Rudza
Библиотека

Элеонора проснулась в своей комнате студенческого общежития от резкого звука будильника. Девушка неловкими движениями потянулась к своему мобильному телефону, лежавшему на прикроватной тумбочке рядом с ее крупными очками для зрения, у Элеоноры была близорукость, но большую часть времени это ей не мешало. Однако, она испытывала дискомфорт, если оказывалась в ситуации, когда возникала необходимость снимать очки. Девушка взяла в руку плоский телефон с сенсорным экраном, который раздавал по комнате противный писк, оповещая свою владелицу о наступлении нового утра. Несколько секунд посмотрев на экран сонными глазами, Элеонора все-таки выключила будильник, после чего вздохнула и попыталась через силу убедить себя, что пора вставать из объятий теплой и мягкой постели. Делать этого ей совершенно не хотелось, поэтому девушка еще какое-то время вертелась в кровати, обдумывая события предстоящего дня. Предстоял относительно важный день, Элеонора являлась не просто студенткой, она была одной из лучших учениц факультета литературы и истории в университете Конкордии, имени советника Касорат, одного из самых престижных учебных заведений не только в Конкордии, но и во всем альянсе под управлением совета девяти и верховного Судьи. Отчислиться из такого университета было как минимум не престижно, поэтому Элеонора переборола свое желание понежиться в кровати и решительно вскочила на ноги. Она потянулась, выпрямив свое тело, насколько это было возможно, размяла затекшие после сна мышцы и, уперев руки в бока, осмотрела свою комнату. Девушка стояла босыми ногами на ворсистом ковре посреди небольшой комнаты. В этой комнате было мало мебели, только кровать, тумбочка, комод и письменный деревянный стол, с таким же деревянным стулом рядом с ним. На стуле, как на вешалке, небрежно располагались вещи Элеоноры. Их, конечно, можно было бы сложить и убрать в шкаф, но она ленилась это делать, да и зачем, если она все равно каждое утро меняла свою просторную серую футболку, в которой она спала, на вещи, находившиеся на этом самом стуле. Исключением были только те дни, когда девушка относила свои вещи в прачечную в соседнем корпусе общежития. Хоть комната и была небольшой, но в ней было достаточно уютно. Полы из темного дерева гармонично сочетались со стенами травянисто-зеленоватого оттенка. Такой цвет помогал Элеоноре чувствовать себя спокойной и концентрироваться на учебе, особенно, когда это приходилось делать по ночам. Еще девушка украсила стены комнаты своими рисунками и поделками из бумаги и ткани. Все вместе они создавали ощущение заполненного уютного пространства, в котором действительно хотелось находиться, но не очень хотелось покидать его ранним утром. Девушка стояла в центре комнаты еще какое-то время, она собиралась с мыслями, делая дыхательные упражнения. Элеонора была стройной девушкой с изящной фигурой. Не особо высокого роста, особенно в сравнении с другими девушками, которых она видела в университете каждый день, всего сто семьдесят сантиметров, но Элеонора отличалась своей утонченностью с небольшой грудью, ярко выраженной талией и тонкими грациозными ногами, что делало ее силуэт визуально стройнее и выше. Так же, Элеонора любила носить туфли на невысоком каблуке, это добавляло ей пару сантиметров. А в сочетании со слегка пружинистой походкой девушки, она становилась похожа на легкую скачущую лань. Образ дополняли длинные шелковистые светлые волосы, которые Элеонора обычно собирала в конский хвостик. Он всегда развивался вслед за ней, когда она пробегала по коридорам университета.

Морально подготовившись к предстоящему дню, девушка переоделась в свою повседневную одежду, а именно в черные обтягивающие брюки, белую майку, поверх которой надевался черный жакет с наплечниками, выкрашенными в серебристый металлический цвет, отличительный знак, по которому можно было различать, на курсе какого факультета учится студент. Элеонора была второкурсницей, поэтому в этом году, ее наплечники были серебряными, а не медными. Одевшись, девушка наклонилась перед небольшим зеркальцем, которое стояло на письменном столе. Она посмотрела на свое отражение, из-за того, что Элеонора до последнего момента не хотела вставать с постели, времени на гигиенические процедуры оставалось немного, поэтому, она оценивающим взглядом осмотрела в отражении свое лицо. У нее была светлая гладкая кожа, со здоровым румянцем на округлых щеках, маленький, слегка вздернутый нос кнопкой, который слегка подрагивал, когда Элеонора морщилась и щурилась, в попытках разглядеть какие-то дефекты на своем лице. Губы девушки были небольшими, совсем слегка пухлыми, если только она не сердилась и не надувала их, в такие моменты они краснели и становились похожими на кукольные. Ее глаза, небесно голубого оттенка, немного сонные, медленно слипались, умоляя вернуться ко сну, обозревали отражавшуюся на зеркальной поверхности картину, но, в целом, ее лицо тем утром выглядело достаточно свежо, что не удивительно, ведь ей было всего девятнадцать лет. Поэтому, Элеонора решила, что лучше сходит и умоется позже, когда появится время, потому что в первую очередь, она спешила на собрание группы.

