Степан Александрович Мазур
Герои не носят плащи

© Степан Мазур

Глава 1
Весна пришла

Едва пришла весна, как Стёпка Рябов понял, что пора что-то менять. Всё-таки весна – время обновлений. Природа оживает: лужи появились, снег начал таять.

Тогда мальчик шести лет от роду первым делом решил сменить гардероб. За все прожитые с родителями дни даже он понимал немало в одежде. Когда тепло – люди носят шорты и майки. Зато шапки, шубы и куртки засовывают подальше на антресоли и по шкафам распихивают. Их доставать надо, когда холодов ожидают.

«А какие холода, когда лето на носу?» – подумал Рябов.

Тут же собрав в один пакет все тёплые штаны, подштанники, кофты, свитера и шарф с перчатками, которые нашёл в комнате, Стёпка задвинул это дело под кровать, а из шкафа шорты достал и майку с улыбающимся колобком. И в гардеробе примерять новые образа начал.

«Жаль, с зимними ботинками и курткой так легко и просто не выходит», – подумал мальчик: «Они в коридоре все. А по коридору бабушка и мама туда-сюда ходят. Кто их знает, готовы ли они к весенним обновлениям? Или только через пару деньков только догадаются, что тепло идёт? Но если подштанники больше носить не нужно, то дело в шляпе».

Шляпу Стёпка тоже пытался найти в гардеробе, но нашёл только кепку. Похоже, ковбойскую шляпу кузен Стивен забрал с собой в Лондон.

– А чем это ты занимаешься? – очнулся на док-станции робот.

Получив свой заряд на максимум после того как всю ночь разряжался. Теперь бродя из угла в угол, Кузьмич думал на тему «почему люди не летают как птицы? Ведь могут! Ракеты же построили. Почему бы и крылья каждому не сделать? Пригодится!»

– К весне готовлюсь! – объяснил Стёпка. – Ты пока спал, на улице уже лужи таять начали.

– Так меня всего три часа с утра не было, – уточнил Кузьмич, который привык всё в мире фиксировать.

От уровня шума лапок Тимки по паркету до аппетита собаки-лабрадора.

– К обеду как раз и распогодилось, потеплело. Даже Корку разморило на солнышке, – ответил Стёпка и тут оба посмотрели на собаку, которая валялась на полу, греясь в луче света и даже порой дёргала лапкой, как будто ехала на мотоцикле и порой скорости переключала.

– И что? – удивился робот, так как потеплело пока только до нуля градусов. – Несомненный переход от отрицательных температур к положительным. Но пока даже роботы на улице ночевать не решились бы.

Поэтому его зарядку на балкон никто и не переносит. В комнате стоит, где отопление от батарей работает. Потому и тепло людям, и роботам.

– Как что? Весна приходит, а я без шорт! – возмутился Стёпка и снова зарылся в шкафу в поисках хотя бы солнцезащитных очков. – А ещё крем для загара пригодится и сланцы.

Кузьмич и рад бы подсказать любимому человеку, как люди весной одеваются и тем более – летом. Но увы, его летом только спроектировали, а запустили осенью. Поэтому опыта насчёт всего цикла температур в мире у него пока не было и весну только предстояло изучить.

Но металлический друг тут же поддержал идею и спросил у своего человека:

– А роботам можно носить шорты?

– Конечно! – повеселел Стёпка. – Кто ж вам запретит? Вы же скоро и так всю работу в мире делать будете, пока мы загораем на солнце.

– Но у нас же будут перерывы? – тут же уточнил Кузьмич, который и сам был не против получить заражающееся устройство, которое могло бы ловить солнце и тем самым заряжать его дополнительно.

А то стоит у розетки как привязанный постоянно. Никакого прогресса. Хоть революцию устраивай.

– Насчёт тебя я точно договорюсь, – успокоил робота мальчик и Кузьмич тут же передумал насчёт революции.

Приятно, когда о тебе заботятся. А с правильным человеком можно и в шортах походить. Удобно поверх краски на корпусе. В шарфе же всю зиму проходил и ничего.

Даже роботам порой приятно гардероб обновлять.

Глава 2
Чайку не желаете?

Стёпка и робот напялили шорты, майки и встали друг напротив друга, довольные тем, что скоро придёт тепло в город, а они первые подготовились.

– На календаре всё-таки уже первое марта, – отметил этот факт робот. – А люди весну не просто для галочки придумали.

– А тебе разве не тепло? – спросил мальчик Кузьмича, поправив резинку шорт и приготовившись загорать.

Но в квартире с этим были определённые проблемы. Солнца едва на спящую на полу собаку хватало. И котика на подоконнике.

Тимка дремал прямо между денежным деревом и алоэ и даже не думал за кем-то гнаться во сне.

Люди ему всё сами принесут.

– Тепло, – ответил робот, измерив температуру окружающей среды. – Датчик показывает двадцать пять градусов по Цельсию… А тебе тепло?

– Да как-то не понятно, – признался Рябов-младший, понятия не имея, кто такой этот Цельсий. Но раз все на него ссылались от бабушки до робота, значит человек солидный. – Надо проверить!

– А как проверять будем? – уточнил тут же робот.

– На сравнениях! – нашёлся Стёпка, пришёл в спальню и во всю распахнул дверь на балкон.

С балкона тут же повеяло холодом по ногам.

– Ух! Чую тепло где-то там от нас и прячется! – заявил мальчик и выбежал на холод.

Кузьмич тут же последовал за ним. Но оба очень скоро вернулись. И снова закрыв дверь на балкон, принялись растираться и топтаться на месте, чтобы быстрее согреться.

– Ух! Ну и дубак, – поделился своим впечатлениями мальчик в летних шортах.

– Там определённо около нуля Градусов по Цельсию, – зафиксировал показания запотевшего датчика робот. – А на улице и того холоднее. Знаешь, что я думаю, Стёпка? Кажется, для шорт ещё не пришло время.

Рябов только зябко передёрнул плечами и ушёл на кухню, где за столом сидел дед, а перед ним кружка.

– Чего делаешь, Степан Матвеевич? – тут же спросил Андрей Егорович по-взрослому.

– Закаляюсь, – признался Стёпка, не желая избавляться от шорт в календарную весну.

– Дело хорошее, – кивнул дед и тут же предложил. – Чайку не желаешь? Замёрз, поди?

От горячего чая после первой встречи с долгожданной весной внук, конечно, не отказался. Всё-таки варенье рядом стояло клубничное. А вот с весной всё и так понятно. Запаздывает.

«Надо только немного подождать, пока настоящая весна догонит календарную, тогда и носи шорты сколько влезет», – понял мальчик.

Попивая чай, слушая деда и робота, Рябов-младший теперь точно знал, что встречать первое весеннее тепло лучше в хорошо отапливаемой квартире. А зимние вещи он рано убрал.

«Надо будет обратно всё достать, а то гулять не пустят», – пришла на ум ещё одна хорошая идея.

– А закаляться лучше в душе, – поделился наблюдением дед, отложив газету. – Включил тёплую воду, разогрелся. Потом – бац! И холодную резко включил. Перетерпел. А потом снова тёплую включай. И хорошо тебе, и организму полезно. Считай, закалился.

Мальчик совету внял сразу. У взрослых всё-таки больше опыта. Пожили. Знают.

Придётся попробовать.

Глава 3
Домашняя закалка

Чтобы не откладывать в долгий ящик дело с закаливанием, Стёпка оставил деда на кухне, а сам пошёл в ванную.

Верный робот последовал за ним.

– Кузьмич, – обратился к нему мальчик, едва они закрыли дверь. – Будем делать так. Пока мне тепло, сразу включишь холодную. А как станет холодно, горячую включай, не медли. Потом снова холодную, чтобы меня не ошпарило, но и про горячую не забывай. Холодно будет всё-таки! Так и включай туда сюда, пока не закалюсь.

– А теплую когда включать? – уточнил робот и подключившись к домашней сети, объяснил. – Комфортной для человека водой считает та, что находится в пределах 37–38 градусов по Цельсию.

Мальчик уже разделся до трусов, залез в ванную, задёрнул шторку и прикрыв глаза, ответил:

– Не, комфортная нам не нужна. Нам нужна прохладненькая. Для закалки. Как на море.

– Это какая?

– Это едва тёпленькая, – объяснил, как мог Рябов. – Тогда дело пойдёт. Тогда я так закалюсь, что в шортах в январе смогу гулять. Вот мама тогда на тёплых вещах на мне экономить будет!

Озадаченный робот посмотрел на человека. Удивительно. На нём ни одного прибора и датчика нет, а так точно для себя температуру определяет.

Кузьмич снова подключился к волнам домашнего интернета. А как поймал информацию о море, тут же добавил:

– По мнению большинства любителей морских купаний, комфортная температура воды начинается от 21 градуса по Цельсию выше нуля.

