Оли Оси
Город

Глава 1.

Солнце Города ослепляет глаза. В Городе Анны никогда не бывает пасмурно, не льют дожди и не падают хлопья снега. Солнце пробирается через тонкие занавески и заполняет домик яркими золотистыми лучами.

Анна нежится в постели, прижимает к щеке подушку и улыбается. В ее Городе все улыбаются. Всегда.

Сегодня день подарков. Соседние Города обмениваются

поздравлениями, передают друг другу пакеты со сладостями и малиновым чаем. Раз в месяц в Городе Анны проходят подобные мероприятия.

–Просыпайся! Фазур уже заждалась твоих конфет!

В комнату зашла бабушка Онни. Старушка отодвинула занавеску, позволяя солнцу полностью овладеть помещением. Она скинула с Анны одеяло, нежно поцеловала в щеку и оставила около подушки подарочный пакет.

–С праздником, дорогая!

Анна с улыбкой открыла глаза и встретилась с теплым взглядом бабушки. Быстро приняла сидячее положение и потянула руки к подарку. Из пакета достала коробку малинового чая и три упаковки конфет.

–Спасибо!

Девушка заключила бабушку в объятия и опустила руку под кровать.

–С праздником, ба!

Анна подняла с пола зелёный пакет. Онни ласково приняла подарок из рук внучки и удалилась из комнаты, позволяя девушке переодеться.

Анна сунула ступни в пушистые белые тапочки и потянулась,

заглядывая в окно.

На улице ее Города носились люди с подарочными пакетами. Все суетились, на их лицах горели улыбки, а глаза светились счастьем. За двадцать лет день подарков стал любимым праздником Анны, он даже пересиливал праздник пирогов и сбора ягод.

Девушка накинула на себя легкое желтое платье и выбежала из

домика, прихватив с собой множество пакетов.

Тело обдул теплый ветерок, солнце поцеловало кожу девушки и, кажется, даже облака улыбнулись.

–С праздником!

К ногам Анны подбежал маленький мальчик лет десяти. Его рыжие волосы прикрывали лоб и раскачивались в стороны от быстрого бега. Он принял подарок и вручил девушке свой пакет. Анна прошлась по всему Городу. Раздала подарки и приняла поздравления.

–Я слышала, что появился новый Город, – бабушка Онни положила руку на плечо Анны и одарила ее нежным взглядом. – Обязательно загляни туда. Подарки на столе.

Анна кивнула бабушке и забежала в голубой домик. Прошлась по светлому коридору и завернула на кухню. Розовую скатерть прикрывало огромное количество пакетов. Анна тяжело вздохнула, понимая, что целый день уйдет на то, чтобы обойти все Города.

Праздник подарков отмечал не каждый, но Город Анны считал важной частью вручить подарок даже тем, кто этого не желает.

Девушка прошла по серой плитке, кивнула знакомым лицам, провела рукой по яркой кроне деревьев и скрылась за берёзовой рощей. У входа в Город всегда было холоднее. Девушка ступила на сырую землю и встретилась взглядом с высокими массивными дверьми. За ними находится длинный коридор, где расположены чужие Города.

Город. Город – место, что возводят вокруг себя люди. Город Анны наполнен счастьем и улыбками. Люди, живущие в нем, не обмениваются оскорблениями, всегда приходят на помощь и обнимаются при встрече. Но такое не у всех. Есть Города, которых Анна боялась до смерти. Их двери обычно черные или синие, по полу растекается белый туман, а за стенами не слышен звонкий смех. Но, даже в такие Города, бабушка Онни настоятельно рекомендует заносить подарки.

Анна поднесла ладонь к золотой ручке и опустила ее вниз.

Послышался щелчок. Громадная дверь распахнулась, холодный ветер обдул тело девушки, а по коже поползли мурашки. Нужно скорее добежать до Города Фазур и окунуться в объятия животных, что ходят по дорогам.

Анна сделала шаг, попадая в темный коридор. Золотая дверь с

грохотом захлопнулась за спиной девушки.

Анна часто выходит за пределы своего Города, но каждый раз приносит ей волнение. Девушка крепче сжала в ладонях ручки пакетов и ускорила шаг

Анна быстро добежал до дверей, что расположились через три Города от ее. Дернула ручку и попала внутрь.

Город Фазур был очень схож с Городом Анны. Там всегда стояла солнечная погода, лишь иногда выпадал снег, чтобы животные могли резвиться на белом покрывале. По дорогам ходили косули, по веткам деревьев прыгали белки, а в густой траве прятались полевые мыши.

Фазур – женщина средних лет. У нее короткие волосы и добрая душа. Несколько лет назад из жизни ушел ее муж. Поаль ко всем относился с любовью, но большее место в его сердце занимали животные. Он обожал посещать конюшни вместе со своей женой и сыном. Они катались верхом, кормили коней кубиками сахара и расчесывали шелковистые гривы.

После смерти Поаля, Фазур совсем опечалилась. Женщина стояла на пороге Города с темными дверями. И лишь животные, что окружали Фазур, вывели ее в новый, в собственный Город. Теперь ее мир наполнен пушистыми друзьями разных размеров и характеров.       Но главной любовью для нее до сих пор остаются лошади. Ее отрада и новый смысл жизни.

–Привет, малыш! – Анна рукой провела по черной шерстке пса, что встречал ее при входе в Город.

Пес громко залаял и завилял хвостом, приветствуя девушку. Лизнул ей руку и покрутился пару раз вокруг себя.

Анна прошлась по проселочной дороге, погладила встретившихся на пути лошадей и свернула налево, к зеленому домику, на веранде которого сидела взрослая темноволосая женщина.

–Анна! – Фазур вскочила с кресла и схватилась за голову. – Как ты выросла!

–Прошел всего месяц.

–Значит, заходи почаще! Я уже начинаю забывать, как ты выглядишь!

Фазур заключила Анну в объятия и протянула розовый пакет.

Девушка вручила подарок в ответ.

–С праздником, Фазур! Как Ваши дела?

Темноволосая женщина махнула рукой и кивнула в сторону кресел. На столике рядом с ними стояли две кружки и заварочный чайник.

–Надеюсь, уделишь мне пару минут? Я так соскучилась!

Анна кивнула и проследовала за женщиной. Тенек на веранде скрыл девушку от ярких лучей солнца, что обжигали кожу.

Анна присела на кресло рядом с Фазур и разлила малиновый чай по кружкам. Сделала глоток и улыбнулась. Малиновый чай – традиция праздника подарков.

–Как дела у твоей бабушки?

–Все хорошо. Она рассказала мне, что умер Хорик. Примите мои соболезнования.

–Да, – Фазур кивнула, – он был старым котом, я ожидала этого. – Ты слышал про новый Город?

Анна кивнула, делая очередной глоток сладкого чая, развернула из упаковки конфету и закинула в рот.

–Бабушка рассказала, но пока я его не видела. Надеюсь, двери будут не черными.

Женщина улыбнулась и коснулась руки светловолосой девушки.

–Если заглянешь туда – дай знать. Мне жутко интересно!

–Обязательно, Фазур! Я побегу, надо обойти еще восемнадцать Городов.

–Беги, милая. С праздником!

Женщина обняла девушку и подозвала к себе черного пса, что

встречал Анну у ворот Города.

–Проводи гостью, Вилли.

Пёс громко залаял и понесся вслед за Анной.

Девушка обошла все Города, что горели светом. Туда она заглядывала первым делом, зная, что жители встретят ее с улыбкой. Черные и синие двери старалась обходить стороной, но, вспомнив просьбу бабушки Онни, вешала пакет на ручку и стучала в дверь. Никто не открывал, как и всегда. Анна надеялась, что ее подарок заберут позже. Жители Городов, чьи двери окутывает белый туман, выходят из своих владений только, когда рядом нет и души. Анна ни разу не видела, кто прячется за темными дверями, но надеялся, что эти люди не так страшны, как о них думают.

Девушка расслабленно выдохнула, осознав, что обошла все Города из списка. Почти все. В руке оставался последний пакет для жителя нового Города. Только, дверь в новый Город она так и не нашла. Анна остановилась у очередных ворот и оглянулась, не зная, в какую сторону пойти. Она потратила целый день на то, чтобы разнести подарки. Не хотелось бродить по Городу в сумерках. Но выхода не оставалось.

Анна дошла до одного конца Города, но так и не встретила новых дверей. Все те же зеленые, золотые и черные с синим ворота, где по полу витает белый туман. Становилось холоднее, вот бы скорее добраться до своего Города и окунуться в теплый ветер, что обнимет хрупкое тело.

Девушка дошла до другого конца коридора в надежде, что новости о новом Городе не оказались ошибочными. Ужасно не хотелось узнавать, что она напрасно разгуливала между массивных дверей. Но, видимо, поход Анны оказался не пустой тратой времени. Девушка остановилась, увидев перед собой высокие красные двери, что расположились в самом конце коридора. Ручки ворот были обмотаны цепями, а вместо белого тумана пол искрился алым светом.

–Не черные… И не синие… – прошептала Анна себе под нос.

Бабушка Онни предостерегала девушку о Городах, что спрятаны за темными дверями. Ходили слухи, что люди, живущие в них, очень злы. Их миры полны злости, грубости и агрессии. Там нечего делать такой светлой девушке, как Анна. Онни запрещала внучке переступать пороги таких Городов, оберегая ее от жестокости, что девушка может там повстречать. Тем не менее, настоятельно просила оставлять подарки таким жителям.

Но этот Город был другим. Он горел красным. Первые двери из

двадцати Городов, которые отливают багровым цветом, пол искриться, а ручки обмотаны цепями.

Анна оглянулась и потянула ладонь к ручке. Коснулась ее и опустила вниз. Дверь приоткрылась. Красный свет из щели осветил коридор. Анна сделала шаг, ещё раз оглянулась и прикрыла за собой ворота.

Огромное помещение, заставленное массивными колоннами.

Идеально вымытый мраморный пол по которому раскиданы цепи, что тянуться от самих дверей. Тут не холодно и не жарко. Не темно и не светло. Тут никак.

Анна делала аккуратные шажки, стараясь как можно тише наступать на чёрную плитку. Но каждый шаг разносился по Городу звонким эхом от низких каблучков на подошве макасин, что Анна надела утром.

Девушка зажмурилась, прислушалась и сделала очередной шаг.

–Эй! – Крикнула она. – Есть кто?

–Иди уже, я не кусаюсь, – раздался чей-то голос.

Он шел из самого центра Города. Анна тяжело вздохнула и ускорила шаг, желая поскорее встретиться с жителем этого странного места и вернуться к себе домой. В свой Город, где всегда солнечно и царит любовь.

Ни разу в жизни Анна не переступала порог мира, что так сильно отличался от ее. Она бывала в Городах, где все застелено снегом, в Городах, где вечно моросит дождь. Но даже такие места объединяло одно – добрая душа их жителей. Люди там улыбчивы, из каждого дома доносится смех, а на улице резвятся дети.

Первый раз Анна увидела новый Город. Она даже не знала, как они создаются. И, если честно, ни разу об этом не задумывалась. Все ее дни были пропитаны весельем и беззаботностью. Какой толк думать о чем-то другом?

Под красным светом на высоком троне сидела девушка. Ее ступни обвили туфли на высоком каблуке, что переплетали ноги почти до самых колен тонкими лентами. К телу прилегало короткое красное платье. Кисти скованы цепями, а темные волосы растекались по плечам. Девушка сидела с прямой спиной, гордо держала голову и смотрела на Анну. На ее лице не было улыбки, не было и грусти. На ее лице виднелось… ничего. Такое бывает?

–С праздником, – прошептала Анна, не зная, насколько это уместно.

Незнакомка махнула рукой, цепи громко зазвенели от движения.

–Не утруждайся.

–Тут… красиво, – криво улыбнулась Анна.

–Да,– кивнула девушка, – ты пришла подарить конфеты и оценить мой мир?

–Что у тебя за Город?

Анна подошла ближе к девушке. Ее мир был чем-то новым и

необычным. Разбросанные цепи, красный свет и отсутствие любых эмоций и чувств. Живя в Городе, где каждый угол усыпан смехом, Анне стало любопытно окунуться в другую жизнь. В Город девушки, что в одиночестве сидит на троне.

–Ешь свои конфеты и грейся на солнце, – фыркнула темноволосая девушка. – Я не расскажу тебе ничего интересного.

–Попробуй, а я сама решу – интересно мне или нет. Меня зовут Анна, – она сделала ещё один шаг, приближаясь к трону. – Почему на тебе цепи?

Девушка опустила взгляд на свои кисти, пальцами сжала металл и тяжело вздохнула.

–Меры предосторожности.

–Чего остерегаешься?

–Скорее “кого”, – выдохнула она. – Уже поздно, Анна, приходи завтра, если желаешь. У меня есть для тебя пару историй.

Анна улыбнулась.

–Я рада буду послушать!

–Агнесс.

–Что?

–Мое имя – Агнесс. Приходи, если не передумаешь. Только забери свои конфеты, иначе меня стошнит.

Анна кивнула девушке и направилась к массивным дверям.

Захлопнула за собой ворота и спиной прижалась к стене коридора.

