Рина Сухомлинская
Хроники Терры: Близнецы

Пролог

Александр знал, что так будет. Пророчества не любят, когда к ним относятся не всерьез и пытаются противостоять. Хелен же постоянно смеялась, утверждая, что та ведьма просто пыталась нагнать страх ради монет в благодарность, и всё это ерунда, не стоящая внимания. Как вообще можно верить случайной незнакомке? Это же не профессиональные предсказатели из Речных просторов.

Хелен Монтгомери умерла всего несколько часов назад на его руках.

Ладони до сих пор были в крови, как и некогда белоснежная рубашка, а всё тело трясло мелкой дрожью. Этого не должно было случиться. Только не с ними. Хотелось кричать громко, навзрыд, а затем крушить всё, что попадётся под руку, лишь бы не думать об этом, не осознавать, не существовать.

Казалось, что все это просто кошмар. Сейчас он проснется, а Хелен шутливо взъерошит ему волосы, скажет, что так легко от неё не избавиться, весело посмеется и обнимет, согревая своим теплом. Легкий запах её духов до сих пор витал в воздухе.

Чьи-то пальцы несмело коснулись плеча, боясь потревожить. Александру не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто способен на такую дерзость.

– Я принесла воды, – произнесла экономка, бывшая когда-то его кормилицей.

Сделав пару глотков, он прикрыл глаза.

– Спасибо, Эстер. Отдай распоряжение о похоронах.

Она должна была понять намёк и уйти, но вместо этого молча осталась на месте. Было ещё кое-что, что нельзя просто проигнорировать, но как найти подходящие слова?

– А что насчёт…

– Мне плевать, – перебил Александр. – Они ещё живы только потому, что я обещал ей. Остальное меня не интересует.

– Так нельзя.

Монтгомери поднял голову и посмотрел на неё. Эстер неосознанно отступила назад, поражённая пустотой этого взгляда.

– Пока я являюсь герцогом, никто не посмеет осудить меня вслух. Даже ты. А теперь уходи.

Экономка склонила голову в поклоне и вышла. Никогда еще она не видела воспитанника в таком состоянии. Наверное, ему нужно время, чтобы смириться с потерей и все осознать. Потом он изменит свое решение. Должен изменить.

Раздав по пути указания слугам, Эстер вошла в свою комнату. Устало опустившись на край кровати, она приложила ладонь ко рту, чтобы не было слышно всхлипов, и позволила слезам скатиться по щекам. Хелен была для неё как дочь. С самого первого появления в замке она, казалось, вдохнула в него и его обитателей жизнь, напомнила о счастье. К сожалению, магия – не панацея. Предотвратить смерть не может никто.

С трудом взяв себя в руки, женщина встала на ноги и подошла ближе к детской кроватке у окна. В ней безмятежно спали два младенца, еще не знающие, что остались практически сиротами. Они были такие милые и крошечные, будто фарфоровые куклы. Как герцог мог произнести насчет них те суровые слова?

На подоконник запрыгнула призрачная, словно сотканная из лунного света, кошка. Следующий прыжок привёл её прямиком в колыбель. Облизнув обоих детей, она улеглась между ними и замурчала. Эстер смахнула слезу, покачала головой:

– Тебе было ещё рано уходить. Ты нужна им. И ему тоже.

Пушистая гостья махнула хвостом, не поднимая мордочки. Только мурчание стало громче. Экономка слегка улыбнулась, чувствуя, как теплеет на душе от этого звука. Пусть малыши никогда не вспомнят об этом, но сейчас их мать была рядом с ними, пусть и в другом обличии. Смерть неизбежна, но это не всегда конец.

Замок Веспер переживал один из самых мрачных моментов в своей истории, но никто не подозревал, что подобное скоро повторится.

Глава 1

Тихие шаги раздались за спиной. Если б книга оказалась более захватывающей, Эдмунд вряд ли обратил бы на этот звук внимание, но алхимический справочник сложно назвать чем-то увлекательным. Так, чисто чтение для общего развития.

– Гости уже уехали? – спросил он, переворачивая очередную страницу.

Вошедший недовольно цокнул языком, после чего сел в кресло напротив. Каштановые волосы старательно причесаны, а одежда казалась только что вышедшей из-под иглы портного. Похоже, Финн все-таки попался на глаза матери.

– Если бы. Сидят важные такие, обсуждают политику. Как хорошо, что вы с Эст на них не похожи.

Сложно рассуждать о том, к чему не имеешь никакого отношения. Да и безрезультатно это. Никто не будет прислушиваться к мнению подростков.

– А где она, кстати?

– С мамой. Сказала, что лучше будет вышивать, чем сидеть в одной комнате с этими воображалами.

– Спорим, снова будет пытаться её убедить?

– Ага, и, как всегда, получит отказ.

Несмотря на то что они были единственными детьми герцога Александра Монтгомери, Эдмунд и его сестра Эстелла оказались всё равно что пленниками фамильного замка. Покидать его стены было строго запрещено. Правда, неясно, кто на самом деле отдал этот приказ – управляющая замка мисс Хилл или отец. Последнего дети видели только издалека, а разговаривали примерно никогда.

Наверное, всё было бы иначе, если б их мать, любимая жена герцога, не умерла при родах, а в крови была хоть капля магии. Да, у главы Королевского Совета, в мире, где способности к волшебству есть практически у всех, родились обычные дети. Не такие, как остальные наследники.

Впрочем, Эдмунд не особо и рвался наружу. Здесь у него было всё, что нужно для спокойной жизни: своя комната, полные книг стеллажи, регулярные приемы пищи, а для общения – друг и сестра. Что ему может предложить то, что находится за воротами? Сбежав, ему придется самому добывать еду, работать, ночевать где попало. Такая себе перспектива.

– Пойдем тогда выручать.

– Маму или Эст?

– Обеих.

Поднявшись на ноги, Монтгомери размял кисти рук и плечи. Да, засиделся он здесь, всё тело затекло. Финн тем временем вернул справочник на книжную полку и повернулся с каким-то странным выражением лица. Наверное, посторонний бы не увидел в этом ничего подозрительного, но только не тот, кто рос вместе с ним.

– Мы не пойдем туда, – произнес Эдмунд.

– Но все равно же по пути. Разве молча пройти мимо – это вежливо?

Вздох и поднятый к потолку взгляд.

– Поздороваемся и уйдем.

Друг улыбнулся и быстро, утвердительно закивал головой. Выйдя из библиотеки, парни направились к комнате для занятий. По мере приближения к следующему повороту Финн все больше и больше нервно закусывал губу и приглаживал волосы ладонью. Стоит ли говорить, что от этого прическе стало только хуже? Жаль, что старания Дороты пропали так быстро, но, с другой стороны, их все равно бы не оценили.

Дверь в гостиную оказалась приоткрыта. Резко наступившая при их появлении тишина была ожидаема.

– Добрый день.

– Добрый день, – почти хором раздалось в ответ.

Их связывала только общая деятельность родителей, поэтому на что-то большее, чем элементарная вежливость, никто не рассчитывал. На этом можно было и закончить, поэтому Монтгомери собирался уйти, но его остановили.

– Что, даже не задержишься? – насмешливо спросил Феликс Гарсиа, спустившись с подоконника.

Наверное, была причина, по которой он часто вёл себя скверно, но, честно, это была не проблема Эдмунда. Он просто хотел уйти, а не попадать в очередной скандал.

– Не начинай, пожалуйста, – попросила его Касуми Мори.

Власти и авторитета можно добиться как силой, так и хитростью. Эта леди в совершенстве овладела вторым, используя свою миловидную внешность как оружие. Её голос, мягкий и мелодичный, был способен успокоить даже самого раздражённого собеседника, а глаза лучились искренностью и теплом. Вот только Монтгомери как-то раз застал Мори за отчитыванием служанки. Никто в тот момент не назвал бы девушку «нежным цветком». Впрочем, ей, как племяннице короля, прощалось многое.

Сидевший возле неё Мортимер Ларсен с безразличием на лице помешивал что-то в кружке. Казалось, сегодня он был даже бледнее, чем обычно. Можно было бы пошутить про вампиров из книг, если бы не связь его семейства с некромантией. Такое не может не откладывать отпечаток.

Четвёртой в их компании была Валери де Ардаль, самая прекрасная и необыкновенная леди. И нет, эта характеристика была дана не самим Эдмундом, а скромно стоящим позади другом. Взглянув на них, она вежливо кивнула, после чего снова повернулась к Касуми.

Надо признать, выглядела Валери и впрямь необычно. Со стороны её можно было принять за настоящую Снежную королеву из сказок: бледная кожа, белоснежные волосы и льдисто-голубые глаза. Ярким пятном в облике был только алый бант в волосах. Детей с такой внешностью считали приносящими несчастья. Близнецы же находили её жуткой и пугающей.

– А где Виктор? – спросил Эдмунд, заметив отсутствие одного из наследников.

– С отцом, – в голосе Феликса сквозило нескрываемое недовольство.

Как совершеннолетний, Виктор мог присутствовать на собраниях Совета, пусть и в качестве зрителя. Гарсиа же, несмотря на высокий рост, было только семнадцать. Отвернувшись к окну, он дал понять, что больше говорить не намерен. Что ж, никто и не горел желанием.

– Эстелла снова занята? – в свою очередь спросила Мори.

– Мы идем забирать её с урока.

По этикету, как дети хозяина замка, брат с сестрой должны были развлекать гостей беседой, но отцу было безразлично, а мисс Хилл не настаивала, понимая, что отношение к ним может быть негативным. Как-никак, позорили такой древний род своим существованием. Финн частенько слышал это от более взрослых посетителей и передавал друзьям, а те и рады были, что не нужно изображать из себя шутов.

Перебросившись ещё парой незначительных фраз, Эдмунд с облегчением попрощался со всеми и покинул гостиную. Казалось, что сам воздух в том помещении был пропитан чем-то тяжелым, неприятным.

– Ты видел, она посмотрела на меня! – восхищенно прошептал Финн, идя рядом. – У неё такие красивые глаза.

– Ага, только это длилось пару секунд.

Да уж, не самая лучшая поддержка. Наверное, стоило сказать что-то более ободряющее? Но какой смысл поддерживать иллюзии? Дворянские семьи были буквально одержимы династиями и союзами между друг другом, даже большинство помолвок совершалось ещё в младенчестве. Повезло ещё, что до близнецов никому не было дела. Если бы пришлось жениться на той же Касуми, Эдмунд предпочел бы прыгнуть в море ядовитых змей.

– Ну и что? Зато она здесь, жива и здорова. Мне и этих секунд хватит.

Монтгомери пожал плечами. За всю свою жизнь он никогда не влюблялся, да и не в кого, если посудить. Единственными девушками, кого он знал, были его сестра и те двое из мини-кружка будущих повелителей мира. Выбор такой большой, что глаза разбегаются.

– Кстати, коня Эст ещё не вылечили?

Друг улыбнулся, заметив смену разговора.

– Папа сказал, что вечером уже можно седлать.

Специально для конных прогулок была выделена большая часть сада. Настоящее издевательство для хорошего скакуна. Им ведь нужен простор, а не ограниченные дорожки. Прямо как Эстелле.

– Заодно и обрадуем её, когда Дорота снова пошлет прочь.

– Ты же понимаешь, что мама не со зла.

– Да, только трудно помнить об этом, когда ты каждые выходные уходишь.

Финн развел руками. Он был всего лишь сыном кормилицы и конюха, поэтому его ограничения не касались. С субботы по воскресенье мальчишку отправляли к дедушке в ближайшую деревеньку, чтобы проведать старика, да и поиграть с местными друзьями. По возвращению он часто приносил корзинку с ягодами или чем-то вкусным, а также рассказывал интересные истории.

– Ничего, в сказках людей, заточенных в башню, всегда спасает принц или принцесса. Тебе нужно только подождать. На крайний случай могу попросить маму заговорить веретено.

Монтгомери беззлобно ткнул в друга локтем. Шутки шутками, но иногда ему тоже казалось вполне неплохой идеей последовать примеру спящей красавицы. Пережить отца и мисс Хилл – чем не способ наконец взять жизнь в свои руки?

Внезапно он услышал шорох позади, через несколько секунд почувствовал прикосновение стали к своему горлу. «Вот и конец», – подумали бы многие. «Это уже не смешно», – подумал Эдмунд.

– Убила. Довольна?

За спиной раздался смешок, хватка ослабла. Перед глазами предстала рыжеволосая девушка, похожая на Монтгомери как две капли воды. Разве что веснушек на лице больше. Присев в кратком реверансе, она убрала кинжал в ножны и потрепала брата по волосам. Эстелла сегодня была в хорошем настроении.

– Тебя так легко поймать врасплох. Совсем ничего по сторонам не замечаешь.

– Я же просил так не делать, – отбиваясь, ответил Эдмунд. – И вообще, разве ты сейчас не должна быть занята другой иглой?

– Я честно отсидела целый час, так что Дорота отпустила пораньше. Как мило, что вы шли за мной.