Расчесав волосы, девушка завязала их в хвост при помощи широкой бархатной резинки и, надев свои крупные очки в темной оправе, буквально запрыгнула в черные туфли лодочки и побежала в основной корпус, не забыв перед выходом взять свою сумку со всем необходимым для учебы.

Зайдя в аудиторию, Элеонора заняла место в первом ряду, за большим полукруглым столом. Вскоре в аудитории начали собираться и рассаживаться по местам остальные студенты. Постепенно кто-то начал разговаривать и обмениваться новостями со своими одногруппниками. Девушки обсуждали, кто какой наряд хотел бы надеть на ежегодный весенний бал, рассказывали друг другу о своих парнях и просто сплетничали. Парни переговаривались о спортивных соревнованиях, о том, как они собираются сдавать предстоящие экзамены, кто-то рассказывал о своих приключениях, произошедших на очередной студенческой вечеринке, и о том, как после этого у них болела голова. Еще студенты обсуждали последние события в мире, например то, что теневая зона разрослась и по некоторым мостам порождения тени иногда пробирались до окраин Конкордии. Кого-то это волновало, кто-то с уверенностью говорил, что это временно, ведь совет все уладит со временем и, что не стоит из-за этого беспокоиться. В аудитории воцарился шум из десятков голосов, но Элеонору это не волновало. Она думала о том, что неплохо было бы сходить после собрания в кафетерий и съесть какую-нибудь большую и теплую сладкую булочку. В кафетерии подавали отличные булочки из дрожжевого теста. Они были настолько мягкие и воздушные, что на ощупь напоминали мягкое облачко. Внутрь такой выпечки добавляли кремовую начинку с фруктами. Крем делался из взбитых, слегка сладковатых сливок, а свежие фрукты очищали от семян и кожуры, нарезали тоненькими ломтиками и ровным слом укладывали внутрь булочки, после чего заполняли кремом. Сверху эти булочки щедро посыпались пудрой из карамельного коричневого сахара, единственный недостаток этого десерта был в том, что при неосторожном откусывании, крем мог вытекать из разреза, через который эти булочки начинялись. Поэтому подобную выпечку всегда продавали вместе с небольшой тарелкой из картона. Спустя какое-то время в аудиторию зашел преподаватель. Это был пожилой мужчина, тяжесть прожитых лет согнула его спину, из-за чего он практически всегда смотрел себе под ноги. Остатки волос на голове походили на редкий седой пушок, а заостренные уши с годами слегка опустились вниз. Мужчина одетый в расшитую мантию, нижняя часть которой, неторопливо волоклась по полу вслед за ногами своего владельца, из-за чего было невозможно разглядеть обувь преподавателя, однако по звуку, студенты догадывались, что он носил мягкие тапочки с ортопедическими стельками.

– Доброе утро, молодежь! – хриплым голосом поприветствовал студентов преподаватель, приблизившись к своему рабочему месту. Он неторопливо сел на свое кресло с массажным ковриком, приделанным к спинке и, поправив толстые металлические очки на крючковатом морщинистом носу, осмотрел списки на столе. – Как вы все уже знаете, я надеюсь, что знаете, скоро у вас начинается практика. Каждому из вас будет поручено индивидуальное задание, успешное выполнение которого, позволит вам, мои дорогие детишки, дальше учиться в университете и не расстраивать своих родителей. Мда… – пожилой преподаватель сделал небольшую паузу, он вздохнул и облизал свои обветренные губы, обдумывая как продолжить речь, параллельно изучая список студентов. – Элеонора! – громко обратился преподаватель, услышав свое имя, девушка отвлеклась от своих мыслей о сладкой выпечке и постаралась сконцентрировать все свое внимание на учителя. – Элеонора… – неторопливо протянул преподаватель, словно вспоминая что-то. – Надо же, уже так выросла, второй курс. А по ощущениям, еще вчера у меня училась твоя мама, Люксана. А перед ней был твой дядя, Люмен. А еще чуть раньше был твой дед, Гелиос. Элеонора, девочка, сделай старику одолжение, когда у тебя будут дети, отправь их учиться в другой университет. Вы, конечно, все умные ребята, очень умные, но еще кого-то из вашей семьи, на своем тысячелетии, я не вынесу.

