Ася Лавринович
Весенняя любовь. Подарочное издание солнечных историй от Аси Лавринович

Young Adult. Инстахит. Романтика

Иллюстрации @00maruu

© Ася Лавринович, 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

От одного Зайца

Глава первая

Я ждала Алку уже двадцать две минуты. Ни больше ни меньше. Переминалась с ноги на ногу, стучала зубами и на чем свет проклинала подругу. Когда уже совсем перестала чувствовать свои конечности, начала изо всех сил подпрыгивать и размахивать при этом руками – и едва не задела проходящего мимо мужичка. Тот с любопытством и даже неким негодованием взглянул на меня.

– В чем проблема, дяденька? – громко осведомилась я. Мужичок предпочел быстрее ретироваться. И подальше.

Ненавижу, вот просто ненавижу, когда люди опаздывают! Чтобы я лично опоздала на какую-нибудь встречу? Да ни в жизнь! Я привыкла всегда и везде быть первой. В том числе и на условленном месте.

Давайте знакомиться! Я – Маргарита Ромашина, учусь на третьем курсе физического факультета. Помимо одних пятерок в зачетке, могу похвастаться тем, что являюсь кандидатом в мастера спорта по художественной гимнастике, прекрасно готовлю, плаваю, бегаю и даже умею вязать крючком. Ну чем не кот Матроскин? Вообще меня обычно много. Очень. Много. Алка называет меня «бешеным Ритиком», потому что я не могу усидеть на месте. Мне нужно быть везде! И поучаствовать во всем! Кто в воскресенье с утра спешит по пустынному городу в бассейн или на йогу? Я! Кто первым коснулся финишной ленточки на областном благотворительном забеге? Ой, тоже я! А кто буквально перед Новым годом завоевал титул «Мисс Университет»? Подсказку дать? Да вы из без подсказки, наверное, уже догадались. Я.

Мой брат часто подтрунивает надо мной. Например, может прийти домой и артистично всплеснуть руками:

– Ай-ай-ай, Рита, ты дома? Что сидишь? Там в нашем круглосуточном дегустация паштетов, если поторопишься, будешь первой на раздаче!

Но я на брата не обижаюсь. Разве на убогих обижаются?

Раз уж заговорили об этом субъекте, расскажу немного о нем. Зовут брата Рома (с фамилией Ромашин – это вообще умора, бабушка настояла). Мы двойняшки, но совершенно не похожи друг на друга. Разве что пепельно-русым цветом волос. Брат у меня чистый флегматик. Всю жизнь из-под палки занимается хоккеем. В свободное время, если он не на тренировке, то чаще всего сидит дома и играет в компьютерные игры. Бывает, брата вообще из его комнаты не вытянешь. Тем не менее периодически к нам домой заявляются Ромкины пассии, которые до этого караулят его на хоккейных матчах. Но брату на этих девчонок чаще всего наплевать. Вообще не знаю, как должна выглядеть девушка, чтобы ему понравиться. Разве что вместо головы у нее будет монитор, по которому будут транслировать «Контр Страйк» или чемпионат мира по хоккею.

Апрель в этом году такой паршивый выдался. А я сегодня еще и перчатки забыла дома. Зная Алку, надо было выйти на полчаса позже, точно бы не прогадала. Наконец я увидела подругу. Аллочка, высокая длинноволосая брюнетка, вальяжно вышагивала с автобусной остановки мне навстречу. Вот так: кокетливо помахивая сумочкой и мерно стуча каблучками «цок-цок-цок». Подошла ко мне ближе и как ни в чем не бывало захлопала своими густо накрашенными ресницами.

– Ах ты кобыла недоделанная! – вместо приветствия начала торжественно я. – Ты на часы вообще смотрела?

– Ой, Ритик, захлопни варежку! – закатила глаза Алка. – Без тебя тошно!

– Чего это тебе вдруг тошно? – с подозрением поинтересовалась я.

– Живот болел, – не моргнув глазом соврала Алка.

Я по-прежнему с недоверием пялилась на подругу. Тогда Аллочка не очень правдоподобно покачала головой и поморщилась:

– Так крутило, так крутило!

Для достоверности Алка пару раз погладила себя по животу.

– Ну и наглая же ты морда! – покачала головой я. – Врешь подруге и не краснеешь! Марафет-то навела! Поди, опять познакомилась с кем-то и меня на парня променяла! Переписывалась все утро, вышла из дома в последнюю минуту, опоздала из-за этого на маршрутку…

– Нет же! – вяло отозвалась Алка. – Нет!

Тогда я демонстративно потянула руки к ушам, показывая, будто снимаю с них лапшу. Алла непонимающе уставилась на меня. Я начала с большим энтузиазмом стягивать воображаемые спагеттины, бросать на асфальт и даже ботинком их притоптала.

– Это что еще за пантонина? – поинтересовалась Алка. – Ромашина, с тобой все в порядке?

– Пантомима, – привычно поправила я подругу. Вообще Алка часто неправильно произносит слова. Видимо, мне назло. – И со мной не все в порядке! Я отморозила конечности, похоже, мне их придется ампутировать! Или же, как сказала бы ты, – анпутировать!

Алка покачала головой:

– Ну и что ты стоишь? Шевели ходулями, горе луковое!

Как можно было уже заметить, разговаривали мы друг с другом не очень вежливо. Часто вообще в выражениях не стеснялись. При этом со стороны мы смотрелись как два воркующих голубка, так как все гадости говорили с самым ясным взглядом и сладкой улыбочкой. Подошел бы кто ближе и послушал, о чем мы на самом деле беседуем. Мы уже привыкли так общаться, все-таки с первого курса вместе. Помню, как 1 сентября я подошла к парте, где одиноко восседала эффектная Аллочка, и вежливо поинтересовалась:

– Извините, у вас свободно?

– Ну, попробуй, рискни, – с вызовом фыркнула Алла.

И я, конечно, рискнула. С тех самых пор мы и сидим на парах всегда вместе.

Аллочка, в отличие от меня, училась неважно. Лекции слушала вполуха, почти ничего не записывала, а на экзамены приходила исключительно со шпаргалками. Вообще Алла считала, что высшее образование ей никуда не уперлось. Папа-физик устроил ее в этот университет по блату. Алла же собиралась после получения диплома сразу выскочить замуж, желательно за кого-нибудь перспективного. В принципе, поиском суженого подруга в свободное время и занималась. Несколько раз я старалась увлечь Алку учебой, но все тщетно. В итоге я махнула рукой и просто всякий раз давала подруге списывать.

Со мной же мой «синдром отличницы» порой играл злую шутку. Помню, как в восемнадцать лет я не смогла с первого раза сдать на права: завалила площадку. Мир тогда для меня просто рухнул! Как так? Почему у меня не получилось? У меня ведь всегда все получается! Я даже впала ненадолго в депрессию. Вдоволь настрадавшись по поводу своей никчемности, я решила стараться изо всех сил больше никогда не попадать впросак. Я странная, я знаю.

Мы с Алкой хотели сегодня встретиться пораньше, чтобы выпить по чашечке кофе перед парами в кафешке нашего студгородка. Однако все вышло не по-моему. Алка опоздала на полчаса – попили кофеек. На пары бы теперь не опоздать.

– Ты помнишь, что сегодня Галчонок должна темы итоговых проектов раздать по электродинамике? – пропыхтела мне в спину Алка.

До начала пары оставалось десять минут, мы неслись по улице как угорелые.

– Помню! – не оглядываясь, буркнула я. – И что?

У меня от спешного стука Алкиных шпилек по асфальту уже голова трещала.

– Как думаешь, нас в одну пару поставят? – озабоченно поинтересовалась подруга. – Если в разные, то я пропала!

Я немного сбавила шаг, чтобы обсудить с Аллой насущный вопрос:

– Будь спокойна, тупица моя! Я еще в начале семестра с Галчонком договорилась, чтобы мы трудились над проектом вместе! Ты же знаешь, Галя во мне души не чает!

Это правда. Галчонок, или Галина Анатольевна, – это наш куратор с первого курса. Только поступив в наш славный университет, я вызвалась быть старостой группы и записалась в профком. И весь первый учебный год была практически правой рукой Галчонка. Правда, потом мне стало некогда заниматься всей этой университетской ерундой, потому что помимо профкома у меня были другие занятия и секции. Тогда я бразды правления передала нашему ботанику Владлену Паршукову. Тем не менее с Галчонком мы остались в очень теплых отношениях. Сейчас преподаватель находилась в интересном положении, но клятвенно обещала до конца учебного года нашу группу не бросать.

В аудиторию мы ввалились уже после звонка. Я говорила, что никогда не опаздываю? Здесь я немного солгала. Алка любит подпортить мне статистику. Преподавателя еще не было. Из-за тем проектов на пары сегодня приперлась практически вся группа, все-таки оценка за него пойдет в диплом. Только мы с Алкой разложили свои пожитки на последней парте, как в аудиторию быстрым шагом вошел наш декан.

– А где Галина Анатольевна? – басом поинтересовался Владлен Паршуков.

В аудитории зашушукались.

– Добрый день, ребята! – поздоровался с нами декан. – С Галиной Анатольевной все отлично! Она взяла отпуск! Сами понимаете, ей нужно больше отдыхать!

– Ей рожать только летом, – прошипела мне в ухо Алка.

– Тш-ш! – отмахнулась я. Сейчас меня волновала лишь судьба итоговых проектов.

– Не беспокойтесь, все обязанности Галочк… Галины Анатольевны я взял на себя! – торжественно добавил декан.

– И итоговые проекты? – промямлил кто-то с первой парты. Видимо, не я одна договаривалась с Галчонком по поводу напарника.

– И итоговые проекты в том числе! – кивнул декан.

– Шеф, все пропало! – опять зашипела Алка. – Вряд ли Галя передала ему твое королевское пожелание, чтобы мы работали вместе!

Я, нахмурившись, не отрывала взгляда от декана.

– Я лично занялся распределением пар! Думаю, многие будут приятно удивлены…

– Ага, «при-ят-но»! – продолжила бухтеть Алка, изображая пальцами кавычки. – И это на электродинамике! Похороните меня заживо…

– Напоминаю, что помимо теории вам будет предложен пакет из более чем пятидесяти задач…

– Сейчас сдохну! – простонала Алка, кажется, слишком громко. На нас обернулась парочка одногруппников, что сидела впереди.

Декан начал монотонно зачитывать темы проектов, а также две фамилии после каждой:

– Калибровочные преобразования скалярного и векторного потенциалов – Антонова и Денисов, Уравнение непрерывности в релятивистски-ковариантной записи – Ломакин и Устюжанин, Гехт и Паршуков поработают над темой…

– Пар-шу-ков? – шепотом восклицает Алка. Гехт – это, кстати, она. – Ты слышала? Я с Паршуковым!

– Слышала, не глухая! – огрызнулась я, с напряжением ожидая своей фамилии.

– Ромашина и Заяц! – наконец объявил декан счастливчиков, которые займутся следующим проектом.

– Заяц? – рассердилась я. – Этот тупица?

Артем Заяц – это прогульщик всего потока. Кажется, можно по пальцам пересчитать, сколько раз за этот учебный год он появлялся в стенах университета. Когда он долго не посещает учебу, я даже начинаю забывать, как он выглядит. Заяц у нас спортсмен: как и мой брат, занимается хоккеем. Правда, успехов в нем добился побольше, чем оболтус Ромка: лига на порядок престижней. Тема постоянно на сборах, соревнованиях, выездах… Пропускать пары ему можно: он у нас звезда. Я вообще понятия не имею, что Заяц забыл в нашем университете. Обычно такие, как он, учатся где-нибудь в физкультурном, на тренера. Но поговаривали, что отец Темы – какой-то известный инженер, к тому же лучший друг нашего декана. В общем, Тема – мужская версия Аллочки. Поэтому Артему все сходит с рук. Удивляюсь, зачем он на распределение проектов притащился. Ему бы просто так под шумок хорошую оценку поставили.

Не представляю, как буду готовить итоговую работу с Темой. Я его на дух не переношу уже давно. К тому же он как в старом анекдоте: «Тук-тук, сиди, я сам открою!» Ладно тащить за собой Алку: она мой друг. Но этого самовлюбленного индюка…

– Тебе хотя бы симпатичный достался! – пропыхтела мне в ухо Алка. – И очень даже!

Я глянула на Тему, который находился через пару парт от меня. Заяц сидел развалившись, с «капельками» в ушах, бесшумно барабаня пальцами по столу, видимо, в такт музыке. Он вообще слышал, с кем будет в паре?

Смуглый, темноволосый, синеглазый. Симпатичный, конечно. Но с лица воду не пить, как говорится. Я на внешность никогда не велась. Сейчас для меня главное – что у человека в голове. А Зайцу не один раз по черепушке шайбой прилетало. Хорошего мне партнера декан подобрал, ничего не скажешь.

– Я с Паршуковым стухну! – скривилась Алка. – Ни разу за три года с ним даже словом не перекинулась… Рит, а если у него изо рта пахнет?

– Все может быть, – пожала плечами я.

Тогда Алка моментально подняла руку.

– Да, Алла, у тебя какой-то вопрос? – поинтересовался декан.

– А можно меняться парами?

Я автоматически взглянула на первую парту, за которой сидел Владлен. Он даже не шелохнулся.

– Можно! – кивнул декан.

Я с облегчением выдохнула.

– Но тот, кто первым решит поменяться парами, – продолжил преподаватель, – автоматически получает за работу минус балл!

В аудитории недовольно загудели.

– Так что решайте сами! – повышая голос, чтобы перебить недовольных студентов, сказал декан. – Итоговая оценка зависит от вас!

– Какой кошмар… – Я уронила голову на руки. – Не хочу я с этим придурком в одной паре быть! Я с ним тоже словом не обмолвилась и не собиралась…

Алка задумчиво смотрела на декана:

– Ну а если откажешься? Подумаешь, минус балл!

– Тебе, может, и «подумаешь». А если за проект четверку поставят? Тогда мне этот трояк пойдет в диплом – и прощай, «красненький»!

– Да уж, мне б твои проблемы! – фыркнула Алка. – Это что же, я теперь совершенно точно буду с Владленом в паре работать?

Я развела руками.

– Ужас! – Алка выпучила глаза.

– Гехт, быть может, вы обсудите свои проблемы на большой перемене? – обратился к нам декан. Он объяснял новый материал.

Алка промолчала. Только начала строчить в тетради послание для меня:

«Что вообще за имя такое: Владлен?»

Я размашисто написала ей ответ:

«В СССР популярно было. Это аббревиатура такая: Владимир Ленин. Я сама думала, так детей больше не называют… Может, в честь дедушки?»

Прочитав мой ответ, Алка нахмурилась, а потом вновь застрочила:

«Так, не поняла! Его дедушка Ленин, что ли?»

Мне пришлось пару раз перечитать Алкин вопрос.

– Ты дура, что ли? – чересчур громко вопросила я. В это время остальные одногруппники что-то усиленно строчили в тишине.

– Голубушки! – опять обратился к нам декан. – Последнее предупреждение! Рассажу!

Нам пришлось заткнуться до перемены. Зато, как только прозвенел звонок, Алку прорвало:

– Ну вот что за несправедливость! Ладно, нас вместе не поставили! Но почему тебе достался Заяц, а мне Паршуков?

– Что хорошего в том, что мне достался Заяц? – с раздражением отозвалась я. – Он же спортсмен… Глупый как пробка.

– Ты же сама спортом занималась! – припомнила мне Алла гимнастику.

– Занималась! – кивнула я. – И вовремя бросила! Потому что на учебу в школе вообще времени не оставалось…

Я опять скептически глянула на Артема, который по-прежнему сидел на своем месте и с тем же отсутствующим видом слушал музыку. Хотя многие одногруппники покинули аудиторию, чтобы подкрепиться на большой перемене.

– Представляю себе, как мы будем готовить этот проект. – Я продолжила говорить басом, изображая, по моему скромному мнению, Тему. – «Это… ну это самое… Электродинамика – это этот… раздел физики… гы-гы-гы…»

– Ты, Ритик, переигрываешь! – скептически заметила Алка. – Я пару раз общалась с зайчишкой, он так не разговаривает!

– Н‑да? – озадачилась я. – Тогда смотри: это Заяц, когда ему шайба в репу прилетает!

И я скосила глаза к носу.

– Ну ты и ослиха! – покачала головой Алла.

– Ты, наверное, хотела сказать ослица?

– Не суть! Ей достался самый красивый парень в потоке, а она еще недовольна…

– Аллочка, послушай себя, что ты несешь? Мы говорим об итоговых проектах! Тут как бы в первую очередь важны ум и дисциплинированность! Кому тут повезло больше всех – так это тебе! Если у меня самый красивый в потоке, что, кстати, спорно, то тебе в пару уж точно самый умный достался!

Алка поморщилась:

– А если он плюется, когда разговаривает? Забрызгает меня своими слюнями…

Последнюю фразу Алла произнесла с отсутствующим видом, по-прежнему пялясь на Артема.

– Куда ты все смотришь? – рассердилась я. – Единственный, кто тут слюни пускает, – это ты! А если этот козел на какие-нибудь сборы укатит? Мне отдуваться за него?

Я злилась все больше и больше.

– Вообще лучше уж тогда одной этот дурацкий проект делать…

Я замолчала. Алка оторвала взгляд от Артема и с подозрением взглянула на меня:

– Ты хочешь сказать?..

– Бинго, Аллочка! Если я не могу отказаться от этого «партнерства», я сделаю так, чтобы Заяц сам не захотел со мной в паре работать…

– И как ты это сделаешь? Ну-ка, ну-ка, расскажи! – заинтересовалась Алка, подперев подбородок рукой.

– Ты что, не знаешь, какой я могу быть занудой? – беспечно пожала я плечами.

– О да-а! – нервно захихикала Алла. – Еще как знаю! Ты ж достанешь со своими нотациями… Как заведешь волынку, так на весь день. То опаздывать нельзя, то прогуливать, то жирную еду, то сладкие напитки… Как тебя дома выносят?

– Ну ты, давай полегче! – оскорбилась я. – Разошлась!

Аллочка задумалась.

– Слушай, а с чего ты решила, что у него проблемы с дисциплиной? Я, конечно, не берусь судить о его умственных способностях, но вроде спортсмены очень дисциплинированные ребята.

– Все, отвянь! – рассердилась я на Алку. – Говорю ж, не хочу с ним в пару! Не нравится он мне, точка! Я одна все быстрее сделаю спокойненько, не нужна мне эта обуза!

Алка аж отпрянула от меня:

– Ладно-ладно, ты чего так развопилась? Хочешь одна над проектом горбатиться – твое право! Ты ж у нас самая умная!

Мы немного посидели молча, дуясь друг на дружку.

– Ну и когда ты начнешь отделываться от Артема? – первой нарушила тишину Алка. Долго мы обижаться не умеем.

– Прямо сейчас! – решилась я, вскакивая со своего места. До начала следующей пары оставалось минут пять, успею показать ему, кто тут главный.

Я подошла к одногруппнику и легонько коснулась его плеча, а немного подумав, тут же постучала по его плечу сильнее.

Заяц, вытаскивая наушники, обернулся и молча уставился на меня. Я тоже на него уставилась. И тоже молчала. Мне почему-то казалось, что парень первый начнет разговор. Скажет что-то типа: «О, Рита Ромашина, кажется, нас с тобой поставили в пару? А я как раз хотел тебе вот что предложить: для меня снижение оценки не принципиально, поэтому, если ты хочешь поработать самостоятельно, я совсем не против!» Ну, примерно, конечно. В моей голове разговор звучал тем же воображаемым басом: «О… это самое… ты того, это… пиши проект одна, короче. Гы-гы-гы…»

– Чем могу помочь? – наконец произнес Тема, удивленно приподняв брови. Представляю, как глупо я выглядела. Подошла, побарабанила парня по плечу и стою, на него любуюсь. Никогда раньше с ним не разговаривала. Голос, кстати, приятный. Не тот ужасный бас, что был в моей голове мгновение назад.

– Заяц! – начала я. И чуть не расхохоталась в голос. Хотелось тут же ответить «Волк!». Как в «Ну, погоди!». «Заяц – Волк, Заяц – Волк!» Я чувствовала, как улыбка сама нарисовалась на моем лице.

– Можно просто Артем! – сдержанно ответил парень, не понимая, чему я, стоя перед ним, радуюсь. Наверное, имея такую фамилию, устаешь от постоянных шуток. Впрочем, мне плевать, от чего эта зайчатина устала.

– Артем Заяц! – упрямо повторила я. – Надеюсь, ты слышал, как декан раздавал итоговые проекты?

– Слышал, – лениво кивнул одногруппник. Я обрадовалась, хоть что-то. По крайней мере он не глухой.

– И что ты об этом думаешь? – продолжила я.

– А что я об этом должен думать? – не понял меня Заяц. – Мне в пару досталась какая-то Ромашкина…

У меня вспыхнули щеки. Какая-то Ромашкина? Этот придурок так редко ходит в университет, что за три года не запомнил, как правильно произносится моя фамилия… Мало того, он даже не подозревает, что я – это я!

– Ну, не Ромашкина, а Ромашина! – ангельским голоском поправила я. Не хотелось сразу перед ним раскрывать все карты.

– А ты с кем в паре? – заинтересованно оглядел меня с ног до головы Заяц.

– Ты издеваешься? – взорвалась я. Недолго ангелком продержалась. – Кажется, я в паре с самым тугим человеком в нашем потоке! Чтобы после занятий ждал меня в фойе! Нужно обговорить кое-какие нюансы!

Все это время тупица Заяц непонимающе на меня глядел. Хлопал своими заячьими глазами, как корова на лугу! Ой!

– Кстати, Ромашкина… тьфу, Ромашина – это я! – гаркнула я напоследок, зачем-то гордо ткнув себя пальцем в грудь. Со стороны, скорее всего, это выглядело нелепо. Но меня этот кролик здорово рассердил.

Тут же прозвенел звонок, и я важно прошествовала к своей парте. Тема даже не обернулся в мою сторону. Плевать. Надеюсь, после пары он придет в фойе. Уж я устрою ему веселенькую подготовку. В первый же день этот двоечник недоделанный от меня сбежит.

– Ты чего там так разоралась? – удивленно посмотрела на меня Алка, когда я плюхнулась на стул. – «Ромашина – это я!»

Алка демонстративно похлопала ладонью по груди.

– Представляешь, этот твой Заяц недоразвитый даже не знает, с кем учится! – пропыхтела я, кидая злобные взгляды на Артема. Но тому, кажется, все было по барабану. Он уже строчил кому-то сообщение в телефоне.

– Ну это логично, учитывая, что он часто прогуливает! – пожала плечами Алка.

– Ты что, его оправдываешь? – накинулась я на подругу.

– Не оправдываю. Просто он правда редко в универ приходит, ни с кем особо не общается… А тебя задело, что кто-то не знает великую и ужасную «Мисс Университет» Маргариту Ромашину!

– Сама ты ужасная! – огрызнулась я. Про великую скромно промолчала. – Знаешь, Алла, для меня теперь дело чести: избавиться от этого таракана.

– Думаю, он сильно не расстроится, что ты избавишься от него! – подколола меня подруга. Я не ответила. В моей бедовой голове уже вырисовывался коварный план, как сделать жизнь одногруппника невыносимой.

Глава вторая

Разумеется, никто в фойе в назначенный час не появился. Я уже успела скромно посидеть на деревянной скамеечке, развалиться на подоконнике, смахнуть носовым платочком пыль с бюста Ломоносова… А ведь на большой перемене у меня не получилось вырваться в столовую. В животе уже урчало. Кажется, в моей сумке завалялся «Чоко Пай». Сумка моя – штука бездонная. Я несколько минут беспорядочно ворошила ее содержимое, и мне попадалось все, что только можно, кроме вожделенного печенья. Наконец я психанула и вытрясла все, что было в сумке, на скамейку. Странное дело, но первым вылетел проклятый «Чоко Пай», а уж потом все остальное добро. Многое полетело на пол: пенал, несколько блокнотов, расческа и мои любимые сережки, которые я предусмотрительно сняла вчера перед походом в бассейн… Бижутерия, безделушка, конечно, но они мне так нравились. Будто в замедленной съемке я наблюдала, как мои любимые сережки катятся под лавку, прямиком за многочисленные кадушки с растениями в глубине фойе. Отлично! Проклятущий Заяц! Все, все из-за него! Я быстро покидала вещи обратно в сумку, в том числе и чертов «Чоко Пай» (не до него теперь), и отправилась в заросли на поиски своих сережек. Пока я ползала на коленях между ярких цветочных горшков, на единственную скамейку успела приземлиться влюбленная парочка. В главном корпусе давно прозвенел звонок, коридор и фойе опустели. В тишине я отчетливо слышала страстный шепот и какое-то чавканье. Супер. Супер-пупер просто! Понятия не имею, сколько эта парочка уже лобзалась на скамейке, а я горшки пятой точкой протирала. Зато не зря ползала на четвереньках: в зажатой ладони покоятся любимые сережки. Только как мне из этих джунглей незаметно выбраться? Влюбленные чудики решат еще, что я за ними подсматриваю. У меня уже затекли спина и ноги. Чем дольше я сидела в цветочных зарослях, тем глупее себя чувствовала. Я наблюдала за страстно целующейся парочкой сквозь листья кустовой пальмы. Мне бы еще камуфляжную бандану на голову, бинокль в руки и черную раскраску на лицо: под глаза и на щеки.

«Ну пожалуйста, ну сбрызните уже отсюда! Что, больше миловаться негде? Ой, мамочки, ногу отсидела!»

Я нащупала в кармане телефон, он был на беззвучном режиме. У меня всегда так. Никто и никогда не может мне дозвониться. Я набрала смс Алке:

«Ты в универе?»

Сейчас у нас было «окно», я отправилась на встречу с представителем семейства ушастых, а Алка… а черт знает, куда подевалась Алка. Она и домой слинять способна. Ей пары прогулять – раз плюнуть.

«На первом этаже кофе пью из автомата!» – ответила Алка. Спустя пару минут, будь она неладна.

«Ты уже освободилась?» – прилетело мне следом еще одно сообщение от подруги.

Ага, как же! Десять раз освободилась.

«Нет! Не освободилась еще! Не могу! Тут в фойе парочка сидит, целуется. Ты не могла бы их согнать как-нибудь отсюда?»

Алка опять долго не отвечала. Кажется, у меня уже пар из ушей пошел от злости.

«В смысле?» – наконец разродилась ответом подруга.

«Они сидят на лавочке и меня напрягают! Поднимись сюда и прогони их!» – настрочила я.

«Ритик, ты как бабка старая! Тебе неприятно на них смотреть? Пусть целуются! Тебе-то что? Или тебе нравится этот парень?»

Боже, какой еще парень? Я попыталась лучше разглядеть огромного качка, который страстно целовал свою подругу. Сейчас Алка разведет тут Санта-Барбару.

«ПРОГОНИ ИХ!!!» – написала я капслоком.

«Сама че?» – тут же ответила мне Алла.

«Сама не могу, я тут в кустах!»

«В каких еще кустах?»

«Алка, ты можешь ни о чем не спрашивать? Просто помочь мне! Я тебе все потом объясню!» – взмолилась я.

Алла опять отвечала целую вечность…

«Сейчас. Погоди. Я не одна. Попрощаюсь тут».

Опять с кем-то сидит болтает. За что мне это?

Перед моим взором тут же нарисовался небольшой паучок. Он спокойно себе спускался по блестящей ниточке с одного листочка на другой. Какая прелесть. Делает что хочет. Я ему даже немного завидую. Да что там немного. Я ему жутко завидую! Столько ног – и всеми ими он может шевелить!

Вроде бы девчонки должны бояться насекомых, но эта история не про меня. У нас дома как-то даже тарантул жил. Ромка откуда-то его притащил. Хотел меня попугать, да не вышло. Я, наоборот, перенесла террариум с пауком в свою комнату и исправно кормила его тараканами. От тарантула втихаря избавилась наша мама. Просто в один прекрасный день мы с Ромкой пришли из школы, а питомца нашего и след простыл. Мама унесла его в какой-то живой уголок и сообщила, что в следующий раз скорее разрешит нам завести поросенка, чем тарантула. Мы с Ромкой скромно промолчали. Поросенка нам заводить не хотелось. Особенно Ромке. Его комната и без того напоминала свинарник.

Ага! Вроде бы девчонки должны бояться насекомых! С моей мамой ведь такое сработало? Может, и с этой влюбленной студенткой прокатит. Я осторожно взяла паука в руки и начала пробираться сквозь заросли к скамейке. Пролезать между цветочными горшками было непросто, я ведь практически ползла по-пластунски. Добравшись до скамейки, я оказалась за спинами влюбленной парочки. Они уже не целовались, а сидели, прижавшись друг к другу, и перешептывались. Качок и его хрупкая пассия. Идеальная пара.

Я осторожно приподнялась на ноги и, затаив дыхание, отпустила паучка на голову девушке, а сама тут же отползла обратно в цветы. Пару минут ничего не происходило, зато потом…

– Вика! – раздался истошный вопль. – Что у тебя на голове?!

– Что у меня на голове? – забеспокоилась Вика. – Влад, что там такое? Прическа помялась?

Но качок уже вскочил на ноги.

– Вика, там… там…

– Что там, Влад, что? Не пугай меня!

– Вика, там паук!!! – верещал по-девчачьи парень.

– Господи, Влад, ну и что? Смахни его!

– С ума сошла?

– Влад, куда ты… пятишься?

– Смахни его сама!

– Влад…

Но Влада и след простыл. Вика тут же кинулась за ним, по-моему, прямо с паучком на голове.

Я выбралась наконец из своего укрытия и тут же увидела, как в фойе заходит растерянная Аллочка со стаканчиком кофе в руках.

– Психи какие-то! – пожаловалась подруга. – Чуть с ног меня не сбили! А если б я кофе на новую блузку пролила? Где твоя парочка-то?

– Это были они! – кивнула я в ту сторону, куда упорхнул Влад. И Вика.

– А чего они? Поссорились, что ли?

– Там паук был…

Алка нахмурила брови.

– Забей! – махнула я рукой.

– А ты-то где была? – все еще не врубалась Алла.

Я указала на кадушки с цветами.

– Господи, Рита, зачем ты за ними подглядывала? Извращенка!

– Ничего я не подглядывала! – возмутилась я. – Я там сережки искала, ползала… вот!

Я разжала левую ладонь и продемонстрировала Алке свои «драгоценности».

– Было б там из-за чего ползать! – фыркнула Алка.

– Но-но! Попрошу!

Алка уселась на скамейку, на которой пару минут назад целовалась парочка, и запричитала:

– Я там с таким парнем классным познакомилась – спешу тебе на выручку, а тут какая-то ерунда! Паук, сережки… Цветочные горшки!

– Ну и как бы ты мне помогла? – плюхнулась я рядом с Аллой.

– Сказала бы, что тот парень – мой! И эта бледная моль не смела бы его целовать!

Я раскрыла рот от удивления.

– Алл, ты серьезно?

– А то!

– Могла бы что получше придумать, – промямлила я. Конечно, моя идея с пауком была тоже не гениальной… Но ведь сработало.

– Ну а теперь, – продолжила Алка, – зачем мне такой парень, если он от паучка убегает?

Алка мне подмигнула. Я рассмеялась:

– Знаешь, подружка, арахнофобия – штука страшная и распространенная.

– Архано… что?

– Забудь!

Я взяла из Алкиных рук стаканчик и допила уже давно остывший кофе.

– Ты с Зайцем-то встретилась? – задала вопрос Алка. В принципе, из-за чего мы тут и торчим…

– Не-а, не пришел твой Заяц драгоценный, как я и предполагала. Дисциплины – ноль!

– Похоже, тебе первой придется отказаться от «партнерства», – покачала головой Алка.

– Вот еще!

– Но как же ты его достанешь, если он даже на встречу не приходит? – развела руками Алка.

Она была права. Я кипела от негодования.

– Может, еще придет? – жалобно вопросила я.

– Кто? Артем? – Алка захохотала. – Забудь, Ритик! Сейчас «окно»! Все нормальные студенты в это время домой сваливают!

Я поднялась со скамейки.

– Как? – подскочила вслед за мной довольная Алка. – И мы тоже… вдруг стали нормальными?

– В столовку перед следующей парой зайдем? – невозмутимо предложила я.

– Ну и зануда… – разочарованно протянула подруга. – Зайдем!

Мы наконец выбрались из фойе в длинный, слабо освещенный коридор. Не успела я сделать и пару шагов, как Алка пискнула:

– Ритик, гляди!

Я перевела взгляд в сторону, куда указывала Алка. Там у расписания спокойненько себе стоял Артем Заяц. «На расслабоне», засунув одну руку в карман джинсов, другой рукой набирал сообщение на телефоне. И гаденько улыбался. Ну, может, не совсем гаденько, может, обычно улыбался. Но мне показалось именно так.

– Ах он прыщ! – воскликнула я. – Алла, ты видела, каков нахал?

Алка молчала, с интересом поглядывая то на меня, то на Артема.

– Твои дальнейшие действия? – спросила подруга. – В столовку?

– Какая теперь столовка? – зашипела я. – Тебе лишь бы пузо набить!

У меня уши пылали от негодования! Я даже позабыла, что пойти в столовую было моей идеей.

– Можешь идти… куда хочешь! – продолжила я. – Хоть домой!

Алка просияла.

– А я этого жука теперь никуда не пущу! Хитренький, я за него должна пятьдесят задач решать, пока он универ прогуливает?

– Но разве это не твоя цель – одной решать задачи? – ехидно уточнила Алка.

– Знаешь, одно дело пятерку для себя получить, и другое – еще и для этого паразита! – рассердилась я. – Все, Алка, иди! Я настроена решительно!

Мне кажется, у меня ноздри от возмущения раздувались. Алла предпочла меня больше не сердить, а поскорее ретироваться. В кои-то веки я великодушно отпустила ее домой, а не заставила сидеть со мной на всех занятиях.

Алка тут же испарилась, а я побрела в сторону Артема. Чем ближе я подходила к одногруппнику, тем сильнее меня охватывала ярость. Кем он себя возомнил? Я что, бегать еще за ним должна? В жизни ни за кем не бегала, тем более за такими, как он. Корону бы поправил, принц заячий.

В общем, к Артему я подошла настолько рассерженной собственными мыслями, что просто схватила его за рукав толстовки и потащила в сторону фойе. Кажется, парень от неожиданности чуть не выронил дорогой смартфон из рук.

– Ромашкина, ты? – удивленно проговорил Заяц.

– Умница, запомнил! – сквозь зубы проговорила я, не поворачивая головы. – Только не Ромашкина, а Ромашина!

Я затащила Тему в фойе, круто развернулась и тут же начала рассерженно бубнить:

– Ты что себе позволяешь, Заяц? Так дело не пойдет! У меня вообще-то мало свободного времени, чтобы тебя тут дожидаться стоять…

– Разве ты тут стояла? – удивился Артем.

– Ты о чем? – еще больше рассердилась я. – Ну, разумеется, стояла! И даже сидела!

Я резким движением указала на скамейку.

– Ну, не зна-аю, – протянул Артем. – Я опоздал немного, признаю, но когда заглядывал в фойе, тебя уже тут не было. Или это ты тут в десны долбилась с тем здоровячком?

– Сам ты долбился! Долбанутый!

– Ромашкина, полегче! – покачал головой Заяц. – Я говорю то, что видел! Тебя здесь не было… Ну, если, как вариант, ты не пряталась в пальмах в это время…

Кажется, я покраснела.

– Нам нужно обговорить все детали итогового проекта! – выпалила я, предпочтя перевести тему.

– Задачи пополам, и расходимся! – невозмутимо ответил Артем и уже развернулся, чтобы уйти…

– Так, стоп-стоп-стоп! – вновь схватила я парня за рукав.

Заяц многозначительно посмотрел на мою руку, и мне пришлось отпустить его. Что это я, правда, прицепилась, как репей. Еще растяну толстовку, черт знает, сколько его вещи стоят…

– Там еще теория есть вообще-то! – грубо напомнила я.

– Теорию тоже пополам! – пожал плечами Артем.

То есть как? Все-то у него просто… Пополам… Нарешает там неправильно, голова садовая, а я отметку плохую получу!

– Тогда, может, поделим сейчас задачи? – сердито поинтересовалась я. – Чем раньше начнем работу, тем лучше! Быстрее закончим!

«Быстрее отделаюсь от тебя!» – с раздражением подумала я.

Артем вздохнул и, подойдя к подоконнику, бросил на него свой рюкзак. Я поплелась следом за парнем, попутно пролистывая тетрадь с лекциями по электродинамике. Когда я причалила к окну, Заяц неожиданно схватил меня на руки и усадил на огромный подоконник. Все это произошло так быстро, что я даже возмутиться как следует не успела.

– Можно в следующий раз без рук? – буркнула я.

– Как скажешь, Ромашкина! – усмехнулся Заяц, стоя рядом и опершись рукой о подоконник. Он был значительно выше меня, сейчас наши глаза находились примерно на одном уровне. Он заглядывал в мою раскрытую тетрадь, куда был вклеен лист с заданием. Лицо его, пусть даже и очень симпатичное, маячило прямо передо мной. Я даже слышала его мерное дыхание…

– Ты можешь не нарушать мое личное пространство? – не выдержала я. – Рассопелся тут!

