Алика Алмаран
Вызов принят!

Глава 1. Кирилл

– Доброе утро, красавицы, – бодро бросил я, проходя мимо секретарей.

Анечка встретила мой взгляд с легким любопытством, томно закатила глаза и, покусывая кончик карандаша, ответила на приветствие. Яночка, бросив взгляд на коллегу, словно почувствовав в ней соперницу, одарила меня взглядом, полным осуждения и обиды.

Женщины. Эти прекрасные создания всегда вызывали во мне жгучий интерес. Все такие разные: обаятельные блондинки, страстные брюнетки, озорные рыженькие. Одни, надев маску хладнокровных львиц, стремятся к независимости. Другие, романтичные и мечтательные, ищут семейного счастья. Третьи погружены в творчество, музыку, сцену. Но что бы они ни изображали, в глубине души каждая из них жаждет того, кто поймет и оценит ее.

Не буду лукавить, у меня было много женщин. Возможно, сказалось воспитание. Я научился видеть в каждой что-то особенное, разгадывать их загадки. Мне нравилось находить подход даже к самым неприступным. Держаться на одной волне с жизнерадостными, утешать опечаленных. Я всегда умел красиво завершать отношения. Девушки уходили, думая, что это их решение. Они использовали меня как трамплин в новую жизнь, и всех это устраивало.

Но когда в кабинет ворвалась Валерия Андреевна, мой интерес вспыхнул с новой силой. Новый ребус. Обворожительная, с глазами, в которых читалась глубина. Однако, узнав о ее сестре-близняшке, я решил, что знакомство с Василисой будет куда интереснее.

В бизнесе я привык знать все о человеке, с которым имею дело. Служба охраны быстро предоставила информацию: место работы, любимые места отдыха, круг общения Василисы. Не откладывая, я решил появиться перед ней в пятницу вечером в ее любимом баре. План был прост: завести непринужденную беседу, очаровать ее, а затем выяснить, чего она хочет за свою часть дома.

Но судьба внесла коррективы. Василиса укатила в Испанию, и мне пришлось караулить ее ещё несколько дней.

И вот настал момент. Я сидел в углу бара, наслаждался музыкой, когда она вошла. В кожаных брюках, белом топе и куртке-косухе, она выглядела потрясающе. Рядом с ней был какой-то парень, но он вскоре исчез, оставив ее одну.

Продолжая наблюдать за Василисой из своего укромного уголка, я все больше отмечал, насколько она отличалась от своей сестры близняшки. Внешне они были похожи – одно лицо, словно скопированное, одинаковый рост, но на этом сходство заканчивалось. Валерия казалась кроткой, ее взгляд был мягким, почти нежным. Василиса же излучала уверенность. Ее осанка была горделивой, подбородок слегка задран вверх, а в глазах читался вызов. Даже их прически говорили о разном характере: у Валерии – аккуратная коса, у Василисы – ярко-красные волосы, подстриженные под каре. И фигура… Спортивная, подтянутая, она выглядела так, будто только что сошла с обложки журнала.

Если бы я не знал, что они сестры, вряд ли бы догадался об их родстве. Как две близняшки, выросшие в одной семье, могли быть настолько разными?

Василиса осталась одна. Бармен, словно по привычке, подливал ей в бокал коктейль, похожий на Маргариту. Она откинула голову назад, прикрыла глаза, полностью отдалась музыке. Ее губы шевелились, подпевая, а тело двигалось в такт, будто она была частью мелодии. Легкие покачивания головой, похлопывания ладонью по стойке – все это выглядело настолько естественно, что я не мог оторвать взгляд.

Время летело незаметно. Только через полчаса я осознал, как долго наблюдал за ней. Ее спутник так и не вернулся, и я решил, что пора действовать.

До девушки оставалось не больше пяти шагов, когда к ней подкатили два непонятных индивидуума.

– Детка, твоей маме зять не нужен? – усмехнулся один из них.

Василиса ответила с сарказмом:

– Свалите за горизонт и шутите там, сколько влезет.

Остановившись за углом у барной стойки, я стал подслушивать.

– Ты как разговариваешь, тварь? – взорвался второй парень и сделал шаг к девушке.

Долговязый придержал его, ехидно усмехнулся и продолжил наблюдать, как Василиса, сохраняя полное равнодушие, неспешно потягивала свой коктейль.

– Языкастая? – проворчал он, делая шаг вперед. – Таких, как ты, нужно ставить на место. Наказывать жестко!

Василиса очаровательно улыбнулась, но в ее глазах читался явный вызов. В следующее мгновение она молниеносно спрыгнула со стула, схватила долговязого за причинное место и сжала так, что он ахнул, а глаза его округлились от боли.

– Чем наказывать будешь? – презрительно поддела она, как ни в чем ни бывало, оттолкнув парня, вернулась на стул. – Тут даже не за что ухватиться!

Не знаю, чем она думала, когда дразнила этих дикобразов, но стоять и наблюдать, как начнется серьезная потасовка, мне не хотелось. Подойдя к девушке, я заглянул к ней в глаза, поцеловал в щеку и обратился:

– Привет, моя хорошая. Прости, задержался. Что тут происходит?

Мой невинный тон. Один долгий взгляд. И мысленно я начал умолять, чтобы она не отшивала меня, как других. Василиса подыграла, ответив скучающим тоном:

– Ничего страшного. Маленькое недопонимание, но парни уже уходят.

Притяжение было невероятным. Я не мог оторвать взгляд от Василисы. Ее точёное лицо с нежной кожей, пухлые губы, сложенные в едва уловимую улыбку, и глаза, в которых таилась какая-то загадка, которую мне непременно хотелось разгадать.

Я настолько увлекся ею, собирался предложить перейти в более спокойное место. Совсем позабыл о парнях, которые только что пытались задеть ее. Как вдруг один из парней бросил:

– Так это твоя бешеная? Тогда ты и отвечай!

Я почувствовал резкий удар в лицо. От неожиданности я не успел среагировать. Привкус крови распространился во рту. Я мгновенно ответил, отправив одного из нападающих на пол. Занес кулак для удара по второму, но Василиса опередила меня. Ее движения были быстрыми и точными – парень уже лежал на полу, корчась от боли.

Драка вспыхнула и погасла в одно мгновение. Бармен, словно это было частью его ежедневной рутины, ударил битой по стойке, чтобы привлечь внимание:

– А ну-ка, хватит! – крикнул он, окинув всех строгим взглядом. – Убирайтесь отсюда, пока я не вызвал полицию!

Парни, потирая ушибы, с недовольным ворчанием покинули бар. Бармен покачал головой, бросив взгляд на Василису.

– Вася, – с укором произнес бармен, – почему в каждой третьей потасовке ты либо участвуешь, либо она начинается из-за тебя? Ты как магнит для неприятностей! Неужели нельзя промолчать хоть раз?

– Слава, не надо меня винить! – возмутилась Василиса, разводя руками. – Я сидела, никого не трогала, наслаждалась музыкой. Они сами напросились!

Бармен, поняв, что спорить с ней бесполезно, лишь вздохнул и поставил перед ней новый бокал с напитком, а мне – стакан со льдом. Покачав головой в мою сторону, он удалился к другим посетителям, оставил нас наедине.

Василиса наконец повернулась ко мне. Ее глаза блестели, а на губах играла легкая улыбка.

– Ну что, герой, – начала она, доставая лед и аккуратно заворачивая его в салфетку, – ты уже пожалел, что ввязался? – С этими словами Василиса бережно приложила лед к моему лицу, ее прикосновение было очень нежным.

Я посмотрел ей в глаза и, несмотря на боль улыбнулся.

– Ни капли, – ответил я. – Лучше уж так, чем стоять в стороне.

Она засмеялась, и в ее смехе было что-то такое, что заставило меня забыть о синяке.

– И зачем ты влез? Не слышал, что в драке двоих получает третий?

– А ты бы предпочла, чтобы я молча наблюдал?

– Я бы предпочла спокойно дослушать песню, – сказала Василиса, слегка покачивая бокалом. – Но жизнь, как всегда плюнула на мои предпочтения и решила иначе. Теперь к моему разочарованию добавилось еще и чувство вины. Из-за меня твою симпатичную мордашку немного подпортили. Чтобы как-то загладить свою вину, я должна хотя бы угостить тебя напитком.

Я не стал отказываться. Она заказала мне пиво, а я жестом указал на уединенный столик в углу. Мы перешли туда, где было тише и спокойнее. Василиса села напротив, откинулась на спинку стула и, прищурившись, спросила:

– Ну что, герой, как мне обращаться к своему спасителю?

Глава 2. Василиса

– Кирилл, – довольно произнес он, но, улыбнувшись, тут же сморщился от боли в разбитой губе и сильнее прижал к ней лед.

– Тебе бы не помешало записаться на курсы самообороны, – сказала я, доставая из рюкзака визитку. – В спортивном комплексе, где я работаю, есть отличный инструктор. Все от него в восторге.

Я протянула карточку бедняге. Ну надо же было так вляпаться! Заступился за девушку, а сам пострадал. Глупыш даже не догадывался, что я бы и сама справилась – занимаюсь с тем самым инструктором уже несколько лет.

Да и вообще, я никогда не была из тех, кто стоит в сторонке. Не из тех, кто подставляет вторую щеку. Мое правило простое: «Если драки не избежать – бей первой».