Хитро прищурившись, сестра слегка склонила голову влево и улыбнулась. Определенно, снова что-то задумала, как в тот раз, когда предлагала совершить подкоп. Поймавшая их тогда кормилица заставила вручную перестирывать испачканную одежду и очень долго отчитывала всю троицу. Повезло еще, что до управляющей не дошли их приключения.

– Ничего не хочу об этом знать.

– Знать о чём?

И кого она хотела обмануть этим невинным взглядом? Даже Финн улыбнулся, понимая, к чему всё идёт. В подобных разговорах он предпочитал молчать, сохраняя нейтралитет. Оба близнеца были слишком дороги ему, чтобы выбирать чью-то сторону. Тем более исход у их споров обычно одинаков.

– О твоём очередном безумном плане.

– Хорошо. В таком случае я выберусь самостоятельно, а вот ты потом будешь очень жалеть.

Развернувшись достаточно быстро, чтобы задеть волосами брата, Эстелла нарочито медленно пошла вдаль по коридору. Считая про себя сделанные шаги, она порадовалась, что в этот раз на концах кос были тяжёлые украшения. Больно, наверное, такими получить. Её подсчёт закончился на четырнадцати.

– Стой. Мы слушаем.

Остановившись, девушка улыбнулась, но оборачиваться не спешила.

– О, правда? Жаль, что больше я не хочу ни о чём рассказывать.

– Да брось, тебе же самой хочется, – вмешался Финн.

– Ладно, но только потому, что ты попросил.

Подойдя к открытому окну, Эстелла жестом подозвала остальных. Отсюда открывался прекрасный обзор на главные ворота и двор. Внимательный взгляд также заметил бы мимолётные искорки в воздухе, вспыхивающие по всей территории замка. Можно было строить сколько угодно теорий, но пока существовал магический купол, проникающий даже под землю, выбраться казалось невозможным.

– Видите телегу вон там? Её нашему повару готовят. Завтра на рассвете он поедет за продуктами в деревню.

Намёк понять было не так трудно. Она уже не раз предлагала подобный план.

– Ему нужно оглохнуть и ослепнуть, чтобы не заметить нас троих. А если стражники проверять станут? Что мы скажем мисс Хилл?

– Она всего лишь женщина, а не монстр. Хватит так её бояться.

– Ага, а темница – просто гостевая с милыми зверушками.

– Она не посмеет.

– А кто ей помешает?

Эдмунд покачал головой и отошел от окна. Слишком рисково.

– Мы дети герцога.

– А она – бывшая кормилица, которая наверняка ставила даже его в угол.

Сестра закатила глаза.

– И какой тогда смысл в этой жизни? Одни запреты, куда ни глянь.

Повисла тишина. Наверное, многие крестьяне сейчас оскорбленно бы прижали руку к сердцу. Жить в роскоши да еще и возмущаться – какой кошмар!

– Зато вы можете съесть столько конфет, сколько пожелаете, – попробовал разбавить обстановку Финн. – А, и у тебя есть своя лошадь. Вот у меня даже собаки нет.

– А как же Феликс? Он так гавкает, что не хуже любого пса, – понял его план Монтгомери.

Дружный смех раздался в пустом коридоре.

– Он опять не в духе? – спросила Эстелла.

– С рождения, – хором ответили парни.

Может, если бы Гарсиа родился раньше Виктора, то был бы добрее? Хотя, вряд ли.

– Может, обедать пойдем? – предложил Финн. – Пора уже.

– Потрясающая идея.

Сестра, казалось, отвлеклась, но то и дело кидаемые взгляды на окна говорили об обратном. В дальнейшем разговоре она участвовала мельком, погружённая в свои мысли. Неужели всё никак не успокоится? Эдмунд не выдержал, взял её за руку, вынуждая остановиться и посмотреть на него.

– Обещай, что не пойдёшь на это одна.

Эстелла растерянно моргнула, улыбка вновь засияла на её лице.

– Будь спокоен, братишка.

Однако на душе у него спокойствия не было. Уж очень хорошо знал сестру и то, на что она способна. Проще было остановить бушующий речной поток, чем дочь герцога Монтгомери. Оставалось только надеяться, что без союзников Эст не решится провернуть свой план.

Пустующая утром кровать говорила об обратном.

Глава 2

Впервые прочитав в газете об Ордене Клинков Тени, созданном для обеспечения благополучия королевской семьи, Эстелла загорелась желанием вступить в их ряды: стать такой же неуловимой и бесстрашной, спасающей жизни и побеждающей зло. Она и удобный наряд из черной ткани сама сшила, потратив на это около месяца. Неусидчивость и скуку к монотонной работе было не победить даже такой идеей.

В Орден девушка пока так и не вступила, но рубашка и брюки остались, очень пригодившись для побега. Ранним утром было еще темно, поэтому ей ничего не стоило короткими перебежками добраться до повозки незамеченной. Повар Альвизо, как человек ответственный, ездил за покупками всегда сам, выбирая наисвежайший товар. Хорошо, что его бдительность включалась только по приезду на рынок, поэтому беглянка без особых проблем залезла внутрь и накрылась каким-то покрывалом. Судя по всему, это было для защиты содержимого от дождя и солнечного света.

Сердце безумно колотилось от осознания дикости такого поступка. Если её сейчас раскроют, то непременно посадят под замок в комнате, а то и ещё хуже – кинут в темницу. Близнецы спускались туда один раз, но впечатлений хватило на всю жизнь. Чего только стоили крысы с мерзкими лапками и глазами-бусинками! Представив, как они ползают по ней во время сна, Эстелла брезгливо поморщилась. Нет, она просто не вынесет там даже пару часов.

– Постойте, а можно я с вами?

Услышав знакомый голос, девушка замерла. В памяти всплыли холод и сырость подземелья. Если сейчас её выдадут, то она окажется там очень скоро.

– А родители отпустили? – Альвизо, судя по скрипу, залез на козлы.

– Конечно. Заодно с товарами помогу.

– Тогда запрыгивай, поведёшь.

На лице возникла робкая улыбка. Финн не только не выдал, но и сам отправился вместе с ней. Наверное, где-то на середине пути они вместе сбегут, а потом придумают план, как вызволить Эдмунда. И как она могла в нём сомневаться даже на миг? Рядом раздался шорох, слегка покачнулась телега. Пока друг отвлекал внимание повара, на повозку забрался ещё один безбилетник, так же спрятавшись под тканью. В темноте ничего не было видно, но тут и гадать особо не надо.

– Зачем вы здесь? – прошептала Эстелла, стараясь скрыть радость в голосе.

– Предлагаешь бросить тебя одну? – так же шепотом раздалось ей в ответ.

– Я бы прекрасно справилась.

Брат недоверчиво хмыкнул. Девушка перевернулась на живот и, подползя ближе к краю, аккуратно выглянула через щель между досок. Обзор ужасный, но зато ворота точно будет видно. Лошади, меж тем, двинулись в путь, управляемые Финном. Услышав звонкий цокот копыт по каменной дорожке к выезду, Эстелла облегченно выдохнула. Первый этап позади.

По мере приближения к куполу тревога всё нарастала. Что, если сработают какие-нибудь сигнальные чары? Конечно, нет никакой уверенности, что они вообще есть, но это действовало и в обратном случае. Нащупав в темноте руку Эдмунда, девушка крепко сжала её, ища поддержки. В ответ получила такое же понимающее пожатие. Как бы там ни было, они вместе. Пускай ссорились, обижались, не понимали друг друга, но они были братом и сестрой, близнецами, самыми близкими людьми на свете. Конечно, был ещё Финн, но в последнее время он как будто отдалялся. Это беспокоило.

Размышления прервало странное обволакивающее чувство, напомнившее погружение в ванну с головой. Исчезло оно, впрочем, так же внезапно, как и появилось. Эстелла замерла, внимательно вслушиваясь в происходящее вокруг. Ничего не происходило. Только лошади недовольно фыркали, продолжая свой путь. Получилось? В самом деле? Снова посмотрев наружу, беглянка увидела, как повозка спокойно едет по дороге, всё дальше и дальше удаляясь от замка.

– Я это сделала, – прошептала Монтгомери, чувствуя, как счастье разливается по всему телу.

Спустя столько лет она всё же добилась своей цели. Больше никто не запретит ей стать одной из Клинков, не станет контролировать распорядок дня, никого не нужно бояться. Прощай, замок Веспер! Оставайся вместе со своими крысами и герцогом, который мало чем от них отличается. Да, любви к отцу девушка никогда не чувствовала. Только обиду и боль, что он бросил их на воспитание слугам, посчитав недостойными из-за такой мелочи.

Разве они не заслуживали любви лишь потому, что были его детьми? Наблюдая год за годом, как родители Финна заботятся о нём, Эстелла очень долго переживала, пока в один день не решила, что с неё хватит. Проще было думать, что они – лишь сироты, которых герцог взял на воспитание. Вот только портрет матери, так похожей на обоих близнецов, говорил об обратном.

Отогнав мрачные мысли, девушка попыталась подняться, чтобы спрыгнуть на землю, но брат крепче сжал руку.

– Рано.

– Рано?

– Так он заметит. Финн подаст сигнал.

Какая разница, заметит или нет? У Альвизо нет магии, значит, и справиться с ними тремя не сможет. Ну, доложит в замок, и что? Пока доберётся за помощью, они уже будут далеко. Что ж, ладно, если это так принципиально, то она подождёт ещё немного.

Лошади продолжали трусцой скакать вперёд. Эстелла уже потеряла счёт минутам, когда наконец раздались звуки губной гармошки. Сначала тихо, а потом всё громче и громче, словно начинающийся дождь. Пора. Эдмунд потянул сестру на себя и откинул покрывало. Вместе они почти бесшумно спрыгнули на землю, немного прокатившись по дороге. Несмотря на небольшую скорость телеги, падать с неё оказалось больно. Возможно, будут новые синяки и ссадины. Впрочем, с такой любовью к приключениям не привыкать.

Затаившись в кустах у обочины, близнецы выждали, пока Финн отъедет подальше, и только тогда выпрямились в полный рост, отряхнули одежду от мелкого мусора.

– У тебя вся голова в ветках, – пошутил брат.

Сдув с лица упавший локон, Эстелла оглядела собеседника и с трудом подавила смешок. Лучше бы на себя сначала взглянул. Настоящий лесной дух, не иначе. Сообщать ему об этом она, конечно же, не стала.

– И куда дальше? – спросила Монтгомери, расчёсывая волосы пальцами.

– В таверну. Финн сказал, что его друзья нам помогут.

– Найти жильё и работу? Замечательно.

Эдмунд отвёл взгляд. Что-то было не так.

– Эд?

– Сегодня вечером мы вернёмся обратно.

Радостное волнение сменилось непониманием. Может, ей послышалось? Или он что-то иное имел в виду?

– Зачем?

– Затем, что мы не можем подставить Финна и Альвизо. Как думаешь, кого обвинят, если мы исчезнем?

Друг знал о побеге и тем более им помогал. Во всех планах они убегали втроём, поэтому Эстелла особо и не задумывалась о последствиях. Может, тогда просто забрать Финна с рынка? Но если они ничем не рисковали, то у него в замке осталась семья, которую он ни за что не оставит. Ему было что терять. Это не говоря уж о поваре, который всегда относился к ним хорошо.

Слёзы подступили к глазам. Всё это было напрасно? Неужели им никогда не покинуть эту каменную клетку? Всегда будет что-то, что остановит и не даст насладиться свободой.

– Мы обязательно уйдём, только не сейчас, – попытался успокоить брат.

– Какой тогда смысл во всём этом?!

Возможно, не стоило кричать слишком громко, но ей было всё равно. Горькое чувство разочарования уже накрыло с головой. Глядя на расстроенную сестру, Эдмунд подошёл ближе и обнял её, провёл ладонью по волосам.

– Я обещаю тебе, что наше совершеннолетие мы будем праздновать далеко отсюда. Просто подожди ещё немного, хорошо?

Она ждала уже шестнадцать лет. Ладно, если считать с более-менее сознательного возраста, то меньше, но выходило всё же внушительное время. Уткнувшись носом в рубашку брата, Эстелла попыталась успокоиться. Его голос звучал спокойно и твёрдо, так, что хотелось верить. Тревожные мысли, словно назойливые мухи, продолжали кружить вокруг, но теперь она могла справиться с ними.

– Как насчёт перекусить жареными колбасками? Помнишь, ты тогда ещё мою часть чуть не съела?

Уголки губ предательски поползли вверх при этом воспоминании. Альвизо терпеть не мог готовить простую еду, поэтому каждый гостинец из деревни воспринимался чуть ли не как деликатес, что-то запретное и вкусное. Если это не сало, конечно.

– Только платишь за всё ты.

Сестра вырвалась из объятий и огляделась вокруг. Если по обе стороны дороги росли только кусты, то чуть дальше начинались уже знаменитые леса, давшие название их региону. Дорота рассказывала, что только здесь деревья вырастали очень быстро, выручая всё королевство в зимнее время. Интересно, с чем это было связано?

