного. Снова пил… Потом меня стало накрывать, и я уехал. Едва соображал. Все. Клянусь… Если хочешь меня поругать, можешь поругать за то, как я смотрел стриптиз.

В горле пересыхает. Жизнь жены звезды с изнанки совсем не такая радужная и красивая, как в глянце. Выслушивать такое…

– Спасибо, что хоть не заставил меня смотреть. Ноги моей больше на твоих вечеринках не будет.

– Ин… Ты меня не слышишь, да? Говорю же, это не для меня. Я ни разу не принимал участие в подобном.

Мне так противно, что меня несет!

– Еще не все потеряно, какие твои годы? Успеешь!

– Услышь меня… – рявкает. – Услышь! Прошу!

– Если я тебе мешаю, то надо с этим что-то делать. Больше… Больше не придется отказываться смотреть на групповушку или отказываться принимать в ней участие!

– На что ты намекаешь? – вытягивается его лицо.

– Я подумываю о разводе, Вит.

Глава 10

Инесса

– Ты опять. Заладила. Скажи, у тебя кто-то появился? – мрачнеет Вит. – Кто-то успешнее меня?!

Опять он повторяет эту фразу, про успех: его словно зомбировали!

– У меня никого нет, а насчет тебя… Я не уверена.

Отхожу от мужа на метр и опускаюсь в кресло.

– Я устала, Вит. Я так устала, ты и представить себе не можешь. Пытаюсь до тебя достучаться, но не могу. Может быть, ты хочешь такой брак, как у Кира? – спрашиваю без смеха.

– Причем тут это?

– Не знаю, – пожимаю плечами. – Просто в голову пришло. Знаешь, они старше нас, давно в браке, но у них нет детей. Они красивая, эффектная пара, но… холодная. Чужая, – силюсь подобрать слова. – Сегодня Лара битый час в ресторане меня уговаривала, что нужно быть мудрее, терпеливее и не выносить мозг мужу. Я еще подумала, что зерно истины в этом есть, а теперь…

Я вытираю слезы, они продолжают бежать по лицу.

– Теперь вываливаются все новые и новые подробности, и нет предела грязи. Понимаешь? Нет дна… О приватах ты не говорил. Теперь выясняется, что там был не просто приват, но оргия. Кир в этом участвовал.

– Это его дело, куда и в кого совать член! Я свой член в трусах держу.

– Дай мне… мысль закончить. Я, может быть, плохо изъясняюсь? Наверное, я ведь не спала. Все эти сутки… Даже больше. Потому что на работе тоже был завал, и я разгребаю это, пока ты спишь. Знал? Нет, наверное… Но я отчеты по салону читаю ночами, правлю расписание и понемногу учусь.

– У тебя мысли скачут.

– Да, извини. Я на салон переключилась. Так, о чем я говорила?

Вит подошел и медленно присел передо мной на корточки, обнял колени.

– Посмотри на меня, Ин. Ты выбилась из сил. Тебе бы поспать. Просто поспать. Прости, что я тебя грузанул. Прости, что свалилось. Я не был ни с кем на вечеринке, клянусь… Клянусь, слышишь? – стиснул мои колени. – Давай мы домой поедем? Давай телефоны выключим, нас просто нет. Ты и я. Только ты и я. Я билеты куплю. Куда хочешь, мась?

Виталя потерся о мои колени, заглядывая мне в глаза, а я никак не могла отделаться от ощущения, будто он все-таки в чем-то провинился, но я не могла понять, в чем именно.

– Меня не могут достать. Ни через спорт, ни через бизнес. У нас хорошие тылы, Кир все предусмотрел. Я не ведусь на провокации, что им еще остается? Только грязь разводить, слухи наращивать. Пойми. Даже видео с изменой сляпали. Дипфейков полно!

Да-да. Да… Но…

– Если бы ты была со мной, сама бы убедилась! – заявил Вит.

– Я постоянно с тобой, Вит. Пос-то-ян-но! Я настолько часто с тобой, что ты этого просто не замечаешь. Я пропустила парочку твоих вечеринок, потому что не могу жить от одной вечеринки к другой. Я ведь дело свое развиваю… тоже.

– Поехали, – Вит поднялся и потянул меня за собой. – К нам. Как говорится, дома и стены лечат, а тебя срочно надо полечить от излишней подозрительности, ревнулька моя.

