Ева Орлан
Кофе и компромиссы

Глава 1

Наконец-то наступил желанный конец рабочей недели на двадцать пятой авеню. В приподнятом настроении белые воротнички лавировали по офису рекламного отдела от кулера в курилку и обратно, через комнату приема пищи, назначая свидания, встречи, делясь планами на уик-энд. Это словно какой-то еженедельный праздник. Но не для всех и каждого!

Саманту Хилт этот праздничный настрой выводил из себя. Особенно потому, что возле ее кабинета никто не топтался, не вплывал в открытые двери, и молчала электронная почта. Никто не тревожил её мобильный, чтобы застолбить субботу или воскресенье для свидания. Вечер пятницы – уж точно нет, он занят, потому что сегодня день рождения главы отдела рекламы, под чьим руководством Сэм трудилась уже почти семь лет в качестве правой руки. Каждый год происходило одно и то же.

В этот день Говард Хьюз объявлял, что стал на год ближе к могиле, все его поздравляли, а вечером шли в ирландский паб. Там изрядно набирались, расходились, нередко даже парочками, по своим квартирам или в отели. Именно так Саманта подцепила Пола Новака, её, теперь уже, бывшего парня. Как вспомнит, так мороз по коже! Бог весть, какие сплетни этот ублюдок распустил о ней, прежде чем жениться на Китти из отдела продаж.

Но теперь Саманта forever alone. Свою работу она любит, конечно, является первоклассным специалистом в этой отрасли, но с недавних пор ее радуют только визиты стажёра, которого Говард приставил именно к ней. Генри Линкольн – презабавный парень!

Обычно он входит в кабинет без стука, совсем не привыкший к субординации, задаёт с ходу вопрос. То ли и правда так увлечен работой, то ли просто дурачок. Саманта тогда поднимает голову, поправляет на носу очки в тонкой оправе и внимательно слушает. Вопрос обычно очень простой, но так приятно наблюдать за волнением молодого парня!

Потом она снимает очки, потирает переносицу, старательно делая вид, что неважных деталей и глупых вопросов не существует. Медленно встаёт и приближается к нему, стуча каблуками остроносых лакированных лодочек, обдавая парня ароматом дорогих духов. Убирает за ухо прядь рыжих волос и тычет пальчиком с аккуратным офисным маникюром в бумаги, вкрадчивым голосом давая разъяснения. А Генри… так и тает. Она знает, что её внимание так влияет на молодого человека, что он может раскраснеться и совсем потеряться.

Только Саманта подумает об этом, так улыбка сама собой появляется на лице. Но это все несерьезно! Так, невинный флирт.

Генри Линкольн устало вздохнул, уставившись в экран компьютера. Он уже в который раз перепроверяет отчёт и не может никак понять, что же он делает не так. Вот не идёт процент там, где требуется, создавая коллапс, который не снился Америке со времен Великой Депрессии, и всё! Делать нечего. Придётся опять идти к ней. Той самой, огненно-рыжей дьяволице Саманте Хилт.

Не то, чтобы Линкольну было неприятно обращаться за помощью к своему начальнику. Даже наоборот. Мисс Хилт всегда его выслушивала очень внимательно и помогала. Хотя строгость прослеживалась не только в её облике, но и в манере говорить и даже смотреть, отчего Линкольн невольно вытягивался в струнку – оставшийся рефлекс из армии.

– Мисс Хилт, – как и всегда, без стука Генри вошел в кабинет Саманты, отрывая ту от экрана монитора, а точнее, от собственных размышлений. Конечно, стажёр понимал, что ведёт себя слишком неучтиво. Но всегда, когда дело касалось мисс Хилт, Линкольн становился неуклюжим и бестактным. Мысли его путались, а приличия забывались.

– Доброго дня, мистер Линкольн. Чем могу помочь?

– Никак не могу понять, почему здесь не сходится. Уже дважды перепроверял, – вздохнул парень, кладя бумаги на стол Саманты, и, выпрямившись, вновь невольно встав в стойку «смирно». Взгляд тёмных глаз скользнул по милому женскому личику. Строгая и величественная. Таких всегда стоит опасаться. Что, впрочем, и делали все вокруг.

Визит Генри был предсказуем. Как всегда, Саманта молча встала с места, как всегда обошла стол, будто общаться и проверять документы через этот островок мебели, ей было некомфортно. Остановилась и, медленно прогибаясь в спине, взяла бумаги Генри в руки.

Мисс Холт высокая и изящная, есть у нее что-то от леопарда. Была бы брюнеткой, было бы от пантеры. Все одно – семейство величественных кошек. Сняв очки, она кусает дужку, пока зелёные глаза бегают по строчкам таблицы. В такие моменты можно ее разглядеть получше: строгую прическу, в которой волосы собраны на затылке и не лезут в глаза, но несколько прядей игриво щекочут шею и виски, завиваясь волнами, маленькие сережки-гвоздики с белыми камушками, веснушки, видные даже сквозь легкий макияж.

– Вот тут, – она указывает второй дужкой очков в таблицу, – вы забыли, какое число вывели и взяли исходное, от того и процент не соответствует. Но в остальном, мистер Линкольн, прогресс на лицо! Ваша поразительная работоспособность даёт плоды.

Точнее, это Мартин Лоуренс, который сваливает свою работу на стажёра, вынуждает Генри постигать такие сложные области, куда раньше положенного. Саманта сразу это поняла. Стоит напомнить мистеру Лоуренсу его обязанности.

А вот Генри словно провалился в параллельную реальность, разглядывая Саманту так близко, каждый раз, как в первый раз. В мисс Хилт было много грациозности. Такой, что дух захватывает. Даже строгий костюм совершенно не лишает её красоты и привлекательности, даже наоборот. Помнится, в первые разы в её кабинете Генри чуть ли не слюну глотал, когда начальница аккуратно устраивалась рядом и смотрела бумаги. В такие моменты глаза пытались уткнуться хоть куда-то, а не в манящий вырез её блузки.

Вот и теперь Линкольн упер взгляд в бумаги, силясь увидеть в упор все то, на что указывала мисс Хилт, но было это такой тяжелой задачей! Сладкий аромат женских духов щекочет ноздри, заставляя буквально наслаждаться им. И как же хочется Генри пригнуться чуть ниже и вдохнуть уже прямо от её тонкой изящной шеи… но нельзя.

Нравились ему такие женщины ещё с университета. Строгие, властные. Наверное, каждый мужчина чувствует себя неуютно рядом с мисс Хилт и подсознательно желает её сломать… Но не Генри. Он бы скорее поддался ей.

«Черт! Я совсем прослушал, о чем она говорит!» – с трудом мозги Линкольна пытались поймать нить разговора. Еще и смотрит она на него так пристально, что мурашки по спине пробегают.

Отсюда и появляющееся всегда смущение. Она его нахваливает, а он думает совсем о другом. И вместе с тем, ему нравится к ней приходить. Такое чувство, что и ей приятно его наставлять. Или же это просто корпоративная этика такая? А может, фантазия Генри разыгралась?

– Ам, да… Да, спасибо.

– Есть ещё моменты вот тут и тут. А по оставшимся вопросам можете наведаться в отдел закупок и напрячь Мардж Коллинс. Я всегда доверяла только ей среди этих торгашей, – Сэм смеётся, в своей работе она, как рыба в воде, и разъяснения для Генри тех или иных вопросов здорово отвлекают её от собственных переживаний, предохраняют от стресса, а ещё дают почувствовать себя крутым профессионалом. Есть что-то в мисс Хилт учительское, наверное, раз от подобных бесед она получает удовлетворение. Да и кошмарная пятница становится не такой уж и несносной.

А дальше по вполне простому и понятному сценарию. Стажёр рассыплется в благодарностях, вдруг вспомнит, что ворвался без стука, смущённо отойдет на пару шагов, круто развернется и вылетит в коридор, светясь улыбкой.

– Хорошо! Сейчас займусь этим, – Линкольн уже собирался взять документы и убежать, как это было всегда, но в тот раз что-то пошло не так. Саманта вернула Генри бумаги и пристально посмотрела на него.

– Сегодня местный король Говард Хьюз устраивает попойку в пабе для нашего отдела. Вас пригласили, мистер Линкольн?

Все же, он работает здесь почти год. Часть команды, часть корабля.

Внезапный вопрос заставил юношу встать как вкопанный, а на лице появился лёгкий румянец.

– А ну… Да, меня пригласили, конечно.

– Вот как? Это хорошо, – мисс вернула очки на положенное место и улыбнулась.

Почему-то она решила взять шефство над этим пареньком вне своих прямых обязанностей начальницы, хотя ее конкретно об этом никто не просил. В тайне она хлопотала о Генри, но самой себе это объясняла лишь тем, что стажёры – будущее компании. Конечно, он такой не единственный. Есть ещё Клэр Адамс, Энни Браун и Колин Смит, но все трое боялись мисс Хилт как огня. Только Генри прослыл индивидуумом, лишенным страха и инстинкта самосохранения. Хотя в корне это было и не так.

– Я рада, что вы влились в коллектив!

– Я, правда, не уверен, что пойду. В смысле, не потому что не хочу, – сразу же стал оправдываться Генри, глупо улыбаясь, – просто ещё много дел, а офис в пятницу сверхурочные не любит, надо все наверстать. Да и… попойка – это алкоголь. А я стараюсь не употреблять алкоголь, от него становлюсь несколько необузданным.

Линкольн замолчал и потупил взор, тем самым ещё больше смущаясь, ведь упёрся взглядом в стройные женские ноги. Длинные и прелестные. Они, должно быть, крепко обхватывают поясницу…

«Отставить, Линкольн! Соберись!» – приказал себе мысленно парень.

Услышав о том, что Генри, возможно, не пойдет, Саманта огорчилась. Пожалуй, даже слишком очевидно, от чего Генри испытал укол болезненный совести.

«Да, он молодой, на уик-энд точно свои планы. Возможно, девушка или друзья», – подумала Сэм.

– Что ж… – а вот мисс Хилт весьма вольно относится к алкоголю. Уже взрослая, может себе позволить, – ничего страшного…

Хочется замять этот неловкий разговор. Не так, чтобы это выглядело, будто она приглашает, а Генри отказывается. Тут лучше немедленно свести все к праздному беспокойству о корпоративном духе, как Линкольн продолжает.

– Но я постараюсь, правда, мисс Хилт, – уверенно произнёс Генри, виновато улыбнувшись, – вы ведь тоже там будете? Уже одно это стоит того, чтобы приехать.

Только досказав фразу, Генри понял её смысл и совсем покраснел от собственной глупости.

– Да, я собиралась пойти. Кхм, – поправила очки Саманта, резко разворачиваясь и возвращаясь на свое место, – я там ежегодный гость. Как можно пропустить…

Она сделала вид, что не заметила неловкий выпад Генри, хотя улыбнулась уголками губ едва заметно.

– В смысле… просто… простите, – последнее он буквально выпалил и выскочил из кабинета, на ходу ругая себя за неосторожно брошенную фразу.

«Как бы она ещё о домогательстве теперь не подумала! Черт, черт, черт!»

Извинения Генри лишь подлили масла в огонь. Саманта выдохнула, когда стажёр скрылся из виду.

«Так, Сэм, и что это было? Он тебе в младшие братишки годится, опомнись!»

Конечно, ей это все показалось. Разве может стажёр заглядываться на главную стерву отдела рекламы? Нет, конечно.

«Просто у тебя давно не было мужика».

– Марго, – Саманта нажала на кнопку связи с администратором, – пригласите ко мне Мартина Лоуренса… как занят? Скажите, дело срочное. Поговорить нужно о стажёрах и полномочиях, а так же об увольнении и позоре… Будет через три минуты? Отлично.

А все чёртово воспитание! Выросший в простецкой семье в отдалении от крупных городов, Линкольн явно всегда страдал от недостатка воспитания. Ну не умел он поддерживать светские беседы и говорить комплименты к месту. Всегда получалось пошло и открыто. Что уж говорить об общении с такими женщинами, как Саманта Хилт! От рыжеволосой начальницы у бедняги ноги подкашиваются.Генри смог очнуться только за своим рабочим столом. Какого черта он сказал такую нелепицу? Теперь она его явно начнёт опасаться.

Может потому он в армию и ушёл сразу после школы, что там ему было куда проще держаться. Определенный распорядок, форма обращения, женщин почти нет, да и не до них совсем. Кроме того, так Линкольн, преисполненный патриотизма, мог стремиться к своим юношеским идеалам. И вроде бы, чего еще желать, раз на своем месте оказался? Однако вскоре, побывав в горячей точке, Генри уволился. Сначала он мнил командировку забавным приключением, но войну идеализировал напрасно. Насмотрелся всякого и понял, что в своей единственной жизни пора что-то менять, пока не поздно. Взялся за голову, закончил колледж. И смог попасть в не самую последнюю компанию в Уэстфилде.

Генри прошел довольно сложный отбор и пусть он уже почти год значится стажёром, а некоторых конкурентов пережил. Не сегодня-завтра его и вовсе примут в штат. И все будет нормально. Так что надо взяться за работу и выбросить из головы соблазнительные пухлые губы начальницы, что обхватывали дужку очков. Будет сложно, но он должен.

Остаток рабочего дня пронесся быстро. Приглашенный коллектив собирался на первом этаже здания, возле турникета. Виновник торжества, как и полагается, задерживался, но все терпеливо ожидали, скрашивая минуты болтовнёй ни о чём. Отдел рекламы корпорации «Сан анд Голд» собирался в ирландский паб «Шарк» двумя кварталами ниже. С этого и начнется уик-энд.

Саманта в бежевом тренче, держалась в стороне от шумной толпы коллег и ждала Говарда. Рабочий день стажёров заканчивается раньше по пятницам, поэтому, тут точно не окажется Генри. Если он и приедет, то напрямую в паб. Хотя в этом Саманта очень сомневалась.

И вот, когда мистер Хьюз, наконец, появился на центральной лестнице холла, его встретили восторженными аплодисментами и свистом. Раскланявшись, словно гастролирующий актер, он спустился, преисполненный собственного достоинства, поправляя шляпу, взял мисс Хилт под руку. Он провозгласил начало выходных, и направился к выходу, призывая коллег идти следом.

Заказывать такси ни к чему. До паба, завсегдатаями которого были сотрудники офиса, рукой подать. И как же приятно было Саманте пройтись после долгого трудового дня в душном офисе по свежему вечернему городу. Август – самый любимый месяц мисс Хилт в году, сиял такими яркими звездами, что их было прекрасно видно на черном бархате неба. На часах всего половина седьмого, но общим настроением создавалось ощущение, что уже ближе к девяти. А может, все дело в легкой усталости?

Офисные сотрудники шумели и переговаривались, курили на ходу, сбившись в маленькие стайки по интересам. Они напоминали класс на экскурсии, чем очень веселили Саманту. Говард говорил что-то про работу, но мисс Хилт слушала его вполуха, наблюдая слева поравнявшуюся с ними парочку воркующих Пола и Китти. Специально они это или правда её не заметили?

Память начала играть с Самантой злую шутку. Она настойчиво рисовала расставание с бывшим и его поспешную женитьбу на другой. Еще тогда мисс Хилт задумалась, почему все случилось так скоро, но когда слухи о том, что Китти беременна уже никто не опровергал в компании, подсчитав сроки, Сэм поняла, что Пол встречался с другой, еще не расторгнув отношения с ней.

– Все в порядке? – Говард наклонился, чтобы попасть в поле отстранённого взгляда Саманты.

– Да, все хорошо. Просто пыталась вспомнить, выключила ли я компьютер.

Тогда она испытывала адскую боль от предательства, но сейчас с удивлением обнаружила, что остыла. В конце концов, Пол не первый, кто предавал Саманту Хилт, и, к сожалению, не последний.

– Нашла о чем беспокоиться! Уборщица выключит. Кажется, сегодня смена Лу.

Через минут пятнадцать компания ввалилась в паб «Шарк» и заняла три больших стола, которые официанты помогли сдвинуть из столиков поменьше. Алкоголь, закуски, смех дам и шутки мужчин наполнили паб какой-то шальной пятничной жизнью. Саманта устроилась в уголке и с ходу заказала себе Маргариту. Можно себе ни в чем не отказывать, все равно платит Говард.

Глава 2

Рабочий день для Генри Линкольна завершился очень скоро. Стажёров часто отпускали пораньше, тем более в пятницу. Так что задерживаться не пришлось, чему он был даже рад. Небольшая квартирка на окраине Уэстфилда уже ждала своего хозяина. Очередной вечер перед уик-эндом пройдёт спокойно с бутылочкой содовой и за просмотром классического фильма. Так думал Линкольн, но уже дома его охватила тоска.

Хотелось взглянуть на мисс Хилт ещё раз. Снова извиниться перед ней за вольное поведение, чтобы не было недопонимания и каких-то проблем впоследствии. Все же, у них сложились какие-никакие, но вполне комфортные рабочие отношения, которые было бы очень жаль испортить. Да, пожалуй. Эта мысль настолько извела Генри, что он не смог оставаться в четырёх стенах.

Принарядившись соответственно случаю, взбрызнувшись парфюмом, Генри Линкольн вызвал такси, которое доставило его до паба «Шарк» чуть больше чем за двадцать минут.

Конечно, к началу кутежа он опоздал, так что вошёл уже в разгар веселья, явно удивив нескольких коллег, в особенности стажёров. Их маленькая «банда» держалась друг друга, хоть за месяцы работы их развели даже по разным отделам.

Клэр, Энни и Колин пили скромно за своим столиком, и, в основном, пиво, не решаясь ни на что покрепче. Их, не переставая, окучивал Лоуренс, возомнивший себя вожаком стаи. Но когда показался Генри, Лоуренс, вспоминая недавний разговор с мисс Хилт наедине, очень быстро отстранился, будто сдавая позиции, переключился на соседнюю компанию. И что это на него нашло?

А стажеры, едва завидев Линкольна, сразу же потащили его к столу, всучив в руки бутылку холодненького пива. Отказаться бы не удалось, да Генри и не собирался, чтобы никого не обидеть. Пришлось пару раз пригубить, надеясь, что этого хватит для восторженной толпы белых воротничков. Оказывается, они даже в чем-то страшнее армейских любителей выпить. Вот, что с людьми делает график 5/2! Сейчас заведи эту толпу, она будет способна разнести весь паб на раз, не смотря на беленькие тонкие ручки.

Говард пил до дна в каждой группе, за каждым столиком, подсаживаясь то туда, то сюда и со всеми перекидываясь словечком. В целом атмосфера в пабе была не просто пятничная, а торжественная. Вот только Саманта начала скучать.

Она устало потирала висок, осилила ещё два коктейля и уже собиралась встать и отойти от барной стойки, как в поле ее зрения обозначился Генри Линкольн. Он давно заметил начальницу, и вскоре присел рядом, виновато улыбаясь.

– Скучаете, мисс Хилт? Не возражаете, если я составлю вам компанию ненадолго? – спросил Линкольн, ставя полупустую бутылку пива на стойку, рядом с её бокалом и повернул голову, внимательно глядя начальнице в глаза.

– Безумно,– ответила Саманта, играясь ноготком вытянутого пальчика с ножкой пустого бокала, на дне которого осталась оливка на шпажке. Видимо, ранее это был мартини. Возле мисс Хилт стояла еще пара пустых бокалов.

– Каждый год один и тот же сценарий. Хоть бы клоунов заказали, хотя, нет. Ларри из отдела продаж справляется вполне сносно!

Сэм указала на низкорослого лысого толстячка, что уже взобрался на стул и вещал оттуда какой-то бородатый анекдот всем страждущим, включая соседние столики и барную стойку.

Сейчас мисс Хилт выглядела иначе. Расслабленный вид, чуть рассеянный взгляд, очки подняты вверх, теперь они на лбу, как солнечные. Аж две верхние пуговицы расстегнуты, а рукава блузки закатаны. Какая вольность!

Генри впервые смотрел на свою начальницу, не стесняясь. Вырез блузки сейчас был больше обычного, так что её аппетитное декольте, способное снести крышу даже трезвому мужчине, так и бросалось в глаза. Но выпитое пиво не позволяло быть раскованным.

– Я ещё раз хотел извиниться за сказанное в офисе днем. Простите, я прозвучал слишком грубо. Я не хотел. Просто… – парень замялся, не зная, стоит ли вообще после извинений что-то говорить.

– Что? – мисс вскинула брови, пристально глянув на Генри,– о чем вы, мистер Линкольн?

Слова мисс Хилт вырвала парня из приятной задумчивости и купания глазами в манящих округлостях её спелых форм.

– Я думала, вы пришли отлично провести время и составить мне компанию, а не… извиняться? Кхм, для начала, объясните, за что мне вас прощать, – взяв оливку на шпажке из бокала, она отправила ее в плен сочных губ, накрашенных неброской, матовой помадой,– но предупреждаю, у вас пять секунд на формулирование! Иначе строгий выговор и страшная… что там у вас? – указала подбородком на стеклянную тару в руках Генри, и перевела взгляд на Ларри, который уже жонглировал шарами для боулинга,– бутылка пива!

Генри настолько удивился сказанному, что выделенные щедрые 5 секунд прошли очень быстро. Он сделал глуповатое лицо и, конечно же, ничего не успел внятного выдать. Линкольн будто стал слегка трястись… прежде чем громко рассмеялся, утирая проступившие в уголках глаз слезы.

– Вот это да, мисс Хилт! – со смехом бормотал парень, – простите… вновь! Я часто говорю глупости, а вы, как оказывается, уже их и не замечаете. Поэтому вместо извинений я лучше скажу вам спасибо. Вы прекрасный начальник, который уже год следит за успехами и провалами такого, как я.

– А, ааа! – протянула начальница с серьезным лицом, – вам нечего сказать. Но, я не не замечаю ваших глупостей, мистер Линкольн, я стараюсь на них не реагировать. А будете извиняться ещё, я за себя не ручаюсь.

Естественно, Саманта шутит, но, как истинный пранкер, делает это с серьезным выражением лица. На дно пустого бокала отправляется одинокая зубочистка.

– Правда, я очень ценю наши отношения, потому боюсь испортить их своей некомпетентностью, – с улыбкой проговорил Линкольн, потянувшись за той самой бутылкой пива, которую тут же ловко открыл, – вот за что я могу действительно просить прощения. Но… Давайте сегодня я постараюсь не глупить, тогда и извиняться не придётся. За вас, мисс Хилт!

Всего несколько глубоких глотков, шумный выдох, и вот новая доза алкоголя растекалась по телу Генри горячей волной.

Парень лукаво улыбнулся, даже подмигнул начальнице. Похоже, Генри не врал насчёт того, как на него действует алкоголь. И без того мало обремененный корпоративным этикетом, сейчас он полностью растерял образ белого воротничка. Перед Хилт сидел простой парень, который, явно уже не стеснялся говорить глупости, считая их… не такими уж и глупостями.

– Дайте-ка, угадаю, – Саманта сложила локти на блестящую поверхность стойки, чуть наклонившись к Генри, чтобы он мог ее лучше слышать,– вы ранее не ухаживали за женщинами и, тем более, с ними не пили? Даже не возражайте, это так. Иначе бы вы, прежде чем говорить тост, заказали бы и мне что-то! – теперь она улыбнулась,– ваша некомпетентность распространяется за пределы офиса, мистер Линкольн, – хотя именно в офисе она не позволяла себе столь критических высказываний, – вместо извинений и вот этого лица, лучше поднимите руку и скажите «бармен, повторите бокал дамы!»

Она и тут его учит. Но беззлобно, скорее… флиртуя?

– Вы проницательны, мисс Хилт. Право, я бы извинился, но не буду. У меня с этим туго. Я из Небраски, с маленькой фермы… у нас там все было всегда просто. Даже колледж мало что изменил во мне, – засмеялся Генри, хлопая глазами и подзывая жестом бармена, который сегодня нарасхват, чтобы действительно его начальнице подали ещё выпить.

– Это мне нравится больше, – подчеркнула Саманта фразу Генри об извинениях, – быстро учитесь, мистер Линкольн, – так же ей понравилось и то, что парень заказал ещё выпить, – но не глупить – не в вашей природе, – засмеялась Саманта,– хотя это делает вас по-своему очаровательным, мистер Линкольн. И так, пока смешивают мой мартини, вы могли бы развеселить меня…

– И что же может вас развеселить, мисс Хилт? Не стесняйтесь, я ведь ваш стажёр. Исполню, если это в моих силах, – спросил с ухмылкой Генри.

Он с ней чувствует себя школьником. Глупая самоуверенность вряд ли с ней бы и сработала. Но таков уж Линкольн. Простой, как армейский ботинок. Или же нет? Или же все это фикция?

– Амм.. – Саманта задумалась, но в голову ничего не шло толком, – песней? Хах! Звучит глупо, знаю. Едва ли стажёр отдела рекламы хороший певец!

И пока бармен тряс шейкером, у Генри было время обдумать предложение мисс Хилт. Впрочем, как и у неё самой. Саманта думала, что парнишка откажется. Ещё бы, даже бывалый мужик мог стушеваться, что говорить о вчерашнем студенте!

– Песней? – удивлённо спросил Линкольн, отпивая ещё пива и ставя бутылку в сторону, – почему бы и нет? В пабе мы всё-таки или где? Подержите моё пиво, мисс Хилт!

– Воу, мистер Линкольн…

Но того уже и след простыл. Неужели пиво дало ему в голову? Перед Сэм оказался бокал прозрачного напитка, но она не заметила его, потому что наблюдала за тем, как стажер останавливает официанта, договаривается с ним о чем-то, а после поднимается на сцену и сам себя объявляет.

– Дорогие дамы и господа! Не буду щадить ваш слух, потому что душа требует песни! Предупреждаю заранее, певец я еще тот, но от всего сердца посвящаю эту песню нашим доблестным бойцам, служившим служащим, мертвым и живым, –голос юноши стал довольно-таки серьёзным, хотя до этого он уже слегка покачивался в свете софитов.

По условному сигналу Генри, музыка из динамиков полилась знакомая многим. Эту песню ведь в свое время слушали с интересом после небольшой переделки одной британской группы.

– Во даёт! – переговаривались за столиками коллеги и прочие стажёры. Мотив вызвал улыбки и аплодисменты. Клэр Адамс сунула пальцы в рот и засвистела. Все, как один, знали слова, стали подпевать, покачиваясь из стороны в сторону. Сэм улыбалась, наблюдая за Генри, подпирая голову рукой, но не удержалась, стала хлопать в такт.

– A vacation in a foreign land,
Uncle Sam does the best he can,
You’re in the army now,
Oh, oh, You’re in the army – now.

Голос Линкольна был слегка низковат для этой песни, но вместе с тем придавал всем знакомым словам некий шарм. Песня о солдатах, которых забрали далеко, о которых никто более и не вспоминает. Антивоенная, пропитанная иронией. И Генри явно пел так, что чувствовалось: нечто подобное он действительно пережил.

И не только он: к сцене понемногу подходили люди и от других столиков, подхватывали слова песни, создавая красивый хор.

– Oh, oh, You’re in the army – now!

Пьяной компании пришлась по душе эта песня. Кто-то вопил даже «теперь ты в отделе рекламы!», как будто можно сопоставить их работу с армейской службой.

Бурные овации завершили выступление. Все хлопали так, что ладони точно будет жечь.

– А он все ещё стажёр? А как долго? – встрепенулся Говард, терроризируя Лоуренса.

Все время Линкольн посматривал на Хилт, улыбаясь ей, но вернуться смог лишь через несколько минут после окончания песни, поскольку незнакомые поклонники утащили его к себе за столик и угостили стаканом виски, полным до самых краёв, который Линкольн притащил с собой, возвращаясь с улыбкой на лице. Пришлось отпить немного, чтобы не пролить.

– Славная песня, – мисс Хилт улыбнулась, поднимая, наконец, свой бокал, чтобы столкнуть его со стаканом виски,– и отличный улов!

– Благодарю! Хорошая публика здесь, грех было не спеть, – засмеялся Генри, отпивая из трофейного стакана, наслаждаясь жжением в глотке. Напиток чудесный, но похмелье себя ждать не заставит, с учётом количества вливаемого алкоголя. Хорошо, что завтра выходной!

– А вы служили, мистер Линкольн?