Пройдя дальше по следам от повозки, близнецы наконец смогли сравнить рассказы Финна с действительностью. Деревня, может, и была не самой крупной в округе, но всё равно впечатляла. Начинаясь с покосившихся и старых домов в начале, ближе к центру она словно расцветала. Деревянные стены сменялись каменными, под окнами пестрели грядки с цветами, а протоптанная дорожка сменялась вымощенной камнем улицей. Над некоторыми крышами ещё поднимался дым из печных труб, напоминая о тепле и уюте.

Проходя мимо куда-то спешащих или чем-то занятых людей, Эстелла не могла не вспомнить о муравейнике. У каждого здесь так же была своя задача, пусть и не очень значительная, но очень важная в общей картине. Интересно, были ли они довольны своей судьбой или так же хотели всё поменять, вырвавшись из повседневной рутины? И смогла бы она жить вот так, трудясь от рассвета до заката?

Вглядываясь в усталые лица прохожих, девушка начала в этом сомневаться. Никто не улыбался, не пел песни или хотя бы насвистывал незатейливую мелодию. Но ведь они могли сами распоряжаться своей участью. Почему же выбрали такую? Эдмунд наблюдал за разочарованной сестрой с присущим ему спокойствием. Может, хоть теперь она поймёт, что их жизнь не так плоха, как кажется? Им повезло родиться в семье, где не нужно было трудиться, чтобы выжить, так зачем же всё менять?

Размышляя каждый о своём, они чуть не прошли мимо своей цели. Большое деревянное здание с вывеской «Серебряный голубь» стояло почти в центре деревни. Монтгомери остановился у входа, пропуская вперёд сестру, но та отрицательно качнула головой. Что ж, ладно. Войдя первым, Эдмунд окинул взглядом обстановку. Судя по пустым столам и задвинутым стульям, для посещения было ещё рановато. Что ж, им же лучше. Мало ли кто из замковых слуг мог случайно увидеть их и доложить управляющей.

За барной стойкой стояла девушка. Опираясь о столешницу локтями, она что-то тихо напевала, щёлкая пальцами в такт. Взгляд сразу зацепился за её непривычно яркое платье, словно состоявшее из лоскутов разного цвета, контрастирующее с оливковым цветом кожи и тёмными волосами, собранными в красивую причёску. Вежливо кашлянув, парень обозначил своё присутствие. Незнакомка вздрогнула и недоуменно посмотрела в его сторону. Впрочем, выражение на её лице тут же сменилось на более дружелюбное.

– Добро пожаловать, путники. Чем могу помочь?

– Наш друг посоветовал зайти сюда, – ответил Эдмунд. – Подскажите, пожалуйста, где мы можем найти Луизу?

Девушка рассмеялась. Заплетённые в её волосы маленькие колокольчики мелодично звякнули в такт.

– Луису. Вас послал Финн, так? Только этот негодник продолжает путать моё имя.

– Извините, я не знал.

– Ничего страшного. Так что вы хотели?

За её спиной висела чёрная доска с названиями блюд. Многие из них были незнакомы и даже отпугивали. «Фахитас» – это что вообще? Про «Жабу в норке» можно было только промолчать. Заметив растерянность на лицах близнецов, хозяйка таверны улыбнулась и ушла в соседнюю комнату. Судя по запахам, там находилась кухня. Вернулась девушка скоро, неся поднос с хлебом, жареным беконом и двумя кружками, в которых что-то пенилось.

– Садитесь, куда хотите. Чуть позже будет добавка. У нас потрясающая кухня.

– Спасибо, но сколько мы будем долж…

– И слышать ничего не хочу, – перебила их Луиса. – Считайте это моим приветственным подарком.

Выбрав стол в самом углу, чтобы особо не выделяться, беглецы сели и переглянулись. Эстелла рискнула первой. Отпив глоток, она с удивлением поняла, что эта смесь чего-то кисло-сладкого и мягкой пенки ей даже понравилась. Необычно и освежающе. Эдмунд, последовав примеру сестры, тоже остался доволен.

– А как это называется? – спросил он у новой знакомой.

– Квас.

Нет, это совершенство. Сделав еще пару глотков, Монтгомери впервые пожалел, что родился не в обычной семье. Живот заурчал, намекая, что ему с утра нужно что-то более существенное. Вытерев руки платком, юноша осмотрел остальные угощения. Бутерброд открытием не стал, но тоже приятно порадовал вкусом. Ну, или беглецы просто были очень голодные. Интересно, что же их ждет дальше?

– А давай поменяем Альвизо на их повара? – в шутку предложила Эстелла.

– Ага, а потом недовольные будут штурмовать наш замок, требуя вернуть его обратно.

Входная дверь скрипнула, оповещая о новых посетителях. Вошедших было двое: высокий парень и светловолосая девушка с корзиной в руках. Они подошли к стойке и о чём-то тихо переговорили с Луисой. Похоже, новости были не из лучших, потому что она побледнела и, сняв свой фартук, молнией вылетела наружу. Незнакомец вышел вслед за ней, а его спутница осталась, осмотрелась вокруг и, заметив внимательно наблюдающих близнецов, кивнула им в знак приветствия.

Когда их взгляды встретились, Эдмунд внезапно ощутил нечто странное. Будто бы дышать стало легче. В этой девушке не было ничего, что отличало бы её от Луисы, Эст или той же Валери, но почему-то отвернуться казалось очень сложно. Он смотрел и запоминал каждую мелочь в её облике, каждую родинку на щеке, не понимая, почему всё это приводит его в такое состояние. Она так же смотрела в ответ, немного растерянно, но с интересом.

Эстелла на мгновение почувствовала себя лишней в этой компании. Странно, с Финном такого не возникало. Неприятно. Будто бы случайно взмахнув рукой, она уронила на пол кружку. Звук её приземления громко раздался в тишине, привлекая внимание. Момент был нарушен. Незнакомка, смутившись, ушла на кухню, а брат недовольно цокнул языком.

– Зачем?

– Не понимаю, о чём ты, – невозмутимо произнесла Монтгомери, склонив голову влево.

И в самом деле, зачем она это сделала?

– Эст, в чём дело?

– Случайно вышло. Ты бы заметил это, если бы не был так занят.

Глупо. Как же глупо это прозвучало. Встав на ноги и подняв кружку на стол, Эстелла пошла к стойке. В конце концов, им обещали вкусный завтрак. Снова изучив меню, она поняла, что из знакомого здесь только овсяная каша, но та надоела ещё в замке. Что ж за невезение такое.

– Что-то выбрали?

Девушка успела собрать волосы в низкий хвост, скрывающий уши, и надеть рабочий фартук. Быстро же она.

– Вы всем посетителям на заказ готовите? – спросила Монтгомери.

Как-то странно это. А если придёт толпа и каждый закажет что-нибудь разное? Нет, конечно, она не великий кулинар, чтобы знать наверняка, но ведь готовка занимает определённое время. Как можно быстро управиться и всем угодить?

– Конечно. Наш повар просто мастер.

Как-то неискренне прозвучало. Похоже, собеседница и сама это поняла, потому что вздохнула и отвернулась. Несколько минут она молчала, словно решая, сказать или нет, но потом выбрала первое.

– Только так мы можем соперничать с «Луной». Вы же сами знаете, что она более популярна, чем наш «Голубь».

– Мы не местные, – вклинился в разговор подошедший Эдмунд. – Что ещё за «Луна» такая?

Брат старался вести себя естественно, но тем самым только глубже закапывал сам себя. Он смотрел на стойку, меню, свои руки, на голову оленя на стене, куда угодно, только не на незнакомку. Вообще незаметно, ага.

– "Багровая луна" – таверна в Йорке, городе неподалеку. Говорят, что она спонсируется кем-то из дворцовых, поэтому там даже знаменитые артисты выступают.

Артисты? Звучит интересно. Может, туда пойти? В городе развлечений все же больше, чем в деревне. Если они выбрались всего на чуть-чуть, разве не стоит распорядиться этим временем умнее?

– Мы будем два тыквенных супа, – прервал поток мыслей брат.

– Ты уверен? – спросила Эстелла. – Мы могли бы…

– Уверен. Нас заберут отсюда, – перебил он, после чего повернулся к подавальщице. – У Луисы все хорошо?

– Её бабушке стало плохо, но не волнуйтесь. К вечеру она обязательно придет.

Вот только вечером их тут уже не будет. Повар всегда возвращался ближе к обеду, значит, эта вылазка скоро закончится. Хотелось замедлить время, как можно дольше продлить пребывание здесь, но это было невозможно. В их распоряжении оставалось всего несколько часов.

– Мы уйдем раньше, к сожалению. Надеюсь, у неё всё будет хорошо.

Девушка кивнула, снова встречаясь с ним взглядом. Вблизи оказалось, что её глаза тоже зеленые, как и у близнецов, но немного светлее. Как молодые листочки на деревьях весной или свежая трава, только-только пробившаяся сквозь землю. В отличие от Луисы, она носила обычное платье голубого цвета, прикрытое серым фартуком. Смутившись, незнакомка попросила немного подождать и снова ушла на кухню.

Близнецы же вернулись за стол, погруженные каждый в свои мысли. За покупками повар ездил каждую неделю, следовательно, раз в семь дней они смогут покидать замок. На несколько часов, но лучше, чем ничего. К тому же, если их станут искать, такой маленький промежуток сыграет им на руку. Замок и его территорию трудно обыскать полностью за такое время.

Эстелла устало откинулась на спинку стула. Слишком много всего нужно предусмотреть, извернуться в случае поимки, но для чего? Просто погулять по деревне и поесть в таверне? Стоит ли всё это риска?

– Ваш суп.

Приятно пахнущие тарелки были аккуратно поставлены с подноса на стол. Подняв голову, Эдмунд впервые увидел эту девушку так близко. В этот раз между ними не было стойки, этакого защитного барьера. Было заметно, что она чувствует себя скованно, стояла скорее ближе к Эст, чем к нему. Неужели он вёл себя слишком навязчиво, а ей это не нравилось? Скорее всего, из вежливости промолчала, не выдала своё недовольство. Вот он, дурак, конечно.

– Меня зовут Бланка.

Девушка продолжила стоять на месте, но смотрела прямо на него, дружелюбно улыбаясь. Было ли это притворством для привлечения посетителей или же искренне? Прямо сейчас Монтгомери не хотел думать об этом.

– Эдмунд.

Эстелла едва сдержалась от язвительного комментария, увидев глупую улыбку на лице брата. Для неё, как стороннего наблюдателя, было без труда заметно, что эти двое понравились друг другу. Но в этом было что-то тревожное. Что, если подавальщица навредит планам о побеге в столицу? Она может стать якорем, удерживающим Эда здесь, в этой дурацкой деревне с несчастными людьми.

Если влюблённость Финна в Валери никак не мешала из-за отсутствия даже намёка на взаимность, то здесь всё было иначе. Что, если брат выберет не сестру, а эту девушку? Тревога дикой кошкой царапнула по сердцу. Нет. Этого не может быть. Эд всегда будет рядом с ней, они же близнецы. Им нельзя разлучаться.

– Ну, как вы тут без меня?

В таверну практически влетела Луиса, сопровождаемая тем же парнем. Судя по её настроению, всё закончилось хорошо.

– Всё хорошо, но как вы? – спросила Эстелла, решившая пока не комментировать произошедшую ситуацию.

– Бабушке стало скучно, так что она решила привлечь внимание, упав в обморок. Ничего страшного. Ой, я же забыла вас познакомить! – всплеснула руками тавернщица. – Это Бланка, самая лучшая подавальщица «Серебряного голубя».

– И единственная, – заметила девушка, поправляя фартук.

– Не цепляйся к деталям. Оливер! – крикнула она в сторону кухни.

Оттуда вышел худощавый парень с сонным выражением лица. На его шее был странный амулет с голубым камешком. Эдмунд и сам не понял, почему это так привлекло внимание, но беглый осмотр показал, что точно такие же амулеты были и у хозяйки таверны, и у Бланки. Они родственники? Да нет, даже внешне не похожи. Может, это как знак их единства?

– А это Оливер, самый быстрый и вкусно готовящий повар.

Закатив глаза, он вяло помахал рукой и ушел обратно. Судя по всему, душой компании его назвать было сложно. Ну, или же готовится к вечеру.

– Какой душка. А ещё нам помогает мой жених, Ханс. Вообще, он кузнец, но разве можно мне отказать?

Ханс кивнул в знак приветствия. По сравнению с невысокой и изящной Луисой, он выглядел очень внушительно: широкоплечий и светловолосый, словно сошедший со страниц книги о рыцарях.

– Теперь ваша очередь.

Близнецы переглянулись. Эдмунд уже выдал своё, но стоит ли это делать Эстелле? Их имена не были такой уж редкостью, но кто-то мог сопоставить с описанием внешности, и тогда новость о вылазке детей герцога с легкостью дойдёт до замка. Попросить молчать будет слишком подозрительно, к тому же они едва знакомы. Никто не говорит, что та же Луиса сразу помчится рассказывать Дороте, но вероятность есть. Придумать вымышленное и начать дружбу с вранья? Тоже идея та ещё. К тому же есть риск, что они забудут и случайно выдадут себя.

