Людмила Духнина
НесуРазные сказки. Сказка о войне и мире

УДК 087.5

ББК 84(2Рос=Рус)6

Д85

ISBN 978-5-4492-0755-5

УДК 087.5

ББК 84(2Рос=Рус)6

ISBN 978-5-4492-0755-5

ПОСВЯЩАЕТСЯ ДЕТЯМ ДОНБАССА

Людмила Духнина

НесуРазные сказки

Сказка о войне и мире

НАЧАЛО

У мамы-медведицы, Настасьи Петровны, было два сыночка. Младшенький спокойный, медлительный и очень задумчивый. Всё новое, неизвестное он всегда долго разглядывал, рассматривал со всех сторон, трогал, если это было возможно, нюхал, а иногда и пробовал на язык… В конце концов мишка садился, устремлял взгляд куда-то в пространство и задумывался. Звать его в такие моменты было бесполезно. Если же он всё-таки зачем-то требовался, то надо было либо крикнуть очень громко прямо у него над ухом, либо просто подойти и пихнуть в бок. Тогда он вскрикивал: «А? А? Чего?» В какой-то момент старшему брату это надоело, и он сердито воскликнул: «Ну что ты всё акаешь?! Ашка-какашка!» С тех пор к младшему медвежонку так и приклеилось имя Ашка. Обзываться какашкой мама-медведица строго-настрого запретила и звала его Аша, Ашенька.

Старший же, наоборот, был подвижным, активным, деятельным. И очень ласковым. Ему хотелось везде успеть, всё увидеть, обо всём услышать, всё сделать самому. Когда мама о чём-то просила медвежат, старший хитреньким голосом спрашивал младшего:

– Ну и кто же из нас будет этим заниматься? Ты? Или я?

– Конечно, ИЛИ ТЫ, – так же хитренько отвечал младший.

– Конечно, ИЛИ Я! – радостно подтверждал старший. И бежал выполнять мамино задание, громко приговаривая: «Или я! Или я!» Так его и прозвали – Илия. А мама называла его ласково – Илюша, Илюшенька.

Однажды, когда медвежата вместе с мамой полдничали в густом малиннике, прилетела сорока. Села на макушку высокого дерева и застрекотала:

– Высоко летаю, все новости знаю!

Видя, что медведи не обращают на неё внимания, стала прыгать с ветки на ветку и приговаривать:

– Высоко, – скок на веточку ниже, – летаю!

Медведи копаются в малиннике. Сорока – скок ещё на веточку ниже и опять:

– Все новости!!

Медведи как оглохли. Сорока – скок ещё на веточку ниже:

– Знаю!!!

Медведи и ухом не ведут. Ну что ты будешь делать!?

Сорока повторила всё сначала. Допрыгала до нижней ветки. Полное равнодушие. Тогда она как закричит:

– Да знаю я всё!!! Знаю! Знаю!

Тут Аша не выдержал:

– Ма-ам, а давай сороку послушаем.

– Кто болтовню сороки слушает, тот сам как сорока, – не поднимая головы, ответила медведица.

– Ага-а, Ашка-то у нас сорока! – засмеялся Илюша, толкнул брата, и началась весёлая потасовка.

А сорока всё это время прыгала на одной ветке и как заведённая трещала:

– Знаю-знаю-знаю! Всё знаю-знаю!

Тут наконец Настасья Петровна подняла голову и спросила:

– И что же ты знаешь? Что будешь врать на этот раз?

– Да не вру я никогда! – обиделась сорока. – Я что, кукушка, что ли!? – вспорхнула с ветки, сделала круг над медведицей и уселась обратно.

– Ну говори!

Медвежата высунули из кустов перемазанные малиной мордочки и тоже приготовились слушать.

– Ой-ой, – застрекотала сорока, – на том берегу в чужом лесу чудеса творятся! Лес-то зашевелился!

– Так, наверно, ветер сильный был, – с усмешкой прервала её Медведица.

– Ага-ага! Перед грозой так бывает, – поддержал маму Илюша.

– А вот и нет! Нет-нет-нет!!! – застрекотала сорока. – Никакого ветра там не было. А лес то повалится, то встанет! То повалится, то встанет!

– Ты сама, что ли, это видела? – недоверчиво спросила Медведица.

– Нет, я так далеко не летаю, – сорока запрыгнула на веточку повыше, – ворон с того берега прилетел. Говорит, сам видел.