Мужчина взял визитку, разглядывая ее с неподдельным интересом, а я тем временем изучала его.

Что сказать? Видный экземпляр. Очень привлекательный шатен. Красавец, хоть куда! Высокий, мускулистый, с обаятельной улыбкой и хитрой искоркой в глазах. Он смотрел так, будто оценивал, насколько ты уже в его власти. Такие, как он, знают, как девушки тают от его комплиментов. Насколько очарована и что готова сделать ради его внимания. Стильный, но здесь выглядел немного нелепо. Костюм-тройка в баре? Сбежал с переговоров? Или праздновал что-то с коллегами?

Пока я оглядывалась в поисках других таких же "костюмированных" посетителей, подтверждая свои догадки, он, с присущим ему шармом и игривостью, произнес:

– А как к вам обращаться, прелестная незнакомка?

Беда. Я не из тех девушек, которые тают от красивых глаз, как мороженое на солнцепеке. Никогда не велась на смазливые мордашки. Эгоистов обходила стороной, а самовлюбленных парней вроде него быстро отправляла туда, откуда они пришли. Но чувство вины за его разбитую губу взяло верх, и я решила дать ему шанс исправить впечатление. Продолжила общение, хотя внутренне уже жалела об этом.

– Василиса. Но друзья зовут меня Вася.

– Редкое имя. Очень красивое, как и его хозяйка.

– Спасибо.

Повисла пауза. Он продолжал вглядываться с тем же интересом, и у меня окрепло желание сбежать.

– Ну что, Кирилл, хорошего вечера. Спасибо еще раз, но мне пора.

Я поднялась с места. Он встал следом.

– Подожди. Может, еще пообщаемся? – спросил он, будто не понимая, почему я ухожу.

– Я бы с радостью, но я так устала… Только вернулась из путешествия. Меня дома ждут.

Конечно, я слукавила. Просто не было ни малейшего желания продолжать этот разговор. За пару секунд его томных взглядов я поняла, что он уже мысленно празднует победу, представляя, как я окажусь в его постели в качестве трофея. Мне даже притворяться не хотелось, будто этот сценарий хоть сколько-то меня интересует. Его уверенность пошатнулась, а я внутренне улыбнулась: моя коронная фраза «Меня ждут дома» снова сработала. Она избавила меня от необходимости врать о наличии парня, просто чтобы он отстал.

– Может, встретимся еще раз?

– Конечно! – солгала я, не глядя. – Если придешь на курсы самообороны, обязательно увидимся.

Не дав ему шанса задержать меня, я махнула рукой и направилась к выходу. Забрав у Славы шлем, спрятанный за барной стойкой, я поцеловала его в щеку и пошутила:

– Спасибо за лимонад. И не дуйся, Славик. Сегодня никакой разрухи! Видишь, ухожу рано.

– Вредина! – рассмеялся бармен. – А что твой новый дружок? Бросаешь спасателя?

– Не тянет он на спасателя. Слабачок оказался. Удар пропустил.

– Вася, благородно с твоей стороны уйти. Если он с тобой свяжется, спасать придется его…

Я скривилась, еле сдержалась, чтобы не показать язык. Мы со Славиком знакомы много лет, и его колкости всегда были беззлобными. Он не раз поддерживал меня, и я ценила это.

Попрощавшись, я вышла на улицу. Весенний воздух был теплым и свежим. После возвращения из Испании я все еще чувствовала себя не в своей тарелке. Эта страна бередила воспоминания. Впервые после расставания с Родионом я вернулась туда одна. Но как ни старалась, прогуливаясь по улицам Малаги, память возвращала меня к тем дням, когда мы бродили по берегу, держась за руки, спорили, какие тапас вкуснее, и смеялись над пустяками.

Садясь на мотоцикл, я почувствовала, как сознание уплывает в прошлое.

Мне шестнадцать. Бунтарский возраст. Мир кажется огромным, а я – непобедимой. Родители пытались направить меня на «правильный» путь, но я сопротивлялась. Не хотела идти в педагогический, как мечтала сестра. Я хотела путешествовать, сбежать туда, где меня никто не знает. Мечтала найти себя, понять, чем хочу заниматься, прежде чем кто-то скажет: «Василиса, ты обязана…»

Обязана? Кому? Почему? Разве можно в восемнадцать лет точно знать, чем будешь заниматься всю жизнь? Я считала, что нужно многое попробовать, прежде чем сделать выбор.

А потом в моей жизни появился Родя. Он сумел найти ко мне подход, потому что смотрел на мир так же, как и я.

Нелюдимый парень перешел в нашу школу и попал в наш 10А. С первого дня он держался особняком, и ребята сторонились его, а девочки не замечали, словно его и не существовало. В нем была какая-то загадочная темнота: волосы цвета воронова крыла, проницательный взгляд, глубокий, как безлунная ночь, и походка, словно у осторожного волчонка. Помню, как мурашки пробежали по коже, когда наши взгляды впервые встретились.

Однажды у меня порвался рюкзак, и Родя помог собрать рассыпавшиеся вещи. Мы разговорились, а после уроков он предложил проводить меня домой. С тех пор он стал часто появляться на моем пути.

Оказалось, Родю усыновили в детстве. Он узнал об этом случайно, подслушав ссору родителей. Подростковый бунт взял верх: он устроил скандал, начал хулиганить, и его успеваемость резко ухудшилась. Терпение директора его прежней школы лопнуло, когда он подрался с учителем.

За пару лет мы с Родей стали настоящими друзьями. Мы хорошо влияли друг на друга: оба стали спокойнее и рассудительнее. Он познакомил меня со своими родителями, я – со своими. А потом, на выпускном, он неожиданно поцеловал меня.

Первый поцелуй. Бабочки в животе. Я поняла, как сильно люблю его. И если с профессией я все еще не определилась, то в личной жизни была уверена на все сто. Родя – единственный, с кем я хотела прожить всю жизнь.

Я подъехала к дому, поднялась на седьмой этаж и, повернув ключ в замке, вошла в квартиру.

– Тёма, родной! Я дома!

Глава 3. Кирилл

Мой первоначальный план рухнул. Я рассчитывал, что раскрепощенная Василиса, поддавшись моему обаянию, проведет со мной вечер или хотя бы завяжет непринужденный диалог. Но все оказалось куда сложнее. Девушка даже бровью не повела. Никакого флирта, никаких попыток показать себя с лучшей стороны. Холодное «спасибо» и четкий отшив. Пришлось менять тактику.

На следующее утро, едва рассвело, я уже был на ее рабочем месте.

Спортивный комплекс впечатлял масштабами: стадион, залы для танцев и игровых видов спорта, скалодром, тренажерный зал и крытый бассейн. Все это располагалось за чертой города. Однако при ближайшем рассмотрении стало ясно, что комплекс переживал не лучшие времена. Слухи о том, что владелец хочет продать бизнес, подтвердились. Месту срочно требовался капитальный ремонт и серьезные вложения, чтобы не скатиться в полный упадок.

– Кирилл Адамович, – поздоровался Андрей Сергеевич, крепко пожимая мне руку.

Мы договорились встретиться рано утром, до прихода сотрудников и посетителей.

– Андрей Сергеевич, – кивнул я в ответ.

Мужчина провел меня по комплексу, показывая залы, рассказывая о персонале и услугах. В его глазах теплилась искра былой любви к своему делу, но, перешагнув шестой десяток, он явно потерял коммерческую хватку.

Я давно присматривался к новым отраслям для инвестиций. Если аудит покажет приемлемые результаты, этот комплекс мог стать неплохим приобретением. Ну а если даже сделка сорвется, я всегда мог «случайно» встретить здесь Василису и продолжить наше общение уже в роли посетителя. В любом случае, я оставался в выигрыше.

– Буду откровенен, – начал Андрей Сергеевич, когда мы уселись в его кабинете. – Ваш звонок стал для меня неожиданностью.

– Почему? – удивился я.

– Кирилл Адамович, вы молоды, но уже занимаете далеко не последнее место в строительном бизнесе Москвы и области. Ваша репутация успешного предпринимателя опережает вас на несколько шагов. Неужели вы ищете новые территории? Если вы планируете снести все здесь и построить что-то другое, давайте не будем тратить время. Мой ответ – «нет».

– Как вы сами понимаете, комплекс нуждается в ремонте и серьезных вложениях, – парировал я. – Я не собираюсь сносить его до основания. После проверки документации, если мы договоримся, я внедрю новые правила. Изменения неизбежны. Возможно, придется урезать расходы и кого-то сократить… Но это все ради общего прогресса.

На слове «сократить» лицо Андрея Сергеевича помрачнело. Ему явно не понравился такой поворот, но спорить он не стал. Сумма, которую он запросил, меня устраивала, а других желающих купить комплекс на горизонте не наблюдалось.

– Ну что ж, вы, наверное, правы, – вздохнул он. – Этому месту нужен свежий взгляд, молодая энергия и решительность. Когда-то я был таким же и мечтал передать комплекс сыну. Но он выбрал другой путь.

– Я слышал что-то про аварию, – осторожно напомнил я, припоминая вырезки из газет, которые изучал перед встречей.

– Аварию? – переспросил он, будто забыв о случившемся. Потом улыбнулся: – Ох, мой сын столько раз был на волоске от смерти, что я уже и позабыл об этом. У него адреналиновая зависимость. Порой я не знал, за кого переживать больше: за него или за его мать, которая из-за волнений не раз попадала в больницу. Ну да ладно, это вам не интересно.