От ответа их спасла громко отворившаяся дверь. Финн медленно вошёл внутрь, выглядя растерянным и бледным. Никогда ещё Монтгомери не видели его таким взволнованным. Эстелла приподнялась из-за стола, желая спросить, что же случилось, но увиденное заставило её промолчать.

В дверях таверны стояла мисс Хилл.

Глава 3

В замок их отвезли в карете. Всю дорогу мисс Хилл провела за созерцанием окрестностей из окна, пока близнецы напряжённо сидели напротив. Любые попытки начать разговор пресекались взмахом руки, так что им оставалось лишь гадать о том, чем же закончится это приключение. Заметив, что Эстелла нервно качает ногой, Эдмунд положил свою ладонь поверх её и успокаивающе сжал. «Всё будет хорошо, я здесь», – словно говорил этот жест. Сестра кивнула, но беспокойство никуда не исчезло.

Что теперь с ними будет? Этот вопрос терзал близнецов всю дорогу, а потом и весь путь от двора замка до комнаты управляющей. Было что-то внушительное в этой пожилой даме, идущей впереди. Да, за её спиной можно было говорить всякое, но вблизи как-то боязно. Когда они достигли места назначения, мисс Хилл плотно закрыла дверь и повернулась к ним лицом. Смерив каждого из Монтгомери неодобрительным взглядом, она поджала губы.

– Что вы успели рассказать им?

– Ничего, – ответил Эдмунд. – Мы просто позавтракали в таверне и всё. Это была моя идея. Финн и Эст не виноваты.

Сестра встрепенулась, хотела что-то сказать, но он быстро наступил ногой на её туфлю. Маленький, но ощутимый сигнал: "Молчи!". Эстелла нахмурилась, но послушно промолчала, что случалось крайне редко. Мисс Хилл усмехнулась. Естественно, что такой маневр не ускользнул от неё. Да и не нужно было обладать способностью к предсказаниям, чтобы понять, кто из этих двоих был больше способен на такую вылазку.

– Вас могли похитить, ограбить или убить. Об этом вы не думали?

– Разве стража королевства не искоренила всех преступников? Я читал об этом в газете.

В его голосе явно читался вызов. Опровергнуть слова королевских печатников или промолчать, признавая сомнительность своих опасений?

– К тому же, моя сестра хорошо сражается, мисс. Если бы кого-то и ограбили, то точно не её.

Монтгомери не ожидала таких слов здесь и сейчас. Брат чаще шутил над её тренировками, чем хвалил. Неужели он в самом деле так думает? Да ещё и признает перед управляющей! После такой неожиданной поддержки захотелось улыбнуться, чувствуя в душе приятное тепло. Однако, их собеседница лишь хмыкнула.

– И это ваш план? Девчонка, которая играет в воительницу, и мальчишка, не держащий ничего тяжелее книги?

Ироничный тон больно ударил по самолюбию. Вот как, значит? Вскинув голову, девушка гневно посмотрела в глаза мисс Хилл. Обида жгла особенно сильно, потому что исходила от человека, который, казалось, должен был знать каждый шаг своих подопечных. Неужели за столько лет управляющая ни разу не замечала ее упорных тренировок?

– Но мы здесь, живые и здоровые. С нами ничего не произошло.

– Предлагаете предоставить будущее рода Монтгомери воле случая?

Вот оно. Никого не интересовали бы их жизни, если б не связь с такой древней родословной.

– Предлагаю возможность избавить род Монтгомери от порочащих его пятен, – неожиданно даже для самого себя ответил Эдмунд.

Эстелла замерла. Похоже, брат действительно разозлился, раз решился говорить в таком тоне. Судя по растерянному выражению лица мисс Хилл, для неё это тоже было неожиданностью.

– Что ты имеешь в виду?

Монтгомери захотелось рассмеяться. Неужели? Да ведь все об этом говорят.

– «Наследники без магии – позор такого рода», – процитировал он, с вызовом смотря на кормилицу отца. – Раз уж мы такие ничтожества, разве стоит так оберегать нашу жизнь? Всем же лучше будет.

Было ли это первым, что пришло в голову, либо эти слова действительно терзали брата? Сколько раз он прокручивал их в памяти, ненавидя и презирая тех, кто осмеливался так говорить? Фактически, близнецы и наследниками считались лишь по праву рождения. Не было официальных церемоний или даже крохотного оповещения в газете. Феликс, этот змей с ядовитым языком, часто шутил, что герцог назначит преемником кого-то из младших детей Совета, потому что других кандидатов нет.

Мисс Хилл молчала. Было сложно понять, о чём она думает, поджав губы и скрестив руки на груди. Придумывает наказание? Понимает ли, что терзает их душу? Может, даже сочувствует? Да нет, вряд ли. За столько лет это ни разу не проявлялось. Очевидно, приняв какое-то решение, управляющая открыла дверь и отошла в сторону.

– Можете идти.

Близнецы недоверчиво переглянулись.

– Что с нами будет? – спросила Эстелла.

– Узнаете позже.

Эдмунд закатил глаза и вышел первым. Злость всё ещё разливалась по венам, смешиваясь с досадой и стыдом. Сначала их опозорили перед новыми приятелями, не дав даже нормально попрощаться, а потом ещё прочитали нотацию о неправильном поведении. Да и кто? Дама, которая всю жизнь потратила на служение такому человеку, как их отец. Отец, которого никогда не было рядом, который не утешал их в минуты горя и не радовался маленьким победам. Одно название, вызывающее скорей неприязнь, чем любовь.

– Зачем ты взял всю вину на себя? – возмутилась идущая рядом сестра.

– Потому, что я старше и отвечаю за тебя.

Потому, что наш отец на такое не способен.

– У нас разница всего в паре минут.

– Но она есть.

– Как же ты меня раздражаешь!

Они остановились. Эдмунд улыбнулся и развел руки, приглашая в объятия. Сестра тут же приняла приглашение, прижалась щекой к плечу, обнимая так крепко, как могла. Казалось, что она вот-вот расплачется, но слёзы всё не шли. На душе было так горько и пусто. Прощайте, несбыточные мечты о путешествиях! До совершеннолетия теперь им не выбраться из замка, да и то не факт.

– Мы обязательно что-нибудь придумаем, – сказал брат, проводя рукой по её волосам. – Вернее, ты придумаешь, а я поддержу. И так будет всегда.

– Обещаешь? – подняла голову Эстелла.

– Конечно.

Пытаясь сглотнуть образовавшийся в горле комок, девушка перевела взгляд на пол. Не всегда. Когда-нибудь он женится, может, даже на той самой Бланке, а она останется одна. Совершенно одна, без родителей и поддержки брата. Как тогда сможет жить? Справится ли? Больно кольнуло в груди. Нет, ещё слишком рано об этом думать.

– Стой, а где Финн? – встревожилась сестра.

На обратном пути он ехал в повозке повара, судя по доносившимся крикам, не очень довольного своей причастностью к побегу. После же их разделили, отправив друга к матери. Переглянувшись, близнецы побежали в комнату Дороты.

Кормилица как раз закончила отчитывать Финна и тут же переключилась на новых жертв. В такие моменты она была похожа на сердитую курицу-наседку, ругающую своих непослушных птенцов. Даже платье у неё было пёстрое, напоминающее цвет птичьих перьев.

– Вы даже не представляете, как я волновалась! – с укоризной причитала женщина, ходя из стороны в сторону. – Сначала этот поросёнок пропал, потом вы, а потом пришла мисс Хилл и потребовала ответа. А что я могла сказать? А ничего! Ведь мне ничего не рассказывают!

Пока Эдмунд склонил голову в попытке изобразить искреннюю раскаянность, его сестра, хитро улыбаясь, бросилась обнимать воспитательницу.

– Простите нас, тётушка. Мы больше не будем.

Дорота остановилась и недоверчиво нахмурилась.

– Если бы мне давали одну медную монету каждый раз, когда я это слышу, то замок давно уже потонул бы в золоте.

– Вы правы, тётушка, это повторится, – с милым выражением лица произнесла Эстелла.

– Нет, ну вы гляньте! Ни капли раскаяния.

– Мам, ну всё хорошо же, – попробовал вмешаться Финн.

– А ты вообще помолчи, мой дорогой. Мало того, что сбежали, так ещё и разделились. Оставил их одних в незнакомой деревне! Как так можно?

Но как ни старалась Дорота, момент был упущен. Страх, смешанный с гневом, уже начал таять, а при виде этих плутовских мордашек хотелось не ругаться, а обнять их и никогда не отпускать. Да, родила она только одного сына, но дети герцога тоже были ей очень дороги. Как же быстро пролетело время! Теперь вместо тех малышей перед ней стояли молодые люди, ростом даже выше её, но особой разницы кормилица не чувствовала. Такие же разгильдяи, как и тогда.

– Мам, а там у тебя что? – с притворным беспокойством спросил Финн, протягивая руку к её голове.

– Что?

– Так вот как выглядят седые волосы.

Дорота только закатила глаза. Она часто говорила, что поседеет из-за этих негодников. Теперь же это стало их общей шуткой. Ну вот, что с ними делать? Точно же доведут её до лекарей своим поведением. Сев на диван, женщина приглашающе развела руки в стороны. Близнецы и Финн тут же бросились к ней в объятия. Мир был заключён.

После обеда, который в этот раз был менее аппетитным, чем обычно, друзья разошлись по комнатам. Наказание от мисс Хилл так и не прозвучало, поэтому ничего не оставалось, как ждать. Делать это Эдмунд предпочитал за книгой, но в этот раз от тревожных мыслей не могла отвлечь даже «История Терры» – книга об основании их королевства. Раньше на этих землях никто не жил, пока на них не наткнулся один мореплаватель – Лоренцо Гарсиа. Позже, вслед за ним, переселились его родственники и друзья, которые оказались первыми жителями Терры. Эти земли были полны магии, которой люди научились управлять, а их души после смерти перерождались в призрачных существ, сохраняя память и разум. Как было описано в книге, жили такие существа недолго, после смерти снова рождаясь в человеческом теле, но уже без воспоминаний и опыта.

«Наши души будут жить вечно», – эта фраза в каком-то смысле успокаивала. Знать точно, что тебя ждет после смерти, – разве это не прекрасно? Но пока Монтгомери хотел пожить как можно дольше в своем теле. Пусть не совершенном, но все-таки родном.

Громкое ржанье за окном привлекло внимание. Поднявшись на ноги и подойдя ближе, Эдмунд выглянул наружу и увидел карету Ларсенов во дворе. Странно, собрание ведь было только вчера. Наверное, стоило выяснить это, но юноша пожал плечами и вернулся в своё кресло. Его дела герцога не касаются. Пусть хоть каждый день гостей принимает.

Поймав себя на мысли, что уже в четвертый раз перечитывает один и тот же абзац, он захлопнул книгу и откинул голову назад. Ожидание утомляло. Раньше в его жизни всё было чётко и ясно, но теперь идеальная картинка рухнула. Нет, Эдмунд по-прежнему не хотел покидать замок насовсем, но почему бы иногда не выезжать за его пределы?

Взгляд скользнул на окно. Интересно, будет ли видно отсюда ту деревеньку? Нет, вряд ли. Расстояние слишком большое. А если взять телескоп? Слишком тяжело будет спускать его с Астрономической башни. К тому же замок окружал лес. Эдмунд снова подошел к окну. Да, из-за деревьев действительно ничего не было видно, но он знал, что где-то там, у подножья холма, есть таверна. Да, его заинтересовала только таверна и меню. И квас. Определённо, никакие девушки в этом не замешаны.

Между тем его сестру терзали совершенно другие мысли. Уколов палец в очередной раз, она отбросила пяльцы и легла на постель, поджав колени к груди. Как и ожидалось, вышивка не помогла успокоиться. Честно говоря, она никогда и не оказывала такого эффекта, чаще раздражая. С чего бы в этот раз должно было быть иначе?

«Девчонка, которая играет в воительницу», – эхом звучало в мыслях. Почему в глазах окружающих она выглядит именно так? Да, у неё не было нанятого учителя или какого-нибудь другого опытного наставника, но неужели долгие тренировки ничего не стоят? Сколько бы она ни старалась, заметит ли хоть кто-то по-настоящему, не из желания поддержать?

Обхватив себя за плечи руками, Эстелла уткнулась лицом в подушку. Что бы она ни делала, всё будет недостаточно.

Уже стемнело, когда в комнату проскользнул Финн. Судя по его выражению лица, хороших новостей не ожидалось. Он остановился у кровати и, сцепив руки в замок, с печалью во взгляде посмотрел на подругу.

– Давай, добивай, – вяло махнула рукой девушка. Разве может быть сегодня ещё что-то хуже уже произошедшего?

– Мисс Хилл сказала, – друг выдержал мрачную паузу, – что вам разрешено покидать замок.

Ну да, разве могло быть иначе. Стоп, что? Приподнявшись, Эстелла с недоумением посмотрела на вошедшего. Ей же не послышалось?

– Повтори.

Финн не смог сдержать улыбку.

– Вы можете ходить в деревню, правда, только по выходным и со мной, но…

Договорить он не успел. Соскочив с кровати, девушка с громким восторженным писком повисла у него на шее. Так и оглохнуть недолго.