Неужели все дело в том, что я – излишне ревнива, собственница до мозга костей!

– Я все думаю про Лару. Она мне вроде добра желает, но учит просто закрывать глаза. И теперь я знаю, что Кир точно ей изменяет. Она это допускает, закрывает глаза. Если я начну закрывать глаза, значит, я тебя разлюбила… Я отдаю тебе всю себя и не могу допустить мысли, что ты будешь принадлежать кому-то еще.

Виталя обнял и поцеловал меня, до головокружения.

– Никак не угомонишься. Ин, я с тобой. Твой. Просто поверь! Мы должны быть вместе. Сейчас, как никогда раньше, мась… Неужели мы позволим каким-то гиенам наше счастье испортить?

* * *

Уже находясь дома, я рассказала Виту, что мне еще и писали, он лишь утвердительно кивнул головой:

– С этого и надо было начинать. Прости, что был резок. Тебя уже, как следует накрутили, и сверху добавили. Просчитали, гады! Уверен, это кто-то из моих конкурентов. Тарасов, например. Фил Тарасов, – заявляет муж, называя имя главного соперника.

– Вы раньше дружили, – напоминаю я. – Неужели он бы стал так низко гадить?

– Не дружили, тусили в одной компании. Просто тесно общались, – парирует муж.

Я немного другого мнения. Мне казалось, что именно с Филом Вит дружил крепко, по-настоящему, а потом они рассорились. Я не знаю, в чем дело. В то время я уехала к родным на выходные, сильно болела мама, а Вит не смог – он был за границей, выступал на спонсорском заезде вместе с Филом.

Спустя неделю я вернулась в столицу, разбирала завал в сообщениях и обнаружила, что Фил не просто удалил меня из друзей, но добавил в черный список. Вит объяснил так: мол, Фил зависть съела, что в крупной рекламной компании он на вторых ролях…

Так это или нет, я точно не знала. Но смысл Виту врать, так?

Казалось бы давно пора привыкнуть к подлости, когда ее вокруг так много, но я все еще сохраняла веру в некоторых людей…

* * *

Все выходные проходят мирно: мы много времени проводим вместе, гуляем, спускаем уйму денег на внезапный шоппинг, целуемся и дурачимся. Вит словно вернулся в то время, когда наши отношения только начались.

В конце дня, когда мы сидим на террасе дома, а мои ножки покоятся на коленях у мужа, я чувствую, что, возможно, мне просто нужно было отдохнуть, перестать накручивать себя и меньше обращать внимание на слухи и сплетни.

Вит заявляет.

– Я купил нам билеты. Через неделю махнем на отдых.

– На какие числа?

– С десятое по семнадцатое.

– Не получится, Вит.

– В чем дело?

– Вит, я на показе мод буду участвовать. Визажистом для Тео Барре. Забыл?

По его взгляду понимаю – точно забыл и, кажется, вообще выпал из реальности и понимания, насколько мне тоже важна самореализация, потому что беспечно командует:

– Откажись.

Глава 11

Инесса

После этих слов мужа у меня внутри будто образовался огромный камень. Я впервые почувствовала, что значит выражение «каменеет нутро». Там просто бесчувственный кусок камня, который ползет глубокими трещинами, и от этого ужасно больно.

Я выпрямилась и сняла ступни с коленей Вита. Он немного удивленно на меня посмотрел:

– Ты куда? Еще за фруктами?

– Нет, я… наелась, – говорю с трудом.

И едва удерживаю громкий визг: «Я всем наелась! Твоим равнодушием и эгоизмом, в том числе!»

– Тогда в чем дело? Хорошо же сидим, кайф, с тобой так кайфово…

Муж натягивает на нос солнечные очки, потому что последние лучики солнца скользят прямиком по нам, и я запоминаю красивый профиль мужа, его ленивую, довольную улыбку, темно-русые волосы, с милыми завитушками над ушами: если бы Вит не стригся так коротко, был бы кудрявым…

– Я не откажусь.

Он расслабленно кивает, слушая треки, у нас у каждого по наушнику в одном ухе. Льется тягучая красивая мелодия, но немного грустная, о неразделенной любви. Раньше мне трек понравился, но сейчас резко накатывает раздражение: проблемы модного певца кажутся просто сопливым детским садом по сравнению с тем штормом, который подкатывает к самому горлу нехорошими словами. И все-таки вырывается.

Я пыталась сдерживаться, но меня прорывает.

