Алекс Ключевской (Лёха)
Граф Рысев – 9

Глава 1

– Скоро в клане Рысей появится наследник. Я уже чувствую, что он сильный маг, – рыжеволосая красавица счастливо рассмеялась, заставив покоситься присутствующих в зале мужчин. – Это прекрасное приобретение. Он станет даже сильнее Жени. Что может быть прекраснее, чем увеличение, влияния клана, чьей покровительницей я являюсь, и от этого возрастание моей силы? Надо ещё Игната приободрить. Пускай уже начинает ту изнанку исследовать. Там много разумных, которых можно прибрать к рукам, увеличив мою паству. Он хороший мальчик, не такой наглый, как Женя, к нему вполне можно явиться, рассчитывая на положительный результат. – Добавила она задумчиво.

– С чего ты вообще взяла, стерва крашенная, что мальчик, вынашиваемый птицей из моего гнезда, получит клеймо Рыси на свой перстень? – темноволосая изящная девушка подошла к рыжей красотке, и теперь прищурившись смотрела на неё.

– Брось, когда наследнику клана оказывалось покровительство тотемом матери? – Совершенно по-кошачьи фыркнула Рысь. – Вот если они подарят клану девочку, то вполне можно будет подумать. Ну, с третьим мальчиком тоже возможны варианты, но тут нам с тобой, дорогуша, придётся договариваться.

– А ты не слишком ли много на себя берёшь? – Соколиха в своём человеческом обличье сделала ещё один шаг в направлении Рыси. – Тебе не кажется, что ты начинаешь самую настоящую экспансию? Ладно, с территориями нашей реальности всё понятно, княжеские амбиции – это даже хорошо, тем более коты всегда испытывают слабость к захвату охотничьих угодий. Но ты замахнулась на изнанку! И лично мне ещё не слишком понятно, чем ты занимаешься на изнанке, где раньше правила Амара. Это же твой подопечный освободил для тебя такой лакомый кусочек.

– И когда-нибудь я его отблагодарю, – промурлыкала Рысь. – Как только окончательно укреплюсь в тех землях в качестве действующей, то обязательно открою моим рысям доступ. Они предельно собранные и достаточно агрессивные, чтобы подмять под себя этот паршивый мирок. К тому же несмотря на десятый уровень, он не слишком вреден для моих сыновей. А его ресурсы помогут возвысить клан Рысей в изначальной реальности на недосягаемую высоту.

– Помечтай, – прошипела Соколиха. – Жизнь человека слишком коротка, даже жизнь мага, чтобы Евгений сумел воспользоваться плодами своей победы.

– Его сын сможет, – мило улыбнулась Рысь. – Я же уже сказала, котёнок, судя по всему, будет гораздо сильнее отца. Со временем, конечно, но всё же. Я уже приготовила для него совершенно невероятные дары.

– Какая же ты стерва, – Соколиха сложила руки на груди.

– Фу, как грубо, – Рысь снова мило улыбнулась. – Ты бы лучше к Юрочке Соколову явилась, что ли. Он ещё достаточно молод, чтобы наследника себе заделать. Ну, не хочет заниматься кланом, решился на вассалитет, а то и на слияние, это уже полбеды. Зато Сокол не исчезнет с перстня. А Рыси вполне самодостаточны, они свой тотем проживающим на их территории людям не навязывают. Ты и так слабеешь, хочешь вообще выпилиться из мироздания?

К двум богиням, задавшимся целью вывести друг друга из себя, выдвинулся высокий, статный мужчина с поистине орлиным взглядом. Самый сильный бог в пантеоне на сегодняшний день он не видел угрозы своему положению даже в усилившей свои позиции Рыси. Но вот склок он не любил, поэтому решил вмешаться.

– Девочки, не ссорьтесь, – сказал Кречет, и чуть не отпрянул, столкнувшись с яростным взглядом пронзительных чёрных глаз.

– Я это просто так не оставлю, запомни, дорогуша, – Соколиха перевела взгляд на Рысь. – Я так же, как и ты, имею право на этого ребёнка.

Она развернулась и вышла из зала, высоко подняв голову, оставив Рысь задумчиво смотреть ей вслед.

***

– Аркадий! – женский голос, разлетевшийся по дому, заставил барона Куницына распахнуть глаза и с ужасом уставиться в потолок. – Аркадий, где ты? Не заставляй меня искать тебя в твоей спальне. В конце концов, ты уже взрослый мальчик, чтобы играть в такие нелепые прятки.

– Что происходит? – одеяло рядом с Куницыным зашевелилось, и из-под него высунулась растрёпанная белокурая головка. Голос девушки звучал сонно, зато Аркаша окончательно проснулся.

– Быстрее, вставай и одевайся, – прошептал он. – Только тихо.

– Да что происходит? – на миленьком личике девушки промелькнуло недовольство.

– Тсс, – Куницын приложил палец к её губам и бросил ей одежду. – Быстрее, одевайся. И да, прости, милая, но тебе придётся вылезать через окно.

– Ты совсем свихнулся? – она посмотрела на любовника недоумённо. – Или ты всё-таки женат, и к тебе приехала жена, чтобы навестить муженька? – Наташа, новенькая официантка из кафе Рысева тихонько засмеялась. – Можешь не переживать, я постель ей хорошо нагрела. К тому же ты действительно хочешь, чтобы я ушла? По-моему, тебя вполне хватит на нас двоих.

– Ната, тише, и быстрее, – прошептал Куницын. – Я не женат, и это моя мать. И да, она, похоже, приехала меня навестить.

– О, – Наташа застегнула ремешок на высоком ботинке и поспешила к окну. – С мамой я точно не хочу встречаться.

Она села на подоконник, ловко развернулась и соскочила вниз. После чего согнулась и побежала к выходу из крошечного особняка так, чтобы её не было видно из других окон. Куницын проводил её взглядом.

Вот уже два месяца они спят вместе, вполне довольные друг другом. Повзрослевший, с прекрасной фигурой Куницын стал весьма привлекательным молодым мужчиной. А его деньги и умения в постели делали раскованную девицу верной и преданной подругой, не смотревшей в эти месяцы на других мужчин. Тем более что в плане любовных утех у Аркаши было мало конкурентов. Он весьма быстро научился доставлять удовольствия женщинам на фантастическом уровне. В конце концов, от этих умений зависела его жизнь в то время, когда Амара желала, чтобы именно он развлекал её в постели.

Куницын всё ещё стоял у окна, когда дверь в спальню распахнулась, и на пороге появилась статная, очень красивая женщина. Она осмотрела цепким взглядом спальню и остановила его на стоящем возле окна сыне. Аркадий в это время благодарил про себя своего бога за то, что надоумил его надеть хотя бы штаны.

– Мама, – он улыбнулся и сделал шаг в её сторону. – Какая приятная неожиданность! Ты приехала навестить меня. Но ведь учёба уже завершилась, и послезавтра я собирался отправиться домой.

– Аркаша, – баронесса Куницына обняла сына, с удовольствием оглядывая его тело. – Какой ты у меня красивый, – сказала она, притянув его голову к себе, чтобы поцеловать в лоб. – Оденься. – Она отпустила его и подошла к окну, выглянув на улицу.

– Так, зачем ты приехала вот так, без объявления войны…

– Что? – она повернулась к нему, слегка нахмурившись.

– Прости, без предупреждения, конечно, просто мы рисовали курсовой проект, мне досталась батальная сцена, вот я и… – Куницын выругался про себя, но сумел быстро сочинить оправдание. Правда, он рисовал вторую официантку из кафе Лизу, за что на него дулась Наташа, пришлось ей купить новые серёжки, но матери такие подробности знать было вовсе не обязательно.

– То, как ты стоял возле окна, весьма неприятно меня поразило. Создалось впечатление, что ты хотел сигануть в него, чтобы сбежать от собственной матери. – Сказала баронесса, продолжая разглядывать сына.

– Да ты что, как ты могла так плохо обо мне подумать? – Аркаша возмутился так натурально, что даже сам поверил в то, что говорил. И это несмотря на промелькнувшую суматошную мысль о том, чтобы действительно выскочить вслед за Натой. Остановило его только абсолютное знание того, что в этом случае он точно будет страдать.

– Ну-ну, не злись, – мать мягко улыбнулась. – После того как ты исчез так надолго, я стала весьма мнительной. – Вот сейчас в её глазах промелькнула тревога.

– Мама, я сделаю всё, чтобы ничего подобного никогда больше не повторилось, – торжественно произнёс Аркадий, подхватив руку матери, и поднёс её к губам.

– Я знаю, – она погладила его по щеке. Аркаша на мгновение закрыл глаза, а потом выпустил её руку и добавил.

– Я всё ещё не услышал, зачем ты приехала?

– Аркаша, как ты сам сказал, послезавтра начинаются твои летние каникулы. В последнее время ты меня очень сильно огорчаешь. Я плачу по ночам. У нас уже не хватает наволочек, чтобы вовремя их менять. А спать на мокром – это ужасно, от этого портится цвет лица. – Пока мать говорила, Аркадий несколько раз моргнул. Он судорожно вспоминал все свои грехи, и никак не мог среди них обнаружить того, что так сильно огорчило его мать. Если что-то и было, вроде их битвы с Амарой, так он ещё не выжил из ума, и ничего матери не говорил.

– Мама, что случилось? – ему надоело гадать, и Куницын спросил у матери напрямую, что же она имеет в виду.

– Аркаша, ты совсем не думаешь о будущем клана и моих бедных нервах. – Заявила ему мать. – Ты даже не собираешься жениться и подарить клану наследника, а меня порадовать внуками.

– Мама, – простонал Аркадий, протёр лицо, а потом снова посмотрел на мать. – Неужели ты не могла потерпеть, пока я не приеду домой? Или у нас настолько сильный дефицит наволочек?

– Аркаша, я приехала, чтобы тебе сказать, что планирую этим летом устраивать небольшие праздники. Я уже пригласила погостить у нас несколько весьма уважаемых семей, в которых, естественно, есть незамужние дочери. Все они ответили согласием. Я их понимаю, у нас очень живописные земли, с прекрасными прудами, чтобы мужчины могли провести время на рыбалке. Мы можем вернуться в поместье одновременно с некоторыми гостями. Там уже всё приготовлено, и Леночка приехала погостить. Свежий воздух, это очень полезно для малыша. Она-то и встретит первых гостей, если мы по какой-то причине задержимся.

– Ты приехала меня предупредить, чтобы я не испытал очень уж сильного потрясения, увидев всю эту ораву, в котором цветник из молоденьких девиц на выданье будет занимать почётное первое место? – Аркаша внутренне содрогнулся.

– Я просто очень хорошо тебя знаю, ты в этом плане очень похож на отца. Тот тоже не любил гостей.

– И со мной ты решила вернуться, чтобы я не сбежал? – осторожно спросил Куницын, просчитывая варианты.

– Не говори глупости, – возмутилась мать, но под пристальным взглядом взрослого сына поджала губы. – Я тебя слишком хорошо знаю, Аркаша. И очень надеюсь, что к началу нового учебного года ты будешь как минимум помолвлен.

Аркадий сглотнул и затравленно посмотрел в сторону окна. Может, ещё не поздно сбежать? Наконец, он взял себя в руки и набросил на плечи пиджак.

– Мама, располагайся. Мне нужно ненадолго удалиться в Академию, чтобы закрыть этот учебный год. Через часок я вернусь и буду полностью в твоём распоряжении.

Аркадий поцеловал мать в щёку и быстро вышел из дома. Он вполне спокойно дошёл до конца улицы, физически чувствуя, что мать смотрит ему вслед, а когда завернул за угол, то бросился бежать, благо бежать было недалеко.

***

Фыра куда-то целенаправленно несла котёнка, ухватив его за шкирку. Перед гостиной она остановилась, толкнула лапой дверь и вошла в комнату. Я прошёл за ней, не скрывая любопытства. На любимом Фырином диване у окна уже копошился маленький пуховый комочек. Вскочив вместе со вторым котёнком на диван, рысь упала на бок, и котята подползли к её животу, ища молоко и греясь в материнском мехе.

– Интересно, ты постоянно их таскаешь с собой, когда хочешь куда-то пойти? Чтобы полежать на любимом диване, к примеру? – спросил я, глядя на Фыру и её котят, которые сосали молоко, смешно причмокивая.

– Нет, – вслед за мной в гостиную вошёл Ефим. – Фыра вполне может оставить котят в корзинке, если ей нужно из дома, например, выскочить. Но надолго она их не оставляет, это точно.

– Ты нашёл переноску? – я повернулся к командиру егерской сотни, закреплённой за мной.

– Да, и у Быкова заказал специальное одеяло с подогревом. Такие, оказывается, тоже существуют. Их специально для переноса такой вот мелочи придумали, – Ефим говорил, не отводя влюблённого взгляда от котят. – Правда, не знаю, позволит мне Фыра переноску нести или нет.

– Будет нервничать, я сам её детишек возьму. – Решил я, шагнув к рыси. – Ты позволишь вон тому парню пронести котят через портал? – спросил я, поглаживая её по голове.

Фыра повернулась и долго смотрела на Ефима, после чего положила голову на лапы и закрыла глаза. Вот и поди пойми эту кошку.