– Там всё просто. Если ниже нуля, то лёд мешает грести, – тут же уточнил Стёпка. – А тогда даже пингвины расстраиваются.

Он стоял, так и не открывая глаз. Чтобы не пропадал эффект неожиданности. Ну и чтобы не закричать. Ведь никогда не ясно, в какой именно момент на него холодная вода польётся.

Но робот всё ещё не мог подобрать оптимальной температуры, чтобы не заморозить, но и не ошпарить своего человека.

Кузьмич, сверяясь с инструкцией, снова сказал:

– Человеки говорят, если море прохладнее, пребывать в нём стоит недолго. Лучше остерегаться простуд. Выходит, что минимум надо купаться при температуре градусов 30, а лучше при 25. А если морская вода ниже 13 градусов, то в воду лучше вообще не лезть. Это может привести к переохлаждению. Зато при плюс 25 будет ощущение, будто плаваешь в «парном молоке». Ты когда-нибудь плавал в молоке?

– Нет. Ни разу. Честное слово!

Робот что-то ещё зачитывал ему про температуры из интернета. Стёпка слушал-слушал, ждал-ждал, прикидывал так и этак. Даже пытался вспомнить, если ли в доме термометр для воды? Брали ли они его когда-нибудь на пляж?

Но так ничего и не вспомнил.

Потому Рябов вздохнул, выбрался за бортик, снова оделся и вышел из ванной комнаты, как будто так и надо.

– Ты куда? – не понял робот. – А как же закалка?

– Да ну её, эту закалку! – ответил мальчик и с грустью в голосе добавил. – Где ж я тебе море для закалки возьму? А измерять мне чем? У меня даже термометра морского нету!

– Слушай… Может, у Маши термометр найдётся? – тут же предложил Кузьмич.

Стёпка даже повеселел:

– Голова! – заявил он. – Соседка точно должна знать, когда вода тёпленькая, а когда прохладненькая. Девочкам для этого никаких термометров не надо. Они как-то сами справляются.

Глава 4
Машкины воины

Хорошо, когда подруга рядом растёт. По-соседски удобно. Ходить далеко не надо.

Поэтому ребята первым делом вышли на общую площадку и тут же принялись стучать в дверь к Маше.

– Ма-а-аша! Дело есть!

Девочка открыла почти сразу, словно у двери стояла и ждала, пока постучат.

Главное, стоит вся такая важная, с парой косичек и глаза зелёные. Аж растеряться можно.

Стёпка любил в них смотреть. Но недолго, а то оба начинали хихикать. А эту игру в гляделки он всегда проигрывал, моргая первым.

– Пр’ивет, р’ебята, – поприветствовала их русая девочка пяти с чем-то лет от роду, которая всё ещё боролась с правильным произношением буквы «эр». – Как дела?

– Да вот, закаляться хотим. А температуры не знаем, – с ходу обозначил свою проблему Стёпка. – У тебя термометр для воды есть?

– Или для моря, – тут же добавил робот и пояснил. – Человеки очень любят купаться в тёпленькой воде, а в прохладненькой им закалку подавай. Зачем только им вода? Вот мы, роботы, отлично без неё обходимся.

– Ой, а у меня нет тер’мометр’а, – ответила девочка. – Я вообще занята. Я штур’м крепости жду. Проходите, тоже посмотр’ите. А то мои р’ыцар’и меня уже заждались.

От такого количества буквы «эр» Стёпка аж про закалку забыл. И тут же вошёл с роботом в гости. По-соседски, просто.

Мамы и папы Маши нигде не было видно.

«Наверное, на работе пропадают», – решил мальчик: «Зато ребята сразу заметили «крепость» в зале».

Это было большое сооружение, состоящее из подушек от дивана, пуховых подушек и кучи книжек, из которых были выложены башенки. А на вершине самой главной башенки сидела кукла с важным видом.

– Это Р’оза, – тут же объяснила Маша. – Она ждёт, пока пр’идут р’ыцари.

Тут ребята заметили кучу пластиковых рыцарей на паласе из различных наборов конструктора. Они очевидно собирались брать штурмом крепость с принцессой, но никак не могли до неё дойти.

– А что им мешает прийти? – спросил Стёпка.

– Как что? – удивилась девочка. – Ты только посмотр’и, сколько деталей от констр’уктора на полу валяется. Им же больно по деталькам ходить! Они даже коней пастись отпустили. Вот бы у меня Кор’ка снова жила. Она бы быстро с тем констр’уктором р’асправилась! А я что? Я одна, а его много!

Рябов попытался найти коней, но не смог разыскать ни одного. Действительно, сбежали все кони и лошади. От такого бардака на полу-то.

Присмотрелся мальчик. Тут не один набор конструктора рассыпан. Не то, что в крепость не попасть, вообще никуда не пройти!

– Нет, ну это не дело. Надо убраться, – тут же предложил Стёпка и повернулся к Кузьмичу. – Зови Корку, а я пока лично прибираться начну.

И мальчик первым начал сгребать детальки в коробочку.

– А то принцесса вообще никогда своих рыцарей не дождётся, – пробурчал Рябов следом.

Корка только пришла и сразу улеглась на полу, довольная вниманием.

Девочка тут же улыбнулась и добавила со смешинкой во взгляде:

– Вот за что я тебя уважаю, Стёпка, так это за подход. Вроде в гости пришёл, а сразу такой помощн-и-ик!

Робот старался не отставать от человека и тоже принялся убираться. Ещё и собака помогла, сгрызая пару деталей.

Долго смотреть, как убираются за неё ребята Маша не стала. И тут же начала… руководить уборкой. Ведь и современных принцесс тоже никто не отменял. А свои рыцари найдутся для каждой девочки.

Нужно только немного подождать было.

Глава 5
Соседи мечты

Когда все конструкторы были собраны по коробкам, начался штурм. Кузьмич включил тревожную, эпическую музыку и под его громогласные комментарии из динамика, пластиковые рыцари пошли в атаку на крепость.

Проблема была в том, что в крепости пусто. На самой её вершине в башне-донжоне, была только принцесса-кукла. И никто её не защищал.

Выходило, что все рыцари пошли в атаку на саму принцессу. А ей разве что перчаткой от них отбиваться. Кожаное. Демисезонной. Да и та у неё – одна, на коленке лежит, руку прикрывая.

– Нет, ну это как-то неправильно, – заметил Стёпка и уже хотел предложить принести свои игрушки, но затем в голову пришла идея поинтереснее, и он сказал. – Так это робокота надо звать! Для массовки!

Он вышел в коридор, открыл дверь и попросил Салюта проследовать за ним. Робокот охотно пришёл в гости, сел посреди комнаты и уставился на крепость, на которую тоже был не прочь взобраться, чтобы лучше округу видеть.

– Стёпка, ты привёл мохнатого др’акона? – тут же уточнила Маша и уже представила, как робокот будет рычать и бросаться на рыцарей, используя лапы и зубы.

Пластиковым воинам точно не поздоровится.

Но мальчик лишь покачал головой и сказал:

– Нет, я принёс проектор, – улыбнулся он и дал команду. – Салют, проецируй солдат! Нам нужна армия.

Робокота дважды просить не пришлось. С той лёгкостью, с которой он проецировал рыбок для кота Тимки, Салют начал воспроизводить однотипных рыцарей, как две капли воды похожих на те, что атаковали замок.

Вот и выходило, что одни рыцари (пластиковые) нападали, а другие (голографические), защищались.

– Вот так дела, – воскликнул Кузьмич, продолжая воспроизводить звуки. – Столько человеков воюют. И всё ради одной принцессы! Не рационально.

– Зато красиво… Все войны р’ади женщин, – почти трагично вздохнула Маша, поправила косичку и немного покраснела.

Всё-таки с момента переезда к ней впервые пришли гости. Ещё и мальчик среди них. А она даже родителей предупредить забыла.

«Но ничего, вернуться с магазина – предупрежу», – было нашлась девочка.

А в комнате разыгралась баталия. Стёпка с Кузьмичом во всю двигали пластиковых рыцарей и ни о каких родителях и не думали. Робокот двигал сфотографированные прежде со всех ракурсов три-дэ модели, добавляя им анимации. И всё под звуковое сопровождение и яркие комментарии Маши.

– Так их! С фланга нападают! На позиции-и!

Когда вернулись родители, они едва сумки не выронили с покупками от этих выкриков.

Тётя Валерия сначала не поняла, что за шум. А дядя Игнат Иванович даже за швабру схватился. Уж не грабят ли их под звуки сирен и рычание драконов? Но когда оба вошли в зал, где происходила батальная сцена, они тут же расслабились.

– Просто дети играют… вместе, – сказала тётя Лера и тут же решила испечь пирог для друзей дочери.

– Не просто дети, а друзья Маши! – добавил важное замечание военнослужащий, который привык к точности по работе.

