Ирина Иви
Внешность изменчива? Драконы не согласны!

Пролог

Падение. Страшная высота. Земля вверху. Переворот. Земля внизу. Ветер, свистящий в ушах. Резкая остановка. Боли нет. Темнота.

Волны качают меня и медленно уносят все дальше от берега…

Значит таков итог, таково окончание этой авантюры? Что ж, я сама во всем виновата, я сама согласилась на это безумие, мне и расплачиваться.

А он… Что ж, такого от него я никак не могла ожидать, а значит и предотвратить это было не в моих силах.

– Ивэйсса! Ты будешь жить! Я тебя не отпущу! – эхо чьего-то голоса доносится до меня издалека, еле пробиваясь сквозь ватную пелену тумана, который плотным кольцом сомкнулся вокруг меня. Я знаю, кому принадлежит этот властный голос, в котором теперь отчетливо слышались нотки страха. Знаю, но не могу вспомнить…

И снова тишина.

Я очнулась, как от толчка. Те волны, что раньше неуклонно относили меня все дальше от берега, теперь вернули обратно, больно швырнув на каменистую отмель.

Я открыла глаза. Пошевелилась. Что со мной? Я помнила падение, помнила накрывшую меня темноту. Я умерла?!

Попытавшись подняться, снова бессильно упала на свое ложе. Я лежала в хорошо знакомой мне комнате! Значит?.. Значит, я жива!

Я пошевелила руками, ногами, потрясла головой. Боли не было, была только слабость, липкая, тягучая, сковывающая движения. Что же произошло?

Меня столкнул с башни ОН!!!

Он столкнул меня с башни.

Столкнул меня с башни…

Мозг отказывался воспринимать эту информацию.

Этого просто не могло произойти!

Но произошло.

Я всхлипнула.

И вдруг – вспышка нового воспоминания: меня, со смятой, переломанной, исковерканной внешностью, внешностью, настолько омерзительной, что противно даже смотреть, не то что прикасаться, целует… Святая Патриция, как он мог?!

Глава 1

Сегодня я проснулась с привкусом чуда на губах, потянулась в сладком ожидании.

Сегодня! Сегодня мне исполняется двадцать лет и сегодня я наконец-то обрету крылья!

Я поднялась с постели, и, бросив взгляд на часы, накинула легкий пеньюар. Скоро меня будут поздравлять родные. И, конечно же, Трэвас! И сегодня я смогу полететь с ним не в качестве пассажирки, а сама!

При этой мысли меня охватила дрожь предвкушения, и я восторженно закружилась по комнате.

Дракон! Наконец-то я стану полноценным двуипостасным драконом! И как же долго мне пришлось этого ждать!

Обычно драконья ипостась проявляется еще в детстве, чаще всего между семью и двенадцатью годами. Мне же пришлось ждать аж до двадцати! Случай редкий в аристократических драконьих семействах, но не невозможный. Двадцать лет – крайний срок, рубеж. Если не повезло, и дракон в тебе не проснулся раньше, то уж в день твоего двадцатилетия это произойдет наверняка. Говорят, при пробуждении дракона в животе порхают бабочки, по коже бегут мурашки, а душу охватывает эйфория, чистый, незамутненный восторг. Что ж, сегодня мне предстояло узнать, так ли это! И я с внутренним трепетом искала в себе эти признаки пробуждающегося дракона. И все мне казалось, что вот оно, началось! Но нет. Бежали секунды, сливаясь в минуты, а я была все прежней Ивэйссой.

Интересно, когда я обращусь-таки драконом, кто вернет мне мой человеческий облик, окатив драконьим пламенем? Ведь новообращенный дракон первое время не может контролировать переход из одной ипостаси в другую. Обычно это делает кто-то их родителей, но я-то уже взрослая и у меня есть жених. Да, мне бы хотелось, чтобы это сделал Трэвас! Было в этом что-то волнующее, интимное, сродни первой ночи…

Я снова посмотрела на часы. Пора было одеваться. Быстро надев приготовленное с вечера серебристое платье, я расчесала волосы и оставив их свободно струится по плечам и спине, вышла из дома. Я чуть ли не бегом устремилась к полускрытой зеленью ажурной беседке, где был накрыт стол и меня ждали родители, сестренка и, конечно же, Трэвас! И когда я уже была так близко, что видела улыбку на лице жениха, взволнованные лица родителей и довольную мордашку Майссы, я почувствовала ЭТО.

Ощущения были совсем не такими, как мне рассказывали, но ЭТО было ОНО, я сразу поняла! Сначала меня охватил необъяснимый жар, все тело пылало, а затем меня словно в прорубь окунули. И это сочетание нестерпимого жара и леденящего холода заставило меня закричать. Зрение пропало, вокруг стлалась непроницаемая чернота и я вытянула руки, охваченная ужасом и болью. Как сквозь толстый слой ваты услышала я крики родных, с рук моих как будто что-то сорвалось, слетело, раздался грохот и почти сразу воцарилась тишина. Жуткая, пугающая, давящая. Я что же, еще и оглохла?!

Неужели так становишься драконом, таково его рождение?! Почему же мне рассказывали совсем иное? Я всхлипнула и прикрыла рот рукой. Нет, я не оглохла – свой тонкий, испуганный всхлип я услышала. Огонь и лед покинули мое тело, боль прошла, тьма рассеялась и передо мной предстало страшное, невероятное зрелище. Беседка с ожидающими меня родными исчезла, а на ее месте возвышалась огромная глыба льда, по которой время от времени пробегали огненные всполохи!

Не успела я осмыслить произошедшее и испугаться по-настоящему, как глыба задрожала и рассыпалась, разлетелась мелкими ледяными осколками. Я еле успела прикрыть руками лицо, защищая его от летящего в меня ледяного крошева. Осколки впивались мне в тело, больно били по голым рукам и плечам, но скоро все закончилось.

– Ивэйсса!

Я отняла руки от лица и увидела бегущих ко мне отца и Трэваса, а дальше, в перекореженной и разбитой беседке стояла мама, прижимая к груди рыдающую Майссу и с ужасом смотрела на меня.

А у меня внезапно зачесалась ладонь, да так сильно, что я чуть не взвыла.

Меня обхватили сильные руки.

– С тобой все в порядке?! Что произошло? – карие глаза Трэваса с тревогой и страхом смотрели на меня и я, совершенно неожиданно для всех и в первую очередь для себя, вдруг расхохоталась.

Нет, со мной не все в порядке! Кажется, я чуть не убила своих родных, каким-то образом заморозив беседку, в которой они ждали меня, чтобы поздравить с днем рождения! И это вместо превращения в дракона! И Трэвас еще спрашивает, все ли со мной хорошо?!

Я залилась смехом пуще прежнего, меня трясло, по щекам катились слезы. Я пыталась что-то сказать, но дикий, безудержный хохот не давал произнести ни слова, и я только заикалась в тщетной попытке заговорить и смеялась, смеялась, смеялась.

– Да у нее истерика, Трэвас, оставь ее в покое! – голос отца. – Неси ее в дом – сама идти она сейчас не в состоянии.

И Трэвас, легко подхватив меня на руки, прижал к груди. Нелепый, неуместный смех разом оборвался, и я заплакала, обхватив жениха за шею.

– …спонтанный выброс магии перед обращением, такое бывает, – горячо убеждал отец мою маму в том, что волноваться не из-за чего. – Да, редко, почти никогда, но случается же! И потом…

Я почти не слышала, о чем они говорили. Умытая, переодетая, с заклеенными ссадинами и перевязанными ранками, оставшимися после попавших в меня осколков льда, я полулежала в кресле и с ужасом смотрела на свою ладонь. Она так и не перестала зудеть и ныть и я, только расчесав ее чуть ли не до крови, заметила причину. На ладони, перечеркивая линию жизни, мертвенно-бледным светом горела руна! Руна, одним махом уничтожившая все мои надежды стать полноценным драконом! Руна проснувшейся магии Бэйрима. Это было невозможно. Но это было так. Можно было распрощаться с мечтами о счастливой жизни, о полетах над облаками, о скорости, о звездах, до которых можно дотянуться крылом…

– Ивэйсса, ты слышишь меня? – недовольный голос отца прервал мое прощание с жизнью.

Я подняла голову.

– Я говорю, не надо принимать случившееся близко к сердцу. Все обошлось, все остались живы, а дракон в тебе теперь проснется ближе к вечеру, когда магические потоки успокоятся после этого всплеска. Не расстраивайся, дитя мое, все хорошо!

Я молча встала, подошла к нему и протянула руку ладонью вверх. На его лицо я при этом не смотрела, стояла, опустив голову, как будто была виновата в том, что со мной приключилось, но по воцарившемуся молчанию поняла – отца впечатлило увиденное.