– Вы всех своих учеников по именам помните? – спросила Элеонора. Со стороны могло показаться, что преподаватель поступает неправильно, рассказывая при всех историю семьи Элеоноры, однако, эти истории и так были на слуху у всего университета, более того, дедушка Элеоноры даже какое-то время преподавал в этом учебном заведении.

– Конечно! А твоих вообще запомнить было не сложно. Когда твой дед начал заниматься исследованиями теневой зоны и попал под проклятье, у меня начал дергаться глаз и поседели волосы. Когда твой дядя чуть не сорвал комиссию совета, устроив поджог в одном из корпусов, а потом заявил, что собирается переработать теорию пластичной памяти вселенной, отметая все научные труды предыдущих поколений, у меня появилась плешь и нервный тик. Когда твоя мама решила взять, в качестве темы для исследования, вечных, поставив во главе работы темы одушевленности и божественности, я начал пить успокоительные, ходить на курсы медитации и психотерапии. А вот от тебя, я пока не знаю чего ожидать. Ну, что же, по крайней мере, оценками ты меня пока только радуешь, так что, видит Судья, может хоть с тобой все пройдет спокойно. Твоим практическим заданием будет подготовить и провести открытый урок для детей средней городской школы. Проверишь свои педагогические навыки на практике. Нужно будет подготовить список литературы для детей, подходящий для их школьной программы и возрастной группы. Полный список требований я тебе подготовил, ознакомишься, перед тем, как приступать к работе. Как что-то найдешь, приходи ко мне, посмотрим твои наработки, обсудим и составим более подробный план, выберем с чем будем работать дальше. Только смотри, не затягивай, на первый этап даю три дня, – преподаватель взял со стола листок бумаги, Элеонора встала со своего места и подошла к учительскому столу, чтобы забрать листок.

– Как я понимаю, начать стоит уже сегодня? – девушка разглядывала бумагу с заданием.

– Верно мыслишь. Всю необходимую литературу можешь найти в нашей библиотеке, если есть какие-то вопросы, то самое время их задать, если нет, то можешь приступать.

– Спасибо, у меня нет вопросов, – Элеонора аккуратно сложила листок бумаги и положила его в свою сумку.

– Отлично! Тогда можешь идти, – преподаватель нахмурил свое морщинистое лицо и снова опустил глаза на список студентов. – А следующий свое задание у нас получит…