– Ну, мне ведь нужно узнать, какие там вопросы…

– Тебе должны были выдать точно такой же лист с условиями, – раздраженно проговорила я.

– Точно, где-то лежит у меня, наверное! – беспечно пожал плечами Заяц.

Я перевела дыхание. Фух-фух… Три-четыре. Дышать глубже. Нужно расслабиться и не раздражаться, расслабиться и не раздражаться…

– Я вообще не понимаю, как ты попал на наш факультет! – рявкнула я в конце концов. Расслабиться и не раздражаться не получилось.

– Я думал, что физфак – это и есть физкультурный… – лениво проговорил Артем.

Немая сцена. Я несколько секунд молча пялилась на одногруппника, не понимая, всерьез он или шутит. Если всерьез, то ты, Ромашина, крупно попала…

Но Артем громко заржал:

– Ты правда думаешь, что я настолько тупой? Ты меня явно недооцениваешь.

Как же, недооцениваю я его! «Гы-гы-гы…»

– Послушай… Артем, – устало начала я. – Ты даже не представляешь, как мне важна эта оценка…

– Представляю, – серьезно ответил Заяц.

– То есть ты знаешь, что я иду на красный диплом? – удивилась я.

– Понятия не имею, куда ты там идешь, – улыбнулся Артем. – Но мне тоже кровь из носу нужно написать эту работу на «отлично».

Так! Приехали! А я ведь только хотела предложить ему самоликвидироваться.

– Тебе-то зачем? – искренне удивилась я.

– Скажем так, тут личные интересы… – ушел от ответа Тема. – Меркантильные.

По-любому папочка пообещал новую машину или что-то в этом роде… А уж его друг-декан точно проконтролирует, чтобы Артем вовремя сдал работу…

– А я подумала, вдруг у тебя нет свободного времени на выполнение итоговой работы… Хоккей там, все дела… – как бы между делом начала я.

– Ну почему же, – пожал плечами Тема. – Моя команда вылетела из плей-офф, и планов у меня на весну нет…

Вот черт!

– Или бы ты хотел позаниматься один… – продолжила намекать я.

– Ромашкина, я тебе прямо сказал: мне тоже не нужен «минус балл», – перебил меня Артем.

– Я Ро-ма-ши-на! – сердито по слогам проговорила я.

Заяц опять улыбнулся. Чему лыбится, непонятно.

– Значит, ты не откажешься работать вместе со мной? – в лоб спросила я парня.

– Так же, как и ты не откажешься работать со мной! – немного с вызовом ответил Артем.

– И мы прям партнеры, все делаем вместе и ты не откажешься работать вместе со мной? – упрямо повторила я.

– Так же, как и ты не откажешься работать вместе со мной! Мы повязаны, – вновь повторил Заяц. – До гробовой доски!

Заяц громко заржал. Ха! Это мы еще посмотрим! Я в ответ коварно усмехнулась. Он не знает, с кем связался. Ведь я кого угодно могу довести до белого каления…

– Значит, смотри… Теоретические вопросы… Первый…

Я дотошно разделила вопросы, вырвала из альбома лист, достала линейку и карандаш из пенала.

– Сейчас я выпишу тебе, чем ты должен заняться в первые три дня…

– А линейка с карандашом тебе зачем? – устало поинтересовался Заяц.

– Как зачем? – сделала я невозмутимое лицо. – Сейчас разлиную строчки… Чтобы тебе понятнее и приятнее было читать… У меня знаешь такой неразборчивый почерк…

– Мне и так понятно будет! И очень приятно! – испуганно отозвался Заяц.

Кажется, со стороны я выгляжу как сумасшедшая. Но я этого и добиваюсь.

– Ой, да брось! – хихикнула я. – Мне несложно! Все должно быть по правилам! Кому приятно читать поехавшие строчки?

Этот риторический вопрос я задала в никуда. В пустоту. Тема не ответил. Хотя мог бы резонно отметить, что единственная здесь поехавшая – это не строчка, а я.

Я специально долго и аккуратно разлиновывала лист, каждый раз отступая от предыдущей строчки сантиметр. Даже кончик языка высунула, так старалась. Один раз карандаш сорвался с линейки, тогда я полезла в пенал за ластиком…

– Ты издеваешься? – простонал Заяц.

– А что такого? – пожала я в ответ плечами.

Разлиновав альбомный лист и аккуратно исписав его гелевой ручкой, я наконец протянула свое творчество Артему.

– Пожалуйста, вот вопросы, которые ты должен проработать. И давай обменяемся номерами телефонов… – учительским тоном попросила я. – Мы всегда должны быть на связи!

Тема продиктовал мне свой номер, я тут же набрала его. Сбросив вызов, парень нервно поинтересовался:

– Теперь я наконец могу быть свободен?

В душе я ликовала. Кажется, мне удалось вывести его из равновесия. Не он меня вывел, а я его! Так-то, Зайчик! Так-то!

Тема уже удалялся из фойе, глядя в экран телефона, а я продолжала сидеть на подоконнике, довольно болтая ножками… Когда внезапно он обернулся и крикнул мне:

– А как тебя зовут-то? Хотя, конечно, могу просто Ромашкиной записать…

– Меня зовут Маргарита! – злобно пропыхтела я. Вот же козел велкопоповицкий, вывел опять! 1:1!

* * *

Домой я пришла в самом скверном расположении духа. Громко хлопнув дверью, я прошла в свою комнату и плюхнулась на кровать. Прямо в верхней одежде.

– Куда, куда в пальто? – зашла следом за мной мама. Мамочка у нас переводчица с итальянского языка, работает непосредственно из дома. Поэтому они с Ромкой чаще всего в квартире торчат, когда брат не на тренировке, а мама не на маникюре.

– Ты чего распласталась-то? – вновь спросила мама, не дождавшись от меня реакции. Я прикрыла глаза.

– Ты веришь в энергетических вампиров? – простонала я. – Ну, это люди, после общения с которыми чувствуешь себя выжатым лимоном…

– Я знаю, кто такие энергетические вампиры, – кивнула мама. – У меня таких целых двое: сидят по своим комнатам.

Это она нас с Ромкой имеет в виду.

– Очень смешно! – буркнула я.

Мама присела на край кровати:

– Ну, кто там тебя так сегодня вымотал? И сними ты верхнюю одежду, ради бога! Спасибо, что не в ботинках улеглась…

Я послушно стянула пальто и вновь растянулась на кровати.

– Сегодня раздавали темы итоговых проектов, над которыми нужно работать в паре… Так вот, мне достался в партнеры настоящий кретин!

Кажется, я даже зубами от злости скрипнула.

– За что ты так его? – удивилась мама.

– Тупой как пробка… – Я для убедительности постучала о деревянную спинку кровати. – Хоккеист. Все хоккеисты непроходимые тупицы…

– Вообще-то твой брат занимается хоккеем! – напомнила мама.

– Так а я о чем?

Мама укоризненно покачала головой.

– Если этот мальчик, как ты выражаешься, пробка, у тебя есть отличный шанс проявить великодушие и подтянуть его по учебе!

– Вот еще! – фыркнула я. – Меня от одной его рожи тошнит.

– Маргарита! – строго проговорила мама. – Не этому я тебя учила!

Я пожала плечами. Пожалуй, не буду посвящать маму в свои планы избавиться от зайчатины. А то начнет лекции читать.

Мама поднялась с кровати.

– Рит, у меня еще столько работы… и вебинар в семь вечера. Займешься ужином? Покорми наших мужчин. И хлеба, кстати, нет. Спустишься в магазин?

Я простонала:

– Ужин, так и быть, приготовлю. Ну а хлеб? Неужели Ромке сложно за ним сгонять?

В нашей семье было принято, что за продуктами обычно ходили или мама, или брат. Мне таким некогда было заниматься. Приготовить – это еще можно. Это я умела и даже немного любила. Но почему я должна идти за хлебом… когда есть брат? Тем более Ромка после универа и тренировок все равно дома обычно торчит. А я это… энергетически истощена. Вот!

– А Ромки дома нет! – развела руками мама.

Я аж подскочила на кровати от неожиданности:

– То есть как?

– А вот так! Он уж пару недель как вечерами где-то пропадает. Какая-то новая компания у него… Вот как ты с братом общаешься!

Ага, вот так я с братом и общаюсь… никак.

– И что это за компания? – заинтересовалась я.

– Я думала, может, ты мне подскажешь, – грустно проговорила мама. – Но смотрю, с тебя взятки гладки. Переживаю я за него, Рит. Вдруг компания эта плохая?

Я гоготнула:

– Мам, ну, ему же не пятнадцать лет… Что переживать? У него какая-никакая, хотя, скорее всего, никакая, голова на плечах есть!

– Я так привыкла, что Ромка всегда дома… И все равно интересно, что там за ребята с ним… Рит…

Мама замолчала. Понятно, что сейчас скажет. Раз-два-три…

– Может, ты тихонечко попробуешь узнать, как там и что?

Мама с детства подначивает нас с братом на «откровенные» разговоры, чтобы мы потом передавали всю полученную из первых уст информацию ей. Не знаю, было бы проще, если б она сама напрямую задавала нам свои вопросы. Но так ей, видимо, легче. А еще она очень расстраивается, что с возрастом мы с Ромкой практически перестаем общаться. А ведь раньше были неразлейвода. Оно и понятно: у нас совершенно разные образ жизни, интересы… Но мама не упускает возможности, чтобы попытаться нас сблизить.

И если я могу как бы невзначай, как бы между делом расспросить Ромку обо всем, что интересует маму, то брат по отношению ко мне делает это чересчур наигранно. Или может зайти ко мне в комнату и без «здрасте» начать: «Маргарита, скажи мне одну вещь, тут мама интересуется…» В общем, совсем не заморачивается чувак.

Я знала, что маме совершенно не о чем беспокоиться… Да Рома уже, можно сказать, взрослый мужик!

– Попробую, куда я денусь! – успокоила я маму. Та просияла. Для нее мы всегда будем малышами, за которыми нужен глаз да глаз.

Мне все-таки пришлось тащиться в магазин за продуктами и готовить к приходу «наших мужчин» гуляш. Отец, очень занятой человек, владелец небольшой типографии, обычно приходил домой около девяти вечера. Ужинали они всегда вдвоем с мамой на кухне под итоговый выпуск новостей. Ромка, когда был дома, ел в это время в своей комнате, за компом. А я… я так поздно не ем. Это вообще-то очень вредно – наедаться на ночь.

Единственное время, когда мы все вместе сидели за столом, – это завтрак. Но с утра мы не вели задушевные беседы, не смеялись: «Ах, братишка, передай омлет! Всем продуктивного дня!» Сидели угрюмые, сонные, уткнувшись в свои тарелки.

На часах уже было около двенадцати, когда я из своей комнаты услышала, как поворачивается ключ в замочной скважине. Вообще я уже планировала лечь спать, но долг «понимающей» сестры не отпускал меня в царство Морфея. Я отложила учебник, на цыпочках пробралась в темный коридор, прислушалась. У родителей в комнате тишина – спят. А Ромка, предусмотрительно прикрыв за собой дверь, копошится на кухне. Ну что, голубчик! Сейчас мы выпытаем, где ты там по вечерам пропадаешь…

Ромка стоял перед открытым холодильником, с задумчивым видом заглядывая в кастрюлю.

– Салют! Может, тебе подогреть? – поприветствовала я брата.

От неожиданности Рома чуть не выронил из рук кастрюлю с гуляшом, громко звякнув крышкой.

– Тш-ш‑ш! – испугалась я. – Родителей разбудишь!

– Что ты шипишь! – также шепотом накинулся на меня брат. – Подкралась, как привидение!

– Как женщина в белом? – уточнила я, указывая на свою нарядную светлую сорочку.

– Нет, как привидение с мотором, – буркнул брат, усаживаясь за стол. – Разогревать не нужно, холодное поем.

– Тогда я дикое, но очень симпатичное! – констатировала я, приземлившись на стул напротив Ромки.

– С диким согласен, а насчет симпатичного поспорил бы.

Невозможный человек. Хочется запустить в него кастрюлей.

Ромка уплетал за обе щеки гуляш, а я все это время на него смотрела.

– Ты фе приперлафь-то? – не выдержал брат.

– Не разговаривай с набитым ртом! – привычно откликнулась я.

Ромка прожевал и внимательно посмотрел на меня:

– Спать иди.

Мне пришлось подняться из-за стола и для конспирации поставить чайник.

– Сейчас чайку попью да пойду! – безмятежно отозвалась я. – А ты где вечерами пропадаешь?

– Гуляю! – ответил брат, накладывая себе вторую порцию.

– Ты весь день не ел? Или накурился?

– Ты дура, что ли?.. Весь день не ел, – огрызнулся брат.

Так, самое важное для мамы узнала – не наркоман. Можно и без ночного чаепития обойтись.

– Ну хоть что за друзья? – осторожно поинтересовалась я. – Интересно же… Кто вывел тебя на солнечный свет из онлайна.

– Встретил старых друзей из секции, – нехотя откликнулся Ромка. – Твой допрос закончен?

– Какой допрос? – рассердилась я. – Нужен ты мне сто лет в обед! Это я так, поддержала светскую беседу… За чашечкой чая!

Я указала на чайник, который уже начинал закипать.

Брат продолжал с подозрением смотреть на меня.

– Ну, чего ты вылупился? – пришла я в негодование. – Знаешь, да ну тебя! Обойдусь без чаепития!

Я демонстративно вышла из-за стола.

– Ладно тебе, Рита, не обижайся! – вдруг остановил меня брат. – Я тут кое-что вспомнил…

Что он там еще вспомнил? Я заинтригована.

– Там… хм, – Ромка откашлялся. – Там один мой приятель очень хочет с тобой познакомиться!

– Что за приятель? – воскликнула я, забыв о позднем времени. – Что за приятель?

Второй раз я уже уточнила это шепотом.

– Ну, как я тебе объясню… просто старый знакомый, из секции.

– Из твоей новоявленной компашки? – уточнила я.

Ромка кивнул.

– Так-так, а с чего это вдруг он заинтересовался мной? – вновь плюхнулась я на стул. – Наверное, ты рассказал, какая у тебя классная сестренка с активной жизненной позицией?

Ромка тихо заржал:

– Ну-ну, нет, конечно!

– Тогда как? – растерялась я.

– Ты, оказывается, ему в детстве еще нравилась, видел тебя, когда маман нас по очереди по секциям распихивала.

Я задумалась.

– Знаешь, Ромка, заманчивое, конечно, предложение… Но я, пожалуй, откажусь.

Рома пожал плечами:

– Как знаешь. Парень хороший.

– Не уверена, что сейчас мне нужны отношения… Мне пока неплохо живется без них. К тому же через пару месяцев сессия начнется… А без отношений у меня такое чувство легкости, свободы…

– Все, Рит, я понял тебя! – поморщился Ромка. – Завелась… Будь добра, не посвящай меня в свои девичьи тайны, пожалуйста…

Я вздохнула. Ну вот и как мы должны сближаться с ним, по маминому мнению?

Выходя из кухни, я обернулась:

– Ром, а он прям вот с детства в меня влюблен, да? Жалко ведь его.

Брат покачал головой:

– Да он все эти годы не жил, а просто существовал. Говорит мне: «Ромыч, если твоя прекрасная сестра мне откажет, уйду в монастырь, дам обет безбрачия… Или со скалы спрыгну».

Я уставилась на Рому. Чайник начал тихонько насвистывать.

– Какая же ты, Рита, все-таки самодовольная! – фыркнул брат. – Спокойной ночи!

Глава третья

Утром Алла вскочила с кровати с уже привычной мыслью: «Блин, опять проспала практикум!» Взвесив все «за» и «против», девушка решила, что лучше она придет к концу пары, но стильно одетая и хорошо накрашенная, чем успеет на занятие, но при этом выйдет на улицу опухшая, бледная, без настроения…

«Все равно не готова! – оправдывала себя перед зеркалом Алла, чистя зубы. – Тут и двойку получу, и еще буду, как пугало, оставшийся день непричесанная ходить по универу. Лучше спокойно соберусь, приду к концу пары и поведаю преподу слезливую историю о том, как сумасшедшая маршрутка подрезала мой автобус, спровоцировав огромную пробку… А я так спешила, так хотела ответить…»

Алла ехидно засмеялась. Нужно только Риту предупредить, чтобы она отмазала ее перед преподавателем, сказала бы, что она уже едет. Алла быстро набрала сообщение. Но Рита не ответила. Оно и понятно: подруга со своим любимым беззвучным режимом никогда не слышала ни звонков, ни оповещений.

А вообще странно, что Рита не позвонила с утра. Она обычно проверяет, проснулась ли Алла. Да что там проверяет! Она бесцеремонно будит ее и выспаться никогда не дает!

На учебу девушка ехала в приподнятом настроении. Макияж вышел на славу, практикум удалось прогулять. А еще напротив сидит такой симпатичный парень и ей, Алле, периодически улыбается! Жалко, что тоже на автобусе куда-то тащится. Вариант неперспективный, но чудо какой симпатичный!

Алла еще немного построила парню глазки, но, как только заметила, что тот собирается с ней познакомиться, тут же вскочила с места и направилась к выходу. Много их таких желающих узнать девушку поближе. А вот Аллу никто в последнее время не цепляет. И зачем зря давать парню надежду? Лучше одну остановку прогуляться до университета. Тем более погода наконец налаживается. Кажется, в город пришла настоящая весна.

Алла неспешно добрела до нужного корпуса, выпила стаканчик кофе из автомата. Еще и вкусную шоколадную конфету в кармане пальто обнаружила! Утро определенно было для девушки добрым.

Поднявшись на четвертый этаж, где находилась нужная аудитория, Алла прислушалась. Тишина. До конца пары еще десять минут. Пишут что-то? Алла осторожно заглянула в замочную скважину, из которой ей помаячили пустые столы и стулья. Что за чертовщина? Так много человек сегодня проспали или просто пару перенесли в другую аудиторию?

Алла еще немного в нерешительности потопталась на месте, а затем, глубоко вздохнув, с силой распахнула дверь. К ее удивлению, аудитория была пуста. Только за первой партой гордо восседал Паршуков.

В этот момент телефон пискнул. Сообщение от Риты. Очень «вовремя»!

«Алл, в смысле ты задерживаешься? Сегодня же со второй, ку-ку! Так что не торопись!»

Действительно ку-ку. Алла вновь тяжело вздохнула. Выходит, практикум прогулять не удалось… Ну как же так! Почему она всегда такая невнимательная, ветреная… Ведь помнила, что во вторник должны были пару перенести… Стоп. Так сегодня уже вторник! Ну и ну!

Алла осторожно села за последнюю парту и от нечего делать начала сверлить взглядом спину Владлена. Интересно, а зачем он так рано в универ притащился? Вряд ли тоже перепутал время. Такие, как Паршуков, никогда и ничего не путают. Возможно, с утра его ждали какие-то профкомовские дела… Алле Владлен казался мужской версией Риты. Такой же… заводной. Правда, не такой коммуникабельный.

А ведь девушке с ним готовить итоговый проект. Подойти поздороваться, что ли? Уж кто-кто, а Алла не из робкого десятка. Но вот начать разговор с Паршуковым почему-то стесняется. Никогда раньше ей не приходилось вести беседу с… таким парнем. К тому же Владлен ей представлялся неприступным, замкнутым, себе на уме. Кто знает, может, он вообще псих и от него нормальным адекватным людям нужно держаться подальше?

Алла долго глядела в окно, о чем-то раздумывая, а затем все-таки поднялась со своего места. Девушка приближалась к первой парте, звонко стуча каблуками, но Паршуков даже не оглядывался. Так же и сидел, пялился в конспект, ровно держа спину. Алла еще не успела подойти к нему, как Владлен, не оборачиваясь, громко и даже как-то грубовато спросил:

– Чем могу быть полезен, Алла Гехт?

Алла резко остановилась. Как он узнал, что это она? По стуку каблуков? У него на затылке глаза есть? И вообще, почему он так сухо с ней разговаривает? Она ведь ничего плохого ему не сделала… По крайней мере пока что.

– Доброе утро, Влад… Владлен! – елейным голосом произнесла Алла.

– Доброе, Алла!

Девушка робко села рядом с одногруппником.

– Владлен, – несмело начала Алла. Странно, этот парень почему-то вселял в нее ужас. – Ты ведь слышал, что нас поставили в пару?

– Со слухом у меня все в порядке! – не отрываясь от конспекта, кивнул Паршуков.

«Ох, какие мы важные!» – с раздражением подумала Алла.

– Была б моя воля, я предпочел бы кого-то… более эрудированного, – заявил Владлен.

Алла задохнулась от возмущения. Да, она не лучшая студентка потока, но вот так списывать ее со счетов!

– Ну знаешь ли… – промямлила Алла. Куда делась ее напыщенность? Кого другого она бы уже в порошок стерла за такие слова!

«Пожалею убогого!» – оправдала свое поведение Алла.

– Выбирать тебе не приходится! – продолжила девушка.

– Это точно, Гехт… это точно! – тяжело вздыхая, покачал головой Паршуков.

Алла сидела рядом с ним мрачнее тучи.

«Вот же гад! Сидит, блин… важный. Будто каждый день таких девчонок, как я, отбривает!»

– Что же будем делать с тобой, Гехт? – повернулся к Алле Владлен. Спросил он это деловым тоном, будто был преподавателем. При этом смотрел куда-то мимо Аллы, барабаня пальцами по столу.

«Ага! А в глаза смотреть боится! Корчит из себя главного, стеснительный ботаник!» – обрадовалась Алла.

– Делай со мной что хочешь! – с вызовом проговорила Алла, положив свою ладонь на руку Владлена.

Паршукова будто током ударило.

– Ты чего? – звонко засмеялась Алла. – Пошутить нельзя? Хорошо, обещаю в следующий раз без рукоприкладства!

Владлен тут же проговорил сердито:

– Я знал, что у таких девчонок, как ты, одно на уме!

Алла вспыхнула:

– Одно? Одно? И что значит «таких, как ты»?

– Тебе и тебе подобных! – с издевкой и даже презрением произнес Паршуков.

– Ну знаешь ли… Баран! – взорвалась Алла. – Много ты понимаешь! Ты в зеркало себя видел? Амеба в водолазке!

Щеки девушки пылали.

– Да если хочешь знать, – разъяренно продолжала Алла. – Я и «мне подобные» в обычной жизни и в сторону бы твою не глянули! Много ты, Паршуков, на себя берешь!

С этими словами Алла как ужаленная вскочила со стула и гордо отправилась на свое место. Слава богу, в аудитории пока никого не было и одногруппники не слышали, как грубо себе позволил общаться с ней Владлен.

«Что он о себе возомнил? – сердилась Алла. – Другой бы на его месте понял, что это всего лишь шутка… Поддержал глупый флирт! А этот чудик меня уже записал в разряд девушек легкого поведения… Идиот!»

Вместе со звонком на перемену в аудиторию начали подтягиваться студенты. Алла сидела как на иголках: ей не терпелось высказать свое возмущение подруге Рите. Но Риты все не было.

* * *

– Этот придурок Ромка зашел в ванную без очереди! – колотила я в дверь ванной комнаты.

– Этот придурок Ромка, как ты выражаешься, твой брат! – Мама выглянула из кухни. – Имей уважение!

– Ни фига! – заорала я. – В кои-то веки мне не к первой паре, хотела спокойно собраться… Черта с два! Он вообще в универ ходит когда вздумается… по своему собственному расписанию! Зачем он лезет в ванную именно сейчас?

Брат на мои выпады никак не отвечал. Из-за двери слышалось монотонное жужжание электрической бритвы.

Мама подошла ко мне и обняла за плечи:

– Рит, у Ромки вдруг проснулась любовь к учебе! Поощрим его внезапную тягу к знаниям?

Я негодовала. Ромка у нас такой тюфяк, которому ничего не интересно, что родители готовы поощрять каждый его чих! О, Роман поднялся с кровати и как престарелая черепаха выполз из своей комнаты… Кубок и грамоту ему за это!

– А может, он даже не в универ наряжается! – ядовито проговорила я.

Бритва за дверью перестала жужжать. Ага! Выведу этого обманщика на чистую воду! Собрался куда-то слинять вместо пар…

– Не в универ? – удивилась мама. – Тебе что-то об этом известно? Есть доказательства?

– Нет у меня никаких доказательств! – буркнула я.

Бритва вновь весело зажужжала.

– Тогда предлагаю тебе пройти на кухню и дождаться брата за чашечкой свежесваренного кофе!

Я уселась за стол в простыне, со всклоченными волосами и недовольной физиономией. Ненавижу, когда кто-то нарушает мои планы… Тогда, когда мне надо на первую пару, приходится делить ванную с папой, который в нашей семье уходит из дома раньше всех. Думала, что сегодня я спокойно приму душ, а тут Рома нарисовался… Притом что обычно он не то что ко второй… он и к третьей паре продрать глаза не может. Вообще странное расписание у человека: когда проснулся – тогда и пары.

Я нащупала свой телефон на обеденном столе. Сообщение от Алки.

«Ритик, я задерживаюсь! Но уже, честное пионерское, еду в универ! Прикрой меня, плиз!»

Прикольно. Кажется, Алка опять перепутала недели. Или, как обычно, прослушала объявление, которое делал преподаватель. Вечно торчит в телефоне, а потом удивляется, что земля, оказывается, не плоская и не лежит на трех китах.

Я ответила Алке, бросила телефон обратно на стол и зевнула.

– Мам, он издевается? – заканючила я. Мама в это время готовила для Ромки бутерброды.

– Человеку тоже нужно собраться! – Мама взглянула на настенные часы. – Тем более времени у тебя еще вагон и маленькая тележка!

– Как же, вагон! – хмыкнула я. – У меня уже совершенно точно не получится выйти заранее! Сейчас выпрусь тютелька в тютельку, а если лифт застрянет… или маршрутка задержится… или пробки…

– …или на землю спустятся инопланетяне и заберут такой ценный экземпляр, как ты, на опыты! – закончил мое предложение Ромка. Не слышала, как он вышел наконец из ванной. Подкрался незаметно, шпион недоделанный.

Мама тихо засмеялась.

– А что, – с вызовом ответила я. – Все может быть! Не тебя же им красть на опыты, инфузория! Ты им только на суп пойти можешь…

Я громко захохотала от собственной шутки.

– Так, дети, прекратите! – поморщилась мама. – Рита, ты там, кажется, в душ рвалась.

Всегда забавно, когда мама прерывает наши перепалки фразой «Так, дети!». Нашла детей. Я себя считаю давно сформировавшейся взрослой личностью, а Ромка… Ромка вот уже почти наш холодильник перерос.

Выйдя из душа, я повеселела. Даже Ромка уже так не раздражал. Мы втроем позавтракали, я быстро собралась, натянув любимые бежевые брюки и голубую рубашку.

– На улице сегодня тепло, – сообщила мама. – Думаю, вместо пальто можешь смело надеть новый тренч!

Я обрадовалась.

– Весна, весна! Как воздух чист! Как ясен небосклон! – продекламировала я.

– Ты же вроде опаздывала, – проворчал Ромка, мы не могли с ним разойтись в узкой прихожей. – Теперь Пушкина цитируешь…

– Это Баратынский, невежда ты этакий! – покачала я головой, зашнуровывая кеды.

– Дай пройти, вежда нашлась!

– Не толкайся! Ай! Дурак! Ну скажи ему, мама!

– Я вас сейчас обоих с лестницы спущу!

Кажется, мы все-таки разозлили ее нашими пререканиями.

Мы с Ромкой решили скорее ретироваться на лестничную площадку. Шнурки я дозавязывала у лифта.

– Только не говори, что ты так в университет намарафетился! – зло прошипела я на брата уже в лифте.

– С чего такие выводы? – с невозмутимой физиономией ответил Рома. – Получать знания для меня – всегда праздник!

– Ну-ну… – хмыкнула я. – Даже футболку погладил.

– Хорошо, я еду с друзьями за город! – сообщил мне брат. – Что ты теперь сделаешь? Пожалуешься маме?

– Не буду я никому жаловаться! – поморщилась я. – Зато потешу свое самолюбие: я в тысячный… нет, в миллионный раз оказалась права!

Ромка скорчил презрительную гримасу.

– Ну а какой повод ехать сегодня за город? – поинтересовалась я, когда мы выходили из подъезда.

– По этому же поводу ты напялила новый плащ, Коломбо! – парировал брат. – Погода уж больно хорошая!

Это правда. На улице нас встретили теплые солнечные лучи. Над головой щебетали птицы, со стороны детского сада во дворе доносились счастливые детские голоса.

Мы с Ромкой уже доплелись до угла дома, когда неподалеку затормозил дорогой внедорожник.

– Это за мной! – доверительно сообщил брат. Я вытянула шею, пытаясь разглядеть, кто сидит за рулем, но тщетно. Мог бы поудобнее припарковаться. Для меня.

– Впечатляющая машинка! – присвистнула я. – Вы, случайно, не поедете через мой универ?

– Случайно, не поедем! – развел руками брат. – К тому же тебе не хватит места…

Я надулась. Тут же опустилось тонированное заднее стекло внедорожника, и оттуда показалась симпатичная девичья мордашка.

– Ро-ом-ка! – крикнула девушка и помахала рукой.

– Ну, сестренка, желаю удачного учебного дня! – хмыкнул Рома. – Вечером буду дома! Топай на остановку!

И Рома припустил к машине. Я завистливо глядела вслед. Что греха таить, иногда мне тоже хотелось плюнуть на учебу, прогулять хоть денечек, пустившись в какую-нибудь авантюру. Но даже когда я не посещала университет, лежа дома с температурой, меня терзали муки совести. Как же альма-матер без меня?..

Ромка забрался на переднее сиденье, махнул мне рукой, и внедорожник, из приоткрытых окон которого доносилась музыка, сорвался с места. Я же отправилась на свою остановку.

* * *

Не успела я войти в аудиторию, как на меня накинулась Алка:

– Ну наконец-то! – схватила она меня за руку. – Ты где так долго ходишь?

Я даже отпрянула:

– Слушай, я уже догадалась, что ты так тянешься к знаниям, что пришла на целую пару раньше, но я вроде не опоздала…

Я взглянула на наручные часы. До начала занятий было еще семь минут.

– Знаю, знаю! – запричитала Алка. – Просто мне надоело сидеть тут тебя ждать…

Я ликовала. Может, подруга наконец поймет, каково это – ее вечно дожидаться?

Не спеша разложила свои вещи на парте.

– Почему ты не сказала, что Паршуков такой противный? – прошипела Алка.

– Противный? – удивилась я. – Не замечала.

– Ты же с ним общалась, передавая свои бразды правления… Как можно было этого не заметить? – удивилась Алла.

– Ну, я общалась с ним не только тогда, – пожала я плечами. – Мы много где пересекались… Может, он немного странноват, замкнут… Но противности я в нем не замечала, извини!

– Ну-ну! Да он же невозможный просто! – кипела Алка.

– А ты где с ним успела пообщаться? – сначала не поняла я. – А, у вас же проект! Вы его обсуждали?

– Не успели мы ничего обсудить, – пробурчала Алка. – К твоему Паршукову не подберешься, сидит важный, как принц Гарри на выданье… А у самого ни кожи ни рожи! Говорит: «Такие, как ты… легкого поведения… Партизанка, короче!»

– Партизанка? – подняла я брови. – Так и сказал? Может, куртизанка?

Алка пожала плечами:

– Какое он имеет право так со мной разговаривать?

– Мне кажется, ты утрируешь, – осторожно проговорила я. Странно, никогда не замечала со стороны Владлена агрессии…

– Ненавижу его! Вошь заумная! – процедила сквозь зубы Алла.

– Как же вы будете готовить проект? – задалась я вопросом. – Раз ты его ненавидишь.

Алка вновь дернула плечом:

– Понятия не имею…

– Ты можешь отказаться от него! – стала рассуждать я. – Тебя «минус балл» не остановит…

– Да? – разозлилась Алла. – И что я, по-твоему, нарешаю одна? Получу двойку – и снизят оценку до единицы?

– Или получишь единицу – и выйдешь в ноль! – захохотала я. – Получишь дырку от бублика!

– Смейся-смейся, Ромашина! – сквасилась Алка. – Не все такие отчаянные Эйнштейны, как ты, чтобы все задачи одной решать! Ладно бы еще отец помог, а то ведь он принципиально никогда в мою учебу не вмешивается…

– Тогда найди подход к Владлену! – похлопала я по плечу Алку.

В аудиторию в это время зашел преподаватель.

– Звонок все услышали? – обратился он к потоку. – Тогда начинаем лекцию! После у группы 303 будет практикум…

– Я думала, сначала практикум, – шепнула мне в ухо Алла.

– Еще ты думала, мы сегодня с первой пары! А куртизанка – это такая женщина легкого поведения, – ответила я.

Алка отмахнулась от меня, как от надоедливой мухи.

Мы стали быстро записывать материал под диктовку преподавателя, и на перешептывания не было времени. Зато когда пожилой мужчина отвлекся от темы и ударился в воспоминания о том, как обстояли дела с наукой раньше, Алка опять повернулась ко мне:

– А если я откажусь от Паршукова, возьмешь меня в партнеры?

– Я бы с радостью! – ответила я. – Но от Зайца отделаться не так-то просто…

– Почему? – удивилась Алла. – Ему тоже жалко балла, что ли?

– Именно!

– Я думала, ему не так принципиально, как тебе…

– А я о чем?

– Дела-а‑а! – расстроенно протянула Алла.

Мы вновь уткнулись в конспекты. Кстати, об Артеме… Я пошарила взглядом по аудитории, но сегодня среди студентов своего «коллегу» по проекту не нашла. Что и требовалось доказать! У меня на весну нет планов, говорит… И это он так за учебу взялся?

– Ты, кстати, ушастого не видишь? – на всякий случай обратилась я к Алле.

– Ты про Степанова? – оживилась Алка.

Это она про нашего одногруппника, который отличался лопоухостью.

– Вон он с Грибовой сидит за третьей партой, – кивнула Алка. – Слушай, по-моему, у них шуры-муры, тебе так не кажется?

– При чем тут Степанов… и Грибова? – нахмурилась я. – Я про Артема!

– А… – протянула Алла. – Не, Тему не видела сегодня. Его совершенно точно нет в универе.

Я крякнула от досады. Ну, напарничек, погоди!

* * *

Когда мы с Алкой вышли из стен родного университета, погода уже не была столь солнечной, как утром. Я поежилась на ветру и сильнее запахнула тренч.

– Милая вещица! – одобрила Алла. – Новый?

– Ага… Ромка, увидев меня в нем, назвал Коломбо.

– Не слушай этих мальчишек, – поморщилась Алла. – Что они понимают?

Здесь я была солидарна с подругой. Ничего они не понимают.

По дороге к остановке Алла вновь подняла актуальную для нас тему:

– Ритик, теперь ты просто обязана отвязаться от Зайчика! – канючила она. – Если раньше на кону стояла только твоя оценка, то теперь еще и моя! Не хочу делать проект с Паршуковым! Он мне не нравится! Я этого просто не переживу!

– Можно подумать, мне Заяц нравится! – хмыкнула я.

– Тогда думай, думай, голова, как нам его сбагрить? Если он даже в универ не ходит… как ты сможешь его вывести из себя?

– Ну, вообще-то у меня есть номер его телефона! – задумчиво проговорила я.

– Ну и что? Телефон! Ты будешь ему звонить баловаться, что ли…

– Почему баловаться? – удивилась я. – По делу…

Внезапно лицо мое просияло.

– Ну конечно! По делу, Алла, по делу!

Я даже подпрыгнула на месте от радости.

– Чего ты скачешь, как лошадь, не пойму! – не разделяла моего веселья Алка.

– А того! Я буду так часто звонить по делу, что он не обрадуется, что со мной связался…

– А если он просто не будет брать трубку? – охладила мой пыл подруга.

– Тогда нужно совершить один точный, стратегический удар! – сурово произнесла я.

– Ты о чем? – опять не врубилась Алка.

– Позвоню ему сегодня глубокой ночью… Типа у меня озарение по какому-нибудь из теоретических вопросов…

Алка смотрела на меня с недоверием:

– Все это, конечно, замечательно, Ритик, но есть одно «но»!

– Какое еще «но»?

– Глубокой ночью ты, милая моя, глубоко спишь! Ты ж раньше двенадцати уже храпака даешь! Как же твое золотое правило, что ложиться и вставать нужно в разные дни, а не в один?

– А кто сказал, что я не буду спать? – удивилась я. – Буду! Я ночью будильник поставлю, чтобы ему позвонить…

– Ха! – не поверила мне Алла.

– Честное слово! – закричала я. – Это же ради дела… Ради нашего с тобой блага, между прочим! Поэтому в твоих интересах – верить в меня!

Последние слова я произнесла слишком высокопарно.

– Да верю я в тебя, дорогая моя, верю… – вздохнула Алка. – Рит, ну что за ерунда такая? Вроде бы мы этим парням и не нужны, а отделаться от них все равно не можем…

– Заложники ситуации! – философски заключила я.