– Женя, – в гостиную вбежала Маша. Она была уже заметно беременна, и мне это безумно нравилось. Я даже упросил её попозировать мне, когда приедем в поместье. При этом я хотел сделать не просто рисунок в карандаше, а нарисовать её красками. Разумеется, рисовать я буду её один, нечего делать беременной женщине в мастерской, где уже ничто не сможет убрать запах. Тряхнув головой, чтобы отогнать от внутреннего взора будущую картину, я посмотрел на жену.

– Что ты носишься? Маша, ты должна ходить с достоинством. – Ответил я, поднимаясь с дивана и подходя к ней.

– Я не могу найти шкатулку с макрами, а ты о каких-то глупостях говоришь, – она всплеснула руками.

– Какую именно? – решил уточнить я.

– С тем странным камнем на крышке. – Пояснила Маша. – Я внезапно захотела сделать медальон. Лебедев сказал, что это не опасно для малыша. Но самые ценные макры хранятся именно в этой шкатулке, а я не могу её найти! – и она сердито ткнула пальчиком меня в грудь.

– Посмотри у Фыры в корзине, – посоветовал я Маше. – Она, похоже, тоже пришла к выводу, что близость камней пойдёт котятам на пользу. Хорошо ещё пытаться вскрывать шкатулки прекратила, потому что сомневаюсь, что таким крохам можно грызть макры.

– Женя, если ты сам дурак, не подгоняй Фыру под свой уровень, – ответила Маша. – Разумеется, она не будет давать деткам грызть макры. Им ещё нечем что-то грызть. Она съест нужный макр сама, а потом покормит котят своим молоком, чтобы они получили всё, что нужно уже вот в таком переработанном виде. Хм, – она задумалась. – А ведь это очень интересная идея.

– Даже думать забудь, – предупредил я Машу нахмурившись. – Не вздумай эксперименты ставить над собой и над ребёнком!

– Женя, я не собираюсь ставить, как ты выразился, «эксперименты». Я просто хочу сделать медальон, чтобы он касался кожи и все необходимые вещества шли мне и нашему сыну вот таким долгим путём. – И Маша выбежала из гостиной.

На этот раз Фыра приподняла голову и прислушалась, а потом соскочила со своего дивана и бросилась за Машей, подвывая на ходу. Ну ещё бы, её сейчас грабить будут! Нельзя несчастной кошечке любимые камешки без присмотра оставить. Обязательно кто-нибудь попытается спереть.

– Проследи, – я кивнул Ефиму на дверь. Опытному егерю не надо было объяснять, что следить нужно за тем, чтобы Фыра с Машей не поссорились. Вот это точно было бы небезопасно для ребёнка, если его мать начнёт нервничать сверх меры.

Ефим наклонил голову и неслышно вышел из гостиной. Но не успела дверь за ним закрыться, как в комнату влетел Куницын. Он сразу же плеснул себе воды из графина, стоящего на столе, и залпом выпил.

– Аркаша, что случилось? Прорыв? – я забеспокоился. Мы послезавтра уезжаем, и только прорыва мне сейчас не хватало.

– Хуже, – выпалил Куницын. – Ко мне мать приехала.

– Зачем? – удивлённо спросил я. – Ты же вроде с нами собирался послезавтра выдвигаться в сторону дома.

– Она хочет меня женить, и пригласила уйму девиц в наш дом погостить, – Аркаша упал в кресло и закрыл лицо руками.

– И что ты хочешь от меня? – спросил я его осторожно. – Аркаша, я ни при каких условиях не встану между тобой, твоей матерью и её матримониальными планами. Очень разумными, между прочим. Ты последний представитель мужского рода Куницыных, тебе нужен наследник.

– Вот только не так, – вскинулся Куницын. – Я бы ещё понял, если бы существовала какая-то договорённость. Но вот так… Я не племенной бык, в конце концов!

– Нет, ты художник, и твоя тонкочувствующая натура на такое не пойдёт, – я усмехнулся. – Чего ты от меня хочешь?

– Дай мне какое-нибудь задание. Вот вопрос жизни и смерти. Не знаю, что-нибудь срочно проверить. На что у твоих егерей не хватает знатности и полномочий, а сам не можешь, потому что некогда, – Куницын смотрел на меня так умоляюще, что я махнул рукой.

– Ладно. Я тебе позвоню. Постараюсь говорить громко, чтобы твоя мать и гости расслышали всю глубину моего отчаянья, готового вылиться прямо из трубки мобилета. Но не сразу. Потерпишь пару дней? Я как раз осмотрюсь и что-нибудь придумаю поубедительней.

– Пару дней потерплю, – кивнул Куницын и налил себе ещё воды. – Женя, ты настоящий друг, – и он вскочил и в порыве чувств обнял меня, похлопывая по спине.

– Я надеюсь, что не пожалею, и твоя мать меня не проклянёт, – ответил я, пару раз стукнув его между лопатками. – Ладно, иди уже к матери, а мне пора собираться. В том бардаке, в который превратился мой дом, собрать вещи за один день невозможно, – добавил я, садясь на диван и глядя на копошащихся котят. Похоже, лето мне предстоит весёлое, даже очень.

Глава 2

Меня разбудил грохот за окном. Открыв глаза, я долго прислушивался к раздающимся со двора воплям и думал только о том, что если сейчас встану, то кому-то точно не поздоровится.

– Женя, что там происходит? – рядом подняла головку сонная Маша.

– Понятия не имею, – я притянул её к себе и чмокнул в макушку. – Судя по воплям, Фыра, а второго не узнаю.

В это время с улицы раздался грохот, словно кто-то что-то снёс, а после этого отборная брань Ефима.

– Так, а вот это уже ненормально, – проговорил я, поднимаясь с кровати и направляясь к окну.

– Женя, возьми соли, заряди ею несколько патронов и продырявь задницы тем, кто этот бардак устроил, – хмуро произнесла Маша, садясь на кровати.

– Машенька, мне начинает казаться, что беременность странно на тебя влияет, – сказал я, задумчиво разглядывая жену. – Ты вроде бы не была настолько агрессивной.

– Когда я слышу подобные вопли, мне сразу начинает казаться, что начался прорыв, или что кто-то на нас напал, – жалобно проговорила Маша. – Я не стала агрессивной, я просто стараюсь защитить себя и нашего малыша. Мы же сейчас с ним неразрывны. А кто нас может ещё защитить, кроме тебя?

– Маша, то, чем ты сейчас занимаешься, называется «манипулирование», – я поставил колено на кровать, Маша же в свою очередь подползла ко мне и обхватила за талию.

– Я постоянно боюсь, что что-то случится, – пожаловалась она.

– Именно поэтому ты предлагаешь мне застрелить любого, кто вызывает твоё недовольство? – я её поцеловал и положил руку ей на живот. – Эй, приятель, ну хоть ты успокой маму. Кстати, вчера замотался и забыл спросить, кто победил, ты или Фыра в борьбе за ценные макры?

– Ну-у-у, – Маша отстранилась и вытащила из глубокого выреза медальон, привлекая мой взгляд к пополневшей груди. Медальон, универсальный ключ от банковских счетов и активов Рысевых, был на цепочке не один. С двух сторон от него располагались два крупных и редких макра. – Я попросила Быкова сделать отверстия, чтобы это не повредило свойствам макров.

– Ясно, – я усмехнулся. – И, кажется, знаю, что вон там происходит, – я указал на окно, за которым снова раздался грохот. Покачав головой, быстро подошёл к окну и распахнул его, высунувшись чуть ли не до пояса.

По двору носилась Фыра. Не то чтобы она не могла убежать от гоняющегося за ней молодого егеря, нет. Скорее, рысь играла. Ей тоже нужно было размяться. Вообще она впервые после того, как родила котят, позволила себе такие вот гонки с препятствиями. Во рту у неё был зажат небольшой мешочек. И, вероятно, именно за ним и гонялся егерь.

– Ефим!

Командир этого недотёпы стоял чуть в стороне, скрестив руки на груди. На его лице играли желваки, а губы были плотно сжаты. Он был зол, и это не сулило мальчишке ничего хорошего. Услышав мой голос, Ефим обернулся и быстро подошёл к окну.

– Какого хрена здесь происходит? Кто этот щегол?

– Сергей ПроРысев, – Ефим встал таким образом, чтобы и парня видеть, и меня. – Прибыл вчера, чтобы сменить Петьку. До этого был на изнанке, на которую из Ямска можно попасть. Его впервые туда направили. И как по заказу случился прорыв второго уровня. Летяг много набили, но эти твари для нас лишними не бывают. Мы же почти и не продаём их, разве только очень ограниченно лечебные зелья, у нас же приготовленные.

Фыра не смогла затормозить на повороте и сбила с ног вышедшего из дома Кузьму. Тот шёл с полным ведром воды. Ведро взлетело вверх, а потом приземлилось точно ему на голову, предварительно окатив водой.

– Ах ты ж зараза пушистая! – заорал Кузя, но из-за надетого на голову ведра его голос звучал глухо.

– Сергею повезло, прямо на него на выходе из форта стая летяг налетела, – продолжил говорить Ефим.

– В мешочке макры? – я усмехнулся.

– Макры, – ответил сотник. – И я не представляю, как забрать этот проклятый мешочек у Фыры.

Тут Сергей сумел догнать наглую воровку, которая спёрла его первые макры, и теперь подступал к прижавшейся к дому рыси, уговаривая её.

Фырочка, отдай мне кристаллы, пожалуйста. Я тебе немного отсыплю, – ворковал егерь. Я же высунулся ещё сильнее и гаркнул: – Да что ты с ней нянькаешься?! Хворостину хватай и поперёк задницы!

Сергей и Ефим так на меня посмотрели! А, ну да, как можно рысь вдоль хребта? А то, что она совсем обнаглеет, их не трогало. Я вскочил на подоконник и спрыгнул с той стороны. – Ну всё, попалась! – и, подобрав с земли какую-то ветку, двинулся к Фыре.

Рысь смерила меня недовольным взглядом, выплюнула довольно пожёванный мешочек, а потом исчезла.

– Надо же, – я покачал головой. – Куда она, не в курсе?

– К котятам, – ответил Ефим. – Почему она этого не делает постоянно?

– Потому что ей больно, – я отшвырнул палку и потёр шею. – Лебедев исследовал этот феномен. Что-то с гормональным уровнем связано, и ей больно, когда она перемещается самостоятельно. Так что делает это Фыра крайне редко: только если мне грозит нешуточная опасность, ну или чтобы сбежать от меня и избежать вполне заслуженного наказания.

– Почему она позарилась на эти макры? Они же некрупные и слабенькие? – тихо спросил Сергей, всё ещё сидевший, опёршись одним коленом о землю.

– Фыра таким образом выказывала протест против произвола Марии Сергеевны, – я подобрал мешочек и бросил его парню. – Держи и не давай ей так нагло себя обворовывать. Ей это точно на пользу не пойдёт.

– Ваше сиятельство, Евгений Фёдорович, вы бы оделись, что ли, – перебил меня Ефим, отвлекая от покрасневшего Сергея. – А то как-то неловко, что вы в одних трусах прямо напротив ворот стоите. А вдруг придёт кто?

Как только он это произнёс, ворота открылись, и вошли Мамбовы. Вика закусила губу и отвернулась, а Олег посмотрел на меня и покачал головой.

– Меня всегда поражало твоё отсутствие стыда и такта, Женя, – крикнул Мамбов – Но мне всегда казалось, что в плане одежды ты всё-таки проявляешь большую педантичность и недаром считаешься законодателем моды. Или я что-то пропустил, и теперь вот это начнёт быстро распространяться по салонам?

– Мы с тобой произведём фурор, Олежа, появившись на каком-нибудь званом ужине в таком виде, – ответил я ему, сложив руки на груди и гордо вскинув голову.

– Нет, не произведём, – покачал головой подошедший Мамбов. Вика не стала любоваться мною и быстро вошла в дом. – Нас наши женщины в таком виде вряд ли из дома выпустят.

– Я вот сейчас стою на улице, значит, можно сказать, что меня выпустили, – и я хохотнул, понаблюдав за его кислой мордой. – Да ладно тебе, это мой дом, и я имею полное право разгуливать по нему, как мне вздумается.

– Лучше я подожду в гостиной, пока ты нагуляешься, – Олег похлопал меня по обнажённому плечу и быстро направился к входной двери.

– А я предупреждал, – довольно меланхолично сказал Ефим, когда дверь за Мамбовым закрылась.

– Если бы ты сам сумел справиться с царящим здесь бардаком, то мне не пришлось бы в трусах из окна выпрыгивать, – ответил я ему, направляясь к тому самому окну, чтобы забраться обратно в комнату.

– Я не сумел бы сам справится с подобным происшествием, – спокойно ответил Ефим. – И Игнат не смог бы. И вы это прекрасно знаете, Евгений Фёдорович.

– Извини, – мне хватило совести извиниться. Ефим прекрасно справлялся со своими обязанностями, просто я всё ещё никак не мог привыкнуть к тому, что он не Игнат. – И чего ты ждал, наблюдая, как твой егерь наматывает круги по двору, пытаясь догнать рысь и уговорить её отдать ему его же добро?