Я задумался, что упустил момент и не изучил информацию подробнее о сыне. Этот «адреналинщик» мог в любой момент появиться и сорвать сделку, уговорив отца передумать. Или создать мне проблемы другим способом.

– Его нет в стране, – словно прочитав мои мысли, добавил Андрей Сергеевич. – И я не уверен, вернется ли он когда-нибудь.

Мои опасения оказались напрасны. Сын так и не объявился. Через неделю мы подписали документы. Я стал хозяином половины комплекса. После обновления штата выяснился неприятный факт: многие сотрудники годами обкрадывали добродушного начальника, не испытывая ни капли стыда. Андрей Сергеевич, хоть и был порядочным человеком, оказался слишком мягким. Удивительно, как он вообще удерживал бизнес на плаву.

Несмотря на проступки подчиненных, он переживал за каждого работника. Перемены дались ему тяжело, и он временно передал бразды правления мне, удалившись в бессрочный отпуск.

Среди оставшихся сотрудников поднялась волна недовольства. Я с радостью собрал всех на совещание, чтобы расставить точки над «i». И, конечно, с нетерпением ждал, что наконец-то встречу Василису.

Но, как и следовало ожидать, Василиса снова умудрилась меня удивить. Мало того, что я так и не встретил ее, хоть мельком – будто она и не появлялась на работе, проигнорировав угрозу увольнения, – она еще и не пришла на совещание.

Когда все собрались, я увидел перед собой шеренгу недовольных лиц. Не желая тратить время, я коротко поприветствовал собравшихся, а затем положил на стол две стопки папок: одну внушительную, другую поменьше.

– Каждый, кто был уволен, покинул это место не без причины, – начал я, глядя в глаза каждому. – Воровство, прогулы, недостойное поведение – за все это будет строгое наказание. Мне все равно, как было раньше. Если кто-то не согласен, может уволиться прямо сейчас. Остальным предлагаю забыть о прошлом и начать работать как одна команда, чтобы вывести комплекс на новый уровень.

К моему удовольствию, меня услышали. Напряжение в зале постепенно спало, лица сотрудников просветлели. Я ответил на их вопросы, и в ходе общения стало заметно, что прогресс есть.

– Дамы и господа, успех этого комплекса – наше общее дело. Изменения неизбежны, но вместе мы сможем вывести его на новый уровень. Даю вам два выходных, – в зале прокатился радостный гул, – чтобы вернуться с новыми силами и энтузиазмом.

Когда все разошлись, я вернулся в кабинет и вызвал секретаря.

– Почему не явилась Василиса Милая? – спросил я прямо.

Женщина побледнела, замялась, явно пытаясь придумать оправдание.

– Если она не появится в моем кабинете до конца дня, передайте ей, что она уволена, – добавил я

Глава 4. Василиса

Каждое путешествие для меня – это маленькая жизнь. Я обожаю чувство свободы, которое охватывает тебя, когда ты открываешь новые места. В этот раз в копилку моих воспоминаний добавился Ронда – старинный город с величественным мостом XVIII века. В ресторане с видом на ущелье я попробовала местный деликатес – тушеный бычий хвост. Я обошла все музеи, древнюю арену для корриды, арабские бани, каждую улочку и привезла с собой гору фотографий и очередной магнит. Теперь он красуется на декоративной стене рядом с сотней своих собратьев.

Я впитывала каждое мгновение: улыбки прохожих, зазывные крики официантов, щедро сдобренные комплиментами, дружелюбные советы, что попробовать, чтобы испытать гастрономический восторг… И, конечно, пейзажи!

Боже, как же прекрасен этот мир!

Малага, а потом Сетениль-де-лас-Бодегас – очаровательная деревушка с домами, встроенными прямо в скалы. Она восхитительна в своей простоте и величии! Мне не хватает слов, чтобы описать всю гамму чувств, которые я испытала. Радость от новых впечатлений и грусть от нахлынувших воспоминаний. Восторг и тоска по тем волшебным моментам, которые память старалась вытеснить ради моего же спокойствия.

Ничто не лечит душу так, как новые впечатления. Но все хорошее рано или поздно заканчивается. А в моем случае безмятежность и счастье часто сменяются полосой хаоса. Как и в этот раз.

После небольшого происшествия в баре я вернулась на работу и сразу направилась к дяде Андрею. Андреем Сергеевичем я называла его только при посторонних. Он выглядел уставшим и растерянным. Когда я рассказала, что выиграла соревнования в Малаге, он по-отечески обнял меня и поздравил, но в его голосе чувствовалась какая-то отстраненность. В воздухе повисло неловкое молчание. Казалось, он хотел задать важный вопрос, но не решался.

– У вас все в порядке? Вы выглядите уставшим, – осторожно поинтересовалась я.

Он указал мне на кресло, дождался, пока я сяду, и тяжело вздохнул. Я поняла, что сейчас начнется серьезный разговор.

– Василиса, я люблю тебя как дочь и доверяю тебе. Хочу, чтобы ты узнала об этом первой.

– Что-то случилось?

– Не перебивай, девочка, – улыбнулся он. – Просто выслушай и не спорь.

– Ваш тон меня пугает, но я постараюсь, – пошутила я, устроившись поудобнее.

– Я продаю комплекс.

– Нет! – вырвалось у меня, но я тут же зажала рот ладонью.

– Последнее время я замечаю, что теряю интерес к своему детищу. Мои амбиции угасли. Запал, с которым я начинал, почти потух. Ты права, я устал. Жена сама не своя после… ну, ты понимаешь. Я мечтал передать все Родиону, но все пошло не так…

Услышав имя бывшего, я почувствовала, как на душе скребут кошки. Анжела Викторовна, жена дяди Андрея, всегда меня недолюбливала. Она вела себя вежливо, но холодно, а в последнее время и вовсе открыто винила меня во всех бедах. Я давны-давно смирилась с тем, что не смогу завоевать ее расположение, но в глубине души терзалась сомнениями. Может, если бы я поступила иначе в тот злосчастный день, все было бы по-другому?

Андрей Сергеевич всегда относился ко мне как к дочери, несмотря на недовольство жены. Он был для меня как отец, и сейчас его слова ранили.

– Василиса, я продаю половину бизнеса, чтобы быть уверенным, что здесь все не уничтожат. Это место заслуживает руководителя с горящим сердцем и амбициями. Ты моя девочка, замечательный тренер, моя правая рука, но у тебя нет предпринимательской жилки. Ты воспринимаешь это место как часть себя, часть своей души…

– Но разве дела настолько плохи?

– Ох, девонька, ты далека от финансовых вопросов, – покачал он головой. – Все не так плохо, но к тому идет. Прежде чем попасть в долговую яму, я хочу найти лучший выход. Пока не все решено, но я надеюсь заключить контракт с одним молодым предпринимателем. Он амбициозен, успешен. У него есть все, что нужно этому месту.

Разумом я понимала, что если дядя Андрей принял такое решение, значит, так лучше. Но в душе все бунтовало. Я уже начала ненавидеть человека, который будет смотреть на комплекс исключительно как на источник дохода.

Это место – не просто бизнес. Здесь выросло не одно поколение спортсменов. К нам приходили призеры Олимпийских игр. Наши физиотерапевты ставили на ноги людей после тяжелых травм. Танцоры, которые живут своим делом… А как же моя группа беспризорников? Это не просто спортивный комплекс – это мир, где люди восстанавливают силы, следят за здоровьем, находят отдушину. Это мой дом, мой мир!

Но я сдержала эмоции и просто сказала:

– Вы мудрый человек. Вы найдете лучший выход.

– По просьбе нового партнера до дня сделки все должно оставаться в тайне. Он сам представится, когда придет время.

Попрощавшись, я вышла из кабинета. Чтобы переварить услышанное, я поднялась на террасу на крыше. Оттуда открывался потрясающий вид, и всегда было тихо.

– Родя, где же ты? – прошептала я порывам ветра. – Тебе плевать на меня, но зачем ты так поступаешь с родителями?

Память вернула меня в прошлое. Я словно услышала его голос, полный энтузиазма.

– Василиса, а давай поступим в педагогический на физкультуру? – предложил он, и я рассмеялась.

В тот день мы катались на его новом мотоцикле, подарке родителей за хорошие оценки на ЕГЭ. Ему было восемнадцать, а я еще ждала своего совершеннолетия, чтобы получить права. Я радовалась за него и уговаривала научить меня ездить тайком от родителей.

Мы поехали в парк, где Родя устроил мне романтический сюрприз – пикник. Он расстелил клетчатое покрывало, достал плетеную корзину с едой, как в американских фильмах. После еды мы легли на траву, держась за руки, и смотрели на облака, придумывая, на что они похожи.

– Ты что, шутишь? – спросила я сквозь смех. – Родители всю жизнь пытались запихнуть меня в педагогический, а я всегда сопротивлялась.

– Ты и твой дух сопротивления, Вася! – засмеялся он. – Ты иногда идешь против правил не потому, что это правильно, а просто потому, что тебе хочется бунтовать! Забудь все наставления и подумай сама. Дадим родителям передышку и избежим лекций об ошибках молодости. Через пару лет мы поженимся, а после учебы начнем работать в комплексе отца…

Он говорил, а я смотрела на него, замирая. Он сказал: «Поженимся»? Мы признавались друг другу в любви, но я и не мечтала, что он всерьез думает о браке. Счастье переполняло меня.