Он удалился следом за супругой на кухню. Помогать пирог печь. И сок из двухлитровой банки по высоким стаканам разливать. Каждому родителю приятно, когда ребёнку есть с кем играть. А чем интенсивнее игры, тем быстрее жажда замучает.

– Кто же победит? Кто же получит внимание принцессы? – доносилось из зала уже от соседского мальчика.

И где никто не знал, какой будет развязка. Но все были так увлечены процессом, что не замечали ничего вокруг. А родители на кухне только улыбались, прислушиваясь и старались вести себя потише, чтобы не мешать.

Это ведь лучше, чем сидеть целыми днями в интернете.

Глава 6
Мой час близок

Когда Стёпка с роботом наигрались в гостях и вернулись домой, папа Матвей пришёл с работы. То дело обычное. Но переделав немало по дому, он вдруг подошёл к сыну и спросил:

– А ты не знаешь, который сейчас час?

– Не знаю, – признался Стёпка. – А что? Мы куда-то опаздываем?

Тогда старший Рябов подвёл младшего к часам с кукушкой, где на циферблате были две стрелочки – большая и малая и сказал:

– Маленькая стрелочка показывает часы. Большая считает минуты. Сначала смотришь на маленькую стрелочку, чтобы понять, сколько часов. Потом на большую, чтобы уточнить, сколько минут. Часов всего двенадцать, а минут всего шестьдесят. Есть время дневное для общения, есть ночное для отдыха и тишины, если совсем по-простому… Так сколько сейчас времени?

– Час и тридцать минут дневного времени, – быстро понял Стёпка.

– Правильно! – даже обрадовался папа, быстро сходил в спальную и вернулся с коробкой. – Давай руку. Заслужил.

Рябов без сомнения протянул отцу руку, а тот достал из коробки ручные часы и водрузил их сыну за запястье.

– Вот, носи на здоровье. Теперь ты всегда будешь знать, который сейчас час, – сказал довольный папа и снова ушёл по своим делам куда-то из дома на улицу.

Кузьмич тут же присмотрелся к часам. Посмотрел так и этак. И высказал своё мнение, которое у робота появилось совсем недавно:

– Они на батарейках. Если остановятся, подойди и скажи мне или папе. Поменяем батарейку. И вообще, Матвей Андреевич упростил тебе задачу, – добавил Кузьмич. – На самом деле часов в сутках двадцать четыре, но для их обозначения человеки два раза считают по двенадцать.

– Как это? Зачем? – тут же растерял все навыки по определению времени мальчик.

– С ноля часов ночи по двенадцать часов дня – это первые двенадцать часов, а с двенадцати часов дня до двенадцати часов ночи – это вторые двенадцать часов, – тут же объяснил робот. – Чтобы обозначать время после полудня, называют либо указанные на циферблате цифры «после полудня», что означает после обеда, либо к двенадцати часам прибавляют ещё указанные часы. То есть сейчас тринадцать часов и уже… тридцать три минуты.

– Ничего себе! Целых три минуты прошло, – снова понял Стёпка, сверяясь с часами на руках. – Но что делать, если мы уже у Маши пообедали? Ждать нового обеда?

– Тогда будем ждать двадцати четырёх часов ночи, – предложил Кузьмич. – В это время человеки всё обнуляют. Потому, когда наступает 24 часа говорят – ноль. И начинают считать день заново.

– Но там же ночь! – возразил Рябов-младший. – При чём тут день? Ночью – темно! А днём – светло.

– Вот именно поэтому нам, роботам, с человеками тяжело работать, – тут же пожаловался Кузьмич. – То, что для нас ноль, для вас ночь, а то, что для нас двадцать четыре, для вас легко может стать двенадцатью, если какому-нибудь папе приспичит объяснить ребёнку, как считать время и всё упростить.

Рябов кивнул и спросил у проходящего рядом робокота:

– Салют, а как ты думаешь, сколько сейчас времени?

– Тринадцать часов, тридцать шесть минут, – с готовностью ответил электронный кот, так как каждый робот имел свои внутренние часы. Хоть на запястье их и не носил.

– Это по-человечески – час и тридцать шесть выходит, – кивнул Стёпка, ловко отняв от тринадцати часов двенадцать, а минуты указывая как есть.

Да и часы с циферблатом не дадут соврать.

«С другой стороны, папа мог и электронные часы подарить», – подумал мальчик: «Они тоже на батарейках. Только с роботами бы спорить не пришлось. А то им и так тяжело жить среди людей от нуля к двадцати четырём часам, пока люди те живут от обеда и до обеда».

Глава 7
Бесформенный Тимка

Стёпка долго разглядывал часы, ходил из угла в угол, из комнаты в комнату. Пока не остановился возле подоконника, где на солнце дремал котик.

Часов Тимка не наблюдал. И за временем не следил. Потому как у кошек (и котов в особенности) был свой распорядок дня. И свой порядок по жизни, которого они неукоснительно придерживались.

Напомнить о том, что жить «как хотят» среди людей котам могли только собаки. И едва Корка увидела, что её человек играется с котом, как тут же поднялась с коврика, подошла поближе и как следует гавкнула. Один раз, но звонко.

– Гав! – прозвучало в комнате.

Выпад Кузьмич тут же перевёл как: «ну ты чего, я же лучше этого блохастого».

Хватило одного собачьего возгласа, чтобы Тима подскочил спросонья, дал дёру с подоконника и тут же нырнул в… вазу.

Это была ваза для цветов. Красивая, с узорами, она стояла у телевизора в шкафу, ожидая своего звёздного часа, когда маме дарили цветы. Лидия тут же ставила их в вазу, а саму вазу оставляла на столе, чтобы все видели, что в доме есть красота.

На этот раз красотой решил стать сам Тимка. Получилось спонтанно, неожиданно, но котик вдруг разлился по сосуду, как сок по стакану.

Лупанув глазами по ту сторону стекла раз и другой, Тимка мяукнул.

– Мяу? – прозвучало это для людей.

Но Кузьмич точно мог сказать, что тот возразил собаке и сказал: «ну ты чего? Как это ты можешь быть лучше, чем совершенство?»

Забыв про часы, Стёпка вначале испугался.

Даже Кузьмич спросил:

– Он не ушибся?

Но подойдя поближе, Рябов присмотрелся к содержимому вазы и улыбнулся. А затем повернулся к роботу и ответил:

– Не переживай. Коты – это жидкость. Они заполняют собой все доступные сосуды. Особенно вазы им нравятся.

Тогда робот кивнул и добавил:

– Принимаю. Зафиксировано новое агрегатное состояние. Кото-жидкость. Ещё немного подумав, Кузьмич спросил. – А собаки так умеют?

– Собаки точно не умеют, – тут же ответил Стёпка и разыскав в коридоре поводок, добавил. – Поэтому с ними надо гулять. В любую погоду. Пошли, прогуляемся! Как раз потеплело к обеду.

Возражений у робота не оказалось. И надев свой любимый межсезонный берет, он охотно составил компанию человеку.

В отличие от кота и даже робокота, Кузьмич любил гулять. Что в его, роботовском понимании означало рассекать металлическим лицом воздух до той поры, пока его человек не скажет «ну хватит, я уже нагулялся».

Тут же постучав в соседскую дверь, Рябов прицепил поводок к собачьему ошейнику. С собакой вместе и дождались соседку.

– Да-да, чего желаете? – ответила Маша тоном швейцара, едва открыв дверь.

– Гулять пойдёшь? – спросил Стёпка, уже открывая своим ключом их общую с соседями дверь на площадку.

– Почему бы и нет? – таинственно ответила соседская девочка и пошла одеваться.

Она всегда отвечала интересно. Вроде да, вроде нет. А вроде бы и нет. А когда скажет – да нет, наверное, то вообще хоть стой, хоть падай.

«Вот и пойми этих девочек», – подумал Стёпка и на всякий случай улыбнулся.

– Тогда догоняй. Мы тебя на улице будем ждать. У подъезда, – сказал мальчик, уже активно перебирая ногами по лестнице.

Ведь сложнее всего дождаться улицы было Корке. Для собаки на прогулки любая лишняя минута со своим человеком в радость.

А кот пусть по вазам и подоконникам себе валяется.

Глава 8
Детям здесь не место

На улице хорошо, тепло и солнце пригревает. Гуляя с Коркой, Стёпка дождался Машу у подъезда. И ребята пошли бродить вдоль своей улицы, уже хорошо её изучив с родителями и бабушками-дедушками.

Не потеряются.

Ещё и робот рядом, который точно лучше любого компаса, так как давно имеет функцию «возвращение домой с любой территории». Папа Матвей закачал в него карты местности, так что распознает любую окружающую территорию и без спутникового модуля.

Глазами-видеокамерами всё видит и понимает. Умный робот, если вкратце. А другие на заводах стоят, как привязанные.