Сергей снова покраснел, я же ловко влез в окно и сел на подоконник. Ефим при этом задумчиво смотрел на меня.

– Я ждал, когда Фыра наиграется. Вряд ли она отдала бы мешочек, но ушла бы в дом к своим котятам, и эта беготня закончилась бы, – наконец ответил сотник.

– Ну, это ты зря про неё так думаешь, – я ухмыльнулся. – Мешочек бы она отдала. Макры бы сожрала, вот тут без вариантов, а мешочек бы отдала, можете даже не сомневаться. Ладно, всё равно пора было вставать. Сейчас завтракаем, приводим себя в порядок и через два часа выезжаем.

Крутанувшись на подоконнике, я спрыгнул на пол в комнате. Маши в спальне не было, и я направился в ванную, чтобы совершить уже утренний моцион.

***

Петрович остановил коня возле не слишком большого двухэтажного дома. Окно в калитке приоткрылось, и из него выглянул старый дед.

– Кто ты такой и зачем приехал к баронессе Камневой? – проскрипел старик.

– А почему вы решили, что я именно к Елене Павловне приехал? – Петрович соскочил с коня и подошёл поближе к воротам.

– Ну а к кому ещё? – старик закатил глаза. – Не к Адриану же Христофорычу.

– А если всё-таки к нему? – Петрович хмыкнул.

– Так нету его, в Москву укатил, какие-то бумаги на разработку шахты повёз. Только Елена Павловна дома, – тут же ответил старик.

– Ну тогда передай Елене Павловне, что старший егерь клана Рысевых, Антип Петрович ПроРысев, с ней поговорить хочет, – представился Петрович, гадая про себя, кто же этот старик, если он старшего егеря не знает.

– Ох ты ж! – сторож, услышав, кто к нему приехал, засуетился и принялся открывать ворота. – Ну точно! Антип Петрович! Не признал, богатым будешь.

– Баронессе доложи, – ласково проговорил Петрович, заходя во двор и ведя за собой под уздцы коня.

– Конечно-конечно, сейчас в лучшем виде всё расскажу Елене Павловне, – старик закрыл ворота, и на поместье опустилась стандартная защита.

Насколько Петрович помнил, в округе не было ни одного идиота, кто пренебрегал бы защитой. Осмотревшись, Петрович отметил про себя, что защита стоит неплохая, а поместье нищим не выглядит. Сам он здесь не был, но посылал командира второй сотни с егерями, чтобы они осмотрелись и наладили всё, если такая нужда была. Ему тогда доложили, что всё нормально, и каких-то дополнительных средств защиты не нужно. Своим командирам Петрович доверял, поэтому проверять не стал и теперь видел, что, в общем-то, сделал всё правильно.

– Антип Петрович, проходите, Елена Павловна, голубушка, вас ждёт в гостиной.

Старший егерь повернулся к старику, а с другой стороны к нему уже подбежал мальчишка-конюх, чтобы увести коня на конюшню.

Передав своего жеребца конюху, Петрович поспешил вслед за стариком. Тот шёл довольно шустро впереди, показывая дорогу. Остановившись у одной из дверей, старик открыл её, буквально втолкнул в комнату Петровича и тут же захлопнул за ним дверь.

– Однако, – пробормотал егерь, поворачиваясь к вставшей, чтобы его поприветствовать, женщине. – Елена Павловна, доброго вам дня.

– Антип Петрович, я рада наконец-то познакомиться со знаменитым старшим егерем Рысевых. Вы настолько неуловимая личность, что вас мало кто даже из ближайших соседей в лицо знает, – Елена Камнева с любопытством разглядывала невысокого жилистого мужчину лет сорока на вид. Почему-то ей всегда казалось, что Петрович должен быть старше.

– И чем же я знаменит? – он слегка наклонил голову и улыбнулся.

– Вы в одиночку расправились с тварью пятого уровня двадцать лет назад. Тогда вся наша округа гудела о том, что молодой егерь сумел справиться с иглобрюхом, – она продолжала его рассматривать с какой-то жадностью. – Пятнадцатилетние девчонки, какой я тогда была, так сильно хотели вас увидеть, что это иной раз доходило до безумия, вроде поездки украдкой к поместью Рысевых.

– Я редко бываю в поместье, – снова скупо улыбнулся Петрович.

– Сколько вам лет, Антип Петрович?

– Зачем вам это знать, Елена Павловна? – Петрович перестал улыбаться и теперь внимательно смотрел на баронессу.

– Хочу понять, сколько вам тогда было лет.

– Мне тогда было двадцать два года. Почти столько, сколько сейчас Евгению Фёдоровичу. Но он уже убивал тварей и посерьёзней, – спокойно ответил егерь.

– Бросьте, вы не можете сравнивать наследника клана Рысевых с собой. Наличие перстня дарует особые умения, – и она покрутила на пальце свой собственный перстень.

– Я надеюсь, вы удовлетворили своё любопытство, Елена Павловна? – Петрович смотрел спокойно. Вот только у баронессы появилось ощущение, что если бы у старшего егеря был хвост, то он сейчас бил бы им себя по бокам, как крупный раздражённый кот.

– Не совсем, – она улыбнулась и села на диванчик. – Присаживайтесь, сделайте мне одолжение. Вы же не простой слуга, и даже не простой егерь, чтобы проигнорировать мою просьбу.

Петрович не стал возражать. Он пересёк комнату стремительным и одновременно очень плавным шагом и сел напротив баронессы в предложенное кресло.

– Я прибыл сюда, Елена Павловна, по поручению Евгения Фёдоровича. Он просил выяснить, не делались ли вам предложения насчёт шахты, и не повторялись ли они сейчас, когда большинство разрешений на разработку серебра уже получено? – взгляд желтоватых, как почти у всех ПроРысевых, глаз встретился с задумчивым взглядом серых глаз очень красивой женщины, сидящей напротив него. Они всё-таки решили с Женей узнать про такие вещи именно сейчас, перед приездом Рысева, чтобы не спугнуть этих тварей, охотившихся в их угодьях без разрешения.

– Да, – просто ответила Камнева. – Если вы останетесь на ужин, то сможете их сами увидеть. Они обещали прийти ещё раз как раз сегодня вечером. – Она замолчала, а потом умоляюще посмотрела на егеря: – Антип Петрович, останьтесь, я вас очень прошу! Я всего лишь слабая женщина, и мне страшно. А рядом с сильным мужчиной мне будет спокойней.

– Разумеется, я останусь, – ответил Петрович. – И у меня только один вопрос. Почему вы сразу не обратились с жалобой к Сергею Ильичу, воспользовавшись правом вассала на защиту?

– Я не думала, что это слишком серьёзно, – она потёрла виски. – Они же не угрожали мне…

– Елена Павловна, – начал было Петрович, но потом махнул рукой. – Рассказывайте, чтобы визит этих господ не стал для меня слишком большой неожиданностью.

***

На железнодорожном вокзале уже в Иркутске мы встретили Куницына. Аркашку конвоировала домой его мать, чтобы он ненароком поездом не ошибся и не уехал вместо Ямска куда-нибудь в Москву.

Выглядел Куницын абсолютно несчастным. Мне его даже стало жалко. Ничего, я про своё обещание помню и попробую как-то его вырвать хоть ненадолго из рук матери.

– Машенька, ты вся просто светишься, – баронесса Куницына бросилась к Маше, как только разглядела, что она в положении. – Вы обязательно должны приехать к нам в гости этим летом. Мы принимаем много гостей, так что будет весело. К тому же Леночка тоже носит под сердцем малыша, и вам будет о чём поболтать.

– Думаю, что мы обязательно воспользуемся вашим приглашением, как только у Жени появится свободное время, – улыбнулась Маша. Баронесса взяла её под руку, и они отошли, негромко разговаривая о чём-то своём, о женском.

– Фыра, да отстань ты от него! – раздался неподалёку голос Ефима. – Ну что ты к парню привязалась?

Сам он стоял, держа в руках кошачью переноску, в которой спали два котёнка. Им было тепло и хорошо, и они только смешно попискивали во сне. Фыра долго смотрела на Ефима, прежде чем доверить ему своих детей, но всё-таки позволила именно ему забрать переноску. И вот теперь она снова принялась кошмарить несчастного Сергея.

– Да отдай ты ей несколько макров, – посоветовал я, подходя к молодому егерю, который пока что успешно отбивался от рыси, норовящей засунуть свой нос ему в карманы. – Ты же обещал несчастной кошечке несколько макров, так что выполняй обещание.

Парень умудрился вытащить мешочек с макрами из внутреннего кармана. Фыра, когда это увидела, села и принялась сверлить его пристальным взглядом зеленовато-жёлтых глаз.

Вытряхнув на ладонь несколько макров, он протянул их Фыре. Я же шагнул вперёд и сказал, обращаясь к рыси: – Бери, пока дают, алчное животное. – Фыра чихнула, помотала головой и очень аккуратно слизала макры с крепкой ладони егеря. И практически сразу после этого объявили о посадке. – Идём, – я схватил рысь за ошейник и повёл к вагону. Она хрустела макрами и больше не обращала на Сергея внимания.

Ну, дай Рысь, теперь Фыра наконец оставит мальчишку в покое, иначе я просто не знаю, что мы будем делать.

Глава 3

Петрович стоял у окна и смотрел на улицу. Баронесса Камнева выделила ему комнату, и старший егерь теперь терялся в догадках, с чего бы ему оказана такая честь. Ну не из-за того же, что когда-то пятнадцатилетней девчонкой восхищалась молодым егерем, в самом-то деле!

В дверь постучали, и в комнату проскользнула молоденькая горничная. Петрович развернулся так стремительно, что девчонка вздрогнула. На улице было пасмурно, и из-за этого в комнате царил полумрак.

– Чего тебе, милая? – спросил Петрович, которому надоело стоять и ждать, пока девчонка в себя придёт.

– Ужин накрыт в столовой. Елена Павловна велела мне вас проводить, – она говорила, не поднимая на него взгляд.

– А почему так печально? – Петрович скупо улыбнулся. – Я много не ем, Елена Павловна точно не останется голодной. И уж тем более я не закусываю молодыми красотками.

– Пойдёмте, Антип Петрович, я вас провожу, – она вскинула голову при его словах, и тут же снова опустила глаза под его насмешливым взглядом.

– Ну так идём. Это не я сейчас время тяну. И если жаркое остынет, я не буду тебя перед хозяйкой оправдывать, – добавил он, делая к девушке шаг.

– И как ваши женщины справляются? – пробормотала девица, быстро подходя к двери.

– Они любят котов, – Петрович снова улыбнулся. – Много кто любит котов, а мы этим бессовестно пользуемся.

– Да, иногда становится особенно заметно, что совести у вас нет. Но это не мешает женщинам любить котов, – горничная остановилась возле столовой и посмотрела в сторону двери с неодобрением. Словно то, что происходило в той комнате, её не слишком устраивало. Антип был ненамного выше её саму по положению. Они оба являлись слугами клана, и она чувствовала за собой право так с ним разговаривать.

– Осторожно, милая, – он перехватил её руку за запястье и подтянул к себе. На этот раз его взгляд был жёстким. – Не стоит меня заставлять проверять, насколько ты сама неравнодушна к котам.

Их взгляды встретились, и в глубине желтовато-зелёных глаз вспыхнули яркие жёлтые искры, указывая на наличие у этого мужчины дара. Девушка вздрогнула и быстро поклонилась. Так резко её на место ещё никто не ставил. Помня, что он ПроРысев, она как-то упустила из виду, что Петрович фактически генерал небольшой армии егерей клана Рысевых. А ведь у клана имелась ещё и другая армия, в которой старший егерь был далеко не последним человеком.

– Простите, я немного забылась, – пробормотала она, и Петрович отпустил её руку.

– Не стоит забываться, чтобы не ставить себя в дурацкое и довольно опасное положение, – тихо ответил ей егерь и вошёл в столовую.

Баронесса Камнева не сидела за столом, ожидая его. Она стояла у окна, как сам Петрович ещё несколько минут назад, и смотрела на улицу.

– Кажется, буря начинается, – сказала она, не оборачиваясь к нему.

– Да, похоже на то, – ответил Петрович, недоумённо оглядываясь. – Я пришёл рано?

– Почему вы так решили, Антип Петрович? – баронесса повернулась к нему, глядя в глаза.

– Здесь никого нет, кроме нас двоих, – ответил егерь настороженно. В столовой царил полумрак, разгоняемый зажжёнными свечами. Вообще вся обстановка была настолько интимной, что он впервые в жизни почувствовал себя неуверенно.

– Да, вы правы, сегодня мы ужинаем вдвоём. Вы же не против? – баронесса улыбнулась.

– Нет, нисколько, – Петрович внимательно посмотрел на неё. – Зато теперь понятно неудовольствие прислуги. У них сложилось впечатление, что вы меня… хм… соблазняете?

– А вы категорически против? – Елена продолжала улыбаться. – Насколько я знаю, вы не женаты.

– Зато вы замужем, – напомнил ей Петрович.

– Адриана здесь нет, – спокойно ответила баронесса. – Ну же, Антип Петрович, это всего лишь ужин, а я слабая женщина. Только не говорите, что боитесь меня.