Резко вытащив наушник, швыряю его на стол.

– Слышишь? Я не откажусь! – заявляю четко и меня несет. – Откажись?! ОТКАЖИСЬ! Ты серьезно, Вит? Ты купил билеты и не посоветовался со мной, а как же спросить: что у тебя с работой, милая? Блин! Да я тебе про этот показ мод несколько раз говорила! Я крашу девочек Тео Барре. Это модельер международного уровня. Ты хоть представляешь, какие там проекты, и взяли… Взяли меня! Из тысяч других претенденток, из сотен спецов выбрали именно МЕ-НЯ! И ты так легко предлагаешь: откажись.

С губ вырывается бранное слово.

– А ты сам, Вит… Ты сам бы отказался от одной из своих гонок? Даже не за титу, а просто спонсорский прокат или выступление?! Отказался бы? Да ни черта подобного! Ты никогда… никогда не отказываешься от своих возможностей, но требуешь, чтобы я отказалась. А я не стану!

Вит удивленно смотрит, как я на него кричу.

– Малыш, ты че кричишь? Скажи, даты не подходят, на другое время перенесем, и все. Нет проблем. К чему истерика и крики? Я просто забыл, про твой показ, – немного кривит ртом, и я, знающая его, понимаю: он не считает это важным.

Он с пренебрежением относится к моей работе визажиста.

– Вит, в мире тысячи профессий. Тысячи. У каждого занятие свое. Есть те, кто тупо пашут по режиму и не любят свою работу, есть те, кому повезло найти свое… Ты нашел свое, да! И я… Я тоже нашла свое. Это мне нравится, получается… Я вкладываюсь душой не меньше, чем ты в свои гонки! Но ты… Ты ничего, ничего не видишь вокруг себя. Для тебя гонки – целый мир, а остальное – пыль. Вот только ты не прав, считая лохами всех, кто не за рулем болида.

Вит вскакивает, его лицо ползет алыми пятнами.

– Я так не считаю! Но люблю гонки, да. Не вижу себя без них. Вообще не вижу!

– А как насчет того, чтобы посмотреть по сторонам и понять: есть и другие люди… Хотя, о чем это я… Я же не о гонках, не о призах.

Вытираю слезы и убегаю в дом.

Душит слезами и накатывающей истерикой.

Стены дома тоже душат!

Я внезапно вспоминаю, что выбрали дизайн, который по душе пришелся Виту – овер броский, модный, хайповый! И это вдруг тоже сильно бьет по нервам. Я словно в коробке, в идеальном мирке Вит, где все-все крутится только вокруг него, и я в том числе.

Но сегодня… Сегодня я не хочу быть спутником на его орбите. Если сейчас прогнусь, от меня вообще ничего не останется, а я за последние месяцы так устала себя сдерживать, лишь бы Вит не вспылил и не было у него откатов в восстановлении после травм.

Я сердито выкатываю чемодан и прохожу в гардеробную, забрасывая белье, носки, две пары легкой обуви, джинсы с футболкой и любимый сарафан до пят. На первое время хватит, а потом я вернусь за другими вещами.

Колесики постукивают по ступенькам лестницы.

Внизу меня ждет Вит и крепко стискивает меня за плечи:

– Ты что творишь?

– Я поживу отдельно.

– С ума сошла?! Почему? Все было хорошо! Ты из-за ерунды взъелась!

– Ты даже сейчас не можешь признать, что налажал, считая мою работу, дело моей жизни ерундой. Об этом я и говорю!

– Знаешь, из-за работы ссориться – дно! – вспыхивает.

– А как насчет наших ссор из-за твоей работы… Ведь именно из-за нее мне всякие хейтеры постоянно пишут, поклонницы! Гулянки твои с блядями у меня в печенках сидят… Я всего две вечеринки твои пропустила, и все кругом стараются замести следы.

– Я не хотел. Меня подставили! Опоили! Пойми…

Вит хватает мой чемодан и дергает у меня его из рук.

– Ты никуда не поедешь. С ума сошла? Дома сиди…

– Не могу! Меня тошнит… Ты не видишь, что мне плохо? В последнее время мне с тобой… пло-хо! И ты не совсем не стараешься, ты даже этого не замечаешь!

– Я же говорил… есть кто-то, – отпускает чемодан. – Кто?

– Ты больной. У самого рыльце в пушку, не вешай на меня свои грехи.