Элеонора неторопливой походкой, звонко отстукивая каждый шаг каблуками своих туфель, передвигалась по идеально отполированной мраморной тропинке, соединяющей корпуса университета. Из-за своей многовековой истории и значимости, университет разросся до масштаба небольшого городка, поэтому, путь от одной части университета до другой мог занимать более десяти минут. На улице была весна. Природа уже успела проснуться после долгого зимнего сна и Конкордия наполнилась запахом молодых растений, свежим, лишь слегка прохладным ветерком и ароматом первых распустившихся цветов, благоухающих в лучах мягкого весеннего солнца. Вся эта благодать вокруг выражала общее настроение этого места. Конкордия – это место, где тысячи лет назад вечные основали свой порядок. Это был не просто самый крупный город под властью совета девяти, это была своего рода колыбель мира, где все однажды началось, где когда-то десять бессметных существ, включая самого Судью, основали альянс, вступившие в который, могли рассчитывать на защиту и покой под властью самих богов. В каком-то роде это место было священным, иначе не могло быть, все вокруг напоминало об этом. Молодая зеленая трава, словно искрилась под ногами, тонкие листья на деревьях, умиротворено шелестели на ветру, играя в солнечных лучах, подобно драгоценным камням. Нежные бутоны первых весенних цветов были мягкими и легкими, они слегка вздрагивали, когда рядом растущие травинки, от дуновения ветра слегка касались их шелковистой поверхности. Небо в тот день было чистым и безмятежным, лишь небольшие пушистые облака украшали линию горизонта, подобно тиаре, подчеркивая его необъятную красоту. Все вокруг было умиротворяющим и прекрасным. Мир с каждым днем преображался, наполняюсь жизнью. Даже насекомые не были нарушителями спокойствия. Они тихо были заняты своими делами, ползали среди уже появившихся травинок, искали капли янтарной смолы на коре деревьев, мелодично жужжали, проверяя бутон каждого цветка, надеясь отыскать в них сладкий и немного пьянящий нектар. Было ощущение, словно сама природа за многие века научилась уважать святость этого места, казалось, что более умиротворенного места просто не могло быть. Но Элеоноре было не до любования природой. Девушка вчитывалась в листок, который ей выдал преподаватель, она раз за разом оглядывала текст, размышляла над ним, а потом снова возвращалась к началу, чтобы быть уверенной, что ничего не пропустила. Во время этой процедуры, Элеонора нахмуривала брови, а кончик ее носа немного задрожал, это означало, что девушка была очень сосредоточена на своем занятии. «Открытый урок для учеников средней школы. Значит, это дети в возрасте от девяти до тринадцати лет. Уже не малыши, но еще не совсем подростки. На какие темы вообще можно разговаривать с детьми такого возраста? Что для них будет интересно? Что для них будет полезно? – проговаривала Элеонора, стараясь продумать в голове план работы. – Я еще недавно сама была подростком, но, так или иначе, сложно рассуждать с точки зрения ребенка, когда ты уже взрослая. Эх, было бы проще, если бы у меня были братья или сестры, хотя бы двоюродные, но младшего возраста», – бормотала себе под нос Элеонора. Погруженная в свои размышления, девушка не заметила, как дошла до ворот библиотеки. Это было целое здание, разделенное на несколько этажей. По своим размерам библиотека могла сравниться с главным бальным залом университета и всеми прилегающими к нему балконами. По внешнему виду библиотека представляла из себя нечто похожее на часть старого замка, времен эпохи рассвета, когда архитектурное мастерство, достигло высшего уровня, по мнению современных историков и искусствоведов, но с явными следами того, что библиотека реставрировалась и достраивалась уже в нынешние времена. За главными воротами скрывался небольшой внутренний дворик с множеством тропинок, по которым можно было прогуляться во время раздумий, и скамеек, на которых можно было заняться чтением в хорошую погоду. Между тропинками росли аккуратно высаженные и собирающиеся зацвести с приходом весны, кустарники касирий. Эти цветы были названы так в честь советника Касорат, основавшего университет. Главный вход в библиотеку был представлен в виде высоких и массивных дверей. Они были сделаны из прочного, практически нерушимого камня, а на их поверхности были высечены силуэты огромных человекоподобных шестикрылых птиц с двумя парами рук и глаз. Каждое из этих существ держало в своих руках свитки, книги и огромные полотна, они символизировали мудрость Касорат. Эти существа были его олицетворением и его предвестниками. Однако, никто из ныне живущих смертных никогда не видел этих существ, а историки спорили о достоверности изображений этих существ. Некоторые теории гласили, что эти существа – это материальная форма Касорат, более понятная и легко воспринимаемая для человеческого разума, другие утверждали, что это были представители древней, ныне вымершей цивилизации, которые первыми стали чтить и поклоняться Касорат, как своему божеству, еще задолго до того, как был основан совет. Но эти теории были лишь теориями. Прошло слишком много времени и истина, к сожалению, утратилась. Было точно известно лишь то, что существа, изображения которых были в библиотеке, однозначно были как-то связанны с советником. Главные ворота библиотеки редко открывались и скорее служили объектом архитектурной и исторической ценности. Все работники и посетители библиотеки пользовались другим входом, который был обычной дверью нормальных размеров. Пройдя под несколькими высокими каменными арками и обогнув грандиозные колонны, являющиеся частью внешнего сооружения библиотеки, Элеонора зашла внутрь.