– Подожди, ты серьезно? Ты хочешь на мне жениться?

– А что тебя удивляет? – удивился он, будто мы обсуждали это сто раз. Его руки скользнули по моей спине, он притянул меня ближе и поцеловал в ключицу. Мурашки побежали по коже. – Я люблю тебя. Никому тебя не отдам. Чем это может закончиться, как не свадьбой? Я никогда не дам тебе возможность получить другое предложение. Ты никогда не будешь счастлива с кем-то другим, как счастлива со мной. Ты моя, а я твой. Нам больше никто не нужен. – Ты уж прости за отсутствие романтики. Обычно парни делают предложение иначе, – пошутил он, глядя мне в глаза.

Мы долго целовались, и я не спорила. Чего еще нужно было юной дурочке? Клятвы в любви до гроба мне хватило. Тогда я не думала, что главное – не обещать, а сдержать слово.

В итоге мы поступили, как он хотел. Учились вместе, не расставались ни на день. Общие друзья, увлечения, мечты и будущее. Одно на двоих. У меня словно появился сиамский близнец. Казалось, даже сердце у нас было одно.

Глава 5. Василиса

На ограждение террасы приземлился голубь. Его появление вырвало меня из пучины самобичевания. Птица подошла ближе, заглянула в глаза, словно любопытный свидетель происходящего сумбура в моей душе. Я протянула руку, чтобы дотронуться до него, но он взмыл в небо и исчез.

– Ну вот, ни журавля в небе, ни голубя в руках, – усмехнулась я и взглянула вдаль.

В первых рядах парковки я заметила знакомую мужскую фигуру. Высокий, уверенный в себе шатен с мощной аурой мужественности. Он остановился, достал телефон из кармана, и я увидела его профиль. Да, это был тот самый красавчик из бара. Как я ни старалась, не могла вспомнить его имя. Кажется, оно начиналось на «И». Илья? Игорь? Я порадовалась, что он последовал моему совету и пришел на занятия по самообороне. Удивило, что мы не столкнулись внизу.

Он резко обернулся, словно почувствовал мой взгляд. Я, не желая быть замеченной, так же резко отпрыгнула назад. Не знаю почему, но мне не хотелось встречаться с ним глазами. Было стыдно признать, что всю ночь мне мерещился его низкий голос с насмешливыми нотками и загадочный блеск его глаз. Не то чтобы это было неприятно. Скорее удивительно. Мне вообще редко что-то снилось. А сейчас у меня было слишком паршивое настроение, чтобы разбираться с этим.

Я подошла к девочкам-администраторам и спросила, не появился ли сегодня новенький на занятиях по самообороне. Но они лишь пожали плечами: «Нет». Я растерялась. Может, передумал? Или цена не устроила? – махнула я рукой и тут же забыла о нем.

Неделя прошла в напряжении. Я старалась не думать о том, что из-за решений дяди Сережи моя жизнь может измениться раз и навсегда. Коллеги шептались за спиной, но я предпочитала сохранять здоровый скептицизм. Это была моя защита. И хотя я пыталась отвлечься, меня не покидало предчувствие грядущих перемен. Я ненавидела это ощущение. Особенно потому, что не могла понять, к чему оно: к чему-то плохому или, наоборот, к хорошему. И это касалось не только работы.

Очередной удар – дядя Андрей продал половину комплекса, и новый партнер начал массово увольнять сотрудников. В коллективе поднялась волна паники. Каждый, даже если не говорил об этом вслух, ждал, что его следующим вызовут в кабинет нового начальника для «последнего разговора». Как бы я ни старалась успокоить ребят, все заканчивалось фразой: «Тебя-то это точно не коснется, любимица шефа».

Врать не буду, это было обидно. Мне никогда не нравилось, когда меня тыкали носом в мое особое положение. Никто не замечал мои переработки и усталость. Проще было списать все на мое «особое положение».

– Ну что ты надулась, мышка моя? – раздался голос Артема.

Он появился на террасе утром после моей очередной стычки с вредной тренершей по плаванию. У нас с ней не сложились отношения. Когда она впервые «случайно» сбросила Роде свои фото «ню», я попросила ее больше так не делать. Она посчитала, что я шучу. Когда я чуть не утопила ее в бассейне, она наконец поняла, что я серьезно, и с тех пор обходила меня стороной.

Артем встал рядом и, как и я, устремил взгляд вдаль.

– Когда тебе хреново, я всегда знаю, где тебя искать. Ты заметила, что это твое место успокоения?

– Нет, – отмахнулась я. – Мне просто нравится здесь. Сюда почти никто не ходит, а после установки камер даже курильщики боятся заглядывать.

– Не ври. Я тебя знаю как облупленную. Что случилось? Опять стычка с нашей русалкой?

– Я не виновата, что она радуется новому боссу. Она рассказывала девчонкам, как мечтает, чтобы меня выгнали ради ее счастья. Вот я и охладила ее пыл.

– Ты столкнула ее в бассейн. Тебе не кажется, что это детский поступок?

– Она проводит там целые дни. Минутой больше, минутой меньше – какая разница? И вообще, не защищай ее! Ты чей друг?

Артем обнял меня за плечи, продолжал смотреть вдаль, не замечая моей наигранной обиды.

– Я говорила с Андреем Сергеевичем. Новости не радуют. Он сказал, что не будет мешать новому боссу увольнять людей. Меня, конечно, успокоил: мол, я – отдельный случай, меня не тронут.

Я почувствовала, как кровь закипает в жилах. Мне было плевать на свое увольнение, но терпеть несправедливость я не могла.

– Так, мышка моя, успокойся и дыши глубже! – подбодрил Артем. – В волнении исчезает ясность. Успокойся, и ответ станет очевиден.

– Ой, спасибо, Мастер Угвей! – съязвила я. – Куда я без твоих мудростей из «Панды Кунг-фу»?

– Не была бы такой занозой, посмотрела бы мультик, тебе бы понравилось! – парировал он. – Выбрав дорогу, чтобы уйти от судьбы, мы именно там ее и встречаем. Прямо твой случай!

Его слова повисли в воздухе, как электрический разряд.

– Артем, прекрати! Если бы ты не был моим другом, я бы тебе сейчас надрала задницу. Я говорю о серьезном, а ты цитируешь мультики!

– Во-первых, мышка, я твой инструктор по самообороне, и ты еще не превзошла учителя. А во-вторых: прошлое забыто, будущее закрыто, настоящее даровано. Поэтому его и зовут настоящим.

Я разозлилась еще больше и решила уйти, пока не поругалась с ним окончательно. Артем, поняв мой настрой, перегородил мне путь, обнял и держал, пока я не перестала сопротивляться.

– Ну ладно, не дуйся, мышка моя. Все будет хорошо. Перемены нужны всем. Может, этот Мурзаев принесет что-то хорошее.

Он нежно провел рукой по моим волосам, и я расслабилась. Когда я успокоилась, отстранилась и спросила:

– Мурзаев? Что за зловещая фамилия? Разве можно ждать от него чего-то хорошего?

– Не знаю. Допустим, ты у нас Милая, а по характеру – сумасшедшая Харли Квинн. Девчонки сплетничали, называли его Адам Мурзаев. Может, он из Дагестана? Сам он еще не появлялся, прячется, как призрак.

Несмотря на шутливый тон Артема, я начала представлять нового босса. Темноволосый мужчина лет за пятьдесят, жесткий, деспотичный, без чувства юмора.

– Мне конец, – прошептала я. – Если он окажется ходоком, наша русалка очарует его, лишь бы меня выгнали.

– Что с тобой, Василиса? Ты вся на нервах. Я тебя не узнаю, – сказал Артем, глядя на меня с беспокойством.

– Вчера разговаривала с сестрой, у нее проблемы. Мне сейчас никак нельзя терять работу, – выдохнула я, чувствуя, как напряжение сжимает грудь.

Артем улыбнулся, пытаясь разрядить обстановку:

– Василиса, скоро мы пойдем на совещание и все узнаем. Может, новый босс окажется классным мужиком, а ты, как старая жаба, уже обвинила его во всех грехах. Даже интрижку с инструкторшей ему приписала! – Он тут же увернулся от моего шутливого удара.

– А теперь я точно не пойду! Увольняться, так с музыкой! – огрызнулась я, выталкивая его за дверь.

Постояв на террасе еще пару минут, я вернулась к работе. Весь день старалась не отвлекаться, игнорировала звонки и сообщения в рабочем чате. Казалось, мне удалось одержать маленькую победу, но тут меня настигла секретарь Мария.

– Милая, ты меня подставляешь! – закричала она, стремительно приближаясь ко мне. – Я тебе весь день названиваю! Я не горная коза, чтобы бегать за тобой по всей территории, пока ты прячешься от босса!

Свобода была так близко. Я уже чувствовала порывы свежего ветра от входной двери, представляя, как ловко перепрыгиваю через турникет и оставляю ее с носом. Но Мария, добрая и терпеливая женщина, не заслуживала такого.

– А кто сказал, что я прячусь? – невинно пожала я плечами. – Я разговаривала с Андреем Сергеевичем…

– Милая, я про нового шефа! Почему ты не пришла на совещание? – перебила она.