– Иваныч?

– Да-да-да! Иваныч, – подтвердила сорока.

– Иваныч врать не станет, – задумчиво произнесла медведица, – повидаться бы мне с ним. Передай, если увидишь.

– Обяза-а-а-тельно! – уже издалека отозвалась улетающая сорока.

Жили медведи в большой пещере на вершине невысокой горы. Гора заросла густым ельником, летом на полянках созревала сладкая розовая малина, ближе к осени – синяя черника, а совсем осенью – бордовая брусника. Вход в пещеру надёжно прятался в густых зарослях малины и жимолости. Рядом с горой протекала неширокая речушка с такой прозрачной водой, что как будто этой воды и не было. Каждая рыбка на виду. Никогда ещё никто посторонний не появлялся в этих местах, по крайней мере, на протяжении жизни медведицы.

Однажды рано-рано утром, когда медвежата ещё сладко посапывали, уткнувшись в тёплый мамин бок, а Солнышко раздумывало – пора всплывать над сонным лесом или ещё подремать, у входа в пещеру раздался очень громкий и тревожный крик. Настасья Петровна осторожно отодвинулась от медвежат и тихонько выбралась наружу. Прямо напротив входа на нижней ветке ёлки сидела большая чёрная птица.

– Ой, Иваныч, доброе утро! – медведица села, закрыв своим телом вход в пещеру. – Ты чего это ни свет, ни заря? Случилось что?

– Утро доброе, да не для всех, – ответил ворон. – Случилось. И без твоей помощи, Петровна, не обойтись. Это срочно. Идём!

– А дети? Они же… – начала было медведица.

– Подождут. Сорока им всё объяснит.

– Да-да-да! Я им всё-всё-всё скажу! – спустилась с верхней ветки и застрекотала сорока. – Я всё знаю! Знаю-знаю!

Когда проснувшиеся медвежата вылезли из пещеры, и Аша тихонечко позвал маму, перед ними появилась сорока:

– Мишки! Ваша мама ушла-ушла-ушла!

– Как ушла?! Куда ушла? – Илюша попытался приблизиться к сороке, но она перепрыгнула на веточку повыше.

– Ворон её увёл. Иваныч, – сорока замолчала, наклонила голову набок и начала рассматривать медвежат.

– Куда увёл? Зачем? Почему нам ничего не сказала? – возмутился Илюша.

– А мы-то тогда как? Без мамы… – прошептал Аша.

– Да вы спали! А дело срочное. Срочное-срочное! Ждите! – прострекотала сорока и улетела.

Целый день ждали медвежата маму, боясь отойти от пещеры. Не дождались. Так и легли спать голодными. И утром мама не появилась. Тогда они тихонько спустились со своей горы к реке, Илюша наловил рыбки и накормил брата.

– Как ты думаешь, мама когда-нибудь вернётся? – шёпотом спросил Аша у брата.

– Обязательно! – уверенно ответил Илюша.

Мама вернулась через три дня. Медвежата сидели около пещеры и ничего не делали, когда вдалеке застрекотала сорока. Вскоре она появилась перед медвежатами:

– Идёт-идёт-идёт! Вам подарок несёт! Несёт-несёт-несёт! Встречайте!

Медвежата засуетились, кинулись в одну сторону, в другую, а мама появилась с третьей. Выглядела она очень уставшей, одна лапа у неё была замотана чем-то серым. А на спине у неё сидел… медвежонок! Мама слегка наклонилась, и медвежонок опустился на землю. Он был совсем маленький, гораздо моложе Аши. Испуганно таращил на Илюшу и Ашу глазки-бусинки и прижимался к маме.

– Теперь у вас будет сестрёнка, – сказала мама, – вы должны её защищать.

– И как её зовут? – громко спросил Илюша.

– Не знаю, она ничего не говорит.

Сестрёнка в это время протянула правую лапку к Аше. На ладошке лежали две мятые ягодки малины.

– Ой, а она добрая! – воскликнул Аша и слизнул ягодки с ладошки.

–А давайте звать её Добрушей! – предложил Илия.

Так у медвежат появилась младшая сестрёнка.

И стала Добруша жить с мамой Настасьей Петровной, Илюшей и Ашей. Она и вправду оказалась очень доброй, да ещё и веселой. Только не сразу. Первое время всё пряталась в пещеру, и выманить её оттуда было очень трудно.