– А разве в моем досье этого нет? – честно удивился Линкольн, глядя в глаза начальнице, и невольно облизнул губы. Она чертовски хороша. Лёгкий румянец от выпитого алкоголя делал привычное строгое лицо мисс Хилт очень даже милым. И она ещё ведь говорит с ним, только с ним!

Саманта и правда подвыпившая сейчас, смешливая, румяная. Это совсем не та мисс Хилт, что сидит в кабинете и цокает своими каблучками, когда не сидит. Это уже просто Сэм.

– Я не читаю досье сотрудников, мистер Линкольн!– засмеялась Сэм,– я не подбираю персонал, это работа отдела кадров.

– Привычка из армейской жизни. Там даже капрал знал всю мою подноготную. Три года отдал морской пехоте. Уволен из рядов армии по собственному желанию. Так сказать, понял, что не лежит душа у меня к подобному, – произнёс с улыбкой Линкольн, но в глазах, слегка затянутых пеленой алкоголя, явно читалась грусть.

Этот зелёный парнишка и правда мало в чем разбирается, зато, когда говорит про военную службу, мисс Хилт вскидывает брови, качает головой. Она явно под впечатлением.

– Мужчины в форме всегда казалось мне привлекательными. Особенно после того, как я угодила в полицейский участок за хулиганство, когда мне было шестнадцать. Разбила витрину в магазине косметики,– ей тогда казалось, что нет ничего уродливее веснушек на носу, которыми наградила природа и солнце Алабамы,– окружной шериф Уорен Лерой был очень горяч!

Генри слушал рассказ начальницы о предпочтениях, и думал, что это, скорее всего, просто насмешка. Так что парень решил подыграть, заговорщически улыбаясь начальнице.

– Если будете хорошо себя вести, то на Рождество я подарю вам фотографию, где я в форме. Порадуетесь.

– Смотрите же! Рождество однажды наступит! – уверила Саманта, отпивая ещё из своего бокала, – но вот про «хорошо себя вести» обещать не могу.

Давно Саманта так не веселилась и не флиртовала так беззаботно. Кто бы мог подумать, что это возможно с Генри Линкольном.

Сегодня они позволяют себе общаться так свободно, почти неформально. Но это лишь сейчас. Завтра этот разговор станет забавным воспоминанием. Потому Генри собирался пользоваться моментом. Ему хотелось хоть немного узнать мисс Хилт ближе.

– Надеюсь, вам было весело, мисс Хилт? – спросил тихо парень, склонившись к Саманте так, чтобы расслышать могла его только она.

– Да, мне было весело. И думаю, что не только мне! – она замирает, ощущая запах мужского парфюма и алкоголя. И почему этот мальчишка так волнующе пахнет?

– Ещё что-нибудь интересного сделать?

Повернув голову так, что их лица оказались очень близки, Саманта ответила.

– Я бы потанцевала, – недолгая пауза, но долгий взгляд, – может, откроете и танцпол сегодня, мистер Линкольн, раз уж открыли сцену?

А на сцене и правда уже пела дуэтом пара весёлых девчонок из отдела. Им подпевали и хлопали все, как недавно поддерживали Генри.

– Или боитесь?

– Единственное, чего я могу тут бояться, так это упустить шанс потанцевать с прелестной девушкой, мисс Хилт. Так что не будем терять времени.

Генри не спасовал и в этот раз, чем очень порадовал Саманту. Она допивает свой бокал, отправляет оливку в рот, распускает волосы и протягивает ожидающему Генри свою ручку. Рыжие волосы мисс Хилт чуть ниже плеч, волнистые, в тусклом освещении паба блестят медью.

Её волосы он впервые видит распущенными и невольно любуется ими. Представляет, с каким наслаждением бы запустил пальцы в них, прижимая эту женщину к себе. Хилт ему нравится. Уже давно.

Но это всего лишь грёзы. Сегодняшний день – иллюзия, что развеется уже утром, если не раньше. Но Генри и этому был рад. Немного почувствовать себя для неё интересным. Этого вполне хватит молодому стажёру.

– Вы просто отважный тигр, мистер Линкольн!

Обмен комплиментами, взглядами и улыбками, и они уже на танцполе – небольшой площадке у сцены. Начинается динамичная музыке, напоминающая джаз.

Саманта легко подстраивается, танцует она умело и весьма изящно, легким движением притягивает Генри ближе. Кажется, она совсем не боится оказаться в его руках.

Движения Линкольна были не сказать, что великолепны, но чувствовалось: какие-то уроки он получал, наверное, еще в школе. Он часто то приближался к девушке, наслаждаясь проступившим запахом её тела вперемешку с духами, то отдалялся, продолжая улыбаться. Его руки ненавязчиво, но иногда брали её ладошки, чтобы притянуть мисс Хилт ближе. В эти моменты их взгляды встречались.

Что Саманта могла видеть, кроме пелены явного алкогольного опьянения в глазах своего стажёра? Искорки наслаждения и потаенного желания, которые возникают у любого мужчины, когда он смотрит на прекрасную женщину. Генри не был исключением. Он не святой, но в танце не навязывался, он не пытался пересечь грань дозволенного. Однако и не отпускал Саманту далеко от себя, старался всегда держать её в поле зрения, но очень хотел хотя бы вскользь прикоснуться к её горячей коже.

После энергичного танца, Саманта, запыхавшись, тянет парня обратно, к стойке, смеясь.

– Хах, это было славно!

Глава 3

Они вернулись за стол, где сразу же Линкольн попросил ещё напиток для Хилт, а сам потягивал свой виски. Он не торопился, смаковал крепкий напиток, потому что уже достиг приличной для себя кондиции. Теперь нужно быть осторожнее, а может и вовсе остановиться. Мало ли что.

– Быстро учитесь!– Саманта заметила, что Генри заказал для нее коктейль. Впрочем, он, и правда, был шустрым малым. Саманта села на высокий стул у стойки, обмахиваясь ладошкой. Вся взмокла и раскраснелась от энергичного танца. Взяв двумя пальцами блузку, стала ее оттягивать, чтобы ткань трепетала, как парус.

– Одно из многих моих достоинств, не спорю. Мне часто говорили, что я схватываю на лету, – сказал Генри, с интересом наблюдая за Хилт. Её блузка слегка взмокла, но хорошая ткань ничего не просвечивала, но при движении открывался слишком глубокий угол обзора. Кажется, она сегодня в черном бюстгальтере! Генри закусил губу и отвел взгляд в сторону от греха подальше.

Слишком уже много алкоголя. Слишком. Оставалось надеяться, что выдержка, приобретенная в армии, не позволит сотворить глупость. Хорошо, что вокруг ещё и люди есть, которые, правда, начинали уже закругляться. И пусть впереди выходные, планов у сотрудников рекламного отдела было немало. Так что постепенно столы пустели.

– Вы прекрасно танцуете, – выдохнул с улыбкой Линкольн, – думаю, никто здесь с вами не сравнится.

Говоря это, Генри посмотрел в глаза мисс Хилт. Он снова признал, что она сегодня невероятно соблазнительна! Её губы манили к себе. Но даже под градусом Линкольн помнил свое место, и потому позволял себе лишь откровенные взгляды и улыбку.

– Даже жаль, что только сегодня вы позволили себе распустить волосы. Вам очень идёт вот так… в смысле и в собранном виде тоже, но… так это интереснее… – слегка сбивчиво пробормотал Генри, перестав улыбаться. Он чувствует, что в опасном положении. К тому же решил, что не стоит навязывать мисс свое видение красоты.

– Столько комплиментов за вечер и все мне?! Какая щедрость, мистер Линкольн! – Саманта смеётся, подбирая волосы второй рукой и открывая шею, – носить распущенные волосы на работе – верх неприличия. Можете считать меня старомодной, хах!

Нет, этой женщине ничего не навяжешь. Она уже собралась. Выудив из кармана сумки резинку для волос, снова стянула их на затылке, правда в этот раз в хвост. Видимо, так прохладнее.

– Старомодная? Едва ли… А где вы так научились танцевать? Только не говорите, что это врождённое. Чувствуется, что немало вы покорили танцполов, опыт ведь не пропьешь, – спросил Линкольн.

– Нет, конечно, не врождённое. Я занималась бальными танцами по настоянию моей тетки, пока дьявол не прибрал ее. Тогда и бросила! Это было своего рода наказание за ту разбитую витрину. И не только.

– А ведь и не скажешь, что раньше вы были хулиганкой. Вот что значит, работа над собой, – хмыкнул Линкольн с нотками будто бы и зависти, но не чёрной. В нем ещё слишком много было простецкого.

– Только ли раньше? – Саманта изобразила задумчивость на пьяном, раскрасневшееся лице, – самой мне кажется, что ничего не изменилось. А что до этого, – обвела рукой потолок паба, – я просто притворяюсь. Весь мир театр, а люди в нем актеры… Шекспир, кажется? Не помню, хах!

– Актёры, это да, – улыбнулся в ответ странно Генри, пожимая плечами. Ну да, сегодня все есть иллюзия. Отыгрыш ролей. Пусть их коллектив и был вполне себе сплоченным и никаких особо бурных конфликтов не видел, все равно они разные и живут совсем разными жизнями.

И взять мисс Хилт и его, Генри Линкольна. В социальной иерархии она явно выше во всем. Угнаться за ней будет очень сложно… и нужно ли, самое главное?

Саманте подали бокал. Молча подняв его, будто говоря, за вас, она хорошо приложилась. Утолила жажду, а это нехорошо. Может дать по мозгам.

– Вы очень горячая… – не удержался Генри, но слова были совершенно искренними, полными восхищения.

Сколько она выпила сегодня? Бокалов пять? Это много. Мисс Хилт слушает комплименты, склонив голову в сторону, потирая ладошкой, будто смущенно, тонкую влажную шейку, а потом переводит взгляд на Генри.

– Считаете меня горячей? – кажется, ей уже дало в голову, – или это любезности, на которые вы сегодня так щедры? – Сэм отвечает на заигрывание, почему-то решив не заминать тему, а поддержать её и развить.

– Я вряд ли бы нашёл мужчину, который не посчитал бы вас привлекательной. А уж после таких танцев, и подавно. Впрочем, вы ещё и умны, мисс Хилт. Целеустремлены и вообще… – слегка сбивчиво заговорил заплетающимся языком Генри, явно волнуясь не от того, что говорит. А от того, что хотел высказаться и боялся, что стеснение вновь его остановит.

– Мне нравится с вами проводить время вот так… спокойно и легко, – сказал Линкольн, осушая бокал виски и потянулся, отчего футболка облепила его торс, прорисовывая рельефные мышцы мужской груди. Похоже, после армии Генри не забросил тренировки до сих пор.

Изумрудный взгляд скользнул по широкой груди парня, по рельефу пресса и тут же отлетел к стене. Саманта уткнула подбородок в ладошку. Генри невероятно притягателен сейчас. Таким его сделали выпитые коктейли?

– А работать со мной не так приятно? – она вдруг пытается вернуться к тому факту, что они коллеги. И напомнить об этом скорее себе, чем Линкольну. Разве он дал повод?

– Нет, приятно конечно, вы что, – засмеялся Линкольн на замечание, немного взволнованно, – просто… вне офиса тоже хорошо. Ну… я вас никогда такой не видел, потому и ляпнул. Я бы извинился, но вы просили поменьше этим заниматься, так что промолчу.

Мисс отодвинула пустой бокал к почти пустому стакану Генри и полезла в сумочку. Разве ей стало неловко?

– Раз уж вы старомодны, то позволите вызывать вам такси, когда соберётесь домой? Мне будет приятно, – прошептал с ухмылкой Линкольн, задумчиво смотря в свой стакан, будто нашел там что-то весьма интересное.

– Хорошо, что упомянули. Час ведь поздний, пожалуй, пора собираться, – она положила на стойку наличку, которую достала из сумочки, и невооружённым глазам можно оценить, что сумма на стойке больше, чем полагается за те коктейли, что Саманта выпила единолично, – не спорьте. Я старомодна не во всем. Вы составили мне отличную компанию и раз уж вызовите такси, то мы в расчёте. Мне нужно на Бельмонт Стрит 13.

Генри понял, что с помощью денег ему только что указали место. Нет, в нынешнее время нет ничего такого, что женщина платит за себя, за другого. Но, все-таки, это был очевидный знак. Напоминание, что они начальница и подчиненный, а не просто мужчина и женщина.

– Хорошо, – спокойно кивнул Линкольн, отсчитав из своих денег лишь на чаевые бармену, и уткнулся в простецкий смартфон, вызывая такси.

Саманта смотрела на Генри исподлобья. Она знала, что сейчас обозначила границу. Ей было интересно, как себя поведёт Линкольн и, к его чести, он вполне достойно отнёсся к тому, что женщина платит за себя и за него. Обычно юнцы обижаются и начинают сыпать бравадами о том, насколько они состоятельные. Саманте же понравилось, что Генри не спорил. Он не создавал иллюзии своего превосходства, не возносился, стараясь казаться хозяином жизни, потому что родился мужчиной.

– А я повторюсь, пока вы молчите, мистер Линкольн, что вы хорошо и быстро учитесь.

Он действительно хороший парень. Пока он копается в телефоне, мисс Хилт копается в сумочке, что-то ищет. Неприятное чувство на миг кольнуло её, словно она что-то забыла. Но отпустило довольно быстро.

Они выходят на улицу. Свежий воздух обдает разгоряченные алкоголем лица. Саманта хотела закурить, но машина с желтыми шашечками возникла словно из-под земли. Генри открыл перед мисс дверцу и успел остановить на пару мгновений, прежде чем она сядет в салон.

– Спасибо за приятный вечер, мисс Хилт. Я был бы рад, если бы вы, как доберётесь, хоть краткое сообщение прислали. Мне будет спокойнее, – проговорил с грустной улыбкой парень, проведя пальцами по нежной ладони Сэм. Будто последний раз решил к ней прикоснуться, прежде чем все вернётся на свои места.

Он лишь её стажёр, всего лишь работник. Молодой, глуповатый. Но сегодня ему постоянно приходится это напоминать самому себе. Увы! Какие бы чувства не кипели в его душе последние месяцы, роли давно определены. Пока Генри дорастет до уровня своей зазнобы, Саманта уже поднимется выше. Да и… у такой женщины явно должны быть варианты куда перспективнее. Но её руку отпускать Генри не торопился, как и мисс Хилт не спешила садиться в салон.

– Вот,– она протянула парню второй рукой свою визитку,– вашего личного телефона я не знаю, мистер Линкольн. Помните? Не читала досье. Но тут есть мой номер. Если хотите и будете в состоянии, напишите. А лучше наберите. Слушать ваш голос куда приятнее, чем «читать вашим голосом» строчки в своей голове.

– Благодарю, обязательно позвоню буквально через полчаса – час, как доберусь домой.

Улыбнувшись напоследок, Саманта села в такси. Дверца захлопнулась. Видимо, это все.

Генри проводил машину взглядом, прежде чем направился к станции метро. Все-таки лишних денег у него не найдётся, а в такое время ещё можно прокатиться и на общественном транспорте. Вечер пятницы окончен.

***

В пабе оставшиеся, самые стойкие из компании, уже шептались о мисс Хилт и Генри Линкольне, которые провели вечер вместе и вместе же ушли.

– Вот же сопляк, – Пол сжал кулаки, – подкатывает шары к Саманте!

– Тебе какое дело? Ваши отношения давно в прошлом. Ты женат, Пол, –встряла Бекка, встречая взглядом вернувшуюся из уборной Китти. Она не пила алкоголь, но уже изрядно устала. Беременность забирала у нее много сил. Как никак, третий месяц.

***

Квартирка на окраине Уэстфилда в новеньком районе принадлежала Генри Линкольну, относилась к «пригородным трущобам», которые быстренько сделали удобными и облагородили по мере разрастания города. Маргиналов здесь хватало, но стало их гораздо меньше после того, как тут все выкупили строители и понастроили высотки.

Не сказать, что квартира Генри была великолепной, но ремонт свежий, мебели мало, и благодаря этому сохранялось ощущение, будто сюда въехали совсем недавно. Однако и этого минимума для жизни парню вполне хватало. Шкаф, стол, стул, диван и стеллаж с разной мелочевкой. Конечно, студийный формат удобен для холостяка, убираться проще.

Наскоро обмывшись в душе, Генри завалился на разложенный диван. Первым делом он перенес номер телефона Хилт с визитки в свой список контактов, а после замер, нерешительно глядя на зелёную кнопку с трубкой. Может не стоит звонить прямо сейчас? Но, а когда ещё?

Генри волнуется, как мальчишка. И ему было бы приятно ещё задержаться на пару минут в той уютной и теплой иллюзии и поговорить с мисс Хилт. Тем более что она не запрещала. Даже сказала, что парню лучше именно позвонить, а не просто отписаться.

– Аааааа! – Генри отложил телефон и потёр покрасневшие от волнения щеки. Да что это с ним? Почему он так робеет перед Самантой Хилт? Разве то, что она его начальница, делает её злой и страшной?

– Это просто вежливость в общении двух знакомых. Всё! – решительно схватив смартфон, Линкольн нажал на кнопку вызова и стал ждать ответа, слушая протяжные гудки с замиранием сердца.

Но ответа не было.

А если она уже спит? Поздно он подумал. Хилт ведь куда раньше оказалась дома, чем Генри. Пока метро, пока душ. Не подумал совершенно. Ещё разбудит… но не бросать же трубку теперь.

***

Саманта вернулась домой в свою небольшую, но уютную квартиру. Она особенно её любила, потому что это была первая самостоятельная покупка недвижимости. Конечно, помогла доля от продажи дома покойной тётки. Обычно начинают с тачки, но мисс Хилт всегда стремилась к тому, чтобы иметь свой угол. Теперь он был. Небольшой, но современный, в стиле самой хозяйки, уставленный живыми цветами.

– Мав? Заждался?

К порогу выбежал белый пушистый, как облачко, кот. Саманта подхватила его на руки, сбрасывая туфли находу, стала чесать и нежить, проходя сразу в гостиную. У нее двушка. Спальня и гостиная, она же и кухня. Больше одинокой особе и ни к чему.

– Ну, как ты тут без меня, разбойник?

Свет включать не хотелось. Так красиво за окном горели огни пятничного города. Хотя, можно сказать, уже субботнего.

Посидев так немного, Сэм встаёт, тащит кота к холодильнику. Все же, пора кормить.

Пока Мав уплетает, чавкая, свою порцию из железной миски, Саманта, все же, достает из сумки сигарету и зажигалку. Она никогда не курила на работе, там никто и не знает. В общем, делает она это нечасто, обычно, когда пьет или после секса.

– Аа… черт… – зажав сигарету губами, отложив зажигалку, мисс ищет что-то в сумке ещё, – да лааадно! Что ли на работе оставила? Или в пабе? – Саманта устало потеряла лицо. Нет, с ней такого ранее не случалось, чтоб телефон забыла. Это все Генри! Своими глазками так стрелял, что начальница совсем расслабилась.

***

Именно потому, когда Генри набирает номер мисс Хилт и взволнованно ждёт ее голос, отвечает ему какой-то мужчина.

– Але, Але! Слышно? Вы хозяин телефона?

На фоне слышится музыка и пьяные голоса.

– Этот телефон оставили в пабе «Шарк»! Вы знаете, кто хозяин?

Конечно же, Генри опешил, когда вместо приятного женского голоса услышал мужской грубый. Но быстро все разъяснилось. Вот же… телефон забыла. Видимо после танцев, когда она лазила в сумочку за деньгами, выложила и забыла забрать. В этом плане у женщин чаще случаются беды.

Доказать причастность к телефону Линкольн смог. Напомнил о том, что он провел вечер с Хилт, о чем владелец припомнил после рассказа о празднике Говарда Хьюза и его пении караоке. Конечно же, в пабе уже никого из компании не было, так что попросить вернуть телефон через своих невозможно.

Решение пришло быстро. Хилт ведь будет волноваться о телефоне все выходные, так что Генри не стал даже задумываться и поехал назад. Паб ведь в субботу утром работать не будет до обеда, слишком долго.

Пришлось вызвать такси. Спать уже хотелось куда сильнее. Но все-таки Генри успел к закрытию паба и забрал мобильник начальницы.

Вряд ли Саманта поедет за мобильным в паб среди ночи, вот так, как он. Если уж вообще вспомнит, где его оставила. Скорее уж завтра к обеду решит проехаться до паба и спросить. Поэтому сейчас ехать к ней нет смысла. Пусть отдыхает… а вот он завтра постарается утром к ней заскочить.

Конечно, всего нескольких часов сна хватило лишь на то, чтобы совсем не умереть от похмелья. Но не более того. Утро субботы встретило в зеркале помятое лицо Линкольна, которое удалось привести в порядок лишь минут через десять основательной терапии ледяной водой.

Собравшись и наскоро перекусив, Генри направился к дому Хилт. Адрес он запомнил. Тем более, после поедет сразу по делам в центр. Давно хотелось прикупить кое-что из одежды. Поэтому оседлав верный мотоцикл, который он последние пару лет буквально по частям собирал заново после аварии, парень вскоре оказался перед её многоквартирным домом.

Да, этот район совсем не похож на тот, в котором живет Генри. Аккуратные клумбы, подстриженные деревья и шлагбаумы. Территория просматривается через камеры и просто так никуда не проникнешь незамеченным. А в доме Сэм даже консьерж был, который не захотел пропускать Генри, как подозрительное лицо. К слову, выглядел он и правда нетипично для здешних жителей: потёртая кожаная куртка, брюки карго и военные берцы, а завершал образ мотоциклетный черный шлем в руке. Его субботний наряд подходил больше какому-то работяге, чем парню из офиса, поэтому пришлось ждать, пока мисс Хилт позвонят на её домашний телефон и спросят, знает ли она Генри Линкольна, который зачем-то в восемь утра приехал к ней в субботу.

Но как назло молчал и этот телефон. Наверное, у Саманты Хилт не отвечать на звонки в норме. Консьерж уже недовольно поглядывал на Генри собираясь прогнать парня прочь, как дверь лобби открылась и на пороге возникла Саманта.

Она была одета в спортивные леггинсы, плотно обтягивающие её стройные ноги, спортивный топ, открывающий и декольте, и плечи, и крепкий подтянутый живот. Её кожа блестела от пота, а на плечах лежало белое небольшое полотенце. Волосы собраны на затылке, чтобы не мешали. Очевидно, мисс Хилт была на пробежке. Гостей в такой час она не ожидала, и по её лицу было видно, что визит Генри, которого она узнала сразу, был приятным сюрпризом. Прежде чем Саманта успела что-то сказать, встрепенулся консьерж.

– Боже правый, мисс Хилт, как вы проскочили мимо меня? А я набираю вас как раз… Этот молодой человек утверждает, что приехал навестить вас.

– Я сегодня рано встала, – пояснила Саманта консьержу, а после улыбнулась Генри,– доброго утра, мистер Линкольн. Какой неожиданный, но приятный сюрприз!

– Так он, и правда, ваш знакомый? – не унимался старик.

– Это мой коллега по работе, – ответила мисс Хилт,– не волнуйтесь, Мартин. Мистер Линкольн, идёмте, поднимемся.

И под пристальным взглядом консьержа мисс Хилт повела Генри к лифту.

Глава 4

Увидев Хилт, Генри не удержался от улыбки и принялся рассматривать начальницу в ответ. Спортивная одежда была удобной для занятий, но Саманте удивительно шла и подчеркивала все прелести зрелой фигуры. После такого зрелища все слова, что хотел сказать при встрече, из головы куда-то делись.

Линкольн послушно последовал за Хилт, честно стараясь не подсматривать на аппетитные бедра, но получалось с трудом, особенно когда начальница шла впереди.

– Простите этого старого зануду. После прошлогодней кражи в одной из квартир, он старается быть куда более бдительным.

Зелёные глаза бегали по фигуре Генри, изучали его необычный внешний вид. Саманта не видела раньше своего стажёра ни в какой другой одежде, кроме офисной. Её интерес был слишком очевидным, и она не пыталась его скрыть.

– Я ещё не завтракала, надеюсь, вы тоже. Составите компанию?

Лифт поднял пару на 14 этаж. На площадке 4 двери – квартиры. Саманта подходит к номеру 68. И почему она не спросила его ещё внизу, зачем он пришел? Не хотела при консьерже?

– Что привело вас ко мне в такой час? – спросила она, приглашая жестом Генри в свою квартиру.

– Да, мисс Хилт. Вы телефон вчера забыли в пабе. Я звонил ведь, как обещал, но вышло вот так, что пришлось вернуться сначала в паб, потом поспать немного дома… и к вам, – проговорил с ухмылкой Генри, отдавая в руки Сэм её мобильник, – я завтракал, увы. Но если угостите кофе, то останусь ненадолго. Мне ещё по делам ехать.

Интересно все обернулось! Он думал, что их вчерашнее общение забудется и от него не останется и следа. А сегодня он пусть и вынужденно, но оказался в её квартире. Интересный поворот, который…

«…все равно ни к чему не приведет. Так ведь, Генри», – осадил сам себя парень, – ну, выпьешь ты с ней кофе, ну посмотрел на её прелестное тело в спортивной одежке. И все. Так что это лишь легкое дополнение к вчерашнему приятному общению. Так сказать, напоследок».

Но и отказаться он не смог, даже понимая некоторую бессмысленность. Потому что ему все равно с ней интересно пообщаться. Так что, почему бы и нет?

– А, так значит, всё-таки, в пабе! – она глянула на Генри через плечо изумлённо, – а я гадала: в пабе или на работе… Так вы, всё-таки звонили?

Вопрос был риторическим, так как ответ очевиден. Саманта улыбалась, она искренне была рада видеть Генри.

– Неужели из-за меня вам пришлось возвращаться в паб! Это просто ужасно… Однако без телефона я и правда была бы как без рук! Вы просто рыцарь на железном коне!

– Ну, я же обещал, – засмеялся тихо Генри, чуть потупив взгляд, – Хотелось убедиться, что все нормально.

Её внезапные похвалы он воспринял с улыбкой, но было неловко, если быть честным. А что ещё ему оставалось? Он ведь первый так или иначе смог понять, что телефон остался в пабе. Не мог же он остаться в стороне. А то, что пришлось ещё часть ночи потерять и пожертвовать сном… так и ничего страшного. Привычно же.

Но было приятно услышать все, а уж обещание восхитительного кофе как нельзя подходит после не такой уж и полноценной для сна ночи.

Линкольн переступил порог, оглядываясь в квартире начальницы и прикидывая, куда шлем деть. Это у него дома есть вешалка и тумба для подобного. А тут можно куда-то положить?

Она посмотрела на мотоциклетный шлем в руках Генри, сразу догадавшись, что он сегодня на двух колёсах.

– Я сварю для вас лучшие в мире кофе! Это мой долг! Шлем положите на комод в прихожей, руки можете помыть в ванной направо, и приходите в кухню.

Как и положено начальнице, Саманта легко раздаёт приказы. Сама же направляется в кухню, где начинает шуршать упаковкой кофе, хлопать дверцами гарнитура и ставить на огонь турку. Генри же дорогу преграждает белое пушистое облачко.

– Мау?– кот поднимает голову вверх, с любопытством смотрит на вторженца, тянет носом воздух. Постоянный житель квартиры Саманты Хилт пришёл знакомиться.

– Здравствуй, – оставив шлем на комоде, Генри присел и протянул раскрытую ладонь коту, стараясь не делать резких движений. Кошки и коты в первую очередь должны оценить запах, это он хорошо понимал. Если сразу вести себя агрессивно, то они тебя невзлюбят и могут даже посчитать врагом.

– Меня зовут Генри. А тебя? – это было так забавно наблюдать со стороны: крепкий мужчина, одетый в грубую одежду, и выглядящий, по большей части, устрашающе, сейчас с таким трепетом знакомился с котом.

– Надеюсь, и тебя покормят вкусненьким. Такой пушистик обязан хорошо питаться, чтобы шерстка была мягкой, – Генри протянул руку вперёд, надеясь, что ему удастся погладить это милое «облачко».

Кот, навострив уши, медленно вытягивал шею в сторону протянутой руки Генри. Тянул воздух розовой пуговкой носа активнее, пока не пощекотал протянутую ладонь усами. Естественно на вопросы Генри кот не мог ответить, однако, не почуяв ничего подозрительного, он ещё раз мяукнул, и ткнулся макушкой в руку Генри.