– Ну кто-то же должен был остаться…

– Хватит отнекиваться! Пошла наверх! – Мария решительно подтолкнула меня в сторону кабинета нового босса.

– Мария, не волнуйтесь. Я встречусь с ним завтра! – попыталась я отговориться. – Куда я пойду в таком виде? Смотрите, я вся вспотела после тренировки!

– Какой завтра? Он сказал, что ты будешь уволена, если не появишься у него до конца дня!

Уволена? В груди что-то ёкнуло. Вся злость, накопившаяся за эти нервные дни, рвалась наружу. Ну что ж, если Адский Мурзик решил меня уволить, то терять мне нечего.

Я накинула сухую рубашку и быстрым шагом направилась к его кабинету. Дверь была приоткрыта. Я с силой толкнула ее ногой, и она с грохотом ударилась об стену.

– Тук-тук! Вызывали? – громко выкрикнула я, входя с обворожительной улыбкой.

Глава 6. Кирилл

– Вызывал, – ответил я спокойно, едва сдерживая желание крикнуть: «Какого черта?!»

Василиса ворвалась в кабинет, распахнув дверь ногой. Спортивные легинсы подчеркивали каждый изгиб ее привлекательной фигуры. Красные волосы собраны в аккуратный хвост, щеки пылают, в глазах – огонь, а на губах – безумная улыбка. Точно, чертовка!

Не так я представлял нашу встречу.

Она сделала пару шагов вперед, но, заметив меня в кресле директора, замерла, словно оглушенная. Видимо, сюрприз удался. «Удивил ее, теперь будет проще», – подумал я. Но не успел я открыть рот, как она выпалила:

– Вот это поворот! И что бы это значило?

Я жестом указал на кресло, предлагая ей сесть. Сам удобно устроился в своем и начал игру. «На этот раз все получится», – надеялся я. Но не тут-то было.

– Добрый день, Василиса, – мягко произнес я, бросая взгляд на часы.

Она явно тянула время, словно нарочно дразня меня.

– Добрый вечер, если быть точным, – парировала она, вальяжно откинувшись на спинку кресла и закинув ноги на столик. Ключи от мотоцикла крутились вокруг ее пальца.

– Документы на увольнение подписать здесь и сейчас или устроите публичную порку завтра? – ехидно спросила она.

– А вы хотите уволиться?

Черт, она умела выводить из себя! Чем ближе я пытался подобраться к Василисе, тем сильнее она ускользала, словно мокрое мыло.

– А разве вы спрашивали всех уволенных? – парировала она.

– Если бы вы пришли на утреннее совещание, то узнали бы, что у меня есть веские причины для увольнения.

– Что вам сделала старушка из бухгалтерии? – недоверчиво спросила Василиса, подавшись вперед.

– Мне лично – ничего. Но ваш начальник годами терпел ее воровство. Она купила внуку квартиру на украденные деньги.

– А Даша-регистратор? – выпалила она.

– Ваша Даша продавала здесь траву, которой торгует ее парень.

– А Марина? Диетолог?

– Впаривала клиентам запрещенные таблетки для похудения, непонятного происхождения и сомнительного качества.

Василиса откинулась назад, задумавшись.

– Допрос окончен? Или у вас еще есть сомнения?

– О, сомнений на ваш счет у меня вагон и маленькая тележка, – усмехнулась она. – Но справедливости ради, признаю: я думала, вы, как палач, без причины сносите головы ваших подданных.

– Я не изверг, – засмеялся я. – Я наказываю только виновных. И все ради будущего этого места. Я не привык терять свои вложения и намерен добиться успеха…

– Любой ценой! – перебив, договорила она. – Я ведь не ошиблась? Вы пойдете по головам, если понадобится?

– Не драматизируйте, – усмехнулся я, чувствуя, как хмурюсь.

Умеет же Милая выводить из себя! Но если бы я не научился пережидать бурю, то давно бы превратился в неврастеника. Поэтому успокоился и одарил ее самой лучезарной улыбкой.

– Допустим, с одним вопросом разобрались. А что насчет меня? Мое чутье кричит, что наша встреча в баре была не случайной. Я параноик, или в этом есть доля правды?

Черт, ее проницательность снова застала меня врасплох. Но я не мог позволить, чтобы меня обыграла какая-то девчонка.

– Допустим, в ваших подозрениях есть доля правды.

– Вы узнали о моей дружбе с Андреем Сергеевичем и решили подобраться к нему через меня? – предположила она. – Вы вынудили его продать бизнес…

Я не знал о ее близости с партнером, но теперь стало понятно, почему он просил быть сдержаннее именно с ней. В голове мелькнула мысль: нужно разобраться, чем она заслужила такое особое отношение. Но откуда взялись эти домыслы о принуждении? Звучало это как минимум оскорбительно. Мы ведь не в девяностых, чтобы решать вопросы силой. Кем она меня вообще считает? Василису явно занесло не туда. Я почувствовал, как сам начинаю путаться в собственных мыслях, и резко прервал ее:

– Так, стоп, Василиса! Вы как будто сценарий к детективу пишете. Еще чуть-чуть, и я стану вашим антигероем – рэкетиром и убийцей.

– А что прикажете думать? Я не верю в совпадения! – ее глаза сверкнули, веко дернулось.

Язык не поворачивался назвать ее «милой» в этот момент. Заноза в заднице, да и только! Хотя и самая красивая заноза, которую я видел. Тем не менее напоминая себе о моей цели, я понадеялся увести нас от опасной темы и спокойно произнес:

– Я вызвал вас по другому поводу.

– Излагайте, раз вызвали.

– За вами закреплены двадцать бесплатных годовых пропусков в комплекс.

– Есть такое. Но это не совсем…

Я поднял руку, прерывая ее, и продолжил строго:

– Из-за вас мы теряем доход.

Я протянул ей бухгалтерский отчет с указанной суммой. Василиса мельком взглянула на листок и рассмеялась.

– Я отменяю эти пропуски, – заявил я. – И ваша дружба с Андреем Сергеевичем вам не поможет.

– Вы не посмеете! – Она вскочила, пыхтя, как разъяренная кошка. – Я не даю пропуск подружкам-халявщицам или кому попало. Эти пропуски достаются достойным ребятам, которые не могут позволить себе дорогие абонементы. Спорт – их единственный шанс на нормальное будущее! Если эти ребята не смогут заниматься, и я не буду за ними приглядывать, непонятно, чем все закончится.

Девушка выкрикивала свои претензии, а я, словно загипнотизированный, уставился на разрез ее спортивного топа. Упругая грудь, подчеркнутая тканью, казалась невероятно соблазнительной. Я, как подросток, не мог оторвать взгляд, хотя понимал, что это непростительно. Василиса заметила мой взгляд, зло щелкнула пальцами перед собой и резко указала вверх:

– Глаза здесь! – бросила она, не скрывая раздражения.

Я смущенно отвлекся, чувствуя, как тепло разливается по щекам. Ее взгляд был настолько уничтожающим, что я едва сдержал желание оправдываться. Но вместо этого лишь усмехнулся, пытаясь сохранить лицо.

– В глаза смотрите, когда я с вами разговариваю! Иначе у вас мгновенно ухудшится зрение! Одним глазом видеть не сможете, это точно!

– Прошу прощения, когда вы перешли на ультразвук, как беременный дельфин, я отвлекся, – не возмутившись, ответил я.

Слабое оправдание, слабее некуда! Грудь то хороша! И моя фантазия ринулась дальше созерцания!

Повисло молчание. Я выдержал злой взгляд Василисы и заключил:

– Вопрос решен. Ничего личного. Мы не занимаемся благотворительностью, и будущее каких-то ребят с улицы меня не сильно волнует.

Если до этого Василиса была просто зла, то моя последняя фраза довела ее до полного бешенства. И, признаюсь, это вызвало во мне странное, почти извращенное удовольствие. Мне нравилось видеть, как огонь в ее глазах разгорается ярче, как зрачки расширяются от ярости. Она прищурилась, вся сжалась, словно готовилась к прыжку через стол, – настоящая дикая пума, готовая вцепиться в свою добычу.

– Только черствый хрен, родившийся с серебряной ложкой в заднице, мог сказать такое! – ее бровь иронично изогнулась.

– И что это значит?

– Скажите, дорогой босс, на какой машине вы приехали сегодня?

– На Aston Martin.

– Осмелюсь предположить, что она у вас не единственная. Сколько вы отдали за эту игрушку для больших мальчиков, с раздутым самомнением? Десять или двадцать миллионов? – она старалась задеть меня любым способом: тоном, презрительным взглядом.

– Тридцать, если быть точным, – ответил я невозмутимо.

– Вы потратили тридцать миллионов на тачку, а сами тыкаете мне в лицо паршивой бумажкой и говорите, что комплекс обанкротится, если мы продолжим пропускать бесплатно двадцать ребят? Серьезно?!

– Дело в принципе…

– Засуньте этот отчет туда, куда солнце не светит, господин принципиальный! – выпалила она, сверкнув глазами. – Каждое утро вы надеваете свой дорогущий костюм, пьете эксклюзивный сорт кофе привезенный с Галапагосских островов, который, как вам кажется, делает вас особенным. Вы думаете, что все живут так же? Вы хоть раз в жизни голодали? Знаете, что такое, когда мать-одиночка месяцами копит на кроссовки для своего ребенка? Она мечтает, что ее сын не пойдет по плохой дорожке, не станет преступником или наркоманом. Ее самый большой страх – что его и так нерадостное детство оборвется слишком рано! Она плачет в тишине по ночам, надеясь, что спорт сделает его сильным, дисциплинированным, настоящим мужчиной! И он обязательно добьется успеха, потому что только спорт закаляет его характер, дисциплинирует!

