Владимир Кожевников
Первая любовь: Легенда о двух сердцах

Глава 1. Закат над озером

Солнце не спеша клонилось к горизонту, его лучи пронизывали воздух, наполняя всё вокруг тонким, мягким светом. Над тёмной стеной сосен разливалась нежная, персиково-золотистая дымка, которая казалась почти осязаемой: вот-вот коснёшься ладонью – и почувствуешь её теплое свечение. Озеро, окружённое густыми прибрежными камышами, начинало дышать прохладой. Рябь на воде была едва заметной, и её тихий плеск, сливаясь с шорохом вечеряющего леса, создавал мелодию, в которой звучала сама природа.

Пахло летней влагой и сладковатым прелью от прибрежной травы. Где-то рядом, в глубине сосновой чащи, просыпались сумеречные птицы и насекомые, и по мере угасания света их голоса звучали всё отчётливее. В этот час день словно прощался со своим ярким блеском, уступая место иной красоте – ночной, чуть таинственной.

На самом краю старого деревянного пирса, который скрипел при каждом движении, сидела девушка: Елена. Она рассеянно болтала босыми ногами в воде, иногда опуская ступни поглубже, чтобы ощутить прохладу, а иногда приподнимая их, чтобы унять возникший внезапно озноб. Мягкая льняная шаль бледно-голубого оттенка скользила с её плеч, и она то и дело поправляла её, боясь, что вечерний ветерок унесёт ткань в воду.

Елене было всего шестнадцать лет. Она росла здесь, в небольшом посёлке, приютившемся на берегу этого озера, и почти каждый вечер приходила на пирс, чтобы побыть одной. Особенно – после того, как в её жизнь ворвался Саша. Сначала она сама не осознавала, почему её так тянет сюда, к камышам, к тихому плёсу. Но с недавних пор в голове поселилась мысль: «Наверное, я жду его, жду встречу, о которой он сам однажды сказал, пусть и в шутку».

Она вспомнила тот день в школьном коридоре: обшарпанные стены, запах мелка и краски, шум перерыва, когда все толпятся у раздевалки или в буфете. Она случайно споткнулась – то ли о свою неловкость, то ли о чью-то раскиданную сумку, – и выронила учебник. И тут же увидела его: высокие скулы, немного взъерошенные каштановые волосы, тёплый прищур. Он поднял книгу, усмехнулся и сказал на полушёпоте: «Не переживай, в этой книжке всё о твоём будущем, а твоё будущее, кажется, только начинается». Тогда она почувствовала, как внутри что-то кольнуло, словно тугая струнка. И это ощущение не исчезло до сих пор.

Краска вечернего неба начинала меняться: розово-оранжевые полосы переходили в более глубокие, фиолетовые тона. Сосны словно смыкали ряды, готовясь к ночному дежурству, а озеро затихало под этим пронзительным взглядом сумерек. Елена выглядела немного отрешённой. В её душе боролись тревога и предвкушение чего-то удивительного. «Придёт ли Саша?» – задавалась она вопросом, хотя они заранее условились встретиться здесь.

Трель сверчков где-то в траве подсказывала, что день завершается и пора уходить, но Елена и не думала вставать с пирса. Иногда она оглядывалась на тёмную полосу леса, где мог показаться силуэт Саши. Сердце замирало, когда ветки шевелились под ветром, и в душу прокрадывалась робкая надежда: «Вот он!». Но каждый раз надежда рассеивалась, когда впереди оказывались всего лишь колыхающиеся в такт ветру стебли.

Она и сама не замечала, как глубоко погружена в эти чувства, но тишина вокруг лишь усиливала гул в её мыслях. Она вспоминала о легенде, которую слышала от бабушки: об этом озере рассказывали, будто в нём растёт редкий цветок под самой поверхностью. Говорили, что тот, кто найдёт его и сорвёт на рассвете, обязательно обретёт своё настоящее счастье. Откуда шла эта легенда, никто толком не помнил: в поселке её передавали из уст в уста уже не одно поколение. Теперь Елена неожиданно связала эту легенду с Сашей – он тоже что-то упоминал про “найти своё счастье”, хотя говорил скорее шутливо. Но, может, за его словами стоит нечто большее?

Она была погружена в эти мысли, когда вдруг услышала позади осторожные шаги. Доски пирса жалобно заскрипели, и Елена, резко обернувшись, узнала знакомую фигуру.

– Прости, что задержался, – сказал Саша негромко, подходя ближе.

Он сел рядом с ней, стараясь не смотреть прямо в глаза, будто боялся выдать своё волнение. От него исходил лёгкий запах хвои и чего-то ещё, Елене ранее незнакомого. Вечерний полумрак скрывал его лицо, однако лунный свет, начинающий проявляться, коснулся его волос, придав им серебристый оттенок.

– Привет, – улыбнулась Елена, ощущая, как сердце неприятно сжимается, а потом вдруг радуется его присутствию. – Я уж думала, ты не придёшь.

– Я и сам боялся, что не смогу, – признался он.

Дальше они говорили мало. Оба чувствовали, что слова – вещь хрупкая, они могут разрушить это почти священное настроение. Над озером повисла тёплая июньская ночь, и в её мягкой темноте их встреча ощущалась чем-то невероятно важным и прекрасным – так зарождалась первая искра, названная потом любовью.

Глава 2. Вечерние сомнения и воспоминания

Наутро Елена проснулась от пения петуха, доносящегося с соседнего подворья. В поселке, где жила её семья, петухи и раньше будили её, но в это утро она почувствовала странное волнение в груди: воспоминания о вчерашней встрече не давали покоя. Она долго лежала на узкой кровати, глядя в потолок, где блики солнечного света образовывало причудливые рисунки.