– О! Вот это да!– воскликнула высунувшаяся в коридор Саманта, – вы его колдовали, мистер Линкольн! Обычно Мав никому не даётся. Особенно если видит человека впервые, а тут – поглядите какие нежности!

Засмеявшись этой умилительной картине, мисс Хилт вернулась на кухню и снова чем-то там зашумела.

– Наверное не почувствовал во мне ничего плохого, – хмыкнул Генри, с наслаждением погладив пушистое создание, и позволил себе перейти к почесыванию за ушком.

– Наверное… – задумчиво отозвалась Саманта из кухни. На самом деле её коту не нравился ни один мужчина, которого она приводила сюда ранее. Это заставило её немного задуматься. Перед глазами всё ещё стояла картина присевшего на корточки Генри, почёсывающего Мава за ушком. В целом парень, и правда, выглядел в маленькой квартирке начальницы инородно, но ей это почему-то даже нравилось.

– Мойте руки, а то этот разбойник никуда вас не отпустит и до вечера. Он ужасно ласковый и тактильный с теми, кто ему нравится.

Линкольн оставил кота, снял куртку и отправился в ванную. Вскоре он зашёл на кухню. Пожалуй, эта квартира не видела мужчину в одежде, которая больше походит на спецовку, нежели на дорогой костюм. Футболка да брюки карго – проще не куда. Линкольн выглядит так, будто пришёл ремонтировать кран или снимать замеры для шкафа, а не просто в гости на чашечку кофе.

– У вас очень уютно, мисс Хилт, – попытался начать беседу Генри, с учётом некоторого волнения. Так странно и неожиданно для него было оказаться в доме у начальницы, к которой неровно дышит.

– О, благодарю! Это моя первая купленная самостоятельно квартира, – глянула через плечо на Генри хозяйка,– садитесь за стол. В ногах правды нет. А здесь я делала всё под себя, поэтому получилось неплохо.

Жаль даже немного, что она была в спортивной одежде, а не в уютном домашнем халате. Впрочем, свои грязные мысли Линкольн тут же упрятал подальше в недра сознания. Попить кофе, мило поболтать и отправляться по делам – вот и все планы Линкольна на сегодня.

– Понимаю, у самого тоже есть квартирка. Правда, мне за неё платить ещё лет 15 кредит при нынешней зарплате, – улыбнулся Генри, хотя особых поводов для радости не было. Всё же их миры кардинально отличаются. Но, это не повод унывать. Хилт ведь получила всё, что имела, за свои незаурядные качества и упорный труд. Надо просто самому взяться за дело теперь и идти вперёд.

– Неужели вы думаете, что ваша зарплата будет такой же в ближайшие пятнадцать лет? – смеется мисс Хилт, – конечно же, нет. Пусть и в кредит, но в ваши годы иметь квартиру – это уже замечательно, – сейчас она звучит как старуха, будто между ней и Генри пропасть в несколько десятков лет,– я в вашем возрасте снимала. Это были непростые, но веселые времена!

Сейчас мисс Хилт тридцать четыре года. Должно быть, стажёры обсуждали это когда-то, но Генри прослушал. Саманта же думает, что Генри лет двадцать два-двадцать четыре. Примерно.

– Ну, мне немного повезло с наследством, хватило на первый взнос и прочие мелочи. А насчёт зарплаты… я уже год в компании стажёр. Не знаю, каждый день просыпаюсь и думаю, что сегодня меня уволят, – вдруг спокойно проговорил Генри, впервые показав не только оптимизм и энтузиазм, а что-то более личное, потаенное от других.

И правда, во многих местах стажёр – это временная мера. Месяц, полгода – и ты либо переходишь в штат, либо тебя увольняют. Нет, всякое бывает, везде по-разному, но последние недели неопределенности уже стали напрягать Линкольна.

Саманта слушала парня молча. Ей нечего было сказать сходу на его сетования по поводу работы и зарплаты. На самом деле он прав, его могли уволить в любой момент, но Генри не знал, что мисс Хилт этого бы ни за что не допустила. И не только потому, что ей этот парнишка правился, а потому, что, в самом деле, он толковый. Пожалуй, самый толковый из всех стажёров, набранных недавно. Так же Саманта и хлопотала о нем, заступалась, но об этом точно никогда Линкольну не даст узнать, и сама не скажет. Он ведь такой, может огорчиться, а правда жизни такова, что без поддержки и связей легко пойти ко дну.

– Я тоже так думала, когда только устроилась, – наконец говорит она, – и перестала буквально пару лет назад. Мне кажется, это говорит о требовательности к себе. На самом деле, это не совсем хорошо, больше походит на самоедство. Прошлый начальник отдела, что был до Говарда Хьюза, сказал мне, что все проблемы надо решать по мере их поступления. Вот уволят вас, тогда и думать будете!

– Правильно, да. Вот уволят, тогда уж буду сокрушаться! Спасибо.

Парень широко улыбался. Вроде простой совет, ничего особенного. Но на душе резко стало куда легче. Смысл волноваться и изводить себя, если ничего еще не случилось. Так что лучше не думать об этом.

– Как вы себя чувствуете? Впрочем, глупый вопрос. Раз нашли силы на спорт, то организм легко переработал весь алкоголь, – хмыкнул парень.

После пробежки обычно принимают душ, но Саманте явно было не до этого сейчас. Это смущало, но в целом было терпимо.

– Да, мне уже не 20, но алкоголь я действительно переношу хорошо, поэтому на здоровье не жалуюсь. А вот вы, мистер Линкольн, выглядите бледно. Но это глупое суждение, потому что я понимаю, на что вы потратили отведённое на сон время.

– Я не хотел вас обидеть, мисс Хилт. Вы прекрасно выглядите, не поймите неправильно, – проговорил Линкольн, потупив взгляд.

Да уж, неловко. Он как-то и не замечает разницу в возрасте. Да и не знает о ней. То, что Хилт старше – это понятно, но все это время для воздыхателя цифры были не важны. Сколько вот ей? Даже и не скажешь. Для Генри со стороны она выглядит лет на двадцать шесть, честное слово. Но её манера общения, манера одеваться и то, какую должность она занимает, прямо указывает на то, что она старше и мудрее предполагаемого возраста. Но, все же, Генри это не беспокоит.

– А я и не из обидчивых! – Саманта тоже чувствует неловкость. Это очень странное утро после вчерашнего странного вечера. С одной стороны ей приятно говорить с Генри, слушать комплименты, а с другой… это неправильно?

Деловой кот прошмыгнул из коридора в кухню, и, не церемонясь, запрыгнул на колени Генри, требую внимания и урча, как мотор мотоцикла.

– Ох, Мав! – вздохнула Саманта, – ни стыда, ни совести! Я подобрала его на улице совсем маленьким. Первый звук, который он издал, был: «Мав!» Так я его и назвала, потому что с фантазией у меня плохо. Такого ласкового кота ещё поискать!

– У нас дома в основном собаки. Ферма, само собой, важна безопасность. Но я кошек люблю больше, – сказал Генри, глядя на балдеющего кота, которого теперь гладил двумя руками.

– Всё же, одного кофе будет мало. Как насчёт маффинов с сыром и беконом?

– Я не смею отказаться.

– Ещё минута и будет готово!

Турка уже шипела на плите. Саманта достала из холодильника маффины, поставила их на стол, а также фрукты, крекеры и сырную нарезку.

– Так вы с фермы? Я тоже. Точнее, с ранчо в Алабаме. Оно принадлежало моей тетке. Там тоже были собаки, много собак. Не знаю даже, люблю ли я кошек, но этого негодяя не могу не любить!

Те сплетни о ледяном сердце мисс Хилт однозначно сплошная ложь. Генри знал, что их распускает Пол, ее бывший, который работает в офисе. Поговаривали, что у него и мисс Хилт дело к свадьбе шло, но резко – бам! – и как обрубило. Никто не понимал, от чего и почему, но, мало ли, не сошлись характерами! Но вот срок беременности Китти, о которой стало известно совсем недавно, стал шоком для общественности. Пусть даже виду никто и не подал.

– Вооот, прошу! – кофе разлит в две небольшие чашки, белые как снег. Саманта села за круглый столик, напротив Генри и, протянув руку, стала гладить своего кота на коленях парня.

– Значит, мы с вами даже похожи. По крайней мере, детство у нас обоих прошло на лоне природы.

– Да, оба имели дело с домашней живностью, работали в поле и огороде, купались в реке и загорали на солнце. Вы держитесь в седле? – Генри кивнул на вопрос, – я тоже! Ох… Надеюсь, вы не слишком торопитесь.

Она чуть не ляпнула, что хотела бы, чтобы Генри задержался подольше.

– Обычно в такой час молодые люди отсыпаются после весёлых попоек. У вас такая вчера была, даже было небольшое приключение, помешавшее отоспаться, но всё равно у вас есть дела в городе?

И снова Саманта подавила желание спросить прямо, какие у Генри дела в выходной. Возможно ли, что у него свидание?

– Хотел прикупить себе одежды. Мой стиль слишком милитари, но и не особо строгий, что требуется в последнее время. Доходит до того, что если вдруг у меня испачкается рубашка или, не дай Бог, и вовсе порвется, то хоть в офис иди с обнаженным торсом, – засмеялся Линкольн, принимая чашку кофе и не удержался, взявшись за маффин. Вроде ел, но уж слишком аппетитно те пахнут, что тут скажешь.

Как же приятно смотреть, как кто-то ест твою стряпню. Саманта тоже взяла маффин и подвинула тарелку ближе к гостю, будто ей мало места за столом.

– Не нужно приходить в офис с обнаженным торсом, мистер Линкольн,– вкрадчиво проговорила Саманта, – лучше возьмите выходной! – засмеялась.

Ещё бы! Тело у Генри просто восхитительное. Молодой, крепкий парень, пышущий здоровьем, не мог не привлечь внимание мисс Хилт. Да любую женщину Генри привлечет без сомнения, ведь, очевидно, что собой парень занимается, посещает спортзал, начальница давно заметила это по его движениям и походке.

Генри смущенно улыбнулся, запивая маффин ароматным кофе. Вкусно, надо отдать должное. Все-таки давно он не завтракал так плотно, не спеша никуда. Обычно быстренько закидывал в себя что-то и бежал в метро. Даже как-то неловко, что он уже взялся за следующую сдобу. Будто соврал, что не голоден. Однако встретив взгляд Саманты, понял, что ей приятно его угощать.

– А мне нравится ваш стиль, выглядите необычно. Точнее не так, как я привыкла вас видеть. Как говорят, подлецу все к лицу, хах.

И, несмотря на то, что некая неловкость витала в воздухе, Саманте не хотелось, чтобы Генри ушел.

– А вы-то сами никуда не спешите? Может я зря поднялся и отнимаю ваше время, – спросил аккуратно Генри, отпивая кофе и вгрызаясь в маффин.

Нет, он не торопился уйти. Наоборот, с удовольствием провел бы даже пару часов тут за такими простыми беседами. Но это у него свободного времени навалом. Вдруг Хилт где-то ждут.

– Нет, поднялись точно не зря. Мне приятно угостить вас кофе, и без телефона я бы точно пропала. Единственное, что я планировала на сегодня, так это собрать стол. Его привезли в четверг, а вот собрать компания обещалась в субботу, однако вчера утром мне позвонили и сообщили, что в субботу не получится. А я не успела ничего запланировать. Вот.

Получается, что и у неё бывают тихие деньки. Возможность ничего не делать, гладить кота, готовить вкусную еду. Такая жизнь покажется многим идеальной, но есть моменты, такие как разобранный стол, которые женщине не решить в одиночку.

– Стол? Так давайте я соберу. Мой отец часто меня брал с собой, когда что-то чинил на ферме. Он вообще меня многому научил, даже плотничеством пытался вдохновить. Так что уж собрать мебель по инструкции я смогу. Мне несложно, правда, – Генри сразу же ухватился за эту тонкую нить, которая могла их ненадолго ещё связать с Самантой Хилт.

Почему бы и нет, собственно? Он особо не занят, да и за одеждой можно попозже съездить, а то и завтра, кто мешает-то? А помочь в неудобной ситуации начальству, так ещё и такому… вроде и не выглядит, как способ подлизаться. Ему, правда, несложно помочь, раз такая ситуация.

– Так что давайте допьем кофе, вы пойдёте пока отдохнете или займётесь делами, а я быстренько все сделаю, – пообещал парень, глядя в глаза Хилт даже с некоторым вызовом. Согласится ли Саманта на помощь? Она ведь явно не специально все это говорила. Просто к слову пришлось. А вот он сразу захотел остаться. Побыть с этой уютной мисс, которая на самом деле с такой стороны ему впервые открывалась за этот год. И Генри это чертовски нравилось, что доводило до неловких мыслей, которые приходилось срочно останавливать.

Все это, конечно, наивные глупости. Но почему бы не попробовать хотя бы подружиться? Да, говорят, что с начальством нельзя дружить. Но кто знает, что будет завтра. А сегодня… хотелось изредка видеть мисс Хилт не умной и строгой начальницей, а домашней, уютной и такой милой. И в ситуации, когда не он отчаянно нуждается в её помощи, а она в его.

Глава 5

– А вы можете?– в зелёном взгляде Саманты неподдельная надежда,– это было бы прекрасно. Правда, очень. От работы то на диване, то за кухонным столом моя спина уже просто отваливается! Мистер Линкольн, вы бы меня чертовски выручили, если, конечно, у вас есть на это время.

Они смотрят друг на друга. Саманта рада, что Генри вызвался помочь, он рад, что мисс согласилась на его помощь. Начальница сказала про стол, без задних мыслей, но в глубине души надеялась, что стажёр согласился бы помочь. И попала в точку.

– Я ведь сам предложил, мисс Хилт.

– Тогда полагаюсь на вас! Я пока приму душ, а то после пробежки, сами понимаете…

– Конечно!

Мисс Хилт встала с улыбкой, убирая пустые чашки в мойку.

– Стол в комнате. Идёмте. Я покажу.

В ее спальне отделенный ширмой небольшой кабинет, с явно пустующим местом для стола. Тут же кровать, комод для белья, шкаф и кресло в углу. Это спальня… Святая святых, куда любой мужчина желает попасть, если оказался в гостях. Но чего ожидал парень? Что к нему начнут проявлять интерес, как в любовных романах? Что начальница набросится на него и повалит на кровать, срывая футболку и запечатывая протесты поцелуями на его губах?

– Вот он, – Сэм указывает на упакованную столешницу и ножки у окна. Упаковка даже не вскрыта, рядом инструкция, фурнитура и шестигранник.

– Если что-то нужно, не стесняйтесь, – залезла в комод, достала белье, потом в шкаф за одеждой и полотенцем, а после выскользнула из комнаты, оставляя Генри наедине с задачей.

– Хорошо. Но единственное, что тут требуется – просто время, – пожал плечами Линкольн, провожая взглядом Хилт. На белье в её руках он честно старался не смотреть… но теперь мысли будут крутиться о том, что он знает, какого цвета у неё сегодня бюстгальтер и трусики. Боже, извращение какое! Лучше взяться за работу.

«А не стесняться, чего?.. Стучать в ванную, пока вы там? Стоит понадеяться, что мисс вернётся раньше, чем мне что-то действительно потребуется» – подумал Линкольн, вздыхая. Никто до него не домогался, и как же глупо было о таком фантазировать.

Генри сразу же собрался, осматривая фронт работ и проверяя наличие всех необходимых комплектующих. Такую мебель он у себя дома собирал. Стандартизация! Разница лишь в качестве материалов и не более.

– Мя? – кот наблюдал за парнем, ожидая начала экшена. Мав очень любил, когда люди кропотливо работали. В созерцании и осознании, что у него лапки, и было тихое кошачье счастье.

– Назначаю тебя прорабом, мистер Мав Хилт. Хороший руководитель нужен даже в сборе мебели, – сказал парень торжественно, стягивая с себя футболку и кидая на спинку кресла, куда и приглашающе похлопал для кота.

Но сначала, прежде чем приступать к работе, Генри мельком огляделся в комнате мисс Хилт, пользуясь её отсутствием. Было же интересно посмотреть, как живет его начальница, и какие секреты скрывает.

Смешно было бы вдруг найти скелет в шкафу или набор для пыток. Уж если верить слухам (которые Генри всегда воспринимал как грязную ложь, и видимо не зря), такого тут могло бы быть много. Но ничего внезапного тут не оказалось. Даже жаль.

Линкольн принялся за распаковку коробок и сборку мебели. Вскоре втянулся в работу и уже что-то напевал себе под нос.

В ванной зашумела вода. Саманта в самом деле пошла мыться. Она не собиралась набрасываться на Генри, но наедине с собой думала, как ей повезло, что он такой отзывчивый человек. И телефон забрал из паба, вернул прямо с утра в субботу. Теперь стол собирает. А ещё… ещё он звонил ей вчера!

Вычерчивая пальцем на влажной кафельной плитке стены какие-то неведомые символы, мисс Хилт волновалась, как девочка. Сама не понимала толком, от чего, но было удивительно хорошо на сердце. Может от того, что давно не приводила в дом никого?

В любом случае, не стоит задерживаться. Генри не наемный рабочий, а гость. Вдруг ему понадобится помощь, а он, конечно же, по доброте душевной не станет ее тревожить лишний раз.

Саманта помылась и, как следует, обтерлась полотенцем. Надела комплект – шорты и топик – домашний халат набросила поверх. Закрутив полотенце на голове, мисс вышла, да так и застыла на пороге, заворожённая этим зрелищем. Совсем забыв, что собиралась сказать.

Перед ней, (прямо в ее комнате!), рядом с кроватью крепкий, обнаженный по пояс мужчина, погруженный в работу. Эстетический вкус Саманты как раз базировался на мужском торсе: шее, плечах, сильных руках и спине, мышцы которой напрягались и ходили как волны бушующего моря.

Мисс Хилт ощутила себя преступницей, которая сейчас посягнула на нечто запретное, святое. На то, на что точно не должна была смотреть, но ноги словно приросли к полу, так что не двинуться. Взгляд жадно хватал движения рук Генри. Невольно Саманта коснулась полотенца на голове, кокетливо поджимая губы.

Как вдруг… скрежет ключа в замке! Конечно, это встревожило не только Саманту, но и Генри тоже, так это было громко! Вытянувшись по струнке, Саманта резко развернулась на пороге комнаты и стремглав бросилась к уже открывающейся двери.

Генри и правда удивился внезапному скрежету замка, а потом и новому голосу. Потому успел заметить и то, что Хилт уже какое-то время, видимо, смотрела со стороны. Он осознания он шумно выдохнул и перевел взгляд на Мава.

– Оу, мисс Хильт, – послышался из коридора женский голос с явным индийским акцентом,– вы сегодня дома! Я приходить как по расписанию. Неожиданно, что вас…

– Нет, Сара. Сегодня суббота. Суббота! Мы договаривались по четвергам.

– Ну-ка, иди, проверь, напарник, – велел Линкольн коту.

Мав, будто поняв приказ, спрыгнул с футболки Генри, на которой успел свить гнездо, чтобы выяснить, кто там шумит в коридоре.

– Ох, неужели я спутать? – Сара с досадой встряхнула рукавами, – а я так настроиться убирать… может, сегодня в честь четверг?

– Сегодня не получится!

Но настойчивая домработница из Мумбаи всецело решила посвятить себя культу чистоты именно в субботу.

– У вас собрать стол? Я убирать!

Сара обтекла Саманту с изяществом кошки при габаритах картошки и ринулась прямиком в спальню. Увидев там ту самую картину, что только что волновала мисс Хилт, Сара выронила сумку.

– Ох… ям… ааа… тут мужчина!

– Да, да, – поспевшая следом Саманта не могла ничего делать, кроме как соглашаться.

– Голые и молоды. Ооо, я не вовремя, мисс Хилт. Я помешать!

Удивление немолодой, но милой женщины даже заставило щеки Линкольна слегка покраснеть.

«Неужели она подумала, что мы с мисс Хилт любовники?!»

– Это моя домработница Сара, – пояснила Саманта Генри тихо, а потом повысила голос, привлекая внимание пухлой дамы-индианки, – а это мистер Линкольн. Мой коллега.

– Здравствуйте, мистер! – Сара вежливо поздоровались, но видно, что ей неловко, – я немедленно уходить.

– Рад знакомству, – только смог сказать Генри, даже не успев попытаться объясниться. Зато видел, как неловко Хилт. Почему, интересно? Ей не хотелось, чтобы о них думали как о любовниках? Да какая разница домработнице, что пришла просто убирать, что происходит в доме хозяйки?

– Нет, это не то, что ты могла подумать! Хах… Сара, лучше ступай на кухню и приготовь что-нибудь сытное. За помощь мистера Линкольна со столом и за этот инцидент.

– Так вы собирать стол? – индианка воздела руку и глаза к небу, – мои извинения!

Как только она скрылась в кухне, Саманта по-индийски молитвенно сложила руки.

– Прошу, простите этот цирк… ужасно неловко!

Линкольн решил помочь мисс Хилт и перевести все в шутку поскорее.

– Бросьте, мисс Хилт. О чем ещё могла бы подумать домработница, внезапно увидев полуголого мужчину в спальне хозяйки? Это нормально, – засмеялся парень, пожав плечами, – мне даже это… польстило. Так что все в порядке. Лучше идите и убедите её в том, что все было в рамках приличия, а я пока закончу со столом.

Ему и правда польстило, что кто-то хоть на мгновенье мог подумать, что между ним и начальницей что-то есть. Но это лишь грёзы парня, который просто не разложил чувства по полочкам. А беда в том, что последние сутки лишь ещё больше утягивают его в пучины фантазий. Надо это прекращать поскорее, но благо уикенд закончится скоро, и тогда все вернётся на круги своя: работа, коллектив, субординация. И они оба уже и не вспомнят, что когда-то Генри Линкольн был в спальне Саманты Хилт, собирал стол и гладил её пушистого кота.

Это нормально. И разум понимал, что стоит поскорее свыкнуться, только упрямое сердце кипело.

– Благодарю, мистер Линкольн, еще раз, простите.

Кухня полнилась разговорами хозяйки квартиры и уборщицы. Забавно слушать акцент Сары, что пыталась убедить Саманту, что нет ничего зазорного в том, чтобы иметь молодого любовника «для здоровья», да ещё и такого симпатичного. Мисс Хилт же уверяла, что это вовсе не так, однако индианка оказалась непрошибаемой.

– Я не осуждать! Не осуждать, – тараторила Сара, как заведённая, но при этом ещё и готовила, и вскоре кухня наполнилась не только звуками, но и запахами.

Времени потребовалось не сказать, что много, но вполне достаточно, чтобы мисс Хилт смогла с горем пополам угомонить буйную фантазию своей домработницы, а та успела даже приготовить еду. Удивительный талант Сары – соединять полезное с болтовнёй. Она почти Юлий Цезарь!

А когда Генри оповестил мисс Хилт о завершении работы простым окриком, она пришла в спальню уже без полотенца на голове, но все в том же халате. Сам Линкольн, уже надевший футболку, стоял у стола, скромно сложив руки.

– Та-дам! Принимайте работу, хозяйка. К слову, прекрасный стол. Очень подходит под ваш интерьер. У вас отменный вкус, мисс Хилт, – сразу же выдал Генри с улыбкой, демонстрируя, что стол не шатается, стоит крепко и ровно.

– Уже?! Так быстро! – Саманта с восторгом рассматривала стол, давила на него сверху, проверяя на шаткость, сама выдвинула пару ящиков.

Глаза мисс Хилт искрились, и улыбка была такой широкой. Должно быть, мало кто её такой видел, тем более на работе. В моменты, когда Саманта так улыбалась, она выглядела очень молодо.

– Единственное, ящики будут некоторое время идти туговато. Чаще ими пользуйтесь, вработаются, – пообещал Линкольн голосом, которым обычно рекламщики свой товар преподносят. Конечно, не врал, но с волнением ожидал вердикта Хилт.

А пока мог ей немного полюбоваться. Домашний наряд, о котором он думал раньше, появился как по заказу. Миленько, нежно и притягательно. Настолько начальница выглядела сейчас неформально на контрасте с её обычной офисной строгой одеждой, что дух захватывает!

Вполне достойная плата за любые неудобства, что возникли недавно, но Хилт это не признает. Будет, возможно, ещё раз извиняться. Генри надеялся, что она сама последует своему же совету, который давала ему в пабе, и постарается лишний раз не пытаться говорить "извините". Так вот как это выглядело со стороны в его исполнении? Забавно.

Но пока Генри ждал… ну хотя бы похвалы, наверное. Простого «спасибо» ему вполне хватит. Будет приятно увидеть вновь её улыбку, которая создаёт на лице начальницы восхитительное цветение, от которого на душе становится легко.

– Великолепно! У вас золотые руки, мистер Линкольн! Большое вам спасибо! Если вдруг что-то случится, я могу обратиться к вам ещё раз?– она приблизилась, взяла парня за руку и мягко ее сжала, удерживая так даже чуть дольше, чем было прилично в подобной ситуации.

– Ну, вы же знаете, я стараюсь делать все побыстрее, чтоб и другие дела успеть, – со смущённой улыбкой проговорил Генри. Похвала от Саманты сделала его необычайно легким и таким счастливым. А после прикосновения Хилт к его руке, и вовсе стушевался. Понятное дело что, это просто дружеский жест. Но даже этот пустяк приводит его к мыслям о том, как начальница ему нравится. Видеть эту милую улыбку, эти блестящие глаза – настоящее удовольствие.

– Вы можете обращаться ко мне в любое время. Я всегда помогу вам, что бы там ни требовалось…

Ну, какая из неё ледяная стерва, как поговаривают в отделе?! Может на работе и правда надо быть жесткой, но… тут, в другой обстановке, перед ним такая простая и прелестная мисс, что сердце предательски защемило. Видеть бы её такой почаще! И вот бы только он видел её такой. Эгоистично, но что поделать.

– Знаете, мне очень хочется отплатить вам.

– Но не вздумайте мне совать деньги, мисс Хилт. Я это сделал от души, просто захотелось помочь, – предупредил строго Линкольн, будто пробуждаясь от сладкого сна.

– Пока что только стряпней Сары, но готовит она вполне неплохо. Пообедаем? – спросила мисс, глядя в глаза Генри.

– Перекусить можно, не откажусь, – согласился Линкольн, следуя за хозяйкой на кухню. Она повела его за руку, не отпустила. Парень всю недолгую дорогу не сводил глаз с их сцепленных рук. Отпускать не хотелось.

На кухне уже накрыт стол, а Мав сидит на одном из стульев, изучая блюда с любопытством и взглядом попрошайки. Есть такое он, конечно, не будет, но посмотреть никогда не откажется.

– Как мои извинения, – Сара стояла у гарнитура, – индийский карри и чай с жасмином!

– Спасибо большое. Люблю карри! У нас повар был родом из Индии, готовил просто восхитительно. Попробовав раз, уже никогда не забудешь, – улыбнулся Генри, садясь за стол и принимаясь за еду. Сладковато-пряный вкус, особенность восточной кухни, Линкольн оценил, когда был на Ближнем Востоке. Потому ел с явным аппетитом.

– А я пойти прибрать комната после работа, – с этими словами Сара оставила пару наедине.

– Обычно Сара смирная, но ужасно болтливая, – зашептала Саманта, садясь за стол,– она состоит в организации, которой заведует моя кузина. Не хочу, чтобы она сплетничали, поэтому всегда приглашаю ее тогда, когда меня дома нет. Поможете мне сбежать, мистер Линкольн? Это просто. Скажем, что у нас дела и улизнём. Соберусь за пять минут, обещаю!

Они словно парочка, ведущая свои тайные игры, пока никто не видит. Вдвоем против всего мира, а ещё они будто давно и очень хорошо друг друга знают.

– Знаю, что порядком доставила проблем, но это моя последняя просьба! Взамен вы просите, чего желаете!

Слово «последняя» звучит грустно, но Саманта не вкладывала в него ничего особенного. Она увлеченно и торопливо ела, не забывая угощать кусочком курочки взгромоздившегося на ее колени кота.