– Что там, Морис? – взволнованно спросила мать, вытягивая шею в тщетной попытке разглядеть, чем же так поразила отца моя рука, но вставать с оттоманки, чтобы подойти к нам, не стала.

Отец не ответил. Он словно бы даже не услышал вопрос. Молча стоял и смотрел на мою ладонь, словно ожидая, что руна растает под его тяжелым немигающим взглядом. Но руна не таяла.

Стоявший у окна Трэвас одним прыжком подскочил ко мне и, сжав мое запястье, впился взглядом в ладонь.

– Руна бэйримской магии! – хрипло выдохнул он и неверяще посмотрел мне в глаза. – Вэйсси, откуда это?!

Будто я знала!

– Что-о-о?! – мать как ужаленная вскочила с места и бросилась ко мне. В ужасе уставилась на мою руку и прикрыла рот рукой.

– Как такое могло произойти?! – пробормотала она невнятно, не убирая руку ото рта. – Ивэйсса? – требовательным и даже каким-то обвиняющим тоном произнесла она.

Я бы, наверное, даже рассмеялась, если бы спазм не сжимал мое горло стальным обручем, не давая разреветься. Они все – отец, мать и Трэвас – смотрели на меня и ждали объяснения и в глазах их я видела ужас, непонимание и… обвинение?

Я молчала. Что я могла им сказать? Что я и сама не знаю, почему в свой двадцатый день рождения вместо долгожданного пробуждения дракона я обрела магический дар Бэйрима? Это же очевидно.

– Ивэйсса? – Трэвас выпустил мою руку, обнял за плечи и привлек к себе. – Как ты, милая?

Я пожала плечами. Какого ответа он ждет, когда все мои мечты длиною в жизнь разрушились в одночасье? Во мне каким-то невероятным, противоестественным образом проявилась магия Бэйрима, а значит драконом мне не быть.

– Драконом ей не стать! – эхом моих мыслей прозвучал голос матери, в котором явственно слышались истерические нотки. – Какой ужас! В нашем роду такого еще никогда не случалось! Как какая-то простолюдинка, честное слово! Даже хуже – еще эта руна!

– Подожди ты панику разводить! – с досадой воскликнул отец. – Нужно обратиться к его величеству. Он дружен с Фарлаксом, и кто знает, может последний чистокровный дракон сможет помочь нам.

– Фарлакс! Ну конечно! – выпустив меня из объятий, горячо отозвался Трэвас. – Я сейчас же полечу к дяде и попрошу его призвать Фарлакса! Я и Ивэйссу с собой возьму – пусть Фарлакс своими глазами взглянет на… – он запнулся. – На то, с чем нам пришлось столкнуться.

– Но огласка… – с сомнением пробормотала мать и у меня наконец прорезался голос.

– В бездну огласку! Я умру, если не стану полноценным драконом! Я просто не смогу так жить! Мне все равно, кто там что будет говорить! Я хочу стать драконом!!!

– Ивэйсса! Как ты выражаешься? – беспомощно воскликнула мама, всплеснув руками. – Я тебя просто не узнаю!

– Дорогая матушка! – вмешался Трэвас. – Обещаю, никакой огласки не будет. Никто не узнает о… э-э-э… несчастье, постигшем Ивэйссу. Это не только в ваших интересах, но и в моих.

– Решено! – решительно перебил отец уже открывшую было рот маму. – Трэвас, забирай Ивэйссу и летите к королю. Оповести меня, когда во дворец прилетит Фарлакс, мы с Мирандой примчимся в тот же день. Дочка, не унывай, мы обязательно что-нибудь придумаем! – и он крепко обнял меня на прощание.

Мать поджала губы и отвернулась, недовольная, что все решилось не так, как она хотела.

– Идем, Вэйсси! – позвал меня Трэвас.

– Поцелуй за меня Майссу! – попросила я маму.

И мы полетели в Кайрех, к дяде моего жениха и королю Вестмара.

Уже когда я устроилась в выемке на спине Трэваса, обратившегося в дракона, меня кольнула горькая мысль: а ведь если бы все не пошло наперекосяк, я к этому времени уже сама стала бы драконом и беззаботно летала бы сейчас вместе с Трэвасом! Вместе, а не на нем.

***

Через три дня все мы – мама, отец, Трэвас и я – собрались в огромном открытом всем ветрам павильоне, возведенном на плоской вершине одной из башен королевской резиденции в Кайрехе. То было, как я слышала, излюбленное место отдыха его величества Дартэна Коуртантеса, когда он пребывал в своей драконьей ипостаси. Этот-то павильон он и предоставил в наше полное распоряжение для встречи с Фарлаксом, последним чистокровным драконом Вестмара, о существовании которого мир узнал совсем недавно, пару-тройку лет назад, когда произошла заварушка со взявшимся невесть откуда – считалось, что все они вымерли давным-давно – Огненным Аспидом. Впрочем, то же самое думали и про чистокровных одноипостасных драконов… Тогда-то и появился Фарлакс, разделавшийся с Огненным Аспидом. С тех пор он изредка наведывался в Кайрех, навещал короля, остальное время проводя в Хоршантэсе – громадной цитадели драконьих жрецов.

– Раз в девице есть магия Бэйрима, ей нужно в Иолантэс, – припечатал огромный белый дракон. – Ей необходимо научиться контролировать свой дар. Сейчас же она опасна для окружающих. И для себя.

– Но, уважаемый Фарлакс, вопрос ведь не в том, учиться Ивэйссе бэйримской магии или нет, – с отчаянием заговорила мама. – Мы хотели узнать, можно ли как-то убрать из нее эту чуждую драконам магию и пробудить уже наконец спящего дракона? И вообще, есть ли он в Ивэйссе? И как в ней могла проявиться магия Бэйрима?

Фарлакс покачал головой. Последний чистокровный дракон решительно не понимал эту женщину. В ее дочери пробудился опасный дар. Не драконий, но и не чисто бэйримский – ведь магия Бэйрима не действует в Вестмаре, королевстве драконов, а девица создает ледяные стены и извергает пламя. Дар, который уже чуть не погубил ее семью. А матери словно и дела до этого нет! Все помыслы лишь о том, как пробудить в девице дракона, чтобы не опозорить род!

– Ваша дочь – истинный дракон, в ее жилах течет достаточно драконьей крови, – сухо ответил Фарлакс. – Но сможет ли она обрести вторую ипостась, мне неведомо. Что касается происхождения в Ивэйссе магии Бэйрима… что ж, наверное, когда-то в вашем роду дева связала себя узами брака с бэйримцем и кровь дракона оказалась недостаточно сильна, чтобы совершенно подавить в их детях бэйримскую магию. Она могла не проявляться поколениями. А сейчас проснулась в вашей дочери. И не только проснулась, но и действует.

– И ты советуешь отправить Ивэйссу в какую-нибудь магическую академию Бэйрима, дабы она научилась управлять открывшимся в ней даром? – осторожно уточнил отец.

– Не советую, а настоятельно рекомендую! И не в какую-нибудь, а в самую лучшую – в Иолантэс. Повторюсь: сейчас Ивэйсса опасна для всех и в первую очередь для себя.

– Я обязательно поеду в Иолантэс! – воскликнула я, прижав к груди руки. – Один раз я уже чуть не погубила своих родных и не хочу, чтобы это повторилось вновь!

Белый дракон с одобрением посмотрел на меня, взгляд его смягчился, и он добавил:

– Возможно, в Иолантэсе ты не только научишься владению своим новым даром, но и узнаешь, как обрести крылья.

– Правда?! – воскликнула я с сильно бьющимся сердцем. – Но как?! Откуда в бэйримской академии могут знать про драконов больше, чем у нас? Если даже ты, последний чистокровный дракон, не знаешь, как мне помочь, откуда это знать обычным людям?

– В Иолантэсе собрана обширнейшая библиотека, в Иолантэсе работают лучшие маги королевства, а еще в Иолантэсе… – Фарлакс замолчал, словно сомневаясь, стоит ли продолжать, но видимо я с такой мольбой смотрела на дракона, что он отбросил сомнения и заговорил вновь:

– Бывший архимаг Иолантэса обладал знаниями и умениями, позволяющими ему удерживать дракона в какой-то одной ипостаси: либо человеком без возможности обращаться в дракона, либо драконом – без возвращения в человеческий облик соответственно. Быть может, он сможет тебе помочь…

– Нам непременно нужно встретиться с этим человеком! – вскричал Трэвас, возбужденно сверкая глазами. – Уж если он может творить с драконами даже то, что не по силам самим драконам…

– Мог, – перебил его Фарлакс. – А не может. Он лишился магии два года назад, не могу рассказать при каких обстоятельствах – эта история засекречена, ибо бросает тень на королевский род Бэйрима.

– Но как же тогда он поможет мне, если больше не обладает магическим даром? – упавшим голосом спросила я.