* * *

Кажется, будильник прозвенел уже в третий раз. Точно, я уже трижды нажимала на отсрочку.

Я – стопроцентный жаворонок. Для меня настоящая пытка выйти с Алкой раз в три месяца в ночной клуб. В то время как моя подружка готова тусоваться до утра, я уже в час ночи собираюсь вызывать такси до дома. Ибо вовсю клюю носом. Да что там говорить… не припомню ни одной полноценной новогодней ночи в своей жизни. Обычно я отправляюсь на боковую сразу после поздравления президента.

Так… о чем это я? А, это уже четвертый будильник. Ну все! Не смешно! Пора действовать! Три часа ночи. Интересно, а если Заяц вообще не спит в это время? Тогда облом. Но все же надеюсь, он обычный человек, а не летучая мышь… Тоже мне Бэтмен, нашелся.

Я нащупала под подушкой телефон и выключила вновь запиликавший будильник. Еще со школы у меня стояла на нем песня группы «Мумий Тролль» – «Такие девчонки». Конечно, под эту композицию логичнее было бы засыпать, но я так ее любила, что когда-то решила именно с нее начинать каждое свое утро. Странно, но сегодня, когда я в четвертый раз услышала «Эти новости здесь никогда не закончатся…», мелодия мне уже не казалась такой волшебной, как прежде.

Черт! Я ослепла! Почему так светло? Нужно убавить яркость на телефоне… Где этот чертов Заяц в моих контактах… Вот он. Ага. Ну смотри, Зайчик, надеюсь, ты не отключаешь на ночь телефон…

Если честно, я даже не очень продумала, что буду говорить. Единственное, что я предприняла, – это поставила будильник. Так, один длинный гудок… второй… третий…

– Да? – раздался сонный мужской голос в трубке.

Ну все! Сейчас пошлет меня на три веселых буквы. Как и положено нормальному человеку. Но Артем ведь у нас ненормальный… чокнутый он.

– Заяц? – шепотом спросила я.

Сейчас Тема должен ответить: «Да Заяц, Заяц!» А я крякнуть: «Ну, Заяц! Ну, погоди!» И со всей дури треснуть телефонной трубкой об тумбочку… И музыка такая: па-ам-пам-пам-пам! Кажется, все это я видела уже во сне…

– Ромашкина, ты с ума сошла? – сердито ответил Тема. – Ты день с ночью перепутала?

Такого вопроса в моем сценарии не было. Если честно, я думала, он начнет орать и обзываться…

– Я тут подумала над двенадцатым теоретическим вопросом… – промямлила я сонно. Черт знает, какой там двенадцатый вопрос, по правде говоря, уже не помню. Но надо же что-то сказать.

– Ты совсем поехала, что ли? – прямо спросил Заяц.

– Динамические уравнения Максвелла… – невозмутимо продолжила я, – для потенциалов в ло… ло…

Я засыпала…

– …в лоренцовской калибровке.

Трубка молчала. Я тоже молчала. Пару раз медленно моргнула. И закрыла глаза.

– А? – отозвался наконец Тема.

– Артем, ты спишь, что ли? – с вялым возмущением спросила я. – Ты еще не работал над этим вопросом?

– Тебе лечиться надо! – посоветовал Заяц. – Я кладу трубку!

– Нет! – сонно запротестовала я. – Стой-стой-стой! Я всю ночь об этом думала… этот вопрос мне покоя не-е дае-ет.

Господи, я разговариваю, как заторможенный робот. И все со мной происходит будто в замедленной съемке.

Трубка вновь замолчала. И я замолчала.

– Ну и что там в лоренцовской калибровке? – в тишине вновь раздался хриплый голос Артема. Его я слышала сквозь сон. Сон! Интересно, сколько я уже сплю с трубкой в руках?

– Заяц, мне кажется, нам надо серьезно заняться этим вопросом! – встрепенулась я, вытерев рот рукой. Так сладко заснула, осталось только слюнки пустить.

– Мне кажется, тебе надо серьезно заняться своей головой! – ответил мне Артем и положил трубку.

Несколько коротких гудков… И вот мне снится, как я, насвистывая, с сигаретой в зубах забираюсь по веревке на балкон. А хорошенький смазливый Заяц перерезает огромными ножницами веревку, и я лечу вниз (мне так страшно в этот момент) и при этом благим матом ору определение уравнения Максвелла… Кажется, Заяц прав. Мне пора подлечиться.

Глава четвертая

Как же здорово, что мы не учимся по субботам! С этой мыслью я проснулась около пяти утра, и тут же обнаружила сотовый телефон в руках. Сладко потянувшись, отложила смартфон на прикроватную тумбочку, а сама улеглась удобнее, закутавшись в пуховое одеяло. Закрыла глаза…

Меня разбудил звонок. Надо же! Вчера вечером впервые за долгое время я зачем-то вывела телефон из беззвучного режима – и вот, пожалуйста! Сколько я проспала? Минуту? Две? Я ошарашенно вскочила с кровати. Часы на стене показывали семь утра. Кому там приспичило звонить в субботу в такую рань? Я планировала в выходной поспать хотя бы до девяти… Если звонят так рано, значит, что-то случилось! Ой, а если с бабулей что?

Все эти мысли пчелиным роем пронеслись в моей голове. Спросонья я уже вообразила себе катастрофу вселенского масштаба, сердце бешено стучало! Но когда я увидела на дисплее ненавистное мне «Заяц», все встало на свои места…

– Семь утра! – прошипела я. – Что тебе надо в субботу в семь утра?

– А что такое, Ромашка? – весело отозвался Артем. – Ты не выспалась? Бурная ночка выдалась, а? Со стариной Джеймсом Максвеллом…

Заяц рассмеялся. Фоном негромко звучала музыка, кажется, он был за рулем. Мое воображение тут же нарисовало счастливого белозубого Тему, мчащегося на машине по дороге, на которой в этот час трудятся лишь поливальные машины. Утреннее весеннее солнышко ласково греет, возможно, Артем нацепил солнечные очки или открыл люк в своем автомобиле… Так, стоп, Маргарита. Уж больно в положительном ключе ты нафантазировала об этом кретине. Единственная машина, в которой он может ехать по городу в семь утра, – это мусоровоз, везущий Артема на свалку. Ха-ха-ха!

– Зачем ты позвонил мне в семь? – сердито повторила я свой вопрос.

– Затем же ты позвонила мне в три… – многозначительно проговорил Заяц.

«Так ведь чтоб от тебя, дурака, отвязаться!» – с раздражением подумала я. И тут меня осенило. Так, стоп! В планах Темы – точно так же отвязаться от меня? Ну-ну, посмотрим, кто кого!

– Меня правда беспокоил этот вопрос… – занудно начала я.

– Слушай, Ромашкина, случайно, ты не на наркоте сидишь? – с подозрением поинтересовался Заяц.

В это время в комнату заглянула заспанная мама:

– Рит, ты уже проснулась, что ли?

Увидев в моей руке телефон, мама просияла.

– С кем с утра пораньше? С мальчиком? – прошептала она.

Я поморщилась и отмахнулась.

– Нет у меня наркотиков! – рассерженно ответила я Артему.

Лицо мамы вытянулось от удивления. Она тут же вышла из комнаты и прикрыла за собой дверь. Неудобно получилось. Этот Заяц болтает всякие глупости, а ты потом родителям доказывай, что не верблюд.

Заяц на том конце провода смеялся.

– Можно узнать, что тебя так все время веселит? – процедила я сквозь зубы.

– Честно? – доверительно поинтересовался Артем. – Твоя реакция! Разве не для этого ты мне вчера звонила?

Я примолкла. Это что же получается? Я на поступок Темы сержусь куда больше, чем он на мой такой же. Алло, Рита! Все должно быть наоборот! Это он должен беситься от тебя, а не ты!

– Вообще-то, Заяц, я правда вчера звонила по делу! – постаралась я ответить как можно сдержанней. – Как я уже тебе говорила, меня очень волнует судьба нашего проекта!

– Так и меня волнует! – возразил Артем, посигналив кому-то на дороге. – Именно поэтому я подготовил все вопросы, которые ты мне выписала… На разлинованный листочек, помнишь?

Про «разлинованный листочек» он сказал слишком ядовито…

– Врешь! – ахнула я. – Ты серьезно разобрал те вопросы?..

– Ромашкина, зуб даю! – серьезно ответил Тема.

Я разозлилась еще больше. Еще зуб мне свой заячий дает! Так не должно быть, нет! Когда он успел? Самое обидное, что я к проекту вообще еще не притрагивалась. С этими своими планами «Как отделаться от парня за 10 дней»!

– Тогда нужно посмотреть, что ты там понаписал… – невозмутимо ответила я. – Сопоставим с моими ответами! Я давно уже всё сделала…

– Не сомневаюсь, – хмыкнул Заяц. – Наверное, еще до того, как задание выдали.

Я вскипела! Как! Ему! Удается! Так! Меня! Раздражать!

– Послушай, Заяц! – зашипела я в трубку. – Сегодня в четыре часа встречаемся в студгородке, рядом с фонтаном… Продемонстрируешь мне готовые теоретические вопросы…

– Ромашкина, сегодня суббота, какой студгородок, какой фонтан? – ужаснулся Артем. – Ты в своем уме?

– Ну не в твоем же! – огрызнулась я.

– У меня, как и у всех нормальных людей, есть планы на субботу! – запротестовал Заяц.

– У меня тоже поход в бассейн, но я… ради итоговой ра-бо-ты, – подчеркнула я, – готова изменить свои планы!

– Рад за тебя очень, а я не готов!

– Ха! В четыре часа и не минутой позже! – упрямо повторила я.

– Не думаю, что у меня получится прийти! – так же упрямо парировал Артем.

– Заяц, только рискни не прийти! – пригрозила я.

– А то что? – усмехнулся парень

– А то… все! – предупредила я.

– Пока, Маргаритка! – попрощался со мной Заяц.

– Буду ждать тебя в четыре! – успела выкрикнуть я жалобно. Короткие гудки.

Мама вновь заглянула в комнату.

– Я тут краем уха услышала… – нерешительно начала она.

– Я не наркодилер! – предупредила я сразу.

– В этом я не сомневаюсь, – засмеялась мама. – Я о другом… Рита, вот так открыто напрашиваться на свидание…

Я чуть с кровати не грохнулась от неожиданности.

– Какое свидание? – закричала я. – С этим чучелом?

– Внешность – не главное! – серьезно ответила мама.

Я поморщилась как от кислого лимона.

– Дело не в этом! В общем, мама, не бери в голову… Я говорила с парнем, с которым нам нужно делать проект, и мы всего-навсего обсуждали, кому в какое время удобнее встретиться. Спокойно, серьезно, как взрослые адекватные люди…

Я невозмутимо пожала плечами.

– Кажется, ты ему угрожала, – осторожно напомнила мама.

– Вот еще, угрожать ему! Много чести! – произнесла я, сжимая при этом кулаки.

Я встала с кровати и отправилась к своему письменному столу. Достала из ящика несколько учебников, тетрадь, включила ноутбук…

– А завтрак? – встрепенулась мама.

Я выбежала из комнаты и вернулась уже с зубной щеткой во рту.

– Некогда, мамочка, некогда! Надо кое-что по учебе срочно сделать…

Мама смотрела на меня удивленно, разве что пальцем у виска не покрутила.

– Рита! Суббота, семь утра… Ты с ума сошла? Какая учеба?

Я метнулась обратно в ванную, сплюнуть пасту.

– Мам, представляешь, один двоечник и прогульщик разобрал в разы больше вопросов, чем я! – крикнула я из ванной.

– И что?.. – откликнулась из моей комнаты мама.

– Как что? – продолжила орать я сквозь шум воды. – Мне нужно догнать и перегнать мерзавца!

– Что за лозунги? Ты, Рита, как Никита Хрущев! – пробормотала мама.

Тут из своей комнаты выглянул Ромка:

– Что эта сумасшедшая вопит на весь дом? – недовольно поинтересовался заспанный брат. – Поспать не даете…

Я к тому времени уже вышла из ванной.

– Рома, какой-то двоечник обошел нашу Риту по учебе!..

– Ну, не прям по всей учебе, – промямлила я. – По одному предмету!

– Конечно, у твоей сестры включился азарт, – продолжила объяснение мама.

Ромка поочередно смотрел то на меня, то на маму.

– Вы сейчас серьезно?

Мы кивнули.

– Серьезно обсуждаете это в выходной в такую рань?

Мы вновь кивнули.

– Ну ладно, эта чокнутая… – Ромка кивнул на меня. – Азарт у нее включился… Но ты, мама, сама не понимаешь, что это хм… немного ненормально? Ты воспитала монстра!

– Странно, конечно, что ты такого мнения о себе… – воскликнула я. – Но ты лучше иди кофейку сестрице свари! Мне предстоит славно потрудиться!

Я в предвкушении потерла руки и отправилась за учебники, оставив недоуменных маму и Рому в коридоре. Я слышала, как они о чем-то перешептывались. По-моему, мама выясняла, как обстоят дела с учебой у брата. Вскоре до меня донеслось:

– Мам, да какой университет, когда такая погода на улице, смеешься, что ли?

– Вы не можете прикрыть дверь в мою комнату? – прокричала я, грызя кончик шариковой ручки. – Мешаете!

– И как в один день у меня могли получиться такие разные дети? – с тяжелым вздохом вопросила мама.

* * *

Алла в это утро также поднялась ни свет ни заря. А это все ее мама, Татьяна Георгиевна. Она еще в феврале решила, что они с дочерью просто обязаны заняться каким-нибудь экстремальным видом спорта весной. Женщина всегда вела активный образ жизни и решила наконец приобщить к нему и свою единственную дочь Аллу. Татьяну Георгиевну совершенно не устраивала жизнь ее ребенка. Частенько Алла сбегала в ночные клубы, в университете перебивалась с тройки на тройку, ложилась спать поздно… И все время сидела в телефоне! А ведь Татьяна Георгиевна несколько раз говорила: Аллочка, бери пример со своей лучшей подруги Маргариты! На ту, наверное, родители не нарадуются… И умница, и красавица, отличница, активистка. Сколько раз Алла рассказывала, что у Риты ни минуты свободного времени, постоянно она чем-нибудь занята. А ведь Татьяна Георгиевна в студенческие годы была точно такой же… На вопрос, что мешает Алле стать похожей на Риту, девушка пожимала плечами: «Люди всякие нужны, люди всякие важны… Просто мы, мама, все разные!» И не поспоришь ведь.

– Вставай, соня! – заглянула в комнату Аллы Татьяна Георгиевна. – Сегодня до плюс пятнадцати обещают!

– Ну и что? – пробормотала Алла, уткнувшись лицом в подушку.

– Как это что? Ты забыла, что на этих выходных мы с тобой собирались учиться кататься на роликах?

Алла вновь промычала что-то неразборчивое. Татьяна Георгиевна уже распахнула гардероб, подбирая для дочери подходящую одежду для экстремальной прогулки.

– Сейчас вот по этой водолазке утюжком пройдусь… – мечтательно проговорила она. – Алла, ты что, опять уснула? Ал-ла! Жду тебя на кухне через десять минут!

С этими словами Татьяна Георгиевна подхватила мятые вещи и вышла из комнаты. Алла с раздражением откинула одеяло. Что за жизнь ей такая досталась? Почему она вечно должна исполнять чьи-то прихоти, подстраиваться под кого-то? В гробу она видала эти роликовые коньки… За двадцать лет жизни ни разу не каталась, не стоило, наверное, и начинать… То мама со своим экстримом, то Рита со своей учебой… А ей, Алле, только и надо, что выспаться как следует, покушать вредностей, прогулять пару, зависнуть в Интернете… А они все вокруг правильные такие, ну куда деваться!

Алла взглянула на часы: кошмар, всего лишь восемь утра! Зайдя с телефона в социальную сеть, девушка с удивлением обнаружила Риту онлайн.

«Мы с мамой идем кататься на роликах, прикинь! – настрочила Алла. – А ты чего тут сидишь в такую рань?»

«Я музыку слушаю! – ответила сразу Рита. – И вопросы по электродинамике готовлю!»

Алла тяжело вздохнула. Сумасшедшая женщина! Алла тут же представила воодушевленную Риту, которая встала чуть свет и с энтузиазмом принялась за учебу.

«Меня в семь утра этот придурочный Заяц разбудил, прикинь?» – пришло новое сообщение от Ромашиной.

«Да ладно? – удивилась Алла. – Зачем?»

«В отместку! Похоже, этот кролик облезлый догадался, что я ему ночью специально звонила… Шут гороховый! Сегодня с ним встречаемся в четыре… Всю душу заячью из него вытрясу!»

– Алла! – В комнату опять зашла Татьяна Георгиевна. – Завтрак готов! Жду!

Алла лениво жевала яичницу с тостами и вполуха слушала маму.

– Поедем в роллер-школу, мне Венедикт Афанасьевич с папиной кафедры контакты дал… У него внук там занимается! – с энтузиазмом рассказывала Татьяна Георгиевна. – Говорит, за месяц добился потрясающих результатов, хоть на соревнования отдавай! Вообще он одаренный мальчик, а ведь ему всего двенадцать! Но нам с тобой зачем соревнования, верно? Мы так… обучимся азам. А потом у папы попросим денег на собственные ролики и все лето будем в нашем парке гонять… Как считаешь, а? Алл?

– Что? – очнулась от своих мыслей Алла.

– Опять спишь на ходу? – нахмурилась Татьяна Георгиевна. – До ночи в Интернете сидела? Во сколько ты легла?

Алла пожала плечами:

– Может, в полпервого…

Мама испытующе смотрела на дочь.

– В час? В два? Ну ладно, около трех! – сдалась Алла.

– Может, ролики тебя приучат к дисциплине? – вздохнула Татьяна Георгиевна.

Огромный роллердром находился в самом центре города.

– Говорят, у них лучшее покрытие! – сообщила Татьяна Георгиевна, переобуваясь в ролики. – Ой… ой-ой… Алла, держи меня!

Татьяна Георгиевна, вытянувшись как струна, по инерции покатилась в сторону дочери, размахивая руками. Докатившись до Аллы, она схватила дочь за рукав водолазки. Алла в тот момент уже тоже стояла на роликах, причем первый раз в жизни. Вдвоем они на полусогнутых выкатились из раздевалки, промчались с дикими визгами мимо ошарашенной вахтерши и въехали прямиком на крытый роллердром в объятия высокого мужчины.

– Вы новенькие? – раздался приятный голос над головой Аллы.

«Кажется, по тому, с каким позором мы сюда закатились, можно догадаться!» – с раздражением подумала Алла. Она ненавидела оказываться в неудобном положении, да еще и при таком скоплении народа. Мама со своими роликовыми коньками…

– Новенькие! – довольно кивнула Татьяна Георгиевна.

Новоявленные ученицы роллер-школы наконец отлепились от своего спасителя и могли лицезреть его во всей красе.

«Какой симпатичный! – с удовольствием отметила про себя Алла. – Может, пара минут позора стоят того…»

– Меня зовут Эдуард! – улыбнулся «новеньким» мужчина. – Добро пожаловать на самый большой в городе роллердром!

– Татьяна! – представилась мама Аллы.

– Алла! – назвав свое имя, девушка кокетливо кивнула.

– Мы проводим максимально эффективные занятия один на один с инструктором… – начал проговаривать заученный текст Эдуард. – Наша школа обучает катанию на роликах взрослых и детей с нуля до профессионального уровня.

«Один на один… интересно!» – подумала про себя Алла.

– …правильный прыжок с места, правильное приземление, прыжок через препятствия, прыжок на 180 градусов, – продолжал Эдуард.

«Стоп, какой еще прыжок?» – ужаснулась Алла. Вроде бы они с мамой пришли просто научиться стоять на роликах… Чтобы по выходным в парке летом кататься. Алла представила себе, как ее мама делает бэкфлип на рампе, и широко разулыбалась.

– Думаю, с нас хватит и базовых навыков! – засмеялась Татьяна Георгиевна. – Нам, пожалуйста, без сложных препятствий и вот этих ваших трюков…

– Как пожелаете! – вновь улыбнулся Эдуард. – А то вдруг втянетесь?

Алла снова улыбнулась: «С таким красавчиком-инструктором можно и втянуться!» Хотя девушка чувствовала себя ужасно неуютно на роликах, в шлеме, да еще и во всей этой защите…

– Первые занятия проводятся здесь, на нашем роллердроме… Потом мы с вами выберемся на «большую дорогу» – в парк! Там множество длинных дорожек с отличным асфальтом. Кроме того, отработаем с вами спуски и подъемы, невысокие бордюры…

«Может, мама оказалась права. Ну что за жизнь у меня, правда… Ни одного увлечения!» – рассуждала в это время про себя Алла.

– …я обещаю, что к концу наших занятий вы с легкостью осилите дорожку конусов! – заключил вводную лекцию Эдуард, половину которой Алла, занятая собственными мыслями, разумеется, прослушала.

Татьяна Георгиевна захлопала в ладоши.

– Класс! Начинаем?

Эдуард почесал переносицу, отводя взгляд от Аллы, которая то и дело хлопала глазками в сторону мужчины.

– Да, как я уже вам говорил, обучение у нас проходит один на один с инструктором…

Алла затаила дыхание.

– Думаю, мы с вами, Татьяна, отлично сработаемся! – проговорил Эдуард. Алла разочарованно выдохнула.

– А вами… Алла, – осмелился взглянуть на заскучавшую девушку инструктор, – займется наш молодой, перспективный специалист…

«Надеюсь, он будет не менее симпатичный!» – с тоской подумала Алла.

– А вот и он! – помахал кому-то Эдуард.

Алла осторожно развернулась в ту сторону, куда указывал симпатичный инструктор. И чуть равновесие не потеряла… Нет, не от неземной красоты своего новоиспеченного тренера…

– Влад, принимай новую ученицу! – поприветствовал своего коллегу Эдуард.

«Наверное, я сплю, надо себя ущипнуть!» – ужаснулась Алла. К ним на всех парах мчался Паршуков.

Сейчас парень выглядел несколько иначе, чем в университете. Клетчатая рубашка с коротким рукавом, узкие джинсы, растрепанные волосы… Да уж, в нем было сложно узнать привычного Владлена Паршукова. Но Алла, конечно, не могла спутать этого неприятного парня ни с кем другим. Вот уж точно говорят: в тихом омуте черти водятся!

Приметив Аллу Гехт, Владлен сбросил скорость и подкатил к ученицам даже немного нехотя.

– Это Алла! – по-прежнему широко улыбаясь, представил ему девушку Эдуард. Татьяна Георгиевна тоже стояла довольная, что ее дочери достался такой молоденький инструктор! Она вообще была воодушевлена этими уроками! Наконец они с Аллой будут летом проводить больше времени вместе, да еще и за таким полезным и интересным занятием, как катание на роликовых коньках! Кажется, ни Эдуард, ни Татьяна Георгиевна не замечали, с какими кислыми лицами стояли Алла и ее новый инструктор.

– А это Влад… – продолжил как ни в чем не бывало Эдуард.

«Очень «приятно», Паршуков!» – с раздражением подумала Алла. Владлен сдержанно кивнул.

– Ну что ж, Татьяна! – потер руки Эдуард. – Прошу!

Мужчина указал куда-то в угол роллердрома.

– Давайте руку!

Алла с завистью проводила взглядом маму и Эдуарда.

– Не ожидала тебя здесь увидеть! – буркнула она Владлену, когда они остались вдвоем.

– Это моя работа! – хмыкнул Владлен. – И как нас судьба-то сводит?

В этот момент мимо них промчалась девчонка, эффектно перепрыгнув невысокую скамейку.

– Хочешь научиться так же? – поинтересовался Владлен.

– Просто мечтаю! – с сарказмом ответила парню Алла.

– Тогда прошу на середину роллердрома! – проговорил Паршуков, пытаясь взять Аллу за руку.

– Не трогай меня! – отдернула руку девушка и едва не потеряла равновесие.

«Тянет свои грабли… А потом опять меня непотребным словом обзовет!»

– Знаю я… Таких, как ты! – припомнила она недавние слова, которыми обидел ее одногруппник.

– Что ж, – ухмыльнулся Владлен. – Тогда милости прошу! Попробуй добраться самостоятельно!

Алла встала, раскинув руки в стороны. Так, а как оттолкнуться-то, чтобы не упасть? Простояв в такой позе добрых полминуты, Алла прошипела:

– Ну что ты стоишь как вкопанный? Подтолкни меня!

– Мне ведь запрещено к тебе прикасаться! – развел руками Владлен.

– Можешь подтолкнуть меня одним пальцем! – великодушно разрешила девушка.

Владлен подъехал к Алле и указательным пальцем нерешительно подтолкнул ее буквально на пару сантиметров.

– Ты издеваешься? – взвыла Алла.

– Сама попросила! – невозмутимо ответил Паршуков.

Алла еще никогда не чувствовала себя настолько глупо. Девушка так и стояла на месте, растопырив руки. То и дело мимо проезжали роллеры, с любопытством поглядывая в их сторону.

– Ладно! – вздохнула она. – Теперь ты можешь взять меня за руку!

Ладонь Владлена оказалась неширокой, шершавой, но теплой на ощупь. Ладонь как ладонь, в общем. Никаких особых эмоций по этому поводу Алла не испытала.

Паршуков вывез Аллу на середину площадки.

– Я буду твоей опорой! – начал свой инструктаж Владлен.

– Не о такой опоре я мечтала, – проворчала себе под нос Алла.

Парень сделал вид, что не расслышал слова Гехт.

– Слегка согни ноги… и немного наклони вперед туловище! Вот так! Отталкивайся одним коньком, отталкивайся!

– Ноги разъезжаются! – прохныкала Алла.

– Да, со стороны ты похожа на поломанный циркуль! – проговорил Владлен.

«А ты со стороны на чучело похож!» – рассерженно подумала Алла.

– Следи за носком ботинка… Алла, следи за носком ботинка!

Краем глаза девушка заметила, как на другой стороне роллердрома ее мама, уже набрав приличную скорость, самостоятельно передвигалась по площадке.

– Черт, я совсем полено! – рассердилась Алла, махнув рукой. Тут же ноги ее запутались, и девушка полетела на пол, попутно зацепив и Владлена.

– Отлично! Еще и распласталась посреди зала, – проворчала Алла. Она больно ударилась копчиком. А сверху приземлился ненавистный ей Паршуков…

– Ты мне руку отдавил! – пожаловалась Алла.

– Зачем нужно было хватать меня за рубашку? – нервно поинтересовался Владлен.

Парень, пытаясь подняться, нечаянно задел локтем Аллину грудь.

– Что ты разлеглась, как корова на лугу! – в смущении наехал он на Аллу. – Поднимайся!

– Я, кажется, копчик сломала! – заныла девушка.

– Не говори глупостей!

К Алле тут же подъехала Татьяна Георгиевна.

– Дочь, как успехи? – взглянула она на пострадавшую сверху вниз.

– Как видишь, не очень! – отозвалась Алла.

– Ох, а я так накаталась уже! – засмеялась Татьяна Георгиевна. – Видела, как здорово у меня получается? Сама от себя такого не ожидала!

– Я, если честно, тоже уже накаталась! – проворчала Алла. – Лежу вот, отдыхаю…

– Ваша дочь молодец! – подал голос Владлен. – Ради достижения цели готова голову на плаху положить…

Алла закатила глаза. Врет и не краснеет.

– Простите за каламбур, – услышала Алла откуда-то сверху голос Эдуарда. – Но по-моему, Алла положила пока только себя…

Все дружно рассмеялись.

«Господи, вокруг меня уже, что ли, целый роллердром собрался? И хоть бы один помог подняться!» – сердилась Алла.

Спустя двадцать минут Алла Гехт худо-бедно уже могла передвигаться на роликах. Обучение проводил также Паршуков, но на сей раз ребята все делали практически молча. Только время от времени Владлен сурово прикрикивал:

– Сохраняй равновесие! Алла, сбавь скорость! Балансируй!

К концу первой в своей жизни тренировки Алла была как выжатый лимон. Ноги от напряжения гудели, копчик после падения болел… Кажется, завтра с утра Алла не сможет встать с кровати.

По дороге к раздевалке ее догнала Татьяна Георгиевна. Она, напротив, была полна сил и энтузиазма.

– Алла, я в восторге! – поделилась она впечатлениями с дочерью.

– Хоть кто-то из нас в восторге! – вздохнула Алла.

Избавившись от защиты, шлема и тяжелых роликов, Алла почувствовала себя нормальным человеком.

Уже дома Татьяна Георгиевна поинтересовалась:

– Как тебе твой инструктор? Влад, кажется?

– Ага, Влад! – угрюмо хмыкнула Алла. – Влад как Влад… одногруппник мой!

– Серьезно? – оживилась женщина. – А почему ты сразу мне не сказала?

– А что говорить? – буркнула Алла. – Учит кататься, и ладно. Мне с ним детей не крестить.

Татьяна Георгиевна покачала головой:

– Ну, это хорошо, если вы ладите… Все-таки еще несколько занятий!

Алла даже зубами от злости скрипнула.

После столь насыщенного утра она проспала весь день. Разбудил девушку телефонный звонок.

– Алло? – пробормотала Алла.

Звонила Рита.

– Приветствую, Митчелл Гусен! – откликнулась Ромашина.

– А? – не поняла Алла.

– Ну ты что? Не смотрела «Крылатых роллеров»? – удивилась Рита.

– Нет!

– Хорошее кино, – деловито похвалила Рита. – Про любовь! Девяносто третьего года!

– Я такое старье не смотрю! – фыркнула Алла. – Но я видела «Катись!» с Эллен Пейдж! Это считается?

– Сойдет! – согласилась Рита. – Как твои занятия?

– Если честно, то… ужасно! – созналась Алла подруге. – Начиная с того, что я ужасно катаюсь…

– Если тебя немного это успокоит, то я тоже не умею кататься ни на роликах, ни на коньках! – сообщила Рита.

Маргарита Ромашина что-то в этой жизни не умеет? Ого! Алла даже забыла о своем возмущении по поводу затеи с роллер-школой.

– Ну-ну, чего замолчала? – поторопила подругу Рита. – Начиная с того, что ты ужасно катаешься, и заканчивая тем…

– И заканчивая тем, что мой инструктор – Влад! – выпалила Алла.

– Влад? – удивилась Рита. – Что за Влад? Я его знаю? Симпатичный?

Подруга буквально засыпала Аллу вопросами.

– Ты его еще как знаешь! – нервно захихикала Алла. – Влад – это Владлен Паршуков!

Пауза…

– Ты не шутишь? – переспросила ошарашенно Рита. – Паршуков – инструктор в роллер-школе?

– С чего бы я тебе врать стала? – рассердилась Алла.

Ромашина зашлась в истеричном хохоте. Она смеялась так заразительно, что даже Алла перестала хмурить брови и тоже захрюкала от смеха в трубку.

– Хотела бы я посмотреть на эту картину! – выдохнула Рита.

– Фу, как вспомню – так вздрогну! – поморщилась Алла. – Теперь мне с ним не только в университете общаться придется по поводу проекта… Кстати!

Алла вспомнила, что Рита обещала душу из Артема вытрясти в четыре… Часы показывали шесть вечера.

– Как твои дела с проектом? Проучила Зайчика?

– Не напоминай мне про это недоразумение! – Голос Риты сразу стал рассерженным. – Я прождала Зайца целых сорок минут… И знаешь что? Этот гад не пришел!

Глава пятая

Все выходные я жила только одной мыслью: отомстить наглому Зайцу! Это ж надо было заставить меня столько ждать и не прийти! Я, между прочим, отменила из-за нашей встречи святая святых – бассейн. А этому чудаку на другую согласную букву лень было свою задницу на полчаса притащить к фонтану. А может, он меня обманул и ему нечего было показать? Ни фига он, наверное, и не делал… Он же прогульщик и лентяй! А я, дурочка наивная, поверила! И еще сама засела в семь утра «наверстывать упущенное». Не зря братишка пальцем у виска крутил, ох не зря… Это ж надо быть такой простофилей, Ромашина!

Мысль о мести меня одновременно грела и расстраивала. Расстраивала, потому что я ничего путного не могла придумать. Как можно насолить Теме? А грела, потому что рано или поздно все равно придумаю… Так что, Заяц, берегись!

Когда в понедельник мы встретились с Алкой на остановке, подруга аж отпрянула от меня.

– Слушай, Ритик, от тебя прямо веет воинственностью! – таинственно прошептала она мне. – Ты как Амазонка!

– Это еще почему? – растерялась я.

– Ну, не знаю… Походка твердая, брови нахмуренные… Да ты посмотри, у тебя даже кулаки сжаты!

Я посмотрела на свои руки. Ой, и правда. Я разжала кулаки и убрала руки в карманы серой мягкой толстовки.

– Потому что, Алка, хочется кое-кому физиономию начистить заячью! – процедила я сквозь зубы. – Прям за уши его белые пушистые оттаскать!

Алла захохотала.

– Скажешь тоже! Ты прямо как дед Мазай… он же зайцев убивал!

– Как убивал? – испугалась я.

– Топил! – не моргнув глазом ответила Алла.

– По-моему, ты что-то путаешь! – покачала я головой. – Тебя ничего не смущает? Мазай, наоборот, спасал зайцев!

– А кто тогда их топил? – не унималась Алка.

– Да никто не топил! – рассердилась я. – Ты, наверное, книги перепутала! Герасим собаку утопил, Муму!

Алла задумчиво замолчала.

– Только не говори, что Муму – это корова! – предостерегла я Алку от глупого вопроса.

– Знаю я, что это собака! – неуверенно отмахнулась от меня подруга. – Ты из меня дуру не делай! Совсем запутала со своими зайцами, собаками, коровами…

Когда мы с Аллой подходили к главному корпусу нашего славного университета, я издалека приметила в курилке Артема. Он там что-то оживленно рассказывал нескольким парням нашего потока.

– Вижу объект! – кратко сообщила я Алке.

– А? – не сразу отозвалась Алла, погруженная в собственные мысли. – Ты о чем?

– Вон Заяц в курилке стоит! – кивнула я в сторону парней.

– Разве спортсмены курят? – озадачилась Алла, выглядывая Тему.

– Да какой он спортсмен, умоляю тебя! Тоже мне Уэйн Гретцки[1] нашелся! – поморщилась я. – Но он вроде не курит, так… лясы точит. Развлекает почтенную публику.

– И что ты будешь делать? – оживилась Алка. Она как будто фильм смотрела…

– Не знаю! – честно призналась я. – Но ноги меня вообще на месте не держат… Хочу подойти и хотя бы высказать ему свое возмущение в лицо! Сорок минут, ты подумай! Вон, еще и ржет стоит… Наглая морда!

Я передала Алке свою сумку и строго сказала:

– Жди меня здесь, подружка!

А сама решительно зашагала в сторону курилки. Парни что-то живо обсуждали, смеялись… До меня донесся голос Артема:

– Нет, она, конечно, классная… Мы очень круто провели время! Если б еще не собачка ее эта мелкая… Которую она всюду с собой таскает. У меня ж аллергия на собак!..

Парни продолжали ржать. Тут кто-то из них приметил меня. А меня сложно было не приметить: я мчалась на всех парах, от возмущения сильнее обычного размахивая руками.

– О, Тема, кажется, это по твою душу… – произнес кто-то.

Среди ребят я увидела пухлого Толю Афанасьева, мы с ним в одно время записались в профком.

– О, Ритусик, привет! – помахал мне Толя, выпустив изо рта струю дыма.

Я сдержанно помахала в ответ. Не до Толи мне сейчас. Тоже мне лучший друг нашелся! Я сразу обратилась к Зайчику.

– Доброе утро, Артем! – поприветствовала я одногруппника с натянутой улыбкой. – Можно тебя на минуточку?

– Почему бы и нет! – пожал плечами Заяц. – Если на минуточку…

Мы отошли от курилки в сторону.

– Ну привет, Артем! – воинственно проговорила я, глядя в глаза парню.

– Привет… Ритусик! – усмехнулся Заяц, повторив слова Афанасьева. – Ритузик… Рейтузик…

Этот недоумок негромко засмеялся. Да уж, человек явно находится на уровне развития младшеклассника.

– Послушай, Заяц! – тут же вскипела я. – Если еще раз продинамишь меня со встречей, я тебе твои рейтузы на голову натяну!

– Какая ты агрессивная! Наверное, несладко приходится твоим кавалерам… – озадачился Артем. – Я ведь сразу сказал: у меня на субботу планы и менять их из-за тебя я не собираюсь…

Чисто технически все верно: Заяц мне ничего не обещал… Но ведь никто раньше мне особо и не перечил. Сказала маме приготовить мне на завтрак омлет – она приготовила. Сказала Алке пойти со мной на университетскую конференцию «Физика и прогресс» – она пошла. Даже Ромке сказала помыть посуду вместо меня – он поворчал, но помыл… А тут сказала Зайцу прийти к четырем к фонтану – и он не пришел! Это все меня безмерно бесит! Бесит! Бесит!

Я набрала побольше воздуха в легкие.