– Ну давай играть, – звал ее Илюша, – пойдём на речку, я научу тебя рыбку ловить.

При слове «речку» Добруша ложилась на землю и закрывала лапами глаза.

– Ну что ты её пугаешь? – возмутился однажды Аша. – Что ли ты не понял, она боится речки!

– Да понял я, понял! Только не понял, почему, – ответил Илюша.

– Давай у мамы спросим, – предложил Аша.

БЕДА

И они спросили. Тёплым вечером, когда все вчетвером уютно устроились на нагретом солнцем огромном плоском камне.

– Это очень невесёлая история, – сказала Настасья Петровна. – Но слушайте. Добруша жила со своей мамой на другом, чужом берегу реки.

– Откуда Иваныч прилетает? – спросил Аша.

– Да, оттуда он и прилетает, – подтвердила мама. – Так вот. Неожиданно на том берегу появились враги…

– Враги? – воскликнул Аша. – Это которые всех кусают и едят?

– Да, примерно так, – грустно улыбнулась мама.

– Ашка, хватит перебивать! – возмутился Илюша. – Мам, рассказывай скорей!

– Так вот. Никто не знает, откуда они взялись. Говорят, на далёкой равнине вдруг в земле образовалась щель, и полезли они оттуда в несметном количестве. Они почти как люди… Ой, да вы ведь не видели людей, – спохватилась мама. – Люди – это такие медведи, только ходят они на задних лапах, вместо шерсти на них разноцветные мягкие шкуры, а вот морды совсем не похожи на наши, как будто медвежья подошва с маленьким носом и светлыми глазами. А пасть совсем как щёлка с тупыми зубками.

– А когти у них есть? – тихо спросил Аша.

– Нет, – вдруг вмешалась в разговор Добруша, – и по деревьям лазить они не умеют.

– Ты их видела?! – воскликнул Илюша.

Добруша не ответила и спряталась за маму.

– Ой, и я хочу людей увидеть! – закричал Аша. – Так они совсем не страшные!

– А враги такие же? Врагов ты видела? – нетерпеливо перебил брата Илюша.

– Видела… – задумчиво ответила Настасья Петровна. – Они тоже на двух лапах, шкуры у всех чёрные, как земля. Голова маленькая, вытянута вперёд, морда почти как у крысы. Уж крыс-то вы знаете.

– Да-да! Знаем, – закивали оба медвежонка. Добруша сильнее прижалась к медведице.

– Только они пучеглазые, из пасти торчат два острых клыка, а вместо ушей просто дырки.

– Ой… И они всех едят? – тихонько прошептал Аша.

– Они убивают и сжигают всё, что встретят на своём пути. У каждого есть факел с подземным огнём. И огонь этот ничем не потушить. После них остаётся голая чёрная пустыня.

– А что они едят? – хором спросили медвежата.

– Да, говорят, они не едят совсем, – задумчиво произнесла Настасья Петровна.

– Как это? – воскликнул Илюша.

– Не знаю. Говорят. Так вот, – продолжала Настасья Петровна, – жила Добруша со своей мамой на том берегу, и вдруг эти враги. Надо было убегать. Бежали все – медведи, волки, зайцы, ёжики и даже крысы. Летели все птицы. Но путь был один – через речку, в наш лес. Добруша ещё маленькая, мама посадила её на спину, и они поплыли. Но враги приближались очень быстро. Они тоже добрались до речки и стали догонять зверей. Мама с Добрушей уже почти доплыли, и вдруг у самого берега Добруша упала в воду.

– Ой, – испуганно воскликнул Аша, – их догнали?

– Ашка, ну не мешай! – прикрикнул Илюша на брата.

– Мама схватила Добрушу за шкирку…

– Как ты нас, когда мы маленькие были… – не утерпел Аша.

– Да, как я, – подтвердила Настасья Петровна, – слушайте дальше. Мама выбралась на берег и увидела, что их уже почти догнали несколько врагов и вдвоём с Добрушей им не спастись. Она побежала в сторону от всех, вдоль берега. Берег высокий, зарос деревьями, большие корни торчат из земли. Мама увидела между корнями глубокую ямку, бросила туда Добрушу, крикнула ей: «Жди!» – и поскакала прочь. Враги за ней. Добрушу они не заметили. Всё это видели птицы, от них узнал Иваныч, а от него я…

Настасья Петровна надолго замолчала.