– Знаниями, – наставительно и очень веско ответил дракон. – Ибо знания остались при нем, а знания – страшная сила! Правда, знания его весьма специфичны, и я бы не советовал прибегать к ним без крайней необходимости, но твой случай – особый и, возможно, этот человек тебе не откажет, а ты сумеешь воспользоваться этой помощью, не навредив ни себе, ни окружающим.

– Какого рода знания? – требовательно спросил отец. – Они не повредят Ивэйссе… еще сильней?

– Может и повредят. А может, помогут, – загадочно протянул Фарлакс. – Или и вовсе окажутся бесполезными. Знания эти родом из культа Огненного Аспида, одно время получившего широкое распространение в Бэйриме, а теперь запрещенного. В любом случае, ответить на этот вопрос вам сможет только бывший архимаг. Но я бы советовал обратиться к этому человеку лишь в том случае, если ни маги, ни библиотека Иолантэса не смогут дать вам ответ и оказать помощь, ибо, даже лишенный магии, этот человек может быть опасен. Опасен и ненадежен.

– Культ Огненного Аспида! – с ужасом простонала мать. – Только этого нам не хватало!

– Но кто же он? – нетерпеливо вскричал Трэвас.

– Кристен Рискарн, второй сын короля Бэйрима, в прошлом – архимаг Иолантэса и сильнейший маг своего королевства.

Глава 2

– Опять ничего! – с надрывом воскликнула ворвавшаяся в спальню мужа Джухана. – Мунлир остался черным! – и принцесса протянула ему небольшой камень, который показывал наступление беременности, меняя цвет с черного на золотой. Мунлир Джуханы был черен как вороново крыло.

Кристен, лежавший на смятой постели в чем мать родила, закинул руки за голову и с досадой поморщился. Хоть в чувствах жены он не сомневался, ему порой казалось, что любовью Джу занимается с ним исключительно из-за желания обзавестись ребенком.

Он окинул ее взглядом. С распущенными волосами, блестящим водопадом стекающими до самой талии, в золотистом кружевном пеньюаре, почти полностью открывающим налитую грудь и небрежно стянутым шелковым пояском, подчеркивающим тонкую талию и крутой изгиб бедер, она вызывала вполне определенные желания. Вызывала, пока не заговорила об этом своем многострадальном Мунлире!

Тяжело вздохнув, Кристен сел, взял с блюда сочный персик и с наслаждением впился в него зубами и только когда от фрукта осталась одна лишь шершавая косточка спросил:

– Почему тебя это так расстраивает? – Кристен действительно этого не понимал. – Разве тебе так уж необходим кричащий комок плоти, похожий на тебя и меня?

– Крис! – Джухана аж задохнулась. – Да как ты не понимаешь?! Дети – это счастье!

Кристен поднялся с кровати, потянулся как довольный кот и накинул на обнаженное тело темно-синий халат.

– А разве ты несчастна? – безразлично бросил он.

– Нет, но…

– Ты принцесса, ты вышла замуж за принца, никогда не знала ни в чем нужды и отказа, купаешься в роскоши, все твои желания тут же исполняются, стоит только пожелать. Так…

– Не все, – тихо перебила его Джухана. – Самое горячее мое желание – чтобы ты любил меня. Но ты меня не любишь.

Кристен недовольно скривился.

– Не люблю. Я говорил тебе это еще тогда, когда наши отцы только сговаривались о браке между нами. И что ты мне на это ответила? Что этот брак нужен нашим королевствам и ты, как покорная дочь и верная подданная, с радостью подчинишься воле отца, желающего этого союза.

Джухана опустила голову и ее смоляные волосы упали на тяжелую грудь, вздымающуюся от волнения.

– Я лгала тогда, Кристен, – прошептала она, поднимая на мужа огромные жемчужно-серые глаза. – Уже тогда я любила тебя и этот брак был для меня не политической необходимостью, но счастливейшим событием в моей жизни. Я надеялась… нет, была уверена, что со временем ты тоже полюбишь меня! Но прошел уже год, а я так и не дождалась твоей любви. Скажи, Кристен, разве я такая плохая жена?! – губы ее задрожали и две слезы скатились по щекам.

Вот только женских истерик ему не хватало!

Кристен привлек Джухану к себе, коснулся губами волос.

– Ты чудесная жена, Джу. Просто я – не лучший из мужей. И в том, что я так и не смог полюбить тебя, нет твоей вины. Видно, не создан я для этого чувства.

– Не создан?! – воскликнула Джухана, поднимая к нему заплаканное лицо. – А я вот слышала… – она замолчала, испуганно прикрыв рот ладонью, но было уже поздно.

Муж отстранился и от него словно холодом повеяло. Голубые глаза его смотрели пристально, с недобрым прищуром, цепко.

– И что же ты слышала, Джу? – обманчиво мягким, вкрадчивым тоном спросил Кристен и Джухане стало страшно.

«Лучше бы тебе промолчать», – явственно слышалось в его вопросе и Джухана была с ним полностью согласна.

Лучше бы промолчала! С самого начала решила она не поднимать тему трагической любви архимага Иолантэса, давно оставшейся в прошлом, как и сама должность архимага, делая вид, что ей ничего неизвестно, ибо понимала, что таким образом она любовь супруга точно не завоюет, только хуже сделает. И держалась ведь столько времени! И даже сплетни старалась не собирать. И вот на тебе – сболтнула-таки лишнего! Ну и ладно! Зато она наконец разберется в этой истории, давно бередящей ее любопытство, поймет, что же такого особенного было в той, другой. Она знала только, что зовут ее Алисия и что она в конце концов вышла замуж за дракона, живет теперь в Вестмаре и…

– Говорят, что в бытность твою архимагом Иолантэса ты был безумно влюблен в свою помощницу! Но она отвергла тебя, и ты сотворил нечто настолько ужасное, что она сбежала в другое королевство, а сердце твое с тех пор превратилось в кусок льда! – на одном дыхании выпалила Джухана, впиваясь жадным взглядом в лицо мужа.

О любовной одержимости Кристена, приведшей к катастрофе, можно почитать в книге «Внешность изменчива. Драконы согласны?»

Кристен словно окаменел. Лицо его застыло и только глаза сверкали словно осколки льда на холодном зимнем солнце. Он смотрел на Джухану. И что это был за взгляд!

На несколько невыносимо долгих мгновений воцарилась тишина и тишина эта оглушала.

– Уходи, – слово это, хоть и произнесенное тихим, спокойным голосом, хлестнуло Джухану как пощечина.

Она заморгала, стараясь не расплакаться.

– Прости меня! – сдавленно прошептала она, умоляюще глядя на непроницаемое лицо мужа, в его холодные глаза. – Прости! Мне не следовало…

– Уходи! – Кристен лишь немного повысил голос, но Джухане показалось, что слово это громовым раскатом пророкотало на весь дворец.

Она поднялась с кровати, на смятых простынях которой этой ночью ее так страстно любил обожаемый супруг и, сжимая в руке черный Мунлир, вышла из комнаты.

– Аспид тебя побери! – сквозь зубы выругался Кристен, обращаясь то ли к себе, то ли к ушедшей Джухане. – Аспид побери! – и отправился в ванну под ледяной душ. Ему определенно нужно освежиться! Слова Джуханы подняли всю муть со дна души и разозлили его до невозможности.

Как она только посмела сунуть нос в его прошлое! Как посмела что-то разнюхивать у него за спиной! И как осмелилась заговорить с ним об этом! Проклятье! Принцесса разбередила все его раны, всколыхнула боль от потери самого дорогого, что у него было: Алисии и магии. Нет, не так! Магии и Алисии, именно в такой последовательности. Ибо, как сильно он ни любил Лис, свою магию он любил еще больше. К тому же с потерей Алисии он уже давно смирился и даже мысли о ней не причиняли былой боли. Так, легкую ностальгическую грусть и сожаление, что все случилось так, как случилось. Ну и еще, пожалуй, злость, что она предпочла ему другого.

Но с потерей магии он не смирился и не сможет смириться никогда!

Кристен повернул золоченый вентиль, перекрывая доступ холодной воде и, обернув бедра полотенцем, вернулся в спальню.

Бросил взгляд на маленький навесной шкафчик с хрустальными дверцами, за которыми хранились милые его сердцу безделушки, которые он добывал в многочисленных экспедициях в бытность свою архимагом Иолантэса. Храмы Огненного Аспида, катакомбы, где когда-то скрывались гонимые жрецы проклятого культа, подземные святилища. Как увлекательно было исследовать их, разгадывать тайны, сколько бесценных знаний он там обрел, сколько потрясающих артефактов нашел, сколько обезвредил хитроумных магических ловушек… Тогда он был магом… Вот это была жизнь, квинтэссенция жизни! Не то что его нынешнее серое существование!

Кристен сжал кулаки и застонал.