– Тем не менее, – начала я, – нам все-таки необходимо сегодня встретиться… Как насчет того, чтобы пообщаться сразу после пар? Покажешь мне свои заготовки…

– У меня их с собой нет, – лениво отозвался Заяц.

«Ага! Может, у тебя их в принципе нет? Врун!» – со злорадством подумала я. Мои ответы, которые я готовила практически всю субботу, были со мной.

– О’кей! – согласилась я. – Хватит тебе часа, чтобы сгонять за ответами до дома и обратно?

Это было мне даже на руку. В моей бедовой голове уже созрел план, как можно насолить Теме.

– А что, мы тут будем встречаться? – разочарованно проговорил Артем. – Тебе не надоело все время у универа тереться?

– Господи, какой же ты привередливый! – снова рассердилась я. – Хорошо, встретимся где-нибудь в центре… Может, у кинотеатра «Кристалл»?

– И на том спасибо! – согласился Артем. – А то меня от этого студгородка уже тошнит…

Бедненький, затошнило его. Вынужден посещать университет целых два раза в неделю. Ничего-ничего, привыкай, Заяц!

Все пары я была сама не своя, всё обдумывала, как лучше рассердить Артема. Не могла я ему простить то, что он не пришел на встречу… А если еще и взять в расчет телефонные звонки, то Тема обошел меня со счетом 2:1. Мне просто необходимо было взять реванш!

– Что ты все елозишь? – рассердилась на последней паре Алка. Подруга заметила, что я практически не записываю лекции.

– Бабуле сообщение пишу! – отмахнулась я.

– Нашла время! – хмыкнула Алла.

Я отложила телефон и уставилась в окно. Как же меня радуют зеленые почки на деревьях. Люблю, когда солнечно, лиственно, когда ветер теплый, когда люди на улице улыбаются, а не кутаются в шарфы… Весной даже дышится иначе. Как писал Маяковский: «Свободно и раскованно».

…у меня
да и у вас,
в запасе вечность.
Что нам
потерять
часок-другой?!
Будто бы вода —
давайте
мчать, болтая,
будто бы весна –
свободно
и раскованно!
В небе вон
луна
такая молодая,
что её
без спутников
и выпускать рискованно…

Я улыбалась.

– Ты чего такая довольная сидишь? – опять пристала ко мне Алка.

– Жду не дождусь встречи с Зайчиком! – отвлеклась я от собственных приятных мыслей.

– Влюбилась в него, что ли? – недоверчиво отозвалась подруга.

– Типун тебе на язык! – испугалась я. – Просто… придумала, как его проучить можно!

Алла уже открыла рот, но я ее опередила.

– Ничего тебе не скажу пока! Вдруг не получится…

Со звонком я сразу же вскочила с места.

– Ты куда, оглашенная! – удивилась Алла, скидывая свои вещи в сумку.

– К бабуле! – сообщила я на бегу. Притормозив у дверей, я развернулась и гаркнула:

– Заяц!

Артем обернулся к выходу из аудитории.

– Через час у «Кристалла»! – напомнила я. Если снова не явится, я не шучу: придушу его!

* * *

Бабуля долго не открывала. Странно, дома, что ли, ее нет? Я ведь писала ей, договаривалась… Моя бабушка – женщина весьма занятая. Очень активная, все ей на месте не сидится. Скорее всего, своим характером я обязана ей.

– Да иду, иду! – услышала я за дверью бабулин голос после того, как нажала на звонок, наверное, уже в четвертый раз.

– Бабуля, скорее! – отозвалась я. Мое «скорее» эхом разнеслось по лестничной площадке.

Бабушка распахнула дверь.

– Только ты, Рита, такая нетерпеливая! Трезвонишь сто раз…

– Ну так чего ты не открываешь-то? – нахмурилась я.

– Музыку в наушниках слушала! – невозмутимо ответила бабушка. – Ты кого тут у меня выглядываешь?

– Бабуль, одолжи мне Володьку! – выпалила я.

Володька – это старый бабушкин малый пудель. Ему уже шестнадцать лет. Имя свое Володька получил в честь первой бабушкиной любви. Ухажер бабули тоже был невысокий, рыжий и кудрявый.

– Да на кой тебе он? – удивилась бабуля. – Володька такой ленивый стал, его из дома-то каждый раз силком толкать надо…

– Ниче-ниче! Вытолкаю! – заверила я. Это при том, что Володька не питал ко мне особой симпатии. – Бабуль, там такая погода хорошая! Я подумала, почему бы старичку не погулять…

– Ох, врешь и не краснеешь! – пристыдила меня бабушка. – К тому же я недавно с ним выходила…

– Бабуля, отдай мне Володьку! – рассердилась я. – Не жадничай! Ничего я твоему любимцу не сделаю!

Бабушка вздохнула и пошла в Володькину комнату. Да-да, у этой рыжей морды была собственная комната!

Бабуля появилась в коридоре спустя несколько минут. В руках она держала недовольного Володьку.

– Еле уговорила его! – сообщила мне бабушка.

– Представляю себе! – хмыкнула я. Володька отличался скверным характером.

Бабушка торжественно передала мне пуделя. Тяжелый, зараза.

– Сколько он весит? – уточнила я.

– Не знаю… Да немного! Килограммов семь, может!

– А самостоятельно он совсем не передвигается? – рассерженно поинтересовалась я.

– Володька – собака-настроение, – пожала плечами бабуля. – Хочет – самостоятельно передвигается, хочет – на руках сидит. Вообще, Маргарита, это была твоя идея взять его с собой на прогулку. Уж не знаю, что ты задумала и для чего тебе понадобился мой пудель, но будь добра, смотри, чтобы ему не было дискомфортно!

Володька, слушая бабушкину нотацию, важненько сидел на моих руках и, как мне казалось, злорадно и с неприязнью посматривал на меня.

– Будет ему пятизвездочная прогулка! – проворчала я, запутавшись с дверным замком. – Бабуль, помоги нам выйти! Одной рукой неудобно…

Бабушка выпустила нас из квартиры. На улице я усадила пса на асфальт.

– Ну что, Володька, навстречу приключениям? – как можно веселее проговорила я. – Вперед, мой хороший!

Но Володька и ухом своим кудрявым не повел. Так и продолжил сидеть у моих ног. Благо бабушка жила недалеко от кинотеатра «Кристалл», но тащить на себе несколько дворов этого упрямого осла… пса!

– Володька, не нервируй меня! – строго сказала я. – Будешь хорошо себя вести, дам тебе косточку! «Педигри»? Чем там бабуля тебя, чудика, кормит?

Пудель даже не шелохнулся. Так и сидел у моих ног. Я посмотрела на часы. Черт, скоро уже рандеву с Артемом. Я вздохнула, подхватила Володьку на руки и понеслась к месту встречи. Прибыв к кинотеатру, Зайца я, разумеется, не заметила. У него еще есть пара минут на то, чтобы не опоздать… Надеюсь, он не кинет меня вновь. Иначе ему несдобровать. Все чаще меня посещали мысли, что это мне стоит отказаться от нашего партнерства… Рискнуть, что ли, своей оценкой в красный диплом?..

– Вот теперь сиди здесь, пожалуйста, до прихода Зайца! – проговорила я пуделю, усаживая его на асфальт. Представляю, как рассердится Артем, когда издалека приметит меня с собакой! В душе я уже ликовала.

Но Володька, не будь дураком, сразу решил от меня удрать в ближайшие кусты. Я было кинулась его ловить, но тут увидела приближающегося ко мне Артема. Ладно, потом Володьку отыщу. Тем более с его «прытью» вряд ли он уйдет далеко.

Заяц шел своей вальяжной походочкой, засунув руки в карманы. Чем ближе он ко мне подходил, тем заметнее сбавлял шаг. Я в нетерпении подпрыгнула. Чем руководствуются люди, которые так ходят – вразвалочку? Неужели им не жаль собственного времени?

Наконец Тема добрел до меня.

– У тебя всегда такая походка? – вместо приветствия спросила я. Тем более чего здороваться? Сегодня виделись уже!

– Какая походка? – заинтересовался Артем.

– Летящая! – огрызнулась я, высматривая по сторонам Володьку.

Заяц ничего не ответил, только стоял и нагло рассматривал меня. Ненавижу, когда так пялятся!

– Ну что? Принес? – деловито спросила я, имея в виду тетрадь с заготовками.

Артем засмеялся.

– Здорово, бандит! – сказал он. – Как же, принес! Товар в чемодане. Где деньги? Пересчитывать не нужно?

Я сначала вообще не въехала, о чем он. Спустя пару секунд до меня дошло, что наша встреча напоминала сходку авторитетов.

– Мне не до шуток, Артем! – буркнула я. – У меня мало времени!

– Ну что, мы будем вопросы здесь, посреди дороги, разбирать? – пожал плечами Тема. – Пойдем хотя бы на ту скамейку сядем.

Парень кивнул в сторону белой скамейки недалеко от кустов, куда пять минут назад сиганул Володька.

Расположившись на скамейке, Тема открыл свой черный рюкзак, достал тетрадь и протянул ее мне.

– Вот тут всё…

Когда я попыталась ее взять, Заяц резко отдернул руку.

– Это что еще за новости? – нахмурилась я.

– Обмен! Показывай, что ты там написала…

Я рассердилась. Он что, мне не доверяет? Думает, я позволю себе всякую чепуху писать в проекте? По-моему, я ни разу не запятнала свою учебную репутацию, не то что некоторые.

– Поверь на слово, там все отлично! – ответила я.

– Поверь на слово, здесь тоже просто превосходно! – потряс тетрадью над головой Заяц.

Что за игра такая, я ему слово – он мне два! Я со вздохом полезла в свою сумку. Что ж, утрем нос господину хоккеисту. Хоть посмотрит, как нужно готовиться к проектам.

Мы обменялись тетрадями. Так много написано… впечатляет. На удивление почерк у Темы оказался разборчивым и даже очень ровным. К сожалению, в отличие от моего.

– Ты была права насчет своего почерка, – вглядываясь в тетрадь, произнес Артем. – Мать, а чего не разлиновала-то? Чтоб было понятнее и приятнее тебя читать…

Подкалывает еще сидит, самый умный.

– Перетопчешься! – буркнула я.

Чем дальше я читала ответы на вопросы, тем больше удивлялась.

– Это ты сам написал? – решила уточнить я, переворачивая очередную страницу.

– Обижаешь, начальник… – пробормотал задумчиво Тема, глядя в мою тетрадь.

– Неплохо! – вздохнула я.

Я даже не сразу заметила, как к нашей скамейке подошел Володька. Заяц тоже так увлеченно читал мою писанину, что не обратил внимания на рыжего пуделя.

– О, нарисовался! – обрадовалась я. Если честно, я так была поражена Теминой образцовой тетрадью, что совсем позабыла о Володьке. Представляю, что сделала бы со мной бабуля, если б я потеряла ее собаку. – Присаживайся к нам!

Я подхватила Володьку за кудрявые рыжие бока и усадила на скамейку рядом с Артемом.

– Это что? – выпучил глаза Заяц.

– Это пудель! – простодушно ответила я. – Порода такая. Собачья. А собака – это млекопитающее отряда хищных семейства псовых…

– Я вижу, что это пудель! – нервно прервал меня Артем. – Зачем ты его с собой притащила?

– Ой, да бабушка попросила! – начала свой «рассказ» я. – Его оставить не с кем было, он у нас старенький… шестнадцать лет уже. Один дома ну ни в какую не хочет сидеть! Скулит… А вдруг что? Вдруг инсульт, депрессия? А бабушке в собес надо было…

Вообще моя бабушка терпеть не могла подобные учреждения и старалась их не посещать. Но у меня странность такая: если вру, то всякими дурацкими клише. Таким образом, почему бы бабушке не отправиться в собес?

– Ты знаешь, что у меня аллергия на собак? – опять перебил меня Тема.

– Да ты что! – ахнула я. Кажется, ужасно неправдоподобно. Если бы в этот момент мне на голову приземлилась шишка с ели, что стояла неподалеку, я бы поняла – это знак от Станиславского.

Артем также смотрел на меня без доверия. Не верил.

– Ты знала? Ты ведь специально его привела? Еще и на лавку рядом со мной усадила…

– Что ты такое говоришь! Откуда мне знать? Я тебе изверг, что ли? – заохала я, между тем внимательно рассматривая лицо Темы. Что ж, пока никаких явных признаков…

Зато спустя пару минут началось! Я не могла и строчки прочитать, Заяц меня постоянно прерывал своим чихом.

– У тебя есть носовой платок? – жалобно спросил он.

– Нет! – не отрываясь от чтения, ответила я.

Тогда Заяц взял мою руку и чихнул в рукав моей же толстовки.

– Ты с ума сошел? – рассердилась я.

– Сама виновата… – пробормотал Тема, шмыгая носом.

Обернувшись, я остолбенела от вида Артема. Опухшие глаза слезились, а чихал он… наверное, каждые десять секунд.

– Да, выглядишь паршиво! – констатировала я. Мне стало даже немного стыдно. Если честно, у меня никогда и ни на что не было аллергии, и я даже не подозревала, что это выглядит так… непрезентабельно.

– Ну-ка, Володька, садись подальше на асфальт! – вновь подхватила я ленивого пуделя.

– Как ты его назвала? Апчхи! Володька? – изумился Заяц.

– Ну да… – растерялась я. – Володька. Обычное вроде имя.

– Но… апчхи! Не для собаки!

– Я как-то об этом не задумывалась, – честно призналась я, сочувственно глядя на хлюпающего носом Артема.

– Ему бы подошло другое имя… Апчхи! Например, Пьер.

Мы вдвоем уставились на невозмутимого Володьку. Тот сидел с непробиваемой мордой, будто не его сейчас обсуждали. Да ну, какой из него Пьер!

– Так, я думаю, мы можем расходиться! – заключил Заяц. – Иначе я сейчас… Апчхи! Я сейчас сдохну! Апчхи!

И чуть тише пробормотал:

– От вашей компании…

– Но мы же не наметили фронт дальнейших работ! – вяло запротестовала я. Да, неудобно получилось.

– Наметим в следующий раз… – проговорил Заяц, поднимаясь со скамейки. – Пока, Ромашкина!

Я тоже поднялась. Чего мне тут сидеть ловить? Надо Володьку бабушке отвести… или отнести. Тут как его величество пожелает.

– Володька, вперед! – подтолкнула я слегка пса. Он, разумеется, никуда не собирался. Тогда я попыталась взять его на руки – а он как зарычит, будто лев! Я аж подпрыгнула от неожиданности.

– В чем дело? – резко развернулся Тема, который уже успел отойти от нас на приличное расстояние.

– Кажется, у меня проблемы! – жалобно произнесла я.

– Какие?

– Володька не хочет идти со мной… – ответила я, не зная, с какой стороны подступиться к псу. Он продолжал рычать.

– Почему он на тебя так сердится? – озадаченно произнес Артем.

– Я в детстве в него как-то ботинком запустила! – нехотя созналась я. – А этот пудель оказался таким обидчивым! И злопамятным… – На этих словах пес зарычал еще громче, обнажив острые клыки.

– Артем, что делать? – запричитала я. – Володька ведь такой упрямый… Он так до ночи тут просидеть может! Из принципа! И что, мне с ним тут торчать столько времени?

– Да уж! – улыбнулся Артем. – Не завидую тебе, Ритусик! Удачи!

С этими словами Заяц развернулся, чтобы уйти. Я в панике его окликнула:

– Тема!

Парень вновь оглянулся.

– Может, ты подзовешь его? – криво улыбнувшись, попросила я.

– Мать твою! – рассердился Заяц. – Ромашкина, только я убрался от него подальше и меня немного отпустило.

– Володька! Володька! – вновь позвала я. – На обиженных воду возят! Володька, пойдем!

Но только я сделала пару шагов в сторону пуделя, тот опять зашелся лаем.

– Ну Володька! – обратилась я уже к Зайцу. – Тьфу ты, Артем! Ну помоги! Надо, чтоб он хотя бы задницу с асфальта поднял да пару шагов сделал… Может, разгуляется?

Тема усмехнулся. Затем присел на корточки, вытянул вперед руку и присвистнул:

– Владимир…

– Володька! – встряла я, поправив парня.

– Какая разница? – рассердился Артем.

– Вообще-то большая! Он только на Володьку откликается.

Заяц тяжело вздохнул и вновь ласково позвал:

– Володька? Дружище, иди сюда!

И тут Володька, как по взмаху волшебной палочки, поднял свою упрямую задницу и вразвалочку направился к Артему. Заяц, по-прежнему сидя на корточках, стал пятиться.

– Рита! Он идет ко мне! Что делать?

Я запрыгала на месте от волнения.

– Не знаю… Возьми его на руки?

– С ума сошла? Хочешь, чтобы я коньки отбросил? Я же сразу начну чесаться! А мой бомбер потом выбрасывать придется…

Володька продолжал не спеша идти к Артему.

– Может, завернем его в мою толстовку? – предложила я. Под ней у меня еще была шерстяная клетчатая рубашка с длинным рукавом.

Действовать нужно было быстро. Я стянула с себя толстовку и бросила в руки Артему. Тот подхватил Володьку и завернул его в мою кофту.

– Держи! – стал передавать мне пуделя Тема. Только я протянула руки, чтобы взять Володьку, как тот снова зарычал.

– Ты уверена, что в детстве все обошлось одним ботинком? – настороженно поинтересовался Заяц. – Ощущение, что ты швырнула в него целый обувной отдел. Мне даже страшно отдавать тебе Володьку… Живодерка!

– Ботинок-то там мой был… Тридцать второго размера! – поморщилась я. – Может, он просто в тебя влюбился?

– Мне безумно льстит, что на меня позарился сам Володька! – угрюмо отозвался Артем. – Но как теперь мне от него отвязаться? У меня уже снова защипало в носу…

А пудель, кажется, решил поудобнее разместиться на руках у Темы. По крайней мере, морда у него в этот момент была довольная, если не сказать блаженная.

– Давай отнесем его к моей бабушке? – растерянно проговорила я. – Она живет тут во дворах, за кинотеатром…

– А она уже… – Артем хлюпнул носом, – вернулась из собеса? Там знаешь такие очереди бывают.

Вот же язва какой!

– Да, должна! – с невозмутимым видом сообщила я. – Ну, вперед! Пока тебе тут совсем не поплохело!

И мы поковыляли в сторону бабулиного дома. Наверное, со стороны та еще картинка. Угрюмая я, плачущий Заяц и довольный Володька в моей толстовке, любовно прижимающийся к Артему. Будь этот пудель неладен. Чтоб я еще раз связалась с этим рыжим кудрявым чудовищем…

– Хуже этого было б только, если б ты позвала меня в библиотеку… – сообщил мне Тема.

– А что такое? – оживилась я.

– У меня аллергия на книжную пыль… Еще сильнее, чем на собак!

Аллергия на книжную пыль. Возьмем на заметку. Конечно, поступать так подло. Артем мне вроде как сейчас здорово помогает… Но кто знает, вдруг снова выведет из себя. Иметь козырь в рукаве неплохо! Хотя не удивлюсь, если он после сегодняшнего отречется от нас… С Володькой…

– Как ты вообще на свете живешь? – озадачилась я.

– Избегаю собак и библиотеки! – огрызнулся Заяц.

Я видела, как прохожие косились на нас с сочувствием… Конечно, причиной этого был шмыгающий Артем, по щекам которого бежали слезы. Впервые я так близко видела плачущего парня. Парадокс, конечно, но Заяц даже плакал симпатично. Ну прям ни дать ни взять ревущий Дин Винчестер из сериала «Сверхъестественное». У меня обычно первым делом опухает нос… Он становится красным и достигает просто космических размеров…

– Черт, все смотрят! Апчхи! – проговорил Тема. – Никогда так не позорился.

– Они нам сочувствуют! – ответила я. – Вернее тебе! Наверное, думают, парень относит к ветеринару своего старого питомца… Для того, чтобы усыпить!

Пудель зарычал.

– Апчхи! Володьке не нравятся такие разговоры…

– Мне пофиг, что там ему не нравится! – сказала я, демонстрируя перед Володькиным носом кулак. Пес зашелся лаем.

– Рита, зачем ты его дразнишь? – рассердился Заяц. – Мне и без этого неудобно его тащи… ть! Апчхи!

– Ладно-ладно, больше не буду! – пообещала я. – Вот бабушкин дом! Второй подъезд… Заходи!

Глава шестая

– Володька! – воскликнула бабуля с порога. – Что с ним случилось?

– Да что с этим дуралеем может случиться? – проворчала я, закрывая за нами дверь. – Жив‑здоров и даже, как видишь, приоделся!

Бабушка во все глаза смотрела на высокого Тему, который вдруг возник в ее небольшой прихожей. Незнакомый парень держал в руках ее четвероногое сокровище.

– Ты лучше спроси, что произошло с Зайцем! – воскликнула я.

– С каким зайцем? – еще больше испугалась бабушка.

– Вот с этим! – кивнула я на Артема.

– Здравствуйте! Меня зовут Артем… – проговорил парень. – А Заяц – это моя фамилия.

– Здравствуйте! Очень приятно! А я – Нина Васильевна… Но что с вами?

– Аллергия… на… собак… – прошмыгал Заяц.

– Так что ж вы стоите! – всплеснула руками бабушка. – Давайте сюда Володьку скорее! Я его отнесу подальше…

Бабушка схватила вредного пуделя на руки и потащила его в комнату. Я искоса поглядывала на Тему. Тот же молча рукавом куртки утирал слезы. Бабуля появилась в коридоре спустя пару секунд.

– Заперла его… У Володьки как раз сейчас сон-час должен быть!

Я закатила глаза. Не бабулина квартира, а санаторий для престарелых собак. А пивные ванны Володька тут не принимает? Обертывания ему не делают?

– Артем! – серьезно начала бабушка. – У меня есть отличный антигистаминный препарат. Вам должно быстро полегчать. Вымойте в ванной руки, а затем проходите на кухню… Я туда Володьку не пускаю. А то несколько лет назад повадился по столу лазить… Рита, поставь чайник!

Бабуля собралась Артема чаем поить? Это в мои планы вообще не входило! Как только Заяц скрылся в ванной, бабушка повернулась ко мне:

– Так, Маргарита, это что за клоунада?

– Ты про Зайца? – решила уточнить я. – Так это мой одногруппник!

– Про тебя! Так вот зачем тебе понадобился Володька? Решила парня угробить?

– Так уж и угробить, – промямлила я, краснея. – Вообще не знала, что у него аллергия! Сам говорил: «Я, Рит, пуделей люблю, ну прямо до невозможности!» Я решила ему твоего Володьку показать… Он же побеждал на каких-то там собачьих выставках… «Пудель года – 2005»…

Бабушка продолжала сердито на меня смотреть.

– Чайник, говоришь, поставить? – решила перевести я тему и проскользнула на кухню. Бабулю сложно обманывать, она нас с Ромкой всю жизнь на раз-два раскусывает. И потом так мучительно стыдно…

Я расставила чашки на столе, на который бабуля даже нарядную скатерть постелила, еще она достала баночку варенья из черной смородины. Все ради Артема, что ли? Тоже мне, важный гость. Возможно, бабушке было неудобно за доставленные ему из-за Володьки неприятности… Конечно, в случившемся виновата я, а не бестолковый пудель, но мне приятнее было свалить все на ничего не подозревающего Володьку.

Бабушка дала Теме лекарство, теперь он сидел довольный, отхлебывал чаек, закусывал шоколадной конфеткой…

– А вы, Артем, чем-нибудь занимаетесь помимо учебы? – поинтересовалась бабуля.

Такая у меня семья. Всем чем-нибудь нужно заниматься помимо учебы или работы… Нет чтобы все силы бросить на что-то одно…

Я не дала ответить Артему самому:

– Бабуль, Заяц у нас занимается хоккеем! Как наш Ромео…

– Да вы что? – обрадовалась бабушка. Любое сходство с Ромкой – это уже плюс к карме Артема. – У меня еще коробка вкусного печенья есть с клюквой, совсем забыла!

Чего она так заморачивается по поводу этого чаепития? Как будто царь Салтан к ней на кухню пожаловал… Когда бабушка встала из-за стола, Артем шепнул мне:

– Почему ты все время говоришь «У нас…»? У кого это у нас?

– Не обращала внимания! – буркнула я.

– Вот печенье… – бабуля поставила на стол.

В углу кухонного диванчика в красивой деревянной рамке стояла наша с Ромкой детская фотография. На ней мы были очень даже похожи, по крайней мере прическами. Понятия не имею, зачем в детстве родители так коротко меня стригли. Только после того, как я стала посещать секцию художественной гимнастики, было принято решение отращивать мне волосы.

Заяц задержал взгляд на этой фотографии… Сейчас ляпнет какой-нибудь гадкий комментарий…

– О, а это Маргариточка с братом! – перехватила взгляд Зайца бабуля. – Совсем тут крошки… Прелестные, не правда ли?

– Очень прелестные! – улыбнулся ей Артем. Ага, «очень»! Зачем обманывать? Никого не умиляют чужие дети… Или он это с сарказмом ответил? Тем не менее бабушку его слова удовлетворили, она ответила ему довольной улыбкой.

– Такими сорванцами в детстве были, непоседами… – Бабуля, предавшись воспоминаниям, подперла рукой подбородок.

Ой, кажется, началось. Я напряглась, изредка бросая быстрые взгляды на Тему.

– Помню, Рита подначивала Ромку на всякие «темные делишки»!

Нет, бабушка, зачем? Зачем ты ему это рассказываешь? Он мне – никто. И я ему тоже. Зайцу неинтересно слушать детские истории обо мне и моем брате…

– Очень уж они любили железные турники зимой облизывать. И ведь знают, шмакодявки такие, что прилипнут, а все равно судьбу испытывали. По нескольку раз за зиму с ними такие оказии происходили! Это все Ритка!

Бабушка кивнула на меня.

– Стоят двое с высунутыми языками, воспитатели водичку теплую льют, остальные дети вокруг веселятся, а эти ревут… Экстремалы.

Бабуля засмеялась. Лично я не видела в этом ничего смешного. Ни тогда, ни сейчас. Ну, любили мы с Ромой поспорить, кто прилипнет, а кого пронесет… Но нас не проносило. Мороз и железо не щадили в те годы никого.

– А одно время у них была мания вещи с балкона швырять, – опять начала бабушка. – Что в квартире плохо лежит – сразу с пятого этажа фьють! Отцовы тетради, бижутерия матери… Продуктами кидались! Даже бедную кошку хотели спустить один раз.

– В тебе всегда были живодерские наклонности? – обратился ко мне довольный Заяц.

– Кошку выкинуть Ромка хотел! – проворчала я. – Она потом от нас сбежала…

– Неудивительно! – хмыкнул Артем, делая очередной глоток чая. Неудивительно ему! Будет умничать – снова Володьку на него натравлю!

– Самая беда, конечно, была с одеждой, которая на балконе сушилась. Вот ее Рита первым делом спускала на асфальт! Сосед с четвертого этажа жаловался тогда: стою, курю, никого не трогаю, и нижнее белье пролетает… Так сказать, панталоны… Неудобно было родителям, конечно!

Заяц громко засмеялся. Впервые я видела, чтобы он веселился так бурно и искренне.

– Смотри чаем не захлебнись! – проворчала я. Кажется, нам с Темой пора сматывать удочки. У бабушки в арсенале много историй про нас с Ромкой. Заяц может до ночи сидеть ржать. А потом ведь еще и мне будет это припоминать… Ну бабушка!

– А как они лужи мерили по весне? Ритка как-то целый сапог воды набрала, да там в мутной луже его от тяжести и оставила. Всем двором искали резиновый сапог… Как сгинул! Так она в марте в одном резиновом и доковыляла до дома, потом с простудой валялась. А как лужи высохли, сапог и нашелся. Посреди двора красовался…

– Нам с Артемом пора! – встала я из-за стола.

– Разве? – удивился Заяц.

Я рассердилась. Ему что, действительно заняться больше нечем, кроме как сидеть на кухне у незнакомой пожилой женщины и слушать байки о малоприятной ему партнерше по проекту?

– Ага! – Я сердито глядела на Артема впервые сверху вниз. – Пойдем, пойдем, Заяц. Больно ты у нас… у самого себя, то есть… любознательный.

Я первой вышла из кухни. Теме ничего больше не оставалось, как пойти за мной.

– Артем, приходите еще! – последовала за нами в коридор бабуля. – У меня так много историй про нашу Риту!

– Не сомневаюсь! – нахмурилась я. Сдались Артему истории про «нашу Риту».

Заяц, как нарочно, долго возился со шнурками на кедах. Наконец он поднялся с корточек. Я тут же указала ему на уже распахнутую входную дверь.

– Давай-давай, Заяц, шевели длинными лапами! – поторопила я его. – Бабуль, мы пошли! На неделе еще забегу!

– Маргарита! – окликнула меня бабушка, когда Тема уже стоял возле лифта, а я еще не закрыла за собой дверь. – Артем – очень хороший молодой человек! Вежливый, представительный! Я оценила!

Все это бабуля проговорила мне шепотом.

– Это ты к чему? – удивилась я. Что мне с достоинств Зайца? Представительный, говорит. Ха-ха-ха!

– Держись за него! – напутствовала меня бабушка.

– Ба! Да ты что! – воскликнула я. – Ты все не так поняла! Мы – не пара! Еще чего!

Артем обернулся на мой возглас.

– Знаю я тебя! – отмахнулась бабуля. – Не пара! Ты та еще интриганка, до последнего все держишь в тайне! Все, топай, не задерживай своего кавалера!

И бабушка буквально вытолкала меня к лифту. Как ей в голову такое пришло? Вот почему она так Артема обхаживала, скатерть постелила, обо мне много говорила… Могла бы, конечно, что получше рассказать. Например, что я школу окончила с медалью… а она про лужи, про кошек… Разве таким моего предполагаемого жениха увлечешь? Да после этаких рассказов и бросить могут!

После бабулиных предположений даже неудобно было начинать разговор с Темой. В лифте мы ехали молча. На улице в это время уже было сумрачно и прохладно. Кажется, пока мы чаевничали, прошел дождь. Воздух был свежий и сырой. Я задрожала в одной рубашке. Володька-то толстовку мне не вернул. Жаба кудрявая!

– Возьми! – снял с себя бомбер Заяц. – Съежилась вся, как креветка.

Я тут же протянула руки к куртке.

– А ты? – спросила я. Больше из вежливости.

– Я не мерзну! – откликнулся Заяц, думая о чем-то своем.

– А для Володьки курточку пожалел! – брякнула я. Если честно, то специально. Мне нравилось выводить из себя Артема.

– Ну, у меня аллергия на собак, а не на всезнаек! – парировал Заяц.

Мы, не сговариваясь, побрели в сторону моего дома.

Бомбер Артема приятно пах мужской парфюмерной водой. И оказался очень даже теплым.

– У тебя хорошая бабушка! – сообщил мне Артем.

– Да, бабуля у меня мировая! – охотно согласилась я. – Только вот иногда ее немного заносит… на поворотах. С этими рассказами!

Заяц рассмеялся.

– Очень плодотворный вечер получился! Теперь я о тебе кое-что знаю, помимо того, что ты мучила в детстве животных.

– Надеюсь, ты о потерянном сапоге?

– Нет же! – покачал головой Артем. – Ты, оказывается, любила популять трусами по прохожим…

И опять ржет, будь он неладен! Веселись-веселись, Заяц! Как бы тебе потом опять плакать не пришлось… Аллергик ты наш.

Навстречу нам шли две высокие блондинки. Девушки о чем-то болтали и еще издалека начали поглядывать на Тему. Заяц тоже их, разумеется, приметил и теперь вышагивал важно, как депутат. Притом что пару минут назад со мной вдвоем он опять еле ноги волочил… Когда девушки поравнялись с нами, Заяц подмигнул одной из блондинок. Та кокетливо захихикала. Пройдя мимо, эти пигалицы рассмеялись уже громче, Артем пару раз повернулся им вслед. Я почувствовала себя неуютно. Наверняка эта парочка почитательниц Пэрис Хилтон вообразили себе, что Заяц – мой парень, который в открытую глазеет на других девчонок. Тогда я, по их мнению, просто жалкая! Тащусь рядом со своим парнем и позволяю ему заигрывать с каждой встречной-поперечной. Да он, можно сказать, ставит меня в унизительное положение!

– Шею не сверни! – проворчала я.

– Ромашкина, ты никак ревнуешь? – заулыбался Артем.

– Что? – задохнулась я от возмущения. – Еще чего! И в мыслях не было! Высокого ты о себе мнения! Просто удивилась, что ты так головой вертеть умеешь… Как сова. На 270 градусов.

– Как сова, говоришь? – усмехнулся Заяц. – Расслабься, Рита, никто бы все равно не решил, что мы с тобой пара…

Кажется, он меня раскусил.

– Это еще почему? – рассердилась я. Он намекает, что я недостаточно хороша для него? Наглый Заяц! У меня ухажеры и посимпатичнее были… И умнее.

– Да ты посмотри на себя! – нагло заявил Артем.

– Чего-чего? – завопила я. – По-твоему, я страшная, что ли?

– Я не об этом, – поморщился Тема. – На внешность ты – нормальная. На любителя, конечно… Но, в общем, сойдет.

– Вот так спасибо! – отвесила я поклон.

– Но ты ж замороченная какая-то! – констатировал Заяц. – Напряженная. Будто вечно в раздумьях, чем еще таким заняться… Ты не умеешь жить!

Вот так заключение!

– Если хочешь знать, – насупилась я, – у меня самая насыщенная жизнь в мире!

– Не сомневаюсь! Но при этом ты не умеешь расслабляться – это твой минус!

– Ты о чем? О наркотиках?

– Еще ты очень категоричная и непонятливая! – нагло продолжил учить меня жизни Заяц. – Еще два минуса!

– Да пошел ты! – буркнула я. – Сплошной плюс нашелся.

– Серьезно! – Тема обогнал меня и шел теперь спиной вперед, внимательно глядя на меня. – Когда ты в последний раз прогуливала учебу?

– А зачем ее прогуливать? – резонно отозвалась я. – Потом долгов накопишь – не расквитаешься. Это я по своей Алке сужу.

– Что и требовалось доказать…

– Ты, смотрю, больно расслабленный! Вообще в универ не ходишь.

– Я чаще всего на тренировках, – возразил Заяц. – Это пока что моя работа. Которая приносит деньги и удовольствие. Но и отдыхать я при этом не забываю, подумай об этом!

Ну прям философ.

– Обязательно подумаю! – кивнула я. – И как бы я дальше жила без твоих ценнейших советов?

Тема пожал плечами. Мол, всегда обращайся!

Мы прошли огромный новый торговый комплекс, после Заяц свернул во двор, где я, собственно, и жила.

– Откуда ты знаешь дорогу до моего дома? – насторожилась я.

– Ты о чем? – не понял Заяц, продолжая уверенным шагом идти рядом со мной.

– Ну… ты свернул именно в этот двор…

– А куда тут еще сворачивать? Двор один…

– Можно было просто пойти дальше по улице! – не унималась я.

– Слушай, ты сама меня ведешь! – рассердился Артем. – Я просто иду туда же, куда и ты! У тебя, Ромашкина, паранойя.

У своего подъезда я начала стягивать Темин бомбер.

– Спасибо, выручил! – проговорила я искренне. Тема стоял близко ко мне, задумчиво глядя в небо. А оно, в свою очередь, как с ума сошло. Над головой парили розовато-дымчатые облака. Видимо, завтра будет тепло…

– Извини за Володьку! – буркнула я. Не знала, как попрощаться с Артемом. Конечно, я могу просто развернуться и уйти… Но как-то невежливо, что ли. Впрочем, что мне до Зайца, вежливо – не вежливо. Перетопчется без моей учтивости.

– Пока! – грубовато сказала я и развернулась, чтобы уйти.

Но Заяц зачем-то схватил меня за руку.

– Ты чего? – искренне удивилась я. В сумерках лицо Зайца казалось каким-то другим, незнакомым.

Артем как-то странно смотрел на меня, слегка замешкался, а потом наклонился, чтобы…

– Оу-оу, что ты делаешь? – отпрянула я от Зайца. – Ты что, поцеловать меня хочешь?

– Ну да! – нагло ответил Артем. – А что такого?

– А по морде ты не хочешь получить? – негодовала я.

– Да как-то не особо! – признался Заяц.

Я сердито уставилась на этого нахала.

– Вот! – торжественно произнес Тема. – Вот! То, о чем я говорил! Ты не умеешь расслабляться! Тебе слабо сделать что-то, что выходит за твои собственные, придуманные, рамки…

– Ты сдурел? – пыхтела я. – Хотел меня поцеловать!

– Ну и почему бы тебе просто не ответить на мой поцелуй?

– Ты издеваешься? – Я от возмущения сразу слов подобрать не могла. – Ты мне не нравишься!

– Так и ты мне не особо, – лениво отозвался Заяц.

– Тогда для чего нам с тобой целоваться? – совсем растерялась я.

– Так… по фану. – Ответ Артема меня, если честно, совсем обескуражил.

– Слушай, ты! По фану ему! Устроил тут… Содом и Гоморру…

– Гоморру? – переспросил Заяц.

Я, привыкшая к постоянным Алкиным перлам, поинтересовалась:

– Ты, конечно, не знаешь, что за Гоморра?