– Без проблем, мисс Хилт! Я на мотоцикле, так что даже готов вас отвезти куда угодно, если требуется. Собирайтесь, – кивнул с ухмылкой Генри. Да, когда с тобой носятся, как расписной торбой, хочется порой сбежать. В свое время Линкольн так и покинул родительский дом. Впрочем, свой ближайший отпуск он планирует провести в Небраске. Давно он не навещал семью, так что стоит съездить обязательно.

– Звучит, на самом деле, прекрасно! Пять минут! – заулыбалась мисс Хилт, вставая из-за стола, перекладывая Мава на колени Генри, и поспешно отправляясь в комнату.

Оставшись наедине с собой, парень выдохнул, закрывая лицо руками. От волнения у него мурашки по коже.

Быстрые сборы, тысяча извинений перед Сарой за то, что им надо срочно уехать по работе, пара комплиментов карри, и вот парочка под пристальным взглядом консьержа вышла из дома. Генри первым делом подошёл к своему харлею, оплачивая часы парковки. Дороговато вышло, что тут скажешь. Но он делает вид, что все нормально. Не хватало бы ещё, чтобы мисс Хилт и правда стала совать деньги. Это… обесценит их внезапный очередной день вместе, превратив его просто в услугу. А ему хотелось, чтобы все выглядело как можно более бескорыстно и доброжелательно.

Глава 6

Саманта собралась довольно быстро, как и обещала. Вне офиса она носит такую же простую одежду, как и все молодые женщины этого города, имеющие хоть какое-то представление о моде. Но на ней тот же черный топ и лёгкая белая юбка с оборками смотрятся иначе, те же босоножки на ремешках будто благороднее, а браслеты на руках отдают чем-то восточным. При медном оттенке волос она похожа на одну из статуй в индийских храмах, или это из-за причитающей Сары и ее карри в голову идут лишь такие ассоциации?

В любом случае им удалось ускользнуть из-под носа домработницы и консьержа. Поползут слухи, но мисс Хилт как-то уже все равно. О ней и без того говорят достаточно, так что одной сплетней больше, одной меньше.

Оказавшись на свободе, Саманта потянулась, подставляя лицо лучам солнца. К слову, без повседневного макияжа ее лицо оказалось куда пестрее. Это из-за веснушек.

Генри с интересом наблюдал за Хилт, что сейчас наслаждалась солнцем. Даже не так. Будто наслаждалась свободой. Её внешний вид совсем уже разрушил доселе ещё сохраняющийся образ строгого начальника. Просто обычная девушка. Милая, красивая и очень даже притягательная. Парень не скрывал заинтересованного взгляда. Скользил то по длинным ножкам, то по её шее и плечам. Но старался делать это спокойно, чтобы не напугать своей открытостью.

– Это ваш железный конь? – улыбаясь, Саманта прошла за Генри к припаркованному харлею, – красивый!

Она знала о платной парковке. У таких женщин редко что-то ускользает из виду, но она хотела видеть поведение Генри, скажет ли он что-то по этому поводу. На ее памяти была ситуация с Полом, когда любовник пробыл у нее до утра, а потом ругался с консьержем о сумме за парковку. Саманте пришлось вмешаться. Это был неприятный момент. Возможно, еще и в этом крылась причина настороженности консьержа и его пассивной агрессии.

– Говорите, могу попросить, что хочу? – вдруг с улыбкой спросил Генри, смотря в глаза Хилт.

– Да, я так сказала, – сложив руки за спиной, мисс Хилт наблюдает, как Генри выкатывает мотоцикл. А в остальном, слушает его, улыбаясь.

– Тогда, может, сходим куда-нибудь? Точнее съездим. Тут недалеко, ну если на мотоцикле, есть прелестное местечко для пикника. Заедем, купим фруктов и ещё чего, отдохнём на природе. Как смотрите?

Генри перешёл в нападение. Так, как этому учили в армии. Быстро и сразу в лоб. Может слегка грубовато, но Хилт имеет право отказать. Она может легко соврать, найдёт, чем заняться, пока её домработница убирается. И ничего с этим Линкольн не поделает. Поэтому шансов на то, что Саманта согласится, мало.

Вот же наглец! Приглашает ее на свидание. Это свидание, раз просит то, что хочет. Соглашаться – просто нелепо, но отказываться… в случае отказа между ними образуется пропасть, которую уже никак не преодолеть будет. Саманта поняла, что ей этого не хочется. И, немного помолчав, улыбнулась.

– Только верните меня домой до комендантского часа, иначе папенька заругает.

Она шутит, будто их побег и свидание – это что-то из школьного романтичного бреда. И может, так оно и есть, но от чего же она так смущается?

– Выбор фруктов и ещё чего-нибудь за мной. Это не обсуждается.

Саманта подошла к мотоциклу, ожидая дальнейших указаний. Ранее она не ездила на подобном транспорте.

– Конечно, конечно. Папеньки очень строги в этом плане, – засмеялся в ответ Линкольн, надевая перчатки и шлем, – с непривычки будет холодно, застегнитесь, – попросил Генри, набрасывая на плечи Саманты свою куртку, после доставая из кофра второй шлем, открытого типа и очки «Авиаторы», которые тоже сам осторожно помог надеть начальнице. Теперь её даже будет сложно узнать, если что.

Это переодевание забавляло Саманту. Она смеялась, позволяя Генри одевать её в свою куртку, нахлобучивать шлем и очки. Что-то новое, необычное, трогательное и волнующее происходило между начальницей и подчинённым. Он младше, он в другом социальном статусе, но мисс Хилт не могла не воспринимать Генри как мужчину.

– Это так все серьезно должно быть и основательно?

– Ветер будет сильный. Чтобы глаза не слезились, – объяснил Линкольн, садясь на мотоцикл и помогая Саманте забраться сзади. Его ладони бесцеремонно взяли маленькие ладошки мисс и положили на талию, заставляя сцепить пальцы замком.

Когда он сел на мотоцикл, Саманта, осторожно придерживая юбку, устроилась позади, перекинув через сидение длинную, стройную ножку. Эта поза вынуждала юбку задраться выше. Она так и планировала или же, наоборот, думала, что их с Генри пути разойдутся во дворе дома?

Впервые в седле железного коня, Сэм прикидывала, за что ей держаться, но Генри сам определил положение ее рук, обвивая ими свой торс.

– Держитесь крепче, мисс Хилт. Даже в нашем городе я найду дороги, где можно разогнаться, – хмыкнул Генри, скрывая улыбку за стеклом шлема. Как бы он ни пытался сохранять хладнокровие, сердце колотилось, как бешенное.

– Уууфф…– не сдержалась мисс, – хорошо…

Харлей плавно отъехал от стоянки, но лишь затем, чтобы резко набрать скорость. Мерный звук мотора рычал как зверь, требуя ускориться.

И парень не преувеличил: несмотря на пробки, характерные даже для субботы, он вёл мотоцикл порой по таким дорогам, где можно было прилично разогнаться. Впрочем, Генри старался не переусердствовать, чтобы не перепугать мисс Хилт.

Она старалась держать дистанцию, но когда мотоцикл зарычал, прижалась теснее к широкой спине, а когда двинулся, и вовсе, сдавила голыми коленками бедра Генри и уткнулись лицом в плечо. От него приятно пахло…

Ветер щекотал лицо, играл с волосами. Харлей выхватил пару из тесного двора престижного дома в богатом районе и вынес на шоссе. Саманта помаленьку расслабилась, доверилась Генри и чуть ослабила хватку. Даже смогла отпустить одну руку, чтобы поиграться с волнами ветра, которые уверенно рассекал байк. В зеркальце заднего вида Генри мог видеть улыбающуюся мисс Хилт, поднимающую голову, дышащую полной грудью как раз тогда, когда она думала, что никто на нее не смотрит.

Судя по тому, что пару раз проезжающие мимо машины им сигналили, что-то происходило с юбкой Хилт в какие-то моменты. Ну, или они просто из дорожной солидарности тоже радовались за парочку. В любом случае, об этом ни Сэм, ни Генри уже не узнают.Но всю дорогу Генри поглядывал на Хилт в зеркальце заднего вида и улыбался за стеклом шлема. Ей явно очень нравилась поездка. Если сначала она вжималась так крепко, что аж было неловко от таких внезапных объятий, то теперь она позволяла себе вольности.

Полчаса, и они на окраине Уэстфилда, которую ещё не захватили городские стройки. Небольшой магазинчик на выезде был подходящим местом, где можно было закупиться. Так что Линкольн остановился и обернулся к начальнице, подняв стекло шлема.

– В порядке? Небольшая остановка, – он подал руку Хилт, помогая слезть с железного коня, чтобы она в первую очередь размялась.

– Вот это да! У меня масса эмоций, мистер Линкольн, это… словно полет!– с восторгом ребенка делится Саманта, снимая шлем и приглаживая встрепанные ветром волосы, – поначалу было страшно, но потом я получила огромное удовольствие!

Придорожный магазинчик был идеальным местом не только для того, чтобы закупиться продуктами, но и для того, чтобы оставить мотоцикл на бесплатной парковке. Собственно, это место Генри приметил давно. Так уж получилось, что в этот район он приезжает периодически.

Вместе пара вошла в магазинчик. Саманта забавно смотрелась в большой куртке Генри, но, почему-то, ее снимать не стала. Как и планировали, на перекус набрали фруктов, минеральной воды, свежую выпечку.

На кассе Генри признала старушка-кассир, и, заметив, что он с женщиной, даже предложила жестом прикупить презервативы. Но Генри помотал головой отрицательно, пряча упаковку, чтобы Саманта, которая рассматривала дорожные карты, не увидела. Все-таки между ними нет вот… «этого». Да и, если быть честным, у него они есть с собой во внутреннем кармане куртки. Так что смысл покупать совсем отпадал. Получив отказ, старушка сделала такое выражение лица, мол, я как лучше хотела.

– А куда вы максимально далеко ездили на мотоцикле? – спросила Сэм, выходя из магазина в любезно открытую Генри дверь, – самая дальняя поездка?

– Собственно, в Небраску к родителям. Я и в отпуск опять поеду. Прекрасные несколько дней в пути, – улыбнулся Линкольн мечтательно, взявшись за мотоцикл, и повёл его в дальний угол небольшой стоянки магазина.

– Это весьма романтично, – заметила Саманта, – кто бы мог подумать, что стажёр отдела рекламы, бывший военный, байкер и мастер собирать столы, что родился он на ферме и у него в чести котики!

– Все бывает. Вы ведь тоже не родились гением маркетинга и главой целого отдела идиотов? За душой есть всякое, про витрины и танцы мы уже знаем, – засмеялся в ответ Генри на замечание Хилт. Но ему понравилось, что она уже выстроила какой-то образ о нем. Теперь не просто стажёр, безликая часть команды. А нечто совершенно иное. Хорошо ведь. Может и правда, это поможет им в будущем просто общаться и дальше.

Идти было недалеко, но потребовалось прошагать по холмам и не самым ровным дорожкам, прежде чем парочке открылся неплохой вид на все ещё сохранившийся кусочек природы в виде небольшого озерца. Пусть, конечно, искусственно поддерживаемого, но все же. Вид с холмика открывался восхитительный. Если смотреть назад, то там был город с его серыми зданиями и тяжёлым воздухом. А тут – раздолье. Вдали вправо виделось что-то еще, но было слишком далеко, чтобы понять наверняка, что там было. То ли какие-то памятники, то ли сады.

В компании парня помладше можно не строить из себя утонченную леди. Впрочем, утонченности мисс Хилт хватало, но из кожи вон лезть ни к чему. Переживать о причёске, о сломанном ногте, о торчащей бирке одежды… это точно бы отвратило мужчин вроде Пола, но Генри совсем другой. Не в плане простоты, но в плане восприятия. Он будто умеет зрить в корень и замечать то, что важно на самом деле.

Саманта лишь убедилась в этом, когда мистер Линкольн вывел ее к озеру.

С Хилт было легко. Несмотря на понимание, что её социальный статус куда выше и времяпрепровождение часто иным было… она не задирает нос, не фыркает. Может просто подначить, заставляя Линкольна смеяться и запоминать, что ей нравится, а где надо быть аккуратнее. Разве это не значит, что им обоим нравится в обществе друг друга?

Генри заботливо расстелил плед и стал все раскладывать, подготавливая место для отдыха. Вскоре парочка могла усесться и позволить слегка уставшим ногам вытянуться и отдохнуть.

– Красиво, правда?

– Очень красиво!

Они устроились в теньке. Саманта разулась, вытянула стройные ножки вперёд, позволяя солнцу лизать кончики ухоженных пальчиков.

– Конечно не прекрасные равнины, но кусочек нетронутого человеком мира прямо под боком, – улыбался Линкольн, открывая бутылки с водой и протягивая одну девушке.

Над головами в листве пели птицы. Лето – чудесная пора. Саманта взяла воду из рук Генри, поблагодарив его улыбкой.

– Нетронутым он только кажется, конечно. Но не стану занудствовать!

Сделав пару глотков, Сэм легла, закинув руки за голову, глядя в небо, где медленно плыли облака.

– Дышится здесь и правда совсем по-другому, чем в городе. Как вы нашли это место? Слонялись сами или кто-то приводил сюда в прошлом?

Ей интересно, есть ли у Генри та самая. По логике, раз водит сюда начальницу, нет. Но мужчины не предсказуемы в подобных вопросах. Да и можно ли назвать их внезапную вылазку за город свиданием? Обычно мужчины водили ее в рестораны, театры, на выставки картин, в которых ни черта не понимали сами. А сейчас они с Генри в таком месте, где все очень понятно и близко.

– Честно, история грустная, мисс Хилт. Но придётся рассказать, чтобы вам стало понятнее, – улыбка с лица Генри ушла, он улегся на вытянутые назад руки и кивнул в правую сторону.

– Там вдалеке кладбище. В нем есть сектор, где хоронят военных. Там лежит мой друг Митч, – тихо и отрывисто начал рассказывать Линкольн, смотря в сторону, будто боясь показать сейчас то чувство горечи, которое появлялось в его глазах всякий раз, при упоминании армейского товарища.

– Обычно военных хоронят либо на месте, либо на мемориальных кладбищах. Там лишь прах моего друга. Потому что его тело… скажем так, от него мало что осталось… – продолжил Генри, его голос явно стал задумчивым и далеким. Похоже, он будто прямо сейчас вновь видит ту картину, которая является ему в кошмарах, но парень старается говорить аккуратно, чтобы не пугать Саманту.

– Поэтому я сюда порой приезжаю. Ну и случайно нашёл это местечко. От кладбища идти сложнее, а потом я уже приметил и магазинчик. Вот и все. Мне тут нравится быть одному… но сегодня захотелось побыть с вами, мисс Хилт, – Генри вновь улыбнулся, прогоняя ту скорбь, взявшись за яблоко, парень впился в него зубами, тем самым заполняя возникшую невольно тишину хотя бы какими-то звуками.

Сидели они так тихо не сказать, что долго. Но Хилт явно хватило времени переварить все услышанное. Она поняла, что этому парню выпала тяжкая доля и такая утрата, жить с которой многие не могут.

Бывает ли дружба между мужчиной и женщиной? Саманта не знала. А раньше бы она точно сказала, что нет. Мужчины с Марса, женщины с Венеры, но Генри Линкольн этот стереотип ломал. Он казался вполне понятным, возможно потому, что младше, а может потому, что они с Самантой сделаны из одного теста. Когда люди сближаются, они всегда ищут, что у них общего, чем они похожи. А когда расстаются, то ищут различия. Но сейчас мисс Хилт видела и различия, правда они были не существенными.

– Если хотите, мы могли бы, посетить то кладбище.

Стоило ли говорить такие вещи? Саманта не настолько близка с Генри, однако ей хотелось выразить поддержку этому парню, который поделился вдруг очень личным моментом из своей жизни, или попросту не видеть такой грусти на его лице.

Генри посмотрел на начальницу удивлённо. Предложение скорее бы могло быть логичным от друга или близкого человека, но не от Хилт. Или она просто добрая душа? Это даже мило. Настолько, что Линкольн улыбнулся открыто.

– Бросьте, не нужно этого. Я… я люблю там быть один. Не обижайтесь, мне правда очень импонирует ваше предложение, но я часто говорю с Митчем там, в тишине, знаете… психотерапевт посоветовал в свое время. Буду выглядеть слишком странно, не хочу, чтобы у вас сложилось мнение обо мне как о сумасшедшем, – проговорил Генри с грустной улыбкой, но он, правда, был даже тронут внезапной заботой со стороны Хилт. Черт, так и влюбиться можно! И это будет большой ошибкой, потому что они в разных лигах. И поэтому, надо просто принять это и все, закрыть разговор.

– О, что вы! Какие обиды?! – махнула рукой Саманта,– люди справляются с утратой по-разному. И я рада, что вы из тех людей, мистер Линкольн, кто держится молодцом.

Она умолчала о себе. Мисс Хилт – как раз тот человек, который с утратами справляется плохо. Наверное, поэтому и предложила свое участие. В любом случае неловкости между ними не возникло.

– Можно просьбу, мисс Хилт? – спросил вдруг Генри, странно улыбнувшись. Что-то он явно замыслил сейчас, потому и старательно подбирать стал слова.

– Да. Да, конечно, – она повернула голову в сторону Генри, пусть он улыбался, но мисс Хилт смотрела на него с пристальным участием, готовая на любую просьбу, какую бы Генри ни озвучил.

– Мисс Хилт, а вы можете вне офиса называть меня просто Генри? – выдал свою просьбу с ухмылкой парень, сразу же захохотав от удивления в глазах собеседницы, – просто одно дело на работе слышать свою фамилию в таком обращении. Но в подобной обстановке я начинаю вспоминать невольно сержанта, который всегда кричал: «рядовой Линкольн!»

Генри засмеялся ещё сильнее и громче. Его явно быстро отпустили грустные воспоминания в компании Саманты. Говорит ли это о скудности его эмоций или адекватной их проработке уже давным-давно?

– Мне правда будет приятнее из ваших уст слышать имя. Хотя бы вне офиса, пожалуйста, – просящим голосом произнёс Линкольн и даже попробовал состроить глазки.

Саманта тоже не смогла не засмеяться, когда парень сравнил ее обращение с армейским. Субординация же, будь она неладна! Но для неформальной обстановки это и правда очень официально, а они со вчерашнего дня так близко и тепло общаются.

Мисс Хилт думала недолго, и как только смех утих, перевернулась на бок, подложив одну руку под голову, посмотрела в глаза мистера Линкольна.

– Только в том случае, если вы назовёте меня просто Сэм. Это просьба, а не приказ, поэтому мы в равных условиях.

Она улыбнулась как-то примирительно, будто решив, что у Линкольна духу не хватит, однако молчала. Ждала, наверное, затаившись, как лисица. Слишком близко они были сейчас.

Глава 7

Генри смотрел на девушку, что устроилась на пледе явно с желанием немного отдохнуть. Смотрела снизу-вверх, но никакого превосходства над ней парень не ощущал. Наоборот, все его нутро будто кричало об опасности. Что не стоит играть с огнём и пытаться поймать то, что невозможно схватить. Но… когда Линкольн думал о таком?

– Хорошо… Сэм. Договорились, – улыбнулся широко Генри, усаживаясь удобнее, поджимая ноги под себя.

Саманта выдала себя, чуть вскинув брови, когда мистер Линкольн произнес не просто ее имя, а сокращённую его форму. Впрочем, сама ведь просила, но не думала, что он согласится. Скорее, начальница ожидала, что Генри застесняется и сам не будет от нее ожидать подобного обращения, поняв, как это неловко. Но неловко только мисс Хилт.

– Я бы поэтому хотел узнать вас чуть лучше, Сэм, – он явно вошёл быстро в кураж и стал смаковать разрешение обращаться по имени. Похоже, подобного он ждал, поскольку его лицо выдавало наслаждения ситуацией.

– Угу,– она отвела глаза, делая вид, что любуется небом, на деле же, прикрывая уши руками. Ей часто говорили, что они меняют цвет, когда мисс смущается.

– Я совершенно не против…

Какая странная атмосфера. Генри будто рад, что получил такое позволение, Саманта чувствует себя словно проигравшей…но это не досадно. Скорее, волнительно.

И тут Генри проливает воду! Мисс Хилт поднимается, берет салфетки и, продвинувшись ближе, стирает капли.

– Вряд ли в ближайшее время у нас будет возможность так свободно поговорить… только вот вести допрос не хочется, – пробормотал Линкольн, отпивая из своей бутылки воды. Из-за неловкого движения он слегка пролил на себя и теперь бубнил под нос, смахивая капли с футболки.

– Простите. Видимо ночь без полноценного сна начинает сказываться, – смущённо улыбнулся Генри.

– Мы же говорили об извинениях, Генри, – медленно поднимает глаза, лишь сейчас осознавая, что они слишком близко, – ночь почти без сна по моей вине, помните? Может…снимите футболку? На солнце она быстро высохнет.

И зачем она это сказала?! Саманта сама не поняла. Может ей, в самом деле, снова хочется увидеть Линкольна обнаженным по пояс?

– Хорошо, почему бы и нет, – кивнул Генри, стягивая футболку и разложил её в стороне к солнцу. Он не стеснялся своего тела. Для него оно было просто одеждой, в которой ходила его душа. Вот обнажить душу – это куда сложнее для него. Потому Генри спокойно теперь сидел вновь в одних штанах, потягиваясь и разминая затекшие после дороги мышцы.

Вид обнаженного Генри радовал глаз. Саманта украдкой поглядывала на него. Редко что-то подобное встречается у мужчин ее круга и возраста. Как только самец получает бабки, решает, что победитель по жизни и, зачастую полностью расслабляется. Женщины ведь любят ушами, а не глазами и, естественно, деньги. Саманта же и сама неплохо зарабатывала и глаза ее любили красивую картинку. Это ведь не криминал?

– Мы можем, кстати, сыграть в игру, – кашлянув, Саманта отодвинулась, комкая влажную салфетку,-правда или вымысел. Обычно в нее играют под градусом, но мы сегодня за здоровый образ жизни. Так мы сможем узнать друг друга и это не будет похоже на допрос. Чтобы было проще, могу начать я. Например, когда мне было 15, я убежала из дома, прихватив зарплату отца, моего брата посадили за хранение травки, и я не умею кататься на велосипеде. Одно суждение-ложь. Угадайте, какое.

Игра его заинтересовала, так что Генри слушал внимательно и пытался в первую очередь определить ложь по мимике Саманты. Потому смотрел пристально, даже пытливо. Но уж Хилт с её опытом в маркетинге явно научилась врать кому угодно, так просто её лицо не выдавало ничего. Она прищурила глаза, наблюдая за Генри так же пристально, как и он за ней, но в итоге рассмеялась.

Тогда придётся подключать логику, хотя, скорее интуицию. И почему-то Линкольн довольно быстро для себя решил, что из обозначенного мисс Хилт неправда. Не уверен на все сто процентов, но зато будет интересно узнать о Саманте больше.

– Думаю второе ложь. Не спрашивайте, почему я так решил. Просто решил, – Генри неловко пожал плечами, – мне довольно сложно, поскольку вы задали разноплановые варианты. О себе, о семье. Так что будь, что будет! Я готов услышать вердикт.

Линкольн улыбнулся застенчиво. Какой же была его начальница до того, как стала той, за кем так трудно угнаться простому парню из Небраски?

– Верно, Генри! Второй вариант-ложь. У меня нет брата, я единственный ребенок в семье. За отцовскую зарплату мне стыдно по сей день, а велосипеды меня пугают. Хорошо, что мы сегодня на байке! Что ж, ваша очередь!

Саманта взяла персик и впилась в него зубами. Сок потек по губам и подбородку, так что пришлось срочно хватать салфетку, пока и с ее одеждой не случилась беда.

Генри улыбнулся, когда Саманта ему сказала правду. Пожалуй, либо она приврала, либо он сегодня использовал удачу на пару недель вперёд, раз так метко смог попасть.

Он видел её взгляд, потому будто случайно, но сел так, чтобы Хилт могла его рассматривать получше. Он неплохо в армии натренировал мышцы, тяжёлые марш-броски закалили тело. Конечно, уже несколько лет он «на гражданке» и слегка себя забросил. Ну… был он покрупнее, а тут стал чуть усыхать. Мышцам нужно много энергии и её траты, а при кабинетной работе это сложно добиться.

– Хорошо. Раз нет градуса алкогольного, будет градус личностно-интимный, – улыбнулся вдруг Генри, облизнув даже губы.

– До восьми лет я страдал энурезом. У меня было больше пяти сексуальных партнёров. В моей семье ещё четыре брата и шесть сестёр. – Линкольн говорил медленно, без эмоционально, неотрывно смотря в глаза девушки, что сейчас срочно утирала личико.

Итак, это будет интересно. Что она предположит? Два из трех очень даже личные вопросы, ответы на которые может даже и не стоило бы говорить, но… Генри уже понял, что надо немного двигаться вперёд и быть мужчиной. Если он будет стоять на месте, то целые годы пройдут мимо. Два дня: и их уже можно назвать как минимум знакомыми.

Саманте показалось, будто Генри красуется. Нет, точно просто показалось. Она вытерла салфеткой губы и подбородок, осмотрела свой топ и выдохнула с облегчением.

– Что такое энурез? – засмеялась так звонко, – да бросьте, Генри. Все этим страдали в детстве и все по-разному. Хотя, правильнее сказать, наслаждались. Вот моя тетка начала мочить постель в 63. Тяжёлая болезнь… хм.

Задумалась, снова кусая персик и медленно его жуя, изучая лицо Генри.

– Я думаю, вы из многодетной семьи. Что-то чувствуется в характере такое, доброе, отзывчивое, простое. Будто вы привыкли делить ванную с шестью девчонками! – снова засмеялась, кусая нижнюю губу, наклонила голову, – а вот партнёры… Наверное, их было немного. Вы похожи на человека, который не разбрасывается по мелочам. И, наверное, каждые ваши отношения в идеале должны были стать на всю жизнь…? Впрочем,-пожала плечами, я могу ошибаться. Я хороша в работе, а во всем прочем не ахти! Колитесь, Генри.

– Не зря вы мой начальник. Я то угадал лишь, удачей на стороне. А вы хорошо все разложили, – улыбнулся Генри, кивая и даже похлопав в ладоши, – всё верно, даже слишком точно. Теперь чувствую себя дураком, не придумавшим что-то сложнее, ха-ха.

Генри понравилось, что Саманта так его неплохо смогла прочитать. Какие-то детали она подмечает уже и поэтому может анализировать. Правда, даже немного обидно, что его могут спокойно «читать», словно открытую книгу.

– Я просто много наблюдала за людьми. Отчасти и по работе, – не стала говорить про свой возраст. Сейчас Сэм хотелось про него забыть и стать ровесницей Генри, чтобы… Быть с ним? Это глупо.

– Вы совсем не дурак. У нас пока что 1:1. Помните?

– Ну, теперь ваша очередь, Саманта. Давайте что-то такое, чтобы мой мозг точно закипел, – улыбнулся Генри, глядя на поедание фруктов Хилт, и сам потянулся за сладеньким яблоком, с наслаждением хрустя им в ожидании новых вопросов.

В руке осталась только косточка персика. Сэм зажала ее салфеткой в ладошке, замолчав ненадолго. Раз у них повышается интимный градус, то стоит сказать что-то откровенное.

– Я потеряла девственность в шестнадцать, симулирую оргазм с мужчиной, если не доверяю ему, и не могу заниматься сексом, если не влюблена.

Это уже слишком личное, но Генри теперь не должен испытывать неловкость за свои факты.

– Ох… – Генри смущённо улыбнулся после новой тройки вариантов жизни Саманты. Вот это уже по-взрослому. И поэтому стало куда сложнее. Но… он сам ведь попросил данного, теперь не стоит плакать.

– Придётся вспомнить теорию вероятности, которую затронул в колледже, так что я порассуждаю вслух, – вкрадчиво сказал Линкольн, задумчиво глядя куда-то вверх.

– Допустим утверждение А верное. Остаётся два. И оба они характеризуют вас, Саманта, как романтичную и честную душу. Но… при этом третье несколько исключает второе. Ведь если вы влюблены, вы уже бы доверяли хоть как-то… – Генри прикусил губу. Прям чувствовалось, как у него действительно кипят мозги. Он думал. Правда. Пытался представить варианты. Если третье к примеру… или второе… сложно.