Зайдя в соседний двор, Стёпка снова поймал Корку на поводок и передал его Кузьмичу.

– Погуляй пока с собакой, а мы с Машей на качелях покачаемся, – сказал мальчик.

Они с соседкой уже подошли к краю детской площадки, как резко пришлось остановиться.

– Чего это вы делать собираетесь? – вдруг раздался голос старухи с лавочки у подъезда.

– Как чего? Качаться собираемся, – ответил Стёпка, рассмотрев не только полностью пустую детскую площадку, уже подтаявшую от снега, но и красивые, высокие, недавно покрашенные качели и кучу разных фигур из старых покрышек, собранных в разные композиции.

Там были лебеди, чебурашки с большими ушами, поросята, выкрашенные в розовый цвет, и даже длинный змей, который как бы выныривал из земли различными частями тела, состоящих из тех же покрышек, пока не показался один хвост и одна голова.

Много тут чего было из самодеятельности, но хватало и простых качелей!

– Как это качаться? – удивилась вредная бабка и подняла трость, уставив её на детей. – А если чего-нибудь сломаете? Тоже мне, придумали. А ну-ка брысь оттуда! Чтобы ноги вашей на детской площадке не было!

Стёпка с Машей переглянулись, ничего не понимая.

– Но мы же дети, – напомнил Рябов очевидное.

– А площадка детская! – добавила Маша, поддерживая по-дружески.

– И чего теперь? Мусорить можно? Прыгать везде и качаться со скрипом? – снова добавила ворчливая бабка. Даже поднялась и подошла поближе. – А если красота пропадёт? С кого потом спрашивать? С вас, что ли? Так вы же… дети! Глупые ещё и ничего не понимаете. Возвращайтесь лучше, когда подрастёте. И лучше с паспортом.

Стёпка с Машей снова переглянулись, ничего не понимая. Но присмотревшись, Рябов вдруг обнаружил, что голова змея из покрышек обмотана колючей проволокой, уши чебурашки с острыми зазубринами торчат, лебеди в ржавых консервных банках все, а прочие фигуры огорожены чем придётся.

А вот качели красивые, но поперёк приварена перекладина, чтобы дети не качались. И не мешали взрослым сидеть на скамейке и смотреть на фигуры из покрышек.

– Да уж, – вздохнула Маша. – Не очень-то здесь детей жалуют. А с виду так кр’асиво всё устр’оили!

– Поэтому и красиво, что детей нет, – буркнула старуха и даже подняла трость, словно посох всевластия. – А ну-ка брысь отсюда, говорю! Выдумали тоже, чтобы детям, да на детской площадке гулять. Ха! Держите карман шире.

Кузьмич оказался тут как тут, передал поводок Стёпке и просканировав старуху, немного подумал и подошёл поближе.

– Чего это ты на меня так уставился? – не поняла бабка.

А робот возьми, да скажи:

– А у вас глаза красивые. Как у этих лебедей. Зачем это скрывать? – и робот, подойдя к лебедям, тут же их обезвредил, убрав склянки.

– Ой, правда? – тут же расцвела старуха. – А мне все это говорили. В юности.

– Правда-правда, – добавил робот и подойдя к дракону, шустро убрал намотанную колючую проволоку. – Вы такая ответственная. За двором следите. Детскую площадку охраняете днём и ночью. А с такой ответственной колючая проволока ни к чему. И ограждения всякие. Ну её, человеки ещё поранятся.

– Да, да, вы совершенно правы, – тут же перешла она на вы.

Уже не бабка, но бабуся только кивала, всячески соглашаясь, а Кузьмич под шумок убрал все склянки и прочий острый металлолом. Финальным аккордом было то, что подошёл к ограждению в качели и дёрнув раз-другой, резко выдрал приваренный штырь.

Тут бабка глазами захлопала, вспоминая зачем она тут. Но робот снова перехватил инициативу и заявил первым:

– Но как вашу доброту смогут оценить дети, если не будут приходить на детскую площадку? Кто будет вами восхищаться?

Тут-то она снова стала бабусей, растеряв весь запал, а Стёпка с Машкой шустро проскользнули рядом с ней на площадку и рассевшись по качелям, начали качаться.

Качели тут же жутко заскрипели. Бабка аж поморщилась и снова приготовилась дать бой. Но Кузьмич снова оказался тут как тут, достал маслёнку из отсека в груди и быстро смазал механизмы.

Противный звук пропал, а дети теперь качались в полной тишине.

– Так-то лучше, – кивнул робот и подсел ещё поговорить с бабушкой.

Всё оказались довольны: дети играли, бабуся вернулась на лавочку и ещё долгое время беседовала с роботом. А потом даже гладила выгулянную собаку.

А Корке только за радость, когда гладят. Что свои, что чужие. Ей не жалко, а люди довольны. Ко всем можно найти свой подход. Даже в вазе сидеть не обязательно.

Глава 9
Рассада

Едва Стёпка вернулся домой, как Кузьмич тут же сказал:

– Я на зарядку! – и встал на док-станцию.

«Ему-то обувь мыть не надо», – подумал с лёгкой тоской Стёпка, глядя на то, как папа поднял и отнёс в ванную собаку, чтобы вымыть ей лапы.

Бабушка взяла ботинки внука прямо с порога, чтобы не натоптал. Всё-таки грязно на улице становится. Чем ближе весна, тем больше слякоти.

Мальчик только плечами пожал, раздеваясь. Он, может, и сам рад бы обувь помыть. И Корку искупать. Да кто ж даст?

Налетели, забрали всё, едва шаги в коридоре расслышали. А ты иди, мол, кушай, чай пей. Расти, если одним словом. Сил набирайся, если двумя.

Баба Нина толкалась в ванной с папой за право первой помыть собаку или обувь. Мама занималась Машей-маленькой, а дед только заговорщицки подмигнул Стёпке на кухне. И глядя на то, как внук без особой радости ест помидор из магазина, Андрей Егорыч сказал:

– Скоро первые витамины пойдут. Редиску будем кушать, лук и салат. Я лампу ультрафиолетовую поставил, зреет урожай уже. Первые ростки полезли. Ждать осталось недолго.

Рябов-младший кивнул. Такую лампу Стёпка помнил по визиту родни по материнской линии, когда под Биробиджан в гости ездили. Там в бане дед Егор Егорыч целый сад этой рассады вырастил на этом фиолетовом свете.

А рассаде той что? Тепло, светит, ещё и поливают – расти, не хочу!

– А когда помидоры свои летом пойдут, так хоть с грядки рви и ешь. Там совсем другой вкус, – продолжил дед Андрей. – Они же помидорами пахнут, а не это всё, пластмассовое, с магазина. Не известно где выращенное. А огурцы наши помнишь? Разрезаешь на две части, солью посыпал. И откусывай от одной половинки, потом от другой сразу. Вкуснота же! Даже поделиться ни с кем не успеваешь.

– Как это, не делиться? Надо ведь делиться! – возмутился Рябов-младший и тут же идея в голову пришла.

Мальчик разрезал помидор на две дольки, одну доел, а новую, нетронутую соседке отнёс. Пусть помогает. А у него для конфет больше места останется.

Глядя на то, как Стёпка следом чай со сладким пить начал, дед продолжил, с тоской глядя на лужи и кучи подтаявшего снега за окном:

– Так вот. У нас в этом году всё раннее будет. Не зря же я рассадой все подоконники дома заставил! Я уже и Жигуль к лету подготовил в гараже.

Стёпка повернулся. А дед уже разговаривал практически сам с собой:

– А чего его готовить? Он же на летней резине как стоял, так и стоит. Заводи, если заведётся. И поехал на дачу. А на даче хорошо. Даже в конце весны. Ни комаров тебе, ни мошки. Тепло, птички поют. А ты возись с этой рассадой сколько душе угодно. И никто тебе под руку бурчать не будет, что цветы ставить негде. Вот на кой нам дома эти цветы, когда рассаду под сладкий перец высаживать надо? Да, Стёпка? Она же полезнее цветов!

Мальчик как раз набил полный рот сладостей. Потому лишь кивнул. Больше он сказать ничего не мог ещё с минуту. Но молчание тоже – знак согласия.

Дед только вздохнул и потрепал его по голове:

– Один ты меня, внук, понимаешь. Большой уже стал совсем. Вот подтают лужи и на автомобиле тебя буду учить ездить!

Глаза Стёпки загорелись. При таком раскладе он и сам на дачу сможет ездить. И Машу возить, чтобы там от всех-всех отдыхать. И рассады никакой не нужно.

«Вот почему дед никак понять не может, что на даче не работать, а отдыхать надо?» – даже подумал мальчик и решил, что как-нибудь обязательно ему подскажет.

С очками же получалось.

Глава 10
Потенциальный водитель

Стёпка до того обрадовался, что будет водить машину, что сразу побежал к роботу. Так хотелось с ним поделиться, что не утерпел и давай его на док-станции тормошить, качать по-всякому и дёргать за руку.