– Я знаю Гомера! – ответил Заяц, странно ухмыльнувшись.

– Я, надеюсь, ты сейчас про древнегреческого поэта? – насторожилась я.

Теперь Артем улыбался во весь рот.

– Нет, я про Гомера Симпсона!

Я молчала. Тема расхохотался:

– Обожаю эту немую паузу! Рита, ты такая смешная!

– Хо-хо-хо, – огрызнулась я. – Не лопни! Не надоело еще меня разводить?

– Нет! – продолжал смеяться Заяц. – Ты очень забавно злишься!

Во дворе зажглись фонари. Я заметила, как по тропинке, что проходила вдоль детской площадки, с пакетами из продуктового бредет мама.

– Так, Артем, а теперь без смеха! Сматывай удочки, моя мама идет!

– И что? – удивился Заяц.

– И то! – передразнила я. – Меня немного напрягает тот факт, что за этот день ты можешь познакомиться со всей прекрасной половиной моей семьи!

Я буквально стала выталкивать Тему с тротуара.

– Давай-давай! Кстати, разбери с пятого по десятый вопросы, потом там сверим! Ну же, Заяц, смывайся!

– Ладно, ладно, Ромашка, угомонись! Ай! Ты чего щипаешься? Может, хоть обнимемся на прощание?

Тема раскинул руки в стороны.

– А ну брысь! – Я топнула ногой.

– Все, удаляюсь! – Артем со смехом развернулся и быстрым уверенным шагом пошел прочь со двора. Мама как раз подходила к нашему подъезду.

– Давай пакет! – протянула я руку. – Ты чего на ночь глядя в магазин отправилась? Сливки купила? Сливок дома нет. Я кофе без сливок не пью, ты же знаешь!

Я начала так трещать, чтобы сбить маму с толку. Но разве ее проведешь?

– А что это за мальчик был?

– С‑пальчик! – хмыкнула я. У мамы привычка такая есть: всех мальчиками да детьми называть. Даже если этот мальчик перевалил за метр восемьдесят в росте.

– Рит, я серьезно! – Мама искала в сумке ключ от домофона. – Это твой бойфренд?

– Да он мне даже просто не френд! – возмутилась я. Что там Заяц говорил по поводу того, что никто не решит, будто мы встречаемся? Он не подумал о моей маме.

– Это парень из моей группы, мы вместе делаем проект… – нудно начала объяснять я.

– Который хоккеист? – уточнила мама.

– Ну!

– Так-так. И что?

Мы с мамой зашли в слабо освещенный подъезд.

– Что? Да вот встретились у подъезда, я ему сказала, какие вопросы осталось разобрать…

– А я вас еще издалека заприметила… – туманно отозвалась мама. Она имеет в виду тот момент, когда Заяц пытался поцеловать меня «по фану»? Господи, мама же в сумерках еще и все не так понять может! Я откашлялась.

– Ты должна за ужином побольше нам рассказать об этом мальчике! – воодушевилась мама. – Я как раз столько вкусняшек купила!

– Еще ты стол праздничный накрой! – тяжело вздохнула я.

– Ты о чем? – насторожилась мама.

Я промолчала. Если она сегодня с бабулей созвонится, тогда я вообще пропала. И почему Ромкины шуры-муры проходят без особого внимания, как само собой разумеющееся, а каждое мое увлечение (а в этом случае даже и не увлечение) как что-то сверхъестественное. Мы не обсуждали ни одной Роминой девчонки. Зато мой молодой человек вызывает кучу вопросов. Бедному парню приходится настоящий кастинг проходить! Хотя чего лукавить… Вторая половинка у меня появляется в разы реже, чем у брата. Просто я очень тщательно подхожу к выбору парня. Слишком много требований, слишком мало свободного времени… А может, я действительно просто боюсь выйти из зоны комфорта, боюсь стать от кого-то зависимой, боюсь по-настоящему влюбиться?..

* * *

Алла с ужасом ждала приближающейся субботы. Сказать, что ей не хотелось вновь вставать на ролики под руководством неприятного ей Паршукова – это ничего не сказать. Всю неделю девушка избегала в университете Владлена, боясь с ним столкнуться даже взглядом. Пару раз она осмеливалась посмотреть в его сторону, но, как казалось, парню она была совершенно безразлична. Определенно точно, он ни разу не задерживал на ней свой взгляд. Девушка даже не представляла, как они все-таки будут готовить совместный проект… Эта ситуация ее угнетала.

Поначалу Алла решила прикинуться больной: как в детстве, нагреть градусник с помощью настольной лампы, покашлять, поохать – и глядишь, мама уйдет на тренировку без нее. Но накануне Татьяна Георгиевна пообещала, что после роликов они с Аллой поедут в торговый центр, где купят ей розовые туфли на высокой шпильке, о которых девушка так долго мечтала. Нет, Алла не могла пропустить такое из-за противного Паршукова! Взвесив на весах свою неприязнь к одногруппнику и долгожданные туфли, она присудила победу вторым. Почему она должна себя в чем-то ограничивать из-за этого выскочки? В конце концов, Алла всегда могла найти общий язык с сильным полом. Да, пусть Владлен оказался крепким орешком и чарам девушки поддался не сразу… Но ведь и к нему можно найти подход. Наверное.

«Забуду обиды и буду общаться с ним как ни в чем не бывало!» – решила про себя Алла. К черту все, он просто ее тренер!

Но на роллердроме ее ожидало первое разочарование. Татьяне Георгиевне, как способной ученице, предложили провести занятие в парке.

– Как? Уже? – недоверчиво переспросила она у своего инструктора Эдуарда. – Но вообще – это здорово! Сегодня погода практически майская! Солнышко светит, птички поют… Думаю, на свежем воздухе я еще лучше покажу себя!

Аллу раздражал зал, раздражали дети, которые играли на роликах в догонялки и часто едва не сбивали ее с ног. Глядя вслед уезжающей счастливой маме, девушка поинтересовалась у Владлена:

– А мы не можем тоже пойти в парк?

– Ты вообще видишь, как ты катаешься? – немного с презрением произнес Паршуков.

– Я, конечно, не звезда роллердрома, – начала Алла.

– Далеко не звезда! – хмыкнул Владлен.

Алла набрала побольше воздуха в легкие. Спокойствие, только спокойствие. Паршуков своим неприятным поведением уже наказал себя. Никто не знает, что там у него в обычной жизни, но в универе с ним определенно никто не общается.

Они катились в паре, Владлен придерживал Аллу деревянной рукой за талию. Интересно, как он тренирует других девушек?

«Это он только меня так боится?» – думала про себя со злорадством Алла. В конце концов она пришла к решению, что Паршуков, в отличие от нее, просто не умеет общаться с противоположным полом.

– Могу дать тебе пару уроков, как правильно вести себя с девушками… – проговорила она, поправив съехавший на глаза шлем.

– Что? – щеки Владлена вспыхнули.

– Твоя рука… – промямлила Алла. – Она слишком напряжена… Расслабься! Это всего лишь моя талия, а не корона Российской империи в Оружейной палате!

Алла не нашла более подходящего сравнения. Просто вспомнила свою недавнюю поездку в Москву с родителями. Это при Рите она могла ляпнуть все что хотела… А при Владлене боялась показаться глупой… Он же сразу начнет ее высмеивать. Самооценка Аллы, к такому не привыкшая, этого бы точно не выдержала.

– Ох, ну ничего ты сравнила себя с регалиями! – фыркнул Паршуков.

– Я не то имела в виду… – нахмурилась Алла. Хотелось локтем ткнуть его под ребра, он же так близко к ней… Девушка не выдержала и…

– Ты что делаешь? – согнулся Владлен. – Больная женщина!

Они опять стояли посреди просторного зала. Аллу, оставшуюся без опоры, быстро закружили несколько подкативших девчонок.

– Тетя, давай с нами? – смеялась одна из них.

– Какая я тебе тетя? – возмутилась Алла. – Я тебя лет на шесть всего старше!

– Прости, по твоему боевому раскрасу не поймешь, сколько тебе лет! – нагло заявила девчонка. – Можно и все сорок дать…

– Чего-чего? – задохнулась от возмущения Алла. Девушка начала быстро перебирать ногами, чтобы догнать мелкую мерзавку. Со стороны она при этом походила скорее на игрушечного робота, который механически передвигается, чем на человека, пустившегося в погоню.

Девчонка звонко расхохоталась. Алла бы даже не удивилась, если б узнала, что это Владлен подослал этих малявок ей, Алле, насолить. А может, ситуация еще плачевнее – и эти подростки влюблены в своего взрослого инструктора Паршукова? А тут такая девица эффектная с ним катается… Алла довольно хмыкнула и прекратила свои попытки достать наглых школьниц. Она выше этого!

– Ты даже малышню обогнать не можешь? – тут же подъехал к ней Владлен.

– Я уже вышла из этого возраста, чтобы гоняться за малолетками! – важно пожала плечами Алла.

– Как же, видел я, как ты вышла из этого возраста!

И Владлен повторил движения Аллы, забавно перебирая ногами.

– Какой же ты!.. – презрительно сощурилась Алла. – Теперь я понимаю, почему в университете с тобой никто не общается!

Паршуков побледнел:

– Зато ты, как ни посмотрю, больно общительная… Уже со всеми парнями нашего потока пообщаться успела?

– Ты опять? – рассердилась Алла. – На что намекаешь?

– А я не намекаю! Я тебе прямым текстом говорю!

– Да что с тобой такое? – Голос Аллы дрогнул. – У тебя какие-то комплексы на этот счет?

– Зато ты без комплексов, да? – с этими словами Владлен круто развернулся. – Занятие окончено!

Парень, быстро разогнавшись, поехал к выходу с роллердрома. Алла негодовала. Последнее слово осталось за этим ботаником! Девушка посильнее оттолкнулась и, набрав приличную скорость, практически догнала Паршукова. Сейчас она выскажет ему в лицо все, что о нем думает! Алла уже протянула руку, чтобы схватить парня за рубашку, но тут запнулась одним коньком и полетела под ноги Владлену. Тот чудом устоял на роликах.

– Да, Гехт! – проговорил он. – Я думал, у тебя только с умственной деятельностью проблемы, но ты и физической подготовкой не блещешь. Полный ноль!

Владлен, перешагнув через распластавшуюся на полу Аллу, поехал дальше. Девушка еще никогда не чувствовала себя столь униженной. Как он смеет так с ней обращаться? Что она ему сделала плохого, в конце концов? В глазах Аллы стояли слезы.

Глава седьмая

– Почему до тебя весь день не дозвониться? Где ты была? – накинулась на меня Алка по телефону. А я только пришла домой, ноги гудели. Насыщенная выдалась суббота. Все как я люблю!

– Тебе правда интересно, где была? – вяло откликнулась я. – Ну, слушай: сначала заехала в книжный, кстати, купила роман Дэвида Митчелла… потом мы с мамой в центре встретились, ей нужно было в издательство перевод сдать, мы кофе попили, потом пошли…

– Не так подробно, Ромашина! – прошипела Алла. – Мне вообще до лампочки, что ты там купила, что выпила… С телефоном у тебя как дела обстоят?

– Ну как-как? Беззвучный режим! – оправдывалась я. Да что с ней такое? Какая муха укусила…

– Коровушка ты этакая! – воскликнула Алла. – Я тебе весь день пытаюсь дозвониться!..

– Что случилось-то? – возмутилась я. Ходит вокруг да около. Еще и обзывается.

– Ритик, ты как знаешь, а от Зайчика тебе надо срочно избавляться! – сообщила Алка. – Прямо срочно-срочно!

– Ну, я работаю над этим! – промямлила я. Вообще меня воодушевило то, как Заяц подготовился к первым вопросам… Может, не такой уж он и тяжелый случай. Хотя это теория. Ее можно в Интернете сдуть. А вот как дело до задач дойдет…

– Значит, плохо работаешь! – опять отругала меня подруга. – Нужно предпринять что-то такое… кардинальное. Чтоб он понял, что ты вообще крейзи вуман и связываться с тобой – себе дороже!

– И что это, по-твоему, может быть? – хмыкнула я. – Мне что, на его глазах банку тараканов съесть, с крыши спрыгнуть, голубю голову оторвать?

– Ты опять ёрничаешь, Ромашина. Я тебе без шуток говорю! – насупилась Алла.

– Ну а почему дело не терпит-то? – удивилась я.

– Почему? Почему? – Мне кажется, или Алка на грани нервного срыва. – Потому что Паршуков – самый паршивый человек на свете! Я с ним не то что проект не хочу делать… Я с ним на одной планете жить не хочу!

Ого, как глобально.

– Что он такого сделал? – заинтересовалась я. – Может, мне действовать его методами, чтобы от Артема отвязаться?

– Ой, Рита, фиг знает… Мне кажется, он вообще нездоров психически… Женщиноненавистник!

– Женоненавистник!

– Какая разница? – рассердилась Алка. – Ты же меня поняла? Только послушай, что он сегодня учудил…

И Алла в красках поведала мне о ее уроке на роллердроме.

– Да уж! – вздохнула я. – Не ожидала такого от Владлена! Со мной он совершенно обычно общался… Слушай, а может, он неровно дышит к тебе? Такой вариант в голову не приходил?

– Такой вариант первым делом пришел! – скромно созналась Аллочка. – Но нет… Это бред какой-то! У меня ощущение, что он просто люто меня ненавидит.

– За что ж ему люто тебя ненавидеть? – растерялась я. – Ты, конечно, та еще анаконда, но ему зла не причиняла… Вы ведь даже нигде не пересекались!

– Это точно! – хмыкнула Алла. – Где мне пересечься с этим ботаникусом-обыкновенникусом? Я уж подумала, может, я ему кого-то напоминаю… Первую любовь, родную мать…

– Алла! – одернула я подругу. – Тебя уже куда-то понесло… в сторону сериалов по «России‑1».

– Да, ты права! – рассмеялась Алка. – Ну? У тебя уже есть идеи, как раз и навсегда отделаться от Артема и нам наконец воссоединиться для работы в паре?

Я помолчала, а потом нерешительно начала:

– У меня есть один вариант. Но я его припасала на крайний случай!

– Совершенно точно: этот крайний случай настал! – заверила меня Аллочка.

Если так подумать, из Артема партнер скорее никакой, чем хороший. Да, он отлично справился с первой партией теоретических вопросов, но оставшиеся мы с ним так и не разобрали… За эту неделю мы не виделись, Тема в университете не появлялся. Конечно, с Алкиного партнерства тоже как с козла молока, легче все самой сделать. Но она все-таки моя подруга. А друзей я в беде не бросаю. В конце концов, Аллу мне легче «достать», поторопить, попросить сделать, чем Зайца. Тот себе на уме. Хозяин жизни.

– Хорошо, Алл… – пообещала я. – За эти выходные попробую сделать все, что в моих силах!

– Это здорово! – откликнулась Алка. – Потому как во вторник мы опять идем с мамой кататься на этих долбанутых роликах…

– А ты не можешь просто отказаться? – спросила я. – Ну, если человек тебе неприятен… Объясни маме?

– Не могу! – вздохнула Алла. – Мы с мамой так редко общаемся, ты бы видела, какая она счастливая ходит. Глаза сияют! К тому же у них больше нет свободных инструкторов, чтоб поменяться, я уже узнавала… И нам осталась-то пара тренировок!

– Ну, смотри сама, Алл! – пожала я плечами. Все-таки не могу понять, из-за чего Владлен так на нее взъелся.

Распрощавшись с Аллой, я тут же начала строчить сообщение Артему. Скинула ему адрес и подписала:

«Это Рита. РОМАШИНА. Встречаемся завтра в час дня по этому адресу. При себе иметь готовые ответы. Не опаздывай!» Хотела приписать: «А то убью тебя!», но передумала.

* * *

На права я сдала со второго раза. Это меня бесило. Потому что в автошколе я тоже хотела быть первой. Но не сложилось. Моя соседка по парте, пятидесятилетняя женщина, которая всегда болтала на теории, хихикала и вечно меня отвлекала, сдала с первого раза… Этот факт меня тоже злил.

После того как водительские права были уже в кармане, меня ожидало второе разочарование. Дело в том, что моя мама сдала аналогичный экзамен примерно в то же время. Правда, с шестого раза (но ее это вообще не расстроило). Тогда отец, любитель огромных машин, преподнес нам ключи от своего пикапа Nissan Navara, который практически является моим ровесником. Вообще я всегда воображала себя за рулем мощного спортивного автомобиля, а вышло… Я ненавижу это большое чудовище! Он жрет много бензина, ломается в самый неподходящий момент. Он совсем неженственный, в конце концов! И это при том, что отец с Ромкой ездят на новеньком Land Rover. А мы с мамой довольствуемся… этим старым железным монстром.

Помню, когда мы с ней с натянутыми улыбками принимали ключи от машины, которую, по правде говоря, уже можно было сдавать в утиль, я прошипела папе:

– Тебе не кажется, что это сексизм?

А когда наше чудище поломалось зимой в канун Нового года, создав огромную предпраздничную пробку, в которой меня прокляли все, я обвинила папу в мизогинии.

Больше всех, конечно, Ромка веселился.

– Ну, как ты себя чувствуешь за рулем новой тачки? – поинтересовался он в первый день, когда я повезла его кататься по городу.

– А как я должна себя чувствовать? – спросила я, выглядывая из-за руля, за который крепко держалась двумя руками.

– Ну, например, как в фильме «Няньки».

И этот дурак заржал. Ей-богу, хотелось выкинуть его из машины!

Мама к чудовищу быстро привыкла и даже, по ее признанию, полюбила его. А вот я с машиной была не в ладах. Почему-то каждая моя поездка на ней оборачивалась каким-нибудь ЧП. И я старалась брать Nissan как можно реже.

Но в воскресенье я жутко опаздывала, поэтому перед выходом схватила с тумбочки ключи от чудовища. Заводя автомобиль, я привычно буркнула:

– Не перегрейся, не вскипи, не подведи, аминь!

Я включила старенькую магнитолу. В салоне заиграла такая же древняя песня Рика Эстли[2]. Мама постоянно ее слушает в машине.

Под нее наши с Ромкой родители впервые увидели друг друга на танцах. Теперь это их песня, и у нас она ассоциируется исключительно с ними. С домашним уютом и счастьем. Интересно, а есть на свете композиция, которая у кого-то ассоциируется со мной? Признаюсь себе, что все-таки хочется, чтобы у меня с кем-то была «наша песня». Которую бы мы, например, включили на нашей свадьбе… И желательно, чтобы это была не «Лада»-седан. Она должна быть медленной, красивой, со смыслом и чтобы мурашки по коже…

Я отогнала от себя эти глупые романтичные мысли. Я о какой-то чепухе думаю. Так и расклеиться недолго. А ведь мне нужно настраивать себя на боевой лад. Ведь я, можно сказать, объявила Артему настоящую войну. И наношу удар за ударом…

Что ж, мой воинственный настрой стал сдуваться в первой же пробке. Сейчас этот Заяц, как назло, придет вовремя, не дождется меня – и все насмарку. Или же я тороплюсь изо всех сил, гоня свое чудовище на мигающий сигнал светофора, а Тема проигнорирует мое послание и вообще не придет. Такое ведь уже было.

Подъезжая к назначенному месту, я издалека увидела Артема. Надо же! Вовремя пришел! Сегодня он был как-то по-особенному хорош. В голубой рубашке с закатанными по локоть рукавами, небрежно растрепанные волосы. Я даже засмотрелась на Зайца и не сразу нашла парковочное место. Так. Сюда вроде мое чудовище должно поместиться. Я долго парковалась, проклиная вслух все на свете. Наконец выбралась из своей старой громадины, закрыла машину и посеменила к Артему. Тот стоял с уже привычной мне ехидной ухмылочкой.

– Твоя машина… – начал он.

– Не говори мне ничего по поводу этого железного монстра! Я все знаю! – огрызнулась я.

– Как пожелаешь! – тут же откликнулся Заяц.

– Премного благодарна! – процедила я сквозь зубы.

Артем с подозрением смотрел на меня. Я чувствовала, что краснею.

– Значит, так! – начала я. – Сейчас свернем вот здесь, пройдем пару метров и будет большое красивое здание…

– Я знаю, что за большое красивое здание!

– Знаешь? – прикинулась дурочкой я.

– Ромашкина, у нас всего лишь второе свидание…

– Какое еще свидание, Заяц, ополоумел?

– И ты уже второй раз хочешь меня угробить…

– Угробить? – опять промямлила я.

– Если ты думала, что я такой тупой и не знаю, что здесь недалеко находится библиотека, то спешу тебя разочаровать!

Заяц достал из кармана брюк читательский билет и потряс им перед моим носом.

Если честно, я очень надеялась, что Артем не в курсе, где библиотека… Зачем хоккеисту такая информация? А у него даже читательский есть. Проклятие!

– Ладно, пошли! – притворно вздохнул Тема, беря меня под руку. И вот мы зашагали в сторону библиотеки.

– Это хорошо, что у меня нет аллергии на книжную пыль… – между делом заметил Тема.

– Как это нет? – возмутилась я.

– Вот так! – Заяц хитро посмотрел на меня сверху вниз.

– Зачем ты меня обманул? – растерялась я.

– Хотел посмотреть, насколько ты бессовестна и безжалостна, Ромашка. Ты, конечно, та еще стерва.

Я закашлялась, пытаясь вновь скрыть смущение.

– К тому же у меня есть одна фантазия… Всегда хотел попробовать заняться этим в библиотеке! – горячо прошептал он мне в ухо.

– Заяц! Ты совсем дурной, что ли? – завопила я. Пара прохожих с любопытством глянули на нас.

– Успокойся, Ромашкина! Я ж не говорю, что с тобой… Так. Разведать обстановку.

Артем потянул тяжелую дверь библиотеки, я гордо проскользнула внутрь первой. Просто поверить не могу, что этот ушастый проходимец вновь обвел меня вокруг пальца и выставил настоящей дурой! Хотя какой дурой я могу быть на самом деле? Игрушечной, что ли… Я ведь и правда хотела, чтобы Заяц вновь разревелся на моих глазах…

Я оформила книги, которые нужны мне были для теории. Мы прошли с Артемом в читальный зал и расположились за единственным свободным столом у окна.

– В последний раз был в библиотеке в детстве, когда в доме модема еще не было… Задали готовить какой-то реферат по природоведению, – сообщил мне шепотом Артем.

– А читательский у тебя откуда? – удивилась я.

– Вообще-то в нашем университете всем его на первом курсе оформляют! – пожал плечами Заяц.

Точно! Почему я это не учла? Я ведь сама этим, как староста, занималась… Голова садовая.

– Все равно в Интернете многого не найдешь! – с умным видом сообщила я. – Только не говори, что ты всю теорию с Википедии сдул! Такое декан не примет!

– У меня дома достаточно книг на эту тему! – заверил меня Заяц. Точно, у него же папа физик, как у Алки… Рита, что с тобой? Соберись!

– Давай показывай, что ты там настрочил! – буркнула я.

Артем с готовностью протянул мне свои записи. Я принялась читать. Так, недурно. Очень даже недурно. Мы сидели, склонившись над одной тетрадью, которая лежала посреди стола. Только я вчиталась в теорию, как Заяц вновь подал голос:

– Я тут еще задачи некоторые решил…

– Задачи? – встрепенулась я.

– Ну да… парочку.

– Парочку? – опять эхом откликнулась я.

– Рита, тебе к врачу надо уши проверить. Зачем ты все переспрашиваешь?

– Просто поверить в это не могу! – пробормотала я. Заяц решил задачи. Задачи! Он решил, а я еще не решила! Ни одной! Какой удар по самолюбию! Проклятый двоечник!

– Что с твоим лицом? – опять спросил Тема, разглядывая меня.

– А что с ним? – сухо поинтересовалась я.

– Ты будто сейчас эту парту от досады перевернешь! – доверительно сообщил мне Тема.

– Давай сюда свои задачи! – резко протянула я руку.

Так, здесь все верно… И здесь. И здесь.

– Ты это сам решил? – усомнилась я.

– Физика – единственный предмет, который был интересен мне в школе! – ответил с вызовом Артем. – Гены, знаешь ли…

– Я думала, ты любил физкультуру! – пробормотала я, продолжая разглядывать решения задач. – Метание мяча там, прыжки через козла…

– Ага, мостик, березка… – подсказал мне с издевкой Тема. – Как ты поняла, что это мое любимое?

– А? – рассеянно переспросила я, отрывая глаза от конспектов и внимательно глядя на Артема.

– Ну как там? – кивнул Заяц на свою тетрадь.

– Ты, оказывается, не такой уж и тупой! – нехотя признала я.

Артем насмешливо смотрел на меня.

– А ты, оказывается, не такая уж и страшная! – произнес он.

Обменявшись сомнительными комплиментами, мы молча склонились над раскрытыми тетрадями. Я принялась выписывать из взятых книг нужную для теории информацию, а Заяц строчил кому-то сообщение в мессенджере. Если честно, я была в отчаянии. Не так я себе представляла сегодняшний день и нашу совместную работу в целом. Да, Артем практически не посещает занятия, но при этом в проекте он продвинулся куда дальше, чем я. Я в отстающих! С ума сойти! Остановите Землю… И как теперь от него отделаться, что сказать Алке? Артем и повода усомниться в его компетентности не дает! А сегодня я даже увидела его другим. И это я сейчас не о рубашке, которая, будем честны, очень ему шла… Я так рассердилась на себя и на Зайца за свои дурацкие мысли, что внезапно с силой толкнула плечом Тему.

– Ромашкина, ты чего? – тут же оторвался от телефона Артем.

– Я Ромашина! – зашипела я. – Подвинься! Расставил тут свои локти… Как куриные крылья!

– Какая муха тебя укусила? – растерялся Заяц, на всякий случай убирая руки со стола.

– Расселся, барин! – проворчала я. Заяц занимал большую половину деревянной скамейки, на которой мы сидели. Но оно и понятно, мои габариты значительно уступали его. Зачем мне столько места? Но меня уже было не остановить.

– Двигайся давай! – Я начала елозить по скамейке, бедрами выталкивая Артема.

– Тебе точно нужно к врачу. И не только уши проверить, но и голову! – шепотом ответил Заяц, тем не менее не уступая мне.

– Себе голову проверь, умник! – пыхтела я.

На нас уже оглядывались некоторые читатели.

– Молодые люди, нельзя ли потише? – хмуро поинтересовался седовласый мужчина, который сидел за соседним столом. За нами, поверх многочисленных голов, наблюдал библиотекарь.

– Извините, пожалуйста! – смущенно пискнула я.

– Ты совсем не умеешь вести себя в обществе, дикарка! – прошептал мне на ухо Заяц, придвинувшись ближе.

Я не выдержала и теперь со всей дури ткнула ему локтем под дых.

– Ромашкина, твою ж мать! – взвыл Артем.

В общем, из читального зала нас благополучно выставили.

Из библиотеки я выходила мрачнее тучи. Впервые я оказалась в такой нелепой ситуации, еще и подорвала свою безупречную читательскую репутацию. Где мне теперь книжки брать, чтобы проект закончить? У меня нет дома папы-физика. У нас на книжных полках одни словари да Ромкины журналы… с автомобилями, полураздетыми женщинами и мужчинами в дорогих костюмах.

– Поверить не могу! – сокрушалась я, спускаясь с высокого крыльца. – Какой позор!

– Это еще не самое страшное, что с тобой могло случиться! – довольным тоном сообщил мне Артем.

– Ты о чем? – насторожилась я, попутно высматривая свою машину. О чем, о чем… понятно все!

– Чудовище угнали! – завопила я. – Мое железное чудовище! Мне мерещится или его нигде нет?

Я жадно всматривалась в парковочные места.

– Кому нужна твоя развалюха, – пожал плечами Заяц. – Помимо электродинамики тебе не помешало бы правила дорожного движения выучить. Или приобрести очки.

Я непонимающе уставилась на одногруппника.

– Рита, тебе о чем-нибудь говорит словосочетание «дорожный знак»? – как слаборазвитой начал мне объяснять Артем.

– Знак? Тут знак? – всполошилась я. – Где?

– Только слепой его не увидит… – махнул рукой в сторону дорожного знака Артем.

– И ты его еще тогда видел? – с подозрением поинтересовалась я. Так боялась опоздать, что не обратила внимания на самое важное…

– Естественно!

– И ничего мне сказал? – взорвалась я.

– Я уже как-то тебе сообщил, что у меня аллергия на книжную пыль. И к чему это привело? – спросил Заяц.

Стоит такой деловой, руки в карманах… Ух, хочется его поколотить прямо здесь, на улице! Всю дурь из него выбить!

– К тому же, – невозмутимо продолжил вещать Артем, – я хотел сказать, что твоя машина стоит в неположенном месте, но ты запретила мне что-либо о ней говорить. Так что…

– Тяк фто… – передразнила я Зайца. Ужасный, просто ужасный день! Родители меня убьют!

– Где документы на машину? – поинтересовался Тема.

– Внутри! В бардачке! – проворчала я, отыскивая в сумке телефон. Нужно позвонить папе или Ромке, одна я с этим кошмаром не справлюсь.

– Тогда тебе нужно сначала на штрафстоянку! – «обрадовал» меня Заяц. – А уж потом в ГИБДД. Могу подбросить?

Я сощурилась:

– А ты где припарковался?

– Вон там, за углом! – указал Тема. – В разрешенном месте.

Пока мы шли до машины Артема, я ворчала:

– И все-таки, если б ты меня сразу предупредил, это бы, знаешь, очень облегчило мою жизнь!

– Разве это в моих интересах – облегчать твою жизнь? – резонно спросил Заяц.

– Ты прав! В твоих интересах ее отягчать! – проворчала я.

– Так же как и в твоих планах отягчать мою!

Мы с Артемом как-то по-заговорщически переглянулись. Разглядев крутую машину одногруппника, я крякнула от зависти. Наше с мамой железное чудище, конечно, ни в какое сравнение не идет…

– Ты чего застопорилась? – оглянулся Артем.

– Тоже хочу такую машину! – честно сказала я.

– Ты не первая девчонка, которая это мне говорит! – засмеялся Тема.

Мне стало неприятно. Зачем он сравнивает меня с какими-то другими девчонками? Которые наверняка имели виды не только на машину, но и на самого Артема. Мне же Заяц вообще не сдался.

Внедорожник долго простоял на солнце, поэтому, когда мы сели внутрь, Тема сразу включил кондиционер. Я стянула клетчатый пиджак. Осторожно погладив рукой кожаное сиденье автомобиля, вздохнула. Эх, мечта! Папа мне свою машину никогда не даст, только Ромке… Ух, дискриминация по половому признаку!

Заяц негромко включил музыку, нацепил солнечные очки, пристегнулся… Ну прямо мачо с небрежной трехдневной щетиной…

– Что ты так смотришь на меня? – поймал на себе мой взгляд Заяц.

– Что? – очнулась я от своих мыслей. – Как я смотрю на тебя? Нужен ты мне сто лет в обед…

Я, чтобы скрыть смущение, тоже схватилась за ремень безопасности. Странно, меня не покидало ощущение, что где-то я эту машину уже видела… Тут же поделилась своими соображениями с Артемом.

– Похвально, что ты разбираешься в автомобильных марках и такая машина тебе знакома! – ответил мне Тема, выруливая с парковки. Кажется, он не придал моим словам никакого значения…

Машина неслась плавно, как по маслу. И стерео в тачке что надо. Я всю дорогу любовно оглядывала салон и мечтала, что когда-нибудь и я смогу позволить себе купить такую машину.

На одном из светофоров Заяц, будь неладен, опять успел построить глазки какой-то златовласке на красной иномарке. Они переглядывались, улыбались друг другу. Я старалась не таращиться на эти перемигивания, но все-таки не удержалась и покосилась в сторону Зайца. В этот момент девушка с любопытством кивнула в мою сторону, мол, а это кто? А Артем пренебрежительно махнул рукой. Мол, и внимания обращать не стоит. Я рассердилась. Второй раз этот гад ставит меня в неудобное положение таким образом!

– За дорогой следи! – гаркнула я.

– Что? – нехотя оторвался от незнакомки Заяц. – Ромашкина, так пробка же…

– Убавь кондиционер – холодно! – сердито приказала я. Тема, выполнив мою просьбу, уже собирался вновь обратить свое внимание на девушку в красной иномарке, как я продолжила:

– Терпеть не могу эту песню! Ты слышал слова? Бред! Переключи! А что так громко? Ты глухой, что ли? Я думала, что зайцы обладают острым слухом!..

– Я смотрю, кто-то обладает острым языком! – проворчал Артем, упустив незнакомку. Мы наконец тронулись на зеленый. – Забавно, но я не припомню, чтобы со мной так девушки беседовали…

– Привыкай! – буркнула я. Даже не сомневаюсь, что остальные перед ним лебезят: «Ах, Темочка, ах, Зайчик!»

– Почему ты так со мной разговариваешь? – поинтересовался Тема, глядя на дорогу.

– Потому что я не стремлюсь тебе понравиться! – пожала я плечами. Если честно, в моих планах окончательно Зайцу разонравиться, чтоб он уже отказался от нашего партнерства.

– Ой, я и не напрашиваюсь! – рассмеялся Заяц. – Мне просто теперь стало интересно, как ты общаешься с другими парнями. Не представляю себе флиртующую Маргариту Ромашину.

Надо же. Он не исковеркал мою фамилию.

– Я – флиртую? – Я громко расхохоталась на весь салон. – Нет, Заяц, это не моя история! Мой девиз: меньше пудры, меньше краски, меньше строй мальчишкам глазки; больше гордости, ума, ты понравишься сама!

И я многозначительно постучала двумя пальцами себе по лбу.

– У‑у, женский мозг! Как возбуждает! – Артем в ответ так же легонько постучал костяшками пальцев по моей макушке. Вышло немного обидно.

Мы подъезжали к штрафстоянке, когда на телефон пришло сообщение.

– Брат написал! – сообщила я зачем-то Теме. – Он уже приехал.

– Я тебя высажу, не доезжая до стоянки? – поинтересовался Заяц. – Иначе там дальше развернуться негде будет…

– Да, конечно! – закивала я. Забавное дело, но Артем вроде как вновь мне помог. Если не брать во внимание факт, что он промолчал по поводу дорожного знака… Но по моей «просьбе» же. Наверное, если б я увидела, как эвакуатор увез красавца Темы, я бы со злорадным смехом прошла мимо него к своему железному чудовищу.

Заспанный Ромка ждал меня у ворот штрафстоянки.

– Папа тебя послал? – криво улыбнулась я брату.

– Ты ведь знаешь, что я вчера поздно вернулся домой и очень хотел днем выспаться! – проворчал Рома.

– Если думаешь, что я подстроила это ради того, чтобы ты не смог вдоволь лицо о подушку помять, то спешу тебя огорчить. У тебя, братец, мания величия!

– У тебя, сестрица, слабоумие! – огрызнулся Ромка. – Ты на знаки совсем не смотришь?

Лучше б папа сам приехал. Весь день теперь этот бубнеж слушать…

– А кто тебя подвез? – заинтересовался брат. – А то я не видел… Или ты на такси?

– Одногруппник! – отмахнулась я. – Мы до этого ходили в библиотеку, а потом он любезно согласился меня подбросить до стоянки…

– В библиотеку? – покосился на меня Ромка. – Похоже, такой же псих, как и ты! Ненормальный!

– Ты даже не представляешь себе, насколько! – засмеялась в ответ я.

Глава восьмая

Алла ковыряла вилкой яичницу и периодически тяжело вздыхала. Кусок в горло не лез. Вторник наступил чересчур быстро. Как жаль, что его нельзя просто вычеркнуть из календаря.

– Дочь, кофе уже холодный! – поторопила Аллу Татьяна Георгиевна.

– Да, мам! – вяло отозвалась девушка, хватаясь за чашку.

– Ты не заболела у меня? – Татьяна Георгиевна потрогала лоб дочери. – Температуры нет. А почему такая недовольная? В университете неприятности?

Алла покачала головой:

– Нет, там все в порядке… пока что.

– С парнем поссорилась? – продолжила допрос Татьяна Георгиевна.

«Ага! Поссорилась… Прибить готова!» – подумала со злостью Алла.

– Мам, у меня сейчас нет никакого парня!

– Если ты из-за этого грустишь, – расценила ответ по-своему Татьяна Георгиевна, – то это вообще ерунда! Посмотри за окно, Алла! Как ласково уже греет солнышко, как птички поют… Деревья практически все зеленые уже. Самая пора – влюбиться!

Алла улыбнулась маме. А ведь правда: что грустить в такую погоду из-за всяких сумасшедших закомплексованных парней?.. Когда вокруг полно нормальных, красивых, адекватных. Тот же Заяц. Эх, и почему Рита отрицает очевидное, что он настоящий красавчик? Ну да… занятия прогуливает. А зачем ему вообще эти пары сдались? Он делает успехи в хоккее, если пробьется в лигу выше статусом – вообще забот не будет! К тому же из хорошей интеллигентной семьи… Вот бы ей попался Артем на распределении итоговых проектов. Вряд ли бы он наговорил Алле столько гадостей, как Владлен. А может, они бы и в кино сходили или в кафе… Ромашина даже не понимает, как ей повезло.