Изнутри библиотека казалась еще просторнее. Если снаружи здание напоминало старинный замок, с потускневшими от налета времени каменными стенами, арками и колоннами, то внутри все было пропитано чем-то древним и величественным. Либо это был многовековой слой мудрости, накопленный за многие поколения, либо слой многолетней пыли, сложно сказать наверняка. Огромный зал с высоченными книжными полками и стеллажами, уходящими под самый потолок, заставлял каждого посетителя ощущать свою ничтожность и незначительность. Доминирующими цветами в помещении были древесный коричневый, желтый, оттенка состарившейся бумаги и благородный бардовый. Атмосферы добавлял так же солнечный свет, проникающий в библиотеку через огромные вертикальные прямоугольные окна, своей формной они делали этот, и без того масштабный зал, еще более величественным и высоким. Между стеллажами были расставлены деревянные лакированные столы с идентичными по стилю стульями, они были предназначены для тех, кто предпочитал проводить свое время в библиотеке за чтением книг или учебы в тихой атмосфере мудрости и покоя. Однако, в тот день, библиотека казалась совершенно пустой. Видимо весенние экзамены и предстоящий бал, волновали студентов гораздо больше, чем чтение. Да и большая часть людей предпочитали пользоваться электронной формой литературы, в крайних случаях брать нужные книги по читательским билетам на временное пользование. Но, все же, некоторые книги никогда не покидали этих стен, поэтому, посещать библиотеку приходилось всем без исключения, но, похоже, в тот день, это было нужно только Элеоноре.

Девушка неспешно обошла несколько рядов с книжными стеллажами. Она обогнула отдел с исторической литературой, потом она прошла мимо большого отдела с научной литературой о природе. Общая биология, ботаника, биология теплокровных существ, биология ящеров и их подвидов, инсектология, микология, микробиология. Спустя примерно пять минут Элеонора добралась до раздела с детской литературой. Окинув взглядом огромные шкафы, полностью закрывающие собой стену, у которой они стояли, девушка глубоко вздохнула, ощутив запах старых книг и древесины, после чего приступила к поискам. Она достала из своей сумки свой электронный планшет для записей и создала новый текстовый документ, пометив его как «список литературы для практического задания». Сделав это, Элеонора задумалась. Она пыталась вспомнить какие-то книги и истории, которые читала в школе, но когда это было нужно, на ум ничего не приходило, а огромное количество книг перед глазами, лишь еще больше сбивало с мыслей. «Блин! Как сложно! И с чего вы прикажете мне начать?!» – возмущенным тоном громко вслух произнесла девушка.

– Если потребуется помощь, то могу подсказать, – прозвучал низкий мужской голос рядом с Элеонорой.

– Ой! – девушка от неожиданности подпрыгнула на месте, почти так же, как это делают испуганные кошки, если застать их врасплох. Она повернулась в сторону, откуда прозвучал голос. Это был библиотекарь. – Мистер Филлис! Вы меня напугали! – пролепетала Элеонора, поправляя свои крупные очки. Библиотекарь тихо засмеялся, явно довольный своим действием, но старался этого не показывать из вежливости. – Я что, вслух это сказала?

– Да, достаточно громко, прошу заметить, – Филлис был высоким мужчиной, даже с учетом того, что Элеонора носила туфли на каблуках, их разница в росте превышала несколько голов, а по ширине плеч, библиотекарь был больше девушки в полтора или даже два раза. Его кожа немного смуглая, скорее светлого сливового оттенка, обычная среди представителей его народа, Энианов, отблескивала мягким светом в лучах солнца, пронизывающих пространство библиотеки. Точно так же, как и большие уши, немного напоминающие по своей форме заостренные крылья бабочек, эти уши являлись самой узнаваемой внешней чертой их народа. Они были не просто заостренными, более тонкие, они пропускали сквозь себя практически любой свет, из-за чего на ушах Энианов виднелась тонкая сеть кровеносных сосудов. Если сравнивать эти уши с животными, то они напоминали уши индийских слонов, но более изящные и заостренные в верхней части. Возраст библиотекаря определялся с трудом, но у него были седые волосы, аккуратно собранные в пучок на затылке, с выбивающимися из него прядями, и небольшая седая аккуратно подстриженная борода. Поэтому, Элеонора предполагала, что он мужчина среднего возраста. На левой стороне лица мужчины располагался шрам, немного стягивающий кожу и визуально меняющий ее цвет, что усложняло определение его возраста. Библиотекарь носил вязанный серый свитер с высокой горловиной, тканевые перчатки, Серые брюки с широким ремнем и кожаные коричневые туфли. Лицо мужчины так же украшали очки в золотистой оправе, круглыми линзами и цепочкой, что позволяло снимать очки и носить их на шее как ожерелье, с каждой стороны на цепочки находились по три крупные белые бусины. Под одеждой сложно было разглядеть фигуру библиотекаря, но по посадке ремня, становилось очевидно, что он был слегка худоват, особенно относительно ширины своих плеч. Возможно, когда-то в молодости, он имел более спортивное и крупное телосложение, но работая в библиотеке, он перестал испытывать серьезные физические нагрузки, поэтому от прежней формы у него остались лишь широкие плечи. Еще одной особенностью его внешности были зеленые глаза, однако левый глаз, выглядел немного неестественно, но это не сильно бросалось в глаза. Элеонора не придавала этому значения, они считала комментарии по поводу внешности не тактичными, к тому же, они видела шрам библиотекаря и подозревала, что это могло быть следствием полученной травмы.