– Как мы уже выяснили, мне не шестнадцать лет, и да, я как минимум не привык недооценивать женщин. Так что вы правы, в какой-то степени я действительно вас боюсь и не стыжусь этого, – он подошёл к столу и выдвинул стул. – Давайте уже поужинаем.

Елена села за стол. Петрович расположился напротив неё.

– Почему вы не съездили в Храм всех богов? – спросила баронесса после первой перемены блюд.

– Я не вижу в этом необходимости, – спокойно ответил егерь.

– Почему? Перстень даёт много преимуществ, – Елена сама не знала, почему для неё это так важно. – Вам же не обязательно уходить от Рысевых и основывать свой род.

– Я почитаю Рысь с тех самых пор, как осознал себя, – задумчиво проговорил Петрович. – И не могу себя представить вдали от клана. Наверное, основная причина в том, что я боюсь внимания со стороны другого бога. Получить перстень не с Рысью, вот что меня останавливает.

– Из Храма можно вообще не выйти живым, – задумчиво произнесла баронесса, бросая на сидящего напротив неё мужчину задумчивые взгляды.

– Рысь не даст убить одного из своих сыновей, – вот сейчас Петрович говорил уверенно, – но она может не захотеть оказывать прямого покровительства.

– Антип Петрович, ваши глаза говорят о том, что Рысь оказывает вам покровительство даже без перстня. Невозможно владеть даром, не являясь прямым потомком первопредка, без определённого влияния с его стороны! – горячо воскликнула Елена.

– Вы так меня уговариваете сходить в храм… – протянул Петрович, откидываясь на спинку стула, держа в руках бокал с вином, из которого не сделал ни одного глотка. – Зачем вам это?

– Я не знаю, – баронесса отложила вилку и коснулась пальцами висков. – Почему-то для меня невыносимо видеть вас без перстня.

Петрович пристально смотрел на неё. Похоже, баронесса действительно не осознавала, зачем уговаривала его пойти в Храм всех богов. Он вообще её не понимал, с Евгением да и с Сергеем Ильичом она разговаривала более дерзко.

– Вы тоже ездили в поместье Рысевых, чтобы меня увидеть? – внезапно спросил Петрович. Елена вздрогнула, подняла на него взгляд и тут же отвела глаза.

– Мне повезло. Тогда праздновали год со дня рождения Жени, и моего отца с семьёй пригласили на праздник, – ответила Елена, не глядя на него. – И да, в тот раз вы как раз находились в поместье.

– Я тогда не был старшим егерем. Я тогда даже сотником ещё не был, – Петрович посмотрел на вино в свете свечей.

– Да, только мне было в то время четырнадцать лет, и я впервые увидела егерей, – Елена усмехнулась. – Девочкам-подросткам нужно запретить приезжать в места, где вас так много. Это жуткий удар по неокрепшей психике.

– Понятно, – Петрович снова посмотрел на неё. – Именно поэтому вы выбрали себе мужа, максимально непохожего на егерей. Он охотится? – внезапно спросил он.

– Простите, что? – Елена смотрела на него непонимающе.

– Ваш муж, Адриан, он охотник?

– Он Васильков, – она закатила глаза. – Ночные бабочки, вот та максимальная дичь, на которую он может вести охоту. И то, если рядом хищники покрупнее не бродят.

– Я так и думал.

Петрович смотрел на неё и ждал, что же будет дальше. Почему-то ему стало безумно интересно, на что эта красивая и очень независимая женщина может решиться.

– Елена Павловна, – в столовую вошёл дворецкий, нарушив довольно уютную тишину. – Приехали те самые господа, – говоря это, он стиснул зубы. – Они спрашивают, не могли бы вы их принять? Более того, они имели наглость уточнить, не могли бы вы их принять за ужином?

– Их четверо? – Камнева так стиснула в руке вилку, что пальцы побелели. Петрович же остался сидеть, откинувшись на спинку стула. Выглядел он при этом абсолютно расслабленным.

– Да, четверо, – ответил дворецкий.

– Ну что же, Антип Петрович хотел посмотреть на тех, кто пытается давить на меня в обход моего сюзерена, – баронесса очень аккуратно положила вилку на стол. – Принеси четыре прибора и пригласи этих господ составить нам с господином ПроРысевым компанию.

– Как вам будет угодно, Елена Павловна, – дворецкий поклонился, хотя у него на лице было написано желание отдать приказ прибить этих непрошенных гостей, а трупы где-нибудь прикопать.

Петрович молчал всё то время, пока слуги расставляли приборы. Молчал он и тогда, когда вошли четыре молодых человека, не разменявших ещё четвёртый десяток. Они вели себя нагло: тут же сели за стол, и один из них, самый старший, так откровенно принялся разглядывать хозяйку, что Петрович почувствовал, как затрепетал огонёк его дара.

– Вы явно не муж прекрасной Елены Павловны, – тот, кто раздевал баронессу глазами, повернулся к старшему егерю.

– Нет, не муж, – спокойно подтвердил Петрович. – Я друг семьи, – добавил он и улыбнулся краешками губ.

– Елена Павловна, мы из Москвы приехали и никак не можем получить положительный ответ, – к баронессе обратился ещё один. Петрович сразу же определил, что он хоть и немного моложе того урода, который до сих пор пытается глумиться над ним, но именно он в этой группе является главным.

– О, из самой Москвы?! – протянул егерь, перебив его. – Вы же не будете против, если я послушаю, что же вы хотите получить от Елены Павловны? Всё-таки я друг семьи, положение обязывает, так сказать.

***

Куницын посмотрел на мать, сидящую напротив него и просматривающую газету.

– Что пишут? – спросил он как можно небрежнее.

– Всё одно и то же, – баронесса бросила газету на столик. – Кто-то закрыл прорыв, кто-то женился, кто-то женился третий раз, а кто-то попал в скандал на ровном месте.

– А в мире? Что происходит в мире? – Аркадий улыбнулся.

– Меня не интересует мир, – мать пристально посмотрела на сына. – У нас нет ни с кем войны, и хвала всем богам. Остальное меня не интересует.

– Зато меня немного интересует, – Куницын наклонил голову. – А вот светская хроника как-то не очень.

– Что весьма странно, – ответила ему мать. – Ты художник, такие вещи должны тебя интересовать.

– С чего бы? – Аркадий пожал плечами. – Я в пятом браке кого-то с кем-то вдохновение не черпаю. К тому же подозреваю, что скоро в наш дом можно будет приглашать журналистов светской хроники. Погостить, свежим воздухом насладиться, материала на год вперёд собрать. Столько сплетен и скандалов, да ещё не сходя с места…

– Аркаша, ты утрируешь, – баронесса сузила глаза, глядя на сына. – И преувеличиваешь.

– Ну что ты, мама, я как бы не преуменьшаю, – он поднялся. – Пойду пройдусь по вагону. Что-то ноги затекли.

Куницын вышел из купе и столкнулся с Мамбовым. Олег стоял у окна и задумчиво смотрел на проносящийся мимо пейзаж.

– Как избежать толпы незамужних девиц в собственном доме, постоянно оглядываясь, чтобы случайно не оказаться в одной из комнат наедине с одной из них? – выпалил Куницын, вставая рядом с Мамбовым и затравленно оглядываясь на дверь своего купе.

– Женись, Аркаша. Просто женись на той девушке, с которой хотя бы теоретически сможешь прожить жизнь и подарить матери долгожданных внуков. И тогда все твои проблемы мгновенно исчезнут, – и Мамбов похлопал закатившего глаза Куницына по плечу.

– И это всё, что ты мне можешь сказать? – наконец спросил Аркадий.

– А что ты ещё хотел услышать? Это оптимальный вариант. И подозреваю, что в твоём положении единственный, – Олег усмехнулся и снова начал смотреть в окно.

– Если честно, не ожидал тебя здесь увидеть. Настолько Рысев надоел? Или от жены хочешь побыть в одиночестве? – Куницын сложил руки на груди, защищаясь от несправедливости жизни.

– Женя занят, я вышел, чтобы ему не мешать, – пояснил Олег через минуту. Аркадий уже думал, что Мамбов ему не ответит. – Вика о чём-то шушукается с Марией, и им тоже лучше не мешать. К тому же я попробовал провести анализ нашего предстоящего дела, и теперь мне нужно подумать. Потому что получается какая-то ерунда. Какой-то калейдоскоп событий, среди которых просто нет тех, которые имели бы правильное решение. И я не знаю, с чем это может быть связано.

– Ой, не грузи меня, – Куницын помотал головой. – Вот куда я ни за что и никогда не пошёл бы, так это в вашу группу, даже если бы меня туда пряником заманивали. Они снова замолчали. В конце концов Куницын вздохнул: – Ладно, не буду мешать тебе думать. Пойду я мировые новости почитаю, а то так и правда войну можно проспать.

В ответ Мамбов только кивнул, не отрывая задумчивого взгляда от окна. Ему действительно не нравился результат анализа, и теперь он пытался понять, какие параметры можно ещё учесть в вероятности, чтобы получить более точный прогноз.

***

Мы проехали приблизительно половину пути, когда позвонил Игнат. Повертев в руках мобилет, я ответил на звонок.

– Игнат, я тебя слушаю. Что у вас случилось? Ты открыл проход на изнанку и сразу же попал в плен к прелестным нимфам, которые использовали тебя по-всякому? И ты сейчас не знаешь, как признаться в этом жене?

– Ха-ха-ха, – ответил мой бывший помощник. – Считайте, что я посмеялся.

– Уже хорошо, – я усмехнулся. – Так что у тебя произошло?

– Не у меня. Свете звонила Анна. В этом проклятом поместье опять какая-то проблема с защитным куполом. Он жрёт энергию так, что егеря из сотни Семёна, закреплённой за этим поместьем, не успевают макры свежие привозить. Да и функции не все выполняются, – ответил Игнат.

– А почему они звонили сестре, а не кому-то из Рысевых или ПроРысевых напрямую? – спросил я, нахмурившись.

– Не знаю, не могу сказать. Анна Свете-то позвонила, потому что уже всё, дальше тянуть некуда. До этого Света с сёстрами не разговаривала. Уж не знаю, что там у них произошло.

– А Семён сам не может решить эту проблему? – я пытался сообразить, что же делать.

– В том-то и дело, что нет. Его сотню Петрович забрал. У Семёна лучшие следопыты в сотне, да и к поместью их прикрепили не на постоянной основе, а именно в качестве таких вот контролёров периметра. Игнат замолчал, а потом осторожно добавил: – Вы бы с Сергеем Ильичом поговорили, Евгений Фёдорович. Этим землям хозяин нужен. И не набегами, а постоянно.

– Да, нужен, – я потёр лоб. – Я тебя услышал. Сейчас подумаю, что с этим проклятым куполом делать, а потом уже будем решать судьбу поместья, когда дед вернётся. По мобилету договориться с трудом, но можно, а вот отлюбить от всей души нельзя. Так что лучше немного подождём.

– Хорошо, я передам Светлане, что всё нормально. Она хоть и не разговаривала с сёстрами, но беспокоится о них, – и Игнат отключился. Я же долго смотрел на мобилет, а затем решительно принялся набирать номер.

– Это нормально, что она беспокоится. Родные сёстры как-никак, да ещё и младшие, – пробормотал я, и тут мне ответили. – Ефим, хватай эту жертву Фыриной наглости и идите в моё купе.

– Сейчас будем, Евгений Фёдорович, – ответил Ефим и сразу же отключился.

Я бросил мобилет на столик и проговорил вполголоса: – Кажется, я знаю, как вытащить Куницына. Он сильный маг, а мои егеря, боюсь, с этой гадской защитой не справятся. А так я его не просто из дома вытащу, но он мне ещё и пользу принесёт.

В этот момент в купе вошли егеря и сразу же заняли всё пространство.

– Садитесь, нечего надо мной возвышаться, – я кивнул на диван, на котором недавно сидел Мамбов. – Сергей, у меня для тебя индивидуальное задание.

– Какое? – проговорил егерь хрипло.

– Как только приедем в Ямск, соберёшься и отправишься в бывшее поместье Свинцовых. Нужно попытаться выяснить, что там в защите. Если с ходу не разберёшься, не переживай, через пару дней к тебе на помощь приедет барон Куницын. Вместе справитесь.

– Почему Сергей? – спросил Ефим. Вот за этим я его и позвал. Во-первых, он командир Сергея. А во-вторых, нужно было сразу расставить все точки над всеми буквами, чтобы не было недопонимания. – В сотне есть егеря, разбирающиеся в куполах защиты гораздо лучше.

– Потому что я видел, как Серёжа сюсюкается с Фырой, – ответил я, отмечая, что мальчишка вспыхнул, когда я это говорил. – В поместье сейчас проживают две весьма целеустремлённые девицы. И там практически нет слуг, а егеря осуществляют исключительно внешнюю защиту. На территорию поместья заходят редко. Поэтому там нужен вот такой человек, как Сергей, чтобы с этими девицами не возникло никаких непонятных моментов.

– Понятно, – Ефим усмехнулся. – Я прослежу.