– Ну а после занятий идем на роликах кататься? – отвлекла от приятных мыслей Аллу Татьяна Георгиевна.

Девушка осторожно взглянула на маму, лицо которой при упоминании о тренировке сделалось мечтательным. А у Аллы даже во рту горько стало от этого вопроса.

– Идем, – сдержанно кивнула девушка.

– Надеюсь, сегодня Влад даст добро на тренировку в парке!

От упоминания о «Владе» Аллу передернуло.

– И я на это надеюсь, мам! – криво улыбнулась она.

– Тогда после пар я заеду за тобой в университет! Хорошо, что у меня отпуск, правда? – с этими словами Татьяна Георгиевна поднялась из-за стола и поцеловала дочь в макушку.

Как назло, погода сегодня и правда стояла чудесная. Так можно было хотя бы перенести сегодняшнее занятие на роликах. Поскорее бы этот кошмар закончился! Со стороны Алла казалась невозмутимой, язвительной девушкой, которая за словом в карман не полезет. На самом же деле ее очень легко было ранить, и Владлен был практически первым человеком, который на это решился. Просто раньше никому и в голову не приходило конфликтовать с Аллой. Свою слабость она скрывала за дерзостью, кокетством и чарующей улыбкой. А Владлен чарам Гехт, увы, не поддался.

Зайдя в аудиторию, Алла уже по привычке первым делом бросила взгляд на первую парту. Паршуков сидел на своем месте, что-то старательно записывая в тетрадь. И это на перемене! Точно, чудик. Алла глазами отыскала Риту и, пробираясь сквозь толпу своих шумных однокурсников, направилась к подруге.

– Привет! Как хорошо, что сегодня одни лекции! – поприветствовала она Риту, бросая вещи на стол. Ромашина также что-то увлеченно строчила.

– Это почему же хорошо? – не отрываясь от тетради, поинтересовалась Маргарита.

– Можно поспать. Если ты, конечно, не возражаешь! Я не выспалась, в Интернете всю ночь сидела… с таким парнем классным переписывалась! Из Австралии!

– Из Австралии? – удивилась Рита, быстро взглянув на подругу.

– Ага… я решила подтянуть свои знания по иностранному языку…

На самом деле Алла общалась с парнем, который когда-то учился в соседней школе. Но переписка с заморским кавалером… это звучало солиднее, что ли… Ромашина одобрительно кивнула и не стала приставать к Алле с расспросами.

– А ты что там так усиленно малюешь-то? – поинтересовалась Алла.

– Что-что, задачи решаю! – проворчала Рита.

Ромашина Алле за воскресенье и понедельник все уши прожужжала, что Заяц уже решил несколько задач.

– Если честно, у меня шарики за ролики заходят, а ответы не сходятся! – вздохнула устало Рита, откидываясь на спинку стула.

– Господи, так не решай! – воскликнула Алла, доставая из сумки толстый блокнот и несколько ручек с цветными чернилами.

– Как это не решай! Ты что, не слышала? Я тебе рассказывала, что Заяц уже начал!

– Это я и слышала! Раз триста уже! – рассердилась Алла. – Ты мне уже зомби напоминаешь со своими задачами! То, что задали практически на весь семестр, ты решила за два вечера сделать?

Рита отстраненно взглянула на подругу.

– Мне кажется, Артему вообще по барабану, сколько ты там задач решила! – резонно заметила Алла. – Он даже не утруждает себя на пары ходить…

– Почему же? Сегодня Тема в универе… Вон он! Сидит за четвертой партой… Рядом с Денисовым!

Алла отыскала глазами Артема.

– Действительно, в универе! – хмыкнула она. – Только он дрыхнет! Вон, развалился за партой, натянув на голову капюшон! Пока ты тут пыхтишь!

Рита только отмахнулась. Аллу злость брала. Она-то еще ничегошеньки не решила и не написала… Впрочем, девушка всегда жила по принципу «Я подумаю об этом завтра».

«Я как Скарлетт О’Хара», – утешала себя Алла, откладывая все на последний момент. «Ты просто ленивая задница!» – возражала Маргарита. Поначалу Алла спорила с Ромашиной на эту тему, но потом плюнула. Это у Риты одна общественная работа на уме. А у нее, Аллы, личная жизнь всегда кипит.

– Сегодня у тебя день икс? – отодвинула наконец от себя тетрадь Рита.

– Ты имеешь в виду тренировку с Паршуковым? – поморщилась Алла.

– Ага!

– Лучше не напоминай! – грустно вздохнула Алла. – Вон он сидит! Вытянулся по струнке… Лох обыкновенный! И самое интересное, что там, на роллердроме, он такой расслабленный… И со стороны кажется, что даже будто нормальный. Все пятнадцатилетки по нему с ума сходят! А самим собой он становится только при мне… Может, я напоминаю ему об универе, где он в принципе никто…

– Он наш староста! – поправила Аллу Рита.

– Ну, с ним же никто не общается! – скривилась Гехт.

– Слушай! – задумалась Рита. – А как определить, где Паршуков настоящий? Почему ты думаешь, что он там играет свою роль, а не здесь?

Алла замолчала.

– Вот-вот, Аллочка! – вздохнула Рита, сверля взглядом спину Артема. – Фиг сразу этих мальчишек разберешь… какие они на самом деле.

Заяц, будто почувствовал, как на него смотрит Рита, поднял голову от парты и обернулся к девушкам. Ромашина тут же показала одногруппнику язык, Заяц тихо рассмеялся и подмигнул.

– Это он тебе? – рассеянно поинтересовалась Алла, думая о Паршукове.

– А кому еще? – откликнулась Рита. – Мигает еще сидит… светофор недоделанный!

Все занятия Алла непроизвольно смотрела в спину Паршукова. Но тот, как обычно, ни разу к ней не обернулся.

* * *

К вечеру погода начала портиться.

– Посмотри, какие тучи! – не могла сдержать улыбку Алла.

Татьяна Георгиевна невозмутимо вела машину.

– Если пойдет дождь, останемся заниматься на крытом роллердроме, вот и все! – ответила она.

«Черт, мама – ты непоколебима!» – с раздражением подумала Алла. Сдались ей эти ролики… Лучше бы они вместе записались в кружок, где учат крестиком вышивать. Нервы бы точно были целее.

Когда Алла вышла из машины, ее юбку подхватил прохладный весенний ветер. Девушка увидела, как на крыльце школы стоит Владлен в компании двух девчонок. Алла обратила внимание, что одногруппник смылся с последней пары пораньше. Теперь стоит тут лясы точит с ученицами, смеется… За весь день глаза успел намозолить. Алла с раздражением захлопнула дверь маминой машины. Вышло слишком громко.

– Алла! – воскликнула мама.

– Извини! – буркнула девушка и пошла вслед за Татьяной Георгиевной к школе.

Когда они поднялись на крыльцо, Владлен схватил Аллу за рукав короткого плаща.

– Переодевайся, я жду тебя здесь! – коротко бросил он. Его спутницы во все глаза осматривали Аллу. Та, в свою очередь, со злорадством отметила, что две эти замухрышки ей и в подметки не годятся.

– Куда мы поедем? – хмуро спросила Алла. Татьяна Георгиевна уже скрылась за дверью.

– В парк! – невозмутимо ответил Владлен.

– Ты уверен, что я справлюсь? – усомнилась Алла, глядя на пасмурное небо. – Я еще не очень хорошо катаюсь, к тому же ветер сегодня такой…

Одна из девушек хихикнула, но Алла так воинственно на нее глянула, что та сразу примолкла. Наверняка эти девчонки видели в зале, насколько Алле плохо дается катание на роликах…

– Уверен! – ответил Владлен и отвернулся, давая понять, что спорить на эту тему он не собирается. Алла тяжело вздохнула и пошла переодеваться. Если в прошлый раз она хотела оказаться на месте мамы и отправиться кататься в парк, то сегодня она этой поездки опасалась. Какое-то дурное предчувствие не покидало девушку. А может, общество Паршукова так на нее влияет… В любом случае поцеловаться с асфальтом страшнее, чем с прорезиненным полом. А если они попадут под дождь и порывистый ветер?

Татьяна Георгиевна несколько удивилась, когда узнала, что дочь и ее инструктор Влад отправляются в парк.

– Эдуард боится, что начнется ливень! – сообщила она Алле. – Поэтому мы сегодня остаемся заниматься в зале!

– Так а я о чем? – с нескрываемым раздражением воскликнула Алла. – Говорю ж, этот Влад дурной какой-то! Помоги застегнуть шлем, что-то не получается…

– Ну-у, все-таки Влад – инструктор! Ему виднее! – ответила Татьяна Георгиевна, подъезжая на роликах к Алле, – Может, это его методика? Третье занятие проводить в парке!

– Может, и так! – буркнула Алла, осторожно отталкиваясь от двери. – Ладно, я поехала! Поминай как звали, мама!

– Ну ты и болтунья, Аллочка! – махнула ей вслед Татьяна Георгиевна.

«Ладно-ладно, вот расшибусь, будете все знать!» – со злорадством подумала Алла. К черту этот экстрим!

Владлен помог Алле спуститься с крыльца.

– Давай дальше сама! – великодушно разрешил Владлен. – До дороги…

– Как? Уже? – растерялась Алла. Асфальт после роллердрома казался таким неровным и опасным…

– Уже! Ты научилась в зале правильно переносить свой вес с одной ноги на другую, так в чем же дело?

– Ты уверен, что я научилась? – вновь усомнилась в своих силах Алла.

– Что ты заладила: «Ты уверен, ты уверен?». Уверен! – с раздражением ответил Владлен. – Ты сама в себя не веришь! С таким настроем ничего из тебя не получится…

– Но я ведь даже тормозить не умею нормально! – накинулась на инструктора Алла.

– Я буду тебя держать за руку! А в парке отработаем сегодня еще раз, как правильно тормозить! – пояснил Владлен. – Но хотя бы до дороги ты сможешь доехать?

Парк находился через дорогу от роллер-школы. Алла кое-как проехала самостоятельно несколько метров и аккуратно затормозила. Все-таки эти торможения давались ей непросто.

– Вот! – ехал рядом Владлен. – Выдвинь правую ногу вперед и приподними на себя носок… ну же!

– Через дорогу я одна не поеду! – жалобно отозвалась Алла. – Влад, я боюсь!

Парень протянул руку. Вдвоем они быстро пересекли широкий пешеходный переход и, по-прежнему крепко держась за руки, отправились в сторону уже зеленого большого парка. Наверное, со стороны они могли сойти за влюбленную пару, если б не ехали молча, с напряженными лицами. Особенно Алла. Она быстро семенила ногами, гремела роликами, шлем съехал на глаза…

– Что хорошего в этих роликах? – проворчала она еле слышно, но Владлен расслышал ее риторический вопрос.

– Укрепляются практически все мышцы! – ответил парень. – Повышается выносливость сердечно-сосудистой и дыхательной систем… К тому же ты просто получаешь кайф от езды! Посмотри вокруг!

Но Алла смотрела исключительно себе под ноги и никакого кайфа не получала.

В парке, несмотря на пасмурную погоду и будний день, было много народа.

– Господи, да он кишит людьми! – ужаснулась Алла, подняв глаза от асфальта. – Я сейчас собью какого-нибудь ребенка!

– Расслабься, не накручивай себя! – приказал ей Паршуков.

Они выкатились на асфальтированную аллею парка, предназначенную для роллеров. Алла осмелилась посмотреть по сторонам. И правда, хорошо тут. Из-за сосен была видна небольшая река, на которой проводили тренировку байдарочники. Хвойный прохладный воздух кружил голову. Эх, еще бы солнышка! Где-то далеко громыхнуло.

Владлен легко скользил рядом, спрятав одну руку за спину. Парень думал о чем-то своем, Алла боялась начать разговор. Боялась, что вот он сейчас опять ее высмеет, она не сдержится, заплачет… Интересно, о чем он думает? Вряд ли о ней. Лицо уж какое-то больно блаженное.

– Ты еще не приступал к проекту? – набравшись смелости, поинтересовалась наконец Алла.

– Нет, – получила девушка односложный ответ.

Хм, немногословно. Что ж, если он не хочет с ней разговаривать, она не будет навязываться. Ей неплохо и в тишине кататься. Над головой вскрикнула какая-то птица.

– А ты? – немного погодя спросил Владлен.

Алла вздрогнула. Она даже не ожидала, что парень о чем-то ее спросит…

– Тоже пока не приступала, – неожиданно криво улыбнулась Алла. – Как-то все не до этого.

Алла ожидала, что Владлен опять начнет говорить с издевкой, мол, что тебе, Гехт, не до этого? На свидания то и дело бегаешь? Или все время в фейсбуке[3] сидишь? Но Паршуков промолчал. Странный он сегодня какой-то. Может, на него так свежий воздух влияет? Едет плавно, с гордо поднятой головой, волосы прикольно так развеваются. Себе на уме парень. Никто с ним не дружит, а он задается чего-то…

А вот для Аллы мнение других людей многое значит. Она непроизвольно ищет у остальных одобрения. Даже перед Владленом робеет, хотя какое ей может быть дело до мнения человека, который к ней с таким пренебрежением относится?..

Мимо быстро проехала на роликах какая-то парочка, похоже, влюбленных, крепко держащихся за руки. Рыжая девушка звонко смеялась, что-то оживленно рассказывая своему светловолосому парню. Алла непроизвольно съежилась. Почему у нее не получается катиться так легко и грациозно?

– Что я делаю не так? – рассердилась она.

– Ты слишком быстро переставляешь ноги, делаешь маленький шаг, оттого спотыкаешься… Расслабься!

Легко сказать! Алла уже запыхалась! Они заехали в глубь парка. Алла решила передохнуть и притормозила у сырого пня.

– Фу, не могу больше! Устала!

Владлен остановился неподалеку. Он стоял, облокотившись о высокую сосну и смотрел под ноги. Алла внимательно разглядывала профиль одногруппника. Кажется, впервые за три года, что они учатся вместе, она так открыто смотрит на Владлена. А он даже симпатичный. Ему бы прикид поменять. И характер. Уж больно своенравный молодой человек, категоричный.

– Что ты уставилась на меня? – грубо спросил Владлен, пытаясь скрыть смущение.

– А что? Нельзя? – растерялась Алла. Опять его недовольный надменный тон. До этого девушке казалось, что они начинают нормально общаться. Невозможный человек! Слишком переменчиво у него настроение.

– Нельзя! – отрезал Паршуков.

Алла пожала плечами. Она оттолкнулась от пня, хотела проехать немного дальше, но тут ей под ноги попала ветка, девушка запнулась и полетела в сторону сосны, чудом в нее не врезавшись. Владлен даже не пошевелился. Алла обняла шершавый ствол дерева, с которым мгновение назад едва не поцеловалась.

«Какое позорище! Будь все проклято!» – ужаснулась про себя Алла.

– Почему ты не смеешься надо мной? – сухо поинтересовалась девушка. Именно такой реакции она ожидала от Владлена.

– Поверь, я и не такое видел от своих учеников, – спокойно ответил парень.

Как же он общается с остальными учениками? Этот вопрос мучил Аллу. Там, на крыльце, эти две девчонки смеялись над его шутками? Серьезно? Он умеет шутить? Алле не верилось.

– Можно вопрос? – не выдержала девушка. – А ты только со мной такой колючка? Или это в принципе у тебя такая манера общения? Рита говорила, что в жизни ты адекватный парень… Но когда мы остаемся один на один, то, извини, верится в это с трудом…

– Извиняю тебя! – прервал ее Паршуков. – Ты отдохнула? Время не резиновое. Через полчаса у меня новый ученик. А ты все стоишь, прохлаждаешься… С деревьями обнимаешься!

Парень первым вновь выехал на асфальтированную дорожку. Алла вспыхнула:

– А может, я люблю это самое… пообниматься! В этом ты меня все время обвиняешь?

«Господи, Гехт, что ты несешь?» – ужаснулась самой себе Алла. Владлен Паршуков оказывал на нее какое-то магическое действие. Говорить и делать глупости рядом с ним выходило чаще, чем обычно.

– В этом я не сомневался! – как-то странно усмехнулся Владлен.

Алла сжала кулаки. Настроение ее было подобно пасмурному небу над головой. Здесь, в лесу, Алла уже потерялась. И где они вообще? Эх, умела б она хорошо кататься, сейчас бы укатила куда глаза глядят от этого зазнайки…

После такого диалога девушке не хотелось брать Владлена за руку. Она гордо проехала мимо замешкавшегося Паршукова.

– Эй, ты знаешь дорогу? – окликнул ее парень.

– «Эй» своим малолетним подружкам будешь говорить! – фыркнула Алла, продолжая набирать скорость. Владлен поехал за ней.

– Алла, я не шучу! Тут недалеко начинается трасса, ты плохо тормозишь! Дай сюда руку!

«Ха! Я что, трассу не замечу?» – со злорадством подумала Алла.

– И не подумаю подать свою руку такому… как ты! – выпалила девушка, продолжая разгоняться. Аллея была очень ровной и просторной. Одно удовольствие ехать по такой классной дороге. Алле показалось, что теперь у нее отлично все получается. Все дело в Паршукове! Ну конечно! Это из-за него она была так зажата и боялась все сделать неправильно! А одна она едет очень резво… Если не быстро. Алла даже расправила руки.

– Йу-ху! – крикнула девушка. – Я лечу-у‑у!

– Конечно, ты летишь, ненормальная! – услышала она сзади голос Владлена. – Тут крутой склон!

Только теперь Алла обратила внимание на то, что она действительно катится с горки. Причем с огромной скоростью. Боковым зрением девушка успела отметить, как быстро мелькают ветки, мимо которых она проезжает… Шлем опять съехал на глаза, от напряжения на лбу выступил пот. Та-ак, а как тормозить-то на такой скорости? Аллу охватила паника.

– Влад! – пискнула она. – Как мне остановиться?

Паршуков не отзывался. Где он? Он хотя бы едет за ней? Похоже, отстал… Алла ехала все быстрее и быстрее. Может, просто сгруппироваться и упасть? Но она не умеет группироваться! Мамочки! Так и шею можно сломать…

Алла не ожидала, что трасса окажется перед ней так скоро. Сердце бешено стучало, казалось – еще немного, и оно выпрыгнет из груди. Девушка с визгом, на полусогнутых ногах выехала на дорогу. Откуда-то справа раздался беспрерывный сигнал автомобильного клаксона. От ужаса заложило уши. Резкий толчок. И вот изнеможенная Алла в крепких объятиях Владлена. Парень с девушкой повалились на пыльную обочину. Алла трясущимися руками схватилась за рубашку своего спасителя. От пережитого было трудно дышать.

– Влад, Влад! – повторяла Алла дрожащим голосом. – Как страшно! Влад!

Владлен все так же крепко прижимал к себе Аллу и молчал. Девушка зашлась в беззвучном плаче. Кажется, этот день она не забудет никогда. Паршуков время от времени осторожно проводил рукой по вздрагивающей спине Аллы. Мимо с шумом проезжали машины. Многие водители с интересом смотрели на парочку, которая сидела в обнимку на грязной обочине…

Алла, немного успокоившись, решилась взглянуть на Владлена.

– Влад, я… – начала она пересохшими губами. – Я даже не знаю, как выразить свою благодарность… Ты ведь мог сам погибнуть, спасая меня. Ты рисковал своей жизнью…

Тут Алла заметила, что в глазах парня стоят слезы.

– Владлен, ты плачешь? – прошептала Алла.

– Я не мог допустить, чтобы ты погибла, – также шепотом ответил ей Паршуков.

С неба упали первые крупные капли. Алле хотелось, чтобы они смыли все воспоминания, недомолвки, споры, слезы. Казалось, что с наступлением дождя забудется все плохое. И начнется хорошее.

* * *

Ура! Я решила добрую половину задач. Да, кто о чем, а Ромашина об уроках. Я сидела за кухонным столом, слушая музыку в наушниках и попивая любимый домашний компот. Ну что, Заяц… Теперь я впереди! Гены у него, видите ли. Задачки по физике он любит решать.

На кухню зашла мама. Она что-то говорила мне, беззвучно шевеля ртом. Я стянула наушники.

– Господи, Рита, первый час ночи! Ты целый вечер за учебниками! У тебя глаза краснющие… – услышала я.

– Ага, мам, иду! – довольно заявила я.

Дело в том, что я наконец пришла к окончательному решению. Даже уже договорилась с Зайцем о встрече, на которой продемонстрирую ему свою выполненную работу. Когда я глядела сегодня на парах на потерянную Алку, у меня сердце кровью обливалось. Знатно же ее Паршуков достал. Именно поэтому я завтра разорву с Артемом партнерское соглашение. Разумеется, для начала похвастаюсь задачами, а уж потом распрощаюсь. В принципе, я бы и дальше могла изводить Зайца, и в конце концов он бы все-таки решил избавиться от общения со мной. Но время не терпит… Ну не могу я из-за подруги тянуть с этим делом. Бросить Аллочку одну выполнять задачи? Ладно, ради дружбы рискну своей оценкой… Отступать дальше некуда.

– А ты чего такая счастливая? – удивилась мама, провожая меня в комнату.

– Я у тебя, мама, очень благородный человек! – сообщила я ей.

– Рита, обычно так не выпячивают… свое благородство! – покачала головой мама.

– Ну, это обычно. А я – необычный человек! – не отставала я.

– Наш Ромка прав, иногда тебя заносит! – засмеялась мама. – Интересно, найдется на свете такой человек, который даст тебе по кумполу… Немножко усмирит твой пыл.

– Не надо мне ни по какому кумполу! – обиделась я. – Это пусть ваш Ромка по нему получает. Заносит меня, видите ли…

Мама тихо рассмеялась:

– Спокойной ночи, Рита! Мой благородный и очень скромный человек!

Я зашла в свою комнату, вывалила учебники на тумбочку и легла в постель. Позвонить Алке? Обрадовать ее, что теперь мы будем работать в паре? Кстати, странно, что она мне весь вечер не звонит. Как там, интересно, у нее очередная тренировка прошла? В выходные обзывалась, когда я трубку не брала, так ее распирало пожаловаться на Паршукова. А тут ни слуху ни духу.

Я схватила телефон. Аллочка точно не спит еще в это время. Подруга не сразу взяла трубку.

– Алл, привет! – негромко сказала я. – Какие новости?

– Привет, Ритик… Да так. Есть кое-какие… – отозвалась Алла каким-то потерянным голосом.

– Ладно, все новости потом! Слушай, я приняла решение уйти от Артема! Теперь мы сможем работать над проектом вместе!

– Спасибо, Рит, но не надо… идти на такие жертвы!

– Да какие там жертвы! – скромно отозвалась я. – Не дури!

– Нет, я серьезно! Оставайся пока в паре с Зайчиком.

– А как же ты? – растерялась я. – Ты же ненавидишь Паршукова?

Ответ подруги потряс меня до глубины души. Сопя в трубку, Алла тихо проговорила:

– Рит, я его, кажется, уже это… наоборот, люблю.

Глава девятая

– Чего-чего? – опешила я. – Не поняла… Ты Паршукова любишь?

Если честно, я чуть трубку не выронила из рук. И сама под кровать чуть не упала.

– Ну… – замялась на том конце провода Алка. – Может, и не люблю, конечно… Наверное, неправильно выразилась! Но то, что я смотрю теперь на него другими глазами, – совершенно точно.

Странная какая-то Алла. Она точно о нашем одногруппнике Владлене? Она ж его сначала знать не знала, а потом «прямо вот ненавидела»! Может, головой на своей тренировке ударилась?

– Слушай, – осторожно начала я. – А чего ты так мнение-то свое резко переменила? Он тебя на роликах по Парижу, что ли, прокатил?

– Не в этом дело! – глухо произнесла Алла. – Он мне, понимаешь, Рит, жизнь спас!

И Алла дрожащим голосом поведала мне о происшествии. Я охала, ахала, хваталась за сердце… Страшно представить себе, что ребята пережили.

– Потом Влад отвел меня к маминой машине, – продолжила свой рассказ Алла. – Мы были мокрые, грязные после дождя… Маме, конечно, не стали говорить, что произошло на самом деле. Я сказала, что свалилась в небольшую канаву…

Я молчала. Честно говоря, Алкин рассказ произвел на меня неизгладимое впечатление.

– А еще, Рит… – немного помолчав, добавила Алла. – По дороге до машины я чувствовала, что теперь в нашем общении все будет не так, как раньше… Хотя мы просто шли рядом и не говорили друг другу ни слова. Но прежнего напряжения я не чувствовала.

Алка вздохнула. Да уж, подружка у меня впечатлительная. Другими глазами она посмотрела на своего спасителя…

– Я про такое только в книжках читала! – призналась я.

– И я! – грустно засмеялась Алла. – Вот как мне теперь уснуть? Я только о произошедшем и думаю… Весь вечер проматываю в голове эти события.

– Да! Ты давай-ка спать ложись! – всполошилась я. – Такой день сумасшедший был…

– Угу… Ты-то решила свои задачи? – спросила меня Алла.

– Решила! В субботу с Темой в кафе встречаемся. Симпозиум устроим.

– У‑у, в кафе! Как интересно! – оживилась Алла.

– Да ну, что интересного… – поморщилась я.

– Это точно! – хмыкнула Алла. – С тобой ничего интересного.

– Ты на что это намекаешь? – насторожилась я.

– Такой парень ее в кафе пригласил, а она симпозиум собралась устраивать… Это, кстати, что такое?

– Алка, ты меня вывести из себя хочешь? – грозно спросила я.

– Я? – засмеялась Алла. – Чур меня! Все, Ритик, кладу трубку! Споки ноки!

Короткие гудки. Да уж, Алку не поймешь. Ну надо же! Влюбилась в Паршукова, говорит… Аллочка, конечно, особа ветреная, впечатлительная, но чтоб настолько…

Я закуталась в одеяло. А хорошо бы, наверное, тоже кого-нибудь полюбить. Надоело носить звание «гордой и независимой». Только где встретить его, принца своей мечты… Как Алла я не могу. Мне нужно узнать человека от и до. О любви с первого взгляда и речи быть не может. Такое у меня было только в далеком детстве, поэтому это даже не считается…

Через распахнутую форточку я слышала, как на улице веселится компания молодых людей. Кажется, и мой брат Ромка был среди них… По крайней мере мы с мамой знали, что иногда вечерами ребята собирались в нашем дворе.

«Отпусти меня! Ой, мамочки, щекотно!» – послышался девичий голос.

«Не отпущу! Никогда!»

«Все вы, парни, так говорите… а потом…»

Кажется, что весной любовь есть у каждого. Уже проваливаясь в сон, я думала об одном: почему-то ужасно хотелось кого-нибудь обнять.

* * *

В субботу после йоги я забежала домой забросить сумку с формой и принять душ. А потом уже в кафе на встречу с Зайцем. Опять на его морду самодовольную смотреть. Ну ничего, к этой встрече я полностью готова. Я выполнила большую часть задач, к тому же настроила себя морально. Больше ему меня из себя не вывести. Ловлю дзен.

– А ты куда это? – удивилась мама, глядя, как я сушу волосы феном у зеркала. К этому моменту я уже облачилась в джинсы и простую серую футболку. Вот еще, ради Зайца наряжаться…

– С одногруппником в кафе встречаюсь! – отозвалась я сквозь шум фена.

– М‑м, – протянула мама. – С Артемом?

– С Артемом! – буркнула я. Имя она от бабушки, конечно, узнала. Та наверняка маме расписала расчудесного Зайца во всей его красе.

Я собрала волосы в высокий хвост.

– А ты что, вот так пойдешь? – удивилась мама. – Даже не накрасишься?

– Не-а! – покачала я головой.

– Ты, конечно, у меня всегда красивая… – проговорила мама. – Но на свидание-то…

– Мам, ну какое свидание? – возмутилась я. – Мы по делу встречаемся! Задачи сверить…

В этот момент ключ в замке повернулся, и на пороге показался Ромка. С тренировки пришел, звезда наша.

– А Ритка куда собирается? – спросил он у мамы, игнорируя меня.

– Рита в кафе идет… с мальчиком! – почему-то шепотом сообщила мама Ромке.

– А‑а, – протянул брат, разуваясь. – А я думал, мусор выкидывать. Судя по прикиду…

– Хорошо твоя сестра выглядит! – покачала головой мама. – Зря ты так! Ненакрашенная? Так в моде естественность! Хотя джинсы бы эти я не надела, конечно… Платье бы. Или блузку.

– Ничего, что я тут с вами тоже стою? – рассердилась я, хватая с вешалки ветровку. – А ну двинься, историк моды Александр Васильев! Прикид ему мой не нравится…

Мы с Ромкой опять немного потолкались в прихожей, пока мне по голове не прилетела клюшка, которую брат прислонил к стене.

– А‑а‑а! – завопила я. – Мама, это он специально подстроил!

– Ага! – захохотал Рома. – На нашу спортсменку, комсомолку было совершено покушение!

– Мне интересно, я доживу до того времени, когда вы начнете нормально общаться? Как брат с сестрой…

– По-моему, брату с сестрой так и положено общаться! – продолжал веселиться Ромка.

– Да выпусти ты меня! – рассердилась я.

В общем, Ромка мне, как обычно, только настроение испортил. Что за человек такой? Всю жизнь его не трогаю, а он вечно меня задирает. В детстве постоянно до слез доводил. А сейчас просто… выбивает из колеи.

В кафе я пришла мрачнее тучи. Оглядев столики и не обнаружив ни за одним из них Зайца, я тяжело вздохнула. Интересно, сколько мне его ждать? Я разместилась у окна, заказала кофе и принялась разглядывать прохожих. Все куда-то неторопливо брели. Так и должна проходить суббота. Я же в спешке примчалась после йоги сюда, а потом мне нужно заскочить еще к бабуле и в магазин…

За мыслями о своих нескончаемых делах я и не заметила, как в кафе зашел Заяц. Да еще не один! Парень держал за руку высокую блондинку. Я глазам своим не верила! Он ничего не перепутал? У него должно быть свидание со мной… тьфу, какое свидание? То есть встреча! Симпозиум! А он эту каланчу с надменным выражением лица привел…

– Привет! – как ни в чем не бывало поздоровался со мной Заяц. А его спутница уже сверлила меня глазами. – Это Лика, это Рита, знакомьтесь!

– Очень приятно! – сдержанно произнесла я. Ничего не понимаю, зачем она тут?

– Ну! – ответила Лика, продолжая буравить меня взглядом. – И мне!

Я тоже осторожно оглядела блондинку. Вот так пялиться в открытую не стала. Неприлично это. Эффектная, конечно, барышня. Я непроизвольно опустила голову. Эх, надо было принарядиться! И разумеется, не ради Артема, а чтобы на фоне этой… с огромными наращенными ресницами не выглядеть такой серой мышкой.

Заяц плюхнулся на кожаный диванчик напротив меня. Его спутница аккуратно присела рядом.

– Здесь очень вкусные десерты! – сообщил Тема Лике. – Особенно рекомендую чизкейк… Ромашкина, ты себе что заказала?

– Кофе жду! – буркнула я.

– А где тут туалет? – спросила Лика у Артема. – Руки помыть…

– Уборная прямо до конца зала и налево! – ответил ей довольный Заяц. Ух, морда!

Когда Лика удалилась, Артем обратился ко мне:

– Надеюсь, ты не против, что я зашел с Ликой? Мы ведь недолго тут…

Я пожала плечами. Мол, конечно-конечно. Мне это совершенно безразлично…

– А то знаешь, она с бабушкой живет, которая с утра в собес ушла… Говорит, Артем, так скучно в субботу одной дома сидеть, своди куда-нибудь…

Я недоуменно уставилась на Тему.

– Ты сейчас угораешь, надеюсь? – сердито произнесла я.

– С чего мне угорать? – серьезно ответил Заяц, хотя я видела, как смеются его глаза. – Лика одна дома не любит сидеть… представляешь, вплоть до депрессии.

Так это он мне назло! Я задохнулась от возмущения.

– Ну, ты говнюк! – прошипела я.

Тема рассмеялся.

– Какие ты слова знаешь… странно для отличницы…

– Я еще и не такие знаю! – пригрозила я, принимая от официанта свой долгожданный капучино. – Впрочем, мне все равно!

Я невозмутимо отхлебнула горячий кофе.

– У меня нет аллергии на крашеных блондинок!

Артем с интересом смотрел на меня. Я от его пристального взгляда не знала, куда себя деть. Зачем он так таращится на меня?

– Что такое? – нахмурилась я. – Накраситься не успела…

– Честно говоря, не вижу особой разницы! – пожал плечами Артем.

Это правда. Сильно я никогда не красилась. В таком случае, для чего он меня так разглядывает? Я встретилась взглядами с Темой и на мгновение зажмурилась изо всех сил, а потом снова открыла глаза. Парень недоуменно посмотрел на меня.

– Не глазей на меня так! – не выдержала я.

– А что такое? Ты смущаешься? – засмеялся Заяц.

К нам за стол вернулась Лика. Я даже не ожидала, что буду так рада ее возвращению. Девушка тут же потянулась за меню.

– Чизкейк, говоришь, попробовать… – с улыбкой проговорила она.

Сделав заказ, Лика прильнула к Артему. Крепко обняв его за шею, она что-то прошептала парню на ухо. Заяц заулыбался. Что за ерунда? Они тут вообще-то не одни! Больше двух – говорите вслух! Хотя я сомневаюсь, что хотела бы знать, что она там ему прошептала. Эта его похотливая улыбочка. Бр-р‑р!

– Кажется, мы начали забывать, для чего тут собрались! – бесцеремонно заявила я, вывалив тетрадь и учебники на стол. – Давай, Заяц, ты тоже показывай, что там за неделю решил…

Артем нехотя взял со стола мою тетрадь. Лика с некоторым пренебрежением пялилась в мою сторону. Затем она недоуменно взглянула на учебники, которые я достала из своего рюкзака. В чем дело? В первый раз книги увидела? Я про себя злорадно расхохоталась.

– Вот тут у тебя неверно… – задумчиво проговорил Заяц, глядя в мою тетрадь.

– Где неверно? Как неверно? – всполошилась я.

– Посмотри тридцатую задачу на распространение электромагнитных волн в изотропных и анизотропных средах…

Я через стол потянулась за своей тетрадью. Вырвав ее из рук Артема, еще раз перечитала условие. Правда, поспешишь – людей насмешишь. Это про меня.

– Переделаю… – вяло отозвалась я, возвращая тетрадь.

– А что у тебя с задачами на отражение света на границе в кусочно-однородных средах? – вновь забубнил Артем. – Ерунда какая-то.

– Ну-ка, дай сюда! – снова сердито вырвала я тетрадь из рук одногруппника. Лика с интересом смотрела на нас.

– Все, Заяц, не умничай! – проговорила я. – Ночью писала, не заметила…

– Так куда же спешишь, торопыга? – с насмешкой поинтересовался Артем. – Ночью, Рита, надо спать… а не задачи решать.

– Ну или не спать! – хихикнула Лика, теснее прижимаясь к Теме.

– Или не спать! – согласился с ней Заяц. – Но при этом совершенно точно не решать задачи по электродинамике!

«Иди в баню!» – устало подумала я. Прямо герои-любовники.

– Лика, а как вы относитесь к тому, что ваш молодой человек выбрал профессию инженера?

– Я думала, ты хоккеист! – растерялась Лика.

– Одно другому не мешает! – нехотя ответил ей Заяц.

Я хихикнула, сделав большой глоток кофе.

– А Рита у нас, видимо, посвятит свою жизнь науке, – сообщил Артем как бы между делом Лике.

– Да? – Лика с любопытством взглянула на меня.

– С чего ты решил? – заинтересовалась и я.

– Аспирантура, кандидатская, докторская… – начал перечислять Артем. – Мне кажется, что твоя жизнь расписана наперед.

– Тебе кажется! – огрызнулась я. Хотя он прав, так и было. Но я, назло Зайцу, решила возразить:

– Вообще планирую сразу после университета замуж выскочить! Буду у мужа на шее сидеть и бед не знать. К черту науку! И кандидатскую.

– Вот как! – поднял бровь Артем, удивившись моему заявлению.

– Ага! – продолжила я. – Захомутаю какого-нибудь красавчика-хоккеиста…

– Чего, простите? – встряла в нашу беседу Лика.

– …или инженера! – закончил с улыбкой мою мысль Заяц.

– Можно и его! – довольно согласилась я, подмигнув ему. Мамочки, я сейчас флиртую, что ли?

– Вы о чем вообще? – не унималась Лика.

– Жалко, характер у тебя так себе! – констатировал Артем.

– Ну так я мужа-то подберу под стать своему скверному характеру!

– Вы сейчас так шутите? – возмутилась Лика. – Темочка, Ромашкина так шутит?

– Я – Ромашина! – рассердилась я. Еще одна!

– Какая разница? – скривившись, посмотрела в мою сторону Лика.

– Действительно, Вика, никакой! – ответила я, повышая голос.

– Я Лика!

– Девочки, вы чего? – развеселился Заяц. – Брейк!

Лика вскочила.

– Мне нужно позвонить! – сообщила она Теме, схватив со стола телефон.