– Извините, я не хотела шуметь, – сказала Элеонора.

– Ничего страшного, сегодня здесь все равно почти никого нет, – успокоил девушку библиотекарь.

– И как вам удается так бесшумно ходить? С вашими-то размерами? – спросила Элеонора, оглядывая Филлиса, по сравнению с ней, он был огромным.

– Привычка, – Библиотекарь пожал плечами. – Проводишь какое-то исследование? – он обратил внимание на электронный планшет в руках девушки.

– Индивидуальное задание. Нужно подготовить список литературы за ближайшие три дня, – Элеонора задумалась, а затем пристально посмотрела на собеседника. – А у вас есть семья?

– А почему тебя это интересует? – библиотекарь с подозрительным прищуром посмотрел на Элеонору.

– Ну, мало ли, может у вас есть жена и … – Элеонора была озадачена, ей показалось, что, возможно, она задает слишком личные вопросы, поэтому она потеряла главную нить своего повествования.

– Я не женат. И мне кажется, это немного странно, когда юная девушка задает взрослому мужчине такие вопросы все контекста, – Филлис сложил руки за спиной, как бы подсознательно закрываясь от разговора.

– Вы не о том подумали! – воскликнула девушка. – Мне нужно подготовить открытый урок для учеников средней школы. Я просто подумала, что если у вас есть дети, вы можете знать какую литературу можно почитать детям определенной возрастной группы.

– Тогда, ладно. Извини, что неправильно понял. Детей у меня тоже нет, – библиотекарь расслабился после этих слов. – Но, если тебе нужен кто-то, кто часто общается с детьми, возможно, я знаю, кто может помочь. Джа́ннет! – мужчина крикнул имя куда-то вглубь библиотеки. Его голос эхом разнесся по помещению, но ответа не последовало. – Ладно, значит пошли. – Филлис неторопливым шагом направился вдоль книжных стеллажей. Элеонора сначала не понимала что происходит, но наблюдая за отдаляющимся силуэтом библиотекаря, она поняла, что нужно последовать за ним.

– Джаннет? А кто это? Она точно согласится помочь? – начала расспрашивать девушка, когда догнала мужчину.

– Не она, а он. На счет того согласится или нет, не уверен, судя по всему, он сейчас не особо разговорчив, но кроме нас троих здесь сейчас никого больше нет, так что, стоит попробовать.

Через минуту Филлис и Элеонора дошли до противоположной стороны зала библиотеки. В углу помещения находился небольшой круглый стол, накрытый бардовой элегантной скатертью, ворсинки на ней переливались оранжевыми и желтыми оттенками, в лучах солнца, проникающих в большое прямоугольное окно на одной из стен. На полу, под столом расстилался небольшой узорчатый ковер. Книжные стеллажи, расположенные под прямым углом, относительно друг друга, создавали небольшой уютный уголок, освещенный лучами весеннего солнца, которые преображали и показывали лучшие стороны тех предметов, на которые они попадали. Это место выглядело особенно уютным, словно это была не часть библиотеки, а отдельная комната внутри нее самой. Это ощущение усиливало то, что в этом уголке находились предметы, которые явно не относились к изначальному обустройству библиотеки. Недалеко от стола возвышалась раздвижная ширма с тканевыми вставками, по ее стилю становилось понятно, что ширма была относительно современной и поставлена здесь, чтобы имитировать наличие третьей стены, как бы отгораживая стол от всего остального пространства библиотеки. Еще одним элементом, не вписывающимся в интерьер, была напольная лампа, стоящая рядом со столом, ее местоположение говорило о том, что ее использовал только один человек и, скорее всего, именно он и принес эту лампу. На единственном деревянном стуле, пододвинутом к круглому столу, сидел молодой темноволосый парень, спрятавшийся ото всех. У него были аккуратно подстриженные черно угольные волосы, челка, достающая до уровня скул, разделялась на две равные части и как шторки прикрывала его лицо и глаза. Лицо закрывала тонкая тканевая бежевая маска, скрывая всю нижнюю его часть. У юноши были заостренные уши, это не бросалось в глаза, учитывая его светлый тон кожи, на фоне темных волос это становилось заметно. Больше всего выделялись его глаза. Когда парень поднял взгляд, оторвавшись от книги, которую он читал в тот момент, стали видны его яркие рубиново-красные радужки. В сочетании с тонкими черными бровями и узким разрезом глаз, это делало его взгляд хищным и неприветливым, по одному лишь выражению этих глаз, исподлобья, становилось понятно, что юноша был не рад тому, что его отвлекают.