Удивительно. Первый раз за жизнь девушка побывала в Городе, не похожим на ее.

За золотыми и зелеными дверьми обычно скрывались леса,

просторные поля или снежные равнины. Люди в таких Городах улыбчивы, мудры и приветливы. Они возвели вокруг себя стены, желая оставаться в мире гармонии и добра. В таких Городах всегда царит уют, пахнет свежей выпечкой или кострами.

Хоть никто в них и не бывал, но про Города за черными и синими дверьми ходит немало историй. Поговаривают, что в них стоит вечный холод, люди там бледные, а волосы у них седые, даже у детей. Жители таких Городов суровы, грубы и опечалены. Они настолько погрязли в своих проблемах и грусти, что решили навсегда оставаться в месте, где стоит мрак.

Город, где только что побывала Анна, не был похож ни на один из тех, про которые она знает. Агнесс не была приветлива, но и не была груба. В ее мире не было солнца, что дарило бы тепло, но и между колон не витал ледяной ветер. Там было никак. Лишь красный свет и цепи, разбросанные по всему Городу, вызывали неистовый интерес узнать историю темноволосой девушки.

Анна пробежала по серой плитке под светом луны к своему голубому домику. Бабушка Онни давно спала, как и другие жители Города. А Анне так не терпелось рассказать о своем открытии! Завтра она обязательно поведает историю о своей удивительной находке. И заглянет к Фазур, она обещала поделиться с ней новостями.

С первыми лучами солнца Анна уже встречала бабушку на кухне. Заварила малиновый чай, что теперь они будут пить целый год до следующего дня подарков, и завтракала свежими пирожками.

–Ни свет, ни заря, Анна. Доброе утро!

Дверь приоткрылась и на кухню зашла старушка. Она поцеловала внучку в макушку, приняла из ее рук кружку с горячим чаем и села напротив девушки.

–Что же такое случилось? – Улыбнулась бабушка. – Нашла новый Город?

–Да! – Не сдержала крик Анна. – Бабушка, он другой

–Не пугай меня, милая, – вздохнула Онни. – Надеюсь, двери были не темными?

–Красными! Они были красными! Пол искрился алым светом, внутри колонны и цепи, что тянутся от ворот до самого центра Города. А в центре трон. На нем сидит девушка.

–Подожди, милая, – рассмеялась бабушка, – ты так тараторишь, что я не поспеваю за тобой!

Анна сделала глубокий вдох и прикрыла глаза. Это был ее минус. Всегда, когда девушку одаривают сильные впечатления, слова сами вылетают из ее рта.

–Там была девушка, – уже медленнее продолжала Анна. – Она в

одиночестве сидела на троне, а кисти ее были скованы цепями. В самом Городе не жарко и не холодно. Бабушка, там никак! – Последние слова вновь выбежали из ее рта. У Анны просто не получалось сдерживать волнение.

Бабушка Онни сделала несколько глотков чая и задумчиво покачала головой.

–Впервые о таком слышу, милая. А что эта девушка, она грубила тебе?

–Нет! – Воскликнула Анна. – Она была…никакая, как и ее Город. Но Агнесс разрешила зайти к ней сегодня, она обещала поделиться своей историей.

–Не знаю, – Онни покачала головой, – переживаю я, Анна. Посоветуйся с Фазур, ее сын ушел в Город за темными дверями. Может, она что знает.

Анна быстро закивала, большим глотком опустошила кружку и

выбежала из домика, оставляя бабушку Онни одну. К ней обязательно зайдут жители Города, скучать не придется. В Городе Анны ты никогда не останешься один.

Девушка, уже без былого волнения, что царило в ней вчера, открыла ворота и выбежала в коридор. Промчалась между трёх Городов, распахнула зелёные двери и влетела к Фазур.

Уже по привычке ее встретил пес, Анна быстро потрепала его по черной шерстке, промчалась по проселочной дороге, не обращая внимания на лошадей, что громко ржали в стороне. Свернула налево и остановилась только у двери зелёного домика.

Девушка тяжело дышала, оперевшись руками о колени.

–А я все думаю, кто такой ветер поднял, – дверь приоткрылась и на пороге показалась темноволосая женщина. – Проходи, Анна. Что-то случилось?

Анна быстро закивала, переступая порог дома. У Фазур всегда пахло имбирным печеньем, комнаты украшены яркими зелеными занавесками, а у двери встречал ковер в форме собаки.

На девушку тут же запрыгнули два серых кота, как только она присела на диван в гостиной. Коты терлись своими мокрыми носами об локти девушки, выпрашивая ласку.

Как только Фазур присела рядом с Анной, девушка начала свою

историю о новом Городе. Не упустила и детальное описание Агнесс, что гордо сидела на красном троне в самом центре.

–Ну и дела, – покачала головой Фазур. – Мало, что смогу тебе

рассказать, Анна. Мой сын ушел в Город за черной дверью после смерти моего мужа. Его настигла печаль и тоска по отцу, он не смог с этим справиться. Многие ошибочно думают, что, если член семьи уходит в Города, которых мы так боимся, то его родственники что-то могут знать, – Фазур перекинула ногу на ногу и откинулась на спинку дивана. – Но мы ничего не знаем. Да и вряд ли это могло как-то помочь. Стоит наедятся, что эта девушка сама тебе все расскажет и не принесет беду.

–Думаете, мне стоит туда идти?

–Не знаю, – Фазур пожала плечами, – но вряд ли ты сможешь усидеть на места. Я права?

Анна улыбнулась. Фазур права. Девушка была слишком любопытна. Не часто появляются новые Города. Впервые появился Город с красными дверьми. Анна просто не могла пустить это на самотёк. Там более, Агнесс, вроде как, позвала ее сегодня в гости. А отказывать Анна не могла, да и не умела.

Агнесс сидела на троне в своем Городе и рассматривала металл, что сковывал ее запястья. Снять бы эти кандалы, да только нельзя. Цепи – единственное, что спасет ее от очередной ошибки и не позволит переступить порог Города.

Красная дверь приоткрылась, цепи загремели и на весь Город

раздался громкий стук каблучков об мраморный пол.

–Не передумала, значит, – улыбнулась Агнесс.

Ближе к трону подошла светловолосая девушка. Анна сжала руки в кулаки и оглянулась. Боялась. Любой бы боялся.

–Я пришла выслушать твою историю.

Анна остановилась перед троном, ногами раскидала цепи в стороны и присела на чёрную плитку.

–Мой Город не гостеприимный, извини, – улыбнулась Агнесс.

Ее новая знакомая так нелепо сидела на полу, поджимала под себя ноги и рассматривала колонны, что расположились по всему периметру Города.

–Что ты желаешь услышать?

–Все, – кивнула Анна.

Агнесс опустила взгляд. Прогнать бы эту девицу и навсегда запереть ворота. Вспоминать то, что привело ее в этот Город, Агнесс не желала, но пообещала.

–Какие двери у твоего Города? Золотые или зеленые? – Начала

темноволосая девушка.

–Золотые.

–Я тоже жила в Городе за золотыми дверями. В нашем мире часто шел снег, а жители любили рисовать. Какие традиции у вас?

–Раз в месяц проходят праздники, которыми мы делимся с соседями. Вчера был день подарков.

–Да, – кивнула Агнесс, – я помню этот праздник. В детстве очень его любила.

–Как ты оказалась здесь? – Прошептала Анна.

Агнесс вздохнула, а ее плечи поникли.

Глава 2.

Несколько лет назад.

Агнесс было семнадцать лет. Мама учила ее рисовать и делиться произведениями с соседними Городами.

–Счастья заслуживают все, даже жители Городов за темными

дверями, – улыбнулась женщина и передала дочке несколько написанных картин. – Пускай эти холсты радуют глаз нашим соседям.

Агнесс подчинилась, приняла картины и выбежала в длинный

коридор, что был облеплен различными дверями.

Первым делом забежала к маминой сестре – Оливии, что жила за зелеными воротами. В ее Городе стояла вечная осень, воздух пропитался дымом костров, а жёлтая трава хрустела под ногами.

После светлых Городов, Агнесс проведала своего друга детства – Аарона. Мальчик жил в Городе, где из еды были только овощи, в самом центре расположилась прорубь, а главной традицией были пробежки по утрам.

–Мне уже их некуда ставить! – Засмеялся парень, принимая картину из рук подруги.

–Остались только темные ворота, а потом можем погулять, – улыбнулась Агнесс, чувствуя румянец на щеках.

Аарон был старше девушки на три года, в свои двадцать его тело походило на взрослого мужчину. Широкие плечи и рельефы мышц, что не могли скрыть футболки, вызывали в Агнесс чувство жжения в животе. Волосы парня темные, как и глубокие карие глаза.

Они дружили с детства, бегали в Города друг друга, оставались

ночевать в гостях и проводили совместные праздники. Только с возрастом на смену детским чувствам начало приходить что-то большее. То, что вызывало румянец на щеках, блеск в глазах и скромную улыбку на лице.

–Могу сходить с тобой, – подмигнул Аарон.

–Я забегу за тобой сама! – Крикнула Агнесс, закрывая за собой зеленые двери.

Девушка обежала все темные двери, оставила в густоте тумана

картины и собиралась возвращаться домой. Только синяя дверь, что была чуть приоткрыта, зазывала Агнесс заглянуть внутрь.

Девушка сделала глубокий вдох, чувствуя ледяной воздух, что

пробрался в легкие. Из Города летел ветер, поднимал темные пряди и пробирался под одежду. Нужно закрыть эту дверь и бежать к Аарону, упасть в крепкие объятия парня и развести костер в Городе Оливии.

Но, вместо того, чтобы захлопнуть ворота, девушка крепче сжала темную ручку и потянула на себя.

Новый поток ветра обдул ее хрупкое тело. Белый густой туман

поднялся выше, мешая разглядеть просторы Города. Лишь синий свет из глубины подсказывал дорогу.

–Я просто посмотрю, – прошептала Агнесс.

Девушка сделала шаг. Под ногами послышался хруст. Это был лёд. Дверь с грохотом захлопнулась за спиной и очередной порыв ветра пробрался под одежду, вызывая мурашки на коже. Зубы застучали от ужасного холода.

В Городе Агнесс часто шел снег, бывали метели и морозные стужи, но никогда ледяной ветер не царапал щеки с такой силой, как в этом месте.

–Ау! – Крикнула Агнесс, пробираясь через густой туман. – Есть кто живой?

–Ты откуда здесь, девочка?

В глубине тумана показался мужской силуэт. Парень был выше

Агнесс, хриплый голос эхом разнесся по округе. Он сделал пару шагов, выходя из белого облака.

–Ты кто?

Перед Агнесс показался парень, на вид лет двадцать, больше не дашь. Острые черты лица, тонкие губы и прямые брови. Белые волосы, как свежевыпавший снег, колыхались в стороны от ветра. А глаза.. глаза голубые, кристально-голубые. Агнесс сделала шаг назад.       Он не был похож на живого, его кожа бледная, щеки не краснеют от холода. Он весь был, как сплошной снег.

–А ты…? – Прошептала Агнесс, приложив ладонь ко рту.

–Не бойся меня, девочка. Я на вид такой. Пойдем со мной, – он

протянул ей руку.

–Не пойду.

–Я угощу тебя чаем.

За спиной парня витал белый туман, ветер с силой дул в спину, но холод, кажется, вовсе не волновал его. Мороз пробирал только тело Агнесс.

От кружки чая ничего не случится. Точно не случится.

* * *

–Ты была за темными дверями?! – Вскрикнула Анна, услышав первую часть рассказа.

Агнесс медленно кивнула.

–Расскажи! – Продолжала кричать девушка. – Как там? Правда, что все жители седые и в их Городах стоит вечный холод?

–Правда, – вновь кивнула Агнесс. На лице не было улыбки, лишь

легкая боль начала колоть сердце, пробуждая воспоминания. – Их волосы белые, как снег. Кожа бледная, будто в венах не течёт кровь. Глаза голубые настолько, что не видно и зрачков. Сомневаюсь, что они и вовсе там есть, – выдохнула девушка. – Города их льдом покрыты, ветер вечный, не прекращает свои порывы, царапает лица и обжигает кожу морозными поцелуями, – Агнесс поежилась, будто вновь ощутила хлестание ветра по щекам. – Жители не здороваются, не обнимаются, бросают лишь пустые взгляды и бродят по улицам Города, не имея никакой цели.

–Но тот парень, он угостил тебя чаем?

–Угостил, – сквозь зубы процедила Агнесс. – И на долгое время

привязал меня к себе. Люди там хитры, проникают в подсознания. Привязывают, внушают, что желание остаться в их Городах твое

собственное, искреннее.

–Что он сделал?

–Навечно сковал мои кисти в кандалы.

Несколько лет назад.

Лютер запер Агнесс в своем мире. Кончено, он выпускал ее наружу, не держал насильно, но делал все, чтобы девушка вернулась. И она возвращалась, самостоятельно.

–Я не верю ему, – поморщился Аарон. – Тебя не смущает ваша разница в возрасте?

–Он твой ровесник, – закатила глаза Агнесс, складывая в корзину очередной гриб.