– Ты чего на нее взъелась? – удивился Артем.

– Я? Ничего я не взъелась… Мне ее даже, наоборот, жалко… – призналась я Теме.

– Жалко? – удивился парень, оглядываясь на Лику, которая в конце зала с кем-то разговаривала по телефону. – А чего ее жалеть?

– С тобой связалась! – вздохнула я. – Девчонка наверняка мечтает о любви до гроба, а ты тот еще… пройдоха!

Заяц расхохотался.

– Какое ты слово подобрала! Честно сказать, я думал, ты меня кобелем обзовешь…

– Можно и кобелем! – пожала я плечами.

– Рита, а почему ты считаешь, что все девушки мечтают о любви до гроба? – вдруг спросил меня Заяц.

– Ну как же… – растерялась я. – Ты ведь совсем не думаешь о завтрашнем дне!

– Ну, во‑первых, ты меня не знаешь, чтобы делать такие заявления! – возразил Артем. – А во‑вторых… Зачем загадывать наперед? Ведь сегодня, здесь и сейчас, нам вдвоем хорошо, какая разница, что будет через год?

– Ну я же говорю! Живешь сегодняшним днем! – воскликнула я.

– А что в этом плохого? – удивился Артем. – Я все делаю…

– «По фану», – закончила я предложение. – Я тебя поняла.

– Тот факт, что я живу, как ты выразилась, сегодняшним днем, не означает, что я не допускаю возможности прожить с человеком всю жизнь и умереть в один день. Если нам прекрасно в настоящем, где вероятность, что так же не будет потом?

Зачем я завела такую щепетильную беседу? Дабы скрыть смущение, я начала складывать тетрадь и учебники обратно в сумку, попутно оглядывая полный зал. Заметив, как Лика о чем-то весело щебечет с официантом, который до этого приносил ей чизкейк, я ядовито произнесла:

– Твоя-то… Лика. Точно по поводу тебя никаких планов не строит! Вон уже болтает с симпатичным официантом!

– Ты правда считаешь его симпатичным? – оживился Заяц. Вообще официант казался нескладным, с проблемной кожей и брекетами. Но я сказала это для того, чтобы позлить Артема. Мол, шар земной не вертится вокруг него одного. И Зайцу можно найти замену.

– Вполне в моем вкусе! – ответила невозмутимо я.

– В таком случае спешу тебя огорчить: я никого не ревную, – заверил меня Артем.

– Никогда-никогда? – удивилась я.

– Только в случае, если сильно увлекусь человеком! – ответил Артем.

– То есть – полюбишь? – уточнила я. – Называй вещи своими именами!

– То есть полюблю, – согласился Артем. – А с Ликой… Да у нас даже еще ничего не было!

Я вновь оглянулась на Лику. Тут я заметила, что девушка передает официанту купюру. Похоже на пятьсот рублей. Интересное кино! Это теперь такие чаевые принято оставлять? Да еще и таким «секретным» способом…

– Что ты там высматриваешь? – заинтересовался Заяц.

– Да ничего, – отозвалась я. – Показалось, что знакомую увидела… Обозналась!

Тут вернулась довольная Лика и сразу же присоединилась к нашей беседе.

– Темочка, мы еще долго? – спросила она, кокетливо хлопая длинными ресницами.

– Эм, нет… – Заяц протянул мне свою тетрадь. – Вот отдаю Рите свои труды «на проверку», ты доедаешь свой чизкейк – и в принципе можем идти.

– Не смею вас задерживать! – проворчала я.

– Ой, а я еще кофе заказала! – невинно сообщила Лика.

– Кофе так кофе! – пожал плечами Артем. – Я никуда не тороплюсь.

Ну и славненько! Сидите, голубки. Не буду вас отвлекать. У меня-то дел невпроворот.

Я запихивала тетрадь Темы в рюкзак, когда почувствовала, как моей вытянутой под столом ноги кто-то коснулся. Они что, издеваются? Кто это сделал? Я внимательно посмотрела сначала на Тему. Тот невозмутимо пил кофе и смотрел в окно. Тогда я перевела взгляд на Лику. Та тоже не выдавала себя. Просто сидела и жевала чизкейк.

– Ребята, совсем не обязательно устраивать любовные игрища прямо сейчас! – громко проговорила я.

– Рит, ты о чем? – удивился Заяц.

Лика залилась краской.

– Да так. Ни о чем! – мне стало немного жаль Лику. Ну, обознался человек…

– Ромашкина под столом начала мою ногу гладить! – сообщила с невозмутимым видом Лика.

– Чего? – задохнулась я от возмущения.

– Чего? – опешил Артем.

– Видимо, меня с тобой перепутала! – продолжила нагло врать Лика.

– Рита, зачем тебе гладить мою ногу? – странно покосился на меня Заяц.

– Нужна мне твоя нога! – возмутилась я. – У меня своих две! Лика, зачем ты врешь?

– Вру? – откликнулась Лика. – Втрескалась по уши в Тему, так и признайся! Еще с больной головы на здоровую сваливает…

Это у меня голова больная? У меня? Ох уж эти ревнивые женщины! Я резко встала из-за стола.

– Мне пора! А вы тут занимайтесь чем хотите! Хоть всю Камасутру на этом столе перепробуйте! Мне все равно!

Кажется, последнее я произнесла слишком громко и высокопарно, так что привлекла к себе внимание доброй половины кафе.

В этот момент к нам подошел официант с кофе, который заказала Лика. Добредя до меня, этот нескладный парень как-то странно пошатнулся и вылил содержимое чашки на мою футболку. Я вскрикнула.

– Ох, простите! – пролепетал он. Впрочем, извинения его прозвучали неправдоподобно. Так вот для чего эта гадюка дала ему пятьсот рублей…

Ладно кофе был холодным. И на том спасибо. Я наблюдала, как коричневое пятно медленно расползается по моей светло-серой футболке. Почтенная публика, затаив дыхание, продолжила смотреть наш спектакль под кодовым названием «Третий лишний».

Я молча схватила рюкзак с ветровкой и вылетела пулей из кафе. Этой Лике надо голову лечить! Застегивая на ходу куртку, я быстро зашагала прочь от заведения. Чтоб я еще туда пришла? Продажный официант! И кофе там скверный… А «очень вкусные десерты» пусть Заяц со своими девицами лопает.

– Рита! – окликнул меня Артем.

Я остановилась. Заяц бежал за мной от самого кафе.

– Артем, если ты хочешь меня вернуть или попросить прощения, то… – устало начала я.

– Ты о чем? – не понял Заяц. – Телефон просто на столе оставила.

Парень протянул мне мобильник.

– А, – кивнула я, пряча телефон в рюкзак. Господи, сегодня что, международный день глупых Ритиных ситуаций?

– Хотя, наверное, не стоило приводить с собой Лику, – вздохнул Тема. – Кто ж знал, что она такая ревнивая?

Мы с Артемом стояли посреди улицы и внимательно смотрели друг на друга. Редкие прохожие обходили нас стороной. Вид у парня был сосредоточенный. Ветер трепал Темины волосы.

– Ну ты же веришь, что я не хотела гладить твою ногу? – задала я парню странный вопрос.

– Конечно, верю! – искренне улыбнулся Артем. – У тебя действительно у самой целых две. Для чего тебе еще и моя нога?

Я рассмеялась.

– А тот парень… официант, – продолжил Тема. – Наверняка после своего поступка он тебе разонравился.

– Наверняка! – согласилась я, поморщившись.

Я думала, Тема сейчас развернется и уйдет, но он почему-то продолжил стоять.

– Уже решила, что будешь делать на майских? – внезапно спросил он.

– Если честно, нет! – ответила я.

Тогда Заяц достал из кармана джинсов яркий флаер.

– Мой друг владелец клуба… Приходи первого числа на нашу вечеринку?

Артем протянул мне рекламную листовку. Я, немного поколебавшись, взяла ее. Не скажу, что клубы – мое любимое место проведения досуга. С этим скорее к Алке…

– Я подумаю, – сдержанно ответила я.

– Подумай! – кивнул Тема. – Ну, я побежал! Лика ждет!

– Беги! – кивнула я в ответ.

И мы разошлись в разные стороны. Я брела на остановку, ежась на ветру. Не очень приятно идти в мокрой футболке. И все-таки хорошо, что на встречу я не разрядилась в пух и прах. Серую футболку не жалко. А если б я нацепила какую-нибудь нарядную блузку? Как советовала мама.

Я перешла через дорогу к остановке общественного транспорта, которая в этот момент была абсолютно пустой. Видимо, автобус отошел совсем недавно… Я в одиночестве сидела на скамейке под стеклянным навесом и наблюдала за противоположной стороной улицы, где находилось кафе. Вскоре дверь заведения распахнулась, и оттуда вышли Артем и Лика. Заяц придержал дверь, пропуская свою спутницу вперед. Лика что-то эмоционально рассказывала Теме, активно жестикулируя. Заяц смеялся. Немного приотстав от Лики, Артем взглянул через дорогу, в мою сторону. Наверное, на этой пустой остановке я выглядела потерянно и даже сиротливо. Я нерешительно взмахнула рукой. Заяц на секунду остановился и с улыбкой помахал мне в ответ.

В ожидании автобуса я пролистала тетрадь Артема. Все решения были верными, к тому же записаны аккуратным ровным почерком. Как странно открывать для себя другого человека, на которого ты, по сути, не возлагал никаких надежд и ничего хорошего от него не ждал. Как странно, когда ты хочешь сначала рассердить его, а потом – чтобы он искренне улыбнулся. Как странно, что улыбка этого чужого человека действует на тебя ужасно волнующе. И как сложно рядом с ним оставаться спокойной и равнодушной. И непонятно, когда он говорит всерьез, а когда подкалывает. И сразу не разгадаешь, кем он хочет в итоге стать, с кем хочет быть, чем хочет жить. Как странно, сложно и непонятно, когда ты вдруг осознаешь, что на самом деле хочешь оказаться на другой стороне улицы. Чтобы этот человек так же галантно придержал тебе дверь, вновь накинул свою куртку тебе на плечи и что-то забавное шепнул на ухо. Но ты сидишь на пустой остановке и пытаешься вспомнить, с какого момента все это безобразие началось, когда тебе внезапно понадобился этот незнакомый и неразгаданный человек. Какой же ты настоящий, Заяц?..

Глава десятая

Я вернулась от бабули поздно вечером. Родителей, к моему удивлению, дома не было. Зато на кухне восседал брат. Я переоделась в домашние майку и шорты, отнесла в стирку многострадальную футболку с позорным кофейным пятном. Умыла лицо холодной водой… Щеки почему-то горели.

– Ром, а мама с папой где? – крикнула я из ванной.

– Они сегодня в ресторан пошли, со Смирновыми… ты забыла, что ли?

Точно. Это у родителей традиция такая. В конце месяца они встречаются со своими друзьями, делятся накопившимися новостями…

Ну вот. Мамы дома нет. А Ромка, наверное, голодный. Это мне еще и ужин готовить ему? Настроения на готовку не было. Честно сказать, его сегодня в принципе не наблюдалось.

– А ты уже поужинал? – спросила я, заходя на кухню. – Ром, это что такое?..

На столе лежали несколько гамбургеров, картошка фри, сырный соус…

– Я как раз этим и занимаюсь! – жуя булку с кунжутом, проговорил брат. – Я приготовил нам ужин, Рита, не беспокойся! Моя любимая кухня! А, хотя ты такое не ешь…

Я плюхнулась на стул и потянулась за «Биг Маком».

– Рита, Рита, Рита… – выпучил глаза Ромка. – А как же твои лекции по поводу вреда фастфуда?

Молча откусила гамбургер и стала медленно жевать.

– Лишний вес и ожирение, – начал загибать пальцы Рома, подражая моим интонациям. – Повышение холестерина, повышение сахара в крови…

Я жевала.

– Гипертония, кариес… – продолжал Ромка.

Я жевала.

– Язва, гастрит…

Я продолжала жевать.

– Атеросклероз, Рита! – страшным шепотом закончил нотацию брат.

Я поморщилась.

– Отвечай, что стряслось? – спросил Ромка.

Распечатала сырный соус и обмакнула в него сразу несколько кусочков картофеля.

– Сгорел твой университет? Ты больше не самая умная девочка в классе? – серьезно предположил Рома. Я покачала головой. – Тогда я не понимаю твоего траура!

– Да никакой у меня не траур! – сердито буркнула я. На самом деле отчего-то хотелось плакать. Я вытерла жирные от картофеля фри пальцы о пижамные шорты.

– Рита, что ты делаешь? – завопил Ромка, заметив это. – У меня сейчас инсульт будет! Проклятый инопланетянин, признавайся, куда ты дел мою сестру? А ведь Рита хвалилась, что ее могут забрать на опыты… Еще бы, такой мозг пропадал! А мы всей семьей над ней смеялись…

– Тебе не надоело валять дурака? – поинтересовалась я.

– Если ты сейчас скажешь, что с субботы еще не подготовилась к семинару, который будет в понедельник, я с ума сойду!

– Да ты уже псих! – констатировала я.

– Колу будешь? – осторожно поинтересовался брат.

– Валяй! – протянула я ему пустой стакан.

Ромка с отрешенным видом взял у меня из рук стакан.

– Рита, серьезно, что с тобой случилось? – тихо спросил брат.

– Просто налей колы и посиди со мной, хорошо? – попросила я.

Рома выполнил мою просьбу и сел рядом. На улице уже давно стояла весенняя тьма. Я смотрела в окно на наше с братом отражение. Негромко гудел холодильник. Кола шипела в стакане.

– Ром, а ты сейчас с кем-нибудь встречаешься? – спросила я.

Брат странно покосился на меня. У нас на такие темы беседовать не принято. Подколоть друг дружку – это всегда пожалуйста. А вот когда дело касается личного… Помню, в девятом классе Ромка влюбился в одну девочку – Катю. Мы с братом учились в одной школе, но в разных классах, поэтому я особо не вникала, что там за возлюбленная у него. Я в это время к экзаменам готовилась. Но однажды ко мне подошла взволнованная мама: «Ромка у нас уже неделю не ест! Влюбился! Безответно! Рита, мы должны ему помочь! Я слышала, как он по телефону говорил о какой-то Кате…» Ну, я не будь дурой – помогла. Просто подошла на большой перемене и поговорила с объектом любви своего брата. Меня, конечно, немного смутило, что Катя оказалась полненькой особой с щербинкой между передними зубами. Которая, кстати, ей шла. Очень милая девчонка. После нашего откровенного разговора я только умилялась: до чего ж у моего брата нетривиальный вкус на девчонок! Прелесть! Кто ж знал, что у Ромки в классе эта Катя не единственная… А потом моя полненькая Катька исписала всю лестничную площадку красной краской: «Роман, я тебя тоже люблю!» И вообще прохода ему не давала. Обрывала нам телефон своими звонками. Брату еще пришлось перекрашивать стены в подъезде. С тех пор мы с мамой больше не вмешиваемся в Ромкины дела. От греха подальше.

– Нет! Я ни с кем не встречаюсь, – ответил брат.

– И я нет! – вздохнула я.

– Так ты запала, что ли, на кого-то? – обрадовался Ромка. – Да ладно?

Я снова поморщилась. Что за слово такое – «запала»?

– Нет, Ромочка! Я не влюбилась!

– Это хорошо, – брат внимательно наблюдал, как я отправляю в рот очередной ломтик картошки с соусом. – А то мне кажется, что тебя скоро разнесет. И будешь вот так на кухне сидеть страдать и слезки вытирать своими пухлыми кулачками от безответной любви…

– Вот ты ж дурак! – Я замахнулась на брата.

– Если тебе так приспичило запасть на кого-нибудь, – продолжил Ромка, – то мое предложение по-прежнему в силе!

– Какое еще предложение? – удивилась я.

– Помнишь, я тебе говорил о своем старом приятеле, который про тебя спрашивал…

– Насколько он старый? – деловито уточнила я. – Если уж совсем древний дедулька, то вряд ли у нас что-то…

– Вот! Узнаю Риту! – рассердился брат. – Опять ёрничаешь? Ты же поняла, о чем я.

– Да поняла, поняла! – отмахнулась я. – Уж и пошутить нельзя! Так что там с твоим старым приятелем?..

– Он совсем состарился и умер! – буркнул Ромка.

– Ну что ты сразу обижаешься? – развеселилась наконец я.

– С тобой начинаешь на серьезную тему разговаривать, щепетильную, так сказать, а ты… В общем, мой приятель по-прежнему хочет с тобой встретиться!

– Правду говоришь? – удивилась я.

– Ну! Хочу свидание с твоей Ритой, говорит! Вдруг я все-таки ей понравлюсь?

– Вот настырный какой! – почему-то рассердилась я.

– Ага, упрямый старикашка! – гоготнул Ромка.

– Передай ему, что сердце мое занято! – отрезала я.

– Ну, ты прямо роковая женщина! – проговорил восхищенно Ромка. – Всю мою картошку съела, Клеопатра…

Брат схватил со стола бутылку с колой.

– Если что, я буду в своей комнате! – сообщил мне Ромка и вышел из кухни.

Я сделала еще глоток шипучей жидкости. Вкусная, зараза. Как же это нечестно, когда то, что может причинить тебе вред, такое вкусное. Порой кажется, эту теорию можно отнести и к людям. Например, что заставляет других девчонок встречаться с таким, как Заяц? Который живет, как он сам признался, сегодняшним днем. Неужели хочется стать очередной? «Это не означает, что я не допускаю возможности прожить с человеком всю жизнь и умереть в один день», – говорит Заяц. Ха-ха! Попробуй-ка, рискни, окажись той самой единственной. Стоят ли встречи с этим парнем возможных слез в будущем? А черт его разберет. Ведь тянет к этому наглецу. Не попробуешь, Рита, не узнаешь. Может, правильно говорят: лучше иногда падать, чем никогда не летать?

* * *

В просторной аудитории стоял гул. Преподаватель задерживался. Студенты что-то весело обсуждали, смеялись. Кто-то списывал лабораторную работу, кто-то сидел в Интернете с телефона. Алла уже привычно смотрела на первую парту, за которой сидел Владлен. Это какой-то «День сурка». Девушка до сих пор так и не решилась подойти к нему после занятий…

– А ты Тему не видела? – обратилась к Алле Рита. Ну верно же! День сурка…

– Что ты пристала ко мне со своим Темой! – рассердилась Алла. – Влюбилась, что ли?

Рита смутилась.

– Просто поинтересовалась… Ты в курсе, что до первого мая нужно сдать на проверку декану все, что успел сделать по проекту?

– Как? – всполошилась Алла. – Я думала, в конце мая… в зачетную неделю.

– Ну, это само собой! – пожала плечами Рита. – Итоговый вариант! А ты что, ничего еще не делала?

Алла только отмахнулась. Ну вот. Приехали! Тянуть больше некуда…

– Слушай, Рит… – начала неуверенно Алла. – Как мне вообще к Паршукову подступиться?

– Ты о чем? – откликнулась Маргарита, занятая своими мыслями.

– Мы с ним ни разу не говорили по поводу проекта… Да мы, если честно, вообще ни разу нормально не разговаривали.

Это правда. После того злополучного дня, когда Алла едва не попала под колеса автомобиля, Гехт и Паршуков ни разу не общались. В университете Алла стеснялась подходить первой к парню, а Владлен продолжал себя вести так, будто он с ней и не знаком. Тренировки тоже пока пришлось отложить: все выходные Алла с семьей провела за городом.

– А чего ты мнешься-то? – искренне удивилась Рита. – Когда для тебя это было проблемой? Я тебя, Алка, не узнаю…

– Не знаю… – Алла вновь бегло взглянула на Владлена. – Он кажется таким таинственным, неприступным…

Рита тоже посмотрела на необщительного одногруппника.

– Кто? – захохотала Рита. – Паршуков?

– А ты можешь ржать еще громче? – смутилась Алла. – Боюсь, в соседнем корпусе не все услышали…

– Прости-прости! – проговорила Рита, закрывая рот ладонью.

– Вот именно, Ритик, что это для меня проблемой никогда не было! Но при Владе я цепенею… К тому же ты не видела его глаза, когда он меня спас… в них было столько боли!

Алла замолчала.

– И вообще я сомневаюсь, что хоть кто-нибудь из моих бывших мог рисковать своей жизнью ради меня. И ты после этого хочешь сказать, что Влад не благородный мужчина?

– Слушай, – вновь смутилась Рита, – ничего такого я сказать не хочу! Я о Владлене вообще ничего не знаю! Кроме того, что он отмечает «энки» в журнале… Но советую тебе все-таки после пары наконец подойти к нему… А то декан тебе такой жирный кол влепит! Потом опять половину лета по пересдачам бегать будешь…

Алла и сама понимала – отступать некуда. Вся эта недосказанность между ней и Владленом ни к чему хорошему не приведет. А еще и этот ненавистный проект…

После звонка Алла решительно поднялась с места:

– Все! Я пошла к Владу!

– Ага! Давай, Аллочка Гехт, в добрый путь! – откликнулась Рита, складывая вещи в рюкзак.

– Ты говоришь как моя классная на выпускном вечере! – фыркнула Алла.

– Потому что мы обе желаем тебе только самого наилучшего! – проговорила Рита, а затем, глядя куда-то за спину Аллы, завопила:

– Алка, Паршуков уходит! Упустишь!

Алла обернулась и увидела, как Владлен уже скрылся за дверью. Девушка, расталкивая локтями одногруппников, припустила к выходу. Рита бросилась вслед за Аллой. Выбежав в коридор, подруги оглянулись.

– Куда он исчез? – поразилась Алла.

– Может, он этот… супергерой? – предположила Рита. – Человек-Паршук. Он тебя на роликах не с паутиной спасал?

– Рита, не смешно! – рассердилась Алла. – Последняя пара! Он может домой смыться!

– Тогда так: я спускаюсь в гардероб, – важно распорядилась Рита, – а ты беги на кафедру! Он мог пойти туда, чтобы журнал занести! Если что, созвонимся! Вперед! План перехват!

С этими словами Маргарита помчалась к лестнице, размахивая рюкзаком.

– Вот оглашенная! – хмыкнула Алла. Это она так о будущей оценке подруги беспокоится или о ее личной жизни? Зная Риту, можно смело предположить, что верен первый вариант…

Коридор быстро опустел. Сегодня физики учились во вторую смену, всем скорее хотелось попасть домой…

Алла зачем-то на цыпочках подошла к кафедре. Дверь была приоткрыта. Девушка осторожно заглянула в кабинет. Владлен действительно был там. Один. Парень как раз ставил на полку журнал, в котором отмечал посещаемость студентов.

Алла зашла в кабинет и осторожно прикрыла за собой дверь. По привычке. Щелк! Владлен резко обернулся.

– Гехт? Что ты тут делаешь? – удивился парень.

– Если честно, тебя ищу… – тихо проговорила Алла. – Рита сказала, что до первого мая надо сдать черновой вариант итогового проекта…

– Ты что, дверь за собой захлопнула? – перебил Аллу Паршуков.

– Ну, прикрыла! – Девушка обернулась.

– Поздравляю! Ты нас заперла! Ты в своем уме?

– Откуда ж я знала… – пролепетала Алла.

– А ключ ты там в двери не заметила? – рассвирепел Владлен. – Куриный твой мозг…

– А зачем оставлять ключ в замочной скважине? – рассердилась Алла. Он опять разговаривает с ней как с умалишенной?

– Я зашел сюда буквально на пару минут! – проворчал Владлен. – Но по твоей милости могу задержаться теперь до утра…

Алла так и продолжила топтаться на месте.

– Я могу Рите позвонить! – внезапно осенило ее. – Она должна была меня дождаться… Сейчас!

Перспектива провести ночь в университете Аллу не прельщала. Пусть и с парнем, который был ей очень симпатичен…

Один гудок, второй, третий… Черт возьми! Рита действительно просто невыносима со своим беззвучным режимом! Сколько раз Алла ее за это ругала. И вот в такой ответственный момент…

– Не берет трубку! – вздохнула Алла, нажимая «отбой».

– Проклятие! – выругался Паршуков. – От тебя, Гехт, вечно одни неприятности…

Алла не знала, что на это ответить. Владлен присел на край небольшого кожаного дивана, который предназначался для посетителей. Алла, немного поразмыслив, подошла и села рядом с парнем.

– И что же, вообще все ушли? – спросила она тихо.

Они сидели совсем близко друг к другу, едва касаясь локтями.

– Преподаватели совершенно точно ушли! – сердито ответил Владлен. – Мне ключ секретарь дала, я с утра должен его вернуть.

Эх, Алле бы кто дал ключи от кафедры. Большинство преподавателей даже имени ее не знают, настолько она безынициативна в учебе и на университетских мероприятиях… Рите бы, наверное, тоже доверили кафедру. Как и Паршукову.

– Ромашина должна перезвонить! – пообещала виновато Алла.

– Будем надеяться! – хмыкнул Владлен.

Алла внимательно рассматривала носки своих туфель, не зная, как продолжить беседу. Казалось, что Владлен воспринимает абсолютно все в штыки. Как с ним общаться-то вообще?

– Владлен, можно тебя кое о чем спросить? – набравшись смелости, начала она. Парень не успел дать согласие на вопрос, как Алла выпалила:

– Ты в роллер-школе никому не рассказывал о том, что произошло?

– А что? – насторожился Паршуков.

– Мне бы не хотелось, чтобы мама об этом узнала… Она с ума сойдет от страха, хотя все уже давно позади! Ты просто ее не знаешь! Она так расстроится…

Владлен молчал. Алла расценила это молчание как согласие.

– Конечно, ты поступил как настоящий герой и имеешь полное право… – сбивчиво продолжила Алла.

– Гехт, я поступил так, как поступил бы на моем месте любой порядочный мужчина! – немного высокопарно произнес Владлен. У Аллы от его слов захватило дух. Вот он! Настоящий!

– Да-да, ты прав! – пробормотала Алла. Осталось только выяснить, что побудило его на столь отважный поступок… Может, он все-таки тоже испытывает к Алле трепетные чувства, скрывая их за маской презрения? «Я не мог допустить, чтобы ты погибла», – эту фразу Алла прокручивала в своей голове практически каждый раз перед сном… Настолько ее впечатлило то ужасное событие.

Алла придвинулась ближе к Паршукову, прислушиваясь к себе. Какие эмоции вызывает в ней этот парень, кроме безграничной благодарности за спасенную жизнь? Пока он внушает девушке немое восхищение и страх… Он такой необычный, такой отстраненный. Нет, Ромашина может смеяться сколько угодно, но Владлен действительно как Питер Паркер. Такой же невзрачный ботаник в университете среди своих сверстников, но такой отважный за пределами учебного заведения.

Девушка на секунду прикрыла глаза. От Владлена приятно пахло. «Надо же, этот чудик еще и душится для кого-то!» – с умилением подумала Алла. А может, это все ради нее? Что он на самом деле к ней чувствует? Как же сложно разобраться в своих чувствах!

Алла порывисто чмокнула Владлена в щеку.

– Гехт, что ты делаешь? – повернулся к ней удивленный Паршуков. Тогда девушка обхватила Владлена руками за шею и начала целовать его в губы. «Поцелуй все расставит на свои места! – подумала Алла. – Как мне еще понять, чувствую ли я что-то к этому человеку?»

Владлен сначала неохотно отвечал на поцелуй, но потом сам начал напористо целовать Аллу. Сердцебиение участилось, дыхание стало прерывистым… «Черт возьми! – пронеслось в голове у Аллы. – А это приятно!»

Владлен хорошо целовался… Это стало для Аллы открытием. Вспоминая, как он шарахался от ее прикосновений, девушка думала, что он никогда не целовался, не говоря уже о большем… «Гехт, но ведь парню двадцать! – мысленно одернула себя Алла. – Конечно, у него есть опыт! Наивно полагать, что я первая, кто привлек внимание этого ледяного парня…»

Неожиданно Владлен прекратил страстно целовать Аллу и вскочил на ноги.

– Мы не должны… Зачем ты меня поцеловала?

Алла потрогала распухшие от поцелуя губы и хихикнула:

– По-моему, вышло здорово!

– Здорово? Да, у тебя, похоже, одно на уме!

«У меня-то одно? Ну-ну! Что ж сам так ко мне… присосался!» – безобидно подумала Алла.

– Озабоченная… – буркнул Владлен. – Хорошо, что преподаватели домой все ушли. А если б меня тут с тобой застали? Всю репутацию себе испортил бы…

– Ну знаешь! – вскочила с дивана возмущенная Алла. Наверное, со стороны все это и правда может показаться неправильным. Но ведь Алла просто хотела понять, нужны ли ей эти непонятные нахлынувшие чувства…

В кармане пиджака завибрировал телефон. Алла дрожащими руками выхватила смартфон, нажав нечаянно громкую связь.

– Ну и что ты думаешь? – раздался на всю кафедру недовольный голос Риты. – Твоего ненаглядного супергероя Паршукова нигде нет! Подевался куда-то твой возлюбленный…

Алла пыталась отключить громкую связь, но руки не слушались. Владлен как-то странно косился на телефон.

Наконец Алла справилась с волнением и прислонила телефон к уху:

– Да, Рит! Я нашла Владлена, только такое дело… Мы на кафедре, тут дверь захлопнулась, а в коридоре тишина. Наверное, ушли все. Но ключ торчит снаружи, ты нас не откроешь? Угу. Угу. Отлично, ждем!

Алла сбросила вызов.

– Рита сейчас нам откроет! – криво улыбнулась девушка. Щеки пылали. Господи, какое недоразумение.

– Что это значит? Почему Ромашина назвала меня твоим возлюбленным?

– Да у Риты проблемы с головой! – отмахнулась Алла. – Переучилась девочка.

– Ты что, влюблена в меня? – насмешливо спросил Владлен.

– Я‑а? В тебя-а? – не слишком правдоподобно протянула Алла. – Не смеши!

– Тогда для чего ты устроила весь этот цирк с поцелуем?

– Это был не цирк! – рассердилась Алла.

– А что же? – рассмеялся Владлен. – Тебя, серьезно, так тянет ко мне, Гехт? Вот уж не думал! Самая популярная девчонка в потоке влюбилась в главного лузера Паршукова!

– Только скажи кому-нибудь! – пригрозила Алла.

– Знаешь, я тебя поспешу разочаровать! Дело в том, что…

В этот момент ключ в замочной скважине повернулся, и в кабинет заглянула Рита.

– Ага, вот вы где! – довольно проговорила она. – Алл, ты чего такая хмурая стоишь?

Алла, сжимая кулаки, быстрым решительным шагом вышла из кабинета.

– Владлен, что тут произошло? – озадаченно поинтересовалась Рита, глядя вслед удаляющейся подруге.

– Спроси у Гехт сама! – пожал плечами Паршуков. – Я сам мало что сейчас понимаю…

* * *

Алла шла по пустынному бульвару и пинала пустую жестяную банку из-под пива.

– Алка! – выкрикнула я, сбегая с крыльца университета. – Да погоди же ты! Учесала без меня…

Подруга продолжала подталкивать изящной туфлей-лодочкой банку. Она шла, ни на секунду не останавливаясь. Тогда я прибавила шагу.

– Ты чего? – догнала я Аллу. – На остановку? Я сегодня на чудовище приехала, тебя до дома подвезти? Только я через пару домов от корпуса припарковалась, в обед тут мест вообще не было…

– Подвези! – пожала плечами Алла, вновь пнув банку. Я поморщилась от громкого скрежета.

– А что там у вас произошло-то? – не унималась я, не понимая, что так могло разозлить Алку. Опять ее Паршуков довел, что ли?

– Я не хочу сейчас говорить на эту тему! – сурово отрезала Алла.

– Вы все выяснили по поводу проекта?

– Ах, Ромашина, ну какой к черту проект? – взорвалась Алка. – Проект – это то, о чем я думаю в последнюю очередь!

А зря!

– Что же вы там делали? – растерялась я.

– Целовались! – рявкнула Алка и запустила ногой банку в кусты.

– Целовались? С Паршуковым? – опешила я. Вот это поворот событий! – И как?

Алла нервно хихикнула.

– Ты знала, что он хорошо целуется?

– Представляешь, не знала! – тут же ответила я. – И, если честно, надеюсь никогда этого не узнать… Но как же так? Он сам тебя поцеловал? Все-таки он в тебя влюблен?

– Хуже! – воскликнула Алка трагично. – Это я его поцеловала! Представляешь? Я в кои-то веки сделала первый шаг к мужчине, а он…

Алла как-то подозрительно сморщилась. Она сейчас разрыдается, что ли? Из-за Паршукова? Нашего ботаника Паршукова? Я даже шаг сбавила, во все глаза рассматривая Алку.

– …а он меня просто высмеял после этого! – закончила предложение подруга.

– Да уж! – вздохнула я. – Видимо, инициатива – это просто не твой конек!

– И что мне теперь делать, Рит? Впервые такое… Угораздило же меня встретиться с таким… чудиком!

– Знаешь, Алка, – задумчиво начала я, – нас с этим проектом, похоже, здорово проучили! Ты считаешься одной из самых популярных девчонок на факультете, тем не менее не все в тебя влюблены. Смирись! И такое бывает…

– Ну, а тебя что, Заяц провел? – удивилась Алла.

– Конечно! Тоже спустил меня с небес на землю… Он ведь даже мою фамилию нормально произнести не может! – горько добавила я.

Алла по-прежнему хмурилась. Зато я вдруг просияла:

– Слушай! Кстати, об ушастом… Он мне вот что подогнал!

И я полезла в рюкзак. Хотелось поднять подруге настроение. Знаю, она такое любит… Я достала уже немного мятый флаер.

– Вот! Смотри! Приглашение действительно на два лица… Идем? Первого числа.

Алла взяла из моей руки флаер.

– Прикольно! – хмыкнула она. – Давно хотела побывать в этом клубе.

– Эх, зажжем! – нарочито весело откликнулась я. Нужно отвлечь Алку от плохих мыслей. Вдолбила себе в голову что-то невероятное: любовь к Паршукову!

Алла как-то странно покосилась на меня. Ну да… Зная мое отношение к клубам…

– Ты-то зажжешь! – наконец рассмеялась Алка. – Хоть днем перед этим поспи! А то там уже у гардероба захрапишь, зажигалка!

– Ничего не могу обещать! – развела я руками.

Глава одиннадцатая

– Ну, как тебе здесь? – спросила Алка, пританцовывая.

– Очень шумно! – поморщилась я.

– Конечно, Ромашина, шумно! – засмеялась подруга. – Ты же не в библиотеке, а в ночном клубе!

Я нахмурилась, одергивая короткое ажурное платье. Ноги в туфлях на высокой шпильке периодически подворачивались. Давненько я не выходила в свет на каблуках. Разучилась.

Говорят, на сегодняшнюю вечеринку приехали какие-то именитые столичные диджеи. Я мало что в этом понимала. Честно, не интересовалась. Алка назвала мне какие-то имена, но я даже не удосужилась их запомнить.

Интерьер мне определенно нравился. Деревянная дорогая мебель, кожаные диваны, приглушенный свет. Звук тоже был на высоте. Правда, мы еще не добрались до главного танцпола в центре клуба.

Мимо прошли два невысоких парня, которые осмотрели нас с Алкой с ног до головы. Вот поэтому терпеть не могу клубы. Ну не все же приходят сюда с целью познакомиться с кем-нибудь. Некоторым хочется еще и просто потанцевать. Правда, мне ничего здесь не нужно. Вообще не знаю, зачем сюда приковыляла…

Я поспешно опустила глаза, дабы не встретиться взглядами с этими напыщенными типами. Алла же продолжила дуть свой яркий коктейль, вообще не обращая внимания на остановившихся неподалеку парней.

– Алка, вон тот качок тебя глазами пожирает! – шепнула я подруге.

– А? Какой? – вяло откликнулась подруга. Что с ней такое? Обычно сама высматривает себе «новую жертву» для флирта.

– Ну, вон тот… Оранжевый! – Я хихикнула. Ненатуральный оттенок кожи парня смущал. Что это? Автозагар? – Я думала, такие вымерли лет десять назад!

– Ой, Рит, да забей! – поморщилась Алка. – Пусть пялятся сколько влезет. Все равно им ничего не светит!

Подруга продолжила тянуть коктейль через соломинку.

– Но ты даже на них не взглянула! – искренне удивилась я. – Вдруг бы он тебе понравился… Ты же любишь цитрусовые!

Я захохотала.

– Не хочу ни на кого смотреть сегодня! – отрезала Алка, не разделив моего веселья. – Я пришла сюда оценить обстановочку, потанцевать… Мне нравится Влад! Зачем мне распыляться на этих… качков?

– Алла, какая ты упрямая! – рассердилась я. – Владлен же высмеял тебя, а ты продолжаешь по нему вздыхать!

– Если б я была ему безразлична, он бы не ответил на мой поцелуй… А сразу бы меня оттолкнул! – отрезала Алка.

Я только тяжело вздохнула.

Мы пробирались сквозь толпу танцующих под мэшап. Пару раз мне кто-то неслабо наступил на ногу. А ведь копытца мои и так гудели в этих неразношенных туфлях. Я морщилась, но упорно шла вслед за Аллой к бару.