– Никуда ты не пойдешь! – рявкает. – А если тебе со мной так противно, то это я уйду!

– Не забудь заглянуть к очередной танцовщице… – вырываются у меня изо рта гадкие слова.

Я же ему ни в чем не отказывала. В сексе. Вообще ни в чем! Раньше мы и на пикантные вечеринки вместе выбирались, я не забитая и не боюсь… Но после его травмы все катится к черту, и уже речь идет о восстановлении и скором возвращении в мир спорта, но у нас все продолжает катиться вниз.

– А ты – к психологу!

Вит срывает с кресла толстовку и шагает на выход.

Спустя минут тридцать Лара присылает сообщение и фото Вита со спины, который, ссутулившись, курит на балконе.

«Милая, Вит у нас. Ин, что ты творишь?»

Глава 12

Инесса

«Милая, Вит у нас. Ин, что ты творишь?»

В ответ на это сообщение я много чего отвечаю, но стираю, снова пишу и стираю. Выдыхаюсь за десять минут попыток уложить в печатные символы бурю, которая кипит у меня внутри.

Если мне не хватило и нескольких лет дружбы с Ларой, если она не поняли ничего из того, о чем мы говорили, когда сидели в кафе, то и одно сообщение ее не переубедит ни в чем.

Поэтому я просто выключаю уведомления на всех чатах с Ларой, Киром и Витом. Отключать телефон совсем не хочу, вдруг придет что-то важное?

Или муж решит позвонить и извиниться?

Надежда на это тает после полуночи, и к рассвету совсем помирает.

Я так и лежу без сна, и, поняв, что ничего не изменится, начинаю собирать вещи. Теперь уже без слез и истерик, размеренно, спокойно выбирая самое необходимое. Не хочу здесь оставаться. Не смогу… Мне нужна пауза. Нам нужна пауза. Может быть, Вит заскучает?

С чемоданами выбегать не спешу. Документы, белье и сменная одежда на один день умещаются в обычной спортивной сумке, с которой я хожу в спортзал. Отправляюсь на работу на такси, и внезапно накатывает слезами. С трудом сдерживаю их, у меня такое чувство, будто я навсегда прощаюсь с этим домом.

* * *

– Инесса Андреевна, к вам пришли! – с придыханием бросается в мою сторону девочка-администратор.

– Минутку, я почти закончила.

– Боюсь, он ждать не станет… – выдыхает почти с счастливом обмороке и отходит в сторону на ватных ногах.

Я с удивлением смотрю в сторону, замечая Вита, вышагивающего ко мне с огромным букетом роз, он держит его в охапке. Это вообще, законно, скупать столько алых роз? За ним еще ростовой Мишка с белыми и красными гелиевыми шарами.

– Соскучился, – муж целует ошарашенную меня в губы, сразу глубоко касаясь меня языком, стискивает, не обращая внимания, что набитый на руку тон размазывается по его белоснежной рубашке.

У меня на миг подкашиваются ноги в коленях, но потом я, едва распахнув глаза, вижу за спиной мужа человека, который все это снимает.

Радость уменьшается во мне на треть. Но я так привыкла держать лицо, что мне хватает умения не скатиться в унылую мину сразу же.

– Поужинаем где-нибудь сегодня? – предлагает муж.

Интересно, он уже был дома или нет? Заметил вереницу чемоданов в гардеробной? Судя по безмятежному блеску в светлых глазах, он еще не был дома.

– Еще я хочу обменять билеты. Скажешь, на какую дату? – новый вопрос.

– Поговорим позднее, идет? У меня важная клиентка и подготовка… Тео что-то хочет поменять.

– Да, идет. Спишемся позднее! – еще один глубокий поцелуй, несколько фраз на камеру, и муж уходит.

Я забываю о шарах и цветах, оставленных им почти сразу же, переключаясь на работу.

Немного злит, что Вит сделал все напоказ!

Не мог просто подойти и извиниться? Или просто привык играть сразу и везде?

Он выложил фото к себе в профиль и отметил мой салон, плюс мою рабочую страничку визажиста. Подписчики посыпались, как из рога изобилия. Лишь бы это были не мусорные цифры, а реальные люди. Но практика показывает, что многие рады следить за жизнями кумиров во всех плоскостях. Может, и хейтеров добавится?