Мое терпение лопнуло. Хотелось схватить ее за шиворот и вышвырнуть из кабинета, как одичавшую кошку. Или перекинуть через колено и отшлепать за этот истеричный монолог. Ее крики, казалось, были слышны даже на парковке.

Но в чем-то Василиса была права. Да, я сколотил состояние и тратил деньги на свои прихоти. Но я тоже знал, что такое голод. И я помнил, как моя мать-одиночка плакала по ночам, жертвуя всем, чтобы вырастить меня человеком с характером.

– Да! А теперь можете увольнять! – выдохнула она. – Я в любом случае не хочу работать с человеком с черствой душой.

– Быстро вы сдались, – усмехнулся я. – Я думал, вы…

– А мне плевать, что вы думали! – холодно бросила она, развернулась и вышла, хлопнув дверью.

Я остался один, чувствуя, как гнев и досада медленно сменяются усталостью. Эта девчонка умела выводить из себя, но в ее словах была доля правды. И это раздражало больше всего.

Глава 7. Василиса

Павлин! Напыщенный индюк! В этом своем идеальном костюме с иголочки и с этой самодовольной улыбкой.

Господи, как же я разозлилась! Спасибо, что хватило сил сдержаться и не сделать то, о чем так ярко рисовала фантазия. В голове то и дело всплывали картинки, как я бросаюсь на него, царапаю, кусаю, пока не выдохнусь. А сил у меня хватило бы надолго!

«Мы здесь не занимаемся благотворительностью, и будущее каких-то ребят с улицы меня не сильно волнует», – передразнила я, стараясь копировать его холодный тон. Как я могла так ошибиться? Я ведь решила, что у него добрые глаза. После той встречи в баре даже вспоминала его пару раз. Спрашивала у Артема, не приходил ли кто-то похожий. А он оказался невыносимым эгоистом. Он не понимает: будущее этих ребят зависит от их окружения. Если они перестанут приходить сюда, то отдадут свое время улице и сомнительным компаниям.

Но в одном он был прав. Я слишком быстро сдалась. Бросить ребят, уйти из комплекса – это не лучшее решение, как бы ни кипела моя кровь при виде Мурзаева.

– Как все прошло? Познакомилась с шефом? – спросил Артем, появившись как из ниоткуда. – А знаешь, он мне понравился. В нем чувствуется стержень и какая-то хитринка. Ты чего так подозрительно молчишь?

– Голос сорвала, – пошутила я.

Мы вышли из здания вместе. Когда я обернулась, чтобы бросить последний взгляд на окно кабинета Мурзаева, Артем заметил у меня в руках непривычно большую спортивную сумку.

– Что случилось, Вася?

– Наша встреча была фееричной. И, кажется, меня уволили, – протянула я с кривой улыбкой.

– Кажется?

– Скажи как мужчина. Если орать на босса до хрипоты, и вот прям от души, так, что капилляры в глазах лопаются, думаешь, он обидится?

– Ты накричала на босса? Да как ты еще жива после этого? – удивился Артем. – Открою тебе маленькую тайну. Мужики – народ дикий. Когда на них повышают голос, многие терпят, но уверяю тебя: им это однозначно не нравится!

– Это тоже интересный вопрос. Почему он терпел? А еще как будто специально дразнил, – задумчиво произнесла я, решив обдумать это позже.

– Вася, ты что натворила?

– Долгая история, – отмахнулась я. – Сегодня я слишком вымоталась, не хочу сейчас объяснять.

– Понятно. Хочешь поехать ко мне?

– Спасибо, Артем, но не сегодня. В другой раз. Не волнуйся, я разберусь. Езжай.

Я лениво наблюдала, как он садится в машину и исчезает в темноте, а сама принялась искать ключи от мотоцикла в рюкзаке. После пяти минут тщетных поисков я вспомнила: возможно, оставила их в кабинете у босса.

– Черт! – вырвалось у меня.

Я бы не вернулась туда с поджатым хвостом за все деньги мира. Поэтому начала искать телефон, чтобы вызвать такси.

– Не это ищете, Василиса?

Перед лицом возникли ключи со смешным брелком. Мурзаев, дразня, держал их на кончике пальца. Напряжение между нами исчезло, словно воздух из лопнувшего шарика. Мне стало немного неловко, но виду я не подала.

– Спасибо, э…

– Кирилл, – подсказал он. – Поверить не могу, Милая, вы орали на меня, как сумасшедшая, и даже не запомнили мое имя.

– Не волнуйтесь, ваш облик навсегда отпечатался в моей памяти. Я запомню вас как самого плохого шефа.

– Все еще кусаетесь? – усмехнулся он, игнорируя мои подколы.

– Что вы, я сама невинность! Безобидное создание небес…

– Пока вас не начнут гладить против шерсти, – заметил он. – Вы больше похожи на чертенка. Думаю, если досмотреть вашу сумку, там найдется плетка, а если приглядеться к волосам, то точно пробиваются рожки.

Он провел рукой по моей голове, шутливо ища доказательства своим словам. Я быстро отстранилась и парировала:

– Рожки мои не трогайте! Я столько лет притворяюсь милой, а вы собираетесь рассекретить меня в первый же рабочий день. Да, есть грешок. Завожусь и разгоняюсь не хуже вашего Aston Martin. Но это вы должны были понять еще в баре.

– Действительно, как я не догадался. Вспыльчивая, но и остываете так же быстро, как загораетесь.

«Не босс, а психолог», – хотелось съязвить мне. Но он бережно вложил ключи мне в руку и добродушно произнес:

– Василиса, бросаю вам вызов! Если выиграете, двадцать пропусков – ваши.

– Тридцать! – нагло выпалила я.

Знала, что перегибаю, но раз уж он пошел на уступки, почему бы не рискнуть? Кирилл рассмеялся. Его смех был таким заразительным, что я не удержалась и улыбнулась в ответ.

– Чувствую, с вами не будет скучно. Двадцать! Не наглейте. Я еще не простил вас за крики. И предупреждаю, это был первый и последний раз! – Его низкий голос с насмешливыми нотками снова пробудил во мне странный трепет.

– Хорошо. И в чем заключается вызов?

Он посмотрел в сторону своей машины, стоящей на парковке. Нажал на кнопку пульта, и она ответила низким рычанием и светом фар, словно подмигнула хозяину. Затем он кивнул в сторону моего мотоцикла:

– Выезжаем отсюда на автомагистраль. Едем до первого съезда и обратно. Если приедете первой на своем двухколесном счастье, победа за вами. Работа и двадцать пропусков – ваши.

– А если проиграю? Устроите мне публичную порку со скандальным увольнением? Решили потешить свое самолюбие, и на моем примере показать остальным, как не надо?

– Ох, Василиса, что вы все порки страшитесь? Или это какой-то скрытый намек на ваши тайные желания? – парировал он, нагло улыбаясь.

– Очень смешно! Вот когда я выиграю, посмеюсь вместе с вами.

– Если проиграете, пойдете ко мне в рабство.

– Надеюсь, не в сексуальном плане, – съехидничала я.

– Будьте спокойны. В этом плане вы меня совершенно не интересуете. Мне нравятся женщины постарше, с утонченным вкусом, в элегантной одежде. Интеллектуалки, любящие оперу, а не невыносимые подростки-переростки с рожками в волосах.

– Другими словами, вы предпочитаете унылый изюм, а не свежий виноград.

– Только вы могли выдать что-то подобное, – снова рассмеялся он. – Вы упомянули о своей дружбе с Андреем Сергеевичем. Станьте и мне другом. Будьте моим мостиком между мной и коллективом.

– Вы хотите сделать из меня шпионку? – возмутилась я.

– Нет, несдержанная моя. Я хочу, чтобы вы помогли мне наладить отношения с коллективом. Я должен смотреть на все с разных сторон. Это новый опыт, и я ожидаю, что он будет успешным.

Чем я рисковала? Да ничем. Кирилл Мурзаев не выглядел ужасным снобом, а сейчас дал мне шанс отвоевать свою позицию.

– Вызов принят! – уверенно заявила я и протянула руку для рукопожатия.

Мои пальцы опустились в его теплую ладонь, и по коже пробежала легкая дрожь. Общение с ним, возможно, не будет таким ужасным, как я думала пятнадцать минут назад.

Мы разошлись к своим транспортным средствам. Закинув сумку в кофр, я надела шлем и почувствовала, как машина соперника выехала на дорогу. Кирилл остановился на линии старта, ожидая меня.

– Готова? Как джентльмен, даю минуту форы.

– Не нуждаюсь в поблажках! Не хочу потом слушать, что выиграла благодаря вашей подачке.

Рев двигателя подогрел азарт. Прилив адреналина и предвкушение победы заставили забыть обо всем.

Ночь была прекрасна. Мы выехали на трассу. Мощный двигатель его машины показал себя во всей красе. Автомобиль летел, словно на крыльях, легко обгоняя другие. Свет фар, блеск металла, адреналин, заставляющий кровь бурлить. Кирилл то обгонял меня, то держался рядом, словно поддразнивая. Но он забыл, что маневренность байка ему не по зубам. Подразнив его своим роскошным задом, я резко набрала скорость и ушла вперед.