– Ну вот и отлично. Да, девиц макрами не кормить, даже если они тебя пытать начнут. А то они и так гиперактивные, – Сергей бросил на меня быстрый взгляд, и в глубине его глаз блеснули жёлтые искры. Ефим положил руку ему на плечо, и они вышли из купе. Я же остался один думать, как именно буду вытаскивать Куницына из родного дома. Здесь ведь главное, чтобы и надрыв был, и не переборщить. Ладно, я силён в импровизации, что-нибудь придумаю.

Глава 4

Мила Свинцова подошла к макру, дающему энергию щиту защиты. Кристалл был уже не такой прозрачный, как ещё два дня назад. Сейчас он потускнел, и внутри пробегали искры, показывающие, что энергии в макре осталось совсем немного.

А ведь в то время, когда поместье ещё принадлежало Свинцовым, энергии такого большого макра вполне хватало на несколько месяцев. Рысевы, конечно, не нищие, и могут себе позволить менять макры, тем более что им есть, кому их заряжать. Но всё равно подобное положение дел не совсем нормально.

– У меня складывается стойкое впечатление, что это кто-то из дядюшкиных прихлебателей, если не он сам, что-то сделали с защитой, – задумчиво пробормотала девушка. – Не получится ли у нас так, что щит отключится в самый неподходящий момент? И ведь даже своих не пожалел, боров некастрированный! – выпалила она в сердцах. – Здесь-то никого из Рысевых не было. Они не любят в поместье появляться. Максимум переночуют. Ну разве только Светка. Так она совсем недавно Рысевой стала.

Девушка решительно откинула кожух с устройства, генерирующего защитный щит, и принялась внимательно его осматривать. Она с раннего детства увлекалась разными техномагическими приборами и артефактами. И даже пыталась изучать их самостоятельно, потому устройство щита было ей известно.

– Так, посмотрим, что же здесь не так, – Мила всегда разговаривала вслух, когда занималась делом. Звук даже собственного голоса её немного успокаивал. Она склонилась чуть ниже, пытаясь разглядеть не понравившуюся ей деталь.

– Я могу узнать, что вы там делаете? – мужской голос прозвучал настолько внезапно, что девушка резко выпрямилась, стукнувшись при этом головой о крышку кожуха.

– Ой! – она наконец выпрямилась и повернулась к незнакомцу, потирая макушку. – Вы кто такой? – спросила она, разглядывая молодого совсем парня, стоящего напротив неё. Парень сложил руки на груди. Высокий, с рыжеватыми волосами и желтовато-зелёными глазами. Все ПроРысевы носили на себе отпечаток породы.

– Сергей ПроРысев, – представился он.

– Мила Свинцова, И то, что вы ПроРысев, видно невооружённым взглядом. Я так понимаю, граф послал вас разузнать, что происходит со щитом, и почему такой перерасход макров? – спросила Мила, продолжая рассматривать егеря. – Мало ли что, может быть, мы занимаемся здесь чем-нибудь не совсем законным.

– И его подозрения оправданы? – Сергей усмехнулся, но руки не опустил, продолжая стоять, скрестив их на груди. Он сразу же по прибытии поехал в поместье. А когда приехал, то, соскочив с коня и кинув поводья в руки подскочившему к нему мальчишке, направился сюда, к механизму щита. Задерживаться в этом поместье молодой егерь не собирался.

– Вы шутите? Чем, по-вашему, я могу незаконным здесь заниматься? Или вы думаете, что я сама нарушила замкнутый контур поступления энергии в щит, и теперь больше половины энергии макра расходится непонятно куда? – Мила посмотрела на открытый кожух.

– Собственно, это могли сделать и вы, – Сергей, не отрываясь, смотрел на неё. – Судя по всему, вы знаете, о чём сейчас говорите.

– Я не сумасшедшая, – теперь уже Мила сложила руки на груди и с вызовом посмотрела на ПроРысева.

– По-моему, я наоборот сказал, что вы просто умница, потому что в защитных контурах мало кто разбирается, – Сергей смотрел на эту пигалицу сверху вниз, отмечая про себя, что девушку задело его предположение.

– А я вам ответила, что не сумасшедшая, – парировала она. – Я здесь живу почти всю жизнь, за исключением той пары месяцев, что мы с Анной провели в Ямске, пока его сиятельство Сергей Ильич пытался решить нашу судьбу. Или вы думаете, что, повредив контур поступления энергии, я втайне мечтала разорить Рысевых? А вам не приходило в голову, что глава мог просто не доставить вовремя очередной макр, и такая явная проблема в нашем лице отошла бы на второй план?

– Значит, причина именно в контуре распределения энергии? – Сергей опустил руки и подошёл к ней. – Вы уверены?

– Нет, я не уверена, – Мила провела ладонью по лбу. – Точнее, проблема может быть не только в контуре. Но там разрыв точно есть.

– Покажите, – и егерь склонился над механизмом.

– А вы сами-то разбираетесь в таких вещах? – девушка неохотно подошла ближе. Чтобы показать ему разрыв, ей нужно было сильно наклониться и почти прижаться к молодому человеку, потому что места под кожухом было не слишком много.

– Граф Рысев всех слуг, что имеют честь носить фамилию ПроРысев, отправляет учиться, в том числе и на факультет артефакторики. Не в университет, конечно, в училище. Для университета нам не хватает потенциального уровня дара. Сейчас, скорее всего, самые одарённые будут лучшее образование получать, – Сергей покосился на девушку, стоящую так близко от него, что становилось неловко. – Один уже учится. Но он перстень получил, правда, его не Рысь приняла, а Тритон, но всё же…

– Игнат тоже перстень получил, – тихо сказала Мила.

– Да, и сейчас, говорят, самых достойных начнут в Храм всех богов посылать. Сергей увидел разрыв. Закрыв глаза, он призвал дар, направив его к повреждённому участку. Язычки пламени притянули обвисшие нити и спаяли их между собой. – Ну вот, сейчас кристалл поменяем и несколько дней понаблюдаем. Или это была единственная поломка, или нужно будет искать ещё что-нибудь.

– А я просто идиотка, – проговорила Мила и резко разогнулась. – Ай! – она снова стукнулась головой о кожух. – Ещё и неуклюжая идиотка. Просто волшебное сочетание.

– С чего вдруг такой приступ самоуничижения? – Сергей поднял бровь, ловко поменял макр на новый и закрыл механизм.

– Потому что я раньше не догадалась посмотреть, что же всё-таки со щитом не то, – Мила потёрла голову. – Только когда макры уж слишком быстро начали разряжаться. Вот что мне мешало проверить?

– Могу только предположить, что это было нежелание верить в поломку, потому что дело всё-таки в щите, – Сергей развернулся к выходу и столкнулся с девушкой, являющейся почти точной копией Милы. – Эм-м… Здесь кроме механизма щита, никаких больше артефактов нет? – спросил он тихо, переводя взгляд с одной девушки на другую. – Возможно, что-то связанное с иллюзиями?

– Нет, никаких иллюзий здесь нет, – Анна сделала ещё один шаг ему навстречу. – Мила, а ты разве не сказала господину егерю, что у тебя есть сестра-близнец?

– Я знал, что есть сестра, – пробормотал Сергей, которого данное обстоятельство слегка выбило из колеи. – Не знал только, что вы близнецы.

– Вы сразу же пошли сюда, не отдохнув, – проворковала Анна. – Пойдёмте, я уже распорядилась приготовить для вас комнату.

– Да, но… – он моргнул. Обычно егеря располагались в казармах.

– У нас нет казарм, так что придётся вам довольствоваться нашим скромным домом, – и Анна указала на дверь. – Сергей, если не ошибаюсь?

– Нет, не ошибаетесь, – он уже немного пришёл в себя и позволил себе улыбнуться. – Вы правы, я ужасно голоден, – и егерь решительно направился к выходу из этого отдельно стоящего домика. Его вынесли за пределы остальных построек, потому что механизмы щитов часто конфликтовали с другими артефактами. Поэтому они почти всегда располагались отдельно.

Сергей вышел из домика, а Мила подошла к сестре.

– Аня, что ты…

– Я, в отличие от тебя, ещё не потеряла надежду обрести если не счастье, то хотя бы спокойствие. А также мужа и детей. Ты сама слышала, что сказал Сергей Ильич. Если мы с какими-нибудь егерями понравимся друг другу до того момента, как граф подыщет нам мужей сам, то он не будет возражать. И да, я хочу, чтобы у меня была хотя бы иллюзия собственного выбора. А этот мужчина очень даже ничего. Конечно, не Игнат, но он и младше теперь уже Рысева. Так что у Сергея всё впереди, и я хочу хотя бы попробовать наладить отношения. Возможно, что-то и получится. Если ты ещё не заметила, у нас не стоит очередь из женихов за периметром. А егеря здесь появляются крайне редко, – и Анна, мотнув головой, как норовистая кобылка, вышла вслед за Сергеем, оставив сестру стоять посреди единственной комнатки, сжав кулаки так, что ногти впились в ладони.

***

Сергей Петров, известный также как Вискас, отключил мобилет и бросил его на стол. После этого встал из-за стола и прошёлся по своему кабинету в фешенебельном заведении, принадлежащим клану Рысевых. Он сам являлся личным вассалом Евгения Фёдоровича и не ощущал никакого дискомфорта по этому поводу. Петров подошёл к окну и принялся смотреть на улицу, не видя при этом ничего. Он напряжённо обдумывал сложившуюся ситуацию. Нужно было как можно быстрее переговорить с Женей, и Петров надеялся, что тот скоро приедет.

Дверь приоткрылась, и в кабинет вошла очень эффектная женщина. Она посмотрела на Вискаса и покачала головой.

– Граф Рысев завтра уезжает в Москву, – так и не дождавшись от него ни слова, начала говорить Жу-Жу. – Он попросил меня его сопровождать, потому что не знает, сколько на этот раз пробудет в столице.

– Тебя это устраивает? – Вискас повернулся к ней.

– Устраивает что? – Жу-Жу нахмурилась. – Давай говорить откровенно. Граф Рысев это лучшее, что случилось со мной в этой жизни.

– Он уже не молод, – Петров вздохнул. Он прекрасно понимал, что не в её положении выбирать, но всё-таки…

– Сергей далеко не старик, – Жу-Жу поджала губы. – Он всё ещё мужчина. И да, мне было плохо, когда он уехал в столицу в прошлый раз так надолго. Можно сказать, что я даже ревновала. Чуть-чуть. – Она задумалась, а потом добавила: – Нет, вру, я сильно ревновала. Каждый раз думала, что уж в Москве таких, как я, можно пачками собирать. И сейчас, когда он предложил мне поехать с ним, я и не подумаю отказываться.

– Ты меня не поняла, – Вискас вздохнул. – Я просто боюсь, что один не справлюсь.

– Брось, конечно же справишься! – Жу-Жу улыбнулась. – Я как раз хотела…

Её прервал звук открываемой двери. Они с Петровым повернулись одновременно, и Вискас выдохнул с заметным облегчением, потому что в кабинет зашли Евгений Рысев и граф Мамбов.

– Оленька, я слышал, дед не может больше коротать время в столице без твоей нежной заботы, – Женя широко улыбнулся, проходя в кабинет и падая в кресло.

– Ты не против? – Жу-Жу недолго колебалась, прежде чем спросить.

– Нет, конечно, – фыркнул Рысев. – Когда ты его балуешь, дед доволен. А когда он доволен, то у него прекрасное настроение, и мы можем этим бессовестно воспользоваться. Выпросить, например, отдельный счёт для Игната исключительно для разработки той изнанки, выход с которой так кстати расположен буквально у него на огороде.

– Не боишься, что Сергей Ильич решит жениться на очаровательной Ольге Николаевне, и они родят сына? – поддел друга Мамбов. Он садиться не стал, а встал рядом с небольшим книжным шкафом, рассматривая корешки теснящихся там книг.

– Нет, не боюсь, – Рысев пожал плечами. – Моё право наследника, к сожалению, подтверждено Рысью. Так что сбросить этот геморрой на потенциального дядюшку не получится. Он посмотрел на Жу-Жу: – Нам нужно поговорить и Вискасом, и тебе не нужно знать подробности.

– Я поняла, – женщина улыбнулась кончиками губ и повернулась к Петрову. – Как только закончишь разговор с его сиятельством, сразу же найди меня. У нас мало времени, чтобы определиться с моей заменой здесь, – и она вышла из кабинета, покачивая бёдрами.

***

Мы смотрели вслед Жу-Жу, пока она не вышла. Как только дверь за ней закрылась, я кашлянул.

– Что-то горло пересохло, – сказал я, бросившему на меня взгляд Олегу.

– Ну, от такого зрелища это неудивительно, – он вернулся к рассматриванию книг. – Довольно странный выбор, – Олег покосился на Вискаса. – «Основы мироздания» древнего философа Феофана Трутнева. Серьёзно?

– Олег, это сейф, – я закатил глаза. – Петров, ты бы действительно что-нибудь попроще туда насовал. Каких-нибудь бульварных журналов. Выглядело бы более правдоподобно. А так шкаф сразу привлекает ненужное внимание.

– Почему? – Вискас посмотрел на книги. Что в них такого?

– Потому что половина твоих дружков думают, что ты читать не умеешь. Какие философские труды? О чём ты вообще? – я встал и подошёл к шкафу.

– Да нормально этот Трутнев писал. Мне понравилось, – пожал плечами Вискас. – Особенно когда он о роли женщины в жизни мужчины рассуждал. Прямо за душу взяло.

