Розовые тюльпаны
Злата Лисицына

© Злата Лисицына, 2025

ISBN 978-5-0065-8433-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ПРОЛОГ

Началось все со второго класса, когда я перешла в другую школу. До сих пор отчетливо помню тот день, хотя прошло уже много лет.

Новая школа была намного больше, чем моя первая, и я, естественно, растерялась при виде нее.

– Я тебя провожу до класса, – пообещала мама, глядя в мое растерянное лицо.

И мы зашли в большое здание. Я сразу огляделась и увидела недовольное лицо охранника, который внимательно за нами наблюдал.

На первый урок в этой школе я опаздывала. Все просто: мы с мамой проспали. Пока собирались, поняли, что вовремя точно не придем.

Сейчас начало сентября. Первого числа у меня не получилось пойти в школу, потому что заболела, поэтому для меня все это было в новинку. Зато эффектно появлюсь. Меня же из одноклассников никто еще не видел.

Мы с мамой поднялись на второй этаж и пошли по коридору. Я осматривала все вокруг. От большого количества кабинетов и нового пространства закружилась голова.

Внезапно я заметила женщину, которая стояла около открытой двери и, скрестив руки на груди, смотрела на меня.

– Это твоя учительница, – прошептала мне мама и начала подводить еще ближе.

Я нервно хихикнула, потому что у нее был не такой добрый и дружелюбный вид, как у моей прошлой преподавательницы.

Новая учительница зашла в кабинет и громко произнесла, чтобы услышали все:

– Класс, у нас новенькая! Лада, проходи!

Мама отпустила мою руку и улыбнулась.

– Ну, беги, тебя там уже ждут.

Я неуверенно отошла от нее на несколько шагов и, почти дойдя до кабинета, оглянулась. Мама помахала мне рукой и развернулась, чтобы уйти.

Я зашла в класс и первым делом принялась изучать детей. Двадцать или даже тридцать человек внимательно смотрели на меня. Сначала они мне показались практически одинаковыми.

– Можешь сесть за третью парту, – сказала учительница.

Я взглянула на свободное место. Там сидел мальчишка и наблюдал за мной своими карими глазами. Я села к нему и достала из рюкзака учебник.

– Привет, – поздоровался он, – ты же новенькая, да?

Я молча кивнула. С детства стеснялась знакомиться с детьми.

– Я Мирон, а тебя как зовут?

– Учительница же говорила мое имя.

– Я не слышал. Засмотрелся на голубей.

Мирон кивнул на окно, из которого был виден школьный двор.

– Лада.

– Красивое имя, никогда такое раньше не слышал.

– Спасибо… – ответила я. Не заметила, как учительница внимательно смотрит на нас.

– Лада, что я только что сказала? – спросила она.

Я опустила глаза, чтобы не смотреть на нее.

– Не разговаривай на уроках!

И она принялась вновь говорить. Ну вот! Только первый день, а я уже получила замечание!

– Открываем тетради и записываем сегодняшнее число, – сказала учительница и направилась к доске.

Я открыла тетрадку, взяла ручку и, поставив дату на полях, взглянула на Мирона.

– А ты почему не пишешь? – спросила я, смотря на пустой тетрадный лист.

– А зачем? Я это и так все знаю.

Я перевела взгляд на доску. Там уже красовались несколько примеров. Они и правда были легкие, но я все равно начала их записывать.

– Может, будем друзьями? Я буду тебя защищать, – предложил Мирон.

Я, оторвавшись от решения примеров, посмотрела на него, а затем поинтересовалась:

– А есть от кого?

Мой новый друг задумался, а потом ответил:

– Вообще нет, но ты же девочка, тебя нужно защищать. Мне так папа говорил.

– Ладно.

Мирон улыбнулся, а затем откинулся на спинку стульчика, скрестив руки на груди, и отвернулся к окну. Остальное время мы просидели молча. Когда прозвенел звонок, я начала складывать вещи в рюкзак и готовиться к следующему уроку. Потихоньку около нашей парты собирались ребята, чтобы со мной познакомиться.

– Я Катя!

– А я София!

– Меня зовут Алена.

Я пыталась запомнить каждого, но получалось плохо. Ну ничего!

Когда практически все побывали около меня, представляясь, прозвенел звонок. Перемена закончилась, и мы расселись по местам.

Увидев маму, я побежала к ней, раскинув руки в стороны и обняв. Я ей начала быстро рассказывать, как прошел первый день в новой школе, как я познакомилась со всеми одноклассниками и нашла друга. Мама внимательно слушала, а я тараторила, не замолкая.

– Вот видишь, а ты переживала! – сказала она и, улыбнувшись, взяла меня за руку. Мы пошли по школьному двору, который сейчас был залит солнечным светом. Я отметила, что на каких-то деревьях уже потихоньку стали желтеть листья. Вообще, я не любила осень, но сейчас она казалась мне волшебной.

Так я и подружилась с Мироном. Шли дни, недели, месяцы. Я все больше и больше общалась с ним и узнавала о нем много нового. Например, я узнала, что он любит кататься на коньках и ему нравится молочный шоколад.

А он, в свою очередь, узнавал обо мне. Я рассказывала ему про прошлую школу, про друзей, которые у меня там были (правда, их немного), про учительницу и еще много-много всего.

Мы стали настоящими лучшими друзьями. Но потом нас пересадили из-за разговоров на уроках. Ну, как нас… Меня.

В один день я пришла в школу впритык, зашла в класс по звонку и, естественно, не успела поболтать с Мироном. Вот и начала разговаривать на уроке. Нашей учительнице это, конечно, не понравилось.

– Лада, сколько можно говорить? Мне кажется, я тебе сделала уже достаточно замечаний, поэтому пересядь, пожалуйста, за первую парту.

Я грустно взглянула на Мирона.

– Пока…

Я взяла вещи и пересела к Алене. Ну вот, теперь не с кем пообщаться. С ней мне было не так интересно.

Весь оставшийся урок я просидела без настроения, слушая учительницу.

Вернувшись домой, я быстро пообедала, сделала домашнее задание и села смотреть мультики. Хоть что-то хорошее должно же быть.

Даже несмотря на то, что нас пересадили, мы все равно продолжали общаться. Только на переменах.

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Будильник зазвенел слишком громко и резко. Или мне так показалось после трехмесячного отдыха от школы?.. Не знаю.

Я подскочила на кровати от неожиданности. Сон как рукой сняло. Посмотрев в экран, с ужасом вспомнила, что сегодня 1 сентября. Кошмар!

Я, мыча себе под нос что-то неразборчивое, присела на край кровати и оглядела комнату. Солнце светило мне в окно, поэтому она была золотистая.

Поднялась на ноги и пошла умываться. Взглянув на себя в зеркало, аж пошатнулась. Волосы растрепались и торчали в разные стороны, лицо сонное и немного опухшее. Ну, какая красотка!

Умылась холодной водой, почистила зубы и, зевая, направилась на кухню. Что-то готовить не было сил и смысла. Мне проще себе бутерброды нарезать и слопать, чем стоять около плиты и смотреть, чтобы какая-нибудь каша не убежала.