–Не сравнивай наши с тобой взаимоотношения. Я знаю тебя с самого детства, он же – чуть больше месяца. О каких отношениях ты вообще говоришь? – Аарон рукой отодвинул ветку ели, пропуская девушку вперёд. – Ты думаешь, нам просто так рассказывают истории про Города за темными дверями? Агнесс, – выдохнул парень, – не глупи, ты же сама видела его мир. Все льдом покрыто, люди суровые, почему думаешь, что он отличается от них?

–Я его знаю! Он другой!

Девушка присела у березы, руками расчистила старые листья и

вырвала из земли гриб. Сегодня они с Аароном обязательно приготовят грибной суп, а после Агнесс убежит к человеку, что заполонил все ее мысли.

–Расскажи мне, если он тебя обидит.

Парень подошёл ближе, рукой обвил талию девушки и прижал к себе, заключая в теплые объятия.

От Аарона всегда пахло свежей утренней росой, темные пряди падали на лоб и слегка колыхались от теплого порыва ветра. Он вызывал в Агнесс незнакомые чувства… Он был ей родным, ближе, чем друг.

С Лютером все было иначе. Парень из Города с синими воротами грубо целовал губы девушки, руками блуждал по ее телу и накручивал прядь темных волос на палец. Первый раз в жизни он видел цвет темнее серого.

Агнесс с Аароном расположились на кухне, парень нарезал грибы, а девушка кипятила воду для будущего бульона. Как в детстве, они проводили время только вдвоем, обменивались теплыми взглядами и нежно касались кожи друг друга, передавая предметы.

Синие ворота приоткрылись, туман окутал хрупкое тело девушки, а ветер разбросал темные пряди.

–И где ты была, Агнесс? – Прошептал парень на ухо, как только

девушка ступила на тонкий лёд.

–Навещала Аарона.

–Опять этот парнишка. Я уже говорил, что он мне не нравится, – голос

Лютера царапал слух в паре с ветром, что кусал кожу.

– Не заставляй меня повторяться, Агнесс, – парень растягивал имя девушки, последние буквы почти выплевывал, будто змея, что шипит при нападении.

Агнесс прикрыла глаза, понимая, что ее ожидает. Успела набрать воздух в лёгкие и прикрыть голову перед тем, как мужская рука прошлась по ее щеке.

–Ты моя, Агнесс.

Лютер схватил девушку за волосы и притянул к себе. Голубые глаза прожигали, от парня пахло злостью и холодом. Вечным холодом, что пустил корни в его душе.

Лютер сжал щеки Агнесс, поворачивая ее лицо к себе. Девушка не плакала, лишь крепко сжимала кулаки, ожидая, когда парень успокоится.

Такое происходило каждый раз, когда Агнесс упоминала в разговоре своего друга. Она привыкла… Она привыкнет.

Тонкие бледные губы одарили Агнесс грубым поцелуем, пропитанным злостью и ревностью.

–Не смей с ним больше общаться, – прошипел Лютер.

–Он мой друг!

Новый удар прошелся по ее щеке.

–Я больше не стану повторять.

* * *

–Агнесс…

Анна прикрыла рот рукой, в глазах стоял ужас. Какие суровые и

жестокие бывают люди. Не зря с детства девушку пугают историями про Города за темными дверями.

–С каждым днём он избивал меня сильнее, – голос Агнесс дрогнул. – Лютер запрещал видеться с Аароном, почти не выпускал из Города, заставлял сидеть на тонком льду и содрогаться от ледяного ветра, что пробирался под одежду. Он был жесток, под маской нежности и любви прятал злость и ненависть.

–За что он так с тобой?

–Люди в таких Городах совершают подобные поступки просто так, Анна. Я, живущая в мире доброты и любви, не могла поверить, что существует что-то подобное.

–Почему ты не ушла от него сразу же, как он поднял руку? – Возмутилась Анна.

В ответ Агнесс лишь раздраженно мотнула головой.

Кто знает, что правит такими людьми? Что заставляет человека

приносить другим боль, оставлять на коже кровавые следы и вызывать слезы, что ручьем текут по щекам? Кажется, им и вовсе приносит это удовольствие.

До сегодняшнего дня Анна и не знала о существовании насилия, слышала о жестокости, как о далекой сказке, что никогда ее не настигнет. Нужно скорее рассказать все бабушке Онни и заглянуть к Фазур. Они обязательно помогут.

–Мы слишком засиделись,– Агнесс махнула рукой и от движения на весь Город раздался звон цепей. – Приходи завтра.

–Чем я могу тебе помочь?

–Никогда не приближайся к темным дверям, Анна.

Девушка кивнула, поднялась на ноги и потерла колени. Конечности ужасно затекли. Анна просидела на черной плитке несколько часов, не чувствуя ни голода, ни жажды. Все ее внимание было устремлено на рассказ девушки, что сидит на троне в центре красного Города.

Анна помахала рукой Агнесс и прикрыла за собой дверь. До своего Города добиралась медленным шагом, мысли штормом крутились в голове, сердце рвалось наружу и горело лишь одно желание – вернуться. Не терпелось узнать, что в итоге произошло с темноволосой девушкой, но внутреннее нутро подсказывало, что рассказ не сулит ничего хорошего.

Анна остановилась, увидев под ногами белый туман. Он растекался от синей двери, что расположилась на левой стороне коридора. Дверь приоткрыта, холодный ветер так и зазывает заглянуть внутрь.

Девушка сделала шаг, теряя ступни в густом белом облаке. Ладонь почти дотянулась до ручки двери того места, что завораживающе притягивало своей таинственностью.

–Не советую, – послышался женский голос.

Анна отдернула руку. Обернувшись, увидела перед собой низкую темноволосую женщину.

–Фазур, – выдохнула Анна, – Вы меня напугали.

–Что ты тут делаешь?

–Возвращаюсь в Город.

–С каких пор ты переехала за темные двери?

Фазур сделала несколько быстрых шагов в сторону девушки, схватила ее за кисть и оттянула от синих ворот.

–Я хотела их закрыть, – начала оправдываться Анна.

–Зайдешь ко мне на чашечку чая? Я так понимаю, у тебя есть новости.

Анна кивнула. Новостей было больше, чем она предполагала.

Девушка пила горячий малиновый чай, сидя на веранде зелёного домика, и откусывала свежеиспеченный пирожок с яблоком. Первая еда за день, живот ужасно ныл от голода.

–О чем же вы общались до самой ночи? – Нахмурилась Фазур.

–Агнесс побывала в Городе за синими дверями. У нее были отношения с парнем по имени Лютер.

Фазур громко охнула, схватившись за сердце.

–Что за дуреха?! – Прикрикнула женщина. – Кто же ступает за пределы темных дверей!

Анна подняла указательный палец вверх, тщательно переживала пирожок, сделала глоток чая и продолжила.

–Я не знаю всю историю, Агнесс пообещала рассказать завтра. Все, что мне известно – Лютер злой человек, любящий насилие. Не знаю, что он творил с Агнесс, но предчувствие подсказывает мне, что…

–Одни страдания, – перебила девушку Фазур. – Ничего другого они принести и не могут, запомни мои слова. И сама никогда не ступай в их миры!

Анна виновато опустила голову, вспомнив сегодняшнюю глупость. Она не собиралась заходить в чужой Город, но белый туман обволакивал, а ветер подзывал взглянуть на мир за синей дверью.

–Бабушка Онни, наверное, уже заждалась.

–Ступай, Анна, – улыбнулась Фазур и обняла девушка за плечи, – и будь аккуратна.

Теплый ветер окутал хрупкое женское тело. Наконец-то Анна

оказалась дома, в своем родном Городе. Свет в окнах домов не горел, все жители спали. Серую плитку освещала полная луна, подсказывая дорогу. Сердце успокоило свой ритм, размеренно стучало в груди, а тревога прошла с появлением легкой улыбки. В этом Городе невозможно не улыбаться. Город Анны создан из счастья. Для счастья.

Трава легонько покачивалась, приветствуя девушку. Пышные облака плыли по небу. Все так спокойно было в этом месте. Вместе с мелодией кузнечиков вдаль уносились дневные переживания. В своем Городе Анна не могла думать о проблемах девушки, что сидит на троне. Эти мысли нужно отложить на потом, а сейчас крепкий сон и теплые объятия бабушки, что уже заждалась внучку.

–Я боялась, что ты не придёшь! – Воскликнула Онни, увидев Анну в дверях. – Даже слышать не хочу ничего про твою подругу! Бегом спать. Завтра день рождения Хьюго, ты помнишь?

Анна опешила, остановившись на пороге кухни. Как она могла забыть!

–Разговоры подождут до завтра, Анна! – Крик бабушки вывел ее из мыслей. – Быстро спать! Ох, молодежь…

Глава 3.

Хьюго – мужчина лет сорока, рыжие волосы достают до плеч, а

короткая колючая борода щекочет кожу при объятиях. Сегодня ему

исполняется сорок один год.

Город Анны кипел, каждый угол был усыпан поздравлениями и

громким смехом. Даже Фазур решила оставить своих животных на

несколько часов и заглянуть на праздник.

Жители Города помогали бабушке Онни накрыть на стол, метались из дома в дом с посудой в руках. Хьюго вместе с остальными мужчинами жарил шашлык на просторной поляне. Анна нарезала фруктовый салат. Почистила яблоки, избавила арбуз от

семян и высыпала два сладких плода в огромную миску. Выглядывала в окно, лицом ловила лучи солнца и растекалась в нежной улыбке. Праздники – лучшее времяпрепровождение.

За столом посреди поля собрались люди. Вся деревянная поверхность была заставлена тарелками. Женщины на славу постарались. От блюд шел пар, воздух пропитал аппетитный аромат.       Дети, сидевшие по правой стороне стола, стаскивали с тарелок овощи и сыр, закидывали в рот конфеты и не могли дождаться момента, когда празднование начнется.

Анна сидела рядом с рыжими мальчиком Граем, который первый вручил сладости на дне подарков. Ребенок ерзал на скамейке и облизывал губы, не сводя глаз с салата.

–Ну где уже папа? – выдохнул он. – Я голодный, как слон!

После его слов к столу подошли оставшиеся гости. Бабушка Онни с Фазур заняли места на противоположной стороне от Анны.

Поляну наполнил звук напитков. Сладкие компоты и морсы разлили по бокалам, дети первыми кинулись к еде, наложили в свои миски горы салатов и закусок.

Звон бокалов, громкий смех и поздравления пропитали воздух. Все улыбалась, одаривали Хьюго пожеланиями и вручали оставшиеся подарки.

Анна улыбалась, наблюдая за этой картиной. Дома всегда хорошо. Дома всегда спокойно. Навечно хотелось остановить этот момент и ощущать умиротворение от тепла, исходящего от каждого жителя. Ещё немного и скоро будет очередной праздник. Вот бы они проходили каждый день.

Агнесс поглядывала на дверь при каждом шорохе. Ждала, когда

ворота откроются и на пороге покажется светловолосая девушка. Но

сегодня Анна не пришла. Стук ее каблучков не разбавил гробовую тишину ни утром, ни днём.

–Дура, – прошептала Агнесс.

Девушка поведала лишь одну часть своей истории, а новая подружка уже успела сбежать. Узнав историю до конца, Анна и вовсе запрет красные ворота, боясь гнева Агнесс, что рвется вылиться наружу.

С каждым часом цепи будто сильнее обжигают кисти. Агнесс смотрит на металл, сжимает в руке и громко кричит. Рев эхом разносится по Городу. Крик, пропитанный яростью и желанием перевязать этими цепями глотку того, из-за кого она вынуждена сидеть на троне.

–Агнесс! – Послышался женский голос.

Пришла!

Анна быстрым шагом сократила расстояние и оказалась перед

темноволосой девушкой. В одной руке держала кружку, во второй – яблоко.

–Сегодня у нас был праздник. Угощайся.

Агнесс протянула ладонь к сладкому плоду, но быстро отдернула руку.

Нет, в этом нет необходимости.

Она не верила Анне, не знала, с какими намерениями эта девушка приходит в ее Город. Может, ей правда интересно узнать историю о нелегком прошлом. А может, старые знакомые желают продолжить свое веселье.

–Я вырвалась ненадолго, – продолжила Анна, не обращая внимание на отказ в угощении. – Мне жутко интересно, чем закончилась твоя история.

–Одного дня не хватит на весь рассказ.

–Я готова приходить к тебе целый год. Расскажи, сколько успеешь.

Анна с молитвой посмотрела на девушку. Привычным движением раскидала цепи в стороны и присела на мраморный пол.

–В следующий раз принесу стул.

Несколько лет назад.

Первый день зимы, по совместительству восемнадцатый день

рождения Агнесс. Девушка бродила по заснеженному лесу, снег скрипел под ногами от каждого шага. По веткам прыгали птички с красным брюхом – снегири. Ветер морозил щеки, оставляя на коже красные поцелуи.

Девушка рассматривала ветки деревьев, что покрылись снегом. Будто очутившись в сказке, Агнесс языком ловила хлопья снега, что падали на милое личико.

За стволом дерева послышался шорох. Девушка обернулась и

заметила темный силуэт, что перемещался по лесу. Агнесс не поспевала за ним, не могла рассмотреть незнакомца.

Удар снежком прошелся по ее спине. Тяжелое тело навалилось на девушку, опрокидывая в мягкий сугроб.