– Я думаю, первое все же неверное. Мне кажется, это случилось позже. Наверное. Не знаю. Ещё как вариант, второе. Но я остановлюсь на первом. А теперь удивите меня, чтобы я от стыда точно сгорел. – засмеялся Генри, ожидая ответов. А это прям уже и правда интересно. Ответы, даже если он ошибся, очень уж многое расскажут ему про Саманту. И это… могло бы ему помочь.

В чем помочь? Все же стать ей… не просто коллегой. Надо ли это или нет – вопрос совсем другой. Так что пусть он и ошибается, ничего страшного.

Слушала она не глядя на Генри, будто персиковая косточка в руке была куда любопытнее его рассуждений. На самом же деле, она не хотела подсказывать даже взглядом. А когда Линкольн озвучил свой вариант вдруг засмеялась. Она смеялась долго, протяжно, даже за бок стала держаться, а после глянула на Генри, вытирая глаза.

– Верно. Это верно, черт возьми! Генри, вы нечто. Девственности я и правда лишалась гораздо позже, в 21 год, потому что постоянно училась и работала. Хах…

– Похоже я потратил удачу уже на пару месяцев вперёд, – засмеялся Генри, глядя на смеющуюся Саманту, на её реакцию. Нет, тут уже помогла и логика немного, и все же он сомневался сильно. Потому не считал это действительно победой. Но зато он знал, что ответить на новое заявление девушки.

– А я все равно не считаю это удачей, Генри,-покачала головой Саманта,– вы довольно проницательны. Но…на всякий случай прикупите лотерейный билет на обратном пути!

Выдохнула, перевернулась на живот. Подперла голову рукой.

– Для меня влюбиться и доверять не одно и то же. Я могу влюбиться, даже лечь в постель с мужчиной, но это ещё не значит, что я доверяю ему. Считаете меня странной?

Она была уверена, что в офисе Генри наслушался разных сплетен о ней. И было даже любопытно, каких.

– Нет, просто есть влюблённость, а есть любовь. И влюблённость действительно бывает без полного доверия. Это лишь эмоции, которые или смогут подтвердиться действиями, или нет, – проговорил серьёзно Линкольн, хоть и улыбался. Уж он-то в этом немного разбирается. Сам вот понимал умом, что глядя на Хилт, чувствует нечто… запретное в их случае. Но это далеко не любовь. И все же и не глупое чувство желания и неудовлетворения… но, лучше ей про это не знать.

Поразительно, но Генри рассуждал так же, как Саманта о любви и доверии. Она ощутила эту общность взглядов и стала более открытой, во всяком случае, стала ещё чуть меньше стесняться.

– У нас 2:1. Так, ваша очередь, Генри.

– Пожалуй, повышу ставки. Если сможете правильно ответить и приведете доводы, то с меня желание любого характера, – произнёс лукаво Генри, смотря Хилт в глаза, чтобы заинтересовать сказанным. Было бы интересно посмотреть, попробует ли она постараться или нет?

– Ооо, а вот это уже интересно! Играем по-крупному! Хорошо… – потерев ладошки, Саманта навострила уши.

– Итак… – Линкольн даже прокашлялся для эпичности момента, что выглядело ещё более смешно. – Размер моего члена меньше 7.5 дюймов. Я обожаю позу 69. Я снимался в порно фильме.

После сказанного Генри даже отвернулся, прям вот серьёзно пошла игра видимо. Теперь она видела лишь чуть напряжённую спину, но голова юноши явно выпрямлена, чтобы услышать слова Хилт.

Услышав тезисы Генри, мисс Хилт округлила глаза. Парень даже отвернулся, видимо, засмущался тоже.

Какое-то время было тихо. Саманта, кажется, напряжённо думала, однако, заговорила очень уверенно.

– Вы не снимались в порно, Генри. Я уверена в этом. Не такой вы человек. Вы имели меньше пяти половых партнёрш, вы понимаете, что такое любовь и влюбленность и как это связано с доверием. А насчёт прочего легко! Поза 69 вот и мне нравится, думаю, это вполне реально. А половой член…на самом деле, вполне комфортный, если меньше 7,5 дюймов. Ну, это для меня… ох, есть, я хотела сказать!..

Она покраснела и уронила лицо в ладони, стараясь не думать о половом члене Генри Линкольна.

Генри сидел и не выдавал себя никак, смотрел в сторону кладбища. Несмотря на их весёлую игру, он несколько отвлекался сейчас на мысли о том, почему вот ему и правда так везёт в жизни. Нашлась настоящая работа, налаживаются отношения с начальством. Поэтому… может и правда пора отпустить некоторые старые проблемы?

Правда вот возникли новые. Линкольн повернулся и злорадно улыбался, глядя на начальницу, которая явно ляпнула лишнее. Жаль её будет расстраивать. Причём похоже дважды, но он кое-что сгладит.

– Похоже я и правда удачливый сегодня. Не угадали, Саманта. Нет, рассуждения верные, но вы их несколько перенесли лично на себя, – завуалированно проговорил Линкольн, подбадривающе смеясь и смотря на спрятавшую лицо Хилт.

Саманта глянула на Генри сквозь ладошки. Как это не угадала?.. у него правда такой большой?! Тут же спрятав лицо снова она взвизгнула, а после села, резко отнимая руки от лица.

– Поза 69 потому и моя любимая, потому что у меня «некомфортный» член. Восемь дюймов с небольшим. Далеко не каждая его может принять, есть такое… поэтому-то я и стал более разборчив в отношениях почти сразу, поскольку часть моих «начинаний» рушилась сразу при этих взглядах, полных ужаса, – улыбнулся ещё шире Генри, взяв очередное яблоко. Он их явно любил, раз уже третье съесть собрался.

– Генри Линкольн! Это нечестно! Вы придумали действительно сложные вопросы! Парней с половым органом больше 7,5 дюймов я не встречала даже, хотя половых партнёром у меня было больше пяти.

– Учусь у лучших, Сэм. Надо же мне было переиграть вас хоть разок, полагаясь не только на удачу! – засмеялся Генри, смотря на все ещё красное личико девушки. Похоже, она явно впечатлена не только его победой, но и иными качествами.

Хорошего человека должно быть много, вроде так говорят. Видимо Бог, понял это высказывание слишком буквально, создавая тело Генри Линкольна.

– А в порно я снимался. На втором плане играл мужчину, который заходил домой и заставал жену на измене. Эти последние секунды мало кто смотрит, а платили хоть и немного… но за 5 секунд в кадре – достаточно, чтобы лишние пару дней протянуть до получки. Так что минимум в восьми фильмах в жанре «измена» в последних минутах есть моё удивлённое лицо, – теперь Генри засмеялся, явно наслаждаясь своей победой. Знал, что Саманта пойдёт по неправильному пути.

Но вместе с тем ему стало грустно. Собственно, сколько раз он слышал фразы «не будь он таким большим, мы бы могли быть вместе». Лишь единицы принимали его «достойного размера недостаток», и то часто лишь напиваясь. Хотя Генри и научился правильно все делать, но… он слишком строг к своим чувствам, чтоб просто искать связи с женщинами, которые тащатся от больших размеров.

– Не расстраивайтесь, это было действительно сложно. Сразу несколько подвохов. – Линкольн сразу постарался все перевести в шутку, чтобы Хилт не думала о сказанном.

Они смеялись вместе, неловко, словно школьники. И это тоже нравилось мисс Хилт. Чтобы ещё больше побороть смущение она отважилась на очередное откровение.

– Я смотрю порно иногда, но никогда не обращала внимания на каких-то ещё актеров, кроме основных! Это интересный опыт, знаете ли. Основа для анекдота или искромётной шутки, но клянусь никогда ее не использовать, пока не куплю у вас патент.

– Представьте, если бы я в будущем стал политиком, и мои оппоненты нашли бы эти видео. «Кандидат Линкольн – куколд». – Нервно посмеялся Линкольн.

Саманта тоже взяла яблоко, последнее, что осталось. Должно быть, вкусное, раз Линкольн уничтожает их одно за другим.

– Вы уникальны, Генри, – она будто почуяла волнение парня,-но жаль, что мое победное желание пропало. Я собиралась попросить вас показать достоинство больше 7,5 дюймов, – это было неудачное высказывание. Саманта снова выдала свои мысли, которые озвучить и под алкоголем не стоит.

Больше Генри не стал ничего говорить. Потому что это ему слишком знакомо. «Покажи, покажи!» – девочки в старшей школе буквально его замучили, когда узнали пикантный факт анатомии Генри. Пристальное внимание откровенно его раздражало, помнится. Потому он поскорее и свалил из своего родного захолустья куда подальше. Детские травмы – они ведь на всю жизнь! Однако на Саманту он не обиделся, даже если бы всерьез попросила доказательства.

– Кхм…Что ж, моя очередь?

Глава 8

– Повышу ещё ставки. Если я не угадаю, у вас вновь будет желание. В таких критических вариациях мой мозг творит чудеса, – хмыкнул Линкольн, подбадривающе вдруг похлопав девушку по плечу, – дерзайте, Саманта. И может быть на Рождество я вам пришлю две фотографии бонусом.

Лукавая улыбка. Сегодня они явно пошли уже вразнос. Атмосфера стала довольно личностно-эротичной. Перед ней сидел Генри Линкольн без футболки, давно забыв уже о ней. Поджав ноги под себя, будто пряча свое тело. Но взгляд… тот был уже не застенчивый. А открытый. Он желал видеть каждую эмоцию на лице собеседницы. От стыда до возбуждения. И если первую уже удалось вызвать, может ему удастся вызвать вторую хоть на мгновенье?

А ведь они совсем не пили, а темы подняли такие, что теперь Сэм и не знала, как потом им работать вместе. Впрочем, прямо сейчас об этом не думалось, думалось о члене Линкольна.

– Простите, – на автомате это или ощутив настроение Генри, сказала Саманта.

Ее совершенно сбили с толку факты о стажёре и собраться теперь было непросто.

– Кхм, хорошо-хорошо. А если угадаете, желание будет у вас. Проверим снова вашу удачу, Генри.

Они любезно давали друг другу некие шансы, сами не зная на что. Будто надеясь, что один из них таки проявит смелость и сделает первый шаг. Но, в то же время, ни о каких шагах и речи быть не могло. Ситуация патовая.

– Поехали. У меня был секс с женщиной, я никогда не практиковала анал, я работала БДСМ госпожой для состоятельных мужчин.

Если бы это был рок концерт, Саманта бы сейчас бросила барабанные палочки или разбила гитару о сцену.

– Дерзайте, Генри, – впилась в яблоко зубами, громко хрустя. Села она напротив Генри, прижав колени к груди и обняв их одной рукой, чтобы пристально наблюдать за лицом парня.

– Нихре… ой, – Генри засмеялся и удивлённо смотрел на девушку. Собственно, даже если ОДНО неправда, то ДВА других варианта и правда факты биографии мисс Хилт. И каждый из низ заставляет удивиться. Это вам не засветить лицо в порно. Тут совсем другой уровень. Так что будет очень сложно.

Но она тут предложила в ответ желание… и мысли явно потекли в голове бурным потоком. Надо подумать. Надо победить. Зачем? Да просто. Потому что можно ведь, если подумать хорошенько.

– Ахаха!– Саманте понравилась реакция Генри, она закричала головой,– я уже слышу скрип мозгов! И да, я тоже могу удивлять.

Теперь интересно послушать доводы Генри, главное не засмущаться самой.

– Ну первое возможно. Один раз, как говорится, не пи… ну то есть не сменил сторону, – улыбнулся Линкольн, понимая, что лицо Саманты, конечно же, ничего не выдаст. Надо думать еще.

– Второе интересный вариант, поскольку действительно далеко не все такое практикуют. Третий… если только в случае, как и в моем. Нужны были деньги, поэтому может и приходилось… сложно! – честно проговорил Генри, скрип мозгов которого уже даже был слышан.

– Рискую проиграть это уж точно. И как минимум получить по голове или ещё хуже… но ложь – второе. Я… Я думаю так, – произнёс тихо Генри, уже покрасневший от мыслительного процесса и стыда, как само яблоко, что сейчас съедалось Хилт.

Почему он так решил? Логичнее было бы сказать третье, пожалуй. Но что-то в голове почему-то зацепилось за вариант, что в жизни всякое могло быть у Саманты. Без осуждения, конечно же. Уж если ему приходилось всякое делать, то почему и ей не могло так… собственно, логика была странной, опять полагается на удачу.

Но, словно по волшебству мистер Линкольн стал рассуждать очень скомкано, больше отдаваясь своим мыслям и внутреннему монологу. Сэм очень хотелось сейчас забраться в его голову и подглянуть за мыслями. Однако, когда парень заговорил, когда озвучил вердикт, Саманта молча взяла бутылку воды и, намочив ладошку, потерла шею и за ушами, освежаясь.

– Если что, бейте вот сюда, – с улыбкой сказал Линкольн, похлопав себя по макушке, – чувствую, угадай я или нет, все равно должен получить за мысли о том, что представил вас в латексном костюме…

О как. Откровенная фраза, которая явно была лишней в любом случае. Но черт… ей бы пошло, правда. Настолько, что Генри даже заерзал на месте, проклиная себя за богатую фантазию.

– Хорошо, – в следующий миг влажная ладошка шлепнула Генри в лоб, – это вам за похабные мысли, мистер Линкольн. Вы заслужили желание. Я действительно имела секс с женщиной, но мне не понравилось. Случайная связь, подцепила ее в баре. Я была госпожой, да. В мои обязанности входило шлёпать клиентов по заднице, и это не принесло мне удовольствия. Но деньги не пахнут, как говорят. Если бы вы не сознались на счёт роли в порно, я бы едва ли в призналась в таком. Поразительно, вы везучий, Генри.

Генри спокойно ждал вердикта, и лёгкий толчок в лоб принял с достоинством, даже по-своему им насладившись. Все было по делу, даже внезапное изменение в обращении. Но… когда Саманта все рассказала, первым делом Линкольн вскочил и чуть ли не закричал в голос «да!», еле сдержался, бесшумно дергая руками в каком-то победном жесте.

Она подняла голову, ошарашенно глядя на Линкольна, что подскочил на ноги, радуясь победе, как мальчишка. Она сперва подумала, что ее оплеуха произвела такой эффект и обидела парня, но эти эмоции заразительны. Сама Сэм улыбнулась, поведя плечами.

– Страйк!

Теперь она, как на ладони. Не во всем, конечно, но в кое-чем. Ни перед одним коллегой она так не открывалась. Лишь бы это не сказалось негативно в последствие.

– Вот это да! – Засмеялся Генри, садясь обратно. Его лицо буквально светилось от счастья после услышанных за сегодня откровений. Он был явно впечатлен тем, что узнал о Саманте. Многое требовало теперь осмысления и решения для себя, но пока он как ребёнок радовался, отодвигая серьёзные мысли подальше.

Смеётся. Ей и правда весело с ним. И даже после всего услышанного Генри не собирается бежать, он не смотрит на нее свысока, хоть и подскочил на ноги. Это подкупает. Жаль, что не все мужчины такие.

– А мне надо сразу озвучить желание, или я могу теперь его оставить на какое-то время? – наконец он взял себя в руки и прокашлялся даже, смотря внимательно в глаза девушке и ожидая решения.

Мысли крутились всякие. Закрученный фантазиями мозг давал одну идею за другой… но все они были заслонены все равно той, что давно назрела в голове. Потому и оставалось узнать о сроках.

– Ммм… – Саманта задумалась ненадолго, а потом полезла в сумочку. Она достала маленький блокнот на спиральках и ручку. Выдернув листочек, написала что-то на нем, и протянула Генри с улыбкой.

Листок гласил: бессрочный талон на отсроченное желание. Выдан Генри Линкольну. Даёт право на одно желание, выигранное у Саманты Холт в игру "Правда-ложь" в любой угодный момент. Дата, подпись.

Генри с интересом смотрел, что там пишет Саманта, а получив листок на руки, глупо улыбался, пряча свой выигранный вексель в карман своих карго.

– Только не потеряйте. Он действителен только при предъявлении!

– Лет через десять, когда вы станете исполнительным директором, я принесу этот талончик. – хмыкнул Линкольн, подняв голову и посмотрев на солнце. В беседах и веселье они провели добрую часть дня. Да и телефон Хилт уже трезвонил много раз. Да что уж, даже его тихий мобильник пару раз пиликал. Даже он кому-то уже потребовался.

– Я запомню, мистер Линкольн! Приятно, что через десять лет вы обо мне вспомните.

Этот день был поистине чудесным. Саманта не отвлекалась на телефон – отвечать на входящие звонки не хотелось – но хотелось подольше задержаться в этом уютном мирке их свидания. Именно свидания, у Сэм не было сомнений в этом. И то, как они лениво сворачивали лагерь, и то, как плелись назад, вспоминая случаи из жизни, делясь историями из прошлого. Генри снова заботливо кутал Саманту в свою куртку, короновал шлемом и мчал по шоссе назад, в серый мир бетонных джунглей. Она обнимала парня крепче, прижавшись щекой к его плечу. Хотелось сохранить каждую даже самую незначительную мелочь в памяти.

Поэтому парочка понемногу стала собираться. Обратная дорога на мотоцикле в этот раз прошла без высоких скоростей из-за обилия машин и усталости самого Генри. Уж что-что, а о безопасности он знал. Не лихачил тогда, когда это не имело смысла никакого.

У дома Саманты Генри помог ей снять всё то, что временно одолжил. И куртку тоже. Он хотел подарить её Саманте, но подумал, а на кой она начальнице. Сладковатый аромат женских духов плотно въелся в старую кожу, и останется с Генри на какое-то время, как напоминание о свидании с мисс Хилт. Генри невольно улыбнулся. Ещё ненадолго она задержится с ним хотя бы так…

– Спасибо за прекрасное свидание, – улыбнулся Генри. Да, он считал это свиданием. Конечно же дружеским и не более. Хотя темы, которые они подняли, далеко не все и знали даже из тех, кто давно знаком с ним. Так что… может и не такой уж и дружеский тут момент был? Но Линкольн не собирался сдуру форсировать события. Он крепко запомнил слова Саманты о любви и доверии. И поэтому сначала должен был заслужить право даже думать о чем-то большем.

– Сэм… – Линкольн задержал начальницу, которая собиралась уходить. Вздохнул и все-таки продолжил.

– Не переживайте только о том, что наш прелестный уикенд как-то скажется плохо на работе. Вы прекрасный начальник, так теперь я знаю, что и человек вы интересный… мне будет приятно с вами дальше работать.

Генри чуть улыбнулся, замолчав. В принципе ничего он больше сказать и не хотел. Саманта могла увидеть, что блеск его глаз изменился. Он смотрел не столько с восхищением и интересом, сколько уже с… желанием. Не пошлым, а скорее романтичным. Ему хотелось обнять её. Взять за руки. Прикоснуться. Но он этого не делает, уважая её границы. Просто улыбается.

Когда же мотоцикл остановился во дворе дома мисс Хилт, она ощущала какую-то грусть от предстоящего расставания.

– Вам спасибо, Генри. И за телефон, и за стол, и за этот побег от действительности. Все было чудесно!

Хотелось ещё что-то сказать, что-то сделать, но будет уже лишним и неуместным. Коко Шанель говорила, что когда надеваешь аксессуары, нужно снять в самом конце то, что надела последним. Так вот и тут стоит отбросить то, что хотелось на последок.

Саманта уже пошла неторопливо к лобби, когда Генри окликнул ее глянув через плечо, мисс Хилт улыбнулась. Эти слова, этот взгляд Линкольна были слишком милыми. К черту советы Шанель!

Развернулась, Сэм подошла к парню вплотную и, взяв его за ворот куртки, притянула к себе, поцеловав в щеку. Мягкие губы упруго толкнули Генри в щеку. Его обдал аромат фруктов, духов и кожи, пропитанной солнцем.

Она задержалась так чуть дольше, чем следовало, отстранилась, заглянув в глаза, прежде чем отпрянуть полностью, не говоря ни слова, и упорхнуть, как бабочка.

И что все это значит? Мисс Хилт плевать. Она взрослая женщина, может себе позволить. Сердце колотиться, как бешеное! И почему она чувствует себя такой счастливой?

Генри был слишком поражён действиями девушки, что ничего не смог сказать или сделать, прежде чем Хилт скрылась за дверьми. Он неловко потёр свою щеку, которая горела от румянца и лёгкого тепла женских губ.

Не, это просто дружеский поцелуй и не более. Так сказать, благодарность. Но почему же такой невинный поцелуй вызывал чувства и мысли сильнее, нежели самый крепкий и страстный поцелуй в губы?

Генри не сразу поехал домой. Все же про рубашки он не шутил, потому сначала в торговый центр. Благо холостяку долго там ходить не было смысла, и вечером парень уже сидел на своём любимом диване, крутя в руках телефон.

Адское желание написать Саманте было сейчас таким сильным, что с трудом сдерживалось логикой и какой-никакой субординацией. Да, сегодня ещё суббота, можно ещё ненадолго напомнить о прекрасном дне какой-нибудь лёгкой глупостью в виде фразочки благодарности. Можно… но не будет ли это навязыванием? Может мисс Хилт хочет отдохнуть уже в данном случае.

Не помогла даже спонтанная тренировка. Забив мышцы до приятной боли и приняв ледяной душ, Генри все же вновь оказался на диване, думая о Хилт.

Её звонкий смех, прелестная улыбка… Как ему хотелось каждой своей фразой пытаться вновь их вызвать. Симптомы вполне понятные – она ему нравится. И, будучи и правда романтичной душой, он понимал все то, что может происходить с ним дальше.

Но вряд ли это нужно самой Хилт. Кто она, и кто он? В лучшем случае их бы ждал случайный секс, наверное, по пьяни, таковы уж традиции славных "белых воротничков". Впрочем, даже это было бы невероятно на самом деле.

«Саманта, она… другая. Она как…»

мысли путались, так что Линкольн не заметил, как нажал на кнопку вызова.

Сам ведь поставил режим вибрации, поскольку ему редко звонили, чаще писали. По лёгкой вибрации он и узнавал о входящих сообщениях. Вот и вызов он ощутил уже поздно, когда прошло минимум гудка три-четыре. Если на первом бы сбросил, потом можно было сказать, что ошибся. А тут…

Твою мать! Линкольн смотрел на свой телефон и искренне ждал… ответа. Лихорадочно думал о том, что скажет Саманте. И зачем он вообще взял этот чёртов телефон в руки?!

Глава 9

К чему все это было? Зачем? Мисс Хилт, только что вошедшая в свою пустую квартиру, не могла дать вразумительного ответа даже себе самой. Поцелуй на прощание – благодарность ли, выражение симпатии? На самом деле, неважно. А не ушла ли она слишком быстро? Как же хочется знать теперь, как Генри отнёсся к ее вольности?

Пройдя по коридору, мисс Хилт оставила ключи на комоде, вспомнив, что тут Генри оставлял свой мотошлем. Ну и что с того? Это мелочь, но вспомнить о ней оказалось приятно.

Сара ушла, предварительно убрав всю квартиру. Теперь в спальне стоит собранный Генри стол. Сэм села за него, выдвинула каждый ящик, улыбаясь. Она вспомнила, как обнаженный по пояс парень трудился над этим столом в её спальне и улыбнулась. До чего же у стажёра красивое тело…

«Так, стоп, Сэм! Это уже слишком!»

Хлопнув себя по щекам, мисс Хилт глянула в зеркало. Будто и не узнала себя. Так волноваться из-за мужчины не в её характере, а с другой стороны, никто раньше её так не волновал, как этот мальчишка.

Что ж, это был долгий день. Может, стоит принять ванну? Чтобы мысли встали на место. Но даже сидя в горячей пенной воде думать Саманта могла только о мистере Линкольне.

– Кажется, он сказал, что наши разговоры и откровения не помешают работе.

Возможно ли, что он не хочет никаких последствий их общения? Чтобы успокоить себя, Саманта решила придерживаться идеи, что такое времяпрепровождения для молодого и интересного парня просто эксперимент. Должно быть, наслушался сплетен в офисе и решил их проверить. В общем-то, что тут плохого?

Телефонные звонки по делу и без, лёгкий ужин, косметические процедуры и какое-то глупое шоу фоном, чтобы что-то шумело – это остаток для Саманты Хилт. Но, как ни странно, телефон умолк после восьми вечера. Тогда уже не принято беспокоить, тем более, в выходной день. Сэм знала, что где-то там, в списке вызовов, вечером пятницы, остался номер телефона Генри, когда он ей звонил. Так может, стоит?..

Взяв телефон в руки, мисс Хилт медлила, глядя на экран. И большой палец ткнул подушечкой, как ни странно, на кнопку браузера.

«Более 7,5 дюймов…»

Как вдруг телефон зазвонил! От неожиданности, мисс, вскрикнув, едва не уронила девайс. На экране незнакомый номер, Саманта отвечает раньше, чем соображает, кто бы это мог быть в такой час, но сердце будто предчувствует.

– Алло?!

Звонок все же прошёл и в трубке раздался милый голос Саманты, от которого Генри глупо улыбнулся, явно забыв все то, что хотел сказать и оправдать внезапный звонок.

– Доброго вечера, Саманта.

– Генри? – голос Саманты звучит взволнованно, но, вместе с тем, радостно, – добрый вечер!

Это он! Мисс Хилт испытала такой восторг, словно была ещё школьницей. Она улыбнулась, переложила трубку поудобнее. Как же хорошо, что он не читает мысли и не знает, что только что мисс Хилт собиралась загуглить.

– Я просто вспомнил, что забыл попрощаться с мистером Мавом, вот и позвонил, – откровенная глупость, настолько звенящая и вообще не в тему, что сначала повисла тишина, прежде чем они оба невольно засмеялись.

–Ах, вот о чем он мне мяукал так настойчиво, когда я пришла домой!– Сэм поддержала эту глупость Генри, но далее сказала вполне искренне, – он тоже переживает. Вы единственный из моих гостей, кто ему симпатичен.

Генри смеялся. Кот у Хилт был и правда очень обнимательно-чесательный. Сразу чувствовалось, что это маленькое пушистое облачко явно похоже на хозяйку. И вселяло какую-то странную надежду то, что животное его приняло. Может… и хозяйка сможет?

Они смеялись вместе, оба улыбались, и в голосах слышалось волнение. Мисс Хилт взяла подушку с бахромой, стала перебирать ее одной рукой.

Линкольн уселся поудобнее на диван и продолжил говорить.

– На самом деле мне настолько понравился сегодняшний день, что я эгоистично захотел ещё немного в нем побыть, вот и позвонил. Услышать ваш голос, смех, – честно сознался парень, слегка волнуясь, и потому говорил чуть быстрее обычного. Он и сам до конца не осознавал, зачем позвонил. Но вот последняя фраза была ближе всего к истине.

– Мне тоже, Генри, сегодняшний день был очень приятен. Впрочем, как и вчерашний вечер. Это хорошо, что вы позвонили…

И тут мисс Хилт вспомнила, что поцеловала его. Пусть и в щёчку, но все равно, это было вторжением в личное пространство малознакомого мужчины, коллеги. Вдруг это было безрассудно?

Наверное, Генри в мисс Хилт несколько… Ему сложно даже пояснить это чувство. Но контраст между начальником и сегодняшней Сэм его явно удивил, что он стал вести себя необдуманно. Как обычный сорванец из Небраски, который хотел поговорить с понравившейся девчонкой даже после свидания.

– Надеюсь, я вас не отвлекаю? Может, вы заняты… – этот неловкий вопрос явно имел серьёзность. А вдруг она там не одна? То, что ей никто до сих пор не помог собрать стол, могло быть проявлением желания Саманты самой решать свои проблемы, без помощи мужчины, с которым встречается? А что, вполне в её духе.

Почему-то Генри был до сих пор уверен, что у Хилт кто-то есть. Несмотря на её откровения, может все-таки кто-то уже был в её сердце. Ну не могла такая женщина быть одинокой… может быть этот мужчина просто был занят и в субботу. Работяга, и все такое.