– Хотя, признаюсь, здесь много симпатичных парней! – вдруг резко повернулась ко мне Алка. Я, сосредоточенная на ходьбе на каблуках, едва не врезалась в нее.

– А я тебе о чем? – откликнулась я, подняв глаза от пола и оглядев просторный зал, который переливался красивым светом. Кажется, теперь по дороге к бару я внимательно всматривалась в каждого высокого брюнета…

– Кого ты там высматриваешь? – заметила это Алка.

– Никого! – смутилась я. – Просто… не высматриваю, а осматриваюсь!

– Ощущение, что ты кого-то потеряла! – хмыкнула подруга. Я промолчала. Не признаваться же ей, что я непроизвольно ищу глазами Артема. Себе-то не могу в этом признаться, а ей тем более.

Когда мы подошли к барной стойке, Алка оглянулась.

– О, Настюха! – расплылась в улыбке Гехт.

– Какая Настюха? – завертела головой я.

– Настюха – одноклассница моя! – сообщила мне Алла. – Сто лет ее не видела! Ритик, постой здесь! Я сейчас!

Алла с той же приветливой улыбкой отошла от стойки.

– Девушка, что закажете? – обратился ко мне бармен.

– А? – отозвалась я, прекратив выглядывать в толпе Тему. – М‑м… не знаю. Один «Космополитен»?

Получив коктейль, я решила выпить его здесь, в баре. Музыка долбила по ушам. Рядом на высоком барном стуле сидела эффектная брюнетка с глубоким декольте. То и дело к ней подходили парни, предлагали угостить спиртным. Девушка глупо хихикала в ответ, дуя при этом губы. Парням это нравится? Серьезно? Я старалась особо не коситься на брюнетку.

– Привет! – кто-то внезапно горячо прошептал мне в ухо. От неожиданности я вздрогнула. Сердце замерло.

Резко обернувшись, я увидела перед собой незнакомого высокого блондина. Симпатичный. Но кто он такой?

– Я – Виталий! – тут же представился незнакомец.

– Очень приятно, Рита… – немного замешкавшись, ответила я.

– Рита, я могу тебя чем-нибудь угостить? – вновь наклонившись к моему уху, спросил Виталий. Его дыхание щекотало мою скулу.

– Спасибо, у меня есть! – Я для наглядности потрясла перед носом парня бокал с коктейлем. Не понимаю я этот клубный «этикет»…

– В таком случае можно пригласить тебя на танец? – непринужденно продолжил Виталий, осторожно взяв мою руку.

Вот это настойчивость! Почему бы и не потанцевать? Парень очень даже хорошенький! Я залпом допила остаток коктейля и кивнула.

Виталий повел меня за руку на середину танцпола. Двигался под музыку парень вполне сносно. По крайней мере рядом с ним я не чувствовала себя глупо. Видимо, молодой человек часто посещает ночные клубы… Когда заиграла медленная музыка, Виталий осторожно меня приобнял.

– Ты одна пришла? – спросил он, плавно двигаясь вместе со мной под музыку.

– С подругой! – ответила я, глядя по сторонам. Кстати, куда Алка-то подевалась? Меня на какую-то секретную «Настюху» променяла?

– Ты очень красивая! – сообщил мне Виталий, заглядывая в глаза.

– Ой, спасибо! – растерялась я.

Виталий покружил меня. Честно, меня не покидало какое-то странное ощущение. Будто я Золушка на балу. Так чужда мне была вся эта атмосфера. И этот одетый с иголочки Виталий, который наверняка восхищается красотой любой девушки, причем стабильно каждые выходные. Туфли жмут, музыка громкая, а Виталий… такой напористый! Кажется, я уже немного скучаю по своей комнате, уютной кроватке, крепкому здоровому сну…

– А еще ты очень хорошо танцуешь! – снова прошептал мне Виталий на ухо.

– Еще раз спасибо! – вяло ответила я. Этот набор предсказуемых заготовленных фраз немного раздражал. Сказал бы, что я похожа на редиску, а он работает водителем грузовика. Я бы, конечно, ужасно удивилась и сочла его настоящим психом, но хоть какое-то разнообразие.

В один момент мне показалось, что музыка становится громче, а Виталий прижимается ко мне теснее…

– Может, передохнем? – не выдержала я. – Уже натанцевалась…

– Конечно-конечно! – засуетился парень. Вновь взяв за руку, Виталий провел меня куда-то в глубь зала. Там мы остановились около стены.

– Здесь вроде потише! – прокричал мой новоиспеченный ухажер. Я хмыкнула. Как же, потише!

Тем не менее нам удалось немного пообщаться. Выяснилось, что Виталий в этом году оканчивает мой университет по специальности «Реклама и связи с общественностью». Узнав, на каком факультете учусь я, парень присвистнул:

– Физфак? Так ты умная девочка?

Слово «девочка» меня несколько покоробило. Терпеть не могу, когда ко мне так обращаются. Виталий явно хотел произвести на меня впечатление: невзначай касался, то и дело демонстрировал свои дорогие наручные часы и бесконечно шутил. Правда, шутки его казались мне какими-то натужными и плоскими. Я вежливо улыбалась. Может, у меня просто неподходящее настроение… Я пришла сюда из-за Алки. Где ее, черт возьми, носит?

Я решила еще раз оглядеть зал и тут же наткнулась на смеющийся взгляд Зайца. Артем стоял у стены напротив, обнимая миниатюрную блондинку, и буквально сверлил меня глазами. Я тут же смутилась. Отвела взгляд, но любопытство мое было сильнее, поэтому через пару секунд я вновь посмотрела на Тему. А тот по-прежнему глядел на меня. Спутница, которую Заяц держал за талию, в это время стояла, уткнувшись в свой телефон.

Что-то эта девушка совсем не похожа на Лику… Очередная? Что и стоило доказать. Я презрительно ухмыльнулась и повернулась обратно к Виталию.

– …а я ей говорю: «Женщина, алло, пожалуйста, прекратите меня кусать!» – со смехом завершил парень.

Черт, я прослушала всю предысторию. Звучит жутко. Но я для проформы тоже рассмеялась, пожалуй, даже громче обычного. Виталию моя внезапно бурная реакция пришлась по душе, поэтому он воодушевленно продолжил:

– А вот еще случай был! Но это еще в школе, в старших классах… Прихожу я на урок химии…

Я вновь взглянула в сторону Зайца. Черт, Рита, ну, что ты делаешь? Сдался он тебе… Заяц, обняв за плечи блондинку, что-то шептал ей на ухо, но при этом не переставал смотреть на меня. Это было несколько странно. Блондинка, выслушав Тему, расхохоталась. Я тоже нарочито громко засмеялась.

– Погоди, я ведь еще не закончил! – насупился Виталий. – Там самая хохма впереди…

– А, да? – с отстраненной улыбкой откликнулась я, продолжая смотреть в глаза Зайцу.

Внезапно я рассердилась на саму себя. Что это за игры такие? Зачем я на это ведусь? Но меня уже было не остановить.

– Виталий! – резко перебила я парня. – Ты такой милый! Можно я тебя обниму?

Парень опешил.

– Если ты так хочешь… – пробормотал он, принимая меня в свои объятия.

Уф, какая приторная у него туалетная вода! Аж голова закружилась.

– Ты в отличной физической форме! – похвалила я Виталия, скользнув рукой по крепкой спине парня. – В спортзал ходишь?

– Три раза в неделю! – зарделся Виталий. Кажется, теперь он увлеченно начал рассказывать мне всю программу своих тренировок…

Я опять посмотрела на Зайца, который продолжал стоять с блондинкой, теперь извивающейся под музыку. Артем кивнул на Виталия и показал мне большой палец. Это он моего потенциального парня оценил? Я незаметно для Виталия показала Артему в ответ средний палец. Заяц усмехнулся.

– Рит, а ты есть в социальных сетях? – Виталий полез в карман брюк за телефоном. – ВКонтакте, фейсбук? Я бы тебя добавил в друзья…

Парень уткнулся в смартфон. Заяц показал жестом звонок по телефону, мол, уже номерами обмениваетесь? Ему-то какое до этого дело?

– Да по-шел ты! – произнесла я по слогам одними губами.

Заяц рассмеялся.

– Я люб-лю те-бя! – точно так же ответил он мне.

Кажется, у меня подкосились ноги. Артем продолжил серьезно смотреть за моей реакцией.

– Вот, нашел! Маргарита Ромашина, физфак… Это ты? – протянул мне руку со своим телефоном Виталий. Я на мгновение вообще забыла о его существовании.

– Да-да, – пробормотала я, глядя куда-то в пол. – Виталий, извини, мне что-то нехорошо… Я отлучусь в уборную?

– Разумеется! – откликнулся Виталий. – Тебе нужна моя помощь?

– Нет, спасибо! – быстро ответила я и поспешила покинуть зал.

Это что еще за фигня сейчас была? Заяц совсем с ума сошел? Для чего он это сделал? Если его целью было выбить меня из колеи, то это у него отлично получилось. Сердце бешено стучало. Домой, домой, мне надо домой! Сначала я хотела скрыться от этого прилипалы Виталия, а теперь бы и Артема не видеть… Алке эсэмэску напишу!

Выскочив из главного зала, я поспешила к гардеробу. Хорошо, что громкая музыка осталась позади… Но не успела я сделать и пары шагов, как кто-то схватил меня за руку.

– А ты что здесь делаешь? – произнесла удивленно я.

– То же самое хотел спросить у тебя! – ответил мне Ромка. – Ты ведь обычно спать ложишься сразу после напутственных слов Хрюши и Степашки.

– Меня друг пригласил! – с вызовом ответила я.

– И меня друг пригласил… – эхом откликнулся Рома. – Может, у нас один и тот же друг?

– Не думаю! – нервно рассмеялась я.

Ромка внимательно посмотрел на телефон, который я крепко сжимала в руках.

– Ну а сейчас ты, конечно же, вызовешь такси и баиньки? – насмешливо спросил он.

Его тон меня разозлил.

– Тебе-то что? – сердито спросила я. Дома мне его подколов мало!

– Да ничего… – хмыкнул брат, разворачиваясь. – Спокойной ночи, Маргарита!

Я схватила Ромку за руку.

– У меня сна ни в одном глазу, если хочешь знать! – упрямо сказала я. – Просто Алку ищу… А так планирую протанцевать до самого утра!

Рома пожал плечами:

– Мне-то что, пляши на здоровье!

Ромку позвал кто-то из парней, что стояли в стороне.

– Меня ждут, – сообщил он.

– Гуляй давай! – буркнула я.

Когда Ромка оставил меня одну, я задумалась. Как поступить дальше? Где мне отыскать Аллу? Главное – не наткнуться на Виталия… И на Зайца. Вспомнив о последнем, я со злостью сжала кулаки. Не знаю, что затеял Артем, но это очень подло… Ему наверняка шутки, а мне в то мгновение стало трудно дышать.

* * *

Алла стучала ладонью по барной стойке в такт музыке, периодически посматривая по сторонам.

– Ну что? – подошла к ней Настя. – Ты отыскала свою подругу?

– Нет! – покачала головой Алла. – Понятия не имею, куда Рита делась! Хотя, знаешь, она у меня такая… Не удивлюсь, если уже давно вызвала такси и дома дрыхнет!

Настя громко рассмеялась.

– Ты не обидишься, если я тоже отлучусь? – виновато спросила она. – Я тут просто со своим новым парнем… У нас третье свидание, сама понимаешь!

– Конечно-конечно! – заверила бывшую одноклассницу Алла. – Ты права, все понимаю!

Настя подмигнула и, пританцовывая, удалилась за невысоким шатеном. Алла осталась одна.

– Рита, твою дивизию! Где тебя носит? – пробормотала Алла. Всю ночь к девушке то и дело подкатывали разные парни. Но всех она сразу же отшивала.

– Здравствуй! – поздоровался с ней вновь кто-то.

– Начина-ается! – закатила глаза Алла, оборачиваясь на мужской голос.

Позади стоял парень в серой толстовке с накинутым капюшоном, из-за которого вообще не было видно лица. От неожиданности Алла вздрогнула.

– О господи! Еще и фриказоид какой-то! – проворчала девушка.

– Потанцуем? – предложил таинственный незнакомец.

– Милый мой, я сегодня стольких вас отбрила! – доверительно сообщила парню Алла. – И ты… своей таинственностью меня точно не зацепишь.

Парень пожал плечами и развернулся, чтобы уйти. Вообще она ожидала, что этот чудак продолжит свои попытки с ней заговорить. Тем более Алке он показался смутно знакомым… Может, они где-то уже встречались? Девушка схватила парня за руку.

– А ты кто такой вообще? – прокричала она сквозь громкую музыку.

– Я твой супергерой! – неоднозначно бросил ей незнакомец.

У Аллы оборвалось сердце. Супергерой?..

– Погоди же ты! – теперь уже Алла тянула за рукав парня, пытаясь его остановить. Казалось, «супергерой» от такого напора девушки даже немного растерялся.

Алла тут же сползла с барного стула и поравнялась с парнем. Девушка мысленно прикинула: незнакомец высокий. И Паршуков тоже немного выше, когда она на каблуках… Хотя, как он может здесь оказаться… Не может быть! Бред какой-то!

– Ты меня заинтересовал! – крикнула парню Алла. – Пожалуй, я согласна на один танец!

Видимо, парень не ожидал такого поворота событий и был немного удивлен.

Волшебного танца не получилось. Супергерой то и дело наступал Алле на ноги, а девушка только морщилась.

– Слушай, ты очень хреново танцуешь! – прокричала Алла незнакомцу.

– Зато сердце у меня большое и доброе! – громко ответил ей парень.

– Может, снимешь капюшон? – кивнула Алла.

Парень покачал головой.

– Ты такой некрасивый? – усмехнулась Алла.

– Сойдет! – бросил парень. – По крайней мере выгляжу я лучше, чем танцую… Не так хреново!

– Это утешает! – буркнула Алла.

Когда мелодия сменилась, девушка непринужденно отсалютовала супергерою рукой.

– Постой, может, еще один танец? – теперь уже незнакомец не хотел отпускать Аллу.

– По-моему, я с тобой договаривалась на один? – решила уточнить девушка.

Парень перегородил ей дорогу.

– Прекрати! – нахмурилась Алла, пытаясь оттолкнуть наглеца. Но тот перехватил руку девушки и приложил ее к своей груди.

– Отгадаешь детскую загадку? И я тебя отпущу…

– Ты меня, конечно, очень заинтриговал, но я ненавижу отгадывать загадки…

– Рождаются – летят, – невозмутимо начал парень, – живут – лежат, умирают – уплывают. Что это?

Алла хмыкнула:

– Дорогой, я выпила три коктейля! Мне неохота думать над какой-то ерундой…

– Дорогая, это же снежинки! – рассмеялся в ответ парень.

– Снежинки? – переспросила глухо Алла, а потом тоже звонко рассмеялась. – Господи, я, кажется, такая пьяная…

Неожиданно Алла обняла парня. Конечно, он был в прекрасной физической форме.

– Ты ведь не Владлен? – шепнула она незнакомцу, пытаясь все-таки заглянуть ему в лицо. Но плохое освещение, накинутый капюшон и три алкогольных коктейля все-таки сделали свое дело. В глазах двоилось.

– Кто? – непонимающе откликнулся парень.

– Я так и знала! – грустно улыбнулась Алла. – Прощай, мой супергерой!

Алла резко выдернула свою руку из ладони парня и поспешила затеряться в танцующей толпе.

* * *

Я хотела одного: спать! Чудом отыскав в этом огромном клубе чилаут, я уселась на кожаный диванчик, стянула свои дурацкие туфли-лодочки и с наслаждением вытянула ноги. Здесь играла расслабляющая музыка и было намного меньше танцующих. Честно признаться, я не ожидала, что клуб окажется настолько большим… От такого скопления народа я растерялась. К тому же Алка как сквозь землю провалилась! Может, в этот раз она раньше меня вызвала такси? Конечно, все бы хорошо, если бы мой телефон не разрядился… Как мне теперь добраться до дома?

Я уже клевала носом, когда рядом со мной на диван плюхнулся Артем.

– Вот ты где, Ромашка! – непринужденно произнес он. – А я тебя повсюду ищу!

Я вздрогнула. И почему-то тут же покраснела. Хорошо, что в приглушенном свете Заяц этого не мог заметить…

– От тебя нигде не скроешься! – проворчала я.

– А где твой блондинчик? – поинтересовался Артем.

– А где твоя блондиночка? – тут же нашлась я.

Артем рассмеялся.

– Один-один?

– Отвали! – рассердилась я. – Что это вообще было?

– Ты о чем? – насмешливо спросил Заяц.

– Ты знаешь, о чем! – тут же смутилась я. – О твоем признании… ну, мне…

– В любви? – уточнил Артем.

– В любви! – сердито согласилась я, легонько стукнув парня кулаком по плечу.

– Захотел и признался! – пожал плечами Заяц.

– Ах вот как! И сделал ты это, конечно, «по фану»? – прищурившись, решила уточнить я.

– Возможно! – согласился Артем.

– И ты меня правда любишь?

– Всякое бывает! – вновь уклончиво ответил Артем.

– Заяц, скажи честно: тебе нравится меня из себя выводить? – вскипела я.

– Честно? – Артем резко наклонился к моему уху и прошептал: – Рита, я от этого такой кайф ловлю!

По спине пробежали мурашки. Я резко встала с дивана.

– Больше не дам тебе повода разводить меня! – гордо произнесла я, по-прежнему держа туфли в руках. – Сейчас только Алку найду…

Я сделала пару шагов, Заяц не двинулся с места. Так и остался сидеть на диване, глядя куда-то в сторону и непонятно чему улыбаясь.

– Артем, а ты не видел Аллу? – в надежде обернулась я. Черт, или попросить Зайца вызвать такси?

Тема поднялся с места и протянул мне руку:

– Обувайся! Я кое-что тебе покажу!

Если он покажет мне местонахождение Алки, то я только «за»! Поморщившись, я вновь натянула туфли и взяла Зайца за руку. Такие странные ощущения. Хотелось крепко сжать ладонь Артема в ответ. От какого-то непонятно откуда взявшегося счастья.

Мы вышли из тихого зала, миновали темный коридор, шумный танцпол и подошли к какой-то витиеватой неосвещенной лестнице.

– Что там? – спросила я, пытаясь перекричать громкую музыку. Если честно, я так устала от этого шума…

– Увидишь! – ответил Артем, помогая мне подняться по крутой темной лестнице.

Мы оказались в VIP-ложе балкона. Отсюда открывался вид на огромную танцплощадку.

– Может, и Алку свою увидишь отсюда? – усмехнувшись, предположил Заяц.

Музыка здесь играла не так громко. Я подошла к красивым кованым перилам балкона и посмотрела вниз. Казалось, что танцпол забит полностью. Парни и девушки двигались в такт зажигательному диджей-сету. И не устали ведь. Я только головой покачала. Обернувшись, я увидела, что Артем расположился на удобном мягком диване.

– Присаживайся! – похлопал он рядом с собой по дивану.

Я, несколько секунд поколебавшись, все-таки уселась на мягкий диван. Боже, мои ноги…

С дивана, кстати, тоже было видно танцпол. Сколько же тут народу…

– Это бесполезно! – вздохнула я. – Мне никогда не отыскать здесь Аллу! Артем, может, ты дашь мне…

Я хотела закончить предложение: «свой телефон», но тут заметила, что Заяц вообще меня не слушает. Он водрузил на голову наушники и сидел теперь с закрытыми глазами. Я принялась рассматривать лицо парня. Ну, раз уж выдалась такая возможность… Какой красивый все-таки у него профиль! Вот зараза! Уродился же… на мою голову.

– Я знаю, что сейчас ты рассматриваешь меня! – не открывая глаз, произнес громко Заяц. Я вздрогнула, но ничего не ответила. Все равно ведь в наушниках не услышит. Да и что толку отпираться…

Тема открыл глаза, стянул с головы наушники и протянул мне.

– Будешь? – спросил он.

– Честно говоря, я не испытываю дефицита в музыке! – поморщилась я от громких криков в микрофон диджея, который в этот момент заводил толпу.

Тогда Артем сам аккуратно натянул мне на голову наушники и включил плеер. Я знала эту песню. Солист группы «Coldplay» исполнял композицию «The Scientist». Правда, раньше я не слышала ее в акустической версии… Я с немым восторгом посмотрела на Зайца. Артем улыбнулся и потрепал меня по волосам. Я не смогла сдержать улыбку в ответ. Все люди на танцполе, мне казалось, стали двигаться будто в замедленной съемке. Я положила голову на плечо Артему и сама не заметила, как сладко заснула.

* * *

– Ромашина, подъем! – легонько постучали мне по плечу. – В школу к первому уроку опоздаешь!

Я открыла глаза. Передо мной сидела довольная Алка.

– Ой, который час? – всполошилась я. – А Заяц где?

– Ускакал твой Заяц в лес! – хихикнула Алла. – Ну ты даешь, конечно! Я всю ночь ее по клубу ищу, а она тут дрыхнет в VIP-ложе! Ни дать ни взять Филипп Киркоров после концерта!

– Ты чего растрещалась как сорока? – поморщилась я, отходя ото сна. На танцполе уже практически никого не было, играла негромкая расслабляющая музыка.

– Я нам такси вызвала! – сообщила Алла, протягивая мне руку. Подруга помогла мне подняться с дивана.

Вместе с толпой самых стойких тусовщиков мы вышли на улицу. Уже рассвело. Я, на ходу натягивая тренч, сладко зевнула.

– Это сколько ж все-таки времени? – спросила я у Аллы. – А то у меня часов с собой нет, а телефон разрядился…

– Шестой час где-то… – растерянно ответила Алка, выглядывая такси. – А телефон свой вообще можешь выкинуть! Не понимаю, зачем он тебе нужен, если до тебя никогда не дозвониться? Чтоб просто был? Ты как мой дедушка. Мы ему на день рождения дорогую трубку подарили, а он вечно про нее забывает…

– Просто не успела зарядить! – в свое оправдание промямлила я.

– Где же наша машина? – проворчала Алка. – Сказала же: к главному входу!

Я поежилась.

– Замерзла, что ль? – покосилась на меня Алла.

Я закивала.

– А ко мне такой персонаж подкатил… – начала подруга. Я вспомнила о Виталии. Не удивлюсь, если он. – Назвался моим супергероем! Я, честно, сначала подумала, вдруг это Владлен?

– Сдался тебе этот Владлен! – нахмурилась я. – Он же тебе дал понять, что ты ему не нужна. Что ты вдолбила его себе в голову?

– Ну, вдолбила и вдолбила! – рассердилась Алка. – Я не привыкла, чтобы кто-то мне отказывал…

Я пожала плечами. Алла вдруг расплылась в улыбке.

– Нет, ну как ты с Зайцем спала, это умора! – проговорила подруга.

– Чего-чего? – опешила я. – Поподробнее можно?

– Какие именно подробности тебе нужны? Вы спали на диванчике, обнявшись, прямо сладкая парочка твикс! Любо-дорого посмотреть… Я вас так и застала! Разбудила сначала Тему, он сразу домой засобирался… А тебя, конечно, фиг добудишься!

Я смутилась.

– Ой, Ритик! Кажется, такси! Так, серая «Тойота», номер 174… Точно, это за нами!

Алка припустила к такси, мерно стуча каблучками. Я поспешила за подругой, попутно оглядываясь по сторонам. Это майское утро было идеальным: тихие, еще безлюдные улицы, пение птиц над головой и прохладный весенний воздух. Еще я вспомнила про Артема и непроизвольно заулыбалась.

– А ты чего лыбишься? – поинтересовалась Алла, когда я усаживалась на заднее сиденье рядом с ней.

– Ничего и не лыблюсь… – запротестовала я, не в силах спрятать улыбку.

– Лыбишься, лыбишься!

– Отстань! – засмеялась я, отворачиваясь к окну. Да, город в пять утра был прекрасен. Прекрасным было все.

Глава двенадцатая

По дороге к аудитории я догнала нашего декана.

– Доброе утро! – приветливо улыбнулась я.

– Ой, Риточка! Доброе! – откликнулся мужчина, передавая мне огромную стопку тетрадей. Сам он достал ключи от кабинета. – Подержи, пожалуйста! Дверь только открою…

– Это наши черновики? – пропыхтела я, выглядывая из-за тетрадей. – Вы их уже проверили?

– Твою увидел! – кивнул декан, распахивая дверь в залитую солнечным светом аудиторию и пропуская меня вперед. – А вот работы Артема Зайца я не наблюдаю…

Я чуть тетради не выронила. Ну, Заяц! Погоди! Убью! Горбатого только могила исправит – это про него!

– То есть как? – жалобно пролепетала я. – Он уже решил большую часть задач, я сама видела…

– Рита! Осторожнее! Врежешься в парту! Давай сюда тетради… ты же из-за них ничего не видишь!

Я передала увесистую стопку работ. Видимо, лицо мое было совсем растерянным, потому как декан со вздохом сказал:

– Может, Заяц и решил задачи, охотно в это верю, но мне их никто не передавал. Артем не частый гость на моих парах. К сожалению!

«Скоро он частым гостем в травмпункте станет!» – со злостью подумала я.

В это время в аудиторию начали подтягиваться студенты. Я села на свободное место у окна. Как же так? Что Артем за человек такой непонятный? Говорил, что оценка ему важна… Теорию написал, задачи правильно решил. А тетрадь до универа донести лень. И ведь меня тоже подводит. Я достала из кармана рубашки телефон и быстро напечатала:

«Заяц! Уже третье мая, между прочим!» Отправлено. Ответ пришел спустя минуту.

«Спасибо, Ромашина! Но я умею пользоваться календарем». Я рассердилась на одногруппника еще больше.

«Да? Как-то незаметно! До первого числа нужно было сдать черновой вариант на проверку!»

Тема долго не отвечал. Я в нетерпении барабанила пальцами по столу.

«Сорян. Занесу!» Сорян? Сорян?! Я просто кипела от злости.

– Господи, Рита, что с тобой? – кинула в этот момент свою сумку на парту Алла. – Ты просто огнедышащий дракон!

– Меня бомбит! – пропыхтела я.

– Это я вижу! – Алка с подозрением посмотрела на меня.

– Заяц не сдал проект, прикинь?

– Ну и что! Подумаешь! – пожала плечами Алла. – Я тоже еще не сдала!

– Да ну вас! – махнула я рукой.

«У нас сегодня две пары у декана. Ты еще успеешь ко второй!» – упрямо настрочила я вновь Теме.

«Мы с парнями в хоккей играем в парке. Не могу».

– Не может он! – воскликнула я. Очень веская причина!

– Тише, пара уже началась! – шикнула на меня Алка.

Я, словно очнувшись, посмотрела по сторонам. Действительно, все уже сидят, строчат что-то под диктовку преподавателя. Интересно, а Заяц вообще планирует в ближайшие дни посетить наш славный университет?

«Отдай мне свою тетрадь тогда! Я за тебя ее сдам!»

«Забирай!»

– Ты чего лекцию не пишешь? – прошипела мне в ухо Алла.

– Да погоди ты! – поморщилась я.

«Когда и где?» – деловито осведомилась я, имея в виду нашу встречу.

«Прямо сейчас. Приходи в парк? Который рядом с универом».

Я ухмыльнулась. Пропускать занятия? Вот уж нет! Я потянулась за ручкой, чтобы начать записывать лекцию, но потом ее отложила и снова стала писать Артему:

«А ничего, что у нас пары сейчас идут?»

Артем долго не отвечал. Я уже вся извелась в ожидании ответа.

«Прости. Я забыл, что ты зануда», – наконец пришло сообщение от Темы.

Я решила не отвечать этому хаму. Лучше лекцию попишу. Но сосредоточиться на новом материале не получалось. Я слушала преподавателя вполуха, то и дело поглядывая в окно. Наша светлая просторная аудитория находилась на втором этаже, отсюда открывался вид на соседний лабораторный корпус. Я наблюдала, как из окна на первом этаже сначала вылетели две сумки. Потом показался худощавый парнишка, который ловко спрыгнул на землю, а затем помог слезть хрупкой рыжей девушке. Интересно, как они решились сбежать посреди пары? А преподаватель как же? Или его в данный момент нет в аудитории? Влюбленные заливисто над чем-то смеялись. Я тоже непроизвольно начала улыбаться. Какие сумасшедшие! Подняв сумки с земли, парень с девушкой взялись за руки и побежали прочь от лабораторного корпуса. Вот бы и мне так… Плюнуть бы на все. Правда, я сразу представила себе, как позорно повисну из окна второго этажа, и тут же отогнала эту мечту.

Наверное, Артем прав: я слишком замороченная. Зануда. Мне не хватает тяги к приключениям, непредсказуемости и даже безответственности. Никак не могу вспомнить свой последний сумасшедший поступок. Если он и был, то в далеком детстве. И заключался в том, что я заставила брата облизать вместе со мной железные качели.

Хотя вру. Однажды мы с Ромкой отважились на побег из дома. Поводом послужил непреднамеренный поджог маминых штор. Баловались спичками, пока никого из взрослых не было дома. Еле потушили! Мы так испугались родительского гнева, что решили: лучше нам покинуть отчий дом. Зачем им такие непутевые дети, как мы? Набрали с собой гору вещей: книжки, посуду, бытовую химию. Я предусмотрительно перелила борщ в трехлитровую банку. Мы с Ромкой решили, что на первое время нам такого пропитания хватит. Брат даже сбегал к бабуле за небольшой раскладушкой, соврав, что она ему нужна в школьный лагерь. Написали слезливую записку и бросили в почтовый ящик. Правда, место для ночлега выбрали неудачное: в своем же дворе. Новое убежище отлично было видно из окна нашей квартиры. Поэтому родители без труда отыскали нас. Сначала нам здорово влетело за неудачный побег, а потом уж за сожженные шторы.

Интересно, куда теперь направится эта влюбленная парочка? Наверное, тоже в наш парк… Он небольшой, но очень уютный. Со своим футбольным полем, каруселями, сладкой ватой… И погода такая классная! Мне вдруг так захотелось увидеть Зайца… Я сама испугалась своего жгучего и непонятного желания. Дождавшись наконец перемены, я начала складывать вещи в сумку.

– Ты куда это? – вяло откликнулась Алла. – У нас еще одна пара в этой аудитории…

– В парк! – сообщила я, хватая пенал.

– В па… в парк? – встрепенулась Алка. – Тебе тут у окна голову напекло, что ли? В какой еще парк?

– В обычный. Зелененький такой. С карусельками! – как маленькому ребенку объяснила я подруге.

– Да ладно! Зачем тебе?

– Очень надо! – заверила я Алку. – Потом все объясню!

– Рита, а у тебя есть с собой зонт? – спросила вдруг подруга.

– Зачем мне зонт? – покачала я головой. – На небе ни облачка!

– Затем, что из-за тебя сейчас небо разгрозится дождем!

– Разразится, Алла! – поправила я.

– Ой, иди-и‑и! – рассердилась Алла. – Но я все равно помечу этот день в календаре! Ты впервые за три года сматываешь с пар!

Я чмокнула подругу в макушку и поспешила к выходу, пока декан разбирал с одним из студентов ошибки в работе. Ох, поверить не могу! Покидаю аудиторию без зазрения совести!

Я бежала по пустому коридору, покачивая сумкой.

– Рита? Ромашина Рита! – окликнули меня. Я резко развернулась. Ко мне спешила Галина Анатольевна, наш куратор. Галчонок семенила забавной походкой. Какая она уже кругленькая, хорошенькая!

– Ой, Галина Анатольевна, здравствуйте! – растерялась я. Чувствовала себя преступником, которого застали на месте ограбления.

– Ты куда? На кафедру? – поинтересовалась Галчонок.

– Вообще-то нет, – проговорила я, заливаясь краской.

– У вас сейчас что по расписанию? Электродинамика? А потом что?

– Кажется, практикум по радиофизике, Галина Анатольевна… – промямлила я.

Галчонок достала из сумки красивый ажурный веер.

– Какая духота в университете! – пожаловалась она. – А на улице сегодня так хорошо…

«Конечно, хорошо! – про себя подумала я. – Именно поэтому туда и собираюсь…»

– А я вот декретный отпуск оформляю! – сообщила мне Галина Анатольевна. – Ой, Рита, так неудобно, что подвела тебя с этим проектом… Обещала ведь с Аллой в пару поставить!

– Да ничего страшного! – заверила я любимого преподавателя.

– Кто тебе достался-то хоть?

– Заяц! – выпалила я.

– Артем? – удивилась Галчонок. – Да уж… не повезло. Он же систематически прогуливает пары… Хотя парень очень одаренный!

При упоминании о Зайце я вновь глупо заулыбалась.

– Не переживайте! Мы вроде как… подружились даже! – ответила я. Галчонок посмотрела на меня с подозрением, отчего я еще больше смутилась.

На секунду я представила, что было бы, если б Галина Анатольевна не ушла в отпуск и проект мы делали бы вместе с Алкой. Тогда бы я точно не узнала ближе Артема. Так бы и считала его недалеким и неинтересным персонажем. И уж совершенно точно никогда бы первой не начала с ним разговор. Как, вероятнее всего, и он со мной.

– Галина Анатольевна, разрешите, я пойду? – не выдержала я.

– Да, конечно, Рита… Пара ведь давно уже началась! – напутствовала меня Галчонок.

– Вообще-то я не на пару! – выпалила я.

– А что такое? Куда? Домой? Болит что-то? – забеспокоилась Галина Анатольевна.

– Нет, что вы, ничего не болит… – созналась я. – В парк! Вы же сами сказали, на улице хорошо…

Галчонок удивленно уставилась на меня, но, заметив мою глупую улыбку, засмеялась в ответ:

– Я, кажется, поняла тебя, Маргарита! Конечно, беги!

И вот я со всех ног несусь в зелененький парк с карусельками. В то время, как мои одногруппники сидят на всеми «любимой» электродинамике. Навстречу мне идут счастливые молодые мамы с колясками и многочисленные влюбленные парочки. Кажется, на той скамейке сидели парень и девушка, что сбежали с пары через окно лабораторного корпуса. Они о чем-то непринужденно болтали и смеялись. Хотелось подбежать к ним и прокричать: «Ребята! Привет, я сегодня с вами!» Наверное, они сочли бы меня за сумасшедшую… Хотя я такая и есть. С большими тараканами в голове.

Я не без труда нашла в парке хоккейную коробку. Высокие и крепкие, как на подбор, парни гоняли клюшками мяч по асфальту. Я никогда не видела уличный хоккей, поэтому замерла у бортика вместе с остальными многочисленными зрителями, которые наблюдали за игрой. Я отыскала глазами Артема: вот он, в спортивных щитках, налокотниках, на голове хоккейная бейсболка козырьком назад. Заяц скользил на роликах так естественно, быстро и легко, что я даже позавидовала. За всю свою жизнь я так и не научилась кататься на коньках. У меня настоящая фобия: запнуться и свернуть нос на льду. Ну или в данном случае – на асфальте. К тому же эта недавняя история, которая произошла с Алкой в парке, когда она едва не угодила под колеса автомобиля. Ужас!

Конечно, мой брат, который тоже хорошо катался, неоднократно предпринимал попытки поставить меня на ролики. Но наши с ним совместные тренировки представляли собой жалкое зрелище. Всякий раз я чувствовала себя Ниной Соломатиной из фильма «Карнавал», что заменяла в цирке танцующего на роликах медведя… А Ромка был тем самым администратором, который вопил «Отползай!»

Поэтому я искренне залюбовалась Темой на хоккейной площадке. Осталось, вновь как в фильме, восхищенно добавить: «Ну, мишка!»

Артем выиграл вбрасывание. Я знала правила хоккея. Ну еще бы! Когда тебя все сознательное детство таскают на игры брата… Притом что наш ленивый Ромка чаще околачивался на скамейке запасных, мы с мамой всякий раз рисовали яркие плакаты, чтобы его поддержать. И орали что-то вроде: «Роман Ромашин! Знай наших!» Когда Ромке исполнилось лет двенадцать, он строго-настрого запретил нам с мамой посещать его игры… Видите ли, мы позорили его перед пацанами.

После череды красивых передач шайба оказалась у Артема. Заяц одним щелчком направил мяч в ворота. Вокруг зашумели, зааплодировали. Несколько девчонок недалеко от меня противно завизжали.

– Молодец, Тема! – выкрикнул кто-то из них. Я недовольно посмотрела в их сторону.

В этот момент прозвучал свисток. Игра окончена. Заяц подъехал к бортику и достал из своего рюкзака бутылку с водой. Артем жадно пил, попутно оглядывая собравшихся вокруг площадки людей. И он, конечно, заметил меня. Я не спускала с Темы глаз. Он тут же перестал пить, убрал бутылку и подъехал ко мне.

– Рита? – удивился он. – Ты почему не на парах?

– Ты же сам сказал прийти мне сюда за тетрадью… – сказала я, широко улыбаясь. Господи, эта дурацкая улыбка слезет теперь когда-нибудь с моего лица? Не могу контролировать свою мимику…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Канадский хоккеист (прим. ред.).

Вернуться

2

Never gonna give you up.

Вернуться

3

Facebook и Instagram принадлежат компании Meta, признанной в РФ экстремистской.

Вернуться