Самой неприятно, что у меня такие мысли мрачные, но я хорошо помню, как в самом начале какая-то чокнутая дурочка изрисовала из баллончика с краской все окна салона изрисовала похабными оскорблениями в мой адрес и признаниями в любви Виту… Поэтому легко понять, что я завелась. Наверное, любому другому легко понять, но не мужу.

Плюс Лара после обеда пишет:

«Привет, милая. Отчитываюсь. Вит всю ночь был у нас, никуд не ходил, ни с кем не зависал. По тебе страдал. „подмигивающий смайл“ Я посоветовала ему уделить тебе больше внимания и сделать приятный сюрприз. Вижу, он быстро мотает на ус. Розы шикарные!»

Может быть, Кир с Ларой решили за Вита и то, с какими цветами ему нужно прийти извиняться?

Почему-то это сильно злит!

* * *

Муж дает о себе знать ближе к вечеру, он ждет меня у выхода из салона, одетый в повседневном, небрежном стиле. Глаза спрятаны за очками, в руках небольшая корзинка с цветами.

Улыбка красивая, но напряженная.

– Прогуляемся? – предлагает он, сразу увлекая на парковку, в свое авто.

Едва садимся в машину, Вит сразу поворачивается ко мне.

– Чемоданы. Черт побери, ты собрала чемоданы, Инесса!

– Вит…

– Нет, постой. Я же сказал, что уйду на время, если ты видеть меня не хочешь. Только останься. Что еще? Я деликатничаю, я билеты сдал, я жду, что ты успокоишься… Но ты заводишься еще сильнее!

– А по-твоему половины дня достаточно, чтобы стереть последние месяцы?! – психую я. – Как у тебя все просто. Вит, я не твоя фанатка, которая лужей растекается от одной улыбки. Я твоя жена, у нас брак, отношения длительные и… проблемы в браке. Они махом не решатся.

– У нас одна проблема. Твоя ревность.

– Хорошо, пусть проблема во мне. Я и ушла. Можешь считать, что я думаю над своим поведением и над тем, смогу ли я…

– Сможешь ли что?

– Быть женой звезды, в отношениях с которым искренности все меньше. Ты даже сегодня притащил человека с камерой.

– Я твой профиль отметил. Бустанул тебе подписчиков!

– Да в задницу твой буст, Вит. Я не жду… Не жду коммерческой выгоды ни от ссор, ни от примирений. Вит… Я жду тебя настоящего. Очень жду.

Он напрягается, я глажу его плечо ладонью и коротко целую.

– Если найдешь того парня, верни. Ты знаешь, где его ждут и любят…

Вит крепко сжимает руль обеими руками, до побелевших костяшек, а потом, когда я почти выскользнула из его машины, вдруг вскидывается.

– А если его нет, Ин? Что тогда… Нет и никогда не было раньше. Если ты полюбила пустышку, образ придуманный. А я полюбил девчонку-скромницу, которая в моем присутствии терялась, а сейчас их нет. Больше нет тех людей. Есть другие мы… Что тогда?

Глава 13

Инесса

Я молчу: у меня закипает в горле. Обвинения Вита кажутся мне несправедливыми.

– Вот и ответ, – усмехается, заводит авто.

– Куда мы едем?

– Не знаю. Погоняем просто по городу. Можем просто погонять? Музыка, вечер, мы вдвоем. Раньше ты это любила, да? – бросает на меня взгляд. – Первое время сидела со мной рядом, едва дыша и краснела до самой макушки, когда я просто брал тебя за руку.

Он раскрывает свою ладонь, приглашая. Я не спешу вложить в эту ладонь свои пальцы.

– То есть проблема во мне? Я недостаточно тебя поддерживаю? Мало люблю? Или как… Или тебе не нравится, что я сделала тебе несколько… весомых замечаний по поводу твоих последних выходок? Считаешь, что я капаю тебе на мозг, так? – глотаю колючую обиду. – А давай ты представишь, что это я… Я, а не ты… Я пришла пьяная, пахнущая мужиком, в засосах, без трусов, но с каким-нибудь доказательством, что это тебе потом начали писать с угрозами: «Отвали, она моя!» Чтобы ты сделал?

– Такого бы не было.

– Почему?

– Ты – это ты, а я… медийная личность, черт. Инесса, ты же знала…

– Вот и все твои оправдания. Ты – звезда. Тебе можно, а мне даже представить патовую ситуацию наоборот не представляешь возможности. У меня нет даже сил или желания ругаться, доказывать обратное. Я не хочу, Вит. Давай просто разойдемся, и я не стану мешать тебе жить, как нравится.