– А дальше? Дальше-то что было?

– А дальше, Ашенька, Иваныч привёл меня к тому берегу и показал ту яму. Вокруг уже все догорало. Враги вернулись на чужую сторону. Всё сожгли и вернулись. Но я видела двоих. Они сидели у воды и ни на кого не обращали внимания.

– Может быть, они заблудились? – шёпотом спросил Аша.

– А может, просто не хотели быть врагами? – предположил Илюша.

– Не знаю, – ответила мама-медведица, – мне надо было скорей спасать Добрушу. Она лежала в яме без движения, вся обсыпанная пеплом. Когда я доставала её, сильно поцарапала себе лапу острым обгоревшим корнем. Добрушу взяла за шкирку, макнула в речку, тогда она и очнулась. Надо было скорее уходить, а Добруша не могла. Так я её некоторое время и тащила, пока не добрались до наших краев. Дальше вы знаете. Да, поцарапанную лапу я обмотала куском вражеской шкуры, нашла на берегу. Это она от пепла серая, а в воде будет чёрной.

– Ой, я сейчас это сделаю! – Илюша вприпрыжку сбегал за «вражеской шкурой», валявшейся коло пещеры, и начал усердно полоскать её в реке. Через некоторое время серо-бурая тряпка стала чернее чёрной и вдруг вспыхнула белым факелом. Илюша ойкнул и бросил факел в воду. Вода зашипела, свистнула, и всё исчезло.

Среагировать на это превращение они не успели, над ними с громким тревожным круканьем закружил чёрный ворон. Это был Иваныч.

– Уходить надо, уходить! – без предисловий начал он. – Шафисты придут и сюда. И очень скорррро!

– Иваныч, какие шафисты? О чём ты?

– Врррраги! Люди называют их шафисты.

– Так они ушли! Вернулись на чужой берег.

– Они подожгли лес! Скоро огонь доберётся и до вас. А потом сюда придут шафисты. Огонь расчищает им дорогу. Михайло Потапыч приказал уходить на восход, на Кудыкину гору. Там безопасно. Уходите, я предупрррредил… – последнее слово донеслось уже издалека.

Медвежата притихли. Добруша вдруг сорвалась с места и побежала к пещере.

– Мам, что делать? Бежать? – тихо спросил Илюша.

– Дождёмся утра и решим, а сейчас спать.

Но дождаться утра не пришлось. Очень поздно ночью появился папа-медведь, Михайло Потапыч. Папа-медведь жил в другом месте, появлялся редко, у него всегда было много важных дел. Он скомандовал уходить прямо сейчас:

– Настасья, медлить нельзя! Иначе будет поздно!

Но они всё равно опоздали: только спустились с горы, как услышали отдалённый рёв пламени, почувствовали запах горящей природы. И почти сразу оказались в потоке бегущих на восход зверей. Бежали все, кто мог и кто не мог: медведи и волки, лисицы и зайцы, ежи и куницы, лоси и рыси, крысы и мыши, змеи и кроты. Луну заслоняли тучи птиц и насекомых. Папа-медведь посадил на загорбки Добрушу, Илюша и Аша старались бежать рядом с мамой. Лес в этих местах густой, но деревья расступались, пропуская бегущих. Могучие сосны жалобно скрипели и гнулись к восходу, дремучие ели скорбно шуршали и гнулись к восходу, белые березоньки сплетались ветвями и гнулись к восходу. Кусты и травы расстилались по земле и тянулись к восходу.

– Мама, мы умрём? Они нас сожгут? – прокричал Илюша.

– Я больше не могу! – Аша остановился и сел около небольшой ёлки.

– Нельзя останавливаться! Иначе погибнем!!! – медведица схватила Ашу за лапу и потащила вперёд.

У бежавшего рядом могучего лося вдруг подогнулись колени, он ткнулся мордой в землю и завалился на бок. Скатившиеся с его спины белки запрыгали по земле, уворачиваясь от ног бегущих. Под кустиком дрожал пушистый белый комочек. Ему отдавили лапку, и бежать он уже не мог.

– Мама, – закричал Аша, – это Зая! Она наш друг! Спаси её!

Но медведица молча тащила сына дальше. Илюша остановился около куста и попытался взять Заю на ручки.

– Мама, помоги!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.