–С днём рождения, заноза, – прошептал парень.

Он всегда называл свою подругу занозой. Это было прозвище,

которым он лично одарил девушку. Агнесс с детства была упрямой, часто не уступала в спорах и обиженно дула губы, когда ее прихоти не исполняли.

–Аарон! – Засмеялась Агнесс, наконец разглядев лицо друга.

На ресницах и волосах парня лежал снег, придавая ему еще большую красоту.

Парень поднялся на ноги, отряхнул одежду от снега и протянул

девушке руку, поднимая ее из сугроба.

–Не ожидал встретить тебя в Городе. Думал ты со своим Лютером, – скривил лицо Аарон.

–Он не любит праздники.

–Конечно, – кивнул парень, – напомни, а что он вообще любит?

–Меня!Аарон тихо рассмеялся, отведя взгляд в сторону.

Он не верил парню, что живет за синими дверями. С трудом отпускал к нему свою подругу и не мог сдержать волнения, когда Агнесс долго не возвращалась в Город.

–Значит, проведем этот день вдвоем?

–Мама испекла пироги. Можем заглянуть к Оливии и разжечь костер.

–Как скажешь, – шмыгнул носом Аарон, – я бы с радостью погрелся у огня. Кажется, ты принесла в свой Город холод Лютера.

Агнесс замахнулась и ладонью шлепнула по плечу друга. Что за

шутки?

Девушке стыдно было признать, но в чем-то Аарон прав. Даже в самые заснеженные дни солнце не пряталось за облаками, ветер, если и морозил кожу, то никогда не царапал щеки, обдувая лицо с бешеной силой. Первая зима от которой хотелось спрятаться.

Аарон подхватил Агнесс под руку и вывел из заснеженного леса. По пути к воротам девушку одаривали поздравлениями, знакомые лица заключали ее в объятия, оставляли теплые поцелуи на щеках и трепали по темным волосам, будто ребенка.

Город Оливии был любимым местом двух друзей. Тут они часто прятались от родители, оставались только вдвоем. Тетя Агнесс не тревожила молодежь своими разговорами, прикрывала от матерей, что заглядывали к ней в поисках детей. Аарон разжигал костер, Агнесс ближе двигала бревно и наслаждалась временем, когда можно не думать о заботах. В такие моменты даже мысли о Лютере, что помимо души тревожил ещё и тело, рассеивались в дыму огня.

По старой привычке парень разжигал костер. Агнесс любовалась желтыми листьями, что падали на землю от порыва ветра, и растекалась в теплой улыбке. На душе было хорошо. В Городах за золотыми и зелеными дверями просто не может быть иначе. А темноволосый парень, что с усердием поджигает хворост, добавлял в этот момент еще большего спокойствия. С ним она всегда чувствовала себя дома. В независимости от того, в каком Городе находилась.

Отношения с Лютером длятся почти полгода. Девушка не понимала, как позиционирует светловолосого парня для себя. Он вызывал в ней множество эмоций и не только положительных. Лютер был груб, поднимал на нее руку, но каждый раз, по своей же воле, Агнесс возвращалась к нему. В Город за синими дверьми, где стоит вечная мерзлота. Будто этот парень стал незаменимой частью ее жизни. Будто без него жизни и не будет вовсе.

Она готова была терпеть его оскорбления, чтобы после он одарил ее холодным поцелуем.

–Ты уже совсем взрослая, – улыбнулся Аарон, присаживаясь рядом с девушкой.

Агнесс улыбнулась в ответ, заправила прядь волос за ухо и

подвинулась в сторону, уступая место парню.

Она была красива, Аарон подмечал для себя, как с возрастом

изменились черты ее лица. Скулы стали острее, нос вздернутым, в губы пухлее. Она уже настоящая девушка, не тот ребенок, с которым парень проводил все свое свободное время. И быть честным, его внимание привлекала и фигура Агнесс.

Аарон злился, понимая, какие мысли могут зародится в голове у Лютера. Лишь бы этот парень ничего не намудрил, иначе Аарону навечно придется переехать в Город за темными дверями, приняв на душу грех. Он задушит Лютера сразу же, если узнает, что тот перешел черту дозволенного.

Для Аарона Агнесс была не просто подругой, она была для него родным человеком, ради которого он, кажется, не побоялся бы и умереть.

–Давай создадим свой Город? – Нарушила тишину девушка. – Заключим туда все, что так сильно любим: костры, легкий снежок и теплую речку.

–Ага, – фыркнул Аарон, – и про Лютера своего не забудь. Кстати, ты меня с ним познакомишь?

–Он не любит знакомства.

–Придется повториться, но я вновь спрошу: что он вообще любит?

Мужская рука накрыла рот девушки. Аарон наклонился ближе, губами почти касался уха. Теплое дыхание и жар кожи вызвал мурашки, что пробежали по телу. Обычно, мужские руки, что касаются Агнесс, вечно холодные.

–Не говори, что тебя. Я в это не поверю.

Девушка дернула головой. Аарон рассмеялся, рукой обвил плечо Агнесс и прижал к себе.

* * *

–Аарон, – прошептала Анна. – Он нравился тебе?

–Все мои чувства были отданы одному человеку – Лютеру. Я настолько погрязла в той любви и зависимости, что вовсе не обращала внимание на друга детства, – честно призналась Агнесс.

Анна задумчиво почесала затылок.

–Мне кажется, он был для тебя больше, чем друг. Где он сейчас?

–Надеюсь, живёт свою лучшую жизнь.

Лицо Агнесс помрачнело. Что с Аароном девушка не знала. Их

общение прервалось в тот момент, когда она переступила порог своего нового Города. Как бы ей хотелось встретиться с темноволосым парнем и заключить его в объятия. Услышать до боли знакомое прозвище и разжечь костер. Но, к сожалению, этот парень остался в счастливом и беззаботном детстве, куда путь для Агнесс теперь перекрыт.

–Чем ты питаешься? – Вывела из раздумий Анна. – Ты вечно сидишь на троне, даже отказалась от яблока.

–Нам необязательно питаться, глупышка.

Брови Анны взлетели вверх.

–Еда приносит удовольствие, – начала объяснять Агнесс,

– поэтому ее так любят в Городах за золотыми и зелеными дверьми. За темными воротами еды не существует, как и сна. Мой Город далеко не похож на твой, ты еще убедишься в этом. Поэтому, такие мелочи, как еда – для меня необязательны. Я не получу от них удовольствия, хотя так соскучилась по вкусу клубничного шоколада.

–Я принесу тебе завтра! С дня подарков у нас теперь много сладостей.

–Не утруждайся, Анна. Тебе не пора домой?

–Я забегу утром!

Девушка поднялась на ноги и потерла колени. На мраморном полу оставила кружку чая и зеленое яблоко на случай, если новая подруга захочет вспомнить замечательный вкус пищи.

Утром Анна завтракала блинами, что испекла бабушка Онни. Щурила глаза, рассматривая яркое солнце за окном. По полу витал прохладный ветерок, остужая помещение от знойной жары. Сейчас бы на речку, окунуться в теплую воду и позагорать на пляже. Но времени у Анны не было. О каких развлечениях идет речь, когда ее новая подруга в одиночестве сидит в красном Городе?

Девушка обняла бабушку, схватила со стола плитку клубничного шоколада и направилась в место, что притягивало своей таинственностью.

Анна принесла с собой стул, к сладости Агнесс так и не притронулась.

–Я целую ночь думала – что означает твой Город? Он не создан из страха, но в нем нет места и для радости, – девушка поудобней

расположилась на сидушке, перекидывая ногу на ногу.

–Я только начала свой рассказ. В конце ты сама найдешь ответ на свой вопрос.

Несколько лет назад.

–Заноса, не хочешь искупаться в проруби?

Аарон подошёл со спины, пока девушка задумчиво разглядывала шпаги для фехтования.

Город парня был необычен. Люди в нем жили спортом, отец Аарона профессиональный пловец, а мама восхитительно играет в теннис. Темноволосому парню отведена роль фехтовальщика.

Несколько раз в неделю Аарон сражается на мечах со своим дядей. Агнесс завороженно наблюдает за другом, что нападает на противника, в одной руке держит шпагу, а вторую заводит за спину. Он не торопится, нападает медленно, обдумывает каждый шаг и ни разу не ошибается. Фехтование для Аарона, как написание картин для Агнесс, – не просто хобби, а смысл жизнь.

–Только закончилась зима, – простонала девушка, – а ты тащить меня в ледяную воду, чтобы я вновь замерзла?

–Мне показалось, что ты любишь холод, – усмехнулся Аарон. – Или Лютер согревает тебя?

–Хватит о нем говорить!

Девушка сделала шаг в сторону, обидно надула губы и скрестила руки на груди.

–Он твой парень, часть твоей жизни, почему я не могу о нем говорить?

–Потому что сейчас я хочу провести время с тобой!

–Отлично! – Улыбнулся Аарон, подошёл к девушке и ладонью обвил ее кисть. – Тогда пойдем купаться в проруби.

Агнесс ничего не оставалось, кроме как согласиться.

Всю дорогу до проруби друзья молчали. Перекидывались

смущенными взглядами и переплетались пальцами рук, греясь об горячую кожу.

Агнесс не полюбила холод. Она от него устала. Голубоглазый парень выжал из девушки все жизненные силы. Она ощущала себя лимоном, что выжимают в чай при простуде. Его не любят, его используют в своих целях, когда есть необходимость. Такой же себя ощущала и Агнесс, состоя в отношениях с Лютером. Но ей не удавалось сделать и шага назад. Она пыталась, пряталась в днях, что проводила с Аароном, но ноги все равно вели девушку к синим воротам. В Город, где царит вечная мерзлота, а на входе встречает парень с ледяным взглядом и морозными руками.

Дни на костре в Городе Оливии, холодная прорубь в Городе Аарона и праздник красок в Городе Агнесс. Девушку окружало лишь добро. Одно счастье царило в соседних Городах и пропитывало ее дни. Все так легко, так просто… Так скучно.

Чертовски не хватает эмоций. Она продолжит улыбаться Аарону, будет наслаждаться спокойствием, что дарит ей этот парень. Но сердце не перестанет рваться туда, где девушку прокрутят словно через мясорубку. Подарят любовь вперемешку с болью, что пахнет железом.

Эмоции негативны, приносящие лишь тревогу сердцу и беспокойство мыслям. Но насколько блаженно себя чувствовала Агнесс, утопая в ломке по голубоглазому к парню. И это пересилило все то умиротворение, что дарил ей Аарон у огня.

Аарон наблюдал за своей подругой, что зажимала нос пальцами и погружалась в ледяную воду. Ее длинные каштановые волосы прилипли к спине, придавая Агнесс ещё более привлекательный вид. Она громко завизжала, чувствуя, как холодная вода кусает кожу.

Агнесс первая согласилась окунуться в прорубь и, стоя на льду,

укутавшись в махровое полотенце, с прищуром рассматривала друга.

–Твоя очередь.

–Я по твоему дурак? Только зима закончилась, хочу немного

отдохнуть от холода.

Глаза Агнесс округлились. Вот же мерзавцев! И кто из них ещё заноза! Девушка нахмурилась и двинулась в сторону Аарона, схватив с земли палку.

–Не советую, – засмеялся парень, останавливая ее удар палкой, что нашел в своих ногах.

Друзья стояли друг напротив друга. Их “оружия” перекрестились. Парень улыбался, а девушка злилась, желая разукрасить красивое тело друга синяками, которые он получит от удара ее палки.

Но Агнесс совсем забыла, что Аарон – настоящий профессионал. Что ее глупые угрозы, когда перед ней человек, что в совершенстве владеет мечом.

Аарон громко засмеялся, запрокинув голову к небу. Ему нравилась настырность подруги, ее уверенность в своих действиях и бездумные эмоциональные поступки.

Аарон сделал шаг вперед, сильнее надавив на палку девушки. Агнесс нахмурилась, не планируя отступать. Повторила за другом и усилила напор на оружие противника. Парень ослабил хватку, девушка чуть покосилась вниз и он ударом выбил палку из ее рук.

“Оружие” упало к ногам девушки.

Парень довольно улыбнулся, ощущая свою победу.

–Было слишком просто. Повторим?

–Иди ты! – Фыркнула Агнесс, сильнее кутаясь в полотенце.

Улыбка не слезала с лица Аарона. Он рассматривал свою подругу, что была похожа на хрупкую снежинку.

Она была, как звезда, упавшая с неба. Как птица, что скачет с ветки на ветку. Как вода, что колышется от ветра. Она была красива. Божественна. Для Аарона эта девушка стала слишком значимой, слишком дорогой и желанной. Всю жизнь, сколько он себя помнит, эта мелкая заноза была рядом. Она воровала самые вкусные конфеты у парня, обливала его водой из шланга и закидывала шишками в лесу. И каждый раз, когда ее нежные руки касались кожи Аарона, множество мурашек, сложно букашки, пробегали по его телу. В последний года все чаще он ловил себя на мысли, что мечтает прикоснуться к губам девушки, что была рядом всю жизнь.

Но ее губы предназначены другому человеку. Тому, кто живет за синими воротами.