– Кузьмич! Кузьми-и-ич! Просыпайся. Да очнись ты уже-е-е!

Робот поднял металлические веки, захлопал глазами и обведя долгим взглядом комнату, вышел из режима ожидания.

Оглянувшись, робот сообщил:

– А что случилось? Я же только на двадцать процентов зарядился. Мне надолго не хватит. Даже до сказок на ночь не дотяну.

– Да хватит уже заряжаться. Ночью зарядишься, там всё равно делать нечего, спят все, – тут же посоветовал Стёпка и добавил. – Сегодня можно и без сказок обойтись. Слушай лучше, что скажу. Дед меня водить скоро научит! Слыхал?

– Чего водить? – уточнил робот, так как он точно знал, что можно водить за руку человека, или водить за нос того же самого человека, а ещё можно было вводить в заблуждение и наводить справки о ком-нибудь.

Всё-таки широкий ему языковой интерфейс достался. Уточнять всё надо, чтобы точно суть уловить.

– Как чего? Машину! – воскликнул довольный Рябов и тут же добавил. – Ну как машину? Жигули! Про такую говорят – «ну ладно, на дачу пойдёт ездить».

– А не рано тебе машину водить? – удивился даже робот. – Ты ведь до педалей не достаёшь. А если достанешь, то снаружи видеть ничего не будешь.

– Так ты за меня наружу будешь смотреть! – тут же нашёлся смышлёный мальчик. – Ну или на педали нажимать. Тебе что больше нравится? Не зря же есть водитель и штурман. Который водителю помогает вместо навигатора. Куда поворачивать говорит и всё такое.

– Мне нравится иметь полный индикатор батареи, – сначала сказал Кузьмич, а затем ответил на вопрос. – Но если дело касается вождения автомобиля, то я помогу тебе в любом случае. Так что сам выбирай.

– Тогда нам надо потренироваться. И так, и этак, – тут же решил Стёпка и забежал в родительскую спальню.

Мальчик сел на кровать и вытянул ноги как можно дальше от края. Робот зашёл в спальню следом и тут же пристроился у его ног.

Мама с Машей-маленькой как ушли на кухню супы и каши варить на пару, так их и не видать. Время для тренировок самое подходящее.

– Итак, я буду педалями, – заявил робот и выставил перед Рябовым две руки-манипулятора, сделав плоскими ладони и такого размера, чтобы занимали стопы мальчика. – Начнём с простого. Справа «газ», слева «тормоз». Запомнил?

– Ага, – ответил Стёпка и давай то на газ, то на тормоз нажимать.

Вот как тут забудешь?

– Вж-ж-ж! – тут же принялся имитировать звуки езды робот, когда мальчик вдавливал педаль газа и тормозил, когда резко нажимал на тормоз.

Звуки получались довольно резкие, как бы аварии не вышло.

– Плавно надо. Мягче. Стёпка, мягче давай! – посоветовал тут же робот и ученик стал вдавливать педали не так резко, а только постепенно наращивая давление.

Но при этом так же резко убирал ноги с педали.

И робот сказал снова:

– Ты ноги с педалей резко не убирай. Машина тяжёлая. Едет быстро. Скорость сразу никуда не денется. Понял? Постепенно газ сбрасывай.

– Понял, – добавил Стёпка, крутя воображаемый руль и слушая звуки из динамиков робота.

Они стали чище. Качестве езды явно улучшилось.

Робот спокойно продолжил объяснение:

– Тормозить тоже лучше заранее, постепенно притормаживай. Тогда машина начнёт сбрасывать скорость. А если нажмёшь резко на тормоз, то по инерции все человеки вперёд полетят в салоне, а тебя в руль вдавит. Лучше так не делать. Только если экстренно тормозить надо. Но до этого лучше не доводить. Понял?

– Понял, – ответил Стёпка.

Так они и «ехали» ещё пару минут, после чего робот кивнул и сказал:

– Довольно неплохо, – скоро ответил робот. – На автоматической коробке передач ты практически ездить научился. Но у деда-то Жигуль.

– И что? – не понял мальчик. – На дачу-то пойдёт ездить!

– А то, что там механическая коробка переключения передач, – объяснил Кузьмич и вдобавок к двум педалям-руками добавил педаль-ногу, а другую ногу сделал ручкой переключения передач. – А там три педали и скорости самому надо переключать. Усложнилось всё!

– Как это самому? – растерялся Рябов и уже не знал куда ноги ставить.

Ноги-то у него две, а педали три.

Хоть хвост отращивай!

– Задача усложняется новыми вводными данными, – сказал робот и объяснил уже так сложно, что едва в голове укладывалось. – Теперь справа газ, посередине тормоз, а слева сцепление. И вдавливать его надо каждый раз, когда скорость повышаешь. А ещё ручку крутить. С первой на вторую, со второй на третью, с третьей на четвёртую, пока не достигнешь пятой. А ещё есть задний ход и нейтральное положение.

И робот давай крутить ногой в разные стороны, от чего у мальчика совсем все знания в голове растрясло. И машина сказала «бдыщь».

– Ну всё, выходи. Не сдал на права, – подытожил робот, поднялся и руку человеку на плечо положил. А затем изобразил вздох. И заключил горько. – Рано тебе ещё на Жигулях ездить, Стёпка. Лучше у папы порулить проси. Там коробка-«автомат» на микроавтобусе. Поставил себе в одно положение рычаг и едешь так, что горя не знаешь. А пока потренируйся дальше без меня ездить на автомате. А я до полного заряжусь и вечером вместе продолжим.

И робот вернулся на зарядку.

Стёпка ещё долго сидел на кровати и педали давил. Плавно и никуда больше не торопясь, чтобы «бдыщь» снова не получился.

Водить автомобиль надо правильно и со всей ответственностью!

Глава 11
За покупками

Этот день был особенным. Ведь с самого утра папа Матвей подогнал к подъезду свой микроавтобус и зайдя в квартиру, сообщил родным:

– Ну всё, зарплату дали. Поехали за покупками.

– За покупками? – переспросил Стёпка совсем не случайно.

Ведь продукты чаще на дом доставляли. Или бабушка с дедушкой в магазин ходили. По мелочи обычно бывало: за молоком или хлебом. А сами Рябовы магазины редко посещали. Только папа для Машки-маленькой часто бегал по всякому-разному. И вот – на тебе. В магазин собрались.

Больше всего известию мама Лида обрадовалась.

– Точно-точно, Машеньке комбинезончик надо купить, – заявила она. Тут же одела-обула дочку и вручила её папе Матвею на пороге, пока сама бегала по квартире в халате и тапочках с феном или расчёской. В зависимости от того, что попадалось под руку. – А Стёпка из всех штанов вырос. Да и нам летнее надо брать. Ни обуви толком, ни полотенец. Кроссовки ещё надо купить…

И она начала перечислять, что ещё нужно, но всё без толку. Папа не записывал, только усами водил, чем веселил дочку на руках.

Кузьмич встал в коридоре и уточнил:

– А мне тоже ехать? У меня вроде полный комплект: для зимы – шарф, для весны и осени – берет. А что роботы носят летом?

– Почту и пиццу в основном. Но это в крупных городах, – сказал папа и снова посмотрев на Кузьмича, добавил. – Но тебе больше кепка подойдёт. Ты же не робот доставки. Ты домашний. Хочешь кепку?

– Хочу, – кивнул робот. – Раз людь говорит, надо брать.

– Человек, – рефлекторно поправил папа и снова вздохнул.

Так модули внешнего восприятия и внутренних чувств роботу правильно и не переустановили. А ещё блок памяти на одном шурупе закреплён. Но пока вроде – держится.

– Человеки просто так кепок не дарят. В магазин с ними ехать надо, – снова кивнул робот и достал из шкафа сапоги. Напялив их и вновь немного увеличив стопы, Кузьмич заявил с довольным видом. – Всё, я готов отправляться за кепкой.

Тогда одетый Стёпка, взопревший папа и уставшая качаться на руках Маша все как один посмотрели на маму.

Долго ещё?

А та прыгает на месте у спальни, пытаясь с ходу во вторую колготину залезть. Одна нога из коридора и торчит, дёргается в попытках.

– Ой, твои родители тоже, наверное, в магазин хотят, – только и сказала мама, обращаясь к папе.

Папа перестал дёргать усами и посмотрел на сына.

– Так, ну-ка подсоби. Достань телефон из кармана куртки.

Стёпка и достал. А потом разблокировал перечисленные ему цифры, после чего долго искал в контактах «дед» и «бабушка».

Но лучше бы искал «папа» и «мама».

– Точно, они же мне деды-бабушки, а папе-то ближе! – воскликнул мальчик для робота и тут же Андрея Егорыча набрал. А баба Нина с ним всегда где-то рядом колобродит.