– Эд уже знает?

– Ещё нет. Твоя комната ближе к моей.

– О, тогда можно я скажу?

Судя по хитрому взгляду и наклону головы, это будет весело.

Эдмунд уже собирался спать, когда эти двое зашли к нему. Поправляя воротник ночной рубашки, парень даже не повернулся. Он был уверен, что новости будут плохими, и не горел желанием их слышать.

– Ну и?

– Нас послала мисс Хилл, – дрожащим голосом произнесла сестра.

Обернувшись, Монтгомери заметил слёзы на её щеках. Несмотря на эмоциональность, она редко показывалась перед кем-то в таком виде.

– Что случилось, Эст?

Всхлипывая, она подошла ближе. Финн остался на месте, не поднимая взгляд от пола.

– Дороту и Финна завтра выселяют из замка, – с грустью ответила Эстелла.

Ну нет, это уже ни в какие рамки! Эдмунд сделал шаг по направлению к двери, намереваясь поговорить с управляющей, с отцом, да хоть с самим королём! Нельзя высылать людей за то, в чём они не виноваты. Но планам помешала сестра, схватившая его за рукав.

– А нас отправляют жить к Гарсиа на перевоспитание.

Минута молчания. Тяжёлый вздох.

– А ведь я почти поверил.

Эстелла непонимающе моргнула, переглянулась с Финном.

– Ты о чём? Это правда.

– Отправляют к Гарсиа, серьёзно?

– Ну, в вариант с темницей ты точно бы не поверил.

Плечи Финна слегка затряслись от едва сдерживаемого смеха. Да, жизнь с близнецами – это как непрекращающееся цирковое представление. Эстелла села на краешек письменного стола и, взяв лежащий рядом платок, смахнула притворные слёзы.

– Зачем вы пришли? – спросил Эдмунд. – Я устал сегодня.

– Финн, напомни, а когда у нас следующая суббота? – нарочито небрежно обратилась Монтгомери, рассматривая свои ногти.

– Через два дня.

– О, значит, через два дня я передам от тебя привет Луисе и остальным, раз ты так быстро устаёшь.

Эдмунд перевёл взгляд на друга.

– Это правда? Нам разрешили?

Пожалуй, это был самый радостный кивок за последнее время. Сердце забилось быстрее. Неважно, почему управляющая приняла такое решение. Главное, что теперь он сможет увидеть её. Точнее, их – новых друзей. Это ли не счастье?

Все следующие дни близнецы Монтгомери провели в томительном ожидании выходных. Даже Эстелла, казалось, притихла. Стоит ли говорить, что ранним субботним утром вся троица, не сговариваясь, оказалась возле ворот замка? Только появление Дороты с небольшим списком требований немного подпортило картину. Естественно, мисс Хилл отпускала их не просто так.

Запрещалось раскрывать свою личность, покидать пределы региона, влезать в неприятности и многое другое, что и так было понятно. А, и возвращаться следовало до девяти часов вечера, когда стемнеет окончательно. Что ж, неприятно, но зато это лучше, чем ничего. Подписавшись под последним указанием, близнецы с нетерпением повернулись к кормилице.

– А теперь можно?

Дорота с любовью оглядела их с головы до ног, поправила воротник рубашки Эдмунда, бант в причёске Эстеллы, убрала пятно с щеки сына и только потом махнула стражникам. Судя по всему, идти предстояло пешком. Хотя, если бы они приехали в карете или на лошадях, объясняться было бы тяжко.

Право сделать первый шаг за ворота мальчишки уступили Эстелле. В конце концов, никто больше так сильно не рвался сбежать из замка с тех пор, как научился ходить. Зажмурившись от удовольствия, девушка перешагнула границу и вдохнула воздух полной грудью. Наконец-то она это сделала, причём совершенно легально. Обернувшись на остальных, Монтгомери слегка склонила голову влево.

– Кто последний до деревни, тот покупает всем еду! – крикнула она перед тем, как начать бежать.

Кажется, брат что-то недовольно произнёс, но девушка этого уже не слышала. О, сколько раз она представляла себе это, сидя у окна и смотря на дорогу! Весёлый смех разнёсся по округе, а у Эстеллы словно крылья за спиной выросли. Юная герцогиня бежала и бежала, будто от этого зависела её жизнь. Соблазн оглянуться и посмотреть, где же её спутники, был велик, но тогда существовал риск потерять скорость. Нет уж, обойдётся.

Только добравшись до кромки леса, девушка замедлилась. Восторг восторгом, а сердце такому забегу было не особо радо, да и дыхание сбилось. Несмотря на тренировки, ей было ещё далеко до совершенства.

– Ха, сдулась, – прокричал Финн.

Вот только он и брат находились в нескольких ярдах позади и тоже выглядели уставшими. Эдмунд даже держался за бок, морщась при каждом шаге.

– На себя бы посмотрели, – показала язык Эстелла. – А кто-нибудь взял с собой воду?

– Да, конечно, полную телегу. Не видишь, позади едет, – ответил Монтгомери.

Ха-ха, очень смешно. Добравшись до места её остановки, парни упали на траву. Тяжёлое дыхание троицы напоминало шум загнанного животного. Разница лишь в том, что они загнали себя добровольно.

– И зачем всё это? – спросил брат.

Ему, пожалуй, было особенно тяжело: физическими упражнениями особо не увлекался, а тут такой забег.

– В жизни не так много радостей, братишка. Их нужно прочувствовать изо всех сил, иначе они обидятся и больше не придут.

Поправив дужку воображаемых очков, пародируя их учителя словесности, Эстелла процитировала строчки из какой-то книги. Не то чтобы она не любила читать, но это ей казалось скучным. Зачем читать про приключения, когда их можно проживать?

– Я бы сейчас целый кувшин кваса выпил, – вслух произнёс Финн. – Холодненького.

– Поддерживаю, – поднял руку вверх Эдмунд.

Эстелла фыркнула. Слабаки. Вот она бы целых два осилила.

– А ещё сейчас на речку было бы хорошо.

Монтгомери приподнялся на локтях, с интересом взглянул на друга.

– Зачем?

– Как зачем? Плавать.

Близнецы с недоумением переглянулись. В замке не было озёр или других водоемов, поэтому плавать они не умели. Ну, если только в ванне, но там вроде как не считается.

– А это тяжело? – спросила Эстелла.

– Да проще простого. Нора вас с лёгкостью научит.

Эдмунд перебрал в памяти всех новых знакомых, но этого имени не вспомнил. Кто-то ещё из компании? Сколько же их там человек?

– А как меня будут звать? – вдруг спросила сестра. – Называться настоящим именем же нельзя.

– Нет, нельзя говорить только про наш род.

– Ты думаешь, что они не догадаются, зная, что Финн живёт в замке?

– На самом деле, – подал голос друг, – никто не знает, как зовут детей герцога и сколько их. Мне запретили говорить об этом во время походов к дедушке.

Что ж, так намного легче. Отряхнувшись от мелких веточек, приставших к одежде, друзья поднялись на ноги и медленно пошли вперёд. У них же ещё целый день в распоряжении, некуда особо спешить. Даже не верилось, что долгожданная свобода наконец настала. Не полностью, но лучше уж так.

На полянке возле речного берега их уже ждали. Вернее, только одного Финна, но это ведь такие мелочи. Сидя на расстеленном покрывале, Луиса дружелюбно помахала им рукой, приглашая подойти ближе. Рядом с ней лежали свёртки, в которых, судя по запаху, было что-то съедобное.

– У вас всё в порядке, ребята? – спросила тавернщица. – Мы за вас волновались.

Да, в тот раз прощание выдалось не очень. Грубо говоря, близнецы просто ушли, ничего не объяснив, причём с таким выражением лиц, словно их ведут на казнь.

– Всё хорошо, – ответил за них Финн, который уже открывал одно из угощений. – О, пирожки! Кто готовил?

– Я.

Друг, уже собравшийся надкусить, вежливо кашлянул и положил пирожок на место. Похоже, кулинария их знакомой давалась не очень успешно. Луиса же звонко рассмеялась.

– Шучу. Готовили только Оливер и Бланка.

Бланка? Эдмунд постарался не выдать своего интереса, когда брал один из пирожков. Сестра вон тоже ест, почему ему нельзя? Тесто было таким мягким и нежным, а начинка такой вкусной, что он не сдержал удивлённого возгласа.

– Потрясающе!

– И не говори, – ответила Эстелла, хватая уже второй. – А где они все?

– А вон там, – Луиса махнула рукой в сторону реки.

Близнецы повернулись в указанном направлении, но прежде услышали крик, полный ужаса, боли и отчаяния.

– Я вас всех ненавижу!

Затем раздался всплеск воды и дружный смех. На берегу стояли Ханс, Бланка и маленькая незнакомая девочка. Наверное, Нора? Не хватало только одного человека, который, вероятно, и кричал.

– Лори снова не захотел купаться? – спросил Финн.

Хозяйка таверны пожала плечами, хитро улыбаясь.

– Лори? – переспросил Эдмунд.

– Это такие зверьки, очень ленивые, прямо как наш Оливер, – пояснила Луиса. – Вот прозвище и привязалось.

Между тем брошенный в реку повар всё же выплыл на берег, громко ругаясь на каком-то неизвестном языке. Проигнорировав остальных друзей, он пошёл в сторону полянки, попутно отряхиваясь от воды. Дойдя до покрывала, Оливер устало упал на него и закрыл глаза.

– Что такое? – с сочувствием спросила Луиса.

– Они решили, что у меня солнечный удар! – с возмущением вскрикнул несчастный. – А я просто спал в тени. Там солнца даже лучика не было!

– Какой кошмар! – ужаснулась девушка, прикладывая ладони к щекам. – И как они только могли?

И почему близнецам показалось, что она притворяется? Судя по недоверчивому фырканью пострадавшего, не только им.

– О, я тоже хочу, – вытирая руки о платок, произнёс Финн. – Вы со мной?

Эдмунд с сомнением посмотрел на реку. Стоило ли это того? Но сестра уже бодро вскочила на ноги и была готова снова бежать наперегонки. Два против одного. Никаких шансов на отступление.

– Эд, ты что, боишься? – подмигнула Эстелла.

– Просто пытаюсь придумать, как буду объясняться перед Доротой, если ты утонешь.

– О, но я думала, что ты утонешь вместе со мной, как и полагается любящему брату.

– И не мечтай.

Продолжая шутить, они добрались до остальной компании. К этому моменту на берегу осталась только Бланка, наблюдавшая за купавшимися издалека. Заметив подошедших, она быстро накинула на голову полотенце. Наверное, чтобы быстрей высушить волосы.

– Как водичка? – спросил Финн.

– Ещё прохладная.

Всё-таки утро. Солнце ещё не успело полностью прогреть воду, но Ханса и Нору это не останавливало. Весело плескаясь, они будто играли в догонялки, причём девочка явно выигрывала. Она казалась такой юркой, словно рыбка, так что без труда ускользала при попытке её схватить. Впрочем, внимание юного Монтгомери целиком и полностью было сосредоточено на девушке рядом с ним. Речь не о сестре, естественно.

Почему эта незнакомка так его привлекает? Тут уж впору поверить, что до реинкарнации их души были близки. Может, даже прожили вместе долгую и счастливую жизнь, умерли в один день, чтобы потом переродиться и встретиться снова. Да нет, ерунда всё это. Доказано же, что память при рождении совершенно чиста, так что его симпатия точно с этим не связана.

Эстелла между тем уже стояла по щиколотку в воде, неизвестно когда успев снять обувь. Приподняв подол платья, боясь его намочить, она прикрыла глаза и сделала ещё пару шагов вперёд. Ощущения были непривычные. Речная вода обволакивала ноги, илистое у берега дно слегка раздражало склизкостью, а где-то в камышах устроили концерт лягушки. Всё это было таким простым, трогающим душу. Вдохнув полной грудью, девушка слегка улыбнулась. Вот где была настоящая жизнь. Не то что в замке.

Но стоило только ей расслабиться, как ноги коснулось что-то маленькое и холодное. Вскрикнув, Монтгомери испуганно бросилась к берегу. Хорошо ещё, что зашла не так далеко.

– Что случилось? – обеспокоенно спросил брат.

– Там что-то плавает, – не то от холода, не то от страха девушка обняла себя за плечи.

– Да то рыбки, – рассмеялся Финн. – Их здесь много.

Сейчас, находясь в тепле и окружённая друзьями, Эстелла и сама была готова посмеяться над своим испугом. Но когда она была там, почти по колено в мутной воде, всё было иначе. Мало ли кто мог там скрываться.

На шум подплыли и остальные. Было решено сделать перерыв, пока вода не станет потеплее, а потом Ханс лично обещал научить близнецов плавать. Что ж, может, из этого что-то и выйдет. Идя рядом с братом вслед за остальными, Эстелла не могла не прокомментировать его пристальный взгляд на светловолосую особу впереди:

– Она же тебе понравилась, да?

Эдмунд закатил глаза.

– Глупости говоришь.

– А вот и нет. Она определённо твоя Валери.