– Нет, вы не отвлекает. Я только что приняла ванну и вот, сейчас отдыхаю… единственное мое дело на вечер – не забыть покормить Мава. Хах… – не звучало ли это слишком отчаянно и глупо? Но Саманте, почему-то, хотелось, чтобы Генри не думал, что она с кем-то сейчас. Какая-то сумбурная каша в ее рыжеволосой голове, состоящая из сплошных противоречий, пестрила гормонами. С одной стороны, Сэм хотела Генри. Не в каком-то конкретном смысле, в плане секса, любви или дружбы. Хотела его личность, как человека, рядом, надолго. Хотелось ещё соприкоснуться с его душой, как сегодня. Открыться больше, как бы ни было страшно. А вот с другой…

– На самом деле я ещё понял, что мы не договорились о будущей встрече, если это возможно… я буду дураком, если не спрошу об этом. Может не в следующий уикенд, а через один или два… я был бы рад вновь с вами увидеться вне офиса, – с улыбкой, которую Саманта конечно же не видела, но явно могла представить, сообщил Генри, прикусив губу от волнения.

Вдруг он неправильно все понимает? Может это была всего лишь разовая акция. Хорошо проведённое время, о котором Хилт вскоре уже и забыла бы… тогда он явно будет выглядеть идиотом. Ну и пусть. Лучше спросить, нежели молчать и изводить себя зазря.

– Вы бы хотели встретиться ещё? – каждое слово Саманта проговорила вкрадчиво, словно взвешивая, словно сама ещё не решила, правильно ли поняла Генри, – я даже не знаю, Генри… уместно ли это.

Что она несёт?! Сердце ухает, как пустой барабан. Тело Сэм бросило в жар.

– Вы сказали, что наше сегодняшнее общение не скажется на работе в офисе, но если мы продолжим в том же духе, то… Понимаете, мне бы не хотелось, чтобы мы с вами испытывали неловкость в дальнейшем.

Чертова трусиха! Она испугалась. Она оттолкнула Генри сейчас, потому что не смогла поверить в его искренний интерес. Парень настолько младше, красивый, как Аполлон. Разве у него нет на примете кого получше? Горечь сожаления от того, что слово не воробей, накрыла Саманту с головой.

– По крайней мере, я не могу говорить, что мне не будет неловко, м… мистер Линкольн. Все же, я несколько вас старше.

Мав запрыгнул на колени хозяйки, заглядывая в лицо. Мол, дурочка что ли?

Генри был на седьмом небе от счастья до момента, когда Хилт стала, как говорят «давать заднюю». Её голос вдруг стал таким грустным, будто даже извиняющимся. Но это не совсем верно. И Линкольн, осознавая то, как менялась тональность, как изменилось резко её обращение к нему вновь. Она строила дистанцию. Как и должна. Будучи начальником, она буквально не имела права даже дружить с коллегами, если так подумать. Уважать, помогать, но не становиться ближе.

Что на это мог бы ответить ей Генри? Рассказать о своей матери, что старше отца на девять лет? Или что он вообще за весь день и не подумал ничего об её возрасте ни разу? А наоборот, совсем уж забыл и иногда думал, что действительно будто вывел погулять обычную студентку колледжа? Он мог бы много сказать и развеять все сомнения…

Но не хотел наседать. Не хотел заставлять Хилт чувствовать себя неловко. Она и так в смятении, что мягко говоря, говорит об их взаимном интересе. И потому она его отталкивает… боится ошибиться? Он не может её за это осуждать, сам такой же. Сам весь день думает о том, стоит ли пытаться продолжать? Надо ли лезть туда, куда может и не просят… поэтому Генри вздохнул и грустно улыбнулся.

– Вы сейчас ведёте себя как раз как девчонка, а не взрослая женщина, мисс Хилт, – в его голосе нет осуждения, но появился тонкий лёд, что осколками звенел в каждом слове.

– Но, вы правы. Может и действительно зря я подумал, что… неважно. Простите за звонок, мисс Хилт. И все же передайте привет мистеру Маву. Простите, у меня другой звонок… – проговорил тихо Генри и повесил трубку, кидая телефон подальше на диван.

Это было невероятно больно. Но почему, если Саманта причиняла боль Генри, страдала сама? Его слова, потом звуковой сигнал отключения и тишина в трубке… Она слушала её ещё несколько секунд, а после легла на бок, поджав ноги, уткнув лицо в подушку.

Ещё раз повторив себе, что все правильно, она немного успокоилась. Нужно ведь мыслить трезво, а не витать в облаках. Генри Линкольн ещё молод, ещё неопытен и наивен. Он просто не знает, во что ввязывается и зачем ему это надо. Или же, что ничуть не лучше, он знает, чего добивается и потом станет ещё одним «Полом», разносящим непристойные сплетни, женясь на другой через два месяца. Нет, достаточно с нее этих ошибок. Пора бы уже поумнеть.

Но внезапно все вокруг словно стало серым. Померкло и воскресенье, как-то подавленно и тихо вел себя Мав. Даже Сара не наведывалась больше «по ошибке». Саманте было одиноко.

Генри не злился, не истерил. Просто меланхолично смотрел следующие минуты в стену, прежде чем решительно поднялся и… стал раскладывать диван для сна. Ничего страшного не случилось. Про этот день никто не знает, кроме них двоих. Все скоро забудется.

Воскресенье помогло развеяться. Он съездил на кладбище, потом прогулялся по парку, провел остаток дня с мотоциклом, а вечер за разговорами с сёстрами, что жаловались на мужей и детишек. В семье он был не самым младшим, но большинство его братьев и сестёр уже обрели свои половинки, да и развестись успели. И все наседали на Генри, что тот никак не заведёт хотя бы стабильные отношения.

Но ему и не хотелось этого. Нет той, с кем он бы Генри вновь захотел связаться… по крайне мере. Вчерашний разговор дал об этом знать. Вкус на женщин Генри Линкольна был слишком сложным.

***

И вот, наконец-то, понедельник. Генри позавтракал, как всегда, наскоро, и поспешил в метро. В офисе была напряжённая обстановка по естественным причинам: начало недели требовало огромного внимания, а после выходных это было так сложно сделать. Так ещё «обрадовали» возможными переработками по серьёзному проекту. Нет, надо отдать должное начальству. Все переработки здорово оплачивались. И потому Линкольн обожал их, несмотря ни на что. И опыта куда больше, и денег.

– Мисс Хилт, тут документы насчёт сделки, что заключили неделю назад, – Генри без каких-либо заморочек, как и всегда, зашёл в кабинет начальницы и положил документы ей на стол. Его лицо не выражало недовольства, смущения или радости. Он легко вёл себя, будто ничего не случилось. Лишь если присмотреться в глаза, там плескалась напряжённость. И то лишь о том, что после всего его могут уволить для того, чтоб лишний раз не нервировал. Но вряд ли…

– И здесь ещё лист заявок в техподдержку. Кейти говорит, у них принтер барахлит неделю, но отдать на диагностику – оставить их без принтера. Нужно временную замену запросить у них, – парень отложил пару листов отдельно и провел пальцами по нужным графам.

Когда Генри входит в ее кабинет, мисс делает очень сосредоточенное на отчётах лицо. Она явилась в офис, как обычно, в сером костюме – пиджак и юбка – плесе, голубая блузка, искусственный пион на груди. Неизменные очки, но макияж куда хуже скрывает веснушки. Видимо, от пребывания на солнце. Грядущий месяц работы обещает быть адовым, но это даже хорошо. Это на пользу, Саманта уверена.

Она сидит на своем месте, подпирая голову рукой, глаза бегают по строчкам, а после поднимаются на Генри.

– Спасибо, мистер Линкольн, – приняв листы, она пробежалась взглядом по столбцам и отложила в сторону, а вот на отчёте задержалась,– хлопочете за Китти, а чего бы ей самой не делать свою работу? – мисс Хилт сняла очки, – я, конечно, одобряю заявку, – выудив из ящика стола печать, она шлепнула ее на бумагу и расписалась,– но впредь, Генри, не давайте ей ездить на вас!

И зачем она его назвала по имени?! Они же на работе.

– Наверное, потому что Китти беременна и ей нельзя волноваться? Ей и так хватает мегеры миссис Хаддингтон, – произнёс безмятежно Генри, собирая подписанные документы. Обычно он не говорил о причинах своих действий, лишь смущённо что-то бурчал или принимал к сведению. Откуда внезапно такая уверенность? Почему он вообще решил ответить именно сегодня?

Может потому, что Хилт ему вдруг дала ценный урок? Что надо подниматься выше, если хочешь добиться чего-то в этой жизни. Но при этом оставаться человеком. Пожалуй, это основная причина.

И правда, мегеры… Мисс Хилт приняло это на свой счет, и проглотила, а после выпрямила спину. Что бы Генри о ней ни думал – имеет право.

– Вот как… – Саманта поджала губы, – в ближайший месяц мне нужен помощник. Оформлю на полставки секретарем. Документооборот, звонки и булочка с кофе для меня-вот почти весь ваш функционал. Если бы я взяла вас, чтобы вы сказали?

Смотрит, поправляя воротник рубашки. Скорее всего, он откажется.

Но на кой черт она предлагает ему работать в столь тесном контакте? Это противоречит их разговору в субботу вечером. На самом деле, это «извинение». Мисс Хилт может любого выбрать и помимо ощутимой прибавки, счастливчик получит ценный опыт и возможность проявить себя. Но, как правило, «счастливчики» эту честь не оценивали по достоинству. Саманта не ожидала ничего сверхъестественного, впрочем, требовала хорошо. Она словно искала себе замену, но никто не мог сложить слово «вечность» из осколков льда.

И как это часто бывает с мужчинами, они сразу начинают шевелиться. Пока мисс Хилт попадались лишь мелочные мальчишки, которые сразу бежали разносить сплетни. Каков же будет мистер Линкольн?

Генри удивило внезапное обращение начальницы и предложение по работе.

С другой стороны, ничего критичного тут не было. Он знал, что в прошлую «запару», месяца четыре назад, она это предлагала другому стажёру, который потом в обеденной каморке, которую величают «пунктом приема пищи» или «зоной отдыха», рассказывал о невыносимых условиях труда. Вечно трезвонящем телефоне, кучах бумаг и постоянно хмуром взгляде мисс Хилт, которая вечно всем недовольна. Но…

– Почему бы и нет? С удовольствием буду трудиться под вашим непосредственным руководством. Уверен, что многому научусь. Тем более, что грядёт откровенный ад, который я уже в общем офисе пережил… будет интересно посмотреть на это с другого ракурса, – пожал плечами Линкольн, собрав документы и двинулся к двери. Он согласился. Немного отстраненно, но согласился. Явно выбивал этим Саманту из колеи. Он вёл себя совсем по-другому. Вот что выдавало в Генри обиду за то, что его отшили.

– Тогда, рада сотрудничеству, – проводила его принужденной улыбкой, которая тут же исчезла, когда Линкольн вышел за порог ее офиса. Хотелось головой о стол приложиться за такой выпад. Есть ведь и другие стажёры!

– Марго! – Саманта нажала на кнопку вызова секретаря, – подготовьте документы на оформление Генри Линкольна моим личным помощником с повышением оклада.

И эта новость вскоре тоже облетит весь этаж и все отделы. Жребий брошен.

Генри вскоре отправился на свой заслуженный обед. С собой у него был только сэндвич да бутылка воды. Очень непитательно, но разоряться на нормальный обед уже не было денег. Непредвиденные расходы в уикенд ударили по почти пустому кошельку, а до зарплаты ещё пара дней.

– Опять начальство будет лютовать. И ездить на всех, – вздохнул кто-то из менеджеров, обсуждая дела с коллегами. Маленький стихийный митинг шепчущихся «воротничков». Типичная картина перед началом конца. Линкольн лишь уселся в кресло и принялся за обед, слушая.

– И мисс Хилт явно будет нас всех держать за яйца. Даже девчат. А это все, как говорят, от её фригидности… вон даже почти жених от неё сбежал, – хмыкнул один из собеседников и вдруг вздрогнул: кулак Генри сжался, отчего бедная пластиковая бутылка превратилась в пластиковое месиво.

– Ты чего, Линкольн? То, что ты ходишь к мисс Хилт так легко… это, небось, потому, что она в тебе ничего не видит, – засмеялся другой и осекся, когда с дружелюбной улыбкой Генри вдруг оказался рядом с ними двумя, кладя ладони на их шеи, и вдруг сжал так, что оба застонали от боли.

– Завалите свои едальники… – попросил их вежливо Генри, отпустив шеи, но в глаза глядя сурово, считывая их ненависть и испуг. Да пошли они. Линкольн вышел из обеденной и вернулся за стол… в течение следующих пары часов, конечно же, новость разлетелась по всем, превращаясь от «он что-то взбесился» в «совсем поехал кукухой». Плевать. Лишь бы до начальников не дошло.

Что он взбесился? Раньше любые фразы о Хилт его бесили, но он держался, понимая, что будет выглядеть глупо. Слухи – это пища для всех в офисе. Даже лживые. А теперь… он готов был прибить тех двоих, а разум заботливо припомнил пару навыков для этого. Плохо. Как бы ещё реально за профнепригодность не попёрли.

Глава 10

– Вооот черт! – воскликнул Колин, один из стайки стажёров, – я хотел на это место. Старииик! Как тебе удалось?

– Тут нечему завидовать, – встряла Клэр, – мисс Хилт известна своей строгостью и требовательностью. Так что я бы не сказала, что Генри повезло.

– Повезло! Лишь бы вдруг не проколоться и не быть уволенным. – Улыбнулся Линкольн своим товарищам. Вот с кем у него отношения сохранились до сих пор хорошие. Впрочем, они редко пересекаются в последнее время. Каждого, так или иначе, уже закрепили за определенными отделами и наставниками. Похоже, им и правда, недолго уже ходить стажерами, судя по разговорам в офисе. Говорят, что вот нынешний «очередной кризис» как минимум может привести к увольнению кого-нибудь и естественно на освободившиеся места возьмут, скорее всего, стажёров. Если только они сами не наломают дров.

– Что бы тебя и уволили?! – Энни вскинула брови и покачала головой отрицательно, – не с твоей старательностью, Линкольн!

– Она права! – Клэр согласилась с Энни, – я слышала, как о тебе отзывалась Китти Новак, та, беременная дама из отдела продаж, и даже миссис Хаддингтон! А эта – известная мегера! Саманте Хилт не на что будет жаловаться. И тебя она не уволит.

– А вы слышали, она Фрисби из отдела закупок уволила…

Снова сплетни, снова пересуды.

Пока офисный планктон смаковал новости о повышении Линкольна, верхушка узнала по донесению о стычке стажёра и двух менеджеров. Саманта, конечно же, вступилась за Генри. Кажется, никто уже не помнил, что они ушли вместе из бара в пятницу. Видимо, порядком были пьяны или заняты собой. Это хорошо, пока что.

Однако Саманта достала телефон и набрала сообщение Генри о встрече в кафе после работы. Им нужно о многом поговорить.

Сообщение от мисс Хилт Генри принял, дежурно написал в ответ «хорошо», и вернулся к делам. Он думал, что легко сможет работать после уикенда, но становилось лишь хуже.

Зачем он вообще согласился с ней поработать? Лелеет надежду всё же изменить её мнение? Это после его мальчишеской выходки с бросанием трубки? Смешно. Вот за это ему стыдно. Он должен был более ровно все принять и не артачиться. А теперь выглядит и правда глупым стажёром.

Хилт ведь старше его. Опытнее. И потому взяла на себя ответственность за их отношения и честно все сказала, как есть. Молодец. Генри даже ещё больше восхищался своей начальницей.

Но, черт, как же ему досадно…

Рабочий день сегодня закончился вовремя. Адские круги начнутся завтра-послезавтра. Уже первые графики выстроили, так что многие уходили с работы, явно думая, как перераспределить планы на жизнь в ближайшие дни и недели. Линкольну было проще: он просто будет зависеть от рабочего графика Хилт. Марго ему уже прислала распоряжение с утра прибыть в кабинет начальницы и приступить к работе.

Наверное, об этом и хотела поговорить Саманта, что ждала его в небольшом уютном кафе. Похоже, у них будет брифинг перед началом завтрашней работы.

«А не чересчур ли это?» – думала Сэм, оглядываясь вокруг. Это место скорее для свидания годится… восточная кухня, красные фонарики и пиво… Возможно, встрече придаст официальности ее планер, смартфон и расписание? Саманта разложила их на столе, с волнением ожидая Линкольна. В голове она строила план, как с ним говорить, на что указать и о чем попросить его. Едва ли их кто-то увидит в этом местечке, оно довольно уединённое.

– Простите за опоздание. Не сразу нашёл место, – извинился спокойно парень, садясь напротив, и так же, как его начальница, вытащил из своей сумки блокнот с ручкой, а рядом положил смартфон.

Генри посмотрел ей в глаза и чуть улыбнулся. Он был все таким же, и, одновременно, совершенно другим: собранным, уверенным, немного смущенным, и вместе с тем, более равнодушным и отстраненным. Будто его интересует лишь работа теперь… значит ли это, что весь год на самом деле в их работе УЖЕ были какие-то личные мотивы со стороны Линкольна? И теперь мисс Хилт видит перед собой лишь рабочую единицу и не более?

– Ничего, мистер Линкольн, – Саманта не улыбнулась, будто за опоздание на него сердилась, – вы простите, что так внезапно нарушила ваши планы, но раз уж вы согласились стать моим помощником, то должны перестать заставлять меня ждать.

Будто они и не говорили ранее об извинениях. Саманта видела, что Генри ведёт себя иначе. Это вполне ожидаемо.

– Так точно. Виноват, постараюсь больше не опаздывать, – пообещал Генри сухим голосом. Очевидно, что подобным тоном он отвечал в армии, когда на него наезжал сержант или кто-то из офицеров. Но, если бы Саманта и правда запросила бы личное дело Генри Линкольна, то знала: пусть он часто получал на орехи, характеристика у него была отменная с места службы. Даже была отметка о сожалении, что рядовой первого класса Линкольн отказался дальше служить в рядах морской пехоты.

– Сначала нам стоит поговорить о нас, – она подняла руку, подзывая официанта и делая сама заказ на двоих. Довольно большой заказ, больше похожий на ужин, чем на перекус, но без алкоголя.

– Мне удобнее звать вас, все же, Генри. Когда мы наедине, а наедине мы будем довольно часто. Тогда и вы зовите меня Самантой, если хотите, это не критично.

– Как скажете, мисс Хилт. Можете хоть говорить «эй ты», я не обижусь. Времени на адаптацию у нас нет, так что любые вольности разрешены с вашей стороны, – пожал плечами Генри, явно не собираясь обращаться по имени у начальнице. Ну, нет.

«Ты так мечтала, чтобы не было пересудов и какого-то смущения, а теперь говоришь о разрешении обращаться по имени? Спасибо, но я откажусь от подобной чести», – подумал Генри.

Да, он все ещё оставался мальчишкой, который явно повидал всякого и не собирался вновь влипать в неприятности. Раз все решили, незачем топтаться на месте?

«Будь взрослее, Линкольн, и двигайся дальше».

Ответ в армейском стиле напомнил Саманте про орущего сержанта. Ей стало неловко за себя, но, выдохнув, Сэм взяла себя в руки. Она не думала, что так сложно будет работать с Генри теперь. Может, она себя переоценила?

– Я не собираюсь говорить вам «эй ты», Генри, – поджала губы, переключаясь на свои записи в дневнике.

– Но о нас будут говорить и много. Хочу, чтобы вы вели себя сдержанно. Не реагировали на выпады сотрудников. Я имею в виду сегодняшний случай. Вас не уволят лишь потому, что я сказала, что уже имею на вас планы. А вот те двое освободят места после сдачи проекта. Но повториться подобное не должно. Если хорошо поработаете, вас примут в штат и карьера пойдет в гору. Понятно?

Очевидно, что она затеяла все это, чтобы помочь Генри добиться устойчивого положения в компании. У него большая семья, квартира в кредит и дыра в кармане. Но при этом свои чувства Саманта задвигает на задний план.

А вот сообщение о стычке с менеджерами его явно взволновало. Генри не скрывал двух эмоций: разочарования, что об этом узнали, и злости на этих двух кретинов. И полученный на словах выговор ему казался шуткой…

– Мисс Хилт. Одно дело, когда сотрудники говорят о ваших качествах, как лидера. Когда они боятся работы и потому вешают всех собак на вас. Я промолчу всегда, как и раньше… у людей свое мнение о себе и своих способностях, – Генри поднял глаза и упрямо посмотрел в лицо Саманты, невольно улыбнувшись. Она сегодня более… домашняя. Косметики мало, веснушки на носике начальницы кажутся ярче. Как бы он ни вредничал, ему нравилось смотреть на Хилт.

– Но они перешли черту. Такое я не стал терпеть… прошу прощения, что вместо попыток поговорить сделал физическое внушение. Я думал, что они мужики и поймут все, а они побежали ябедничать вышестоящим, – пробурчал Линкольн, закрывая тему. Ему неинтересно повышение в данном случае. Как и то, что этих двоих собираются уволить. Нет, правильно.

Но лучше бы и его уволили, если быть откровенным. Он не сдержался, повёл себя непрофессионально только потому, что посчитал себя человеком, имеющим право заступиться за Хилт. Это уже о многом говорит. Например, о том, что ему лучше вообще не контактировать следующие дни с кем-либо, пока эмоции не улягутся.

– Неважно, что говорят люди обо мне, – пояснила Саманта,– сами в это не лезьте. Надеюсь, я доходчиво объяснила, что подобное поведение не одобряю. Вы не рыцарь, чтобы вступаться за честь барышни.

Генри насупился, когда Хилт стала его вновь отчитывать как взрослая мадам. Будто он вновь оказался в школе, и психолог его ругает за очередную драку из-за того, что его сестрёнку кто-то обидел.

– Вы правы, мисс Хилт. Обещаю в следующий раз на подобные высказывания со стороны коллег поддерживать смехом и кивать. Если вам так проще, – злобно вдруг проговорил Генри, вздыхая и виновато покачав головой, – Саманта, я ведь мужчина из Небраски. У нас бьют рожи изменщикам и стреляют в воров. Как я могу пройти мимо откровенного издевательства? Но, будь по-вашему. Мне все равно ближайшие недели не светит с кем-то свободно болтать, да и остальным будет некогда. Закроем тему.

И какая кошка между ними пробежала? Хотя, очевидно какая. Они не ругались, не ссорились, но сейчас были очень холодны и держали дистанцию. Это давалось Саманте непросто, она запуталась в собственных чувствах.

– Взгляните. Вот,– мисс Хилт вздохнула и развернула к Генри планер, – это распределение нагрузки на неделю. Примерное, конечно. Отметьте сейчас даты и время, когда будете заняты. От личных планов не нужно отказываться. Если что, мы захватим и субботу, чтобы все успевать и не перенапрягаться. А так же время на завтраки и обеды. Нам придется часто это совмещать с планёркой, поэтому беру на себя выбор места и оплату. Это не обсуждается.

Саманта подошла к делу очень серьезно, она часто говорила «мы» и решала за двоих. Как начальница.

– Я ничем не обременен, мисс Хилт, – Генри бегло потыкал пальцем по планшету, соглашаясь с графами рабочих часов без каких-либо проблем, – и суббота у меня часто свободна. Так что без проблем… если только не случится форс-мажор, конечно. Но надеюсь, такого не будет.

– Тогда учтите, что пусть я и младший сотрудник, – Линкольн не удержался и выделил слово «младший», явно вкладывая в него её замечание по возрасту в субботнем разговоре, – я не смогу есть за ваш счёт как какой-то нахлебник. Мне хватит минимальных бизнес-ланчей и позволения пить кофе по утрам. Остальное будет лишним.

Несмотря на то, что Саманта сказала, что ее условия не обсуждаются, Линкольн выдвинул свои по поводу завтраков и ланча. Что ж, пусть. В этом она уступит.

Генри открыл блокнот и первым делом перенес примерное расписание, которое выстроила начальница. Получалось достойно. Если он правильно помнит то, как платят за переработки, пару недель, и он сможет спокойно закрыть один из кредитов полученными премиями. Хорошо. Правда придётся работать чуть ли не 12-14 часов в день иногда… ну ничего! После армии, где приходилось 24 на 7 служить даже ночами, это все мелочи.

– Мне уже скинули некоторые нормативные документы по моей должности. Там сказано, что мы будем работать в одном кабинете. Вас это не будет смущать? Может мне проще остаться на своём рабочем месте? Ну, буду к вам чаще бегать… – спросил спокойно Линкольн.

– Вот как? Хорошо поработала Марго. Значит, будет проще, – не нужно успокаивать Генри, что работа в таком бешеном ритме ему не по плечу, как приходилось с прошлым сотрудником, угодившим на такое место,– меня это не смутит. Кабинет большой. В конце рабочего дня уже поставили стол у окна, будет глупо им не пользоваться или возвращать обратно…

Им принесли еду, расставляя на стол. По-азиатски, ярко, вкусно и ароматно. Лапша, рис, овощи, мясо и рыба. Генри заметил сразу, что заказано действительно слишком много. Им столько не съесть, даже если бы голодали весь день. Это она специально указывает на его несостоятельность? Или намекает, что сил потребуется ну уж очень много?

– Вы же в курсе, что на трезвую голову столько не осилить? Это, конечно, не моё дело, но в вашем возрасте…

– Два пива, пожалуйста, – наплевав на все, заказала Саманта в довесок, будто желая побороть неловкость за такой огромный заказ.

Происходило что-то странное. Саманта совершенно не владела ситуацией, и как бы ни старалась ею овладеть – не получалось. Линкольн извивался как уж на сковороде и не давался в руки. И все попытки прояснить ситуацию проваливались, ещё и больно жгли мисс Хилт, словно крапива. Что за несносный мальчишка?!

Генри, мы ведь с вами не ссорились, – когда официантка ушла, продолжила мисс Хилт, – обидных слов не было, но что-то вас задело в моих высказываниях, хотя я вроде была объективна. Вы и правда младше меня, правда, вы перспективный сотрудник и просто хороший человек, которому ни к чему тратить время на вечера с одинокой коллегой. Но вы бросили трубку, вы ведёте себя отстраненно, говорите со мной официально. Но если так не нравлюсь, зачем согласились работать со мной? Зачем влезли в переделку? Давайте проясним этот момент раз и навсегда?

Говорила мисс Хилт громче, чем следовало от волнения, за соседними столиками на них стали глазеть.

– С точностью до наоборот, мисс Хилт. Вы мне нравитесь. Как начальник, как человек. И ваш страх, вызванный возрастом… я даже не знаю, сколько вам лет? Двадцать семь? Тридцать? Тридцать два? Мне двадцать пять через 2 недели. Поверьте, мы с вами не так далеки, – взволнованно шептал Генри, показывая, что надо говорить тише, а то люди на них стали смотреть.

– Мне тридцать четыре! Почти. А вам, думала, двадцать три…

– Я думал, что субботний вечер явно показал, что мы можем спокойно общаться вне офиса легко и непринуждённо. И я не собирался переносить это в работу… а вы посчитали что? Что я маленький мальчик, который не сможет не похвастаться, что был у начальницы дома? Или что её на прогулку вывез? У меня гриф секретности по одной операции висит с двадцати лет. Ни один человек не знает, что было где-то там далеко и почему надо молчать.

Это даже смешно! Какое-то сплошное недопонимание. Потерев висок пальцами, мисс Хилт улыбнулась устало. Официантка принесла две бутылки прохладного светлого пива и поставила на стол, поспешно удаляясь.

Линкольн, который явно распалился и потому резко замолчал и уткнулся в блюдо, жадно налегая на острую лапшу, что заткнула ему язык на несколько минут, прежде чем он смог продолжить спокойно и с привычной улыбкой. Люди перестали таращиться на шумную пару и вернулись к своим разговорам и еде.

– Я хочу с вами работать и научиться большему, чем печатать на компе тупые слоганы о туалетной бумаге. И хочу убедить вас, что нет ничего плохого в общении с коллегой, если он сам к вам потянулся. Вот и все, – буркнул Генри и вздохнул, поскольку огненная лапша заставила его язык прилично так гореть. Принесенное пиво было как нельзя в тему, так что Генри прильнул к бутылке с удовольствием.

– Так, довольно!– она описала дугу глазами, выдыхая, и тоже взяла пиво, помолчав, что обе порции были для нее. Вдруг Линкольн на мотоцикле.

– Я отстраниться хочу, поскольку вас смущает то, что происходит даже больше, нежели бы то, что было бы, продолжи мы общаться. Мне это не нравится, я заставляю вас думать не о работе… – Генри не послушался мисс Хилт, потому что сейчас они не на работе.