Без магии он все равно что дерево без сердцевины – никакого роста, развития, никакой жизни, никакого азарта и интереса, стой и засыхай до первой бури, которая играючи сломает его. Никакого смысла…

Дурочка Джухана ждет любви. Его любви. Жаждет обрести ребенка, думая, что это привяжет к ней Кристена, сделает их ближе друг другу… Как же она ошибается!

Он согласился на этот брак, чтобы хоть как-то искупить вину перед отцом. Хотя, конечно, то, что он натворил… Кристен покачал головой.

Когда король Миравелина Аскел Трехосный предложил Бэйриму скрепить выгодный торговый и оборонительный союз союзом брачным, отец Кристена выдвинул кандидатуру своего младшего сына, ибо старший, Итар, уже был женат. Кристену же, в свою очередь, предоставили на выбор двух принцесс Миравелина.

Младшую дочь, Абину, Кристен забраковал, едва взглянув на нее – темные волосы, карие глаза, светлая кожа. Типаж, слишком напоминающий ему Алисию… Тогда он еще так тосковал по ней, что болезненно воспринимал все, что хоть как-то напоминало ему Лис.

И Кристен выбрал старшую дочь Аскела Трехосного, Джухану. И надо сказать, ему не пришлось в этом раскаиваться. Красивая той южной красотой, что ничем не напоминала ему Алисию – смуглая кожа, иссиня-черные волосы, серые глаза и пышная фигура – принцесса к тому же обладала легким нравом, живостью и добротой, была умна и прекрасно образована. И что немаловажно, умела быть незаметной и ненавязчивой, когда Кристен был не в настроении и хотел побыть наедине с собой, что случалось довольно часто. Она легко переносила перепады настроения своего переменчивого как ветер супруга, его тяжелый характер и колкий нрав.

Она его любила. Влюбилась в него как кошка в их первую же встречу. И Кристен, опасаясь в дальнейшем возможных упреков в холодности, предпочел сразу честно сказать Джухане, что не питает к ней иных чувств, кроме уважения и приязни. Ну и физического влечения, о чем он, естественно, умолчал – о таком в приличном обществе не говорят, – но что стало очевидно в их последующей семейной жизни. О да, ночи их были жарки и все шло просто прекрасно до той поры, пока Джухана не убедилась, что чувства мужа к ней остаются неизменными. Тогда-то ее и захватила поистине маниакальная идея родить ребенка, который, как считала принцесса, поможет сплотить их семью, ведь уж своего ребенка Кристен точно любить будет, и кто знает, может частичка этой любви достанется и той, которая этого ребенка ему подарила…

Если бы только Джухана знала, что маленькая, неприметная серьга у него в ухе вовсе не украшение, не дань моде, а противозачаточный артефакт! Но, конечно, Кристен ей ничего не скажет. Пусть думает, что зачать ребенка им не дают жестокие боги, а не воля ее обожаемого супруга. Уж что-что, а дети ему точно ни к чему! Может, когда-нибудь потом, очень-очень не скоро…

Глава 3

И вот наконец Иолантэс! О, с высоты драконьего полета он производил просто ошеломляющее впечатление!

Трэвас в последний раз взмахнул мощными крыльями, подняв при этом целое облако сверкающих на солнце снежинок, и плавно опустился на широкую каменную террасу. Дальше мне предстояло идти пешком, это было незыблемое правило Иолантэса. Кем бы ты ни был – королем, последним слугой, драконом, нежной девой или ребенком – подвесной мост, соединяющий цитадель магии и знаний с остальным миром в первый раз ты должен был пройти сам. Я подошла к краю террасы. Дальше, куда ни кинь взгляд, простиралась пропасть, через которую был перекинут зачарованный подвесной мост. На его перилах сияли круглые светильники, источавшие холодный сиреневый свет и будто бы приглушающие свет солнца. Где-то вдалеке, в туманной дымке, терялись очертания стен и высоких тонких шпилей Иолантэса. Академия была расположена на вершине горы, со всех сторон окруженной пропастью.

– Вэйсси!

Я обернулась. Подошла к жениху, уже принявшему человеческий облик.

– Позволь мне все же пойти с тобой. Хочу быть уверен, что ты не свалишься с этого проклятого моста, что эти маги примут тебя со всей подобающей вежливостью и устроят в соответствии с твоим высоким положением.

Я рассмеялась.

– Каким положением, Трэв?

– Положением моей невесты и племянницы короля Вестмара, разумеется! – поджал губы мой жених. – Не вижу в этом ничего смешного.

Я мягко положила руки ему на плечи.

– Прости! Не хотела тебя обидеть. Уверена, что меня и так примут превосходно, ведь твой дядя, племянницей которого я пока не являюсь, – лукаво улыбнулась я, – уже обо всем договорился с архимагом Иолантэса.

– Все так, – вздохнул Трэвас, обнимая меня и утыкаясь носом в укутанную теплым шарфом шею. – Просто я волнуюсь за тебя.

– Все будет хорошо, – прошептала я в его светлый затылок. – Уверена, что прославленные маги Иолантэса смогут мне помочь и домой я полечу уже сама. Но в академию мне лучше идти одной, ты же знаешь их правила.

– В бездну правила! – Трэвас поднял голову и приник к моим губам. – Как же я не хочу с тобой расставаться, Вэйсси…

И я этого не хотела. Я оставалась совсем одна, в чуждом для меня мире, и я вовсе не была так уж уверена в том, что здешние маги действительно смогут мне помочь.

– Обними меня крепче, Трэв…

И несколько упоительно долгих и прекрасных минут мы молча простояли у края пропасти, сжимая друг друга в объятиях. До тех пор, пока не пришла пора прощаться.

Трэвас улетел. Я осталась одна. Передо мной уходила вдаль длинная лента моста, конца которого и видно не было, а рядом стоял довольно-таки объемистый рюкзак с удобными широкими лямками – мои вещи.

Что ж, надо идти! От того, что я буду стоять и смотреть, академия ближе не станет.

Я подошла к мосту. Падал снег. Мост скрипел и покачивался. Признаться, мне было страшно ступать на кажущуюся такой ненадежной поверхность. Но это было частью испытания. Я должна была пройти мост. Сама. Или Иолантэс не примет меня. Не поможет. Просунув руки в лямки рюкзака, я решительно поджала губы и ступила на мост.

Чтобы через час, с трясущимися ногами и натертыми перилами, в которые я судорожно вцеплялась, руками, с обледеневшим от холодного, безжалостного ветра лицом ступить на широкую каменную лестницу, на верхней площадке которой кто-то стоял и с любопытством вытягивал шею в мою сторону.

После зыбкого, ненадежного моста, раскачивающегося на ветру и так и норовящего скинуть вниз, в пропасть, зазевавшегося пешехода, подниматься по надежной каменной лестнице с широкими невысокими ступенями было одно удовольствие.

– Добро пожаловать! – ступив на последнюю ступень, я оказалась лицом к лицу с встречающим меня человеком. Им оказалась прелестная девушка, из-под мехового капюшона которой выбивались яркие рыжие пряди и сверкали зеленые глаза. – Вы – Ивэйсса Шерридан? А я – Люсинда Тэрнблэк. Рада знакомству! Вы, верно, совсем закоченели? Одежда ваша… да и с непокрытой головой к тому же… Идемте скорее! – затараторила она, не давая мне вставить ни слова.

Люсинда провела меня через величественную арку, подвела к серой каменной громаде, и я остановилась, запрокинув голову и пытаясь рассмотреть верхушки башен. Тщетно – они были плотно укутаны тяжелыми облаками.

Моя провожатая уже нетерпеливо переминалась у двери. Я поднялась по широкой полукруглой лестнице, и мы вошли внутрь здания, оказавшись в просторном холле, выполненном в строгом и сдержанном стиле. К моему немалому удивлению – я почему-то ожидала увидеть кругом камень, камень и камень – в качестве отделочного материала здесь широко использовалось дерево: массивный дубовый потолок, дубовые настенные панели… В середине стен зала, напротив друг друга, были размещены мраморные камины, декорированные барельефами с золотистым напылением и поражающие своей монументальностью, над которыми висели чьи-то портреты. Возможно, основателей Иолантэса? Впрочем, рассмотреть мне их не дали – девушка целеустремленно шагала вперед, и я поспешила за ней.

Выйдя из холла, мы оказались в огромном пустом зале со множеством дверей и – о, чудо из чудес! – прозрачными кабинками лифтов, зависших над полом и чуть покачивающихся. Внутри них перемигивались разноцветные огоньки, и вся их конструкция выглядела столь необычно и зыбко, что я на некоторое время зависла сама, глядя на них.