Дозвониться удалось не сразу. Но когда взяли трубку, Стёпка с ходу спросил:

– Дед, а тебе кепки и полотенца к лету в магазине не нужны?

– Куда мне кепку? Я больше панаму уважаю, – с ходу ответил дед, но потом догадался. – А вы, никак, в магазин собрались?

– Да! С нами поедете? С бабушкой.

– Конечно, поедем! – ответил дед. – Мне же блёсны надо брать и катушку. А супруга говорит, что мука дома кончилась. И свечи ей нужны. Не может она, видите ли просто лечь спать, когда свет отключают. Рабочая пташка.

– Тогда ждите, мы сейчас за вами заедем, – тут же пообещал Стёпка и отключил связь.

Ехать-то всего до соседнего дома. Это быстро.

– Пошли тогда в машину, – сдался папа, у которого уже руки отваливались стоять в одном положении с дочкой и качаться, как маятник.

Но едва он это сказал, как из коридора мама показалась. Накрашенная, одетая и в колготках под платьем. Ещё и духами пахла. Приятно.

– Да мы же в магазин, а не в ресторан идём, – заметил папа, но украдкой принюхался. И судя по тому, как улыбнулся, был доволен, что за покупками идёт с такой красивой женой, а не с соседкой с вечными бигуди на голове. И тогда он добавил обрадованно. – Вот это я удачно женился!

Мама только улыбнулась в ответ. Все Рябовы начали из квартиры в машину перебираться.

А Стёпка тут же пообещал себе, что когда-нибудь тоже обязательно удачно женится, чтобы духами вкусными по квартире пахло, а также блинами, супами и кашами.

Глава 12
За покупками: продолжение

Едва папа припарковался у торгового центра, как мама всех с ходу предупредила:

– Так! Много брать не будем.

Рябовы все кивнули дружно, выгрузились из микроавтобуса и разбрелись по отделам многоуровнего магазина.

Дед сразу подался в рыбацкий отдел за снастями, бабушка в продуктовый за ванилином, мама с Машенькой в отдел одежды для самых маленьких.

А папа только посмотрел на Стёпку и сказал:

– Так, а мы куда?

– А давайте в отдел передовой научно-исследовательской робототехники заглянем, а? – с надеждой в голосе спросил Кузьмич, но папа решительно покачал головой в разные стороны.

– Нет, такого отдела в торговых центрах нет. Есть массажные кресла. Хотите посидеть? – и не дожидаясь ответа, опустил монетку в прорезь монетоприёмника и сам первым уселся на такое кресло.

А то как давай вибрировать похлеще стиральной машинки! Но Матвей Андреевич даже бровью не повёл. Улыбнулся только, голову откинул и глаза прикрыл, наслаждаясь.

– Я сейчас… пару минуточек только, – добавил он и сладко зевнул.

Стёпка переглянулся с роботом, и они тут же начали осматриваться.

– Тебе же кепка нужна, – вспомнил мальчик и повёл Кузьмича вдоль торговых бутиков, перечисляя. – Так, это мужская одежда, это женская, это детская… а одежды для роботов я что-то не вижу.

– А кепка – это одежда? – тут же уточнил Кузьмич.

– Конечно, одежда. Она же от солнца прикрывает, – прикинул Рябов. – Идёшь бывало летом по улице, солнце голову печёт, а ты кепку накинул и всё. Защищён от солнечного удара. Считай, оделся.

– Но плащ закроет гораздо больший участок тела, – провёл анализ ситуации робот. – Выгоднее прикрываться плащом.

– Ха! Плащами только супергерои прикрываются, – усмехнулся Стёпка и спросил первого попавшегося продавца в бутике. Та как раз сидела на стульчике и ждала посетителей. – А у вас есть кепки или плащи для роботов или супергероев?

– Мы торгуем колготками и трусами, – вяло отозвалась она, не видя потенциального покупателя ни в русом мальчике, ни в роботе, выкрашенном в синий.

– Слушай, ну некоторые супергерои даже трусы поверх колготок надевают, – припомнил Стёпка. – А затем плащами обвязываются.

– Зачем это? – не понял робот.

– Чтобы принимать позу супергероя. А его трепал ветер, конечно же! – ответил Рябов.

– Да что это за супергерои такие, что стоят на ветру и ничего не делают? Ещё и в трусах, плаще и колготках? – возмутился Кузьмич.

Заметив маму Лиду с пакетами и дочкой на руках, робот пошёл к ним. Помогать. Как простой герой. Без всяких приставок «супер».

Лидия Егоровна обрадовалась сразу, отдала Кузьмичу пакеты, а Стёпке сказала:

– Кузьмич, ты мой герой!

Стёпка тут же глаза округлил. Вроде его робот без плаща, а поди ж ты – уже совершил что-то героическое, раз героем назвали.

Оглянулся Рябов, а мама уже в кресле массажном сидит, папу на том вибрирующем посту сменив. А Машка-маленькая уже на его руках качается. В комбинезоне новом и соской с рисунком цветочка.

Но Матвей Андреевич решил не сдаваться, усами подёргал и сказал:

– Так, ребята. Дадим и маме пару минут отдохнуть, а сами пока пойдём за покупками. Кому что нужно?

– Кепку, – ответил робот с пакетами в руках.

– Не знаю, – пожал плечами Стёпка.

Плащ ему теперь точно был не нужен, а колготки и подавно. Пусть их зарубежные супергерои носят и на ветру позируют, а свои отечественные одеваются попроще, но делают больше и чаще.

– Много брать не будем, – повторил слова мамы папа и завёл сына в отдел детской одежды, потом в другой отдел, третий… Где-то через час все трое вышли с парой пакетов в руках. Даже папа несколько нёс, совмещая с переноской дочери на руках. А у робота вообще четыре пакета уже, все руки заняты. Ещё и кепкой «ХК Амур» на голове красуется, чтобы на будущее на солнце не перегрелся.

Оглянулся Стёпка с мыслью, кому бы свои два пакета отдать, чтобы тяжести не таскать?

Из рыболовецкого отдела дед идёт с полными руками пакетов со снастями и рюкзаком за плечами, откуда удочка торчит. Ему много не вручить. А из кондитерского отдела уже бабушка идёт. Не с пакетами, но с эко-сумками. Сверху только мешок муки торчит. Сразу видно.

Стёпка даже к маме повернулся, а у той в руках тоже пакетов хватает. И женщина-продавец с довольным видом ей вслед машет.

– Приходите ещё! – говорит. – Вы сегодня мой лучший клиент!

Она же не знает, что Рябовы много брать не собирались.

Перехватив свою ношу поудобней, Стёпка сразу понял, что трудности придётся самому преодолевать.

Но однажды кто-нибудь обязательно назовёт это супергеройским поступком.

Глава 13
Домашнее задание

Старшие Рябовы ушли к себе на квартиру. Готовить и готовится к будущей рыбалке, средние Рябовы распределились по своей квартире, раскладывая вещи, а младший отпрыск только успел умыться после возвращения с магазина, как в дверь постучали.

Стёпка открыл, а на пороге Маша стоит. С листиком в руке и карандашом за ухом. А на лице – сама серьёзность.

– Слушай, нам в садике домашнее задание задали… Поможешь?

– Ха, в садике, – повторил Стёпка и впустил гостью.

Сам то он уже садик не ходил. Пусть и покинул предварительно, заранее, но тоже какое-никакое достижение.

«Подумаешь, детей побрил и учительницу подстриг на пару с роботом», – подумал мальчик: «Нам было не жалко, только директриса почему-то такой поступок не оценила и так и не простила. Вот такие они – взрослые. Прощать совсем не умеют».

И Стёпка присмотрелся к листику:

– А что задали?

– Нар’исовать др’узей, – ответила Маша.

– И что в этом сложного? – не понял мальчик.

– Так мне на листике места не хватает, – пожаловалась соседская девочка. – Я как начинаю р’исовать тебя, р’обота, Кор’ку, Тимку, Салюта, Стивена, так место ещё на р’обокоте заканчивается.

– Ну, главное, что я влезаю… И Кузьмич, – добавил, немного подумав Рябов и тут же повеселел. – Иди в мою комнату. Есть у меня одна идейка!

Маша прошмыгнула в детскую, а Стёпка некоторое время копался в шкафу в зале, после чего вернулся в свою комнату с большим свёрнутым плакатом-ватманом в одной руке, с красками и карандашами в другой. И как давай его на полу разворачивать, так всё свободное пространство в комнате на ковре и занял.

– Ого! Да здесь целый двор можно поместить, – воскликнула Маша и тут же присела рисовать с одного края.

Тогда как Стёпка и Кузьмич заняли два других угла, а с четвёртого конца присел робокот.

Придавив роболапкой угол, он на всякий случай спросил:

– А это ничего, что люди с животными и роботами дружат?