– Хорошо. Давайте сделаем вид, что ничего не было. Да? Да! – она не кричала, не повышала голоса, но говорила вкрадчиво и чуть на нервах,– мы оба друг другу нравимся, но отстраняемся, потому что уважаем друг друга и работа превыше всего. Это правильно, это логично. За нас?– она стукнулась горлышком пивной бутылки о бутылку Линкольна, отпила,– и перейдем к работе!

Но видно, что мисс начальница, которая не ела, а только пила пиво натощак, говорить о работе не могла, она перенервничала.

– Давайте действительно закроем тему и сделаем вид, что ничего не было, если так удобнее вам, мисс Хилт. Лучше расскажите о проекте. Что такого с ним сложного, если весь офис поднимают в мобилизацию? – спросил спокойно Линкольн.

– Нам необходимо подготовить… кхм. К выходу, конечно, нового бренда… Ик!

Вдруг Саманта начала икать. Видимо, холодное пиво вызвало спазмы.

– Ох, боже… я отойду.

Оставив все, как было, на столе, мисс поспешила в уборную. Нужно немного прийти в себя. На столе ее открытый блокнот, исписанный очень плотно ее аккуратным почерком. Что-то вроде ежедневника с изображением явно пушистого Мава на полях, а ещё сердечек и ноток. Так не похоже на Саманту Хилт.

– Как угодно, – Линкольн после глотка пива стал очень даже спокойным. Похоже алкоголь на него слишком быстро действует и превращает в совершенно иного человека. Или у парня очень мощное самовнушение, если он всегда так уповает на алкоголь. В любом случае, он её послушал внимательно и принял к сведению слова, что и он ей нравится.

А подтверждением косвенно стал ежедневник. Нельзя оставлять открытым что-то человеку, который служил в разведывательном взводе морской пехоты. Сердечки явно говорили о каком-то близком чувстве, да и обозначены были так не все даты. Забавно, что Генри заходил к Сэм в прошлую пятницу и в среду… Впрочем, судя по рисункам, может она вообще это адресовала своему коту.

В уборной Сэм умылась, освежилась, выдохнула. Ей стало легче. Раз уж все сложилось так, а не иначе, стоит жить в новой реальности.

– Простите, – села на свое место, поспешно закрывая ежедневник, который опрометчиво оставила открытым и без присмотра.

– Бросьте, нашли за что извиняться, – сухо ответил Линкольн, постучав ручкой по своему блокноту, – так что за бренд? Если я становлюсь временно вашим помощником, мне важно понимать суть работы, чтобы правильно организовывать ваш день. Какие задачи требуют повышенного внимания, а по каким не стоит вас беспокоить.

Перемирие? Скорее окончательное решение, которое Генри не понравилось. И потому его решение в будущем не понравится Хилт. Но она ведь ему не мамаша, чтобы он принимал все её решения с почтенной улыбкой. А сейчас Линкольн действительно готов говорить о работе.

Работа. Для Хилт важно лишь это. Глупо было, увидев немного вне офиса Саманту, подумать, что она могла бы открыться по-настоящему. Похоже, некоторые слухи были правдой. И стоит к ним теперь тоже относиться правильно.

Благо обсуждение дальше пошло более спокойно и взвешенно. Линкольн слушал внимательно, задавал вопросы часто по делу, не забывая прикладываться то к еде, то к пиву. Так что к моменту, когда тарелки стали пустеть, он уже понял все ключевые моменты.

– Хорошо, мне все ясно. Остальное будет понятным лишь в процессе работы. Если это все, то мне нужно домой и подготовиться к завтрашнему дню, – Генри все равно остался недоволен разговором, но старался убрать все свои эмоции и мысли подальше и действительно заняться делом. Ему хотелось поработать под началом Хилт, помочь ей и чему-то научиться. Хватит уже просиживать штаны в общем офисе и что-то пытаться выжать из простых задач.

Вызовы он любил. И даже считал, что мог бы переубедить Хилт насчёт себя… но не будет этим заниматься. Он уже для себя все решил, а это было самым плохим качеством Линкольна: он принимал решения, которые считал верными, и ничего не принимал больше во внимание. По этой причине, к примеру, его забраковали в переводы в младшие капралы в свое время. А научиться подавлять эмоции… пока с этим не очень хорошо.

– А… один момент, – Генри вдруг улыбнулся и достал из своей сумки… баночку кошачьего корма. Причём добротного, по ценнику, за который можно и человека покормить, – это мистеру коту. Передайте, что мне жаль, что я его больше не увижу. Он у вас замечательный. Как и вы… хорошего вечера.

Он не стал дожидаться ответа, оставив баночку на краю стола, ушёл. Зря Саманта волновалась: он не ездил на работу на мотоцикле. Слишком дорого. Метро – его привычный вариант.

И как все так обернулось? Саманта лишь хотела поговорить с Генри по душам, как тогда, но вышло вдруг поразительно плохо. Все точки встали над ё. И после разбора рабочих моментов Сэм осталась за столиком одна с баночкой корма для Мава.

– И как это понимать?..

Естественно, думать ни о чем не хотелось. Дома мисс Хилт сразу же упала спать, как покормила кота. Не тем кормом, что купил Генри, обычным. Этот остался на столе, будто Саманта сама собиралась его съесть.

Глава 11

А следующим утром все стало даже хорошо. Генри пораньше приехал на работу, потому ему повезло избежать давки в час пик. К приходу мисс Хилт на её столе уже стоял кофе и круассан с джемом, стопка документов и распорядок её дня с пометками от Марго о встречах и переговорах.

В просторном кабинете мисс Хилт поставили еще один стол, кресло, и всю сопутствующую технику подключили еще минувшим вечером программисты. Теперь этот кабинет – поле боевых действий на ближайший месяц до сдачи проекта.

Сам Линкольн был «на проводе», сидел за своим столом, что-то записывая, потому поприветствовал появившуюся на пороге офиса начальницу кивком.

Мисс Хилт утром еле отлипла от постели, но нашла в себе силы и умудрилась не опоздать на работу.

На своем столе обнаружила все, что необходимо и даже кофе. Линкольн блистает, хотя и выглядит так, словно только что из-под катка. Лишь закончив с разговором, он подошёл к Саманте, улыбаясь дежурной улыбочкой.

– Доброго утра, Ген… мистер Линкольн, – Хилт тоже улыбнулась, как полагалось по этикету, – впечатляющий старт!

Она села за стол, пробуя кофе, сразу взялась за бумаги, слушая Генри.

– Благодарю, мисс Хилт! На стаканчик не обращайте внимания. Девушка в кофейне подумала, что это для меня, телефон оставила. Я его зачеркнул, чтобы не смущал. Сегодня вас ждут три встречи, самая важная в 11:30. Из отдела заказов просили дать оценку о первичном анализе, он у вас на столе. Подчеркните и напишите, что и как, я им отправлю исправленный вариант… Оп! Простите, – звонок заставил Линкольна замолкнуть и вернуться на место.

– Замечательно, тогда начну с анализа… – поговорить им толком не удалось, рабочий ритм подхватил так быстро. Линкольн отвечал на звонки, мисс Хилт перерабатывала стопки документов, сводила таблицы, и сметы подбивала. То и дело опускала папки на стол Генри, который крутился, как флюгер, чтобы отправлял. Первая встреча до обеда, ещё две после.

В офисе уже шептались о том, что Линкольн приехал аж на два часа раньше, когда охранники даже никого не ждали. И что он на месте сразу развил бурную деятельность. А судя по слегка заспанным глазам, он приличную часть ночи не спал.

Но! Организация была на высшем уровне. Саманта видела, что в некоторых черновиках документов он подчеркнул важные детали и вопросы, которые аккуратно выписал на полях. Так что Хилт не придётся вчитываться во все подряд.

Генри погрузился в работу с головой. Невольно, он вёл себя более открыто, чем вчера. Откровенная отстраненность постепенно сошла на нет. Он позволял себе улыбаться, даже пару раз пошутил насчёт лени отдела контроля. Сотрудники оттуда требовали очной встречи с Хилт, но попадали лишь на строгий голос Линкольна по телефону.

Это вообще отдельная тема – отдел контроля. Его звали за глаза «инквизицией», и в общем офисе на их звонки часто отвечал Генри. Там его уважали… видимо им тоже перепало увидеть дело юноши, как и отделу кадров. Так что многие вопросы, с которыми ранее приходилось бегать на нижние этажи, как на каторгу, всегда исчезали в офисе и оставались лишь в виде писем на корпоративной почте. Теперь, конечно, Генри не там. Бедные ребята… зато Саманта получила эту внезапную передышку от глупых запросов и необходимости ходить лишний раз по этажам.

– Уже 11:30, – провозгласила мисс и, наклонившись к офисному телефону, нажала кнопку вызова,– Марго, телефон и почта на вас. Мы с мистером Линкольном идем на встречу с заказчиком.

Все видели, как Генри и Саманта вместе вышли из офиса и направились в конференц-зал. Смотрелись они просто замечательно, слухов прибавиться, но Саманту это не волновало.

На встрече заказчик, богатый, зрелый мужчина, смотрел на мисс Хилт хищно, то и дело, облизывая губы. Ей было совершенно все равно, а вот Генри реально пригождался. Он хорошо вошёл в курс дела и плавал в вопросах, как рыба в воде. Это заметил и Говард, что присутствовал на встрече, как глава отдела.

– А вы молодец, мистер Линкольн, – догнал он стажёра в коридоре, – не зря за вас все время мисс Хилт словечко молвила. Так держать!– похлопав парня по плечу, начальник ушел. Стоит ему почаще глаза мозолить, это ключ к успеху.

Встреча прошла на ура. Конечно, Линкольн стоял бледной тенью вдали, являясь лишь по зову тех или иных событий. Но это понравилось начальству. Он даже заслужил похвалу, отчего улыбнулся и слегка смущённо пробурчал, что это не стоит таких похвал.

Но вот что его покоробило, это внезапная новость, что о нем хлопотала мисс Хилт. Похоже, если бы не она, его могли бы уже и уволить давно за что-то. С одной стороны приятно, что у него есть «крыша», которая явно его ценила как работника. С другой – это было несколько досадно, что его продвигают, будто он сам ни на что не способен! Хотя, без связей в нашем мире никак, это Генри понемногу стал понимать.

Да, она за него часто вступалась, не позволяя коллегам ездить на стажёре, старалась оградить от дурного настроения Говарда и уж тем более от увольнения. Стажёры – расходный материал в глазах всех, кроме самой мисс Хилт, что видела в молодых ребятах будущее компании. И ей не хотелось бы, чтобы Генри об этом узнал. Ровно как не хотелось, чтобы читал ее дневник, в котором описаны всякие глупости. Может, разумнее вырвать эти пару листов?

– Уже время ланча, – Саманта встала из-за стола, – не хотите сходить в то кафе? – показала пальцем на свой стаканчик с зачеркнутым номером телефона бариста,– я не настаиваю на походе со мной в кафе, если вы не хотите.

– Мисс Хилт, прекратите. Мы с вами обо всем договорились, а вы опять… «если не хотите». В другой обстановке проще мыслится, так что пойдёмте, – решительно проговорил Генри, подхватывая пиджак и нужные ему вещи, открывая дверь перед девушкой.

Кафе было удобно расположено, как раз в их бизнес-центре. Линкольн сюда редко заходил из экономии, хотя цены оказались вполне демократичными. И все же лишние траты он себе не любил позволять.

Саманта улыбнулась. Это значит, что она его подкалывала и, получив ответ, который ее удовлетворил, пошла на ланч со своим подчиненным.

– Война войной, мистер Линкольн, а обед по расписанию. Я перешлю вам деньги по чеку.

Этот вопрос ее не беспокоил ранее, но теперь она не хотела задевать лишний раз гордость Генри.

– Я закажу и оплачу. Помню наш уговор, вы всегда можете переслать мне деньги, чек я тоже принесу, – несмотря ни на что, какая-то гордость в парне была. Он хотел хотя бы не заставлять начальницу лишний раз стоять на ногах в очереди, так что безальтернативно усадил за столик.

– Полагаюсь на ваш вкус!

Она знала, что вкус у Генри хороший. Наверное, из всех свиданий, выезд за город был лучшим. Но об этом стажеру знать ни к чему?

Вернулся Линкольн минут через десять с заказом: два кофе и маффины.

– На ваши маффины, конечно, не тянет, – произнёс Генри после нескольких минут молчания, пока они ели.

– Я не все умею готовить, – оправдывается Саманта, – но маффины всегда удаются. Я рада, что именно они были тогда. Повезло мне.

– Повезло скорее мне, что я ухитрился их попробовать. Ведь отнекивался поначалу, – улыбнулся в ответ Генри. Пожалуй, их перемирие все же вступило в силу. Они уже перестали обиженно зыркать друг на друга. Но все же Линкольн был в лёгком напряге. Он хотел показать ей себя с самой лучшей стороны. Но почему?

Потому что он все равно не желал сдаваться! Потому что она сама зря ляпнула о том, что он ей тоже нравился. И что дело лишь в работе, которая важнее. Если Генри сможет доказать мисс Хилт, что это возможно совместить, то, может быть, она передумает и даст ему хоть один шанс?

Но разговор тут же перешёл в рабочее русло. Саманте стоит смириться с положением дел. Как прежде уже не будет никогда.

– У вас встреча через час. Основные документы я успел перед ланчем положить на стол… и да, разговор с подрядчиком перенести пораньше не получилось, увы. Но я вроде впихнул его в график, так что мы почти час сэкономили уже до обеда.

– Да, но не нужно перерабатывать. Согласно моему плану нагрузка распределена грамотно. Если будете так рано приезжать, выгорите через неделю, а нам это не нужно. Я… очень ценю вас, как сотрудника.

Это действительно так. Генри знает, что за ним присматривали и раньше. Но и Линкольн пытался сделать так, чтобы Хилт лишние часы не сидела на работе. Забота о ней? Или о себе, ведь и его день зависит от её распорядка? Сложно сказать. Но скорее оба варианта сразу.

Работать с Хилт было приятно и интересно. Но лёгкая напряжённость оставалась, которую они никуда не денут теперь никогда. Оба это поняли, и оба знали только один выход… точнее, его знал Генри, но знала ли его Хилт?

– Это было просто для первого дня так серьёзно. В остальном я втянусь, и буду приезжать ближе к официальному времени. Не переживайте, мисс Хилт, – попросил аккуратно Линкольн, отпивая кофе и странно посмотрев на начальницу.

– Ам, мистер Линколь, может мы… – нет, она не знала, что сделать, поэтому, мялась так неловко, – Мав просил передать спасибо за гостинец. Но я его ещё не кормила. Может, вы бы хотели сами его угостить?

«Она ведёт себя не очень понятно, – подумал Генри, – будто пытается извиниться».

Бред. Зачем ей так себя вести? Может ей неприятно, что стажёр слишком стал сдержан? Да он вроде уже старается забыть о том, что было. Вот только в разговоре о маффинах промелькнуло и все! А она сама зачем-то эту тему поднимает. Не понять ему женщин уж точно никогда.

– Бедный Мав. Я ему этот корм полчаса выбирал, а вы до сих пор его не угостили? – парень вдруг тихо засмеялся, даже не сразу понимая, что она зачем-то его вновь то ли к себе приглашает, то ли ещё что. Это ведь ещё больше должно удивлять его.

– Сама не знаю, что это на меня нашло…

Что с ней? Она хочет наладить отношения, это понятно. Но к чему? Он показал уже, что все нормально. Ему работается вполне легко и свободно. Да есть моменты ещё, где они слегка на взводе. Но это пройдёт за недельку. Сейчас нагрузка повысится, и будет уже не до глупых мыслей о том, насколько приятны на вкус губы Саманты… черт, зарекался же об этом думать!

– Тогда придётся приехать, конечно же. Когда будет у нас время, обязательно его навещу и покормлю, – пообещал с улыбкой Линкольн. Но сделал все так, будто дело действительно только в коте.

Но в глубине души Генри был… счастлив? Потому что Хилт будто пытается что-то вернуть. Может ей хочется просто для себя понять, что между ними было? Так сказать, опыт провести. Кто ж её знает.

Как же мисс Хилт была рада, услышав от Генри о том, что он не против навестить Мава. Почему-то ей хотелось отмотать их знакомство на тот момент, когда в ее квартире парень ласкал белоснежного котика и улыбался. Он смотрел на нее такими глазами, что внутри Саманты все трепетало. Может, она хочет ещё того трепета? Или чтобы Генри сам трепетал?

– Он будет очень вас ждать!

Это безумие. Так или иначе, она само непостоянство и, да, трусиха.

– Встреча скоро… пойдёмте, мисс Хилт, – Линкольн поднялся, протягивая девушке руку с лёгкой ухмылкой.

Мисс Хилт подала руку Генри. С ним не страшно было окунаться снова в пучину рабочих вопросов. Чувствовалось надёжное плечо.

К концу дня все в компании знали, какой ловкий перец этот Генри Линкольн. Даже те, кто о нем никогда не слышали. До Хилт не дозвониться, всем приходится иметь дело с ее личным помощником. Иногда она наблюдала за ним, прищурив глаза. Все же, он ее рыцарь на железном коне. Как бы это глупо ни звучало, но все девочки именно таких и ждут. Конечно, она допустила ошибку, упустив его. Но будет ей урок.

День полетел ещё стремительнее, нежели утро. И парень, который крутился, как белка в колесе, даже не сразу это заметил. Началась переработка. В такое время заканчивались некоторые официальные предписания, так что Генри со спокойной душой снял галстук и расстегнул воротник рубашки на пару пуговиц.

В кабинете стало тихо и уютно. Хилт явно и сама подустала, уже откровенно ежилась за столом. Спина и шея всегда страдают у заложников сидячей работы. Генри подметил, что Саманта часто потирает шею. Наверное, и ноги устали в туфлях… может она даже их сняла и сейчас тоже разминает пальчики. Пикантный момент, из-за которого Генри смущенно закашлялся, невольно обратив внимание начальницы на себя.

– Все в порядке, мистер Линкольн?

– Да! Все хорошо, а вы… Устали, мисс Хилт? Осталось немного на сегодня. Я уже делаю пометки в распорядок завтрашнего дня. Пока мы идем четко по графику, так что пару минут отдыха можем себе позволить, – слегка с волнением проговорил Генри, откидываясь на спинку своего рабочего кресла и потягиваясь. Рубашка на его широкой груди чуть ли не затрещала по швам. Старенькая уже, пора бы её обновить.

– Немного, – отзывается начальница, и тоже откидывается на спинку кресла, выдыхая и закрывая усталые глаза. Это явно не «немного». Генри понимал. Мисс Хилт его поражала. Он никогда и не думал, что на неё сваливается СТОЛЬКО всего. И она как-то всегда ухитрялась работать одна. Лишь в экстренных случаях брала помощника.

– Но это уже почти привычно.

Линкольн успел за сегодняшний день минимум обрести одного хорошего знакомого в типографии, поругаться с отделом технического обеспечения и заметить непрофессионализм парочки сотрудников отдела маркетинга. В общем… теперь умом Линкольн осознавал, почему Хилт такая. Её работа – это не просто бумаги подписывать. Она следит за всем, вносит коррекции и принимает решения. По сути, в каждом из отделов она работает.

– Первые дни таких оголтелых проектов всегда трудно вывозить. Но ничего, «постепенно вольюсь», так же вы сказали за ланчем? – Саманта потирала шею. Очень хотелось распустить волосы и, конечно, сбросить узкие туфли. Впрочем, она это и сделала, вставая на пол босыми стопами и, приблизившись к столу Линкольна, заглянула через его плечо на монитор компьютера. В стеклышках ее очков отразился синий экран. Ладошка легла на руку Генри, что сжимала мышку, заставила промотать вверх колесиком, потом вниз.

Генри вздрогнул, когда тёплая женская ладонь легла поверх его кисти. Но это лишь для удобства, чтобы показать ему что-то нужное или проверить типичные ошибки новичка. И когда парень повернул голову, его буквально обдало неземным ароматом духов и помады, отчего ноздри непроизвольно сокращались, ловя рецепторами носовой полости каждую молекулу этого восхитительного запаха, от которого голова закружилась из-за того, что кровь отлила.

«Нет, не думай об этом!»

– Ммм… это хорошо. Не устану повторять, вы молодец, – тоже повернув голову, Саманта едва ли не соприкоснулась кончиком носа с носом стажёра,– Генри…

Поспешно убрав руку, она отпрянула, смутилась. Отошла к окну, будто что-то там увидела интересное, и, склонив голову, распустила волосы, массируя кожу, сжимая пряди у корней, плавно переходя к напряжённой шее.

– Завтра совещание у Говарда. Может, наденете красный галстук? У вас есть?

«О чем это она вообще?» – подумал Генри.

– Если нет, не страшно.

– Да. У меня есть ярко-красный и еще такой, близкий к бордовому. Какой именно будет удачнее? И… почему этот цвет? – спросил Генри, вставая с места. Он аккуратно начал складывать бумаги и разбирать свой стол, пока Хилт стояла у окна и пыталась привести себя в норму, массируя явно затекшую шею… соблазнительную шею. Боже, да что с ним? Один день в её обществе и всё, опять плывёт. Тащится от этой женщины, её силы и эмоций.

– Лучше яркий. Говард падок на сильные личности, а красный цвет ассоциируется у него именно с такими людьми, – кажется, она хочет, чтобы Генри понравился начальнику отдела ещё больше.

– Иногда Говард как ребенок, впрочем, все мужчины, как дети. От того с ними и проще, – Саманта устало улыбнулась, бросая взгляд на Генри через плечо. Неужели камень в его огород? Да нет, она просто шутит. Сейчас мисс Хилт точно не злорадная и не агрессивная. Скорее какая-то грустная.

– Не спорю. Впрочем, и женщины на самом деле иногда как дети, – парировал машинально Генри и осёкся. Виновато замолчал. Хорошо, что Саманта, стоя у окна, не видела его лица.

Но мисс Хилт не обиделась, напротив, ее плечи стали покачиваться от тихого смеха. Признает, наверное, что тоже становится девчонкой рядом с Линкольном. То такая глупость несусветная, что даже стыдно за себя.

Глава 12

– Вам бы к массажисту после всего походить, мисс Хилт. Я немного изучал технику массажных приёмов на кружке для парамедиков. У вас явная мышечная спастичность. Такое состояние надо разбивать крепкими руками, – посоветовал со смущённой улыбкой Генри. И будто бы ей показалось, или он сделал намёк, что тоже умеет делать массаж, раз учился этому отдельно от общей программы? Или нет. Просто совет со стороны? Сложно сказать, голос Генри был задорным, но более тихим из-за усталости, и многие эмоции явно скрывал.

В общем зале отдела, разделенном на блоки, свет уже стал более тусклым. Почти все сотрудники, забирая бумаги в папках и мульти формах, разбрелись домой. Саманта видела через окно стоящих на обочине девушек, ждущих такси. Так дешевле возвращаться домой. Она сама ввела эту систему лет пять назад, приучив Алонсо, охранника из холла, вызывать такси ко времени по заявкам сотрудников. А те уже сами сбиваются в стайки и… всего 9 маршрутов, по три человека. И так весь офис оказывался развезённым по домам до восьми вечера. Сейчас казалось, будто это так давно было. А сколько трудов вложено!

– Да, наверное, вы правы, но у меня никогда нет на это времени. Да и… – мисс Хилт отвернулась к стеклу, наблюдая, как на улице сотрудницы её компании, уже закончившие рабочий день, садятся в жёлтую машину с шашечками. Зачем-то она запоминает номер. Совершенно неосознанно, на автомате. Мало ли что.

– Я не могу расслабиться, когда ко мне прикасаются незнакомцы в таких уязвимых местах. Сама не знаю, какого подвоха жду, но массаж превращается в пытку.

Наверное, эта фраза объясняет в мисс Хилт все. Нет доверия – нет жизни. При всей своей силе, энергии и уме, эта женщина очень ранима и пуглива. Привыкшая полагаться на себя, уже знающая, что такое обида от мужчины, Саманта, оттолкнувшая Генри, теперь и не знала, как быть.

Усталая женщина у окна начала покачиваться, плавно перетекая с пяточки на носочек и обратно.

– А вы и в этом разбираетесь, верно? И руки у вас крепкие, сама видела… вас я, к тому же знаю, но… – Саманта обнимает себя за предплечья, нервно сжимает локти пальцами, – но просить такое едва ли уместно.

Она буквально объясняет Генри, что происходит с ней. Впервые с уикенда вновь говорит не как строгий начальник, а просто женщина, уставшая от собственной силы. И когда мисс Хилт говорит о том, что бы могла довериться Линкольну, он встрепенулся. Мисс Хилт даёт ему шанс, который он не имеет права упускать! Потому парень подошёл ближе, с улыбкой заглянув в лицо Саманты.

– Боже, мисс Хилт! Это был комплимент? Я польщён, – засмеялся тихо Линкольн.

– Мужчинам редко делают комплименты. Я считаю это несправедливым.

– Бросьте, давайте я попробую немного облегчить вашу ношу. Не обещаю, что получится идеально. Я ведь не врач, но вам все равно будет легче. И мне несложно!

Генри протянул начальнице руку. Он вновь открывается ей! Вновь рискует наступить на те же грабли, понимая, что Саманта может опять его оттолкнуть. Однако Генри ничего не мог с собой поделать. Мисс Хилт ему нравилась слишком сильно, чтобы вот так отказаться от возможности как-то ей помочь.

– Вы и так только этим и занимаетесь весь день, мистер Линкольн. Облегчаете мою ношу, – она подала руку Генри.

– В идеале бы это делать лёжа и без одежды, но условия диктуют нам, а не мы им.

– Лежа… без одежды… – механически повторяет мисс Хилт, невольно краснея. Она волнуется.

– Да… – Генри кивнул без задней мысли, – так что садитесь и положите голову на руки. Вот так! – парень показал позу, в которой часто любят спать прямо за работой менеджеры или нерадивые ученики на уроках. Он помог Саманте сесть в кресло, а сам встал позади, предварительно протерев руки влажной салфеткой, и теперь только ощутил прилив волнения.

Саманта сидела в той позе, которую предложил её помощник, положив голову на руки, убрав волосы, и обнажив тонкую белую шею с маленькой родинкой у самого ушка. Это выглядит сексуально: склоненная голова, опущенные плечи, прикрытые глаза.

– Запомните, что лёгкая боль возможна. Но не терпите её, если она вдруг затянется. Это будет означать, что я делаю что-то не так, – попросил ласково парень, аккуратно прикоснувшись пальцами к шее Саманты, прощупывая остистые отростки шейного отдела.

Сейчас она полностью доверяется Генри, однако когда руки касаются её тела, вздрагивает. Чувствуется ее не только физическое напряжение, но и эмоциональное. Что-то не так… почему она не расслабляется? Когда кто-то за спиной и берет ее за шею… Сэм даже дышит сейчас неправильно. Ей неприятно? Или страшно?

– Думайте о мистере Маве, о его мягкой шерстке.

– Хорошо, подумаю о коте, – внезапно хорошая идея от Генри очень помогла. Значит, проблема в ее голове, а не в навыках массажиста.

Пальцы Генри стали медленно и нежно давить на затекшие мышцы, то сильнее, то еле касаясь. Саманта чувствовала, что Линкольн действует аккуратно, старается прощупать её мышцы и дать им хоть немного расслабления. Постепенно она стала дышать глубже, прикрыла глаза, расслабилась. Сэм так расслабилась, что вот-вот замурлычет.

Вместе с тем мисс Хилт слышала, что дыхание Генри тоже изменилось, стало глубже, а его пальцы периодически подрагивали от волнения. Очевидно, что ему нравится сам процесс. Генри приятно прикасаться к женской коже, чувствовать её аромат, ставший более ярким от того, что парфюм мисс Хилт уже стал оседать.

– Все не так уж плохо. Явных признаков сколиоза я не замечаю, как и сильных разгибательных изменений позвоночника. Остеохондроз вам ещё не светит. Но нужно заняться профилактикой. В бассейн бы походить по воскресеньям, – сказал парень, делая массаж глубже, разгоняя кровь по телу мисс Хилт, делая её кожу горячее, и пытаясь унять спазм. Это походило со стороны на работу пекаря, который с нежностью взбивал тесто, чтобы оно достигло нужной кондиции.