Так я и сделала: быстренько смастерила себе два бутерброда с сыром и начала жевать.

– Доброе утро, – зашла на кухню мама, – готова к школе?

– Угу, – промычала я и откусила еще один кусок завтрака.

Ни с кем разговаривать мне не хотелось.

– Ты же сегодня учебники получаешь?

Я кивнула.

– Они тяжелые, может, папу попросить тебе их донести?

– Не, не надо. Я сама.

Отряхнула руки от крошек и, встав из-за стола, направилась в свою комнату собираться.

Открыв шкаф, обнаружила, что у меня нет белой рубашки. Ну, она есть, но сейчас ее местоположение было неизвестно. Я ее на днях искала, не нашла и махнула рукой. Ладно, светло-голубую надену, не страшно.

Приведя себя в порядок и причесав волосы, я покрутилась возле зеркала. Сойдет! Быстро натянув кеды и взяв рюкзак, вышла из квартиры.

Сверху я решила ничего не накидывать, потому что погода была теплая. Выйдя из подъезда, мне в лицо сразу подул утренний ветер. Брюки и рубашка стали немного поддергиваться, а волосы развиваться.

Раннее солнце еще не пекло, на небе были красивые большие облака. Листва на деревьях шумела и качалась. В воздухе чувствовалась свежесть. Не погода, а сказка! Люблю такую.

Я направилась в сторону школы. По пути мне встречались младшеклассники с родителями и огромными букетами, которые были больше их головы. Ладно, преувеличила чуть-чуть. Но цветы правда красивые. Сразу вспомнила, как первый раз шла в эту школу, такая же маленькая, как девочка, идущая сейчас с мамой впереди меня. На лице появилась улыбка. А ведь сейчас я уже не во втором классе и не сижу за третьей партой с Мироном. Хотя, второе поправимо.

Дойдя до школы, я отметила, что там очень много людей. Кто-то с цветами, кто-то с подарками для учителей, а кто-то вообще с пустыми руками. Прямо как я!

Вот стоят первоклассники. Довольные, счастливые. Ну ничего, поучитесь пару месяцев и поймете, что надо было ценить время, когда можно было не вставать с первыми петухами и не делать домашку!

Я вновь улыбнулась. Ко мне кто-то подошел сзади и громко поздоровался.

– Лада! Привет!

Я обернулась. Передо мной стоял Мирон. Я аж рот открыла, как он за лето изменился. Раньше он был чуть выше меня, а сейчас вымахал на целую голову. И волосы как будто гуще стали. И загорел.

– Ничего себе! – сказала я вместо приветствия.

Мирон улыбнулся мне:

– Ты тоже изменилась. Конечно, сильно не выросла, но хоть что-то.

За лето мы вообще не виделись. Сначала я пошла на месяц в гости к бабушке, а когда вернулась, Мирон укатил на море, а потом в другой город к родственникам. Когда вернулся, уже уехала я. И так до конца лета.

– А это кто? – спросила я, кивнув в сторону какого-то, как мне показалось, незнакомого, но симпатичного мальчика.

– Так это Денис. Ты что, его не узнала?

Но Мирона я уже не слушала. Смотрела во все глаза на одноклассника. Как он похорошел за лето!.. Такой красивый стал, высокий… И рубашка эта белая ему очень идет. Пусть всегда в такой ходит!..

– Ку-ку! Лада, ты здесь? – спросил у меня Мирон, помахав перед глазами ладонью. – Ты чего зависла?

– А? – спросила я, поморгав и немного придя в себя. – Здесь, где мне еще быть?

Друг странно на меня покосился, а потом начал рассказывать, как его чуть не ужалила медуза на море. Но я его практически не слушала. За Денисом наблюдала!

Еще в мае он же был совсем другой. С недлинными волосами, низенький. Вот правду мама говорила: приду в школу и никого не узнаю. Так и случилось!

– …ну я, естественно, пошел спрашивать… – рассказывал Мирон. Я лишь иногда кивала. Для приличия.

Такое ощущение, что он мне начал потихоньку нравиться. Денис, если что! Но меня это вообще не радует. Так же не бывает: увидела одноклассника после трехмесячного расставания и хоп, он уже тебе нравится! Такое только в книжках встретить можно…

В классе было душно и солнечно. Шторы, конечно, помогали от жары, но не сильно. Мы с Мироном уселись за четвертую парту, подальше. Учебников было много, но они не настолько тяжелые, чтобы я не смогла их донести, к тому же…

– Пойдем вместе до твоего дома? Поболтаем побольше, все-таки давно не виделись. А я как раз помогу тебе с учебниками, – предложил Мирон, когда увидел, что я с раздражением достаю пакет, потому что в моем «чемодане» закончилось место.

– Ну… – начала я. Оглядела битком набитый рюкзак и рядом стоящий пакет, – было бы неплохо.

– Вот и славно.

Мирону мало того, что придется тащить все свои книги, так еще и мои.

– А тебе самому-то не тяжело будет? – с подозрением спросила я, поглядывая на друга и наблюдая за реакцией.

Мирон только рассмеялся. А я поняла, что мне очень повезло с ним подружиться.

На улице мои волосы еще сильнее растрепались. Я вручила тяжелый рюкзак Мирону, сложив в него самые объемные книжки, а сама шла налегке с пакетом, в котором их было значительно меньше.

– Слушай, – начал друг, – как ты думаешь, завтра будет много уроков?

Я, шагавшая впереди Мирона, остановилась, и он чуть в меня не влетел.

– Нам же говорили расписание, ты что не записал?!

Мирон, стоявший сейчас с двумя рюкзаками, заморгал.

– А надо было?

– Ну конечно! – закричала я.

– Я думал, ты запишешь.

– А я думала, что ты! Я в это время с учебниками вообще возилась!

И демонстративно подняла пакет и потрясла им перед носом друга. Насколько это было возможно с моим ростом.

Мирон еще пару секунд помолчал, а потом сказал:

– Да ладно тебе, что ты так раскричалась из-за какого-то расписания? Сейчас вон к Денису подойдем и узнаем.

Мирон кивнул на нашего одноклассника, который стоял неподалеку от нас. Вот чего не хватало для полного счастья!

– Не надо, – запротестовала я.

– Нет, Лад, тебя не поймешь! То надо, то не надо! Пойдем, чего ты?

И друг уверенно зашагал в сторону Дениса. Тот кому-то писал сообщение в телефоне и не обращал внимания на наши вопли.

– Дени-и-с! – крикнул Мирон и пошел к нему. Я поспевала сзади. Вот ненормальный!

Одноклассник, оторвавшись от телефона, посмотрел на друга. Меня он не замечал.

– Лада расписание на завтра не записала, прослушала, – начал Мирон. Вот придурочный! Сразу в дурном свете меня выставляет! – У тебя есть?

Денис вытянул шею и увидел меня. Я, уже запыхавшаяся, подбежала к ним. Сначала надо бы отдышаться. Еще пакет этот, мешается только!