В жизни Аарона есть всего одна девушка – она. И как тяжело делить ее с человеком, что пропитывает сердце холодом. Кажется, даже кожа Агнесс начинает приобретает белый цвет.

–Оливия звала нас на чай, – выдохнула Агнесс, чувствуя, как проходит обида на друга.

Аарон улыбнулся, протянул девушке руку и повел в Город осени и костров.

Агнесс разглядывала друга. Темные пряди падали на лоб, брови

прямые, как и нос. Аристократичная внешность. Удивительно, почему в его Городе жители не поселились в замке. Люди из его мира идеально красивы, настолько, что иногда это даже пугает. У всех спортивные фигуры, шелковистые волосы и гладкая кожа. Губы пухлые, глаза темные, а носы без горбинок.

Аарон был серьезен, лишь со своей подругой маска гордости спадала и появлялся тот парень, что может закидать снежками.

Агнесс восхищалась своим другом. Чувствовала себя в его объятиях маленькой фарфоровой куклой. Часто разглядывала сильные руки, что сжимают ее ладонь. Аарон был силен и не только физически. Он всегда брал на себя груз ответственности, трудные задания и оставлял девушке возможность отдыхать. С ним сердце Агнесс было спокойно, она знала, что этот человек способен защитить ее от любых бед.

Он был для нее стеной, защитой и поддержкой. Только, Аарон не видел самого важного. Не видел и не мог спасти ее от главного – от любви к голубоглазому парню, что съедала ее каждый день с новой силой.

* * *

–Вы были очень близки, – прошептала Анна, сжимая обивку сидения.

Рассказ Агнесс о дружбе с Аароном пробрался под ребра Анне, в самое сердце. В ее жизни было много людей, много знакомых и приятелей. Но ни разу не было друга. Не было того, кто бы мог взять за руку и отвести в место, скрытое от посторонних глаз.

–Он был для меня ближе матери, сестер и братьев. Никто не знал ту Агнесс, которую видел он.

Плечи девушки поникли. Он был для нее всем. Однажды она

предложила создать совместный мир, не понимая, что он и есть ее Город.

–Ты все еще будешь отрицать, что он для тебя был больше, чем друг? – Ухмыльнулась Анна.

–С ним было спокойно. А мое сердце требовало эмоций, что мог подарить только Лютер.

–На одних эмоциях далеко не уедешь.

–Знала бы я, чем закончится моя погоня за чувствами, то навечно бы заперлась в Городе Аарона. Лучше тихая стабильность, чем это, – Агнесс повернулась спиной.

Девушка собрала волосы со спины и перекинула их на грудь.

Анна застыла, наблюдая глубокие шрамы вдоль позвоночника. Вырез

на спине позволил рассмотреть многочисленные порезы на коже.

–Это сделал Лютер? – Прошептала Анна, прикрывая рот рукой.

–Это сделала моя зависимость от человека, который заслуживает есть горящие угли, – прошипела Агнесс, закрывая шрамы волосами.

Глава 4.

Анна навещала Агнесс каждый день. Утром помогала бабушке Онни с домашними делами: мыла полы, протирала полки от пыли и готовили ягодные пироги. А днём бежала в Город с красными дверьми, чтобы окунуться в рассказ новой подруги.

Анна много думала, возвращаясь в свой Город. Ночью ворочалась, не могла уснуть и почти рвала волосы на голове от мыслей. Агнесс мало рассказала о Лютере, но он уже не импонировал Анне. Она не верила в его любовь и не могла понять, что двигало ее подругой. Почему она ныряла в объятия человека, что оставил шрамы на ее коже? Почему не осталась с человеком, который одаривал ее заботой и защитой?

В своей жизни Анна любила только семью. У нее не было первой влюбленности, даже симпатию девушка не испытывала. Она никогда не сможет понять, что такое окунаться в любовь к человеку, который этого не заслуживает, пока не испытает этого сама. Чувства – не такая уж и простая вещь, как оказалось. Они подталкивают на необдуманные поступки, скрывая с глаз всю правду.

–Ты не устала ещё? – Улыбнулась Агнесс, встречая свою новую

подругу.

–Расскажи что-нибудь про Аарона. Мне приятно о нем слушать.

Агнесс отрицательно мотнула головой.

–На Аароне все добро в моем рассказе заканчивается. Если ты все еще хочешь узнать, что привело меня в этот Город, то советую одеваться потеплей.

–Почему?

–Каждое слово будет пропитано холодом Лютера.

Несколько лет назад.

Агнесс недоверчиво протянула ладонь незнакомцу. Приняла предложение выпить чая.

Лютер окунул ее в густой туман. Они вышли на центральную площадь, все сильнее отдаляясь от синих дверей. Девушка застыла, рассматривая окрестности Города. Вдалеке, за домами, виднелись горы. Заснеженные, не только верхушки, а вся их поверхность была укрыта белым покрывалом. Возможно, это и не горы вовсе.

По центру Города была расстелена серая плитка, покрытая льдом. Люди бродили по улицам, смотрели под ноги и недовольно бурчали себе под нос. Волосы их белоснежные, как и Лютера. Все худые, бледные и, наверное, ужасно холодные.

–Как тебя зовут? Что ты здесь забыла? – Нарушил тишину парень, заводя девушку в дом.

В деревянном доме стоял мрак. В воздухе появлялись облака пара от каждого выдоха. Печка не грела деревянные стены, в углу комнат лежал снег, а на окнах мороз рисовал свои узоры. Красиво. Страшно красиво.

–Я живу за золотыми дверями, – ответила Агресс, проходя в дом.

Лютер усадил гостью на стул, смахнув с него хлопья снега. Наполнил кружку темной жидкостью и протянул девушке.

–Это что? – Поморщилась она.

–Чай.

–Почему он холодный?

На лице Лютера появилась довольная ухмылка.

–В моем Городе все холодное, девочка. Так, как тебя зовут? И что ты забыла здесь?

Агнесс поднесла к губам холодный напиток, сделала глоток и

поморщилась. Какая гадость. Чай должен быть горячим, согревающим. А этот лишь сильнее морозит и без того холодное тело.

–Агнесс, – кивнула девушка, отодвигая от себя кружку. – Мне стало интересно, что находится за темными дверями. О таких Городах ходит немало легенд.

–Агнесс, – протянул парень, будто пробуя это имя на вкус. – О нас многое говорят, знаю, – шмыгнул он носом, присаживаясь рядом. – Меня зовут Лютер. Хочешь, я могу поподробнее рассказать о своем мире. Гости у нас не частое явление. Я бы даже сказал – ты единственная.

Улыбка коснулась губ девушки. Агнесс наклонила голову,

рассматривая внешность Лютера. Он был худым, черты лица острые,

отточенные. А губы сливаются с цветом кожи, такие же бледные. И,

наверное, ужасно холодные.

Его внешность была необычной, завораживающей. Он не был

красавцев, но и уродом его не назвать. Он был просто… другим. Манящим и интригующим.

–Хочу, – ещё шире улыбнулась Агнесс. – Начнем с гор.

–Это сугробы.

–Начнем с сугробов.

После того дня, когда Агнесс впервые переступила порог Города за синими дверями, она стала частым гостем этого места.

Лютер показывал девушке окрестности: ледяное озеро, заснеженный

лес и высокие сугробы, что напоминали горы.

–Тебе здесь нравится? – Улыбнулся парень, присаживаясь на снег рядом с Агнесс.

Девушка потеплее укуталась в куртку, поджала ноги под себя и

рассматривала лёд, что застелил всю площадь озера.

–Холодно, но очень красиво.

–Я люблю это место. Отец водил меня сюда, когда я был маленьким. На льду, наверное, очень интересно кататься на коньках.

–Ты не катался?

–Коньки – веселое занятие. Это больше свойственно твоему миру.

Агнесс задумчиво кивнула. Город Лютера обходил стороной все, что может принести улыбку.

Кажется, даже сам парень никогда не улыбался. Лишь уголки его бледных губ слегка приподнимались, когда он рассматривал девушку. Лютер гладил Агнесс по запястьям, заглядывал в глаза и выдыхал в ее милое личико облако пара.

–Но я давно нарушил правила своего Города, – прошептал он, кутаясь в темные волосы своей подруги. – Ты принесла в мою жизнь веселье и счастье. Ты мне небезразлична, Агнесс.

Лютер приложил свою ладонь к щеке девушки. Кожа уже не казалась холодной. Все тело Агнесс превратилось в сплошной лёд. Мир Лютера не принимает тепло, температура кожи опускается до минусовой почти моментально.

–Не отказывай мне, Агнесс. Ты приносишь тепло моему сердцу,

согреваешь душу даже в самые жуткие морозы.

Улыбка коснулась губ Агнесс. Она любила Город Лютера, несмотря на равнодушее его жителей. Девушке нравилось гулять с парнем, рассматривать заснеженные пейзажи. Но самым любимым местом стало ледяное озеро, где они проводили большую часть времени.

–Мне нужно время подумать.

–Хорошо, Агнесс. Но я не привык к отказам.

Бледные губы коснулись щеки девушки и мурашки пробежали по ее телу. Кажется, она слишком замерзла.

* * *

–Когда ты дала ему ответ? – Оживилась Анна.

–На следующий день. Лютер привлекал меня. Он был полной

противоположностью Аарона. Его тело было худым, сам высокий и безумно бледный. Абсолютно не тот типаж парней, о которых я мечтала. Но…

–Но? – Анна подняла одну бровь. – Что тебя подтолкнуло на то, чтобы согласиться быть с ним?

Агнесс опустила взгляд. Если бы она знала…

–Он будто манил меня, Анна, – выдохнула девушка. – Не хватит и года рассказать тебе об этих чувства. Вовсе не любовь, ни капли симпатии или сексуального желания. Эти чувства были похожи на одержимость, желание возвращаться в его Город и содрогаться от холода. Некая форма мазохизма – ты знаешь, что тебе будет больно, но добровольно соглашаешься на это, – Агнесс тяжело вздохнула и мотнула головой. – В жизни не пожелаю испытать такое, несмотря на то, что эти чувства – единственное, что заставляет чувствовать тебя живой.

–Бред, – махнула рукой Анна, – я чувствую себя самой счастливой и живой, находясь в своем Городе. Я греюсь на солнце, пью чай с бабушкой и готовлю ягодные пироги. Я никогда не променяю это на Город, где стоит вечная мерзлота. Никогда не променяю парня, что защищает от любых бед, на того, кто оставляет шрамы на коже.

Улыбка коснулась губ Агнесс. Глупая Анна. Легко рассуждать, когда это тебя не коснулось.

–Ты права, – кивнула Агнесс. – Но, как оказалось, негативные эмоции приносят больше чувств. Это и вызывает постоянное желание испытывать их.

–Чувствовать себя живой, но несчастной?

–Не смотри на меня, как на сумасшедшую, Анна. Существует в этой жизни то, что вызывает в тебе дикую зависимость. В моем случае это был Лютер и эмоции, что он мне дарил.

–И в какой момент ты поняла, что эти эмоции тебя погубят? Надеюсь, ты это поняла?

–Сидела бы я здесь, если бы продолжала утопать в своей

зависимости?

Несколько лет назад.

Лютер, кажется, сам не замечал, как улыбка стала частью его лица. Он обнимал хрупкое тело девушки и утопал в поцелуях, лёжа на снегу у ледяного озера.

–Ты спасаешь меня, Агнесс. Ты не позволяешь мне окончательно замерзнуть.

Бледные губы накрыли губы девушки. Он целовал Агнесс и в этих поцелуях не было и намека на нежность. Они были пропитаны страстью и желанием.

Эти двое медленно сходили с ума. Днём Агнесс проводила время со своим другом, наслаждалась теплыми и ласковыми объятиями, а после убегала в мир, пропитанный безумием.

–Чем ты занимаешься целыми днями?

–Брожу по Городу, – пожал плечами Лютер, – когда морозные стужи застилают площадь хлопьями снега – чищу дороги.

–А хобби?

–Что это такое?

Глаза Агнесс округлились. Как он может не знать?

–Чем ты занимаешься в… – хотелось сказать “в свободное время”, но, судя по рассказу парня, каждая минута дня у него была свободной. – Чем ты любишь заниматься? Я живу написанием картин. Однажды хочу перенести на холст сказочный пейзаж ледяного озера. А ты? Что нравится тебе?

Лютер задумчиво почесал затылок. Что ему нравится? А что он вообще делает целыми днями? Да и чем можно заниматься, чтобы это нравилось?

–Никогда не думал об этом, Агнесс, – протянул он. – Но, кажется, я знаю ответ на твой вопрос. Мое хобби – любить тебя.

Лютер бродил с девушкой по своему Городу. Останавливался каждый метр, сжимал ее талию в мертвой хватке и оставлял грубые поцелуи. Его руки блуждали по хрупкому телу, даже снег рядом с ними таял, настолько сильна была их страсть.

–Ты слишком хороша для меня, Агнесс, – прошептал Лютер, руками проводя по тонкой талии, – но ты слишком желанна, чтобы я отпустил тебя.

А Агнесс и не хотела, чтобы он отпускал. Девушка сходила с ума, медленно погружалась в чувства к голубоглазому парню, привыкала к вечному холоду и грубым губам. Все тело будто пробирал разряд тока, когда холодная кожа касалась ее тела.