– Что значит, разойдемся?!

Вит нервничает, машина резко устремляется вперед.

– Ты не слышала меня? Ин… Я на том свете побывал, я многое пересмотрел. Терять тебя не хочу! А ты…

– Но ты не показываешь себя настоящим. Ты, блин, человека с камерой за собой привел.

– Я хотел сделать тебе приятное. Поддержать твои начинания. Показать, что я рядом. Камеры? Да похер на них. Мне давно похер…

– А мне – нет. В этом и вся соль. Я вхожу в твою ситуацию, но ты в мою – нет.

– Ты вошла в мою ситуацию? О нет… Не думаю. Я сейчас скажу тебе… Скажу тебе то, что не понравится. Или нет. Не буду. Обидишься же. Снова назовешь мудаком.

– Говори! – требую я.

– Ты же руками работаешь. Глазами. Представь… Что ты… Не знаю, ослепла. Потеряла способность видеть, чувствовать цвета, ощущать их, потеряла возможность творить, как привыкла. И, возможно, больше никогда-никогда не сможешь этого сделать. И самый близкий усердно зудит над ухом: живи дальше, это просто мелочи! И ты теряешься в этом, растворяешься, каждый день с ума сходишь, делаешь все рекомендации и… в момент, когда кажется все осталось позади, наступил проблеск, вдруг снова падаешь на дно.

Вит говорит, чеканит, погружая меня в жуткое безмолвное состояние, по лицу текут слезы. Я даже не смахиваю их, бесполезно.

Я раньше не понимала, да? Не понимала… Теперь понимаю, что значит для него выпасть на время из любимого спорта.

Понимаю и то, что он сгустил краски, действуя так нарочно, чтобы до меня дошло.

– Вот только как мне быть в этом я до сих пор не понимаю. Быть рядом? Я рядом. Поддерживать? Я все для тебя! Как еще?

– Не уходить от меня! – орет. – Неужели так сложно понять?! Я настроен, я… моя картина мира встряхнулась после того, как я чуть не умер. Дай мне время, Ин. Просто дай время. Ты же толкаешь в пропасть.

– Я не толкаю. Я пытаюсь понять, что не так и как мне закрывать глаза на то, на что закрывать глаза совершенно не получается. Если тебе нужна жена, как у Кира, я такой быть не смогу…

– Заладила. Одно и тоже! Просто отсеки… Отсеки то, то было, и поверь: сейчас все будет иначе.

– Хорошо, отсекаю. Дай время привыкнуть. Поживем отдельно…

– Ааааааа! – рычит и бьет кулаком по рулю. – Ты сейчас слышишь только себя.

– Мы в тупике. Ты считаешь, что я недостаточно мало с тобой, а я понимаю, что еще немного и просто… просто сломаюсь. Ты этого хочешь? Я не понимаю, куда нас это заведет. Вернее, понимаю, что тебе так будет проще… – вытираю слезы.

– Ин. Посмотри на меня.

Откуда столько слез? Не понимаю. Я чрезмерно плаксивая.

Это ни в какие ворота не лезет.

– Посмотри на меня, Ин. Ин, девочка моя… – голос мужа странно дребезжит.

Он подсекает несколько машин под их возмущенные сигналы, резко перестраивается и лихо паркуется вдоль обочины. У меня еще кружится голова и сердце перехватывает, когда Виталя тянется ко мне, обхватив лицо ладонями.

– Я мало тебе говорю, что люблю, да? Мало показываю, как много ты для меня значишь? Конечно, мало. Мало, потому что я только оставшись совершенно один, просто один, понял, не хочу без тебя. Ничего не хочу… Вообще ни-че-го. Останься, малыш. Мась, мася моя. Будь со мной, слышишь? – хрипло дышит, обнимая до хруста. – Не говори о разводе, я его не вывезу. И куда ты собралась переезжать? В какую дыру? Зачем…

– Небольшая пауза. Это ничего не изменит. Может быть, ты даже вспомнишь, как можно искренне за мной ухаживать.

– Хочешь сказать, я за тобой не ухаживал?! – возмущается он и с удивлением переспрашивает, поняв, что я не спешу ответить. – Неужели не ухаживал?!