– Нет, у меня нету. Я сам хотел у Лады спросить, но раз так получилось, придется у кого-то другого узнать.

Мирон, я тебе этого не прощу! Я хотела показать другу кулак, но передумала, потому что он на меня сейчас даже не смотрел.

– Ну ладно, мы тогда пойдем, – сказал Мирон и, развернувшись, зашагал прочь. Я, махнув Денису на прощание, тоже ушла.

Если бы не этот чудик, мне бы, может быть, написал Денис! Вечно все портит!

Практически всю дорогу до дома с Мироном я не разговаривала. Но ближе к моему подъезду поняла, что он не виноват, и начала тараторить, как будто мы ни к какому Денису за расписанием даже не подходили.

У Дениса серые глаза и темные волосы, аккуратные брови и ровный нос. Он, как я уже говорила ранее, высокий, а также спортивный. Но белая рубашка ему все-таки очень идет. Раньше я видела его только в футболках, иногда в кофтах, но в школьной форме – никогда.

Мирон, проводив меня до подъезда, решил, что мой рюкзак слишком тяжелый и предложил довести до квартиры. Он прекрасно знал мой адрес, потому что не раз был в гостях. Точно так же и я знаю, где он живет.

– Да ладно, я что, до квартиры учебники не смогу донести?

Мирон наблюдал, как я поднимала рюкзак.

– Точно не тяжело?

Я только махнула рукой:

– Нормально.

Придя домой, первым делом выложила все книги, чтобы поставить их на специально отведенную полку. Заняло это немного времени, но я все же немного устала. У меня целая зарядка получилась: то наклонялась за учебниками, то выпрямлялась, чтобы поставить их, затем снова наклонялась и снова выпрямлялась.

Расписания у меня так и не было. И я приняла решение написать кому-то из девочек, с которыми я более-менее нормально общалась. Кто-то из них точно записал.

Написала Алене. Она скинула мне это несчастное расписание сразу на всю неделю. Спасибо ей большое!

На следующий день я пришла в школу в хорошем настроении. Солнышко светит, можно ходить без сменки и куртки, что может быть лучше?

Но на литературе нам сказали писать сочинение про то, как мы провели лето. Я думала, что мы не будем, потому что за все годы обучения в этой школе мы таким не занимались. Но, увы, нам раздали листочки и отправили сочинять.

Я написала, что проводила время с друзьями (ага, конечно), была в нескольких городах (ври больше) и вообще лето прошло замечательно. А что? Это же сочинение, значит, могу сочинять, что захочу и сколько захочу.

Я покосилась на листок Мирона. Его кривой почерк было сложно понять, но я и не старалась. Местами он что-то зачеркивал, где-то подправлял. Со стороны это выглядело будто он – писатель, который усердно придумывает новый захватывающий сюжет.

– У вас осталось пять минут, – сказала Елена Борисовна, – поторопитесь!

Я быстренько пробежалась глазами по тексту, чтобы проверить, нет ли где-нибудь ошибок, и сдала работу.

– Мирон, следующая физика. Вместе сядем?

– Еще спрашиваешь?

– Ну, вдруг ты решишь переселиться за первую парту, поближе к физичке, чтобы задачи решать? – в шутку спросила я.

Друг покосился на меня и ничего не ответил.

В кабинете было прохладно. А все потому, что он находился не на солнечной стороне. Хоть какой-то плюс этого урока: не сжаримся на солнце.

Я кинула рюкзак на третью парту третьего ряда. И каково было мое удивление, когда Денис сел впереди нас с Мироном. С ним он практически не общался, а со мной уж подавно.

Мы с Мироном вышли из кабинета, чтобы прогуляться по школе, пока есть время. Вокруг была толпа учеников, практически каждый из которых спешил на занятие. До звонка оставалось еще целых пять минут, поэтому мы спустились на первый этаж. Вообще, мы там оказались потому, что мне приспичило посмотреть в зеркало (а то вдруг Денис будет крутиться, мне же нужно знать, как я выгляжу). Мирон, закатив глаза и вздохнув, поплелся за мной.

– Какой ужас! Что у меня на голове?! – закричала я, вертясь около зеркала, как юла.

– А что у тебя на голове? – не понял друг.

– А разве не видно? У меня петухи!

Мирон покосился на меня, как на чокнутую.

– Птицы? – осторожно спросил он, – ты давно у окулиста была?

Я лишь раздраженно начала переделывать прическу.

– Ничего ты не понимаешь! – с резинкой для волос в зубах ответила я, собирая волосы в более аккуратный хвост.

Мирон пожал плечами и посмотрел в экран телефона.

– Звонок был ровно две минуты назад, – сказал он.

– Че-его? – протянула я, закончив с прической.

Друг молча продемонстрировал мне экран блокировки.

– А что мы стоим??

Я и Мирон, не сговариваясь, быстрым шагом направились к лестнице.

– Стучи, – сказала я, скрестив руки на груди и кивнув на закрытую дверь кабинета.

– А почему это я? Мы опоздали из-за твоих петухов!

– Мои петухи тут ни при чем!

– Да что ты говоришь?

– Знаешь что?

– Что?

– Стучи давай, вот что!

– А ты чего командуешь?

– Я не командую!

– Что там за вопли? – раздался голос за дверью, она открылась, и перед нами появилась физичка. – А-а-а, наша парочка явилась. Ну проходите, проходите.

Логика железная! Я, по ее мнению, с Мироном дружить уже не могу? Кто-то в классе тихо захихикал, кто-то просто наблюдал за нами, а кому-то было все равно на наше опоздание.

Денис внимательно смотрел на меня. Я это заметила боковым зрением, когда шла к своей парте. В ответ смотреть не стала, обойдется.

– Раздражает она меня! – прошипела я Мирону, когда мы оба уселись.

– Меня тоже, – повернулся к нам Денис.

Я, наверное, немного покраснела, потому что не ожидала, что он вообще как-то отреагирует, но сделала вид, как будто все так и должно быть.

– Она с чего-то решила, что если я с Ладой хорошо дружу, значит, мы уже пара! – вставил свое друг.

Денис перевел взгляд на него.

– Она еще с прошлого года начала, – сказал он. Надо же, помнит.

– Угу! – недовольно промычала я.

– Лада, что ты там с Денисом общаешься? Потом с мальчиками успеешь время провести, сейчас направь свое внимание на учебу.

Я фыркнула и, взяв ручку, принялась списывать с доски. Денис отвернулся и тоже начал что-то писать. Ну вот! Такой момент испортила со своей физикой…

Весь оставшийся урок мы просидели молча. Все втроем. Мирон крутил ручку от скуки, подперев щеку рукой, а я слушала учительницу. Она рассказывала нам новую тему. В первый же день. Ну, я ничему уже не удивляюсь.

– Когда звонок? – спросила я у Мирона.

– Вон часы, – сказал он.

– Спасибо, а то я не знала.

– Обращайся.

Когда прозвенел звонок, я одна из первых вскочила с места, чтобы побыстрее собраться и смыться. Мирон быстро покидал все в рюкзак и направился ко мне.