Лифт – недавнее изобретение магов Иолантэса. Управляются кабинки магией воздуха и могут быстро – куда быстрее, чем подниматься по лестнице – доставить тебя на нужный этаж. Широкого распространения они не получили, так как были чрезвычайно дорогостоящим удовольствием, к тому же весьма сложным в конструировании. Я слышала, что они есть только в королевском дворце в Мирграсе и, конечно, здесь, в Иолантэсе. Не знаю, как во дворце, а здесь они точно были необходимы, ибо взбираться по лестнице на верхние этажи, находящиеся на головокружительной высоте, явно было удовольствием ниже среднего.

– Мы поедем на лифте? – с надеждой и предвкушением спросила я у своей провожатой.

– На лифте? Нет! Нам всего лишь надо подняться на второй этаж в правом крыле, – Люсинда открыла одну из дверей, за которой обнаружился длинный коридор. – Нужно пройти по переходу и подняться на один этаж – там находятся ваши покои. Архимаг решил не загонять дорогую гостью на самый верх замка, – засмеялась она.

– Жаль! Мне бы хотелось покататься на вашем чудесном изобретении и посмотреть на вид, открывающийся сверху.

– У вас еще будет возможность осуществить эти желания, – улыбнулась Люсинда. – Чуть позже.

Она проводила меня в отведенные мне комнаты, показала, что где находится и ушла, сказав, что обед мне скоро принесут, а ближе к вечеру, когда я немного отдохну с дороги, со мной встретится магистр Марбин, архимаг Иолантэса.

И хоть мне и не терпелось поскорее поговорить с архимагом, я была рада предоставленной передышке, ибо после перехода через пропасть по зачарованному подвесному мосту чувствовала себя совершенно разбитой и измотанной.

В покоях моих решительно ничего интересного не обнаружилось, вид из окна тоже не порадовал – всего-то второй этаж, да и окна выходили во внутренний двор замка, занятый какими-то хозяйственными пристройками, туда-сюда сновали люди, а из-за монументальной стены, опоясывающей цитадель, мне не было видно ни гор, ни пропасти, окружающей Иолантэс. Так что, немного поглазев в окно, покуда мне не принесли обед, я с аппетитом умяла и первое, и второе, и целый чайник превосходного душистого чая, а потом прилегла на кровать и отпустила мысли на волю. Думала, о чем думалось, перескакивая с одного на другое и не забивая голову предстоящей встречей с архимагом, от которой, возможно, зависела моя дальнейшая судьба. Поблуждав таким образом по лабиринтам памяти, мыслей и образов, я почувствовала себя обновленной и отдохнувшей. Приняла ванну, переоделась и принялась ждать Люсинду, до прихода которой оставались считанные минуты.

И вот теперь-то меня охватило волнение – что-то принесет мне предстоящая встреча?

К приходу Люсинды я уже растревожилась так, что не заметила, как мы добрались до приемных покоев архимага, краем глаза цепляясь только за какие-то отдельные детали интерьера. Но вот комната, куда меня привели, привлекла мое внимание!

Магистр Марбин расположился в круглом просторном кабинете с огромным панорамным окном, выходящим отнюдь не во внутренний двор. А посередине помещения за хрустальной перегородкой, достигающей высокого потолка, был разбит целый сад! И чего там только не было! Растения, грибы, цветы, мхи самых причудливых форм и цветов! Освещалось все это великолепие фиолетовыми светильниками, расположенными на потолке. Интересно, архимаг увлекается садоводством или это все нужно для чего-то? Для алхимии, к примеру? Или что там у них еще есть?

Магистр Марбин уже два года занимал пост архимага в Иолантэсе. Его предшественником как раз и был тот самый Кристен Рискарн, младший сын короля Бэйрима, с которым Фарлакс советовал быть крайне осторожным и не связываться без крайней необходимости. Нынешний архимаг оказался грузным невысоким мужчиной с выдающимся басом и не менее выдающимся животом, вид он имел весьма добродушный и, я бы даже сказала, простоватый.

Признаться, я была разочарована! Не таким я себе представляла могущественного мага и руководителя известнейшей магической академии Бэйрима! Не знаю, чего я ждала, но точно не этого! Впрочем, какая разница, как он выглядит, главное, чтобы помог мне! И если он мне поможет… о-о-о, тогда для меня он навсегда останется самым представительным, красивым и впечатляющим!

Магистр Марбин пригласил меня к окну, возле которого стояли два кресла и небольшой столик между ними, на котором исходил паром кофейник и стояло блюдо с пирожными.

– Прошу, присаживайтесь.

Он сам разлил по крошечным чашечкам черный густой напиток, пододвинул ближе ко мне угощение и, устремив на меня неожиданно острый, проницательный и цепкий взгляд, так не вязавшийся с его внешностью добродушного дядюшки, с легкой улыбкой, не затронувшей глаз, произнес:

– Ну рассказывайте, уважаемая Ивэйсса Шерридан, что привело драконицу из далекого Вестмара в нашу бэйримскую академию магии.

Глава 4

От архимага я вышла, пошатываясь и изо всех сил пытаясь сдержать рвущееся наружу рыдание.

В Иолантэсе мне не помогут почти наверняка!

Не потому что не хотят. Просто с такими случаями, как у меня, в академии сталкиваться не приходилось и даже в теории неизвестно, что делать с драконом, у которого вместо драконьей ипостаси проявилась бэйримская магия.

А я так надеялась, что мне здесь помогут!

Единственное, что мог мне предложить магистр Марбин в создавшихся условиях, это учебу в Иолантэсе.

И я приняла это предложение, потому что так некстати открывшуюся во мне магию нужно было обуздать, ибо я совершенно не представляла, чего от нее ждать и как контролировать.

Ну и еще магистр пообещал созвать консилиум магов, на котором представит к рассмотрению мой исключительный случай, но сразу предупредил, чтобы я не питала надежд – вероятность, что мне смогут помочь, крайне мала.

А еще я уповала на знаменитую библиотеку Иолантэса. А вдруг подвернется что-нибудь, что поможет решить мою проблему! Вряд ли, конечно – будь там что-то подходящее, магистр Марбин наверняка бы об этом знал, но вдруг…

Существовал еще этот Кристен Рискарн, бывший архимаг Иолантэса, но обращаться за помощью к нему мне ужасно не хотелось! Его я оставлю на крайний случай: если на консилиуме какого-нибудь мага не осенит гениальная мысль, если ничего не найду в библиотеке, если сама не пойму, как обрести вторую ипостась и если проблема не рассосется сама собой (ну а вдруг).

Слишком много всяческих «если», а надежды на удачный исход почти никакой.

Что ж, начну, пожалуй, свое знакомство с Иолантэсом с библиотеки. Благо времени на это у меня будет достаточно – занятия начнутся только через месяц, а сейчас учащиеся отдыхают на летних каникулах, набираясь сил перед новым учебным годом. А я даже не подумала, что в Иолантэсе тоже есть каникулы, как и в прочих учебных заведениях! Вот почему академия показалась мне такой тихой, пустынной и безжизненной. Просто большинство учащихся разъехалось кто куда и в академии остался только преподавательский состав, да и то не весь, и прочие маги, занимающиеся различными научно-магическими исследованиями и прочей магической дребеденью.

Не буду терять драгоценное время – завтра же с утра займусь своими изысканиями – благо архимаг дал на это добро! Ведь когда начнутся занятия, времени просиживать в библиотеке, ища решение моей проблемы, уже не будет. Но это завтра, а сейчас ужинать и спать.

Перед сном я еще раз подергала – надежно ли держится? – браслет-блокиратор, который мне надел архимаг на руку с магической руной. Браслет этот напрочь блокировал все вольные и невольные проявления магии, так что впервые после происшествия с беседкой, которую заморозила, я почувствовала себя защищенной и безопасной для окружающих и себя.

И потянулись длинные, однообразные дни, наполненные изучением книг, манускриптов и свитков из поистине обширнейшей библиотеки Иолантэса. Дни, с окончанием каждого из которых надежды найти что-то полезное для такого недодракона, каким являлась я, становились все призрачнее и эфемернее и когда осталось полторы недели до начала занятий я окончательно уверилась в том, что ничего мне здесь не найти. Естественно, я не изучила все собранные в библиотеке материалы, я только просмотрела раздел, посвященный Вестмару и драконам. Но если нужная мне информация хранилась не здесь, то где тогда?!

Признаться, я совсем упала духом и целый день провела бесцельно и бесплодно – предаваясь унынию и объедаясь конфетами и пирожными, которые мне на днях презентовал Трэвас, прилетавший меня проведать.

Консилиум магов, собранный магистром Марбином, ожидаемо не смог мне помочь. Все единогласно посоветовали забыть, что я дракон и развивать чудом проявившуюся во мне магию Бэйрима.