– Что? – мы с Мамбовым уставились на Петрова, и я даже пару раз моргнул. – Ты так больше не шути, а то у меня чуть с сердцем плохо не стало, – пожаловался я, приложив руку к груди.

– Так что с этими книгами не так? – Вискас нахмурился, переводя взгляд с меня на Мамбова и обратно.

– Всё нормально, – Олег криво ухмыльнулся и похлопал его по плечу. – Всё просто замечательно.

– А где Фыра? – Вискас прошёл мимо нас и выглянул в коридор. – Вы что же, Евгений Фёдорович, не взяли её с собой? Ей же так нравится здесь бывать, да и работники Фырочку очень любят.

– Она же мать, – я удивлённо посмотрел на него. – Куда ей далеко от котят своих отходить? Да она и сама не пойдёт. Ничего, не переживай. Как только котят пристроим, так сразу в гости жди.

– А-а-а, ну тогда ладно, – Вискас даже улыбнулся, когда я сказал про котят.

– Что с нашим делом? – Мамбов так резко сменил тему разговора, что даже я сразу не сообразил, что происходит. – Скрытнов объявлялся?

– Звонил, – Вискас тут же подобрался. – Вот прямо перед тем, как Жу-Жу зашла, мы с ним обговорили некоторые детали.

Он замолчал, и я поторопил его с ответом: – Говори быстрее, что ты тянешь кота за причинное место!

Петров посмотрел на меня и хмыкнул, гад такой, но продолжил говорить: – Фрол сказал, что планы в последний момент поменялись, и он слегка их подкорректировал. Уже завтра мне начнут подвозить образцы оружия, а через неделю приедут покупатели. Сам Фрол появится только при заключении сделки и конкретную дату мне не назовёт. О ней будут знать исключительно покупатели.

– Он что-то заподозрил, – я снова сел в кресло и задумался. – Может быть, где-то прошла информация, что заведение на самом деле принадлежит мне? – спросил я, разглядывая проклятый шкаф.

– Нет. Если только слухи… – покачал головой Вискас. – Все бумаги на меня же оформлены, а о наших с вами взаимоотношениях знать никому не обязательно.

– Это точно. И тем не менее он что-то заподозрил, – я не сдержался и стукнул кулаком по подлокотнику.

– Думаю, что образцы с оружием будут обманкой, – через минуту сказал Мамбов. – Но даже если и нет, ничего не трогай. Они наверняка будут запакованы со сторожевыми магическими метками. Если трогать, то он узнает, и тогда…

– Нет, вы не правы, – Вискас покачал головой. – Я не просто осмотрю этот груз. Я в каждый свёрток нос засуну, и если это обманка, позвоню и предъявлю этому козлу претензию. Поверьте, ничего не делать будет гораздо хуже.

– Думаю, мы доверимся твоему воровскому опыту, – наконец я принял решение. Мамбов наклонил голову, принимая его. – С этого дня контакты по минимуму. Общаться будем только по мобилету. Ну, я и не думал, что всё будет просто. Если бы он был менее осторожным сукиным сыном, то его бы давно Медведев за задницу взял.

Встав на ноги, я уже шагнул к двери, но тут у меня зазвонил мобилет. Посмотрев на номер звонившего, невольно нахмурился.

– Что у тебя, Петрович? – быстро спросил я.

– Вчера не мог до вас дозвониться, – сразу же проговорил старший егерь. – Мы с Сергеем Ильичом всё проговорили, но он велел поставить вас в известность, даже если сам успеет рассказать.

– Говори. Дед не успел мне ничего рассказать, потому что я не был дома. Сразу с вокзала по делам поехал, – под ложечкой засосало от нехороших предчувствий.

– Вчера вечером в дом баронессы Камневой заявились четверо столичных хлыщей с неприличными предложениями по поводу серебряных шахт. Мы не смогли найти с ними общий язык…

– Ты их убил? – перебил я Петровича.

– Я что, котёнок неразумный? – старший егерь даже удивился. – Живы они, уже едут на поезде обратно в Москву. Правда, двое из них ещё долго будут жрать через трубочку, – добавил он жёстко. – Я вызвал ребят. Мы здесь с двумя десятками погостим какое-то время.

– Кто стоит за этими хлыщами? – процедил я, стискивая кулаки.

– Барон Дроздов, – Петрович говорил спокойно. – Сергей Ильич сказал, что сам с ним разберётся. Барон-то почти всё время в Москве живёт. Но меня, если что, у баронессы можно будет найти.

– Я понял, – рука сама собой сжалась в кулак. Вот ни раньше, ни позже. – Это они браконьерили?

– Их боевая группа. Они всё ещё здесь, где-то в лесах прячутся. Сторожек и охотничьих домиков в округе навалом, и с такой же защитой, как у нас имеются. Так что есть, где спрятаться. – Он замолчал, а потом добавил: – Я парней посылать их искать не буду. Они всё равно не выдержат, за хлыщей придут мне мстить. Тут-то я их и встречу.

– Хорошо, оставайся на связи, – я отключился и посмотрел на Мамбова. – Кто-нибудь мне скажет, при чём тут то ничтожество Адриан Васильков? Ладно, поехали домой. Будем думать.

Выходя из ворот заведения, я обернулся, погрозил в сторону дома кулаком и заорал: – И ноги моей здесь больше не будет! А вообще предупреждать надо, что Жу-Жу с каким-то графом укатила! Ради чего сюда теперь ходить?!

Если кто-то из людей Фрола сейчас наблюдает, то, надеюсь, ему будет такого концерта достаточно. Мы же с Мамбовым сели в машину и рванули в сторону дома.

Глава 5

Баронесса Камнева прошла по двору прямиком к конюшне. Там она увидела конюха, седлающего её кобылу, и стоящего рядом с ним Петровича.

– Я могу поинтересоваться, куда вы собрались, Елена Павловна? – довольно сухо поинтересовался старший егерь Рысевых.

– На верховую прогулку, – она пожала плечами. – Я часто это делаю.

– Вам сейчас опасно выезжать куда-то одной, – возразил ей Петрович.

Мальчишка-конюх закончил седлать кобылку и выбежал из конюшни, сунув на ходу поводья в руки хозяйки. Он откровенно боялся Петровича и сейчас, чувствуя его недовольство, старался держаться подальше. Даже несмотря на то, что рискует вызвать гнев хозяйки.

– Я не собираюсь уезжать далеко. Пару кругов вокруг поместья, и всё, – Елена Павловна улыбнулась.

– Вы собираетесь на свиданье? – Петрович чуть нахмурился и сделал шаг вперёд, перегораживая ей дорогу. – Вас ждёт любовник, и поэтому вы ведёте себя так неосмотрительно?

– Не ждёт меня любовник, – Камнева вспыхнула. – Да, даже если бы это было так, какое вам дело, Антип Петрович?

– Вы правы, мне не должно быть до вашей личной жизни никакого дела. – Ответил егерь, но отступать не спешил. – Но мне есть дело до вашей безопасности. Вы ведь не будете возражать, если я начну беспокоиться о том, будете вы жить, или вас убьют те ублюдки, что шатаются по лесам? И это ещё неизвестно, что они с вами сделают перед тем, как убить. – Добавил он. – Поэтому, Елена Павловна, ответьте мне, вы собираетесь встречаться с любовником? И этот мужчина сумеет вас защитить?

– Нет! – она смотрела на него, а её серые глаза сверкали. – У меня нет любовника. Я верна Адриану.

– Это очень странно, но в жизни встречается и не такое, – пробормотал Петрович. – Раз вы не планируете хорошо провести время, то не будете возражать, если я составлю вам компанию? Мой конь застоялся, ему будет полезно пробежаться.

– Я не… – Баронесса запнулась, затем решительно добавила. – Я не буду возражать. Более того, не покривлю душой, если скажу, что рада этому вашему решению. Под вашей охраной я смогу доехать до шахт и посмотреть, как там дела.

– Тогда подождите, я оседлаю коня, – Петрович отошёл в сторону, и, схватив тяжёлое седло, направился к своему жеребцу.

Уже через пять минут они выводили лошадей из конюшни. Баронесса покосилась на егерей, охраняющих поместье. Прошло ещё слишком мало времени, и она никак не могла привыкнуть к тому, что сейчас в поместье обитало столько народа.

Один из егерей подбежал к Петровичу.

– Мы едем с Еленой Павловной на конную прогулку. В сторону шахт и обратно. – Сказал Петрович, и молодой егерь утвердительно кивнул.

– Вас сопровождать? – спросил он, не глядя на баронессу. Всё его внимание было сосредоточено на командире.

– Нет, думаю, что справлюсь с охраной Елены Павловны. – Ответил ему Петрович и повернулся к баронессе, чтобы помочь ей сесть в седло.

– Не задерживайтесь слишком надолго, – посоветовал всё ещё стоящий рядом с ними егерь. – Гроза скоро начнётся, лучше её дома встретить.

– Да, это точно, – протянул Петрович, посмотрев на небо и нахмурившись.

Елена Павловна проследила за его взглядом. По небу плыли облака, но никаких намёков даже на дождь не было заметно. Грозовых туч не было видно даже вдалеке. С чего они взяли, что будет гроза?

Она покосилась на невозмутимого Петровича, легко взлетевшего в седло. Они практически не разговаривали с того ужина, когда он легко, словно играючи, вырубил всех четверых непрошеных гостей. А потом привёл одного из них в чувство, плеснув в лицо вином, и узнал всё, что ему было нужно. После чего вызвал своих ребят. Два десятка остались в поместье. А ещё два десятка уехали в сторону Ямска, с приказом: «сопроводить гостей и проследить, чтобы они сели на поезд до Москвы».

Елена уже начала думать, что если снова сама не проявит инициативу, то даже парой слов не перекинется с Антипом. Но как оказалось, Петрович знал обо всём, что происходит в поместье, раз ждал её на конюшне, чтобы мозги вправить. А когда не получилось, то отправиться с ней на прогулку. Наверное, ему просто лень было придумывать себе и своим людям оправдания, что допустили её гибель. Какими бы ни были его мотивы, ей было плевать, потому что в присутствие старшего егеря она действительно чувствовала себя в полной безопасности.

***

Барон Куницын прошёлся по холлу, нервно глядя на входную дверь. В своём собственном доме он чувствовал себя обложенным со всех сторон животным, на которое ведётся целенаправленная охота.

– Ну почему ты не звонишь? – прошептал он, поглаживая карман, в котором лежал мобилет. – Женя, твою мать, ну где же ты?

Дверь распахнулась, и Куницын столкнулся с входящей в дом матерью. Баронесса шла впереди небольшого отряда из женщин разных возрастов.

– Аркадий, ты зря не составил нам компанию на пикнике, – сразу же заявила мать, беря его под руку. – Это было просто чудесно.

– Именно поэтому я и остался дома, мама, – Куницын натянуто улыбнулся. – Чтобы своим присутствием не разрушить очарования. В моём присутствии не было бы так чудесно. А без меня и вообще без мужчин вы прекрасно провели время, вдоволь посплетничали и… что там ещё делают очаровательные женщины, оставшись одни?

– Что вы такое говорите, Аркадий, вы нам, конечно же, не помешали бы, – с другой стороны от него встала миловидная брюнетка, за которой шли две девушки, очень на неё похожие. – Или вы сейчас лихорадочно ищите повод, чтобы сбежать с остальными мужчинами на рыбалку?

– Ну что вы, как можно было так подумать? – Куницын так искренне удивился, что практически сам в это поверил. – Я не хотел мешать вашему приятному времяпрепровождению.

Его судорожные попытки найти оправдание тому, что он проигнорировал приглашение матери посетить пикник, прервал звонок мобилета. Куницын высвободил руку из хватки матери, вытащил мобилет и громко сказал.

– Женя, я стою в окружении прелестных женщин, гостящих в нашем поместье, поэтому говори быстро, что хотел сказать. – Он чуть глаза не закатил от нахлынувшего облегчения.

– А, так у тебя гости, извини, не знал, – голос Рысева прозвучал вполне отчётливо. Ещё несколько дней назад Куницын долго ковырялся в настройках, чтобы сделать голос собеседника слышимым на небольшом расстоянии.

– Женя, что-то случилось? – Куницын нахмурился. – Ты как-то говоришь…

– У нас в поместье, которое раньше Свинцовым принадлежало, какая-то проблема с защитой. Мои егеря говорят, что питающий макр совсем не держит энергию. Дед в Москве, а я не могу уехать из Ямска. Маша выбирает интерьер для детской и просит меня сопровождать её. Сам понимаешь, я не могу отказать своей беременной жене. А у егерей нет достаточного уровня, чтобы попробовать разобраться. Думал вот тебя попросить скататься и всё проверить, но раз у тебя гости…

– Аркадий, – баронесса тронула сына за руку, и Куницын отставил мобилет в сторону, прижав его к груди. – Ты должен помочь графу. Проблемы с защитой – это всегда очень плохо. Мы здесь все отлично знаем, что такое прорывы, и, разумеется, не можем позволить остаться поместью без защиты. Да и отрывать от Машеньки мужа будет не слишком хорошо. Она начнёт нервничать, и это плохо скажется на ребёнке.