– Чего молчал? – спросил библиотекарь, остановившись недалеко от стола.

– Занят, не расслышал, – ответил юноша, после небольшой паузы. Тон его голоса намекал на то, что он не был настроен на разговор. Он приподнял в руках большую толстую книгу с пожелтевшими страницами и поднес ее ближе к своему лицу, показывая незаинтересованность в диалоге. На обложке книги было написано «Прикладная экономика, учебное пособие для институтов и вузов».

– Отвлекись, пожалуйста, на пару минут. Девушка хочет задать тебе пару вопросов, – сказал библиотекарь вежливым тоном. – Ты и так проводишь здесь много времени, намного больше, чем другие студенты. Я не возражаю, правда, дело даже не в статусе твоей семьи, но иногда стоит общаться с кем-то кроме книг, – после того, как Филлис упомянул семью юноши, Элеонора обратила внимание на его одежду. Парень сидел на стуле, запрокинув одну ногу на другую, поднеся книгу к своему лицу, поэтому Элеонора не обратила внимание на то, во что он одет. Парень носил бежевый, такого же цвета, как и маска, костюм, но из более плотной ткани, очень качественного пошива. Верхняя часть костюма была чем-то вроде джемпера или пуловера с длинным низом. Этот элемент одежды не был цельным, он запахивался на теле как халат и фиксировался широким тканевым поясом красного цвета, как корсетом, а на груди дополнительно скреплялся ромбовидной брошью из золота, украшенной несколькими рубинами. Нижняя часть этой одежды, по длине доходила до уровня ниже колен, а спереди едва закрывала верхнюю часть бедер. По общей форме нижняя часть этой одежды напоминала длинный овальный лепесток. Края были украшены широкой древесно-коричневой полоской ткани, напоминающей шелк, а стежки на одежде были выполнены позолоченными нитями. У парня были темно-коричневые штаны из плотной ткани, идеально повторяющие форму его ног, видно сшитые специально для него. То же самое можно было сказать об обуви. Закрытая легкая обувь на тонкой подошве, напоминающая китайские тапочки, бежевого цвета, как и основной костюм. Что самое интересное, они выглядели слишком чистыми и новыми, это означало либо то, что их владелец очень бережно к ним относился, либо почти не ходил в этой обуви по улице. На плечах парня лежал широкий шарф, он крупным куском тонкой ткани был накинут на его плечи. Форма этого элемента одежды подразумевала, что его можно было развернуть и использовать как капюшон. Под шарфом, в районе ключиц, прятались концы плаща, которыми он крепился к основной одежде. Сам плащ представлял собой просто кусок ткани, напоминающий сложенные крылья насекомого. Плащ не нес в себе никакой функции, это было лишь украшение и элемент обозначающий статус. Одежда этого парня выглядела дорогой, сделанной на заказ. Он явно был не из простой семьи. Элеонора так же обратила внимание, что юноша не носил наплечников, как остальные студенты. Видимо роль его опознавательного знака исполняла его брошь, судя по всему, фамильная.