– Ты вообще поняла что-то?

Я покачала головой.

– Вот я тоже. А она пообещала, что на следующем уроке будут задачи.

– Главное, чтобы не нас вызвала. Если кого-то другого, то все нормально.

Друг кивнул и зашагал в сторону кабинета алгебры и геометрии.

– Только первый день, а я уже устала, – сказала я.

– Да ладно тебе, еще немного осталось потерпеть, а потом домой, – подбодрил меня друг.

– И это только первый день! – вновь повторила я.

– Ну, с этим не поспоришь.

Последний урок тянулся целую вечность. Вот кто придумал ставить ИЗО в конец дня, когда все уставшие? Еще и голова начинала болеть.

– Сегодня мы рисуем на свободную тему, так как это первый урок.

Про себя я подумала, что мне очень не повезло, потому что на свободную тему рисовать я мало того, что не любила, так еще и не умела. Максимум могу двор со снеговиком изобразить и квадратный домик рядом. И все! На большее моя фантазия не способна.

– А тебе кто-нибудь нравится из класса? – внезапно спросил у меня Мирон.

Я к такому вопросу была не готова, поэтому растерялась. Так, нельзя говорить, что мне с недавнего времени понравился Денис. Путь это будет пока тайной.

– Не-а, а тебе?

Мирон задумался.

– Мне раньше Катя нравилась, – сказал он. – В прошлом году.

Я от удивления даже карандаш выронила, и он, упав, покатился по полу.

– А почему ты раньше со мной этим не поделился?

Друг только пожал плечами и продолжил, как ни в чем не бывало рисовать. Интересно.

– К чему вообще был этот разговор?

– Не знаю, что первое в голову пришло, то я и спросил.

ГЛАВА ВТОРАЯ

– Ничего у меня не получается! – ревела я, а Мирон сидел рядом и гладил меня по плечу.

Рядом лежал скомканный лист. Я решила попробовать себя в рисовании, но что-то пошло не по плану.

– Вот что это такое? – спросила я, расправив листок, и потрясла им перед носом друга.

Там должен был быть портрет Мирона. По идее.

– Что это за Кощей Бессмертный получился? – не унималась я, а друг терпеливо слушал.

Вытерла слезы с щек и, встав с кровати, уселась на ковер, скрестив ноги. Шмыгнула носом. Мирон присел рядом.

– Не переживай ты так из-за какого-то портрета! Может у тебя что-то другое хорошо получается. Например…

Друга оглядел мою комнату, а затем продолжил:

– Например, петь!

– Если я сейчас запою, у тебя уши в трубочку сложатся, – снова шмыгнув, сказала я. Представляю, как красиво выгляжу со стороны: лицо зареванное, нос и глаза опухшие и красные, ресницы склеились от слез. Только не хватало растрепать волосы, чтобы они торчали как ветки. И вылитая Баба Яга получится. Кощей вот уже есть.

– Я сейчас вернусь, – сказал Мирон и ушел, а я еще раз опустила взгляд на свой мятый шедевр. Н-да-а, не быть мне великим художником…

Друг вернулся быстро, буквально через минуту. В руках у него был стакан воды, который он принес с кухни.

– Держи, попей.

Я сделала пару глотков и поставила стакан на стол. Сама вновь уселась в ту же позу на ковер. Из-за солнца было жарковато, но сейчас мне не до этого.

– Рисовать у меня не получается, петь я тоже не умею…

– А ты попробуй… – Мирон задумался, – попробуй книгу написать. Про нас.

Я покосилась на друга:

– Думаешь, кому-то будет интересно читать, как встретились два придурочных и стали лучшими друзьями?

– Что сразу придурочных-то?

Ему явно не понравилось, что я держу его за такого. Но он больше ничего не сказал, потому что понимал, что я не специально, а на эмоциях.

– Пойдем прогуляемся? – неожиданно предложила я, – воздухом подышим. Это полезно. А я заодно успокоюсь.

Мирон кивнул, а я выгнала его из комнаты, чтобы переодеться в уличную одежду. Надев черную толстовку с капюшоном и джинсы, вышла. Он ждал меня в коридоре уже готовый. А что ему собираться? Накинул куртку и пошел.

На улице было прохладно и хорошо. Середина сентября все-таки. Зато в октябре начнутся постоянные дожди и тучи. Поэтому наслаждаемся последними теплыми днями.

Засунув руки в карманы, я пошла в сторону детской площадки, а Мирон шел рядом.

– Какой у тебя был самый запоминающийся момент из детства? – спросил друг, плюхнувшись на скамейку, когда мы дошли до места назначения.

Я, приземлившись около него и подняв голову, смотря в небо, ответила:

– Наверное, когда я ногу подвернула, упав с роликов.

Солнце ушло за облака, а я, прикрыв глаза, наслаждалась ветерком, который слегка дул в лицо. Руки так и оставила в карманах, чтобы не обсохли.

– А у тебя? – задала встречный вопрос я.

– Когда я на все лето к бабушке в деревню ездил. Приезжал и первым делом бежал с мальчишками играть. Домой заходил, чтобы пообедать и воды попить. А бабушка была и не против, что я весь день гуляю. Зато вечером приходил весь с ног до головы грязный и иногда даже с порванной одеждой. Но бабушка сильно не ругалась. Я же еще маленький был.

Я внимательно слушала. Люблю, когда он что-то рассказывает из жизни, у него это очень хорошо получается.

– Утром проснешься, а бабушка блинчиков напекла с клубничным вареньем, – продолжил друг, – и вот так сидишь, общаешься с ней и завтракаешь. Еще солнышко так сказочно светило, рано же…

Мирон замолчал, смотря себе под ноги.

– Дом у бабушки уютный был, деревянный. Правда старенький, но это не страшно. И забор был, через который я иногда от скуки перелезал. Главное, калитка мне не нужна была. Глупый был. Один раз зацепился за забор и шорты порвал.

Друг слегка улыбнулся.

– Я бы сейчас с удовольствием съездил в деревню, но дом продали, а бабушка переехала в город. Здесь, конечно, удобнее: все рядом, не надо далеко ходить. Зато в деревне меньше шума от машин и больше природы. Щебет птиц по утрам, чистый воздух, речка, в которой я так любил плавать…

– А я никогда не была в настоящей деревне, – сказала я.

– Как ты так живешь? – в шутку спросил друг.

Я, улыбнувшись, пожала плечами. Как-то. Мы еще немного посидели на лавочке, болтая обо всем подряд, и отправились по домам. Все-таки завтра – понедельник, а ни я, ни Мирон еще даже домашку не сделали. Тем более скоро темнеть начнет.

На следующий день меня ждал «сюрприз». После третьего урока Мирон отправился в столовую, чтобы купить себе перекусить, а я решила походить по школе. Все равно заняться больше нечем.

– Вот ты где! – раздалось у меня за спиной, – а я по всей школе тебя ищу.

Ко мне спешила учительница истории. Интересно, зачем я ей понадобилась?

– На следующей неделе в школе будет проходить олимпиада по моему предмету, поучаствуй, пожалуйста. Ты же хорошо историю знаешь. И друга своего взять можешь.