– Ни капли. Пришел. Увидел. Победил. Вот твой девиз на все наши отношения…

– Вызов? – усмехается Вит и крадет поцелуй у краешка моих губ. – Я это люблю.

Глава 14

Инесса

Мы договорились, что поживем отдельно.

Вит снял квартиру, попросил, чтобы я хотя бы в этом его не отталкивала. Плюс помог с переездом, потихоньку перевез вещи, но не все.

Мне даже казалось, он нарочно забыл ручную кладь с любимыми женскими мелочами и моей косметикой.

Настойчиво забывал дважды, чтобы на третий день поздно вечером спохватиться и привезти эту сумку вечером следующего дня.

Я открываю дверь, а за ней он – в руках сумка, вино, цветы…

Мы сходили в магазин за продуктами, Вит нес пакеты, потом терся рядом, наблюдая, как я собирала тарелку для поке с лососем. В какой-то момент понимаю, что он оказывается сзади меня, обнимает, уронив ладони на высокую мраморную столешницу.

– Ин… – тихо шепчет мне в волосы.

У меня собран не самый симпатичный хвостик, но шея полностью открыта, и по ней ползут мурашки от его жаркого дыхания.

В груди екает, когда одна из рук мужа ложится на живот, поглаживая, а потом жестко прижимает, надавливая, и в мою попку упирается сильная эрекция.

Непроизвольная дрожь, жар, губы мужа скользят по шее, рука настойчиво ныряют под халат, в трусики.

– Ви-и-ит… – ахаю. – Ты… Что творишь? У нас пауза. Па-пау-у-уза…

– В сексе тоже? – спрашивает, покусывая за ушком, ласкает там, где хорошо и сладко.

Его пальцы поглаживают меня через трусики, в которых уже скопилась влага.

– Разве можно подумать о паузе, когда здесь вот так…

Оттянув трусики вниз, запускает пальцы между моих бедер.

Спереди его пальцы заняты чувствительной плотью, отзывающейся на ласки. Вит требовательно ласкает клитор, не давая мне возможности оттолкнуть его или просто собраться с силами.

Вторая рука гладит ягодицы, сминает. Пальцы надавливают на влажные складочки, раздвигая, и вонзаются.

Как хорошо, боже! Давно не было так хорошо, сильно… Спонтанно и горячо.

По бедрам течет.

Я давно потеряла счет минутам и забыла о тарелке, которую не до конца насервировала.

Меня трясет, оргазм подкатывает волнами.

Одна за другой, одна за другой наплывает.

Я готова кончить – он замедляется.

Тянет и толкает, нежит и трахает.

Не двигается.

Я пульсирую, трусь, требую.

С его стороны – только частое дыхание и просьбы немного притормозить.

– Тише, тише, мась, не то в трусы кончу. Дай паузу.

Выдыхаю разочарованно и снова завожусь, когда Вит ускоряется. Боже…

Мой первый, мой хороший, мой единственный.

Я с ним все ласки узнала, прошлась по самому краю и полюбила секс.

– Зачем нам паузы? С тобой так охеренно… – стонет.

Его руки на миг перестают творить волшебство у меня между ног.

Это все?!

Раздразнить и бросить?

Но через миг меня касается головка его члена, напористо нажимая сзади.

Пальцы властно фиксируют бедра.

– Вит?

Я ошарашенно воспринимаю, как он протискиивается толстым, горячим тараном.

Небольшая пауза в сексе, и я принимаю его будто впервые. Хотя у нас был спонтанный секс в больнице, но… не то… не то…

Все было не то!

Сейчас ох…

– Вит… Вит… – стону, хватаясь за столешницу, взывая от резких и сильных толчков.

– Да. Офигенная моя… Да…

– Ты без… Без резинки, – хватает сил сказать, и я снова теряюсь в ощущениях.

– Да. Снова. Хочу в тебя. Хочу кончать… в… тебя!

Ритм становится невыносимо острым и мощным, меня размазывает от его жестких движений, и я кончаю раньше на несколько секунд и просто плыву от удовольствия, когда он заканчивает, изливаясь в меня.

Через миг он припадает к моей спине, обняв сзади, влажно дышит между лопаток, целуя через тонкий халат.

– В душ?

– Да… – соглашаюсь.

Наконец, собрав себя из горячего желе в девушку, способную стоять на ногах, я оборачиваюсь и целую мужа.