–Расскажи о своей семье, – улыбнулась Агнесс.

Пара сидела на своем любимом месте. Лёд, что покрыл озеро,

отражал лучи солнца, которое присутствовало в этом Городе только для вида. Оно не грело, кажется, только усиливало ветер. По берегам росли ели, на ветках лежали крупные хлопья снега. Даже деревья, что оставались вечно зелеными, в этом месте поменяли свой окрас.

–Агнесс, – протянул Лютер, обвивая ладонь девушки, – мне тоже интересно знать о твоей жизни. Но имею ли я на это право?

–Конечно имеешь!

–Я думаю, что нет. Твои сокровенные тайны, мечты, желания – это только твое. И я узнаю об этом только, когда ты сама решишь мне

рассказать. Не заставляй меня делится тем, о чем я даже не хочу

вспоминать.

Агнесс молча кивнула, принимая желание Лютера.

Они не делились личным друг с другом. Все дни проводили у озера, одаривали друг друга поцелуями и лишь иногда изо рта девушки вырывался звонкий смех. Но Лютер быстро накрывал ее губы своими, желая поскорее избавиться от этого звука. Он никогда не сможет привыкнуть к смеху, никогда не позволит принести в его Город хоть каплю веселья. Достаточно Агнесс, эта девушка и так слишком пошатнула его мир.

В один из дней Агнесс рылась в сарае, что находился около ее дома. Пробиралась через удочки, лыжи и велосипеды, проникая в глубь деревянного сооружения. Света не было, приходилось на ощупь искать желаемое.

–Куда ее спрятали? – Фыркнула Агнесс.

Девушка с возмущением откинула от себя очередной спиннинг и рукой дотронулась до ткани. Улыбка коснулась ее губ. Нашла.

Агнесс вышла из сарая, таща по земле ватрушку за верёвку. Отличная вещь для того, чтобы позабавиться в зимнюю пору. В Городе девушки царила весна, пучки почти начали расцветать на ветках деревьев, обволакивая воздух сладким ароматом.

Агнесс оглянулась, удостоверилась, что рядом нет лишних глаз, и направилась в сторону ворот, прячась за каждым деревом, что встречалось на пути. Если мама или кто-то из жителей увидят девушку с ватрушкой посреди весны – появятся вопросы. О ее связи с голубоглазым парнем никто не знал. Оно и к лучшему. Никто не поймет. Никто не сможет пробраться в ее сердца и испытать тот разряд электричества, что ощущает она, целуя бледные губы.

При входе в темный Город, Агнесс уже встретил Лютер.

–Что это? – Удивился он, заглядывая за спину девушки.

–Ватрушка.

–Ватрушка? – Ещё сильнее удивился парень. – С творогом?

Девушка широко улыбнулась в ответ на слова парня. Звонкий смех эхом разнесся по площади Города. Агнесс схватилась за живот и громко смеялась, лишь иногда ловя воздух ртом.

–С каким творогом? – Перевела дыхание она. – Ты никогда не катался с горки?

–Нет.

Агнесс закатила глаза. И на что она надеялась?

Девушка схватила Лютера за руку и повела в центр площади. Звон ботинок разносился по серой плитки, что покрывал тонкий слой льда. Город был пустым, лишь пару людей очерчивали круги вокруг фонтана. Пара прошла по площади и свернула за один из домов, выходя на заснеженное поле. Вдалеке виднелись макушки гор, с которых Агнесс планировала скатиться на ватрушке.

–Что ты задумала? – Наконец спросил Лютер.

–Хочу показать тебе то, чем обычно мы занимаемся зимой. Тебе

должно понравится.

Лютер нахмурил брови. Агнесс не знала, о чем он думал. Парень отпустил ее руку и скрылся за домом, оставляя девушку одну.

–Ты куда? – Крикнула она ему в спину.

–Тебе правда понравится!

Но Лютер ничего не ответил.

–Ну и иди!

Агнесс скрестила руки на груди и упала на ватрушку.

Девушка рассматривала пушистый снег, что отражал солнечные лучи.

Взглядом очерчивала изгибы снежных гор и тепло улыбалась, вспоминая,как каждую зиму они с Аароном катались на ватрушках. С утра до ночи друзья проводили в сугробах и на горах, звонко смеялись и крепко обнимали тела друг друга, катясь вниз.

–Пойдем, – показался Лютер.

В руке парень держал стеклянную бутылку.

–Что это?

–Это, – улыбнулся он, – то, чем обычно занимаемся мы. Тебе должно понравится.

–Это сироп?

–Алкоголь.

Агнесс лишь сморщила лицо.

Алкоголь. Девушка слышала про него. Взрослые рассказывали о

напитке, который обжигает небо и заставляет грудь гореть. После него ноги становятся ватными, взгляд туманным, а мысли пытаются вместе с языком. Эффект приятный только в начале, но, если не знать меры, то можно много глупостей натворить, утонув в горечи этого напитка.

–Я не буду это пить, – фыркнула Агнесс, ступая за Лютером.

Парень перехватил из ее рук верёвку и прочерчивал путь к горам, тяжело переставлял ноги и тяжело вздыхал, когда ступни утопали в сугробах. И кто просил эту девушку тащить ватрушку? Но Лютер не мог ей отказать. Он потерпит веселье и смех, лишь бы ей было хорошо. Лишь бы она была счастлива и подарила ему очередной поцелуй.

–Один-один, Агнесс. Или можешь забирать свою ватрушку с творогом.

Пара подошла к небольшому снежному холму. Одну его сторону покрыл лёд. Агнесс улыбнулась. Лед отлично поможет ватрушке скользить по горе.

–И что нужно делать? – Вздохнул Лютер.

–Для начала подняться наверх.

–Ради того, чтобы один раз скатиться?

–Нет, – мотнула головой Агнесс, – одного раза будет недостаточно.

Лютер вновь тяжело вздохнул и ступил на гору.

Парень шел медленно, ногой притаптывал снег, создавая ступени, и подавал руку Агнесс, помогая подняться. Ватрушка волочилась за парой, утяжеляя подъем.

Агнесс сделала последний шаг и упала на колени, устав подниматься на холм. Грудь быстро поднималась и опускалась от тяжелого дыхания. Горы в ее Городе были гораздо меньше.

Девушка отряхнула колени и оглянулась. Весь Город Лютера был словно на ладони. С верхушки горы отлично просматривалась площадь с фонтаном. Дома, словно темные пятнышки, были усыпаны по местности. С левой стороны Агнесс заметила озеро, застеленное льдом.

–Как красиво! – Вскрикнула она.

Лютер подошёл ближе и обвил талию девушку. Проследил за ее

взглядом и пожал плечами.

–Красиво – это ты.

Пара поместила ватрушку у стороны горы, где расстелился лёд.

Первым в нее присел Лютер, Агнесс заняла место на его коленях. Парень крепко прижал к себе тело девушки и ногой оттолкнулся ото льда. Ватрушка покатилась вниз.

Агнесс громко завизжала, ветер с ещё большей силой начал царапать щеки, в лицо летел снег и мешал рассмотреть пейзаж. Ватрушка остановился в паре метров от спуска.

–И это то, ради чего мы тащились на гору? – Возмутился Лютер.

–Тебе не понравилось?

–Сомнительное занятие, Агнесс. Заставишь меня вновь подниматься наверх?

–Заставлю.

Несколько раз пара поднималась на гору, а после катилась вниз на ватрушке. Агнесс смеялась, радовалась, словно ребенок, утопая в зимних забавах. Ей нравилось катание на ватрушке и даже хмурое выражение лица Лютера не смогло омрачить этот момент.

–Моя очередь, Агнесс, – ухмыльнулся Лютер.

Парень потряс перед лицом девушки стеклянной бутылкой. Рукой обвил горлышко и прокрутил. Крышка с громким хлопком отлетела в сторону.

–Попробуешь?

–Ты первый.

В ответ Лютер лишь пожал плечами и поднес бутылку ко рту. Парень сделал большой глоток и поморщился, смахивая жидкость, что побежала по его подбородку.

–Я всё ещё жив, – улыбнулся он. – Выпей.

Агнесс с подозрением взглянула на бутылку в руках парня. От одного глотка ничего не будет. Точно не будет.

Девушка приняла напиток. Поднесла к носу и сделала вдох. В ноздри ударил резкий острый запах. Глаза заслезились, а изо рта вырвался кашель.

–Какая гадость, – возмутилась она.

–На вкус ещё лучше.

Агнесс вновь взглянула на бутылку. Прикрыла глаза и сделала

маленький глоток. Напиток, словно горящие угли, обжег нёбо. По гортани спустился к желудку и растекся жаром по груди.

–Ужас! – Закашляла Агнесс. – Что за дрянь ты мне подсунул?

–Одного глотка будет недостаточно, – улыбнулся Лютер, повторяя слова девушки по поводу ватрушки.

Пара сидела у спуска горы на ватрушке. Они передавали друг другу напиток, делали глотки и морщились от горечи. Агнесс рассматривала зимнее поле и заснеженные горы, что были совсем близко. Раньше она наблюдала за ними только издалека.

Сумерки начали накрывать Город Лютера. Все рассказы про алкоголь оказались правдивы. Ноги Агнесс действительно стали ватными, взгляд туманным, а с лица не спадала нежная улыбка. Она рассматривала Лютера, мечтала схватить его за руку и скрыться в одном из домов. Одаривать друг друга поцелуями и утопать в опьянении от алкоголя и чувств.

–Люди в твоём Городе суровые, – нарушила тишину Агнесс, – но как же вы способны на любовь?

–Любить может даже самый жестокий человек, Агнесс, – выдохнул Лютер, – мы умеем любить, но дарить любовь не научены.

–Я чувствую твою любовь.

Парень завел прядь темных волос девушке за ухо и тепло улыбнулся.

–Надеюсь, я тебя не разочарую.

* * *

–В какой момент все изменилось? Кажется, у вас все было хорошо.

–Да, – кивнула Агнесс, – у нас было все слишком хорошо. Я была счастлива с ним, любовалась видом ледяного озера и перестала боятся ветра, что с силой царапает щеки. Я приноровилась к условиям, что встречали меня в Городе за синими дверями.

–Что случилось? Почему он так резко изменился?

–Анна, – улыбнулась Агнесс, – люди не меняются, запомни это. Если через время человек начинает оставлять на твоём теле синяки, то это не потому, что “что-то случилось”. Просто, маска, что он старался держать,начала спадать. А где был один удар, то обязательно последует второй.

–Но..

–Не ушла, потому что от зависимости не так просто вылечится.

Анна задумчиво кивнула.

Несколько лет назад.

Агнесс почти все свободное время проводила за синими воротами. Уже не так сильно ее волновали картины, она не упрашивала маму сходить в магазин за красками. К Аарону приходила раз в неделю, обменивалась короткими фразами и убегала в место, пропитанное страстью и холодом.

–Сегодня сходите с Аароном к Оливии, она по вам соскучилась.

Виттория поставила на стол две миски с куриным бульоном, от них все еще шел пар.

–Нет! – Крикнула Агнесс, отодвигая от себя тарелку.

Глаза Виттории округлились. Первый раз в жизни дочка повысила на нее голос.

–Милая, что случилось? – Женщина присела на стул рядом. – Вы поссорились?

–У меня другие планы, – выдохнула Агнесс. – Прости, я не хотела кричать.

–Расскажи мне о Лютере, милая. Из какого он Города? Ты стала такой молчаливой. Даже не притрагиваешься к новым холстам, что мы подарили на твой день рождения. Все время проводишь с ним.

–Если ты не хочешь проводить ночи в истерике, то не узнавай у меня это, мама.

Виттория тяжело вздохнула. Рукой накрыла ладонь дочери и

заглянула в ее глаза. Нежная улыбка коснулась губ женщины.

–Я приму любой твой выбор. Главное, чтобы ты была счастлива.

–Синие ворота, мам, – вздохнула Агнесс. – Он из Города за темными дверями.

Виттория остановила руку, которой гладила ладонь дочери. Дыхание стало сбивчивым. Она мотнула головой, желая, что ослышалась. Но Агнесс продолжала смотреть на нее с серьезным лицом. Нет, Виттория не ослышалась. Ее дочь действительно связалась с человеком, чей мир является полной противоположностью ее. Во что Агнесс вляпалась?

–Ты должна оборвать с ним все связи.

–Ты сказала, что примешь любой мой выбор.

–Это не выбор, Агнесс! – Повысила голос Виттория. – Какое счастье тебе может принести человек, который даже не умеет смеяться? Не говори глупостей!

Виттория встала из-за стола и подошла к окну. Сердце бешено

отбивало свой ритм. Она боялась за свою дочь, боялась за то, что этот

парень может сделать.

–Аарон знает?

–Причем тут он? – Фыркнула Агнесс и подвинула к себе миску с

бульоном.

–Потому что он никогда не отдаст тебя в руки такому человеку!

–Ты заставляла меня относить к темным дверям картины, но запрещаешь строить отношения с человеком из такого Города?

–Одно дело оставлять подарки, а другое позволять ему прикасаться к твоему телу. Покажи свои руки, – женщина кинулась к дочке, – он тебя не тронул?