Кого? Мирона что ли? Он в истории полный ноль, куда ему!

– Это будет вместо уроков, – добавила учительница.

– Хорошо, я поучаствую, – оживившись, ответила я.

Мирона оказалось найти не так-то просто. В столовой его не было, возле кабинета и на диванчиках тоже. Вытащив из рюкзака телефон, открыла наш с ним чат и хотела написать.

– Кому пишешь? – спросил друг, который внезапно появился рядом.

– Тебе и пишу. Нас на олимпиаду по истории отправляют.

– Когда?

– На следующей неделе.

– Ой не-е, это без меня!

Я слегка улыбнулась и добавила:

– Это вместо уроков.

Друг подумал-подумал и ответил:

– А знаешь, предложение очень даже заманчивое.

Так и знала! Не первый год с Мироном знакома.

– Отлично! Узнаем день, посмотрим, какие самые скучные уроки, и на них смотаемся. Имеем полное право прогулять!

Хоть сейчас середина сентября, контрольные уже начались. Одна из них будет прямо сейчас, по алгебре. А в ней я вообще не разбираюсь. Остается только надеяться на лучшее…

Зайдя в кабинет, мы с Мироном уселись уже за родную третью парту, а перед нами… Денис! Опять впереди сидит. Это меня и удивило, и порадовало.

Учительница раздала листочки с заданиями. Контрольная была по вариантам, и нам с Мироном достались разные. Мне первый, а ему второй.

– У вас времени до конца урока, поэтому не торопитесь. Посидите, подумайте, может, вспомните что-то. Все это мы на уроках разбирали.

Разбирать-то разбирали, но я мало того, что ничего не понимала, так еще и половину прослушала.

С горем пополам (а точнее благодаря Мирону) сделала первые два задания, а дальше – тупик. Ну, на двойку уже написала!

Неосознанно начала слегка грызть ручку, хотя обычно вообще так не делаю. Листок держала в левой руке, внимательно вчитываясь в задание.

– Ерунда какая-то, – сказала я Мирону, бросив ручку на парту, – ничего я в этом третьем задании не понимаю.

Видимо, сказала я это достаточно громко, потому что сидящий перед нами Денис повернулся ко мне.

– Тебе помочь?

– Было бы неплохо, – ответила я, внимательно разглядывая его лицо. Какой же он все-таки красивый…

– Тебе третье задание нужно? – спросил он, смотря мне в глаза.

Я, скорее всего, немного покраснела (не была готова к такому повороту), но кивнула. Денис отвернулся и начал что-то быстро-быстро писать. Примерно через минуту повернулся опять и дал мне маленький листок с ответами.

– Спасибо…

Я схватила бумажку и начала так же быстро переписывать, как он минуту назад. Мне уже было все равно, правильно это или нет. Сейчас я думала о нем, о том, что он мне помог, хотя мог бы просто продолжить решать для себя, но нет. Он повернулся, спросил, чем помочь, написал ответы, отдал их… Кстати, он сидел со мной на одном варианте, у него тоже был первый.

За эти пару недель учебы я влюбилась в Дениса по уши. И не только потому, что он за лето стал красивее, но и потому, что он оказался очень добрым и хорошим. А еще отзывчивым (в этом я убедилась только что).

Почерк у Дениса ровный и аккуратный, поэтому я без труда разобрала, что он мне написал.

До конца контрольной я не могла нормально думать. Ну ничего, главное, чтобы хотя бы троечка была, а остальное неважно…

Вышла из кабинета я чуть ли не вприпрыжку. Настроение сразу понялось, а Мирон удивлялся, потому что раньше я никогда так не радовалась списанной контрольной (наверное потому, что я никогда их и не списывала, все делала сама).

– Я половину заданий не понял, – жаловался друг, пока я, подперев щеку рукой, думала о Денисе и практически не замечала ничего вокруг.

Кругом было много школьников: от пятого до одиннадцатого класса. Кто-то ходил, что-то повторяя к уроку, кто-то гулял с лучшей подружкой и смеялся, а кто-то просто торчал в телефоне.

Все эти люди такие разные: у каждого свой характер, свои проблемы, заботы, свои вкусы и взгляды на мир. Но все равно их всех собрали вместе, в одной школе.

Если так посмотреть, то и мои одноклассники все разные. Каждый особенный и запоминающийся по-своему. Взять того же самого Дениса и Мирона. Казалось бы: два абсолютно разных человека, но они все равно учатся в одном классе, вместе. Даже общаются иногда.

Это одна из причин, по которым я люблю школу: здесь собираются разные люди.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

С того урока алгебры прошло всего два дня (я считала). За это время Денис часто на меня смотрел, улыбался и просто перекидывался со мной словами. Меня это очень радовало.

Эти два дня были самыми лучшими за все время обучения в школе. Я их даже в календаре раскрасила, чтобы в следующем году вспоминать.

Но, конечно, не все так просто.

Я снова как будто прилетела в школу. Интересно, а сегодня Денис будет на меня смотреть или разговаривать со мной? А может снова поможет? Хотя, сегодня контрольных нет… Надеюсь, что он вообще придет, потому что если нет, то день будет испорчен.

С этими мыслями я распахнула дверь в школу и увидела, как из раздевалки выходит Вера. Да что же это такое! Почему она не могла хотя бы до конца этой учебной недели не приходить?

Вера – моя одноклассница и она нравится Денису. Все. Я считаю на этом можно закончить рассказ про нее.

Она проходила в школу всего пару дней в начале сентября, а потом уехала отдыхать на море.

Вера невысокая голубоглазая шатенка, волосы у нее не слишком густые, а по длине – примерно до лопаток. Чаще всего ходит с распущенными, с какой-то прической я ее вижу крайне редко. У нее тонкие, но красивые брови, аккуратные губы и небольшой нос.

Она ходит на вокал, потому что у нее очень нежный и мелодичный голос, поэтому ее практически всегда просят поучаствовать в школьных мероприятиях.

Вообще, Денис ей напрямую не признавался, но он это показывал. То дверь подержит, то на контрольной подскажет (как и мне, кстати), то рюкзак поможет донести (но это единичный случай), то вперед пропустит, то еще что-то для нее сделает.

В общем, теперь он со стопроцентной вероятностью не будет на меня обращать внимания, потому что появилась она.

В класс географии я зашла вообще без настроения. Хотелось швырнуть рюкзак на парту, но передумала, а то сейчас скажут, что я школьное имущество порчу, и мне это выслушивать придется. Мирон уже сидел на нашем месте и что-то делал в телефоне. Наверное, в игру какую-то играл. А чем ему еще заняться-то?

Заметив меня, он убрал гаджет в рюкзак и поздоровался.

– Я вчера эту географию писала часа два, – сказала я, доставая все, что нужно для урока. В классе было пока мало человек, Дениса среди них я не обнаружила. Представляю, как обрадуется, когда увидит свою любимую Веру.

– Да, я тоже.

Мирон открыл свою немного мятую и потрепанную тетрадь и долистал до последней записи.