– Я занят, мне нужно учиться, – выдержав паузу, сухим тоном произнес парень и закрыл свое лицо, приподняв перед собой книгу. Библиотекарь подождал пару секунд, а потом, неспешным и на удивление тихим шагом обошел стол. Он подкрался к несговорчивому юноше, который, скорее всего ничего не подозревал. И когда Филлис оказался достаточно близко, он быстрым движением подцепил пальцами страницы книги, которую читал парень. Как и догадывался библиотекарь, он даже сквозь перчатки нащупал там плотные глянцевые страницы, которые легким движением пальцев вытянул и поднял журнал высоко над собой.

– Чего ты там на самом деле читаешь? – он держал в своей руке небольшой свежеотпечатанный журнал, который парень скрывал за большой старой книгой по экономике. Элеонора не смогла рассмотреть название журнала, потому что библиотекарь поднял его высоко над собой, но девушка отчетливо разглядела на обложке журнала едва прикрытую в самых пикантных местах женскую фигуру в окружении цветочных бутонов.

– Отдай! – Джаннет оттолкнул книгу по экономике и резко подскочил на ноги, стараясь вырвать журнал из рук библиотекаря, но безуспешно. Мистер Филлис был значительно выше и как бы парень не старался подпрыгивать и размахивать руками, в попытках ухватиться за страницы, библиотекарю было достаточно приподнять журнал над своей головой, придерживая юнца на расстоянии от себя, просто выставив перед собой свободную руку.

– «Она чувствовала, как её тело разжигается страстью всё сильнее и сильнее. Жар их объятий достигал критического предела, их губы огибали каждый сантиметр, каждую впадинку тел друг друга. Он решительно коснулся ее своим…» Ну и подробности, – библиотекарь зачитал несколько предложений вслух. – Ого, оно еще и с картинками! – воскликнул Филлис.

– Отдай сейчас же! Старик! – заверещал Джаннет, не прекращая попытки вернуть себе журнал.

– Это они… А, я понял, а люди так изгибаются вообще? Ну и вкусы у тебя, конечно, – библиотекарь продолжал разглядывать журнал, не обращая внимания на снующего рядом паренька.

– Все! Хватит уже! Просто отдай мне это обратно! – Джаннет уже переходил на крик.

– Давай сделаем так, – библиотекарь закрыл журнал и отодвинул парня на расстояние вытянутой руки от себя. – Ты поговоришь с этой милой девушкой, а я никому не расскажу о твоих литературных предпочтениях, договорились? – Филлис протянул Джаннету журнал, парень в ту же секунду вырвал его из рук библиотекаря и спрятал под книгу по экономике.

– Ладно, – буркнул парень и сел обратно на свой стул, скрестив руки на груди.

– Вот и отлично! Подождите минутку, я кое-что принесу! – довольным тоном произнес библиотекарь и ушел куда-то вглубь библиотеки.

В воздухе повисла неловкая пауза. Мистер Филлис ушел, Элеонора стояла перед круглым столом, сжимая в своих руках электронный планшет для записей, а Джаннет с недовольным выражением лица, видным даже сквозь маску, сидел на стуле.

– Так, значит… Тебя зовут Джаннет? – наконец-то спросила Элеонора, хоть и сделала это неуверенным тоном.

– Джаннет Эр’Хан, если быть точнее, – Поправил юноша со строгой интонацией в голосе, судя по всему, для него это было важно. – Я старший сын главы клана Эр’Хан.

– Приятно познакомиться, а меня зовут…

– Элеонора. Я знаю, ты внучка профессора Гелиоса, – перебил Джаннет – Не удивительно, что ты тоже учишься здесь, когда-то профессор Гелиос был одним из самых сильных педагогов, жаль, что он решил уйти в отставку.

– Он ушел с работы, из-за того, что в ходе его исследований он был неосторожен и получил проклятье, – пояснила Элеонора. Слушай, а почему тебя зовут Джаннет? Это разве не женское имя?

– Ты что, совсем ничего не знаешь? – парень тяжело вздохнул. – Это традиция моего народа. При рождении детей называют именем противоположного пола. Девочек называют мужскими именами, а мальчиков женскими, наши предки верили, что если дать ребенку такое имя, то он будет защищен от дурного воздействия со стороны. Когда человек становится взрослым, он или она, доказав свою значимость для семьи и народа, с разрешения главы клана имеет право выбрать себе настоящее имя. Обретая новое имя, человек доказывает, что он стал полноценной частью клана и посвящает свою жизнь служению ему во благо. Странно, что ты этого не знала, может это и хорошо, что твой дед здесь больше не преподает, не разочаруется, узнав о твоей необразованности.