– Перестань, иначе мне придётся вспомнить твои любовные записки к Ларсену.

– Мне было семь!

Прозвучало слишком громко. Смутившись, сестра прикусила губу.

– Так что?

– Пока ещё рано о таком говорить.

Но где-то в глубине души Монтгомери уже знал ответ. Ему так хотелось взять Бланку за руку, обнять, забрать с собой, чтобы никто не мог ей навредить. В замке ей не нужно было бы работать, переживать о чём-либо. У неё было бы абсолютно всё. Но так нельзя. Он же не дракон из сказки. У неё наверняка есть родители или другие родственники, своя жизнь, в конце концов.

На покрывале места хватило всем. В свёртках оказались не только пирожки, но и ещё тёплые котлеты, колбаски, хлеб с сыром. Эдмунд машинально поискал взглядом столовые приборы, пока Эстелла рядом уже уплетала один из бутербродов. Даже руки в чаше не сполоснула прежде, чем хвататься за еду. Разве так можно? Но, судя по всему, такой вопрос волновал только его. Слегка смутившись, парень мысленно одёрнул себя. Может, ему ещё прислуживать здесь должны?

Как можно незаметнее вытерев руки о платок, юноша взял один из пирожков – фруктовый, с вишней. Стараясь, чтобы начинка не вытекла, Эдмунд укусил ещё раз и посмотрел по сторонам. Ханс лежал головой на коленях Луисы, пока та заплетала ему небольшую косичку. Оливер дремал, причём сидя. Нора, закутанная в полотенце с головы до ног, маленькими глотками пила молоко из деревянной кружки. На вид ей казалось лет двенадцать. Наверное, родственница кого-то из ребят, но вот кого? Рядом с ней сидел Финн, который, казалось, участвовал с Эст в конкурсе на быстрое поедание еды. Как-то это неправильно. В конце дня они все вернутся в замок, где могут поесть вдоволь, а у новых знакомых такой возможности нет. Да и не похожи они были на тех, кто пируют каждый день.

Но все мысли исчезли, стоило перевести взгляд на ту, кто интересовал с самого начала. К своему удивлению, Эдмунд понял, что пока он наблюдал за остальными, Бланка изучала его с не меньшим интересом. Казалось, что она видит его насквозь, зная все тайны и секреты. Засмотревшись, парень не сразу понял, почему девушка вдруг беззвучно рассмеялась, поднимая правую руку. Начинка всё же немного вытекла, стекая по ладони. И как он сразу не заметил? Вновь воспользовавшись платком, Монтгомери не нашёл в себе силы поднять голову. Смущение цепко обхватило всё тело, словно липкая паутина, не давая пошевелиться или вдохнуть полной грудью.

– А мы будем играть? – вдруг спросила Нора, поворачиваясь к Луисе.

– Если наши гости не против.

– Мы только за! – воодушевлённо воскликнула Эстелла.

Кто бы сомневался. Наверное, даже если нужно будет прыгать с самой высокой башни, сестра будет стоять в первых рядах.

– А во что?

С набитыми едой щеками Финн сейчас был похож на огромного хомяка.

– Только не вздумайте бегать с полными животами, – строго произнесла Луиса.

Наверное, в этой компании она – Дорота. Явно старше остальных, обручена, да ещё и хозяйка таверны. Впрочем, неважно, почему, но авторитет у девушки был.

– Тогда прятки? – предложила Нора. – Но Лори считать не будет.

– Больно надо, – фыркнул Оливер, отвлекаясь от дрёмы. – Кто сказал, что я вообще хочу играть?

Девочка вдруг съёжилась, будто на неё кто-то кричал, и посмотрела так жалобно, что могла тронуть любое сердце. В её глазах даже слёзы проступили. Повар цокнул языком и поднялся на ноги, всем своим видом показывая недовольство. Нора же внезапно широко улыбнулась, добившись своей цели. Эдмунд с удивлением понял, что и сам на какой-то миг поверил этой маленькой актрисе. А ведь его сестра – тот ещё манипулятор. Неужели иммунитет не выработался?

– Я считаю.

Бланка поправила платье, сегодня зелёное, и перевязала лентой ещё мокрые волосы. Эстелла быстро огляделась, пытаясь найти хорошее место. Бежать в заросли камышей или же попытать удачу в лесу? Первые деревья начинались совсем рядом, но там же наверняка будут искать в первую очередь. Ещё можно спрятаться в кустах у дороги, но туда идти дальше, да и не факт, что получится.

– Побежали со мной, – шепнул Финн.

Он лучше знал эту местность, но разве можно прятаться вдвоём? К тому же брат казался слишком растерянным.

– А Эд?

– Он умный, ещё всех нас переиграет.

Наверное, стоило бы обидеться на такое сравнение, но Монтгомери даже не подумала. Да, братец в каких-то моментах умнее её, прочитал больше книг. Ну и что? Она могла соревноваться с кем угодно, но конкурировать с Эдмундом казалось абсурдным.

– Начинать? – спросила Бланка, когда Луиса завязала ей глаза темным платком.

– Ага.

Нора скинула полотенце, приготовившись бежать. Из-под платья показались босые ноги. Эстелла последовала её примеру, решив не надевать надоевшие туфли. В конце концов, они же на природе.

– В замке старом, в тени дуба,

Стоим, головы потупя.

Раз, два, три – вокруг смотри.

Если сможешь, то беги.

Едва послышались первые слова считалочки, все дружно бросились врассыпную. Эстелла, как и договаривалась, последовала за Финном. Азарт разгорался всё сильней с каждым шагом. Ей было необходимо победить, стать самой последней, кого найдут. Зачем? Для самой себя.

– А мы не слишком далеко?

– Не переживай. Бланка в лесу как рыба в воде.

Добежав до раскидистой ивы, друг поднырнул под ветви и притаился у корней. Со стороны это действительно казалось неплохим укрытием, но Эстелла засомневалась. Если он прятался тут часто, то и другие могли узнать. Ненадёжно.

– Я ещё поищу.

– Но только тогда не возвращайся.

Вариант с камышами всё ещё был возможен, но лезть к лягушкам не особо хотелось. Пробежав вдоль берега, девушка увидела ещё одну иву, нависавшую над рекой. Забравшись почти на самый верх дерева, Монтгомери притаилась в попытке услышать хоть что-то, кроме журчания воды. Может, раздастся треск веток под ногами новой знакомой или же чьи-то разочарованные возгласы. Ничего. Оставалось только ждать.

Брату повезло меньше. Слегка замешкавшись на старте, парень не побежал в лес вслед за остальными. Где бы он стал искать, если бы был водящим? Естественно, в самом начале. Но как спрятаться так, чтобы его не услышали?

Когда взгляд наткнулся на поваленную старую сосну у дороги, Эдмунд решил, что это лучшее временное укрытие. Растянувшись на пыльной земле, он старательно спрятался за деревом. Запах мха неприятно щекотал нос, но юношу этим было не смутить. В замке такое явление тоже было.

– Десять – вот ты и попался.

И с мечтой сбежать расстался.

Наверное, Бланка сейчас начала снимать повязку, чтобы приступить к поиску. Нужно только подождать, пока она уйдет вслед за остальными, после чего спокойно вернуться на поляну. План был совершенно прост, но он точно не включал в себя чьи-то ноги, возникшие перед лицом. Подняв голову, Эдмунд заметил довольно улыбающуюся девушку, которая протягивала ему руку. Да как так?

– У меня слух хороший, – пожала плечами Бланка. – А отследить шаги одного человека очень легко.

Всё же нужно было бежать за остальными.

– Наверное, сегодня не мой день.

Поднявшись на ноги, парень старательно отряхнул одежду. Проиграть так быстро не входило в его расчеты. Если б хотя бы вторым или третьим, то уже не так обидно.

– Пошли?

Девушка кивнула в сторону деревьев. Идти с ней? Почему-то это показалось очень волнующим событием. Ради этого Эдмунд был готов проиграть хоть сотню раз.

– Пошли.

Хотелось взять её за руку, но он быстро прогнал эту мысль. Слишком быстро. Они знакомы всего несколько часов, даже если считать то утро. Идя следом на достаточном, чтобы считаться приличным, расстоянии, Монтгомери не упускал возможности наблюдать за новой знакомой. Бланка часто останавливалась, вслушиваясь и пытаясь определить направление понятным только ей способом. Будто сам лес ей подсказывал и вёл по своим тропинкам.

Первым нашли Ханса. С его ростом, в принципе, играть в прятки было не самой лучшей идеей. К поиску он решил не присоединяться и ушёл в сторону полянки. Внутренне Эдмунд почувствовал радость, внешне оставаясь совершенно спокойным. Третий не всегда лишний, но часто.

– Никогда раньше не слышал этой считалочки.

Вроде как не самый плохой способ начать разговор. Разве нет?

– Потому, что её Нора придумала, младшая сестрёнка Луисы.

Но они ведь совершенно не похожи. Даже цвет кожи разный, не говоря уж о менее заметных деталях. Что-то не сходилось в этом пазле, но Эдмунд решил не докапываться до деталей. Его это совершенно не касалось.

– А вот и ты.

Бланка вдруг развернулась и посмотрела на стоящее позади дерево. Несколько секунд ничего не происходило, но затем послышался треск веток, после чего на землю спрыгнула Луиса.

– Так и знала, что прятаться вы будете рядом.

– Ты слишком хорошо нас знаешь, – подмигнула ей подруга. – Побегу, пожалуй, пока осталось хоть что-то из еды.

И почему показалось, что эта парочка специально договорилась проиграть, чтобы больше времени провести вместе? Как ему самому не пришло это в голову? Если бы Бланка ничего не заметила, то он так и остался бы под той сосной вместо приятной прогулки.

– Как у тебя получается так хорошо искать?

– Птички на хвосте приносят, – улыбнулась спутница. – Нужно лишь прислушаться.

Это был намек на то, что разговоры её отвлекают? Неловко получилось. Но от смущения его отвлек громкий крик. На этот раз принадлежал он не сонному повару, а кому-то очень знакомому. Очень знакомому. Бланка бросилась бежать, да так быстро, что за ней было почти не угнаться. Мчась следом, Эдмунд очень надеялся, что ему показалось. Мало ли кто в лесу кричит, но сердце болело, бешено стуча о грудную клетку, лишая всяких сомнений.

Кричала Эстелла, забывшая, что найти пристанище на деревьях могут не только люди. Небольшая, но всё же змея угрожающе шипела на неё, находясь в пределах досягаемости. Всего один бросок, и она сможет укусить, впрыснуть яд под кожу, обрекая на мучительную смерть. Дрожа от страха, девушка медленно попятилась назад по ветке. В голове не было ни одной мысли, лишь стойкое желание выжить.

Кинжал всё так же висел на поясе, юная герцогиня знала, что он её не защитит: змея слишком подвижна для такой атаки. Решив попросту спрыгнуть на землю, Эстелла быстро взглянула вниз. И как она могла забыть, что дерево нависает над водой? Вместо спасительной травки под ногами оказалась река. Умереть от яда или захлебнуться и пойти ко дну? Один вариант хуже другого.

– Эст, что случилось?

Кажется, это был Финн, но девушка не нашла в себе силы ответить. Всё тело словно парализовало. Нужно просто переждать, и Эдмунд придёт. Он непременно спасёт её, не может не спасти. Права была мисс Хилл: Эстелла себя не может защитить, не говоря уж об остальных. Внезапно это воспоминание придало сил. Что она за Клинок, если боится таких пустяков? И тогда девушка разжала пальцы, чувствуя, как проваливается в пустоту.

Снова крики. Её или кого-то ещё? Свист ветра в ушах сменился водой, заполнившей нос и рот. Эстелла попыталась коснуться дна, но было слишком глубоко. Судорожные движения руками и ногами не помогали долго задерживаться на поверхности, и раз за разом она с головой оказывалась в реке. Платье намокло, предательски став слишком тяжёлым. Так вот какой конец?

Девушка совсем было отчаялась, когда почувствовала под руками опору. Кто-то подхватил её и потащил к берегу. Река словно сама начала выталкивать их, но ведь это невозможно? Прикрыв глаза, Монтгомери хотела перевести дыхание, но её тут же ткнули в бок.

– Нельзя.

Только на берегу, откашливаясь от воды, Эстелла поняла, что её спасла Нора – маленькая, щуплая девочка, которую, казалось, сдует лёгкий ветерок. Тонущие часто топят своих спасителей. Как она не испугалась?

– Эст!

Братья, родной и молочный, облепили её с разных сторон, помогли подняться на ноги. Лёгкие до сих пор жгло, как огнём, но она была жива.

– Спасибо, – прошептала девушка спасительнице.

Та кивнула, словно ничего особого не случилось. Луиса накинула им обеим полотенца на плечи, пока Ханс и Бланка о чём-то тихо переговаривались. Так хотела выиграть в прятки, что в итоге испортила всем настроение.

– А где Оливер? – так же тихо спросила Эстелла.

Повара нашли спящим возле реки. Победа досталась тому, кто вообще о ней не думал. Было о чём задуматься. В конце концов, это же просто игра, развлечение. Если бы Норы не оказалось рядом, исход мог быть другим.