– Вот!

Он демонстративно провел рукой по странице, а я, быстро взглянув на нее, принялась за свои дела. А из дел у меня было… Портить самой себе настроение! Обожаю это занятие, нервы очень успокаивает. А если серьезно, то сейчас я хотела просто взять и уйти домой, а не торчать здесь.

Вместе со звонком в класс зашел Денис. По его лицу нельзя было сказать, рад он видеть Веру или нет. Но где-то в глубине души он был рад, это я точно знала.

Денис как ни в чем не бывало уселся за предпоследнюю парту и, вытащив учебник с тетрадью, принялся смотреть в окно.

На удивление география прошла гладко. Обычно нам дают какую-то самостоятельную или контрольную, или мы к карте выходим объекты показывать, или опрос по домашнему заданию весь урок. Но сегодня мы просто изучали новую тему.

Следующее – моя любимая физкультура. Не знаю, в кавычках или нет. С одной стороны я люблю этот предмет, а с другой не очень. Все зависит от того, чем мы занимаемся. Если играем, то люблю, а если сдаем нормативы…

Сегодня нам повезло, мы играли в волейбол. Разбились на две команды и начали. Со мной были Мирон, Вера, Денис, Катя и Толик.

Все началось хорошо. Мирон, не очень-то и умеющий играть, принял целых два раза. Да что Мирон, даже я отбила пару раз мячик (и на удивление удачно). Толя, который скакал впереди меня, тоже хорошо принимал, и я расслабилась. Все равно мяч до меня теперь не долетал.

Но, хоть мы и прилично играли, счет был не в нашу пользу. Проигрывали на пять очков.

И вот, когда мячик вновь полетел в нашу с Толей сторону, он попытался отбить его в прыжке, но промахнулся и этот чудо-предмет с глухим ударом упал к моим ногам. Я толком не успела среагировать, думала, что одноклассник примет.

Второй раз Толик решил даже не пытаться. Просто стоял, как вкопанный, а я, не ожидавшая такого поворота, не успела добежать. Отошла назад потому, что Толя хорошо играл, и я ему только мешалась.

– Ты где стоять должна?! – завелся одноклассник.

– Здесь и должна!

– Встань ближе, мы сейчас проиграем!

Так вопил, как будто эта игра решала всю его судьбу. А когда он отвернулся, я показала ему язык.

И вот мяч летит в нашу сторону третий раз. Я, увидев, что Толя не торопится его принимать, побежала. А одноклассник, словно очнувшись, рванул назад. Ко мне. В итоге мы просто столкнулись и повалились на пол, а мячик упал возле нас.

Раздался свисток. Игра была окончена. Мы проиграли. Я, валявшаяся на полу спортзала, стала подниматься и отряхиваться. Толик мне помогать не спешил. Уже мчался к своим друзьям из другой команды.

– Это из-за Лады мы проиграли! – принялся вопить он, указывая рукой в мою сторону.

– А с какой это радости из-за меня? Не надо было бежать, как ненормальный! Мы бы не столкнулись, а я приняла бы мяч и без твоей «помощи»! Так что не надо строить из себя слишком умного! – крикнула я ему. Не сдержалась, уж извините.

Толя повернулся, а затем пошел ко мне. Я, скрестив руки на груди, смотрела на одноклассника, который приближался. Интересное кино, ничего не скажешь.

– Чего-чего?! – орал Толя, уже краснеющий от злости. Расстояние между нами стало примерно шаг. Около нас уже стоял Денис и наблюдал за этим спектаклем. Только камеры в руке у него не хватало. Но сейчас мне на него было все равно. Было дело и поважнее. – Я умного строю? Ты на себя посмотри, если бы ни я, ты бы ни разу не приняла, дура!

Атмосфера накалялась. Ну все, Толя, держись! Сам напросился.

– А с какой это стати я дура?! Это ты строишь из себя короля, хотя сам играть толком не умеешь. Тебе лишь бы свои косяки на других людей переложить! Я учусь с тобой уже много лет, и за все это время ты ни разу не отвечал за свои слова и действия! Все скидывал на друзей, чтобы они тебя прикрыли! Помнишь, как из-за тебя парта поломалась в шестом классе? Так вот, тогда ты заявил, что это сделал какой-то там Никита из параллели! А когда штору в нашем кабинете оторвал, помнишь?!

– Лада, успокойся, – сказала Вера, а Денис сразу с интересом перевел взгляд на нее. Из-за этого я начала злиться еще сильнее.

– Я спокойна, по мне что, не видно?!

– Не видно, – честно ответила одноклассница.

Нас уже окружили практически все одноклассники. Я потихоньку стала приходить в себя. Поорала и сразу стало легче. Зато Толик, похоже, еще даже не думал успокаиваться. Уже открыл рот, чтобы сказать очередную гадость, но не успел, потому что к нам подошла учительница.

– Выясняйте свои отношения вне спортивного зала. На перемене, – сказала она.

Весь оставшийся день я просидела в плохом настроении. Меня раздражал и злил абсолютно каждый в этой школе. Даже Мирон. Когда на перемене он спросил, что это было, я грубо ответила:

– А тебе-то что?

Я на него обиделась в первую очередь за то, что он не заступился за меня, а стоял в стороне и просто наблюдал. Хотя, он и не должен был заступаться… Но все равно сказать пару ласковых Толику можно было! А то вдруг я что-то пропустила.

– Просто раньше ты практически никогда в конфликты не влезала, – ответил он.

– И что дальше? Хочу и влезаю.

Мирон предпочел промолчать.

Выглянув вечером в окно, я увидела большие лужи и мокрые дороги. Вот и начался сезон дождей. А ведь только вчера было солнечно и тепло… Сегодня уже холодно, мокро и сыро.

Вздохнув, отошла от окна и задернула штору. Тусклый свет от настольной лампы освещал комнату. Домашку я давно сделала, поэтому у меня осталось пару часиков свободы.

Достала из ящик наушники, подключила к телефону и открыла первую попавшуюся старенькую песню в плейлисте. Люблю вот так вечерами сидеть и слушать музыку. Особенно после такого напряженного дня.

Наступил день икс. Олимпиада.

– Привет, – поздоровалась я с Мироном. Мы договорились встретиться и вместе пойти в школу. Вдвоем веселее. Друг ждал меня у моего подъезда.

Он кивнул и, засунув руки в карманы своей черной куртки, пошел рядом со мной. Мирон периодически зевал, поэтому я спросила:

– Ты не выспался?

Он отрицательно помотал головой. Волосы из-за этого сразу начали дергаться.

– Не-а. Всю ночь историю учил.

Я покосилась на друга:

– Серьезно что ли?

Не может такого быть. Он по любому прикалывается надо мной. Знает ведь, что я шуток не понимаю.

– Нет, конечно. Просто поздно лег.

Вот это уже больше на правду похоже.

– А я вчера подумала-подумала и решила, что буду учиться рисовать. Для себя. Надо комнату чем-то украсить, нарисую какой-нибудь портрет и повешу на стену. И буду каждый день смотреть и радоваться своему творчеству, – мечтательно сказала я, прикрыв глаза.