Её комната была скромной: слева – высокий старый шкаф, в котором хранились не только одежда, но и какие-то старые фотоальбомы; справа – стол с растрёпанными учебниками, тетрадями и стопкой листов, на которых Елена любила рисовать пейзажи озера. Между шкафом и столом у окна помещалась большая корзина с шерстяными нитками и пяльцами – её мама занималась рукоделием на продажу, и иногда Елена помогала ей вышивать простые узоры.

Снаружи доносился шум: мать, видимо, уже управлялась с курями, а во дворе тявкал маленький пёс по кличке Грей – он не терпел чужаков и всегда подавал голос при виде прохожих. А может, он уже учуял, что Елена проснулась и требует внимания.

«Как мне теперь вести себя с Сашей?» – думала она. Вчера всё было таким волшебным, почти сказочным, а что теперь, когда начался обыкновенный день? Может, они просто встретились, поговорили, и всё. Но память хранила то нежное, почти неуловимое ощущение, словно они обо всём договорились и в то же время ничего конкретного не сказали.

Она вспомнила, как он смотрел на неё, когда с лёгким смущением произнёс: «Я и сам боялся, что не смогу прийти». Эта фраза разбудила в ней странные мысли – что его что-то удерживало или что ему приходилось преодолевать внутреннее сопротивление. «Может, у него какие-то проблемы дома?» – размышляла Елена, вспоминая, что он упоминал бабушку. Говорили, что он живёт у бабушки, потому что его отец когда-то уехал в другой город, а мать умерла, когда Саше было пять. Сама Елена слышала об этом урывками, сплетнями. Подробностей она не знала.

Сев на край кровати, она пригладила волосы и, преодолев томительную нерешительность, решила: после школы она обязательно найдёт Сашу и просто поговорит. Она чувствовала, что рядом с ним становится другой – менее робкой, хотя с ребятами из класса часто терялась и не знала, как себя вести.

В голову пришли переживания: сегодня в школе контрольная по математике, а в прошлом месяце она не очень справлялась с заданиями. Но эти мысли не слишком тревожили её. Главной оставалась мысль о Саше и о том, как он загадочно упоминал некий подводный цветок и поиски счастья.

Светлое утро в деревне окутывало всё вокруг тонкой пеленой влаги: с травы испарялся ночной дождик, солнце лишь изредка проглядывало сквозь сероватые облака. Воздух был по-летнему свеж, но ещё не жаркий. Елена вышла из дома, наспех позавтракав парой бутербродов. Её мама, склонившись над корытцем с клубками шерсти, крикнула вдогонку:

– Лёнька, не забудь, что сегодня надо после уроков зайти к бабушке: она просила помощи в огороде!

Елена кивнула: «Хорошо, мам!». Она уже привыкла к такому обращению: мама ласково называла её то «Лёнька», то «Лёлик», то «крошка» – от настроения.

Здание школы находилось ближе к центру посёлка. В нём было всего девять классов, так что ученики часто пересекались друг с другом, вне зависимости от возраста. Устроившись за партой, Елена заметила, как Саша вошёл в класс. Его взгляд чуть задержался на ней, но он лишь коротко улыбнулся и занял своё место рядом с другом, парнем по имени Костя. Елену немного укололо, что он не подошёл и не поздоровался отдельно, но она сдержала это чувство. Возможно, у него были свои соображения.

На уроке литературы учительница, Ольга Петровна, спрашивала ребят об их планах на летние каникулы: кто собирается в лагерь, кто к родственникам в город. Елена, мечтательно рисуя в тетради цветок (тот самый «легендарный»), думала: «А вдруг эти каникулы подарят мне то самое чудо, о котором рассказывают?» Она робко улыбнулась своим мыслям и не заметила, как учительница, проходя мимо, взглянула на её рисунок с лёгким интересом.

После нескольких уроков наступил большой перерыв. Возле стола у окна, где обычно толпились ребята, она увидела Сашу, разговаривающего с тем самым Костей. Что-то в лице Саши казалось настороженным. Елена решила подойти, но не успела сделать и шага, как в класс влетела её лучшая подруга, Катя – высокая, энергичная девушка, состоящая из нескончаемых эмоций.

– Ленка, – воскликнула она, хватая Елену за руку, – ты слышала, что нас собираются послать на какую-то сельскохозяйственную практику? Говорят, поможем местному колхозу. Это же, наверное, будет в июле, но меня уже пугает эта перспектива!

– Серьёзно? – Елена оторвалась от мыслей о Саше. – А когда объявили?

– Да только что, в учительской говорили. Всем придётся ехать. Ну ничего, может, это даже весело.

Подруга продолжала говорить взахлёб, а Елена лишь частью внимания слушала её, украдкой поглядывая на Сашу. В какой-то момент их взгляды пересеклись. Он чуть улыбнулся, и в этой улыбке она прочла намёк: «Увидимся потом, расскажу всё без лишних ушей». Сердце Елены встрепенулось. «Главное – не торопить события», – подумала она.

Глава 3. Нежные оттенки вечера

Вечером, после школы, Елена всё-таки пошла к бабушке, чтобы помочь с огородом. Бабушка жила на другом конце посёлка, в небольшом домике с покатой крышей, которую зимой всегда засыпало снегом по самую макушку, а летом обильно затягивало мхом. Крошечный палисадник перед домом был усыпан яркими цветами – гвоздиками, астрами, ромашками. Но сейчас они были ещё в стадии роста, и лишь несколько ранних бутонов робко распустились.

Сама бабушка, седая и строгая, сидела на лавке с клубком ниток: любила что-то вязать вечерами. Она увидела внучку, помахала рукой:

– О, Леночка, хорошо, что пришла. Я тут хотела картошку перебрать, а то мыши уже, видно, добрались до погреба. Поможешь?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.