Вернувшись с консилиума, я рыдала в подушку, призывая на свою голову смерть. Я дракон, Аспид всех побери, и я жажду обрести свою вторую ипостась, а не развивать в себе их дурацкую магию! Аспид побери… я уже и ругаться стала по-бэйримски. Кошмар! Аспид… Огненный Аспид… Кристен Рискарн знает о нем больше всех, ныне живущих. Но ведь свой магический дар он утратил. Так почему Фарлакс считает его таким уж опасным? Он ведь может мне рассказать, просто рассказать, как управлять ипостасями – человеческой и драконьей, – а уже я, овладев в полной мере своим нежданным магическим даром, смогу осуществить это на практике… Уж сама себе-то я вреда не причиню… Так почему бы мне и не наведаться к бывшему архимагу Иолантэса? Пока в академии не начались занятия и у меня есть свободное время.

К тому же… к тому же мне ведь есть что предложить Кристену Рискарну в обмен на помощь… Если он не захочет делиться со мной нужными мне сведениями, я могу ему намекнуть, что мне кое-что известно о том, как вернуть ему магический дар… В конце концов, не совсем уж бестолково я провела время в библиотеке, кое-что интересное мне найти удалось. Интересное не для меня, да и обнаружила я это, можно сказать, случайно, перебирая еще не рассортированные и не убранные под замок свитки, привезенные недавно из найденного святилища Огненного Аспида.

Решено!

Поеду в Мирграс к Кристену Рискарну!

Вот только пустят ли меня к нему? Он ведь принц. Если я попрошу Трэваса, а он попросит дядю, а дядя пошлет весточку его величеству Риехану Рискарну, то безусловно аудиенцию у его сына я получу. Вот только просить Трэваса об этом мне совсем не хочется – он в штыки воспринял предложение Фарлакса обратиться за помощью к принцу. И его можно понять – ведь принц этот практиковал культ Огненного Аспида. Так что Трэвас либо откажет мне, либо захочет присутствовать при моей встрече с бывшим архимагом… а я бы предпочла встретиться с ним наедине, ибо то, что я хочу предложить принцу за помощь, Трэвас точно не позволит мне сделать…

Нет, буду пробиваться во дворец своими силами, а если уж не получится… вот как не получится, тогда и буду думать! А пока не помешает расспросить Люсинду, что из себя представляет Кристен Рискарн как человек и чего от него можно ждать. Ведь когда он был архимагом Иолантэса, она как раз училась здесь, а потом и работала, так что должна знать его довольно неплохо.

Надо сказать, что с приветливой и общительной Люсиндой я прекрасно поладила и она скрашивала мое скучное и однообразное пребывание в академии, хоть свободного времени у нее и было маловато – она была личной ассистенткой магистра Марбина и дел у нее было невпроворот. Ну так и у меня времени было мало – я дни и ночи просиживала в библиотеке. Тем не менее, мы находили время для зарождавшейся между нами дружбы, устраивая то посиделки у кого-нибудь из нас, то прогулки на свежем воздухе, а то и познавательные экскурсии по огромному зданию академии.

Вот и сегодня у нас намечалась очередная такая встреча у Люсинды в комнатах.

С трудом дождалась я вечера – нестерпимо хотелось начать действовать! – и помчалась к Люсинде, приготовившись учинить ей форменный допрос, касаемый личности их бывшего архимага.

– Кристен Рискарн?! – Люсинда во все глаза смотрела на меня, взгляд ее горел любопытством, но была в нем еще и некая настороженность. – Почему ты о нем спрашиваешь?

– Ну… – я замялась, сама не знаю почему. – Ты же знаешь о моей проблеме. Ни магистр Марбин, ни другие маги мне помочь не смогли. В библиотеке я тоже ничего не нашла. Вот я и подумала о вашем бывшем архимаге. Он, как я слышала, утратил свой дар, но до этого был очень могущественным магом. Вдруг он сможет мне помочь хотя бы советом или обладает знаниями, которыми я смогу воспользоваться.

О магии Огненного Аспида я предусмотрительно умолчала. Во-первых, потому что не знала, известно ли Люсинде о запретных практиках принца, а во-вторых, незачем раскрывать свой интерес к опасному культу. Я в ожидании уставилась на Люсинду, которая, чуть нахмурившись, барабанила наманикюренными ноготками по столу, за которым мы пили чай.

– Видишь ли, Ивэйсса, – наконец нерешительно заговорила она. – Кристен Рискарн – последний человек, к которому я тебе посоветовала бы обратиться за помощью. Неужели у тебя больше нет совсем-совсем никаких вариантов?

– В том-то и дело, что никаких, – с горечью вздохнула я. – Если бы были, я бы не стала беспокоить принца Бэйрима.

– Дело не в том, что он принц. Он… – Люсинда замолчала и я, взглянув на нее, с удивлением отметила ее покрасневшее лицо. – Он был необычайно талантлив и в магии разрушения, и исцеления, и иллюзий, и теневой, был искуснейшим артефактором и алхимиком. Но характер его, святая Патриция!..

Гордый, надменный, нетерпеливый, не прощающий ни малейшего промаха, требовательный. Список можно продолжать до бесконечности. Зато страстный исследователь руин, храмов и катакомб жрецов культа Огненного Аспида и прекрасный знаток обычаев, магии, артефактов и всего, что касалось этого культа. Он не пропускал ни одной исследовательской экспедиции, принимая участие в каждой. Я помню, как увидела его впервые… – взгляд Люсинды стал отрешенным, по лицу разлилось мечтательное выражение. – Я тогда была совсем девчонкой. И тут он… Представь! Длинная темно-зеленя мантия со стоячим воротником, как у нынешнего архимага Марбина. Только, в отличие от Марбина, Кристену это облачение изумительно шло, придавая ему изысканный и романтичный вид. Черные волнистые волосы до плеч, красивое лицо, надменное и отстраненное, холодный взгляд голубых глаз…

Люсинда снова замолчала, явно витая мыслями где-то далеко. Я терпеливо ждала. Наконец она очнулась от воспоминаний, тряхнула рыжими кудрями, зеленые глаза ее гневно сверкнули.

– Когда он был архимагом Иолантэса, он влюбился в мою подругу Алисию – мы с ней тогда еще только учились. Это была самая настоящая одержимость! Алисия не отвечала ему взаимностью… насколько я знаю… И знаешь, что Кристен Рискарн тогда сделал? Когда мы уже закончили учебу, он назначил ее своей ассистенткой – а отказаться она не имела права – и в одной из экспедиций, когда они исследовали какие-то руины, относящиеся к культу Огненного Аспида, Алисия попала в огненную ловушку. Кристен спас ее, собрал буквально из ничего – о, он действительно был величайшим магом Бэйрима! – но попутно воспользовался ее полной беспомощностью и наложил на нее заклятие. Ужасное! Вот посуди сама! Если она сделает что-то, что ему не угодно или сбежит из Иолантэса, она потеряет свою красоту – а Алисия была очень красива – и станет безобразной!

– Ничего себе! – потрясенно пробормотала я. – А такое вообще возможно?

– Для Кристена было мало чего невозможного, – с горечью промолвила Люсинда. – И он пользовался этим вовсю. Вот и думай теперь, стоит ли обращаться за помощью к человеку, для которого имеют значение только его желания, а другие люди – лишь средства для их удовлетворения.

– А чем закончилась эта история? – с любопытством спросила я. – И вообще, когда это все произошло?

– Алисия все-таки удрала от Кристена, – с какой-то мстительной радостью и мрачным удовлетворением в голосе ответила Люсинда и хищно куснула пирожное. – Стала уродиной, это да, но в результате все у нее наладилось и сейчас она красавица, жена (не Кристена, разумеется) и мать очаровательного мальчишки. А случилось это все два года назад, тогда-то Кристен Рискарн и лишился магии.

– Утрата магии как-то связана с этой историей с твоей подругой?

– Да, – неохотно подтвердила Люсинда. – Связана самым тесным образом.

Я посмотрела на Люси. Она отвела взгляд.

– Пожалуйста, Ивэйсса, не расспрашивай меня больше. Эта история косвенным образом касается и меня – я любила Кристена и всеми силами старалась привлечь его внимание. Но мне это не удалось. И мне до сих пор больно вспоминать об этом.

– Прости, – я положила свою руку поверх ее и легонько сжала. – Ты права, надо как следует подумать, стоит ли связываться с этим Кристеном Рискарном.

Замигал кристалл связи – еще одно чудесное и совсем недавнее изобретение магов Иолантэса – и Люсинда сжала его в ладонях для активации.

– Люсинда! – в голосе магистра Марбина отчетливо проскальзывали истеричные нотки, и я подивилась, что же так могло взволновать обычно невозмутимого архимага. – Будь добра, срочно распорядись приготовить самые лучшие гостевые покои и лично проследи, чтобы все было сделано на высшем уровне – завтра к нам приезжает его высочество Кристен Рискарн!

Глава 5

– А теперь мне бы хотелось выслушать мнение Кристена.

Тишина.

Где-то под потолком прожужжала муха.