Когда он подъехал к финишу, я уже лениво попивала воду из бутылки, изображая скучающую даму, уставшую от долгого ожидания.

– Ну что, шеф? – ухмыльнулась я. – Готовы признать поражение?

Глава 8. Кирилл

Это был самый приятный проигрыш за всю историю моих споров!

Как только Василиса покинула кабинет, я начал нервно шагать из угла в угол, пытаясь осмыслить произошедшее. Как я мог так ошибиться? Вспоминая Милую Валерию, я и представить не мог, что ее сестра окажется ее полной противоположностью! С такими темпами я не выиграю спор с Романычем даже к концу нашей жизни. Я ей слово, она мне – либо резкий отпор, либо десять колких замечаний, которые доводят меня до белого каления. Я готов лебезить, но она не дает мне шанса. Говорю серьезно – она не способна на взрослый диалог. Но если она уволится, как я ее потом найду?

На кресле блеснули ключи. Подойдя, я взял в руки брелок в виде маленького черного кота и сжал его. У животного смешно выпучились глаза, и я не удержался от смеха.

– Может, твоя хозяйка ведьма? Что скажешь, дружочек?

Взглянув в окно, я заметил Василису внизу, на улице. Она разговаривала с тем самым крепышом, который приходил с ней в бар, а потом сбежал.

– Так у вас служебный роман, милая Василиса? Вот почему не хотелось покидать рабочее место, – пробормотал я, но тут же мысленно отругал себя за этот монолог.

Какая мне разница, с кем она проводит свободное время? Я ведь не собираюсь на ней жениться!

Пока Василиса не уехала с ухажером, я решил вернуть ей ключи и спустился вниз. К моему удивлению, парень уехал первым, оставив нас наедине. Василиса, к моей радости, была спокойна и даже шутила. Она не строила из себя обиженную принцессу, но и не лебезила, продолжая держать характер. Я на ходу придумал новый спор, и она, недолго думая, согласилась. Пришлось, конечно, соврать, что не смотрю на нее как на объект желания. Думаю, это сыграет мне на руку в будущем. Если она останется и почувствует себя в безопасности, договориться будет проще.

Когда я подъехал к месту встречи, Василиса уже сидела на своем мотоцикле, демонстрируя чудеса равновесия. Она закинула ноги на сиденье, как настоящая акробатка. Я вышел из машины, сделав печальное лицо, и порадовался ее восторженным крикам и победному танцу.

– О-о, должна признать, это было приятно, Кирилл… – начала она, ожидая, что я подскажу свое отчество.

– Адамович, – добавил я. – Но, думаю, будет лучше, если мы перейдем на «ты».

– Как скажете, Кирилл Адамович Мурзаев, – произнесла она, словно пробуя мое имя на вкус. – Просто сегодня я слышала столько вариаций вашего имени, что не поняла, какое из них настоящее.

– И что же вы слышали, если не секрет?

– Адам Мурзаев. Адский Мурзик. Невыносимый босс. Несносный шеф. Хотя последние три я придумала сама.

– Василиса, вы невыносимы!

– Да ладно вам, я же шучу. Жизнь без юмора – полный отстой, – ответила она с детской непосредственностью. – Я тут подумала… Возникло недопонимание, и если вы готовы дать мне второй шанс, я постараюсь быть тем самым мостиком, как вы выразились, и помогу разобраться в специфике нашей работы, когда это будет вам необходимо. Можно сказать, это моя благодарность за вашу попытку постоять за мою честь в баре.

– Вот оно как? – удивился я ее внезапной сговорчивости.

– Но на самооборону к Артёму вы все же сходите. Чтобы не пропускать удары, когда будете защищать ваш драгоценный изюм.

– Вы так считаете?

– А почему бы и нет?

Окрыленная своей победой, Василиса сделала не совсем правильные выводы на мой счет. Я пока не стал ее переубеждать и протянув руку.

– Мир?

Она крепко сжала мою ладонь и парировала:

– Перемирие.

– Может, отправимся в бар и отметим твою победу? – предложил я, осторожно переходя на «ты».

– Спасибо за приглашение, Кирилл, но меня ждут дома. Может, в следующий раз, – ответила она, но в ее глазах мелькнула непонятная грусть.

Ночью я долго не мог уснуть. Вспоминал выражение ее лица, пытался понять, что ее так огорчило. Она старалась улыбаться, но в глазах читалась печаль. Странные чувства, если учесть, что она, казалось, ехала к любовнику.

Утром, надевая свой пошитый на заказ костюм, я думал о Василисе. Она, словно токсин, проникла в мое сознание и с каждой минутой занимала там все больше места. Даже за чашкой кофе из отборных ямайских зерен я вспоминал ее шутки про элитные сорта. А потом произошло самое безумное: на моем лице появилась улыбка, когда я представил, как звонко она смеется.

Эк меня занесло!

Я дал сотрудникам выходные и отправился на встречу со строительной бригадой. Дорогу до комплекса преодолел на автопилоте, погруженный в мысли. Но, припарковавшись, я с удивлением заметил микроавтобус и группу знакомых лиц. Пока я пытался понять, что происходит, ко мне подошел парень и, крепко пожав руку, представился:

– Кирилл Адамович, я хотел с вами поговорить. Меня зовут Артём Расколов. Я друг Василисы…

Это был тот самый тренер по рукопашной борьбе.

– Вчера произошла какая-то неразбериха. Но вы должны знать, что Василиса – хорошая девушка, и она…

Его слова прервал рев мотоцикла. Василиса подъехала с лучезарной улыбкой, а мы с Артёмом невольно напряглись. Каждый из нас, кажется, хотел, чтобы эта улыбка была адресована только ему.

– Простите, пожалуйста! – весело сказала она. – Всем доброе утро! Какой сегодня чудесный день! Не поверите, я впервые в жизни проспала. Отрубилась ночью и спала как младенец до самого утра. Да еще и телефон потеряла, ни до кого не могла дозвониться…

– Доброе утро, я думал, ты сегодня не приедешь, – первым вставил Артём.

– Ты думал, я такое пропущу? И ты меня обойдешь? – парировала Василиса.

– Ты же сказала, что вчера… – начал Артём, но, бросив взгляд на меня, замолчал.

– Артём, будь спок! – успокоила его Василиса. – Мы с Кириллом Адамовичем вчера все обсудили и решили.

Пока она успокаивала друга, я радовался мысли, что ночью они не встречались. Но вопрос оставался: кто же тогда ждал ее дома?

– Все в порядке, Кирилл Адамович? – поинтересовалась Василиса, заметив мое хмурое лицо.

– Да, все нормально. Но кто-нибудь объяснит, почему вы все здесь собрались? Я же дал всем выходной?

К микроавтобусу подъехало еще несколько машин, и люди продолжали собираться в группу.

– У нас ежегодные прыжки! – весело объявила Василиса.

– Прыжки? – переспросил я.

– Прыжки с парашютом, – уточнила она.

Неожиданно. Но, похоже, пора было привыкнуть, что Василиса никогда не перестанет меня удивлять.

– Хотите присоединиться к нам? – из вежливости спросил Артём.

Я задумался. Может, это и есть тот самый шанс?

Мое минутное молчание Артём воспринял как признак трусости. В его глазах мелькнул легкий блеск победы. Я почти видел, как он представляет меня в хвосте самолета, трясущегося от страха и не решающегося прыгнуть.

Не стоит недооценивать противника. Вот кому бы не помешала публичная порка за такую самонадеянность, – мысленно усмехнулся я, и решил продолжить блефовать.

– Я даже не знаю, – начал я, делая вид, что сомневаюсь. – Мне нужно переговорить со строительной бригадой. Да и одежда у меня неподходящая.

– Мы можем подождать вас! – весело вставила Василиса, словно не замечая моего колебания. – А за одежду не волнуйтесь! У ребят на аэродроме найдется что-то подходящее. Вы можете прыгать в тандеме с инструктором…

– Прыгать с инструктором, – повторил я, продолжая блефовать.

– Мышка моя, оставь Кирилла Адамовича в покое, – вмешался Артём, явно не желая моего участия. – Видишь же, у человека сегодня не получается. Поедем вместе в следующий раз.

Его тон только подстегнул мое желание утереть ему нос.

– От чего же? Просто у меня появилась идея. Чтобы не задерживать всю группу, вы отправляйтесь, как запланировали. Я поговорю со строителями, Василиса поищет свой телефон, а потом мы к вам присоединимся.

– Разумно! – моментально согласилась Василиса, не заметив подвоха.

Но Артём почувствовал неладное. Он отвел Василису в сторону, и я, несмотря на расстояние, уловил их разговор.

– Мышка моя, ты что творишь? – прошептал он, но я слышал каждое слово. – Вчера ты сказала, что видеть его не хочешь, наорала на мужика, а сегодня ты сама «мисс гостеприимство»!

– Артём, все хорошо. Мы уладили наши разногласия. Не бойся ты за меня.

– О, дорогая, я не за тебя беспокоюсь. Я за него боюсь, – пробормотал он, но Василиса уже шла ко мне с лучезарной улыбкой.

– Так и поступим, Кирилл Адамович. Пошлите внутрь. Встретимся с ребятами потом.