– Почему ты прыгнула в воду? – не понимал Эдмунд.

– Там была змея.

– Но местные змеи не ядовиты.

Конечно, мистер Энциклопедия знал всё, но даёт ли это ему право обвинять её? К тому же просто укус тоже болезненный. Показав брату язык, Эстелла растянулась на покрывале. Солнце уже достигло середины своего пути, согревая лучами. У неё ещё будет время научиться плавать, но не сегодня.

Вот только получится ли?

Глава 4

Вчера они вернулись поздно, едва не нарушив установленное время. Ещё немного посидев у реки, Финн повёл друзей знакомиться со своим дедушкой Элдриком. Тот от души напоил их яблочным соком и забросал рассказами из жизни. Безусловно, это было очень интересно, но Эстелла без раздумий обменяла бы это на возможность вернуться к новым друзьям.

Было что-то притягательное в этой компании. К тому же они смогут многому её научить, что поможет при вступлении в Орден. Сейчас, несмотря на былую уверенность, девушка понимала, что не готова. Если бы первым испытанием было плавание, она точно бы его провалила и опозорилась на всю столицу. Это вовсе не значит, что Монтгомери хотела просто использовать этих доброжелательных людей. Ей правда было с ними интересно, но и упускать такой шанс было бы глупо.

Проворочавшись всю ночь из-за переполнявших эмоций, Эстелла чувствовала себя разбитой и сонной на утро. Однако она ни за что не отказалась бы от поездки. Одевшись в самое простое платье, чтобы не выделяться из толпы, девушка оценивающе покрутилась перед зеркалом. Лицо казалось слишком бледным, волосы недостаточно чистыми, а на подоле юбки красовалось тёмное пятно. Да, маленькое, практически незаметное, но она-то знала об этом, и теперь это знание предавало неуверенность. А ещё эти ненавистные веснушки, покрывавшие всё лицо! Почему у брата они рассыпаны только по щекам, тогда как у неё есть даже на лбу?

– Ты готова? – раздался голос Финна из-за двери. – Мы выходим.

Уже? Вздохнув, девушка обняла себя за плечи. Что, если после вчерашнего происшествия с ней не захотят дружить? Нет, глупости. Если бы и хотели, то начали бы ещё тогда, когда вытащили её на берег. Вскинув голову, молодая герцогиня с вызовом взглянула на своё отражение и улыбнулась. Эстелла Монтгомери никогда не будет в плену своих страхов. Ну, хотя бы постарается.

Во дворе друзья столкнулись с выезжающим за покупками Альвизо. Демонстративно не взглянув в их сторону, повар проехал мимо, даже не предложив место в своей телеге. Он вообще сторонился близнецов после того дня. Нехорошо получилось, ведь его наверняка тоже обвинили, но никто так и не подошёл извиниться. Собственные переживания и мысли оказались сильнее.

Как и вчера, лошадей брать запретили, поэтому пришлось идти пешком. Впрочем, Эдмунд и сам бы не сел в седло. Слишком уж были свежи воспоминания о неудачном падении и лошадиных копытах перед глазами. Хорошо ещё, что Томас, отец Финна, удачно подоспел вовремя и помог не стать лепёшкой. Тогда ещё пришлось терпеть осмотры лекарей, несколько дней не вставать с постели. В общем, воспоминания не самые приятные.

Подходя ближе к таверне, друзья заметили Ханса, выходившего из дверей. Он молча кивнул им и пошел дальше, держа в руках вёдра с грязной водой. Похоже, несмотря на такой ранний час, уборка кипела вовсю. Эдмунд поймал себя на мысли, что не очень хочет в этом участвовать. Одно дело – смахивать пыль с книг, наводить порядок на письменном столе, но отмывать тот же пол от въевшихся пятен – это совершенно другое.

Однако такая участь его миновала. Внутри все сияло и блестело, а уж какой аромат исходил от свежесорванных цветов, расставленных повсюду! Сама хозяйка стояла за стойкой, кусая кончик карандаша. Перед ней лежала раскрытая тетрадь, содержимое которой, очевидно, не особо радовало.

– А вот и мы, – оповестил об их приходе Финн. – Солнечного дня.

– И вам солнечного дня, – Луиса подняла голову и улыбнулась.

Тёмные круги под её глазами было видно даже отсюда. Неужели дела и правда идут не очень?

– Мне удалось уговорить старосту отпраздновать день рождения его дочери у нас. Столько людей будет, что ещё руки точно не помешают.

С одной стороны, это звучало, как выход из сложившегося положения: чем больше посетителей, тем больше получат денег. С другой же, если не угодить таким важным персонам, то существовал риск вообще разориться.

– Что требуется от нас? – спросила Эстелла.

Эдмунд же огляделся по сторонам. Судя по свисту, доносящемуся из кухни, Оливер уже был на рабочем месте, Ханса они видели, Луиса здесь. Не хватало ещё одного звена, кусочка мозаики, невероятно важного. Речь не о Норе, конечно же. Спросить прямо? Сестра засмеёт.

– Так вышло, что я сегодня без подавальщицы. Мне кажется, вы справитесь, а Финн поможет Оливеру с посудой, – продолжала Луиса.

– А что случилось? – не выдержал Монтгомери.

– Бланка заболела. Ничего серьёзного, просто простуда, – успокаивающе произнесла Луиса. – А теперь скажите, вы раньше работали в таверне?

Близнецы переглянулись. Да, конечно, всю жизнь только этим и занимались.

– Не совсем, но мы готовы учиться, – ответила сестра.

А учиться предстояло многому. Нужно было запомнить нумерацию столов, чтобы не перепутать заказы, научиться разносить на подносе напитки, не проливая ни капли, а ещё постоянно улыбаться, чтобы поддерживать дружелюбную атмосферу. Делать это в пустом зале было сравнительно легко, но ведь вечером здесь будет многолюдно и шумно. Эдмунд пытался убедить себя, что всё пройдёт хорошо и не стоит беспокоиться, но выходило не очень. Может, хватит только Эстеллы? Нет, так нельзя. Или же поменяться с Финном? Но одна только мысль о мытье грязной посуды вызывала отвращение.

– Аккуратнее, Эд, сейчас кружка упадёт, – словно прочитав мысли, пошутил друг.

Сам он в обучении не участвовал, поэтому спокойно уселся прямо на барную стойку и оттуда комментировал происходящее. Проходя мимо, Эстелла едва удержалась от того, чтобы пролить на него воду. Вместо этого она попыталась придумать что-то остроумное, но тут взгляд зацепился за выглядывающий из-под его рубашки шнурок. Странно, разве Финн когда-то носил украшения?

– Ты идёшь? – из коридора за стойкой высунулся Оливер. – Там уже гора накопилась.

– Что ж, мне очень жаль, но придётся вас покинуть.

Шутливо поклонившись, Финн спрыгнул на пол и ушёл в сторону кухни. Тренировки близнецов же продолжились. Внимательно понаблюдав за ними, Луиса распределила столы между новыми работниками: так и путаницы меньше возникнет, и запоминать легче. После ещё нескольких часов, тянувшихся мучительно долго, Монтгомери были похожи на выжатые лимоны. Зато получалось намного лучше, чем в первые разы.

– А теперь обед ,– оповестила тавернщица, принеся аппетитно пахнущий поднос.

Близнецов долго упрашивать не надо было. Расположившись за одним из столов, они с предвкушением осмотрели свою награду: две тарелки лукового супа, хлеб и пара булочек. Не то что в замке, конечно, но выбирать не приходилось. А вот чаша с водой слегка удивила. Согласно этикету, она и должна быть, чтобы сполоснуть руки перед приёмом пищи, но раньше такого не было. Неужели Финн постарался?

– Вот из-за таких дворянских замашек нас и раскроют, – нахмурилась Эстелла.

– Зато не подцепим какую-нибудь инфекцию, – пожал плечами брат, погружая пальцы в чашу. – Или ты хочешь слечь на пару недель?

– Не говори глупости. Здесь же всё чистое, и руки у меня тоже. Вот, посмотри!

Протянув обе ладони тыльной стороной вниз, сестра выжидающе изогнула бровь.

– Микробы слишком маленькие, чтобы их можно было разглядеть вот так.

– Мне кажется, что это просто отговорка. Инфекция, микробы. Начитался глупых книжек, вот и строишь из себя умника.

– Повтори мне это снова, когда у тебя поднимется температура и будет тошнить.

– Тьфу, не порть аппетит!

Суп доели молча, после чего Эстелла вызвалась отнести поднос на кухню, а заодно и поискать фартук. Эдмунд же встал из-за стола и подошёл ближе к барной стойке.

– У вас очень уютная таверна, – произнёс парень. – Но почему бы не построить её в другом месте? Можно выкупить землю где-нибудь в Йорке или даже поехать в Маунт.

Это бы значительно решило вопрос с доходами. Никто не поедет из города в деревню, чтобы просто поесть и выпить, а у местных не так уж и много денег.

– Я не могу, – Луиса прикрыла глаза и улыбнулась. – Когда мои дедушка и бабушка переселялись из Закатных холмов, у них были только скромные сбережения и большие мечты. Никого не зная, они долго не могли найти приют, пока дедушка не заработал достаточно денег, чтобы купить эту землю. Он и построил таверну, желая создать место, где будут рады каждому. Вместе с бабушкой, они долго трудились, чтобы всё здесь выглядело так, как сейчас. Мои родители не видели перспектив здесь, поэтому переехали в город, я решила остаться. Помогала дедушке с бабушкой, пока…

Девушка запнулась. Смахнув ладонью наступающие слёзы, она всё же продолжила.

– Раньше таверна называлась «Приют путника», но потом я решила сменить на «Серебряного голубя». В память о дедушке. О, как он кружил вокруг бабушки, когда его душа приняла этот облик!

Эдмунд слушал, не перебивая. Надо признаться, что атмосфера в таверне и правда была приятная. Несмотря на маленький коллектив, все трудились без остановки, желая спасти это место. Место, которое стало их общим делом, их домом. Мог ли он сам как-то помочь? Нащупав в кармане несколько монет, которые дала в дорогу Дорота, юноша дождался, пока Луиса отвернется. В тот же момент он закинул все деньги в ящик для благодарностей. Замаскировав звяканье металла кашлем, Монтгомери с досадой понял, что это лишь капля в море.

Если бы он был герцогом, то выделил бы гораздо больше. Столько, чтобы с лица Луисы не сходила искренняя улыбка, а Бланке не пришлось бы работать, разнося тяжелые подносы. Конечно, не все проблемы можно решить деньгами, но многие.

– А вот и я.

Фартук сестре удивительно шёл, даже по цвету гармонировал с платьем.

– Вот ты и нашла своё призвание, – не сдержался Эдмунд.

– Финн сказал то же самое. У вас что, один мозг на двоих?

А вот брату фартук не подошёл: слишком короткий, стесняющий движения. К счастью, ему разрешили работать без него, при условии, что если испачкает одежду, то будет сам виноват. Ходить в грязном не хотелось, поэтому парень пообещал быть предельно аккуратным.

Когда солнце исчезло за деревьями, в двери таверны вошли первые посетители. Наблюдая, как Луиса рассаживает их по местам и принимает заказы, Эдмунд с досадой почувствовал себя неловко. Может, ещё не поздно поменяться с Финном? Мыть посуду отвратительно, но хотя бы в тишине и подальше от всего этого. Когда сестра с усмешкой подмигнула, Монтгомери понял, что его сомнения раскрыли. В любом случае, отказываться уже поздно.

Взяв в руки подносы с кружками, близнецы разошлись в разные стороны. Наблюдая, как сестра дружелюбно общалась с посетителями, раздавая напитки, Эдмунд очень старался ей подражать. Получалось плохо. Одно дело – разговаривать с друзьями Финна, о которых тот много рассказывал, но совершенно другое – находиться в толпе незнакомых людей. Казалось, что на него устремлены все взгляды, а доносившиеся смешки непременно были о нём.

Конечно, это было не так. Все пришли отдохнуть и повеселиться. Никому не было дела до новых работников таверны. Разве что кто-то спросил про Бланку, но Луиса отшутилась, и тема была закрыта. Готовые блюда постоянно выносились на стойку, поэтому приходилось не только запоминать, кому именно их подносить, но и двигаться быстро. Пару раз Эдмунд даже чуть не запнулся о стулья. Нет, он абсолютно точно не годится для такой работы.

Этот вечер мог пройти совершенно иначе. Вечера Монтгомери любил проводить в библиотеке, зачитывая до дыр очередную повесть. Дорота часто приносила ему чашку с тёплым молоком и кусок пирога, потому что иначе воспитанник мог лечь спать голодным. Тёплые воспоминания коснулись не только сердца, но и желудка. Тот тут же недовольно заворчал, словно напоминая, что в последний раз в него попало слишком мало еды. Что такое тарелка супа для растущего организма?