–Мам! – Агнесс отдернула руку и схватила ложку. – Лютер

замечательный. Да, он не умеет смеяться, его Город покрыт льдом и ты никогда не одобришь нашу связь. Но я счастлива с ним, мам! Слышишь? Счас-тли-ва!

Агнесс сморщила нос и взглянула на тарелку. Аппетит пропал, как и желания находится в доме, который только что был наполнен криками.

Девушка забрала из своей комнаты зимнюю куртку и убежала в место, где она скроется от осуждений. Там, где царит вечный холод, а парень одаривает грубыми поцелуями.

Агнесс с силой открыла ворота и нырнула в коридор.

–Агнесс?

На выходе ее встретил Аарон. Парень держал в руке упаковку конфет, на его лице сияла улыбка, а темные пряди волос падали на лоб.

–Надеюсь, ты ко мне так бежала?

–Нет, Аарон! – Крикнула Агнесс. – Я бегу к Лютеру. И даже не смей бросаться в меня нравоучениями. Можете это обсудить с моей мамой. Она, кажется, сейчас разнесет весь Город.

–Тише, – испуганно прошептал парень.

Мужские руки обвили плечи девушки. Аарон притянул Агнесс к себе, заключая в объятия. Он гладил ее по волосам, слыша прерывистое дыхание.

–Заноза и в старости будет занозой, – улыбнулся он. – Время идёт, а ты все такая же упрямая. Твоя мама переживает, зная слухи, что ходят про такие Города, как у Лютера. Она имеет на это право.

–Не имеет! – Вновь крикнула Агнесс. – Она имеет право поддержать меня, как и пообещала.

–Кого она будет поддерживать, когда он навечно запрет тебя в своем мире?

Агнесс закатила глаза, вырывалась из объятий и легонько толкнула Аарона в грудь. Девушка кинула на друга злобный взгляд и нырнула за его спину, несясь к синим дверям.

При входе ее по привычке встретил белый туман, ветер пробрался под одежду и начал щекотать хрупкое тело. Волосы разлетелись в стороны, как только Агнесс переступила порог Города.

–Лютер? – Крикнула девушка, ступая на тонкий лёд.

Перед глазами все так же витал туман. Мужской силуэт начал

проявляться через белую дымку и приближаться к Агнесс.

–Я соскучился,– прошептал Лютер, выходя из тумана.

Он обвил руку Агнесс, сильным рывком притянул к себе и накрыл ее губы своими. Холодный поцелуй вновь морозил кожу. Нужно подождать, когда тело остынет. Подождать, когда Агнесс станет такой же холодной, что и голубоглазый парень.

Лютер провел девушку к озеру. Они по привычке присели на берег, застеленный снегом, и вдохнули морозный воздух. Ветер обдувал тела, окрашивал щеки в красный и остужал горячую кожу Агнесс.

–Я рассказала маме про тебя, – выдохнула девушка. – Она против! Она против моего счастья! – Слезы почти застилали ее глаза.

–Это было ожидаемо, – кивнул Лютер, – знаешь, в чем разница между нашими Городами?

Агнесс вопросительно посмотрела на парня.

–Твой Город хоть и наполнен счастьем и радостью, но мать не

принимает твой выбор, твое счастье и решение. У меня стоит вечный холод, жители даже не здороваются, но никогда не запретят строить отношения с девушкой из другого мира.

–Мама не верит тебе.

–Я знаю. Главное, чтобы верила ты. Скажи, Агнесс, ты мне веришь?

Девушка кивнула и улыбка коснулась ее губ. Она верила. Она доверяла всю себя этому парню. Полностью и безоговорочно. Они просидели на берегу почти до вечера.

Сумерки начали накрывать Город Лютера, вместо солнца лёд отражал сияние луны. Девушка заключила в объятия голубоглазого парня и скрылась в густом тумане, покидая холодный мир.

–Я думал, что ты там заночуешь, – нахмурился Аарон, встречая Агнесс у золотых ворот.

–Что ты от меня хочешь?

–С каких пор ты стала такой грубой, заноза? – Парень наклонил голову в бок, рассматривая свою подругу.

С момента, когда она переступила порог темного Города, ее

внешность изменилась вместе с поведением. Она стала грубее, уже реже улыбалась своему другу, повышала голос, а на темных волосах лежали хлопья снега. Они не таяли даже, когда в Городе Агнесс стояла солнечная      погода.

–Какие слова лучше подобрать, объясняя твою значимость для меня? – Аарон сделала шаг вперед, приближаясь к девушке. – Что он делает с тобой? Агнесс, – выдохнул парень, – я теряю тебя.

–Аарон, – прошептала девушка, ныряя в объятия друга, – прости меня! Я не хотела тебе грубить, не желала ссориться с мамой. Мне важно, чтобы вы приняли мой выбор.

–Люди, которые тебя любят, никогда не смогут смириться с этим выбором. Как вы планируете строить отношения дальше? Ты переедешь в его Город? Сыграете свадьбу и в этом холоде будете воспитывать детей?

–Нет, – мотнула головой девушка, – конечно нет! Я никогда не брошу тебя и маму.

–И какие же планы на дальнейшую жизнь? – усмехнулся Аарон.

Он понимал, что у Агнесс нет никакого будущего с Лютером. Более того, девушка сама это понимала. Но она не могла найти ответа на вопрос друга. Она не знала, что будет дальше, ее это не волновало. Она просто проводила время с парнем, что одаривает ее поцелуями, и любуется ледяным озером. А что нужно ещё? Большего она и не хочет.

– Ты похожа на наркомана у которого отнимают дозу, – улыбнулся Аарон.

Агнесс ответила ему такой же улыбкой. Теплой, нежной. Заглянула в глаза парня и почти утонула в их глубине. Искренний и любящий взгляд, который мог подарить ей только этот человек.             Сердцу вновь стало спокойно, оно уже не отбивало бешеный ритм. Агнесс глубоко вдохнула воздух и уткнулась в грудь Аарона.

–Обещаю, что завтра мы сходим к Оливии.

–Пожарим зефир?

Девушка молча кивнула, сильнее прижимаясь к крепкому мужскому телу.

С ним ей всегда спокойно. С ним нет страсти, нет желания утопать в поцелуях. С ним хочется просто жить. Жить и наслаждаться этой жизнью, спокойствием, что царит в ее душе, когда кареглазый парень одаривает ее улыбкой.

* * *

–На места твоей мамы я бы тоже переживала, – фыркнула Анна.

Улыбка коснулась губ Агнесс. Ей нравилась ее новая знакомая. Девушку умиляла реакция Анны на любой рассказ. Подруга вздыхала, слушая грустные моменты истории. Широко улыбалась и тихо смеялась, когда в рассказе появлялся Аарон. Казалось, она будто читает книгу про жизнь Агнесс, ярко переживает все моменты и с нетерпением ждёт продолжения.

–Уже поздно. Ступай, Анна. Я буду ждать тебя.

–Спасибо, Агнесс, – кивнула Анна. – Спасибо, что доверяешь мне часть своей жизни. Надеюсь, Аарон ещё появится в твоем рассказе.

–Я рассказываю тебе о своей жизни. Он ее неотъемлемая часть.

–Тем не менее, его сейчас нет рядом.

–И это лучшее решение. Иногда приходится оставлять любимых людей, чтобы не причинить им боль, – плечи Агнесс поникли.

–Думаю, ему было бы все равно на боль. Уверена, что без тебя ему трудно. Отсутствие тебя в его жизни и есть самая настоящая боль, – вздохнула Анна, вставая со стула.

–Ты бы ему понравилась, – улыбнулась Агнесс и кивнула своей

подруге, взглядом провожая к воротам.

–Он мне тоже.

Глава 5.

Анна гуляла по полю, рукой срывала тонкие зелёные травинки. Теплый ветер разбрасывал светлые волосы в стороны и обнимал тело

девушки.

Утром она сбежала в поле, желая переварить то, о чем узнала от Агнесс. Мысли путались. Впервые за двадцать лет Анна узнала так много информации. Впервые она увидела боль. Узнала о существовании насилия, жестокости и грубости. Анна присела на яркую траву. Сделала глубокий вдох и прикрыла глаза.

У Агнесс замечательный друг. Аарон очень добрый и заботливый. По рассказу подруги заметно, как он любил Агнесс, любовью пропитано и каждое слово, сказанное темноволосой девушкой. Удивительно, почему она отрицает, что между ними чувства были большим, чем дружба.

В мыслях всплывал образ Лютера. Анна гадала, как же на самом деле выглядит человек, что способен одаривать поцелуями, а после оставлять шрамы на коже. Агнесс предельно четко описала его внешность, но этого было мало. Анна мечтала вживую встретиться с ним, влепить пощечину и накричать за то, что он творил с ее подругой. Хотя, она не знала и половины,но глубоких порезов на спине достаточно, чтобы возненавидеть жителя Города за темными дверями навеки.

–Анна! – Послышался хриплый крик вдалеке.

Бабушка Онни потеряла внучку. Наверное, уже успела обежать все дома, заглянула в лес и нырнула в речку, ища Анну.

–Я тут! – Крикнула девушка, поднимаясь с травы. – Вышла освежить мысли.

Бабушка быстрым шагом приблизилась к внучке, тяжело дышала и держалась за грудь.

–Ты меня скоро в могилу загонишь так, – улыбнулась Онни, убеждаясь, что с внучкой все в порядке. – К нам пришла Фазур. Поздороваешься?

Анна кивнула. Поздоровается. И не только. Ей много, что нужно

спросить. Может, хотя бы взрослые смогут дать ответы на интересующие вопросы.

Ответы Агнесс девушку не устраивали. Ей нужна была вторая точка зрения. Посмотреть на ситуация с другой стороны, со стороны взрослого человека, что многое прошел в этой жизни.

Фазур сидела за кухонным столом, делала глотки малинового чая и рассматривала розовую скатерть. Ветер из открытого окна слегка колыхал короткие темные пряди. Женщина улыбалась и прикрывала глаза, когда горячий напиток растекался по груди.

–Здравствуйте! – Влетела на кухню Анна.

Фазур чуть приподнялась с кухонного дивана и протянула руки.

–Иди сюда! – Она заключила девушку в объятия. – Мы уж думали, что ты опять со своей новой подругой.

Анна кивнула, налила в кружку чай и потянула бабушке, что зашла на кухню вслед за ней. После наполнила кружку для себя. От напитка шел яркий запах летних ягод. Малина. Самая вкусная ягода из всех существующих. Только очень сложна в употреблении. Анну вечно раздражало раскрывать ягоды, чтобы проверить их на наличие червяков. И, к сожалению, ровно половина из всей собранной малины обычно оказывалась с мелким жителем.

–Я навещу ее завтра.

Бабушка приняла напиток из рук внучки, накрыла своей ладонью ее руку и одарила ее нежной улыбкой. На душе стало тепло. Наверное, такое же тепло от улыбки Аарона окутывало тело Агнесс.

–Агнесс постепенно посвящает меня в историю своей жизни, – начала Анна, – но я так и не могу понять, что означает ее Город.

–Каждый Город – это как состояние души, – улыбнулась Фазур. – Ваш мир наполнен солнцем, вечными праздниками и смехом. И люди здесь живут соответствующие: светлые и добрые. В моем Городе на каждом шагу можно встретить животных, потому что они являются неотъемлемой частью моей жизни. Что существует в ее Городе, кроме цепей?

Анна задумчиво почесала щеку. Она пыталась в мелких деталях

вспомнить мир, где провела несколько дней. Колонны, цепи, трон, красный свет… И снова цепи.

–Ничего, – прошептала девушка.

–Города создаются не просто так, милая, – поддержала разговор бабушка Онни. – Они заключают в себе то, чем люди живут. Чем они дышат и без чего не могут представить свои дни.

–В Городах за темными дверями стоит вечная мерзлота потому, что такой же холод живёт в сердцах их жителей, – продолжила Фазур. – Они живут страданиями, живут жестокостью и злостью. По Городу можно легко понять, что собой представляет человек. Войти в Город – это как попасть в душу.

–А как создаются Города?

Онни с Фазур переглянулись.

–Не знаю, милая, – покачала головой бабушка. – Я родилась в этом Городе.

–Мой Город был местом, где я жила с семьёй, – кивнула Фазур. – Лишь на время я покинула его, когда погрузилась в страдания из-за смерти мужа. Если не животные, то я бы с вами не сидела, – улыбнулась женщина, – искали бы меня за темными дверями.

–Как Вам удалось не пойти на поводу у чувств?

Фазур тихо рассмеялась, сделала очередной глоток чая и выдохнула, кажется, весь воздух из своих лёгких.

–От меня ушел сын. Пропал за темными воротами. От меня ушел муж, умер, оставил одну. В тот момент мне казалось, что в моей жизни нет места счастью, – ее голос дрогнул, – только боли. И когда я почти дотянулась до ручки черной двери, услышала громкое ржание. Не знаю откуда, – улыбка вновь коснулась губ Фазур, – но рядом со мной стоял конь. Он был красив, величествен, с шелковистой белой гривой. И тогда я поняла, что мне есть ради чего жить. Ради лошадей, ради животных, которых так любил мой муж.