Члены Малого Совета в ожидании смотрели на младшего сына его величества Риехана Рискарна, который сидел низко склонившись над своими записями и водил золоченым пером по листу бумаги.

– Кристен! – громкий окрик короля наконец привлек внимание принца, и он с отсутствующим видом обвел взглядом членов Совета.

– Простите, отец, я задумался.

– Задумался?! В последнее время это твое обычное состояние! Ты не видишь, не слышишь, не реагируешь! Иди и поразмысли об этом! Настоятельно рекомендую тебе к завтрашнему собранию обрести свои обычные собранность и внимательность.

Кристен не спеша шел по дворцовым переходам. Вокруг сновали придворные, угодливо кланялись слуги, кокетливо улыбались дамы, но принц словно не замечал царящего вокруг оживления.

Во дворце активно шла подготовка к балу в честь дня рождения ее высочества Миралины, супруги наследного принца Итара Рискарна.

– Крис! – тяжелая рука опустилась на его плечо и Кристен обернулся, уже зная кого он там увидит.

– Итар.

– Нам нужно поговорить.

Кристен только неопределенно пожал плечами.

– Идем в мой кабинет, – да, брат всегда был настойчив. Впрочем, Кристен ничего не имел против разговора с ним.

– Что с тобой творится? – нетерпеливо спросил Итар, едва они закрыли за собой дверь, надежно отрезавшую их от возможных не в меру любопытных ушей. – Ты сам не свой в последнее время! Рассеянный, безразличный, мрачный. Бродишь по дворцу словно тень. Вот и Джухана говорила Миралине…

Кристен поморщился при упоминании супруги.

– Случилось, братец, то, что я смертельно скучаю. Все эти приемы, советы, балы и прочая дворцовая дребедень развлекала меня какое-то время, но всему есть предел. И я своего достиг. Ты же знаешь, что вся моя жизнь была посвящена магии, а теперь, когда у меня ее нет… Аспид! Я не живу, я существую!

– Прошло уже два года, как тебя ее лишили, – сухо заметил Итар. – Я думал, ты уже смирился с этой потерей.

– Не могу, – процедил сквозь зубы бывший маг. – Я пытался, святая Патриция, пытался! Когда это все только случилось, я радовался тому, что уцелел, тому, что Огненный Аспид больше не властен надо мной. Я страдал из-за того, что любимая девушка потеряна для меня. Я ненавидел того, кто у меня ее забрал. Этим и жил. Меня терзали страсти, захлестывали эмоции. Тогда я не осознал и не прочувствовал, насколько пуста стала моя жизнь без магии. А потом, год спустя, я женился. Опять новые эмоции, переживания… Да, я не люблю Джухану! – Кристен ответил яростным взглядом на укоризненный взгляд брата. – Но это не значит, что я вовсе не испытываю к ней никаких чувств. Но потом новизна от моего женатого положения прошла, эмоции пошли на убыль, да и Джухана… Впрочем, не важно. Я устал, Итар, я смертельно устал от своего пустого существования! Я…

– Съезди в Иолантэс.

Кристен замолчал на середине фразы, недоверчиво уставившись на брата.

– В Иолантэс?! Итар, ты серьезно? Я больше не маг! Что я там буду делать?

– Развеешься. Повидаешь коллег. Проведешь лекцию для студентов. Сразишь наповал студенток. Съездишь в какую-нибудь экспедицию под присмотром опытного мага, разумеется. В общем, погрузишься в родную и любимую атмосферу магической академии.

– Итар! – Кристен вскочил с места, глаза его сверкали от ярости. – Маг без магии в магической академии! В Иолантэсе, с которым связано столько всего! Хорошего и дурного… Приезд туда воскресит всех призраков прошлого, взбаламутит всех скелетов в моем шкафу! По-твоему, это поможет вернуть мне вкус к жизни?

– По-моему, да, – уверенно припечатал Итар, спокойно глядя на судорожно сжимающего кулаки младшего брата. – А потом ты вернешься домой, отдохнувший и готовый к исполнению своих прямых обязанностей. Кристен! Отец не вечен. После него на престол взойду я. И на кого мне тогда опереться, как не на тебя?! Ты – мой брат, моя правая рука, мой друг! А в случае, если со мной что-нибудь случится… к тому же у нас с Миралиной нет детей…

– Даже думать не смей! Мне не нужно ярмо на шею в виде трона! Ничего с тобой не случится. И, если ты не забыл, у нас с Джуханой тоже нет детей, – прошипел Кристен.

– И кто же тому виной? – пропустив мимо ушей все остальное, Итар ожидаемо прицепился к последней фразе младшего брата, обвиняющим жестом ткнув пальцем тому в ухо, в котором покачивалась крохотная серьга. – Думаешь, я не знаю, что за бирюльку ты на себя навесил? Скажи спасибо, что я не рассказал об этом Джухане или Миралине, что, впрочем, почти одно и то же, а не то не миновать тебе грандиозного семейного скандала! Хм, а может рассказать? – Итар задумчиво посмотрел на брата, склонив голову и потирая подбородок. – А то может все твои терзания – от чрезмерно спокойной жизни и хорошая встряска научит тебя ценить то, что у тебя есть?

– Иди ты к Огненному Аспиду в бездну! – в сердцах воскликнул Кристен, хлопая дверью так, что стекла в окнах задребезжали. И уже уходя, он услышал раскатистый смех Итара.

– А о поездке в Иолантэс все же подумай! – донеслось до него из-за двери.

Кристен в сердцах сплюнул и ускорил шаг.

А вечером, когда к нему в спальню пришла Джухана с просьбой помочь ей завтра с выбором туалета к предстоящему балу, Кристен неожиданно для самого себя объявил ей, что рано утром он уезжает по делам в Иолантэс на несколько дней, посему ей придется обойтись без него в этом важном вопросе. Как, впрочем, и на самом балу.

– Попроси Миралину – уверен, она с удовольствием поможет тебе, – выпроваживая жену, посоветовал ей Кристен.

Не понял он и ее весьма прозрачных намеков на свое желание провести эту ночь с ним.

Расстроенная Джухана ушла к себе, а Кристен вызвал по кристаллу связи магистра Марбина, кратко сообщил ему, что завтра приедет и рухнул на кровать, раскинув руки и бездумно глядя в потолок.

Хмурое утро встретило его стоящим перед подвесным мостом Иолантэса и с наслаждением вдыхающим морозный горный воздух.

***

Я застыла перед дверью, ведущей в покои принца, нервничая и никак не решаясь постучать.

Раздумывать о том, стоит ли обращаться к Кристену Рискарну за помощью, не пришлось – бывший маг сам пожаловал в Иолантэс. Именно тогда, когда он мне понадобился! Уж если не это знак судьбы, не прямое указание к действию, тогда что?! Ехать в Мирграс мне не придется, выпрашивать аудиенцию у его высочества – тоже. Разве могла я упустить такой шанс? И пусть даже принц мне ничем не поможет, это уже будет продвижением – я не буду рассчитывать на него и займусь поиском других вариантов.

Прошло уже два дня, как он приехал, а приехал он, как я слышала, всего на несколько дней, так что медлить было нельзя. Я попросила Люсинду посодействовать моей встрече с бывшим архимагом, и она, после недолгих колебаний, согласилась мне помочь.

И вот сегодня после ужина принц милостиво согласился меня принять.

За мной осталась сущая малость – постучаться в дверь и на эту-то малость я никак не могла решиться! Ну что за малодушие такое, что за трусость?! Рассердившись на саму себя, я решительно побарабанила в дверь.

– Войдите, – раздался недовольный голос, и я с сильно бьющимся сердцем проскользнула внутрь.

Я оказалась в полутемной гостиной, освещенной лишь двумя магическими факелами да огнем, потрескивающим за решеткой камина. Бывший архимаг Иолантэса сидел у этого самого камина в массивном кожаном кресле с высокой спинкой и отсветы огня бросали причудливые блики на его лицо. Он даже не повернулся ко мне, продолжая гипнотизировать взглядом пламя.

Я машинально отметила, что прическа у него отличается от описанной Люсиндой. Черные волнистые волосы остались при нем, но длина их существенно укоротилась. Наконец он соблаговолил чуть повернуть голову в мою сторону. Скучающий, равнодушный взгляд коснулся моего лица.

Я подошла ближе и присела в глубоком реверансе.

– Ваше высочество, благодарю, что согласились уделить мне время.

– Оставьте свои политесы за порогом этой двери, – отмахнулся принц. – Проходите, садитесь и рассказывайте, что вам от меня нужно. Люсинда сказала, что вы из Вестмара, – он окинул меня неприязненным взглядом. – Вижу, что принадлежите к аристократии, а стало быть, дракон. Итак, что привело дракона в магическую академию Бэйрима, а затем ко мне?

Я прошла к другому креслу, уселась, аккуратно расправила юбки и только после этого заговорила.

– Почему вы так не любите драконов, принц?