Я улыбнулась, а Мирон покосился на меня и заявил, в шутку немного отходя:

– Не меня, надеюсь, рисовать будешь? Мне прошлого раза достаточно было.

Я сразу вспомнила, как рыдала, а друг сидел рядом и утешал меня, а потом еще и водички принес.

Я хихикнула, а Мирон продолжил:

– Вообще идея неплохая. Ну, использовать картины, как постеры.

– Ага. Только надо краски купить, карандашами вообще не рисуется у меня как-то.

Я случайно наступила в большую лужу, и кроссовки сразу стали грязными. Ну вот! Только недавно же мыла… Ну ладно, это сменная обувь, приду в школу и переодену, поэтому не страшно.

Мы пошли по самому длинному пути. Зачем? Не знаю. Может, на олимпиаду не хотелось идти, может, поболтать подольше…

Деревья были уже полностью желтые, местами практически оранжевые. Листья стали потихоньку падать и смешиваться с дождем и грязью в непонятную кашу.

Я посмотрела под ноги. Еще одна лужа. В этом что-то есть!..

– Стой, – сказала я Мирону. Он остановился рядом со мной и тоже посмотрел под ноги. А потом на меня.

– Что?

– Лужа красивая. Аккуратная такая. Надо сфоткать, секунду.

Я полезла в рюкзак за телефоном. Мирон смотрел на меня, как на сумасшедшую. Разблокировала гаджет и направила камеру себе под ноги, чтобы были видны кроссовки.

– Встань так, чтобы твои ноги тоже было видно, пожалуйста, – попросила я, держа телефон в горизонтальном положении.

– Это еще зачем? – рассмеялся Мирон.

– Нужно.

Он подошел ко мне, а я сфотографировала. Получилось очень красиво, кстати. Мои кроссовки и его кроссовки стоят около лужи, в которой плавают несколько опавших листочков.

– Ну все, теперь можем идти дальше, – сказала я, убирая телефон.

– Спасибо, что разрешила, – улыбнулся друг и зашагал вперед.

– Всегда пожалуйста!

Мы шли по безлюдной улице и дышали свежим воздухом. Было ощущение, что я и он просто вышли прогуляться, а не писать олимпиаду. От уроков нас, естественно, никто не освободил (только на время олимпиады, а дальше занятия по расписанию).

– И как нам этот океан переплыть? – спросила я, глядя на огромную лужу, длина которой была, наверное, больше пяти метров. Мы были уже практически возле школы, оставалось только перебраться на другую сторону и пройти по тропинке.

Мирон походил туда-сюда, как будто ища какой-то обход, но безуспешно.

– Не знаю… Можно, конечно, какую-то доску положить, но где мы ее достанем?

Но я решила действовать. Приподняла брюки, словно пышное длинное платье, и враскорячку пошла по луже. Друг стоял и смеялся надо мной. Я, конечно, понимаю, что это смешно, но не до такой же степени!

– Что ты ржешь? – злобно спросила я, поворачиваясь с недовольным лицом к Мирону, так и придерживая брюки, а там…

– Лада, Мирон, привет, – раздалось у друга за спиной. Откуда-то тут взялся Денис и направился к нам. – Что вы так застыли?

Вот тебя здесь только не хватало! Я стою посреди лужи, с поднятыми брюками и злобным лицом, а Мирон смеется чуть ли не до боли в животе. Какой позор!..

Одноклассник посмотрел на «океан», потом на меня, а затем сказал:

– Пойдемте в обход.

Ну уж нет, если я уже зашла в эту лужу, я буду идти до последнего. Я отрицательно замотала головой так, что аж капюшон кофты с нее слетел, и показались мои растрепанные волосы. Просто у меня не было времени долго собираться, вот и решила прийти в школу и уже там сделать нормальную прическу. Думала, что до нее меня никто, кроме Мирона не увидит. Ох, как я ошибалась!

Сдула с лица прядь волос и пошла дальше. Все нормальные люди при виде меня шли в обход. Друг уже не хохотал, а просто улыбался. Про Дениса ничего сказать не могу, я решила на него лишний раз не смотреть.

– Лад, давай ты своим путем, а мы своим, а около школы встретимся? – предложил Мирон. Ведь не весь день же ему здесь стоять, правильно?

– Идите куда хотите, – через плечо сказала я, хлюпая дальше. Куда занесло… Ну, если позориться, то позориться до конца!

Мирон и Денис развернулись и пошли довольные и сухие, а я шла, как дурочка по этой несчастной луже.

С горем пополам добралась до школы. Хорошо, что я додумалась взять сменную обувь, а то было бы все не так радужно. Денис и Мирон уже ждали меня на крыльце, держа руки в карманах.

– Ну что, переплыла океан? – весело спросил друг.

– Как видишь.

Зашла в школу и первым делом пошла переобуваться в раздевалку. Не хватало только носки намочить для полного счастья!

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

– Каким уроком олимпиада? – спросила я у Мирона. Он только пожал плечами.

– Пойдем на третьем? У нас все равно геометрия.

Я кивнула. Вот и договорились.

На третьем уроке мы, вооружившись тетрадью, учебником и на всякий случай телефоном, отправились в кабинет информатики, потому что мероприятие проходило на компьютерах.

Я постучалась в дверь.

– Здравствуйте. Мы на олимпиаду по истории, – сказала я, просовывая голову. Полностью заходить пока не хотела.

Я оглядела класс. Тут уже было достаточно человек, для нас компьютера не осталось.

– Как видите, все занято.

Учительница провела рукой вокруг себя, чтобы я обратила внимание на количество учеников. Заметив несколько человек из параллельных классов, которые сидели за партами и ждали своей очереди, мы с Мироном приняли решение сделать так же. Не идти же нам сейчас на геометрию, в конце концов!

– Мы подождем.

Сели за последнюю парту и принялись изучать присутствующих. В основном это были люди, с которыми я не знакома, но здесь сидела одна девочка, которую я видела и знала. Мы раньше общались, но потом перестали. Максимум здоровались на перемене.

– Как думаешь, – начала я, – на сколько мы здесь? Ну, по времени.

– На пару уроков точно. А если учитывать еще и ожидание, то больше.

И только сейчас я поняла, что мы не предупредили учителей, что будем отсутствовать на их предметах. Из одноклассников тоже никто ничего не знал.

– Мирон!

Друг аж подпрыгнул от неожиданности. Вопросительно посмотрел на меня.

– Мы никому не сказали про олимпиаду! Сейчас нам энки поставят!

Он вздохнул с облегчением.

– Ну и что? Пусть ставят. Если спрашивать будут, скажем, что были здесь.

– Компьютер у окна свободен, – сказала учительница, и мы, лишний раз не раздумывая, вскочили и пошли к нему. А остальным надо тренировать реакцию, чтобы вот так не сидеть за партами по несколько уроков в ожидании. Но им, похоже, было все равно. А что? Сидят, отдыхают, уроки прогуливают. Кто-то даже домашку делал, потому что дома не успел.