– Какая заводная пауза, оказывается, – смеется он, целуя мое лицо, глаза, щеки, губы, снова глаза.

– Вит, мы кое-что обсудить должны.

– Ин…

Вит сжимает мое лицо между ладоней и глубоко-глубоко целует меня с языком.

От таких поцелуев голова кружится, сознание дезориентированно.

Муж отпускает мой рот, медленно опускается на колени, обняв, часто дышит.

– Я хочу, чтобы ты подумала о ребенке. Может, получится? – смотрит на меня с надеждой. – Мне кажется, нам нужен ребенок. Срочно нужен ребенок…

– Вот как?

В груди немного холодеет.

Я вроде расплылась от искренности и сумасшедшего секса. Боже, я даже устоять перед ним не смогла, соскучилась и отдалась.

Но теперь возвращаюсь, спускаюсь с облачков эйфории, в эту реальность.

– Совсем недавно ты был другого мнения, – напоминая ему и, взлохматив влажные от пота волосы мужа, отхожу. – Я в душ.

Он сразу же идет за мной, раздевается и забирается в кабинке. Здесь не так много места с его появлением.

– Я знаю, что говорил. Помню. Был эгоистом… Думал, нам слишком рано. Сейчас я понимаю, что ошибался.

Взгляд мужа становится глубоким, серьезным, штормовым.

– Я. Ошибался. Прости меня.

* * *

После ужина муж остается со мной на съемной квартире, мы снова занимаемся сексом. К утру простыни оказываются дико мокрые, потные и пахнут нами.

– У меня финальный день перед показом, а я ни хрена не выспалась! Благодаря тебе, – шутливо хлопаю мужа по заднице кухонной варежкой, пока он готовит бельгийские вафли.

Это, пожалуй, единственное, что он умеет потрясающе готовить – вафли.

Телефон, лежащий перед ним на столе, не перестает вибрировать.

– Меня все потеряли. Я проспал встречу, а ты?

– Тоже опаздываю в салон, но я, если честно, планировала сегодня поспать подольше, зная, что не усну перед показом. Буду допоздна сегодня.

– Кажется, мой день тоже расписан. Буквально, по минутам. Кир сходит с ума.

– Твой плохой папочка не в курсе, что ты со мной?

– Я не обо всем ему докладываю.

– Ого! Вот это бунт…

– И не говори.

* * *

Неужели короткая пауза способна настолько освежить наши отношения? На работе к вечеру мне присылают букет кремовых роз, с крохотной запиской от мужа: «Я помню, твою розовую кофточку! ХО»

Намекает на нашу первую встречу?

Сердце наполняется жаром…

Пишу ему в мессенджер: «Скучаю»

Вит отвечает: «Я тоже. Будь умницей завтра. Я всем сердцем рядом с тобой…»

Перечитываю, не понимая, в чем подвох.

Новое сообщение поясняет: «Малыш, у меня вылет поздней ночью. Не хотел тебя расстраивать. Верю в тебя, как никто!»

* * *

У меня нет никакого права запороть показ Тео только из-за того, что муж решил поддержать не мою карьеру, а себя.

Стараюсь не обижаться.

Тем более, Вит усердно показывает, что он со мной даже на расстоянии, прислав цветы.

Вот только в суматохе подготовки и адском напряжении, царящем за кулисами, не будет ни минутки полюбоваться ими, ни даже места, чтобы поставить их в воду.

Ответственность колоссальная.

Плюс мне предстоит красить одну из топовых моделей. Ее сопровождает личный менеджер, двое охранников и… высокий молодой мужчина, в котором я неожиданно для себя узнаю… Фила Тарасова.

Старый друг моего Вита..

– Малышка, буду смотреть за тобой из зала, – обнимает длинноногую девицу.

У нее такие длинные ноги, что можно было бы обернуть ими Фила дважды.

Не очень красиво наблюдать за чужим поцелуем, но я бы хотела, чтобы и меня так поддержал любимый.

Завидую, что ли?!

Наконец, громко чмокнув Фила, модель вплывает в сторону отдельной гримерки, и я ловлю на себе взгляд Фила.

Смотрю на него в ответ, улыбнувшись, глупо взмахивая ладонью.

Читаю на лице мужчины колебание, а потом… он делает шаг ко мне.

Меня вдруг потряхивает, а под ложечкой сосет от трусливой мысли: я все еще могу уйти… Избежать разговора.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.