Брови его высочества удивленно взметнулись.

– Не люблю? С чего вы взяли? Впрочем, вы правы: действительно не люблю. Но это же не имеет отношения к вашему делу, я не ошибаюсь?

– Не ошибаетесь, – я стиснула руки на коленях, изо всех сил стараясь держаться хоть вполовину так же независимо и невозмутимо, как сидевший передо мной мужчина. Люсинда была права – с ним нелегко.

– Тогда давайте перейдем к делу, которое привело вас ко мне. Мое время дорого, и я не собираюсь тратить его впустую.

Внутренне вскипев – вот ведь, еще не начали беседу, а он уже умудрился вывести меня из себя! – я, с трудом сохраняя внешнее спокойствие, ответила:

– Как скажете.

И быстро, емко и безэмоционально рассказала ему о постигшем меня несчастье. Нужно отдать принцу должное – слушал он внимательно и не перебивая. А когда я закончила свой рассказ, воцарилась тишина. Кристен Рискарн молчал, вновь устремив взор на пламя за решеткой камина. Молчала и я. Если принцу угодно тратить свое драгоценное время на раздумья, кто я такая, чтобы ему мешать?

– Поправьте меня, если я ошибаюсь, – наконец заговорил Кристен и слова его падали тяжело, словно камни. – Из названных вами имен выходит, что ваш жених, Трэвас Каэрон – кузен Валартэса Каэрона и оба они – племянники Дартэна Коуртантеса, короля Вестмара. Правильно?

– Правильно! – я с удивлением посмотрела на принца. – Вы знаете Валартэса? И его величество?

– Я не смогу вам помочь, – пропустив мимо ушей мои вопросы, резко бросил принц, поднимаясь с кресла. – Как вам известно, я утратил магию. К тому же, та магия, с помощью которой я смог бы пробудить вашего дракона, находится под запретом. Так что, даже останься я магом, не стал бы влезать во все это. Уходите.

Я встала. Подошла к принцу так близко, что между нашими лицами едва ли можно было просунуть ладонь и глядя ему прямо в глаза, словно подернутые льдом, отчеканила:

– Вы, по-видимому, еще не знаете о последних находках в святилище Огненного Аспида. А среди них есть один весьма интересный для вас свиток, в котором описан некий ритуал, с помощью которого можно вернуть утраченную магию. И в ритуале том должен быть задействован непробужденный дракон. Так что я на вашем месте не была бы столь категорична в своих решениях.

С этими словами я развернулась и пошла к выходу, а уже у двери снова обратилась к принцу, во все глаза смотревшему на меня:

– Советую вам посетить библиотеку и изучить этот свиток. И если вы хотите вернуть себе магический дар, сможем договориться: я предоставляю в ваше распоряжение спящего дракона, то есть себя, вы, в свою очередь, когда к вам вернется магия, этого дракона будите.

И не прибавив больше ни слова, даже не попрощавшись, я покинула покои бывшего архимага.

Глава 6

Кристен устремил невидящий взгляд на магистра Марбина.

– Что вы сказали?

– Завтра привезут новое алхимическое оборудование и зачаровальные верстаки. Не хотите осмотреть их?

– Возможно я к вам присоединюсь, – с отсутствующим видом ответил Кристен. – А возможно и нет. А сейчас, с вашего позволения, я хотел бы закончить изучение этих свитков. Это что-то новое, верно? Два года назад их не было, я бы точно запомнил.

– О, это! – магистр Марбин самодовольно выпятил грудь. – Их привез магистр Ирвин из своей последней экспедиции. Редкостная удача! Нетронутое и не разграбленное подземное святилище Огненного Аспида. Помню, вы особенно интересовались этим культом… гм… – воцарилось неловкое для Марбина молчание, во время которого Кристен сверлил его хмурым взглядом, – Ладно, не буду вам мешать, – и архимаг вышел из библиотеки.

Кристен поднялся с места и принялся расхаживать из угла в угол.

Подумать только! Девчонка не соврала – есть способ вернуть утраченную магию! Поразительно! Эта поездка, от которой он в сущности ничего не ждал, неожиданно обернулась редкостной удачей!

Вот только… стоит ли снова связываться с магией Огненного Аспида? Чем закончилось его маниакальное увлечение культом Аспида в прошлый раз? Аспид поработил его, изменил до невменяемого состояния, да так незаметно, исподволь, что он не понимал, что с ним происходит, пока не лишился своего магического дара, а Аспид не лишился своей власти над ним.

С другой стороны, всего-то нужно провести один ритуал. Ну и еще помочь девчонке обрести вторую ипостась, что тоже можно сделать только с помощью магии Огненного Аспида. Вряд ли за время, что потребуется ему для этого, Аспид сможет завладеть его сознанием…

Помочь драконице… Тьфу! И не просто драконице, а родственнице проклятого Валартэса Каэрона, который увел у него Лис! Проклятье! И он должен будет помогать этой… ладно, сейчас еще не родственнице, но жених ее является кузеном Валартэса!

Но без нее никак – проклятый ритуал требует крови непробужденного дракона, а найти другого подходящего дракона, который согласится на такое и будет помалкивать… хм… вряд ли найдется безумец, готовый добровольно участвовать в ритуале Огненного Аспида, а жаль!

Аспид ее побери! Готов ли он наступить себе на горло и помочь родственнице своего врага взамен на возвращение столь желанной и необходимой ему магии?

У бывшего мага даже руки затряслись, стоило ему представить, как знакомый магический поток хлынет в него, заструится по венам жидким огнем, озарит его жизнь и прольется новым смыслом! Вот тогда ему будет ради чего жить! Тогда он будет пить жизнь жадными глотками и больше никому не позволит отобрать у него кубок, полный магии!

Готов ли он ради этого помочь девчонке? Да! Тысячу раз да!

А если готов, то чего он ждет? Он пойдет к ней прямо сейчас!

К тому же… неизвестно еще, не растеряет ли она свой энтузиазм, когда узнает, чем для нее может обернуться его помощь. Лучше выяснить это сразу.

Кристен самолично, не прибегая к помощи магического смотрителя, вернул на место драгоценный свиток, спустился по винтовой лестнице, выведшей его из библиотечной башни и понял, что понятия не имеет, где разместили драконицу.

И у кого спрашивать, непонятно: комендант, отвечающий за расселение студентов, в отпуске, пока идут летние каникулы, магистру Марбину лучше не показывать свой интерес к необычной студентке, а кто тогда остается? Люсинда Тэрнблэк, помощница Марбина.

Кристен поморщился. Тоже так себе вариант. Во-первых, она может рассказать архимагу о том, что Кристен интересовался драконицей, а во-вторых… во-вторых Кристену было неприятна сама Люсинда. Потому что она была подругой Лис, потому что она была в него отчаянно влюблена и долгое время безуспешно и навязчиво добивалась его взаимности, когда он был архимагом Иолантэса, и даже последовала за ним в Мирграс, когда он утратил магию и вынужден был вернуться в королевский дворец, потому что… впрочем, и этих причин было более чем достаточно!

Но идти к ней придется. Лучше к ней, чем к Марбину.

И Кристен пошел. Был уже вечер, рабочий день у Люсинды закончился и искать ее следовало не в приемной архимага, а у себя. Что ж, зато там он не встретит Марбина. Наверное…

Зло усмехнувшись, принц постучался в знакомую дверь. Когда-то эти покои занимала Алисия… Лис…

– Кто там? – из-за двери раздался так хорошо знакомый ему приятный голос.

– Кристен, – отрывисто бросил он и дверь тут же распахнулась.

– Ваше высочество! Вы… – красивое лицо Люсинды вспыхнуло, она смотрела на него с удивлением, радостью и надеждой. – Проходите, пожалуйста!

Девушка отступила, освобождая ему дорогу, и Кристен увидел прихожую, отделанную серебристыми панелями и приоткрытую дверь спальни, через которую проглядывало что-то приторно-розовое.

Да-а, от Алисии тут не осталось ничего…

– Я только хотел спросить, где разместили вашу новую студентку, Ивэйссу… э-э… не запомнил фамилию.

– Ивэйсса Шерридан. А зачем вам это? – в голосе Люсинды проскользнули ревнивые нотки и Кристен закатил глаза.

Подумать только! Столько времени прошло с тех пор, как он, утомленный ее назойливостью, прямым текстом объявил, что не питает к ней иных чувств, кроме досады, и на другой успел жениться, а она все так же смотрит на него этим щенячьим взглядом и на что-то надеется!

– Нужна, – отрезал Кристен и Люсинда недовольно нахмурилась, поняв, что вразумительного ответа ей не добиться.

– Я провожу вас, – холодно ответила она.

– В этом нет необходимости, – еще холодней заметил принц. – Я неплохо ориентируюсь здесь и память меня пока не подводит. Достаточно будет сообщить, где ее разместили.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.