– Кто первый? – спросила я.

– Давай вместе? Сначала пройдем твою, а я запомню вопросы и ответы и просто впишу в свою. Будет результат одинаковый.

– А так разве можно? – покосившись на друга, неуверенно спросила я.

– Ой, конечно можно! Никто же не узнает.

– А она?

Я кивнула в сторону учительницы, которая сейчас делала что-то в своем компьютере. Может, документы какие-то заполняла.

– Она на нас даже не смотрит, – заверил друг, – у нее свои дела есть.

– Ну хорошо.

Мы прошли маленькую регистрацию, в которой нужно было указать имя, фамилию, отчество, класс и еще кое-что, и начали проходить.

– Е мое… Мы это даже не проходили, откуда нам это знать?! – начала возмущаться я.

– Тихо, ты чего орешь?

– Ты сначала посмотри, какие здесь задания, а уже потом мне рот затыкай!

– Так тут все легко! Отодвинься-ка.

Я отъехала на кресле с колесиками в сторону, а Мирон наклонился к компьютеру и, взяв мышку, начал что-то нажимать.

– Ты уверен, что это правильно?

– Да.

– Ты же плохо историю знаешь!

– Ну и что?

Первое задание было выполнено. Осталось еще четырнадцать. Стоп, что?! Еще четырнадцать?!

– А не мало ли они заданий добавили? – в шутку спросила я.

– Нормально. Я видел олимпиады, в которых было и по тридцать вопросов.

– Например?

Я читала задания, отвечала на вопросы и параллельно общалась с Мироном. Пальцы забегали по клавиатуре, а друг ответил:

– Например, по литературе. Я же в прошлом году участвовал, жаль баллов недостаточно набрал, чтобы пройти дальше.

Я пробежала глазами по тексту, который был дан, и с легкостью ответила на вопросы. Друг просто стоял над душой, смотря в монитор.

– Три задания уже сделали, – сказал он, как будто без него я бы не догадалась.

– Ой…

– Чего там у тебя?

– Да вот, найдите верные высказывания и поставьте галочку.

Мирон внимательно их прочитал и предложил заманчивую идею:

– Давай наугад поставим?

– А давай!

Я поставила галочку на первое, третье и четвертое высказывание. Все равно это уже ни я, ни друг не помнили. А искать в учебнике или тетрадке было крайне лень. Проще, конечно, отметить первые попавшиеся.

В общем, к концу олимпиады мы так сделали с половиной заданий. Ну а что, вдруг повезет, и мы ответим правильно?

– Готов узнать наши баллы? – спросила я, улыбаясь.

– Давай скорее, я уже устал, – подгонял меня друг.

Я нажала на кнопку, и высветилась загрузка. А потом…

– Да ладно!

Друг стоял, открыв рот от удивления и смотря в монитор во все глаза.

– Нам шести баллов не хватило до максимального!

– Сама в шоке! Это у меня такая удачная рука!

– Видимо…

Из кабинета мы вышли довольные. Управились всего за два урока, как и сказал Мирон. Занятие давно началось, поэтому школа была пустая и тихая. Мы шли по коридору, осторожно ступая на пол, который сейчас скрипел как никогда громко. Вы, наверное, спросите, почему осторожно? Потому что если сейчас нас застукает кто-то из учителей, то отправит на урок, а нам этого хотелось меньше всего.

Мы решили дождаться звонка на диванчиках. Если прогуливать, так до конца. Тем более сейчас наша «любимая» физкультура! Мне хватило прошлого раза, когда мы играли в волейбол и я чуть с Толей не подралась.

– А если мы дальше прошли? – негромко спросила я у Мирона.

– Тогда поедем на муниципальный этап в другую школу. Вдвоем. Баллы-то одинаковые.

Я нервно хихикнула. Не улыбается мне такая идея.

Придя на урок биологии, я сразу посмотрела на парту Веры. Там никого не было. Странно, куда она делась? Была же сегодня в школе.

Перевела взгляд на последнюю парту. И угадайте, кого я там увидела? Конечно, там с довольным улыбающимся лицом сидел Денис и что-то оживленно рассказывал однокласснице, а та периодически хихикала, внимательно слушая.

Как они меня бесят! Почему нельзя было точно так же сесть со мной и что-то рассказывать, а я бы смеялась! Так, Лада, спокойствие и только спокойствие!..

Я быстрым шагом направилась к своей парте, и, бросив рюкзак на стул, схватила Мирона за руку и повела из кабинета. Лучше по школе походить, чем лицезреть, как они мило общаются.

– Что опять случилось? Ты только что улыбалась, а когда зашла в кабинет сразу мрачная стала, как туча!

– Ничего! У меня! Не случилось!

Я отпустила друга, а сама подошла к окну и, опираясь локтями на подоконник, стала наблюдать за голубями, которые ходили своими лапками по луже. Мирон вздохнул и подошел ко мне.

– Лад, ну я же вижу, что что-то не так. Раньше ты не злилась так часто.

Я не знала, что можно сказать. Да, можно поделиться с Мироном своей безответной влюбленностью, но не сейчас. И не около самой влюбленности. Мы же стояли возле окна рядом с кабинетом.

– Правда, все хорошо.

Я немного остыла. Вот зайду сейчас в кабинет и даже не посмотрю в их сторону!

– Как тебе сегодняшняя погода? – спросил Мирон, пока я записывала очередное определение себе в тетрадь.

– Да нормально.

– А родители твои как поживают?

– Все хорошо.

– А ты знала, что зуб слона может весить несколько килограммов?

Учительница биологии уже поглядывала на нас, потому что от Мирона исходило много шума. Нам дали задание, а в конце урока мы просто сдадим тетрадки.

– К чему этот допрос? – не выдержала я.

– Да мне скучно просто.

Я закатила глаза и принялась писать дальше. Потом, почувствовав на себе чей-то взгляд, повернулась. Денис сидел и в наглую смотрел на меня, улыбаясь. Немного дернувшись от неожиданности, сразу отвернулась и решила, что больше никогда не буду поворачиваться к нему на уроке. Вот это поворот. Что смотрит, спрашивается?

– Ты чего крутишься? – спросил Мирон, который сейчас держал ручку и поглядывал на меня.

– Да скелет в конце класса красивый. На него смотрю.

Господи, что я несу? Возле шкафов действительно стоял искусственный скелет с открытым ртом, но смотрела-то я не на него, а на Дениса. Хотя, они очень даже похожи…

– Но там только Денис сидит, на него что ли любуешься?

И друг внимательно посмотрел мне в лицо. Надеюсь, я не покраснела.

– Ты прикалываешься что ли?

– Ну да.

Я снова закатила глаза, вздохнув. Писать надоело, поэтому решила просто смотреть на часы, которые висели на стене и тихо тикали.

– Когда звонок?

– Через… Через десять минут, – ответил Мирон.

Учительница уже смотрела на нас во все глаза. Подумала, наверное, какие мы обнаглевшие: сидим на ее предмете и разговариваем, а я еще и поворачиваюсь. Хоть это и произошло один раз.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.