Анна приоткрыла рот, услышав рассказ Фазур. Она знала о ее

прошлом лишь в мелких подробностях. Знала про Поаля, слышала про сына и лошадей. Но никогда не узнавала подробности ее пути.

Девушка любила мир темноволосой женщины. Для нее он был,

наверное, как для Агнесс Город Оливии. Анна часто приходила в гости к Фазур, играла с котами, каталась на лошадях и резвилась на поляне с псами.Она любила животных. Но не так, как их любила Фазур. Такую любовь, которую дарит им темноволосая женщина, кажется, встретить почти невозможно.

Анна вместе с бабушкой и Фазур наполнили контейнер спелыми персиками и прогуливались по полю. Рассматривали речку, подставляли лица теплому ветру и стирали с подбородка сладкий сок, что стекал по нему от сочных плодов.

–У Вас получилось не пойти на поводу у чувств, – нарушила тишину Анна, обращаясь к Фазур. – Не могу перестать задаваться вопросом, почему это не вышло у Агнесс.

–Я нашла новый смысл для жизни, милая, – улыбнулась Фазур,

откусывая персик. – Возможно, у Агнесс не было причин на новую жизнь.

Анна задумчиво нахмурила брови.

–Были, – кивнула она, – у нее был друг, родители. Она любила писать картины.

–У нее была любовь к человеку, что этого не заслуживал. Больная любовь, что поглощает тебя полностью. Она слишком юна, чтобы вступить в эту битву.

–Чувства оказались сильнее разума, – кивнула Онни.

Анна тяжело вздохнула. Все это она уже слышала. Агнесс предельно. ясно объяснила, что ей движело. Но этого оказалось недостаточно.

Девушка до сих пор не могла понять. Неужели такими убийственными бывают чувства? Неужели, любовь полностью и бесповоротно может затянуть тебя, не оставив и намека на былую жизнь?

–За что она могла его любить? – Не унималась Анна. – Вначале у них все было хорошо, но она показала мне шрамы на спине, что оставил ей Лютер.

Фазур с Онни переглянулись и пожали плечами.

–К счастью, в наших жизнях не было таких ситуаций, – улыбнулась бабушка.

Плечи Анны поникли. Она не найдет ответа на свои вопросы. Ни здесь, ни в Городе за красными дверьми. Такое тяжело описать, нужно только испытать, чтобы понять.

Агнесс сидела на троне в своем Городе. Уже как год она находится в этом месте. Колонны раздражают, яркий красный свет слепит, а цепи обжигают. Девушка плакала, соленая вода предательски стекала по щекам, а из груди вырывался крик.

Она жалела себя. Первый раз за двадцать три года позволила себе слабость. Позволила признать, что последние годы ее жизни- сплошная боль. И так хотелось окунуться в теплые объятия, почувствовать поддержку и получить помощь.

Агнесс с силой дернула руками, желая, что цепи разорвутся. Она делала это каждый день. На протяжении года трясла руками, дёргала кисти и надеялась, что кандалы перестанут сдавливать кожу. Но все было безуспешно. Она никогда не избавиться от этой ноши. Никогда не сможет жить, как прежде. Никогда не освободится. Стены ее Города не разрушатся, а боль с каждым днём всё сильнее будет сдавливать ее тело.

–Я ненавижу тебя, Лютер! – Крикнула девушка в пустоту. – Ненавижу за то, что так сильно любила!

Громкие рыдания разнеслись по Городу звонким эхом.

Агнесс прикрыла глаза и сделала глубокий вдох, вспоминая тот

момент, когда ледяная сказка превратилась в морозный кошмар.

Несколько лет назад

Они были частью друг друга. Он окунал ее в мудрые разговоры, в серьезные рассуждения и умные темы. Она в свое время делилась с ним нежностью. Утопала в глубине его глаз и содрогалась от холода, что дарили его поцелуи.

Они были не просто парой. Они были единым.

Сидели на ледяном озере, закапывали друг друга в снег и целовались. Постоянно. Беспрерывно. Мечтали забрать себе друг друга полностью. Не оставить и частички друг друга этому миру.

Он был с ней ласковым. Старался не причинить боль, когда грубые руки обхватывали хрупкое тело. Он наслаждался ей, терялся в этой девушке. В то время, когда она полностью утонула в своей любви.

Их отношения были похожи на ураган. Два психа, что сбежали из больницы и вместе сходили с ума.

–Останешься у меня? – Прошептал Лютер, целуя щеку Агнесс.

Они сидели на своем любимом месте. Почти полностью зарылись в снег и наслаждались сиянием луны, что отражалось на льду.

–Мама будет грустить. Мы с Аароном обещали ей собрать яблоки завтра, – улыбнулась девушка.

Рука Лютера, что обвила ее шею, резко остановилась. Парень

отстранился. Его кристально-голубые глаза, кажется, поменяли цвет. Почернели. Их застелила пелена злости.

Лютер тяжело задышал, сжал в руке шею девушки и дёрнул на себя.

–Кто такой Аарон? – Почти прошипел он. Имя чужого парня почти выплюнул.

–Мой друг, – прошептала Агнесс.

В одну секунду Лютера будто подменили. Перед девушкой больше не было того парня, что с желанием смотрит в ее глаза. На смену страсти пришла злость. Такая же безумная, как и чувства, что царили между ними.

–У тебя не может быть друзей, Агнесс. У тебя есть я! – Крикнул он.

–Мы дружим с детства.

Агнесс мотнула голову, желая высвободиться из мертвой хватки. Но рука Лютера продолжала сдавливать шею. Парень тяжело дышал и не отрывал взгляд от глаз девушки.

–Я твой друг, Агнесс, – протянул Лютер. – Я твой друг! – Повторял он.

Ветер забрался под одежду девушки. Снег с силой обрушился на землю, крупные хлопья без остановки летели с неба. Холод с каждой минутой усиливался от дыхания парня.

–Ты меня пугаешь.

Девушка попятилась назад, попыталась отползти от парня. Но рука, что продолжала держать ее за шею, не позволила Агнесс отдалится.

–А ты меня расстраиваешь!

Крик морозным ветром царапнул щеки девушки. Сердце ускорило свой ритм. Страшно. Стало очень страшно.

Телу Агнесс никогда не было спокойно рядом с голубоглазым парнем. По нему всегда приходилась дрожь, коленки тряслись, а сердце бешено билось в груди. Но всему виной были чувства, что вызывал Лютер. И они были приятными, страстными и возбуждающими. Они вытаскивали из самой глубины души те чувства, которые просто так не испытать.

Тело вновь задрожало, коленки опять затряслись. Этот парень снова вызвал шторм чувств у Агнесс. Но в этот раз они не казались ей желанными, не хотелось в них утонуть. Девушка мечтала об одном – поскорее убежать от этого. Убежать и забыть о страхе, что зародился в душе.

–Не смей даже думать об этом парне, Агнесс,– вновь прошипел

Лютер. – Однажды я уже сказал, что не отпущу тебя. И я не собираюсь

нарушать свое слово.

–Но он часть моей жизни! – Нахмурилась Агнесс и вновь мотнула головой.

Мужская рука еще сильнее сжала шею, перекрывая доступ к кислороду.

– Я без него не смогу! – Прохрипела девушка.

Лютер тяжело вздохнул и отвел взгляд.С каждой секундой хватка становилась все грубее, пальцы сильнее сжимал хрупкую женскую шею. Агнесс захрипела, схватилась за пальцы Лютера и постаралась оторвать их от себя.

Лютер резким движением подтянул девушку к себе. Поднял

свободную руку и громкий шлепок эхом разнесся по льду, что застилал периметр озера.

Агнесс тяжело задышала, ртом ловила воздух, когда мужская рука перестала сдавливать шею. Лютер швырнул девушка на землю, оставив на щеке красный след от удара.

–Ты вынудила меня! – Крикнул он, рукой ударив по земле. – Я не хотел этого, Агнесс! Это из-за тебя!

Девушка тяжело дышала и держала себя за горло. Кожа ужасно

болела, что на шее, что на щеке. Хотелось плакать, хотелось пить и

почувствовать теплые объятия. Но, рядом с этим парнем, она может получить только холодные поцелуи… И удар. Теперь она знала, что

страстные прикосновения – это лишь одна часть из того, чем одарит ее голубоглазый парень.

–Я не виновата в том, что у меня есть друг!

–Не заставляй меня вновь поднимать на тебя руку! – Не унимался Лютер.

Слова вместе со слюнями вылетали из его рта.

Он был безумен, волосы торчали в разные стороны, дыхание было сбивчивым, а в глазах виднелась только злость, вперемешку с ревностью.

Лютер схватил себя за голову и громко закричал в ночное небо.

–Прости!

Он кинулся к девушке, что продолжала лежать на снегу и глотать воздух.

Лютер обвил ее плечи и носом зарылся в волосы. Агнесс молчала. Молчала и принимала его объятия, не зная, как правильно поступить в этой ситуации. Наверное, нужно было уйти. Но ноги продолжали мирно лежать на снегу.

–Прости меня, Агнесс, – прошептал парень.

Его дыхание с каждой секундой становилось ровнее. Ветер, что с силой обдувал тела, стих. Хлопья снега перестали покрывать землю. Вместе с Лютером успокоилась и погода.

–Не смей меня больше трогать, – выдохнула Агнесс. – Я не стану терпеть удары.

–Конечно,– закивал он, – я никогда больше не сделаю тебе больно. Прости!

Холодные губы коснулись места, что горело красным от удара. Лютер нежно поцеловал щеку и продолжил зарываться носом в темные волосы девушки.

Он обещал, что не тронет ее. Она говорила, что доверяет ему. Кто первый нарушит свое слово?

* * *

Соленые капли продолжали стекали по щекам Агнесс. Боль щемила сердце сильнее, чем кандалы сжимают ее запястья. Что эти цепи, когда в ее душе нестерпимая печаль, разъедающая тело, будто кислота. Она продолжает сидеть на троне, щурит глаз от яркого красного света и рассматривает колонны. Ее не должно быть здесь, она должна отдать своему обидчику все, что получила. Какой дурой она оказалась, оставшись в Городе, покрытым льдом.

И лишь темные глаза и пряди, что падают на лоб, могли успокоить вихрь чувств. Дыхание стало размеренным, слезы высохли почти моментально, когда образ Аарона появился в мыслях девушки. Этот парнишка. Соседский мальчик, что перевернул ее жизнь. Он

научил Агнесс доверить, научил ощущать себя под защитой и забывать обо всех вещах.

Агнесс закрывает глаза и теряется в далеком детстве, желая как

можно дальше убежать от недавних воспоминаниях о морозном кошмаре.

Агнесс десять лет.

Малышка с двумя темными косичками наблюдает за кистью в руках мамы. Волоски кисти оставляют на холсте разноцветные узоры. Изгибы синих линий придают картине моря более реалистичный вид.

–Когда ты подрастешь я научу тебя рисовать, милая, – улыбнулась Виттория, очередной раз проводя кистью по холму.

–Куда ты деваешь все картины? Ты рисуешь каждый день.

Агнесс не отрывала глаз от движений мамы. Села за стол и подперла подбородок рукой, растеклась в нежной улыбке и представила свое будущее, где каждый день, как и мама, будет проводить у холста. -Отношу в соседние Города. Люблю делать подарки. Хочешь тоже?

–Что?

Виттория улыбнулась дочке. Отошла в сторону, к сложным у стены картинам, и задумчиво начала перебирать.

–Вот, – протянула холст Виттория, – отнеси ее в соседний Город. Сделай подарок.

Агнесс приняла в руки холст. Взглянула на картину и ахнула. Пейзаж реки, что протекает вдоль ее Города. Яркие зеленые и желтые цвета передают летнюю пору, в углу черные галочки – птицы, что любят летать над водой.

–Тебе не жалко это отдавать? Ты много времени тратишь на

написание картин.

–Радость людей, что рассматривают мои картины, приносит мне большее удовольствие, нежели их написание. Беги, милая.

Агнесс кивнула маме, аккуратно приподняла холст и выбежала из домика.

Девочка редко одна выходит в коридор. Только на выходных забегает в Город Оливии, тетя разжигает костер и жарит для племянницы зефир на огне. Сладость покрывается золотистой корочкой, а внутри остается все такой же нежной и тает во рту.

Агнесс остановилась, выбежав в коридор. Оглянулась и нахмурила брови. Соседний Город – Город Оливии. У нее и так много маминых картин. Напротив Агнесс увидела зелёную дверь. Соседний Город, где девочка ни разу не была. Она тяжело выдохнула и двинулась вперёд, надеясь, что жители не прогорят ее.

Распахнув зеленые ворота, маленькое тело обдул свежий ветерок. Воздух пах влагой. По всей территории расстилалась зелёная трава, почти как и в любом Городе, что находится за светлыми дверями.

Агнесс ступила на газон и улыбнулась. На травинках, словно точечки краски, свисали капельки росы.

–Привет, – послышался голос за спиной.

Агнесс обернулась. Перед ней стоял мальчик. Он был выше ее, темные волосы взъерошены, а на лице скромная улыбка.

–Привет, я… – запнулась Агнесс, -… мама просила передать в ваш Город это.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.