Аркадий на мгновение задумался, вспоминая, как трепетная Мария слезала с дерева, с которого она расстреливала тех ящероподобных монстров. Кажется, в тот момент она уже была беременная и её волновало только, чтобы Женя не отстранил мать своего ребёнка от операции. И да, она расстроилась, когда тот всё-таки запретил ей рисковать собой и сыном.

Вынырнув из воспоминаний и посмотрев на мать, Куницын скорчил слегка недовольную гримасу и ответил ей.

– Да, мама, ты права, я обязан графу Рысеву очень многим. К тому же я не могу оставить друга в беде. Как бы я ни хотел остаться среди этого цветника, но, долг зовёт. – И он поднёс трубку к уху. – Женя, я прямо сейчас отправляюсь. Нужно убедиться, что всё в полном порядке. И, ты прав, не нужно тревожить Машу.

– Я знал, что ты меня не оставишь, – провозгласил Рысев пафосно. – В поместье сейчас находится Сергей ПроРысев. Ты его должен помнить, он в поезде ехал и Фыру честно украденными ею макрами кормил.

– Я позвоню, когда что-то выясню, – серьёзно ответил Куницын и отключился. После чего повернулся к женщинам. – Дамы, увы, я вынужден вас покинуть. Остаётся только надеяться, что ничего критического с защитой одного из поместий графа Рысева не случилось. Возможно, будет достаточно зарядить макр как следует. И тогда я вернусь очень быстро, никто даже не успеет понять, что меня нет.

И, поклонившись, Куницын быстрым шагом направился к лестнице, чтобы собрать немного вещей. Просто так, на всякий случай. Ведь всегда может так получиться, что он вынужден будет немного задержаться в бывшем поместье барона Свинцова. К тому же нужно было побыстрее уйти из холла, чтобы мать не вспомнила о графе Мамбове, гостящем у Рысевых, который вполне мог съездить и посмотреть на защиту.

***

Я положил мобилет на стол и посмотрел на Мамбова. Олег полулежал на диване, держа на лбу мокрое полотенце.

– Объясни мне, как ты умудрился разбить голову? – поднявшись, я забрал у него полотенце, смочил в тазу с плавающим в воде льдом, и протянул Мамбову. Тот с благодарностью посмотрел на меня, и снова приложил холодный компресс в огромной шишке на лбу.

– С Фырой не разошлись в коридоре, – ответил наконец Олег.

– Да, это иногда бывает, – философски заметил я. – Чижиков, помню, так навернулся, что весь дом сбежался посмотреть. Я даже, грешным делом, решил, что на нас напали. Уже собирался вдарить по захватчику, а это Марк оказался. М-да. – Я потёр подбородок. – Можно сказать, что он легко отделался.

– Я упал, а у стены стояла ваза. Кто вообще ставит вазы у стены в коридорах? – Спросил Мамбов, приподнявшись на локтях.

– Не поверишь, но очень многие, – язвительно ответил я, возвращаясь в своё кресло. – Ты запускал анализ?

– С разбитой головой? – Мамбов снова открыл глаза и покосился на меня.

– Олег, ты шёл сюда, когда вы с Фырой не поделили коридор, – я вздохнул и снова поднялся из кресла, чтобы намочить полотенце. – Ты просто прогуливался, или тебе удалось что-то выяснить?

– Лучше скажи мне, зачем ты Куницына куда-то вытащил? – Мамбов закрыл глаза. Судя по выражению его лица, Олега жутко мутило. Немного подумав, я взял со стола второй таз, вылил воду в стоящий неподалёку фикус и поставил таз поближе к болезному. Только после этого ответил.

– Аркаша стал жертвой обеспокоенности своей матери, пригласившей к ним на лето много девиц на выданье. – Я хмыкнул. – Я пообещал его вытащить из дома, а тут как специально такая оказия подвернулась. Правда, ещё одна жертва Фыриного обаяния мне отчиталась, что вроде бы всё починили, но я на слово никому не верю, так что пусть Аркаша всё проверит.

– А он в курсе, что в том поместье тоже столкнётся с девицами на выданье? – Олега, кажется, даже тошнить перестало.

– Ну-у-у. Я его предупреждал. Если Куницын пропустил мои предостережения мимо ушей, то это его проблемы, разве нет? – Я внимательно осматривал друга. Похоже, он здорово о ту вазу приложился. Правда, каким-то образом умудрился её не разбить, иначе всё лицо в осколках вдобавок ко всему сейчас было бы. – Что тебе удалось просчитать?

– Женя, я не хочу тебе говорить не из-за возможного сотрясения, а потому, что у меня ни черта не получилось. – Мамбов сполз на подушку. – Какая-то чушь выходит. Возможно, мне просто не хватает всей нужной информации. Когда должен прибыть гонец от Медведева?

– Не знаю. Полагаю, что скоро. Дмитрий Фёдорович не называл точную дату, – ответил я задумчиво. – А какая именно чушь у тебя получается? Думаю, мы не должны пренебрегать никакими знаниями.

– Женя, по всем раскладам, учитывая характеристики на этого афериста, у меня не получается сделка с оружием. Вот, убивай меня, не получается. – Мамбов резко развернулся и склонился над тазом, который я ему так предусмотрительно подставил. Повисев над ним немного, он, видимо, передумал блевать и снова лёг на подушку. – У меня получается афера, понимаешь?

– Вполне возможно, – немного подумав, ответил я. – Но тут мы сталкиваемся с ещё большей проблемой. С личностью покупателей. Как бы не получилось так, что разъярённые уважаемые люди не начали творить нечто страшное, находясь в нашем городе.

– Дай мне данные на покупателей, и я тебе скажу, на что каждый из них способен, в случае обмана, – пробормотал Олег. – Но только когда у меня перед глазами перестанут кружиться эти дурацкие мушки.

– Мушки перед глазами – весьма характерный признак для травмы головы, ваше сиятельство, – ворчливый голос Лебедева прозвучал довольно неожиданно.

Дверь в гостиную, где мы расположились, была приоткрыта, шаги заглушали ковры в коридоре. Я слышал, что кто-то подходит, но не смог понять, кто именно, и что направляется именно к нам. Судя по тому, как поморщился Олег, он тоже был застигнут врасплох. Хотя он слышит приближение кого бы то ни было как бы не лучше меня.

– Где вы были, Аристарх Григорьевич? – спросил я, не поворачиваясь к нашему клановому целителю. – Я послал за вами горничную почти полчаса назад. За это время вполне можно было уже много раз окочуриться. Только не говорите мне, что девчонка загуляла, и не нашла вас. А вы оказались здесь только потому, что проходили мимо, и услышали, как граф Мамбов интересно рассуждает о мушках перед глазами.

– Ваше сиятельство, Евгений Фёдорович, разумеется, я ничего подобного говорить не буду. – Лебедев подошёл к столу, поставил на него свой саквояж и принялся в нём копаться. -Тем более что девушка меня нашла и передала вашу просьбу. Но когда я собирался уже бежать сюда, то заметил, что в моей укладке не хватает нескольких совершенно необходимых лекарств. Пока я пополнил запасы, пока дошёл сюда от лаборатории. Хочу вам напомнить, Евгений Фёдорович, что я уже немолод. А теперь, если не возражаете, я займусь своим пациентом.

Только полный идиот не понял бы, что меня вот так дипломатично послали по одному хорошо всем известному адресу. И тому, что это было сделано всё-таки дипломатично, я был обязан присутствию Мамбова. Потому что меня Лебедев абсолютно не стеснялся.

Выйдя из гостиной, я прошёлся по коридору и остановился возле одной стены. На полу лежала перевёрнутая ваза. Значит, это вот об неё ударился Мамбов, когда его уронила спешащая куда-то Фыра. И почему её до сих пор никто не поставил на место? Решив, что спрошу дворецкого, чем у нас занимаются горничные в другой раз, я поднял вазу и замер. Во-первых, она была сделана не из керамики, а из какого-то металла. А, во-вторых, в ней что-то явно громыхало. Перевернув вазу, я смотрел, как из неё прямо на ковёр высыпаются макры. Они были разного размера и стоимости, но слишком ценных среди них не было.

– Подведём итоги, – задумчиво проговорил я, собирая макры и, высыпая обратно в вазу. – Олег не посёк лицо осколками, потому что ему было бы весьма проблематично сломать металлическую вазу до такого состояния. А ещё в этой вазе кто-то делает заначку. Фыра? Сомневаюсь. Она в этом случае не убежала бы, а охраняла своё добро. И если нужно, то корзину с котятами сюда перетащила, чтобы легче было охранять. А ещё она не учуяла макры, когда Мамбов упал вместе с вазой. Да и сама не пыталась её уронить, чтобы кристаллы вывалились. Вопрос, почему?

Поставив вазу на место, я смотрел на неё ещё некоторое время, а потом направился в кабинет. Маша действительно выбирала мебель в детскую, но мне она почему-то выбор не доверила, попросив Вику составить ей компанию. Хотя у меня прекрасный вкус и всем об этом известно. Ну, да ладно. Может, им надо поболтать, только между девочками. А у меня же появилась ещё одна забота, устроить засаду на того, кто делает заначку из макров в вазе. Нужно же мне время убить, ожидая звонка от Вискаса и гонца от Медведева.

Глава 6

Небо стремительно затягивалось тучами. Барон Куницын посмотрел вверх и поморщился. Скоро начнётся гроза, и он хотел бы к её началу быть уже под защитой дома. Не то, чтобы он боялся вымокнуть, вовсе нет. Просто во время грозы можно легко пропустить прорыв, не услышать вырвавшихся тварей и погибнуть от лап банальных изменённых белок-летяг. Вот такого постыдного конца Куницын сам себе никогда не простил бы.

Вдалеке послышался первый раскат грома, и Аркадий пришпорил коня. До бывшего родового поместья Свинцовых оставалось проехать совсем немного, когда на одной из тропинок, отходящих от основной дороги, Куницын заметил движение. Останавливаться он не стал, но слегка натянул поводья, проезжая мимо не понравившегося ему места.

Он успел заметить небольшой отряд по виду напоминающий охотников. Но какие охотники могут быть летом? Хотя, может быть, это Рысевы с ума сошли и выдали своим егерям такую одежду?

Куницын слегка напрягся, когда один из этих «охотников» сделал шаг по тропе в его направлении. Но выходить на дорогу не стал и лишь проводил внимательным взглядом щеголеватого аристократа, направляющегося по своим делам.

Проехав ещё немного, до тех пор, пока дорога не сделала поворот, Куницын всем своим видом старался показать, что вовсе не заметил никакого отряда и вообще поглощён созерцанием природы. Художник он или не художник? Мало ли где его может поймать вдохновение!

Но как только тропа полностью исчезла из вида, Аркадий вытащил мобилет и принялся искать номер Рысева. Держать поводья одной рукой было не слишком удобно, но выяснить кое-какие подробности было необходимо.

Ответили ему не сразу. Когда Куницын уже готов был отключиться и попробовать позвонить уже под защитой поместья, в трубке оборвались гудки и послышался приглушённый голос Рысева. Но такой, словно он говорил из бочки или же намеренно приглушал голос.

– Аркаша, я тебя слушаю. Что-то случилось?

– Да как тебе сказать, – Куницына прервал раскат грома, прогремевший на этот раз гораздо ближе. Еле слышно выругавшись, он ударил пятками коня, заставляя его бежать быстрее. – Вы форму егерей не меняли?

– Нет, зачем нам её менять? – Рысев так удивился, что даже его голос стал звучать намного отчётливее. – Нормальная форма, выполняет все возложенные на неё задачи.

– Я так и подумал, – Куницын нахмурился и продолжил. – И разрешение на охоту ты, конечно же, никому не выписывал, – он даже не спрашивал, а утверждал.

– Летом? Я пока в своём уме, – Рысев замолчал, а через несколько секунд процедил сквозь зубы. – Сколько их, Аркаша? Сколько этих тварей? Ты успел их сосчитать?

– Я не останавливался намеренно. Не хотел сильно внимание привлекать. Они и так меня взглядами провожали, словно мерки для гроба снимали, – ответил Куницын. Новый раскат грома заставил коня бежать, переходя в галоп уже без понуканий. Куницын с трудом удерживался в седле и нужно было заканчивать разговор, чтобы пешком до дома не добираться. Это при условии, что ему удастся упасть без особых последствий для себя.

– Аркаша…

– Не торопи меня, – перебил Рысева Куницын, прикидывая, сколько он видел людей на той полянке. – Двенадцать. Да, двенадцать. Но, Женя, это те, кого я сумел разглядеть, пока проезжал мимо на коне. Может быть, их и больше.

– Если и больше, то ненамного. Даже двенадцать – это слишком много, чтобы оставаться незамеченными, – задумчиво проговорил Рысев. – Петрович говорил, что его ребята видели восьмерых. Значит, отряд понемногу растёт. Вот чёрт, как же не вовремя!

– Понятно. Значит, ты знаешь про этих нехороших людей, и твои егеря отслеживают их перемещение, – резюмировал Куницын. – Я зря отвлёк тебя от того, чем ты там занимаешься?