Сказал он это на двух языках, отчего на него сразу посмотрели и люди, и Тимка с подоконника.

И даже собака к нему принюхалась. После чего добавила:

– Вроде наш, Рябовский. А говорит, как не наш. Может, сломался? Идите снова в магазин и какого-нибудь другого купите… И косточек.

– Ага, и молока не забудьте, – тут же поддержал Тима. – Снова. Молока много не бывает.

– Ничего я не ломался! – возмутился Салют. – Просто не привык ещё, что со всеми дружить можно. Мне надо потренироваться. Да вот хотя бы… с фикусом подружиться попробую!

И все посмотрели на фикус на подоконнике, который даже Тимка не трогал. Уж больно он был старый и мрачный был. Его хоть и поливали раз в неделю, но судя по виду, не очень-то и любили.

Тем более с ним никто никогда не дружил.

– Можно и с фикусом, – добавил Стёпка и тут же принёс лейку и полил цветок. – Ко всем можно подход найти.

Маша принесла пульверизатор и распылила на его листики воду, смыв пыль. Кузьмичу оставалось лишь протереть его сухой тряпочкой и немного разрыхлить почву. И стал фикус как новый.

Маша его даже посередине плаката дорисовала, подписав «фикус Сёма». А вокруг кактуса кого только не было: дети, коты, собаки, родственники. Всем места хватило. Все дружить умеют.

– Похоже, ещё одно доброе дело сделали, – заявил Стёпка и похлопал рука об руку, как это принято делать, когда завершаешь дело.

– Да уж, непыльная р’аботёнка. Спасибо, др’узья! – добавила довольная Маша, свернула ватман и понесла домой.

Салют присел возле похорошевшего фикуса, обнял его как родного и тут же пообещал:

– Я о тебе теперь заботиться буду. Веришь? Ну а для чего ещё нужны друзья?

Судя по обновлённому виду, фикус был очень доволен таким положением дел.

Глава 14
Странные дяди

В этот день квартира вдруг опустела. Мама ушла гулять с дочкой, папа отбыл на работу, дед с бабушкой отправились к себе в квартиру, едва убедившись, что Стёпка выгулял Корку и накормил Тимку.

Вот и получилось, что Рябов-младший остался в квартире один, не считая роботов. Только Кузьмич стоял и заряжался на док-станции, а Салют использовал для этого дела кухонную розетку и по сути она оба были недоступны.

– Ничего себе! – воскликнул мальчик. – Так это я совсем один дома остался? – и как давай носиться из комнаты в комнату, а собака за ним.

Так им обоим радостно было, что бегали, пока не попадали на ковёр в зале, запыхавшись.

Тут в домофон кто-то позвонил. Рябов тут же пулей вылетел в коридор, подхватил трубку и спросил:

– Кто?

– Водопроводчик, – ответил хриплый, мужской голос.

– А у вас кепка есть? – уточнил мальчик, который на раз играл в Марио.

– Какая кепка? – смутился дядя.

– Ну, как у водопроводчиков, – объяснил, как мог Рябов.

– Нету у меня никакой кепки. Вы открывать будете? – рассердился дядя.

– Как же я вам открою, если у вас кепки нет? – ответил находчивый мальчик и положил трубку, так никому и не открыв.

Тогда Стёпка снова давай туда-сюда по комнатам носиться, чему лабрадор только радовался. Они так заигрались с собакой, что вообще про время забыли.

Но вскоре позвонили уже в дверь.

Рябов подставил стул, заглянул в дверной глазок, а там дядя стоит… В кепке!

– Кто? – снова спросил мальчик, даже не думая открывать дверь.

– Проверка газа! – донеслось из-за двери уже другим голосом.

– У нас и кепка есть. Сейчас покажу, только открывайте! – добавил тот первый голос, который звучал по домофону.

– Тише ты, не высовывайся. Спугнёшь, – донеслось следом гораздо тише, но в квартире была тишина, ведь никто больше не бегал, и можно было расслышать.

– А зачем кепка при проверке газа? – тут же спросил Стёпка, смекнув, что этот голос он уже слышал.

– Чтобы мальчики любопытные спрашивали! – снова рассердился странный дядя. – Вы открывать будете?

– Буду-буду, – ответил мальчик, убрал стул обратно на кухню и давай снова по комнатам туда-сюда бегать, даже не думая никому открывать.

Выждав пару минут, но так и не расслышав звука замка, дяди снова позвонили.

И спросили требовательно:

– Почему не открываете?

– Время-то не резиновое!

«Как же я вам открою для проверки газа, если никого из взрослых дома нет?» – подумал развитый не по годам Стёпка и уже хотел пойти будить Кузьмича на заряжающей станции.

Но тут дяди сдались. Им эти умные мальчики поперёк горла стоял. К счастью для них, среди соседей всегда можно было найти глупеньких девочек. И дяди давай звонить соседям.

«Там же наверняка Маша одна дома сидит!» – забеспокоился Рябов.

– Кто? – донёсся голос из-за двери от девочки-соседки с косичками.

– Водопроводчик! С кепкой, – ответил один голос, но сразу на все вопросы.

– И проверка газа. Без кепки! – подчеркнул другой.

– А совесть у вас есть? – тут же спросила Маша.

– Совесть? – переспросил один. – Такого в наборе нет.

– Зачем ещё совесть? – добавил другой. – Такой комплектации не предусмотрено!

– Я же спала! – объяснила девочка. – Не могли прийти в другой день и звонить, когда меня нет?

– Нам спать днём некогда! Вы открывать-то будете? – снова потребовал дядин голос.

– Ага, сколько можно ждать? – возмутился второй.

Стёпка на секунду испугался, что Маша сейчас начнёт дверь открывать сначала свою, потом их общую.

Но соседка тоже была смышлёной девочкой. Не зря же они дружили! Поэтому Маша только зевнула в голос и сказала:

– Нет.

– Что нет? – уточнил дядя, теряя терпение.

– Газа у нас никакого нет, – заявила девочка, с которой родители разговаривали на эту тему и никому не позволяли открывать, пока сами не попросят. – А с электричеством и водой у нас и так всё в порядке!

Тут-то Стёпка и заулыбался сразу. Так радостно ему было, что соседка у него умная.

«Даже среди девочек немало умных бывает», – понял всё мальчик и соседку поддержал.

– Уходите уже! Вы бы ещё мороженного с пирожными предложили, – добавил он из-за двери насмешливо. А то собаку разбужу! Корка… голос!

И лабрадор как давай лаять.

Странные дяди ушли сразу, так не солоно и хлебавши. А дети дождались взрослых и всё им рассказали.

Те так обрадовались, что купили им и мороженное, и пирожное сразу. Ведь главное в доме – это безопасность. Дядей с тётями всяких посторонних пускать в него нельзя, кем бы они себя не называли и что бы не обещали.

А в кепке они или нет, это не важно. Взрослые приходят, когда другие взрослые дома.

Глава 15
Масленица

В это утро папа разбудил Стёпку пораньше. Присел на край кровати и спросил без всякого предупреждения:

– На масленицу поедешь?

– Куда? – сонно переспросил мальчик.

– На масленицу. Блины есть, – ответил папа.

– Блины это я люблю, – ответил сын и размечтался.

Папа дал пару минут, чтобы проснуться и собраться, добавив только:

– Собирайся. И робота возьми. А то твоя мама говорит, что я с тобой мало времени провожу.

Блины Стёпка любил. И ничего против них не имел. Поэтому подскочил с кровати и даже робота на док-станции растолкал.

– Кузьмич, поехали!

– Куда? – встал с зарядки робот.

Он почти зарядился до максимума. Одного процента не хватило. Через пару минут сам бы очнулся.

– Как куда? На масленицу! – добавил мальчик с восторгом. – Блины есть!

– Зачем есть блины? – уточнил робот. – Они же жирные, изнутри заржавею. Но я могу ими снаружи смазываться. Тогда жировой слой защитит меня от коррозии.

– Мазаться не обязательно. Ты можешь мне все блины отдавать, – нашёлся Стёпка и принялся одеваться, обуваться и даже побежал чистить зубы.

Через полчаса они ехали на набережную Амура, где уже начались народные гуляния. Там музыка играет, исполняют на народных инструментах и слышится что-то бодрое через динамики. Людей видимо-невидимо и машин столько, что не протолкнуться.

Пешком пришлось идти довольно много. Заодно и проголодались.

А как пришли, смотрят Рябовы, а у реки столбы стоят высокие. И мужики, раздевшись по пояс, на те столбы взобраться пытаются без подручных средств. Но все обратно сползают. Так как столбы тёсанные. И скользкие на морозце.

– Зачем это они туда лезут? – спросил у папы Стёпка.

– Известно за чем. За сапогами! – хмыкнул папа и усы почесал, так как сам был не прочь вспомнить молодость, раздеться и полезть наверх. Себя попробовать. Народ посмешить.