– Вы точно не доктор? Хах…

Больно не было, точнее, Саманта не назвала бы эти ощущения болезненными. Так, лёгкий дискомфорт. Но онемение пальцев стало проходить, плечам стало легче, пульсирующая боль в затылке утихла, становилось легче.

– Как вы, мисс Хилт? – спросил аккуратно Генри, продолжая массаж, переходя вновь к лёгким поглаживаниям. Видимо, он заканчивал уже, потому и интересовался.

– Вы просто волшебник, Генри, – в голосе Саманты слышится улыбка,

– Вы сегодня решили меня откровенно смущать, мисс Хилт. Продолжайте, – засмеялся Генри.

– Мне не хочется вставать! Так бы и уснула прямо здесь… зря я переживала. Если бы вас вдруг уволили вы бы могли стать массажистом… кажется, нет такого места, где бы вы не освоились с вашими навыками и упорством. И… я не спрашивала, думала, и так всё ясно, но почему вы ушли из армии? Кажется, вам там нравилось. Или же это гибель друга повлияла на ваше решение?

– Да, мой друг закрыл гранату телом, спас тем самым наше отделение. Хотя, от него все равно мало что осталось… Но я не могу рассказывать об этом, – Генри вдруг стал звучать устало. Он отпустил мисс Хилт и отошел от её кресла так, чтобы Саманта видела лишь его спину. Даже быстро уселся за стол, хотя каких-то явных дел не осталось. У него у самого спина болит или что?

– Полежите ещё пару минут, чтобы кровь не ударила в голову. Я пока ваше расписание закончу, – Линкольн приврал насчёт расписания, оно уже было готово. Просто воспоминания о Митче и пережитом накрыли его слишком внезапно.

– Угу…

Саманта не противится распоряжению лежать смирно. Даже глаза закрывает, молча переваривая слова Генри. Утрата друга, да ещё и при таких обстоятельствах, очевидно, опустошила Линкольна. Митч останется героем навеки, но рана в сердце Генри тоже никуда не денется. Вздохнув, Хилт блаженно покоилась, позволяя себе не двигаться с места. С той стороны, где располагается стол Генри, слышится тихий шорох бумаги. Вот бы остаться так навсегда! Почему-то раньше Саманта не уставала так сильно от своей суматошной работы. Может, это старость?

Благо пары минут в тишине хватило, чтобы собраться с мыслями и пересилить усталое тело и побороть неловкость. Так что вскоре, когда Саманта уже стала шевелиться, Линкольн смог встать и разложить нужные документы у неё на столе.

– Мне кажется, хватит на сегодня, мисс Хилт. Мы хорошо поработали. Если так пойдёт и дальше, то у нас все получится даже быстрее, чем ожидается, – подбадривающе улыбнулся Линкольн, смотря в глаза начальницы. Похоже, ей, и правда, понравился его массаж. Он принес ей облегчение, что ещё важнее. Так что он был рад и доволен собой, ведь его навыки пригодились. Генри ещё в колледже искал запасной вариант на случай, если ему не понравится образование и будущая работа. Думал, что было бы неплохо пойти в парамедики на пожарную станцию, к примеру. Бывших военных туда охотно берут. Но после армии он был слишком подавлен и не мог решиться вновь на работу, связанную с опасностью. Теперь-то он чувствует себя готовым хоть с места в карьер, но жалко потраченного времени на учебу и работу по специальности.

– Вы на такси, надеюсь? – спросил учтиво Генри, собирая вещи и прикидывая расписание метро. До закрытия ещё хватает времени, так что он даже далеко не на последнем поедет домой. А там ещё надо будет распределить нагрузку на завтра для себя в голове и блокноте. Дел много, но Линкольну это даже нравится.

– Я сегодня на машине, – отозвалась мисс, медленно выпрямляясь, – могу и вас подвезти, мне несложно. Пусть это будет моя благодарность за массаж. Не отказывайтесь.

Генри собирался отказаться на самом деле, потому что им не совсем по пути. Но непреклонность Хилт заставила его передумать. Все-таки ей не хочется быть должной. Похоже, это из неё выбить невозможно, поэтому Линкольн не захотел спорить.

– Тогда, позволю себе согласиться, – ответил Генри. Да и если быть откровенным, он даже рад. Ехать на машине по вечерним улицам куда комфортнее, чем трястись в душной подземке, до которой ещё дойти нужно, как и от нее до своей квартиры.

– Вы собрались? – мисс Хилт смахивает со стола свои побрякушки и ключи в сумочку, и, встретившись взглядом с кивнувшим ей Генри, добавила, – идемте. А то глазом не успеете моргнуть, а уже утро!

Вместе пара покинула офис, спустилась на подземную парковку, где стоял серебристый Мерседес мисс Хилт. Она пригласила Гении в салон и сама деловито села за руль. Завела, приборная панель засветилась, включилось радио и навигатор.

Поэтому парень с удовольствием сел на пассажирское сидение. Вообще, может, стоило на заднее, но Генри хотел посмотреть на Хилт за рулём. Как её стройные ноги напрягаются, вжимая педали, как её тонкие ручки цепко держат руль, а взгляд сосредоточен на дороге.

– Скажите адрес, навигатор построит маршрут, а вы – отдыхайте.

Теперь она его катает. В салоне приятно пахнет чем-то знакомым, и здесь даже слишком чисто для машины, на которой нечасто ездят.

Навигатор выстроил маршрут, вполне себе по времени сносный. Так что Линкольн расслабился, смотря в окно на дорогу.

Впрочем, Саманта видела, как он периодически косится на неё, явно смотрит внимательно и оценивающе. Это взгляд восхищенного мужчины, который не очень-то и скрывает свои чувства.

– А вы никогда не думали о другой профессии? – Генри понял, что за рулём Хилт себя чувствует уверенно, поэтому решился разбавить поездку разговором, который не будет отвлекать начальство от управления машиной, – может быть, в детстве о чем-то мечтали, но почему-то не решились…

Все же, Линкольн не оставил попытки узнать Саманту получше. Он ищет способы наладить контакт, несмотря на недавнюю ссору. Да, работа должна быть в приоритете, но сейчас они вне офиса. И Генри надеется, что мисс Хилт начнет открываться ему. Иначе она окончательно выгорит, как он в свое время в армии. Да, она не видит смертей, но от этого работа не легче совершенно. Именно сегодня он это осознал. Сколько всего валится на эти хрупкие плечи, которым приходится быть постоянно напряженными, крепкими. Ей тяжело физически и морально.

В самом деле, Саманта за рулём вполне расслаблена. Это редкость для женщин, они часто предпочитают брать такси, чем управлять машиной самим, но не мисс Хилт. Ей просто часто хочется позволить себе коктейль.

– Я мечтала быть таксистом, – говорит так серьёзно, что и не поймёшь, шутит ли, улыбаясь, бросает косой взгляд на Генри, – а потом космонавтом, стоматологом и кинологом… В общем, как и все, не знала, куда приткнуться. Работа в этой компании как-то сама меня нашла. Пригласил парень, с которым в колледже дружили. Он думал, что я хорошо умею работать с людьми..хах, шутник! Но как-то все закрутилось.

Она чувствует косой взгляд Генри, улыбается ему, бросая короткий взгляд в ответ.

– Знаю, вы не об этом спрашивали, просто я уже и не помню, о чем мечтала раньше…

Жёлтые огни фонарей проплывали за окнами, казалось, они кружатся в парах, уносятся вдаль. В домах справа и слева горели огни. Можно даже посчитать, сколько сейчас семей находятся дома. Раньше Саманте нравилось гулять и заглядывать в чужие окна. Там, за рамами, была совершенно другая жизнь, которой не было у неё.

– А нет, вру. В одиннадцать я хотела иметь суперсилу и спасать людей! Ха-ха! Это считается?

Кажется, настроение у неё отличное. Возможно, потому что Генри не отказался от поездки. Сейчас будто и не было между ними того ужасного недопонимания.

Навигатор советовал повернуть то направо, то налево, Саманта слушалась его без напряга, поворачивая руль. Ездила она на механике, что тоже отличало её от большей части автоледи.

– Уже неплохой набор на самом деле, Сам… мисс Хилт, – Генри неловко улыбнулся. Всё стало так хорошо, что он внезапно хотел обратиться по имени к начальнице, но они же договорились, что старое не вспоминают, а в новом он сам отказался лишний раз произносить её имя.

«Черт, я такой дурак! Честное слово, мальчишка! Может и правда Хилт права. Я слишком неопытен для такой женщины?»

В нем много ещё задора и гонора, свойственного молодым. Удивительно, что он вообще каким-то образом стал белым воротничком. Тут Хилт права была: в армии ему нравилось. Его даже не хотели отпускать, но после проработки с психотерапевтом, он понял, что не готов дальше служить. Может и стоило остаться, перевестись на канцелярскую работу, но, что теперь уж поделать.

Она слышала, слышала это колебание в голосе Генри, когда он чуть не назвал ее имя. Пальцы крепче стиснули руль. Нет, все так, как и полагается. У них теперь отношения -начальник-подчиненный, и только. Хотя..какого черта тогда она подвозит его домой?

Да, мисс Хилт совершенно не по пути, но и везёт она Генри не на себе, так что чего прибедняться?

– А вы, о чём мечтали?

– До подросткового возраста, примерно, мечтал, как и отец, быть фермером. Потом бунтарский характер дал о себе знать, и мне захотелось приключений. Хотелось помогать всем и вся, потому в почти восемнадцать ушёл в армию. По понятным уже вам причинам, резко захотел спокойной жизни. В общем, меня бросало из стороны в сторону. Вот, пожалуй, мотоцикл остался единственным из таких моментов свободы и бунтарства, – хмыкнул парень, подарив девушке странный взгляд. Он делится с Самантой слишком личными моментами без утайки, ничего не приукрашивая. Мужчины ведь обычно стараются свои лучшие качества показать, а он… только будто специально заостряет внимание на спорных и не самых приятных моментах.

– Правда? И так бывает… я вот, живя на ферме, мечтала только сбежать оттуда. Мой бунтарский дух манил меня в большой город. Всех нас порой штормит, это нормально. Не нормально, когда все гладко и ровно. Тогда люди обращаются к психотерапевтам и им ставят серьезные расстройства. Так было у моей подруги Мей. На таблетках теперь сидит. А у вас – совершенно все хорошо.

Даже если нет, она права. Нужно ценить все, что имеешь и жить сегодняшним днём, потому что завтрашний может не наступить. После утраты друга, Генри тоже это должен понимать.

Навигатор вдруг объявил об окончании маршрута. Небольшая новенькая многоэтажка выросла как из-под земли. Но тут тебе ни выделенной парковки, ни консьержа не будет. Это простой спальный район для класса ниже среднего, но не самое плохое место, но такую машину, как у Мисс Хилт, тут не встретишь запросто.

Когда машина остановилась, Саманта не стесняясь положила лоб на руль автомобиля и улыбаясь посмотрела на Генри. Со своей задачей справилась, подвезла его.

– В плохих фильмах обычно пытаются пригласить на чай или кофе к себе… но хорошо, что мы в реальности, –засмеялся Генри.

– Да, мы в реальности, – у Саманты ужасно разболелась шея, но жаловаться она не собиралась.

Генри уже собирался выходить, но остановился, замер, потупив взор.

– Вы не сочтёте лишним, если я попрошу вас, по приезде домой, написать мне? Не хочу волноваться, что заставил вас проделать такой путь. Не усну ведь, если не узнаю, что все в порядке. Ладно?

– Не сочту, не волнуйтесь. Я напишу вам, чтобы не беспокоить. Но если вы будете думать, будто заставили меня, я рассержусь!

Засмеялась устало, но заметила этот жест руки Линкольна, затаив дыхание, замерла, но ничего не случилось.

Саманта видела, как он неловко шевельнул рукой, будто хотел прикоснуться к ней, подбодрить. Но не решился, потому вышел из машины с улыбкой, помахал мисс через окно. По губам она прочитала запоздалое «доброй ночи».

Мисс Хилт кивнула в ответ на пожелание доброй ночи и ждала, когда Генри отойдет достаточно, а после машина тронулась.

Генри проводил машину взглядом и со вздохом пошёл домой. Четвёртый этаж, без работающего как всегда лифта. Неплохая нагрузка на ночь глядя.

Его никогда ещё не возили домой. Странное чувство. Забота, которая ему никогда не встречалась. Это было очень приятно, даже слишком.

Дома его, конечно же, никто не ждал. Парень подумывал завести себе кота или хотя бы и рыбок, но зная себя, свой распорядок, не смог бы многое дать питомцу, потому и пытался брать на себя ответственность.

Стоило бы перекусить, прежде чем завалиться на диван и заняться разбором данных. Так что на кухне он проторчал некоторое время, затем устроился у окна с кружкой чая и сэндвичем с яйцом, задумчиво глядя в темноту под звуки легкого джаза.

Грустно, конечно, это все. Саманту и Генри явно тянет друг к другу, но какая-то мнительность мешает им признать симпатию. Впрочем, что значит «какая-то». Она – его начальник, он – её подчинённый. Статус не позволяет. Можно было бы скрывать их служебный роман, да только это невозможно. Рано или поздно все тайное становится явным. Но как приятно было Линкольну сейчас прокручивать в голове целый день, проведенный с мисс Хилт в столь тесном контакте. Именно с Самантой Хилт рядом Генри чувствует себя наилучшим образом. Она его вдохновляет становиться сильнее и лучше.

Глава 13

Машина описала дугу по двору, но не покинула его! Встала в самом дальнем крайнем углу, за деревьями, чтобы ее было почти не видно. Что?! Зачем? Почему..?

Мотор стих. Мисс Хилт вышла из салона, в одной руке держа телефон, в другой уже зажженную сигарету. Так она курит… призрачный свет экрана телефона выхватывал из темноты ее бледное лицо на пару мгновений, а потом гаснет. И о присутствии рыжей, облокотившейся на машину, напоминала только точка тлеющей тонкой сигареты в темноте.

Выпуская тонкую струйку дыма накрашенными и уже подсохшими от долгого ношения помады губами, мисс Хилт смотрела на серый многоэтажный дом. Где-то там квартира Генри Линкольна. Сейчас он раздевается устало, вешает пиджак на спинку стула. Собирается ужинать или примет душ?

Она не знала, которое из светящихся окошек его, но знать, что, все же, он где-то там, так приятно. В этой части города можно увидеть звёзды, и Саманта периодически переключалась на них, втягивая прохладный ночной воздух.

– Вот же повезло…

Она усмехнулась, цокнув языком. Обычно мужчины стоят так под окнами своих зазноб и нервно курят, предаваясь мечтаниям. Порой, несбыточным. Наверное, и в их случае так.

Саманта достала телефон снова. Открыв телефонную книгу, нашла номер Генри. Так и не внесла его в список контактов, но запомнила по последним цифрам. Как же хочется набрать его сейчас, сказать… Что-нибудь! Неважно что, чтобы остаться. Но это ведь так глупо!

Убер подъехал через несколько минут, так что мисс не успела толком замёрзнуть. Свою машину она оставила во дворе Линкольна. Едва ли он ее заметит, ездит ведь на метро. Лишь подъезжая к своему дому, мисс Хилт отправила смс: Я дома, мистер Линкольн. Доброй ночи!

***

Утром мисс Хилт приехала на работу чуть раньше, потому что решила ни в чем не уступать Генри. Не хватало ещё, чтобы все заслуги приписывали стажёру! Не в том, конечно, дело, что Хилт нужна слава или чьё-то признание, но она ведь руководитель, как-никак.

Генри же немалую часть своего вечера, которую стоило бы посвятить отдыху, провел за документами. Но, как и обещал, сегодня приехал чуть позже. И все же, обогнал начальство на добрые полчаса. Так что Саманту вновь ждал на столе горячий кофе с круассаном, расписание и кое-какие заметки насчёт сегодняшнего дня.

– Доброе утро, мисс Хилт. Хорошо выглядите, – улыбнулся Генри начальнице. Конечно, может чуть и приврал, поскольку усталость они явно ощущали оба, но оно того стоило. А ведь в таком режиме придётся работать неделями, и Генри хотел подбодрить Саманту своей энергичностью. Ну, ни к чему ей переживать, что стажёр уже на второй день начал сдавать.

«Не удалось его опередить, хотя горячий кофе так кстати! Стоит начать принимать БАДы, наверное, чтобы поддержать нервную систему» – подумала мисс Хилт, а вслух только сказала:

– Доброе, мистер Линкольн!

Она улыбнулась, сразу же взявшись за кофе. Сегодня обошлось без номера телефона на горячем боку мягкого стакана. Странно!

Отпивая кофе, Саманта стала просматривать документы, которые уже поджидали её. Впечатляет! Стажёр снова постарался на славу. Но это даже тревожит Саманту. Если Генри будет и дальше работать в таком темпе, то это чревато последствиями.

– Отдел контроля просит обратить внимание на эти пункты, – парень ткнул пальцем в строки одного отчёта из многих, что Саманта разложила на столе, и вздохнул, – похоже, есть проблемы с законодательством в использовании подобных рекламных материалов в некоторых штатах. Так что нам нужно ещё проштудировать законы. Я уже набросал первичный разбор, и обозначил, где мы можем обойти те или иные пункты и спокойно выиграть даже без помощи юристов.

– У нас есть соглашение с некоторыми штатами в индивидуальном порядке и в виде исключения с проектов прошлых лет. Сходите в архив, проверьте актуальность сроков этих соглашений. Ещё раз пересмотрите список штатов и сократите или увеличьте его – одним словом, обновите. Я свяжусь с юристами. Штудирование законодательства – их работа, они зарплату получают. Это на себя даже не думайте брать.

Ее тон не терпел возражений. Развернувшись, она уселась за свой стол, проверяя рассортированную почту.

– Понял! Так точно… и ещё, заседание совета назначено на одиннадцать в главном зале, я уже попросил подготовить первичные отчетные графики, скоро пришлют, – отчитался Линкольн и вернулся на свое место.

– Очень хорошо! Значит, все успеем. И ещё, – Сэм сказала, это таким же тоном, как сам Линкольн только что, прежде чем он ушел за свой стол, – сегодня отпущу вас раньше.

Генри не стал спорить с тем, что его решили сегодня отослать. Во-первых, это и правда достаточно отдыхать – очень важно, и повезло ему, что начальство вот так о нем печётся, а не тянет жилы. Во-вторых, спорить с Хилт, и правда, сложно. Но он все же оставил себе небольшую лазейку в виде того, что при необходимости, все равно, задержится, даже несмотря на её заботливое распоряжение.

Начальнице до одиннадцати нужно успеть связаться с двумя подрядчиками и арендаторами, потом, как и обещала, с юристами. Краем глаза, Саманта поглядывала на Генри. Красный галстук – это хорошо. Может, стоит сделать ему комплимент?

Генри работал увлеченно, но периодически посматривал на Саманту и улыбался, стараясь, чтобы она не видела его взгляд. Сегодня им было комфортнее, чем вчера, и, вместе с тем, в кабинете было тише, чем обычно. Видимо из-за прорвы задач, которые ставил перед компанией крупный проект, никто не мог позволять себе отвлекаться дольше, чем на мимолетный взгляд.

«Представляю, сколько же проблем в общем офисе», – даже в пылу работы Генри вспоминал о своих товарищах-стажёрах, которым тоже приходится нелегко.

Работы сегодня было пруд пруди: приходилось не только отвечать на звонки, почту, связываться с отделами, рассылать запросы, но и побегать между этажами, поискать информации. Но зато, вернувшись в кабинет и сделав краткую сводку, было, что направить в юридический отдел, дабы они дальше занялись вопросом правомерности рекламы в определённых штатах Америки.

К началу очередного собрания мисс Хилт и мистер Линкольн были готовы как нельзя лучше. Любят же начальники проводить все эти промежуточные развлечения в виде презентаций и представления отчётов. Будто без них работы нет, честное слово! Так ещё теперь Линкольн бегает и все это верстает.

Раньше той части офиса, в которой он работал, выпадали лишь фрагменты всех этих дел, небольшие кусочки пазла, не дающие почувствовать масштаб работы, которая складывалась, как оказалось, в руках Хилт. А теперь ещё и в его руках, что несли целые кипы бумаг, ибо экземпляров требовалась куча, не считая электронных вариаций и прочего-прочего.

– А вы видели сегодня Генри? –Энни высунула нос из-за монитора, – наверное, засыпало его там по самую макушку поручениями.

– Он погрузился с головой в работу с мисс Хилт, – отозвался, не отрываясь от клавиатуры Колин, – бегает в офис с утра, как на свидание, а уходит в ночи. С ней! Охранник сказал, они уезжали вчера вместе на ее тачке.

– Иди ты! – Клэр засмеялась, лукаво прищурив глаза. Энни побледнела, как мел.

– И как далеко у них все зашло?!

– У них-то? Не смеши. Они играют в разных лигах. Но начальство чаще говорит о Генри.

– Генри молодец, – подтвердила Китти, стоявшая у ксерокса в уголке и случайно ставшая свидетелем разговора стажёров, – работает хорошо, шустрый такой. И в помощи никогда не откажет. Его и в отделе продаж хвалят. Я молчу про архив. А это только второй день!

– Говорят, все протеже Хилт далеко идут, – Клэр была независтливая, весьма приятная и доброжелательная девушка.

– А много их было? – Энни выпила воды из бутылки и выдохнула.

– Ммм… трое, кажется, Мишель Грей, Оливия Вайз и Рональд Пэтроу. Все сейчас в главном офисе в Нью-Йорке, – ответила Китти, собирая копии и скрепляя их вместе большим канцелярским зажимом.

– Это и Генри ждёт? Вот это да! – Колин присвистнул, – везунчик!

– По слухам судя, она вроде хедхантера для штаба. Но это лишь слухи…

Тем временем пришла пора очередной встречи, и мисс Хилт в компании своего блестящего помощника прошла в конференц-зал через весь этаж. Невольно все проводили пару глазами.

***

– О, Доброго утра мисс Хилт, мистер Линкольн! Чудный галстук! – Говард сразу же заглотил наживку. Саманта хорошо его знает.

– Благодарю, – улыбнулся Генри, понимая, что Саманта не просто так говорила про этот аксессуар. Она стала его продвигать, но обрадовало ли это Генри – спорный вопрос. Делать карьеру через помощь начальницы как-то… не по-мужски, казалось ему. Но это все предрассудки. Была бы Хилт мужчиной, никто бы и слова не сказал, а Линкольн бы руку начальника жал и благодарил. Протеже, все такое. А здесь, конечно, будут сплетничать. Ну и ладно!

Вопросов было много, но отчёт для Хилт был всеобъемлющий, ей было, что сказать на все вопросы руководителя, были и варианты, которые она могла предложить. Весь офис хорошо поработал, Линкольн все это верно перефразировал, а Саманта донесла.Генри быстро все настроил, передал нужное Саманте и сел ближе к компьютеру, листая слайды и делая поправки в процессе обсуждения проекта, если возникала необходимость. Так сказать, прям настоящий урок в школе.

Говард остался доволен. Он одобрил все труды своих подчинённых и выходил из зала, расточая комплименты мисс Хилт и ее протеже. Закончил словами:

– Я все это желаю видеть на совещании с заказчиками. Они будут точно довольны и цифрами и охватом. Да ещё как быстро!

Работа опережала график, это все поняли ещё до ланча. Вот, что значит грамотно взяться и подойти с умом.

Генри был очень рад, что их работу оценивают так хорошо. Впрочем, парень помнил особенность своей работы в общем офисе и знал, что радость начальства не перманентна. Сегодня тебя боготворят, завтра уже будут проблемы. Так что не стоит расслабляться и нужно работать, делать все верно. Общий план говорил о хорошем темпе работ. Но опять же, Линкольн прекрасно знал проблемы изнутри. Рано или поздно люди начнут сдаваться. Уставать и ошибаться. Вот тогда и начнутся проблемы.

– Вы молодец, мистер Линкольн, – уже по своему обыкновению хвалила Саманта Генри, – дальше будет немного проще. На основе ваших отчетов заработают прочие отделы, им нужно будет только уложиться в сроки и соблюдать все этапы. А нам останется контролировать процесс. Потому сегодня пораньше точно вас отпущу.

– Если не будет срочной работы, мисс Хилт, то воспользуюсь вашей добротой, – улыбнулся поощренный Генри.

Остановившись в коридоре, Саманта вдруг обернулась и тронула Генри за галстук, улыбнулась, чуть приблизившись, и, наконец, сказала то, что следовало сказать ещё утром.

– Красный вам очень идёт.

Медленно выпуская галстук из рук, она отстранилась и пошла дальше в свой кабинет. И что это было? Флирт… нет, у них точно нет на подобное ни времени, ни права. Мисс Хилт играет нечестно! Или так она решила поощрить Линкольна за старания?

Комплимент от начальницы, пусть и пустяковый, но от него колени Генри предательски задрожали, а на лице появилась глупая улыбка. Он замер, краснея, поблагодарил её запоздало, и побежал следом, святясь от счастья, как начищенный четвертак.

– Идемте на ланч? Или вас сегодня отпустить в ту кофейню? – ехидно улыбается, снова припоминая номер на стаканчике кофе Саманта. Рыжая лисица! И чего ей так тот случай запомнился? Дело ли в том, что некая девушка уделила Генри внимание и начальница приревновала?

– Там так себе маффины, всё же. Я лучше бы поел полноценно. Кремового супа с гренками, например! – честно признался Генри, и его желудок шумно подтвердил искренность его желания. Стажёр смущённо похлопал себя по животу и постарался глубоко дышать, чтобы унять спазмы.

На урчание живота коллеги, мисс Хилт улыбнулась и пригласила жестом Генри на выход, накидывая сумочку на плечо.

– Вопрос о том, какую кухню предпочитаете, отпадает, верно? Идём за супом во французский ресторан! Сегодня вы просто блистали, я считаю своим долгом угостить вас. Не спорьте. От моей благодарности за добросовестный труд в наглого свина вы не превратитесь.

– Честно, не буду даже вредничать. Хочу есть, ужасно, – сказал с ухмылкой Генри, следуя за начальницей.

Конечно, ланч должен быть сытным, но Саманте было приятно, что Генри отказался от похода в кофейню. Пусть это и вообще не существенно. Так, глупость. Но оба, начальница и помощник, шли, улыбаясь.

Правда, Линкольн задумался, что это за вопрос был от мисс Хилт про кофейню.

«Неужели дело в том зачеркнутом номере на стаканчике? Да ну бред же! Это будто ревность какая-то. Откуда вообще она бы взялась у мисс Хилт по отношению ко мне?!»

Постепенно рутина поглотит их: утро, ланч, уход домой. И так по кругу, перебиваясь огромным количеством задач. Но сейчас Саманте было приятно вот так сидеть с Генри в ресторане. Они заняли столик в углу.

– Генри, хотела попросить, исключить булочку из моего утра. И сахар из кофе. Я уже несколько дней не могу выделить время на пробежку, переживаю о калориях. Прибавлю и не влезу ни в один костюм.

Они болтают о чем-то кроме работы. Это приятно, если бы и сам мистер Линкольн хотел болтать с ней ни о чем.

– Боже упаси, мисс Хилт! Вы, как всегда, прекрасны! О каких калориях речь? Да за вами только по пути сюда двое мужчин наблюдали, чуть шеи не свернув, – засмеялся тихо Генри, но о том, что встретив его свирепый взгляд, те мужчины поспешно отворачивались, он умолчал.

Парень вновь улыбнулся. Ему нравился сегодняшний день. И похвалили, и отметили. И начальница сегодня такая… утонченная, женственная, неземная. Он в эйфории, от которой слегка кружится голова, и мысли бегают в запретном направлении. К примеру, ему хочется сделать Саманте комплимент и полюбоваться ею, когда зацветёт от его слов. И вообще, что опять между ними стало происходить? Так открещивались от всего этого, чтобы все равно к этому прийти.

– Не надо льстить и подхалимничать! – наигранно рассердилась Саманта, – все мужчины так говорят, а стоит поправиться, сразу все меняется!

Кажется, она через это уже не раз проходила. Больная тема какая-то. Замужние женщины, тем более беременные, как Китти, к подобным вопросам чаще равнодушны. А Сэм даже в отношениях не состоит.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.