– Не говори ерунды, – ответил Рысев. – Это очень хорошо, что ты их заметил и позвонил. Говорю же, мы не знали, что их стало уже двенадцать, а то и больше. Петрович приказал не следить за ними каждую минуту, чтобы не спугнуть. Но то, что отряд увеличивается, означает только одно: эти мрази к чему-то готовятся. Возможно, ждут сигнала от хозяев. Я не знаю, если честно. Надо думать и наблюдать. И я не могу сейчас вырваться из Ямска, вот хоть ты тресни. Поэтому и говорю, что всё это очень не вовремя.

– Ты где вообще находишься? Почему тебя слышно, словно ты в подвале сидишь? – спросил Куницын, с облегчением увидев поместье. До ворот было ещё довольно далеко, но уже можно было и пешком добежать, не попав под дождь.

– Я сижу в засаде, – на этот раз Рысев отвечал шёпотом, а потом добавил нормальным голосом. – Кто-то повадился макры воровать и прятать их в весьма оригинальный тайник. Вот я и сижу в нише за шторкой и пытаюсь поймать этого загадочного вора.

– Ну, удачи в охоте, – Куницын хохотнул.

– А ты где видел эту ублюдочную банду? – спохватившись, спросил Рысев.

– Да не так далеко от поместья Свинцовых, – Куницын внезапно нахмурился. – Они готовят провокацию против этого поместья?

– Я не знаю, Аркаша. Куницын почти увидел, как Женя покачал головой. – Вот что. Прячься за защитный периметр и пока никуда больше не выезжай. Мало ли что им в голову придёт. Защиту Сергей починил, так что можешь не беспокоиться. Я сейчас его предупрежу, чтобы оставался на месте и даже не мечтал пока об отъезде. И Петровича предупрежу. Пускай уже отряд выделяет для защиты поместья. А девчонок мы, если что, в Ямске поселим, если уж количество мужиков превысит все рамки приличий. Здесь дом большой, они нам не помешают.

– Каких девчонок? – Куницын нахмурился, но Женя уже отключился. Тогда Аркадий принялся снова набирать его номер, но короткие гудки подсказали, что Рысев занят. Скорее всего, звонит своим егерям по очереди. – Какие к чёрту девчонки?! – он посмотрел на поместье, к которому уже подъезжал, затем неуверенно оглянулся. – Я из дома, полного девушек, сбежал не просто так. Не затем, чтобы приехать в ещё один дом, тоже полный девушек! Может, в охотничий домик Рысевых напроситься? Ну, мало ли, там тоже можно найти что-нибудь, чем можно помочь.

На лицо Аркадия упали первые крупные капли, и совсем близко сверкнула молния, осветив окружающее пространство. Конь заржал и нервно дёрнулся в сторону. Куницын в который раз выругался сквозь стиснутые зубы, сунул мобилет в карман и помчался к воротам, начавшим перед ним открываться.

***

Сергей вывел своего коня во двор и посмотрел на небо. Ехать в грозу никуда не хотелось, но молодой егерь не мог придумать ни одного повода, чтобы остаться. Ему ясно было приказано: проверить защиту, устранить неполадки и сразу возвращаться. Если что-то не будет получаться, то рекомендовалось дождаться барона Куницына.

Вместе с Милой Сергей тестировал систему защиты, проверяя на прочность и устанавливая различные режимы интенсивности. Всё работало, проседания в напряжённости поля не возникало, и макр держал заряд. За эти дни он потерял хорошо, если пару процентов, что в принципе соответствовало норме.

Девушки были с ним очень приветливы. Иногда Сергею становилось даже неловко оттого, что его с завидной периодичностью вытаскивают есть за стол в столовой, а по вечерам просят составить компанию в гостиной. Анна, улыбаясь, объясняла это тем, что всем им скучно, и почему бы не развлечь друг друга хотя бы беседой.

И вот сегодня у егеря больше не было причин оставаться. Перед тем как запрячь коня, парень позвонил Ефиму, но тот не брал трубку, видимо, находился там, где сигнал мобилета не проходил. Может быть, ушёл на изнанку, чтобы немного поохотиться. Звонить Петровичу и тем более Евгению Фёдоровичу Сергей не стал, а начал собирать свои немногочисленные вещи.

– Сергей, постой, – на крыльцо выбежала Мила. – Скоро начнётся гроза. Тебе нельзя никуда ехать в такую погоду!

– Она ещё далеко, – произнёс егерь с сомнением в голосе. – Я как раз успею добраться до нашего охотничьего домика. Пережду там, если всё-таки до поместья не успею доехать.

– Я не понимаю, – Мила всплеснула руками. – Зачем куда-то ехать, когда можно прекрасно переждать непогоду здесь, под защитой?

– У меня приказ, – Сергей нахмурился.

– Этот приказ не подразумевает дурацких поступков, – девушка схватила его за руку. – А ехать в грозу – это идиотский поступок. Ты не нарушишь ничьего приказа, если останешься здесь. Почему ты вообще хочешь уехать? На тебя Анна слишком сильно давит? Или наше общество в целом настолько противно?

Парень долго смотрел на неё, не спеша вырывать руку. Неужели она настолько наивна и не понимает, что оставаться под одной крышей с очаровательными девушками для молодого здорового мужчины – то ещё испытание. На изнанке бывает легче. Собственно, именно поэтому многие молодые егеря бегут отсюда, только пятки сверкают, чтобы не поддаваться искушению. Он же не Игнат, который был сотником, а потом и вовсе перстень из рук богини получил.

– Мне нужно ехать, – наконец сказал Сергей, мягко высвобождая руку из нежных девичьих рук.

Он уже взялся за луку седла, когда раздался звонок мобилета. Звонил Евгений Фёдорович, и Сергей сразу же ответил.

– Как же мне не хватает таких штуковин на изнанке, кто бы знал! – сказал вместо приветствия молодой граф Рысев.

– Вы звоните, чтобы мне это сообщить, Евгений Фёдорович? – спросил Сергей.

– Даже если мне пришла в голову мысль обзвонить каждого егеря, чтобы сообщить о таком важном для меня открытии, ты будешь что-то против иметь? – в голосе графа прозвучала насмешка.

– Нет, – вздохнув, ответил Сергей, с тоской глядя на небо и понимая, что он точно не успеет выехать за периметр поместья до грозы.

– Вот видишь, и не нужно было глупые вопросы задавать, чтобы это понять, – голос Евгения Фёдоровича упал до шёпота, а потом он и вовсе замолчал. Но через пару секунд добавил: – Ложная тревога. Итак, Сергей, что с защитой?

– Всё нормально с защитой. Разрыв я устранил ещё в первый день с помощью Милы…

– Это хорошо, что ты с ней поладил, – перебил его граф. – Потому что тебе придётся задержаться в поместье. Совсем скоро, буквально через пару минут к тебе присоединится барон Куницын. Вы закрываетесь в поместье, врубаете защиту на полную мощность и ждёте посланную Петровичем роту.

– Где-то недалеко произошёл прорыв? – Сергей нахмурился, а его рука сама собой легла на обрез.

– Хуже. Вокруг поместья ошивается отряд тех самых браконьеров. Ты должен быть в курсе, – в ответ Сергей кивнул, словно граф Рысев мог его видеть. А Женя тем временем продолжал: – Девушкам оставаться одним при таком раскладе небезопасно, сам понимаешь. Толпа мужиков, которые несколько месяцев бродят по лесу, и две хорошенькие куколки – не самое лучшее сочетание.

– Да, но… – Сергей прикусил язык, чтобы не ляпнуть что-нибудь совсем уж непотребное.

– Не бойся, вам с Куницыным со стороны девиц ничего не грозит. У Свинцовых, похоже, воспитание шло с применением калёного железа. Между собой они могут грызться, но в вашем отношении девочки будут предельно милы и вежливы, – и Рысев отключился.

Сергей уставился на потухший экран мобилета, а затем медленно перевёл взгляд на Милу. Девушка стояла рядом и смотрела на него с тревогой. Женя говорил очень тихо, почти громким шёпотом, поэтому она не слышала, о чём шла речь.

– Что-то случилось? – наконец спросила Мила.

– Мне приказано остаться. Кроме того, с минуты на минуту сюда всё-таки прибудет барон Куницын, – ответил Сергей, продолжая смотреть на девушку.

– И это всё? – она тихонько выдохнула с облегчением.

– Нет, Евгений Фёдорович также сказал, что нам с бароном ничего здесь не грозит, в том числе и от вас, – и он закусил губу, чтобы не рассмеяться, глядя на удивлённое выражение, появившееся на хорошеньком личике. – О, богиня! Что я несу?! – он хлопнул себя по лбу и пошёл к воротам.

Заглянув в смотровое окно, увидел, как к поместью приближается всадник. На лицо упали первые капли, невдалеке сверкнула молния, а чуть позже так грохнуло, что его конь присел на задние ноги и тихонько заржал. Сергей быстро частично отключил защиту и принялся открывать ворота. На секунду прервавшись, он повернулся к Миле и улыбнулся.

– Иди в дом, сейчас дождь начнётся. Не нужно нам всем мокнуть, – и рывком открыл створу, впуская всадника во двор, опознав в хорошо одетом аристократе барона Куницына.

***

Я опустил мобилет в карман и посмотрел на коридор, прекрасно просматривающийся с моего места даже сквозь шторку. Вор не спешил появляться. То ли у него сегодня был выходной, то ли он понял, что я приготовил для него ловушку, специально оставив несколько мелких макров на ковре. Будто они выпали случайно, ну, из кармана, допустим.

А устроить засаду я решил, чтобы убить время. Как оказалось, быть в доме одному довольно непривычно, скучно, да и мысли дурацкие в голову лезут.

А всё потому, что Маша решила навестить дядюшку. Мы с Олегом обсудили варианты и пришли к выводу, что беременной женщине надо потакать в таких порывах, особенно когда оставаться в Ямске может быть опасно. И отправить с ней подругу, графиню Мамбову, это тоже прекрасная идея.

Вика, правда, сначала пыталась брыкаться, но я тихонько ей сказал, что мне будет спокойнее, если рядом с Машей будет находиться не просто близкая подруга, а дипломированный маг-универсал, специалист по порталам. Подумав, она сказала, что да, так не только мне будет спокойнее, но и ей самой, и даже Мамбову.

Олег вызвался сопроводить наших женщин в родовое поместье Соколовых. Летом прорывов практически не было, и в этом поместье, находящемся в противоположной стороне от нашего родового поместья, а также от земель Камневых, сейчас было наиболее безопасно. Я сам остался, потому что со мной в любой момент мог связаться Вискас, если Фрол Скрытнов решит наконец начать действовать.

Вернуться Мамбов должен только завтра, поэтому я и решил провести своё мини-расследование и поймать того, кто делает в вазе заначку. Может, это и не вор вовсе, а просто кто-то из слуг так своё добро прячет.

Перед тем как сесть в свою засаду, я обследовал вазу. Она оказалась с секретом. Выпуклый орнамент был покрыт прозрачным лаком с пылью макра. Я сначала эту кристальную пыль принял за простой блеск, но когда присмотрелся, то сразу понял, что ошибся. Чем бы ни был макр раньше, но сейчас эта сверкающая пыль из него создавала отличную сеть, экранирующую содержимое вазы. Вот поэтому Фыра всё ещё не добралась до спрятанного в ней добра.

По коридору прошла Фыра в направлении выхода из дома. Возле ниши, в которой я сидел, она остановилась, села и долго смотрела на шторку. Не дождавшись от меня никаких активных действий, рысь вздохнула, встала и пошла дальше, чтобы выйти уже на улицу. Котята росли и уже активно начинали пакостить, поэтому она теперь часто оставляла их без малейшего присмотра и уходила по своим делам. Раньше-то пока Ефим не приходил, она у корзины сидела, как привязанная.

Я проводил её взглядом и повернулся к вазе. Сидеть было неудобно и хотелось уже завалиться на диван и вытянуть ноги. Посидев ещё минуту, я решительно встал и уже хотел отдёрнуть шторку, как в конце коридора послышалось какое-то шебуршание. Присмотревшись, я ничего не увидел, а тем временем шорох приближался. Вскоре к нему присоединилось попискивание. Я подался вперёд, и тут к вазе смешно проковыляли котята. Они довольно синхронно что-то выплюнули, и в свете горящего на стене светильника сверкнули несколько небольших макров.

– Охренеть! – проговорил я, глядя на это зрелище, а потом сел и тихонько рассмеялся, зажав рукой рот, чтобы эти паразиты меня не услышали.

Котята тем временем снова взяли в рот по кристаллу и принялись карабкаться на вазу. Выпуклый орнамент оказался очень удобным для их когтей. Карабкались они с разных сторон, что удерживало вазу в вертикальном положении, не позволяя ей завалиться набок.

Выплюнув добычу в вазу, они поползли обратно за новой порцией макров. И так до тех пор, пока кристаллы не закончились. После этого они дружно поковыляли обратно по коридору, забавно переваливаясь. Отдыхать пошли, не иначе. Устали бедняжки.

Когда котята исчезли за поворотом, я вывалился из ниши и, уже не сдерживаясь, расхохотался. Подойдя к вазе, перевернул её и нашёл те самые макры, что рассыпал сегодня на полу. Я специально взял только зелёные, чтобы они отличались от остальных.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.