Полчаса я уделил строительной бригаде, пообещав наказать каждого, кто допустит ошибку. Василиса тем временем нашла свой телефон в раздевалке и, довольная, зашла ко мне в кабинет.

– Вы готовы? – спросила она.

– Опять на «вы»?

– Прости. Ты готов? Просто перед ребятами не хотела «тыкать». Они сделают неправильные выводы. Поднимется волна ненужных сплетен.

Пока я завершал записи в ноутбуке, она уселась в кресло и закинула ноги на журнальный столик.

– Тебя мама не учила, что класть ноги на стол невежливо? – не подумав, бросил я.

Василиса резко сменилась в лице. Ее улыбка исчезла, а лицо побледнело. Вспомнив о гибели ее родителей, я пожалел о сказанном. Мысленно выругал себя, но не мог дать ей знать о своей осведомленности. Приготовился к очередной стычке, но она промолчала.

Мы вышли на улицу, и Василиса направилась к мотоциклу, бросив на ходу:

– Поедешь за мной…

– Я думал, мы поедем на моей машине, – перебил я, делая контрольный выпад. – По пути как раз расскажешь, как все это у вас происходит. Чего мне ожидать от сегодняшнего дня. Это же ты пригласила.

– Ну да, так будет логично.

Василиса назвала адрес, и почти весь путь успокаивала меня, наставляя, что мне обязательно все понравится.

– Я все перепробовала: аэротрубу, параплан, воздушный шар, но прыжок с парашютом – это нечто! У каждого эмоции проявляются по-разному. Это нормально, если вначале ты испытываешь страх…

Она говорила без остановки, проводя дотошный инструктаж по безопасности. Я еле сдерживал смех. Милая бедняжка, снова сделала неправильный вывод. Грех было не воспользоваться моментом. Убить двух зайцев одним выстрелом: осадить Артёма и разыграть Василису.

На аэродроме мы прошли подготовку, подписали необходимые документы и прослушали инструктаж. Василиса старалась быть рядом. Артём, словно коршун, не сводил с нас глаз. Он то и дело одергивал ее, стараясь, чтобы она помогала другим, а не мне.

Как оказалось, для всех собравшихся это был не первый прыжок, поэтому большинство выбрали индивидуальные прыжки. Я продолжил блефовать, убеждая, что хочу прыгать самостоятельно, и порадовался, когда услышал тихое:

– Струсил! Он понял, что с инструктором высота больше.

Самолет взмыл в небо. Я остался в хвосте, наслаждаясь адреналином, который бурлил в крови. Всеобщий ажиотаж сослужил мне службу: позабыв о «трясущемся от страха начальнике», все выстраивались в очередь для прыжка.

– Кирилл, не бойся, – подбодрила меня Василиса, серьезно отнесясь к своей роли «поддержки». – Ну же, пошли…

– Я не знаю… А что я получу от этого?

– Удовольствие! Иногда нужно плюнуть страхам в лицо и просто жить. Наслаждаться каждым моментом. Ты поймешь, какими смешными были твои переживания, когда все окажется позади. А через год ты будешь смеяться, когда вспомнишь, что я угрожала тебе и тянула к двери.

– Ты будешь мне угрожать? – пошутил я, представляя, как хрупкая Василиса пытается дотянуть мужчину моей комплекции.

Остались только мы с Василисой и инструктор.

– Давай поспорим? – предложила она.

– В этот раз ты бросаешь мне вызов? – схитрил я.

– Спорим на желание! Без сексуального подтекста, конечно. Я помню, ты любишь изюм, – пошутила она, потянула меня к двери, и я поддался.

– Хорошо. Спорим!

Мышка попалась в клетку и даже этого не поняла.

Мы выпрыгнули из самолета, держась за руки. Сделав подбадривающий жест, Василиса отпустила мою ладонь, и я отдался потоку воздуха. Полет. Неописуемое чувство свободы. Адреналин, отдающий в висках. И, как сказала Василиса, полный кайф!

Я сбился со счета, сколько раз прыгал. В армии это было обязанностью, а потом мы с Романычем часто приезжали на аэродром, чтобы сбросить напряжение.

Когда я уверенно приземлился на обе ноги, это не осталось незамеченным. Артём нахмурился пуще прежнего, но не решился подойти с расспросами. Как только Василиса, полная радостного энтузиазма, подбежала ко мне вприпрыжку и спросила, как всё прошло, Артём тут же возник рядом, словно вырос из ниоткуда.

– Кирилл Адамович, а вы уже сколько раз прыгали? – поинтересовался он с задумчивым видом, явно пытаясь уловить мою реакцию.

– Точно не помню, – раскрыл я карты, сохраняя спокойствие. – Первый раз прыгнул ещё в армии. А потом прыгал просто ради удовольствия. Спасибо за приглашение. Соглашусь, было приятно. Да и ребята быстро нашли подходящую одежду.

Василиса замерла на месте, её ротик слегка приоткрылся от удивления. Она явно догадалась, что её обвели вокруг пальца, но ещё не могла понять, как на это реагировать. Её глаза метались между мной и Артёмом, словно она пыталась осмыслить, что только что произошло.

Мышка догадалась, что её обвели вокруг пальца и она попала в ловушку, но пока ещё не понимала, во что ей обойдётся этот проигрыш.

Глава 9. Василиса

Кирилл меня надурил! Ничему меня жизнь не учит! Сколько раз я ещё буду наступать на одни и те же грабли? Я повела себя как доверчивая идиотка, хотя никогда такой не была. Уму непостижимо, как я могла так распереживаться за мужчину, которого видела всего третий раз в жизни! Но больше всего меня бесило то, что я не понимала – почему? Что в нём такого? Почему ему хочется доверять? Почему кажется, что он не обманет? Я совсем выжила из ума?

Чтобы разобраться в себе, я решила избегать нового босса любыми способами. Но это оказалось не так просто, когда мы работаем под одной крышей.

После мелкого дождя я вышла на свою любимую террасу, чтобы вдохнуть свежего воздуха. Обожаю землистый запах после дождя – аромат перемен и очищения. Я с наслаждением подставила лицо каплям, закрыла глаза и обняла себя за плечи, полностью отдавшись моменту. Не услышала, как за спиной открылась дверь, и только почувствовала чьё-то прикосновение к моей руке. Вспомнив часы тренировок, я инстинктивно схватила «нападающего» за кисть и вывернула руку до тихого хруста.

– Спокойно, тигрица! – взмолился Кирилл, и я быстро отпустила его, хотя первая шальная мысль была – усилить захват.

– Никогда не подкрадывайся ко мне со спины! Понял? Последствия могут быть непредсказуемыми.

– Я не хотел тебя пугать! А ты называешь дружеское поглаживание нападением? – изумился он.

– Поглаживание девушки без её согласия я могу назвать и не таким словом. Мы с тобой не друзья. Жили бы в Америке – этого хватило бы, чтобы подать на тебя в суд за домогательство.

– Брось, Василиса, я же пошутил. Ты до сих пор злишься из-за прыжка? Я хотел осадить твоего Артёмку, а ты восприняла это как личное оскорбление и прячешься от меня почти неделю.

На самом деле, благодаря часам переработок, мне всю неделю удавалось улизнуть раньше. Я встречалась с сестрой, мы ходили за покупками – провели замечательное время. Это помогло отвлечься, и я с радостью заметила изменения в Лере. Она не хотела признаваться, но я готова была поспорить: сестра влюбилась по самое не хочу. Её глаза блестели, она стала увереннее, раскрепощённой. И вишенка на торте – она не сопротивлялась, когда я в очередной раз насела на неё с требованием изменить стиль.

Мы живём в двадцать первом веке. Люди не должны понимать, кем она работает, бросив на неё беглый взгляд. А её ужасные шмотки так и кричали: «Я – чопорная училка»! Мысли о счастье сестры согрели мне душу. Я не заметила, как начала улыбаться. Но одновременно возникло волнение: а что, если её тоже обманут? Разобьют сердце? Лера всегда выбирала неправильных мужчин. Хотя, пожалуй, это наша семейная черта. Ошибаться в мужиках – наш конёк!

Взглянув на Кирилла придирчивым взглядом, я подумала: «Вот пусть и этот держится от меня подальше».

– Я не имею привычки прятаться, Кирилл Адамович. Просто стараюсь избегать неприятных встреч. Тем более, к чему этот разговор? Коллектив с радостью принял все ваши нововведения. Все довольны. Хотят поставить вам памятник при жизни и даже позабыли о существовании Андрея Сергеевича.

– В тебе говорит женская обида…

– Ой, да что вы говорите, господин психолог! Эта консультация бесплатная, или мне на выходе заплатить? Только я требую скидку! Где же ваш удобный диванчик? – съязвила я, а через минуту затянувшейся тишины добавила устало: – Кирилл, я не люблю эти танцы с бубном. По луне гадать не умею, так же как и на кофейной гуще. Скажите прямо, что вам нужно от меня!

– Твоя дружба?

– То есть, ты сам не уверен?

– Боюсь, если я тебе напомню, хоть за язык я тебя не тянул, что ты сама мне проспорила желание, а я остро нуждаюсь в твоей помощи. Ты либо набросишься на меня с кулаками, либо скинешь с крыши.

– И какое у тебя желание? Удиви меня! Скажи в трёх словах, что именно ты от меня хочешь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.