– О, сапоги! – тут же заинтересовался Кузьмич, так как свои старые, которые ему достались от деда Андрея, он уже порядком поизносил.

– А блины где? – отвлёкся самый младший Рябов и папа понял, что ни на какой столб не полезет, пока сына не накормит.

Да и чего уже лезть? Годы не те. Всё-таки с ним ребёнок, ответственность.

Вздохнув с сожалением, Матвей Андреевич повёл наследника вдоль рядов, где стояли столы, газовые баллоны, плитки и на больших сковородках блины делали, тут же раздавая всем желающим.

– Походи! Блин бери! Горячий, румяный, весь без изъяна! – уверяли зазывалы.

Папа тут же две порции и перехватил. На тарелочках одноразовых. С вилочкой пластиковой. Блины даже сгущёнкой полили.

Поедая свою порцию, он даже перестал переживать, успокоился. А когда потёр раскрасневшийся от бодрой погоды нос, сказал:

– А раньше прямо на кострах и готовили. Сунут сковороду и готово. Но набережная – культурное и общественное место, здесь только один костёр разрешают. Зато какой!

– Какой такой костёр? – тут же заинтересовался Стёпка, лопая свои блины, но тут обоим пришлось отвлечься. Так как оба Рябовых поняли, что кого-то третьего не хватает.

– А где робот? – спросил папа.

– Он что-то про сапоги говорил, – вспомнил Стёпка и они с папой синхронно глаза на столб подняли.

А там на самой верхушке Кузьмич сидит и сапогами машет, крича:

– Матвей Андреевич, а все сапоги брать или только те, что нравятся?!

– Зачем тебе все? Одни бери и слезай! Остальные другим оставь!

– А какие брать? – крикнул робот в раздумьях.

– А какие на тебя смотрят? – крикнул в ответ папа.

Задумался Кузьмич. У сапог же глаз нету. Как им на него смотреть? Даже никакой видеокамеры люди им не установят. А интернета рядом нет. Спросить не у кого.

Пришлось брать по цвету корпуса. Синие. И к Рябовым Кузьмич вернулся уже в новеньких, блестящих сапогах. Вместе с недавно приобретённой кепкой он смотрелся модно.

– Ну всё, к лету готов. На рыбалку можно ехать, – сказал он и тут же о деде вспомнил. – Андрей Егорович на рыбалку обещал взять.

– Так рано ещё рыбачить, – хмыкнул папа. – Вот лёд на Амуре тронется, потом вода потеплеет, тогда и поедем… Все поедем!

Только Рябовы блины доели, как зазывали опять давай кричать и вокруг сложенных друг на друга досок бегать. А там свой столб. Поменьше. И чучело к нему соломенное привязано. Только Стёпка рассмотрел его, только заметил, что в косынке и женщине принадлежит, как подошёл мужик с факелом и подпалил дрова.

Вспыхнул костёр высокий! Аж жарко сразу стало всем, кто рядом стоял.

– А зачем они тётеньку спалили? – спросил Стёпка.

– Это зима, – ответил папа, потёр красный нос и добавил. – Символ обновления. Смена времён года, считай. У нас такая зима на Дальнем Востоке, что пока её не спалить, сама не уйдёт. Так что на рыбалку и дачу ещё не скоро выберемся. У дома пока гуляйте. Там теплее.

Стёпка кивнул. Он так любил поводить время с папой и лучшим другом. Так и гулял бы целыми днями с ними где угодно. И всё равно не нагулялся.

Блины только, жаль, не везде раздают.

Глава 16
На день рождения по-соседски

Стёпка стоял перед зеркалом и причёсывался. То влево пробор сделает, то вправо, то выпрямит чёлку, то попытается назад зализать гелем для волос. А она упрямая и всё равно назад выправляется.

– Какой непостоянный людь, – оценил этот манёвр Кузьмич и тут же спросил участливо. – Зачем человекам столько шерсти на голове? Чтобы гладили? Вы же сами для себя работаете. Попрошайничать, как котам не надо. А собак тоже вы кормите.

– Да что бы ты понимал в котах? – тут же ответил Тима с подоконника.

– Многие люди тоже красоту наводят, чтобы попрошайничать, – добавила и Корка, которая давно среди людей обитала. – Кто пуговицы последние застёгивает, кто погоны начищает, чтобы блестели.

– Ничего я не попрошайничаю, – пробурчал Стёпка в ответ. – Просто делаю, чтобы красиво было и Маше понравилось. – И он сделал чёлку чуть вбок. – Красиво же?

– Красиво, – ответил робот, но немного подумав, добавил. – Но не практично. Лучше все волосы вообще убрать, тогда столько времени не будет тратиться впустую. Человеки ещё ни машины времени не изобрели, ни межзвёздное путешествие толком открыть не могут. А когда вам, если постоянно причёсываться будете? Подстригись налысо и дело с концом. Папа тебя ждёт, чтобы науку двигал.

– Ну нет! Мы уже в садике и у подъезда и так всех подстригли, хотели они того или нет. Повторять ошибок прошлого не будем, – вздохнул Рябов и уверенно добавил. – Ладно, сойдёт… А ты будешь прихорашиваться? Или и так блестящий?

– Зачем это мне прихорашиваться? Я и так неотразимый! – заявил робот и встал перед зеркалом. – Хотя, тут вроде отражаюсь… Это что получается, я отразимый? Тогда… обновляю информацию!

– Кузьмич, ты ничего не понимаешь, – попытался снова объяснить Рябов. – На дни рождения надо надевать что-нибудь «весёленькое», обувать неудобное, «но красивое». И вообще улыбаться почаще надо, даже если не хочется. «Чтобы тем, у кого день ангела, приятно было». Так мама и бабушка говорят. Им виднее, они чаще на днях рождениях бывали. А я сам только в первый раз пойду! Непривычно без сопровождения. «Кто ж меня уму-разуму там научит?»

– Не переживай, вместе пойдём. Но зачем человеки всё усложняют? – не понял робот, поглаживая себя по голове у антенн перед зеркалом. И проверяя, нет ли пыли в динамике. Или сора в микрофонах. Проверять надо, чтобы лучше слышал.

Проверив всё как полагается, Кузьмич договорил:

– Может, лучше одевать удобное, обувать удобное и улыбаться, когда хочется?

– Нет, люди так не делают, – снова вздохнул Стёпка, с тоской посмотрел на «бабочку» сказал. – Не галстук, конечно. Но мама сказала вместе с рубашкой надеть. И брюки натянуть. И туфли. Совсем как в школу собирает… Только когда там учиться, если постоянно об одежде и причёске думать?

– Но мы же идём на день рождение к Маше. Радоваться! – возмутился даже Кузьмич. – Когда одни люди рождаются, другие должны радоваться, а не грустить из-за того, во что они одеты и обуты. Давай я пойду так, а ты как обычно. И будем радоваться и улыбаться. По-настоящему.

– А давай, – ответил Стёпка, переоделся в повседневную одежду, но покрутив в руках галстук-«бабочку» на резинке, всё же решился и нацепил её. Чтобы по-праздничному выглядеть.

Дело оставалось за малым: взять подарок в праздничной упаковке, свериться с часами на руке. А в указанный час, (не опаздывая, но и не задерживаясь), отправиться прямо на именины.

Можно было отправляться даже без туфель, если сразу с порога на порог перепрыгнуть, носок белых не замарав.

«Всё-таки это очень удобно – ходить на день рождение к соседке через стенку», – подумал мальчик: «Даже куртку можно на плечи не накидывать, а про шапку и думать не стоит».

Маша как знала, поближе переехала, чтобы им обоим удобно было подарки друг другу носить. И не обязательно лишь раз в году. Друзьям дарить подарки можно и без всякого повода. Хоть каждый день. Было бы что дарить.

Посмотрев на часы, Стёпка замер, отчитывая последние секунды до назначенного часа. Затем мальчик быстро подхватил подарок подмышку и повернулся к роботу со словами:

– Всё, Кузьмич, пора! Идём поздравлять!

Глава 17
Праздник для души

Ребята перешагнули порог и тут же постучались к соседке.

– Иду-иду! – послышалось за дверью и замок с хрустом провернулся.

Стёпка уже испугался, что тот сломался, но тут же обо всём забыл.

Ведь перед ним показалась Маша. В белой блузке и с пышной причёской вместо привычной пары косичек.

– Нарядная-я-я, – первым протянул робот и как давай поздравлять. – Поздравляем тебя, людь, с человековским днём рождения!

– Человеческим, – тут же поправил Рябов и тут же добавил. – Или людским?

– У нормальных человеков всё по-людски! – кивнул Кузьмич и первым перешагнул порог. – Какая убранная локация. Ни пылинки.

– Мама убир’алась, – добавила Маша. – У меня же пр’аздник.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.