Эстелла между тем беззаботно порхала между столами, казалось, совсем не чувствуя усталости и голода. К сожалению, так только казалось. После прошлой ночи жутко болела голова и клонило в сон, но девушка продолжала улыбаться. Нельзя снова показать слабость. Для кого было это представление? Герцогиня предпочитала думать, что для самой себя. Никто не знает, как сложится её дальнейшая жизнь, но если всё пройдет по плану, то привыкать притворяться придется. Не спать несколько дней, находить общий язык с незнакомцами, втираться в доверие – всё это очень полезные навыки для Ордена.

Когда она проходила мимо очередного столика, сидящий за ним мужчина случайно толкнул локтем свою кружку. Упав на пол, та расплескала часть своего содержимого на обувь и нижнюю часть фартука подавальщицы. Едва сдержавшись от возмущения, Эстелла кивнула на извинения и поспешила скрыться за стойкой. Мокрое пятно расплылось по ткани, а запах от него напоминал явно не о розах.

Скривившись от отвращения, Монтгомери попыталась затереть его платком, но не вышло. В таком виде работать не хотелось. К тому же, насколько она помнила, в кладовой оставалось ещё несколько запасных. Смысла ходить в грязном не было, брат и Луиса справлялись неплохо, так что её уход никому не вредил.

Проходя по коридору мимо кухни, девушка случайно взглянула на дверь. Сквозь приоткрытую щель было видно немного, но, не сдержав любопытства, Эстелла всё же подошла ближе. Интересно, как Оливер справляется? Он производил впечатление ленивого и вечно сонного человека. Нелегко, наверное, успевать готовить столько блюд. Однако увиденное заставило зажать рот руками, чтобы случайно не выдать себя.

Повар действительно был очень занят. Он с молниеносной скоростью шинковал овощи, помешивал половником в кипящих кастрюлях, не упускал из внимания шкворчащую от масла сковороду. Передвигался же слишком быстро не только для самого себя, но и для любого человека в принципе. Всё это буквально кричало о магии, но как? У крестьян её быть не могло.

Отшатнувшись назад, Эстелла пошла в кладовую, будто ведомая кем-то. Пока в голове металась куча мыслей, руки машинально сменили фартук, а ноги сами повели в зал. Это не её дело. Совершенно. Подумаешь, магия! Другие наследники никогда не упускали возможность покрасоваться перед «неудачниками», применяя способности. Правда, увидеть подобное в таком месте было неожиданно и невозможно.

Найдя Эдмунда, как раз подошедшего к стойке, девушка потащила его к двери. Ничего не понимающий брат попытался было сопротивляться, но побледневшее лицо сестры убедило его лучше слов.

– У крестьян же нет магии? – почти прокричала Эстелла, едва они вышли наружу.

Пальцы предательски дрожали, выдавая волнение. Пожалуйста, пускай она просто ошибается.

– Это не совсем так. Они просто отдают свои силы для поддержания магического купола, который защищает королевство от чужих глаз. Это было условие для переселенцев, которые не принадлежали к родственникам первых семей.

Парень не понимал, что происходит. Ещё несколько минут назад сестра чуть ли не кружилась в танце, а сейчас напоминала бледную тень себя. Такой растерянной и нервничающей он её давно не видел.

– А если кто-то не отдаст?

– Это невозможно. Есть специальные проверки, шпионы. Если кто-то не из дворян и их приближённых будет магичить, то нарушителей жестоко накажут.

Может, ей просто показалось? Разве можно скрыть такое? Но перед глазами снова всплыл образ Оливера, который словно замедлял время для всех, кроме себя. Нет, совершенно точно здесь было что-то не так. Доверие к новым знакомым стремительно пошатнулось.

– А к чему эти вопросы? – спросил Эдмунд. – И что с тобой случилось?

– Поговорим позже.

Ей нужны были ответы, а дать их мог только один человек. Тот, кто знал этих людей, общался с ними довольно долгое время и был послан в помощь повару. Может, он не догадывался? Нет, за столько лет уж точно можно было понять. Вот только зачем привёл сюда близнецов? Однако стоило войти внутрь, как все планы прервал чей-то недовольный возглас.

– Да, мне здесь не нравится! Я думала, что мы будем праздновать в Йорке, а не в этой дыре.

Незнакомая девушка поднялась из-за стола и пренебрежительно оглядела смолкшую таверну. Судя по достаточно богатой одежде, это и была именинница.

– Сядь, – негромко произнёс пожилой мужчина, сидевший рядом с ней.

Незнакомка открыла рот, собираясь продолжить, но вдруг резко смолкла и опустилась на место. Люди продолжили свои разговоры, словно ничего не случилось, а Эстелла ощутила внезапное тёплое чувство покоя, словно в плед укутали и дали плюшевую игрушку. Все тревоги показались ничего не значащим пустяком, а гнев утих, как потухшая спичка. Любого это могло обмануть, но Монтгомери лишь усмехнулась. Когда знаешь, что искать, сбиться труднее.

У стойки стояли Луиса и Ханс. Судя по дрожащим пальцам тавернщицы, она была слишком расстроена для магии, но вот её спутник что-то шептал. Успокаивающие слова или заклинания? Похоже, тут не только поварёнок нарушает закон. Кто же ещё? Луиса? Бланка? Поэтому она не пришла сегодня?

Эстелла знала, что мир сложен и коварен, но разочаровываться в первых же встречных так не хотелось. Может, это сон? Она ведь не спала столько времени, могла где-то упасть и задремать от усталости. Да, так и есть. Ущипнув себя за кожу, девушка закрыла глаза, ожидая, что этот кошмар прервется. Но шум вокруг не утих, а происходящее никак не изменилось.

Судорожно вздохнув, Монтгомери попыталась понять, что же делать дальше. Взять брата и уйти? Он откажется, придется объяснять, да и будет выглядеть подозрительно. Признаться, что знает о магии? О, нет, вот это точно нет. Никогда не стоит говорить кому-то, что знаешь его секрет, находясь на его же территории. Мало ли что или кто прячется в подвале таверны. Скинут туда, и никто не спасет. Что же ей делать?

– Эст?

За спиной стоял Эдмунд. Нужно было что-то ему сказать, но во рту от волнения пересохло. В случае плохого исхода пострадает ведь не только она, но и брат. Вот этого точно никак нельзя было допустить. Убрав упавшую на глаза чёлку за ухо, девушка попыталась казаться естественной.

– Ты доверяешь мне?

– Конечно, – не задумываясь ни на секунду, ответил брат.

– Тогда никому не говори о том, что я спрашивала. Обещаю, что всё расскажу потом.

Юноша кивнул. Внутренне он чувствовал, что что-то происходит, но вот что? И почему сестра выглядит так, словно напугана? Не сговариваясь, близнецы направились к стойке и снова взяли подносы. Избегая смотреть на Луису и Ханса, Эстелла едва не пошатнулась под тяжестью подноса. И кому пришло в голову столько заказать? Однако, не было ничего тяжелее тайны, поселившейся в душе герцогини.

Вот только чем это всё обернётся для них?

Глава 5

В жизни иногда бывают случаи, когда не знаешь, как поступить правильно. Стоит ли узнавать правду или же лучше закрыть глаза и делать вид, что ничего не знаешь? Существует ли вообще правильный ответ на такой вопрос? Эдмунд устало откинул голову на край кровати, сжимая и разжимая кулаки. Сестра устало уткнулась лбом в его плечо. Несмотря на ночную прохладу, они сидели на полу, размышляя о только что законченном разговоре.

– Ты уверена?

– Да.

Они оба хотели бы, чтобы ответ был другим.

– Что нам делать? – шёпотом спросила Эстелла.

Какой толк в том, что он прочитал все книги в библиотеке, если не знает, как справиться в такой ситуации? Как вообще минимум двум людям удалось сохранить свою магию при постоянных проверках? Мельком проскочила мысль, что Эст просто переутомилась и ей показалось, но Эдмунд тут же её прогнал. Если он не будет на стороне сестры, то кто?

– Ты думаешь, что Финн знает?

– Он должен был быть с Оливером на кухне.

– Тогда, завтра поговорим с ним, хорошо?

Короткий кивок в ответ. Поднявшись на ноги, Монтгомери подошел ближе к камину и поворошил кочергой едва тлеющие поленья. Кажется, он как-то читал книгу, в которой описывалось гадание на угольках. Жаль, что в конце выяснилось, что гадальщик – шарлатан, а способ этот ничего не предсказывает. Подавив смешок, Эдмунд представил себя перемазанным золой и с ожогами на пальцах. Хорош был бы предсказатель.

– Можно я останусь здесь?

– Ага.

За спиной послышалось шуршание, а затем шаги. Ему не надо было оглядываться, чтобы понять, какое именно из одеял забрала сестра. Их было всего два: колючее синее и мягкое полосатое. Первое Эдмунд часто хотел убрать, но Дорота настаивала, что оно теплее, пригодится при похолоданиях. Что ж, пригодилось.

Воспоминания о Дороте незамедлительно привели к размышлениям о её сыне. Почему Финн послал их в ту таверну? Да ещё и познакомил со всеми. Если он знал про магию, то понимал ли, что ставит под удар обе стороны? Как сын герцога, Монтгомери мог хоть сейчас послать стражу задержать нарушителей. Их бы заковали в цепи и отправили в столицу, где ждало бы тяжёлое наказание: сокрытие такого – не шутка.

Вот только он снова и снова вспоминал дружелюбную улыбку Луисы, ленивое ворчание Оливера, спокойствие и поддержку Ханса, зелёные глаза Бланки. Причастна ли она ко всему происходящему? Ему хотелось бы верить, что нет, но разум упорно твердил, что да. Если уж Эстелла поняла это спустя короткое время, то сомнений никаких не оставалось.

Всё это слишком быстро. Хотелось остановить время, схватить, как птицу за хвост, чтобы просто спокойно подумать обо всём, принять верное решение. Но что будет верным в такой ситуации?

Когда Эдмунд отошёл от камина, сестра уже уснула. Диван явно был слишком мал для неё, поэтому Эстелла слегка поджала ноги, укрываясь одолженным одеялом. Полосатым. Судя по выражению лица, ей снилось что-то хорошее. Наверное, как возглавляет Орден или мчится на своём коне навстречу закату. Из неё в самом деле вышла бы неплохая воительница.

Монтгомери ещё долго лежал в своей кровати, не сводя глаз с потолка. Он снова и снова вспоминал тот день в лесу, когда остался с Бланкой наедине. Как мелькало её платье между деревьев, как она улыбалась, слегка смущённо, но искренне, и перешагивала через ветки, словно искусная танцовщица. Может, и к лучшему, что тогда он ей не открыл, что чувствует. Кто знает, как теперь всё повернётся, и не была ли та встреча последней.

Сон пришёл только ближе к утру. В нём юноша куда-то бежал, торопился изо всех сил, пока не упал, проваливаясь в темноту. Чей-то голос, родной и чужой одновременно, хрипло смеялся, пока удар от падения не заставил проснуться с криком.

Приподнявшись на локтях, Эдмунд провёл ладонью по лицу, словно пытаясь убрать липкую паутину кошмара. Сердце до сих пор бешено колотилось, а в лёгких не хватало воздуха. Взяв на ощупь стакан воды с прикроватного столика, он жадно выпил всё за пару глотков, после чего снова упал на подушку. Значил ли этот сон хоть что-то? Вряд ли. Просто очередной набор образов из сознания, сформированный переживаниями. Если бы он был предсказателем, это одно дело, но простым людям вещие сны не снятся.

Сестры в комнате не оказалось. Наверное, ушла в поисках еды и сменной одежды. Ну, или спать в таком положении ей не понравилось. Надо будет всё же заказать новый диван, или было бы проще поставить целую кровать, как в детстве? Раньше они жили втроём, пока не повзрослели и разъехались по своим комнатам. Иногда даже не хватало тех разговоров перед сном, страшилок от Финна, лягушек в постели от Эстеллы, той детской лёгкости, когда не было тайн и недосказанности. Взрослеть оказалось не так уж и весело.

В столовой ждал неожиданный сюрприз в виде сидевшего за столом Мортимера Ларсена. Игнорируя стоявшую перед ним тарелку с едой, гость безотрывно смотрел на циферблат настенных часов. Судя по количеству приборов на столе, кроме них троих завтракать больше никто не собирался. Значит ли это, что других наследников здесь нет? Поздоровавшись, Эдмунд присел рядом с Эстеллой, слишком уж усердно разрезающей мясо на мелкие части. Что ж, по крайней мере, это не сопровождалось криками, как в прошлый раз. Ну, или он просто всё пропустил.

– Остальные тоже приедут? – вежливо спросил Монтгомери, наливая в стакан лимонную воду из графина.

– Нет, – кратко ответил собеседник.

Что-то зачастил к ним старый герцог. Интересно, знает ли об этом остальной Совет? Встречи наедине двух влиятельных персон часто заканчивались заговорами. Можно было предположить вариант с дружескими беседами, но так резко? Годами посетители приезжали только на собрания. Впрочем, это не его дело. В своих проблемах бы разобраться, прежде чем лезть в чужие.

– Какая радость, – фыркнула Эстелла.

Брат тут же толкнул её локтем, вынуждая замолчать. Мортимер, однако, оставил это без внимания, продолжив прожигать взглядом часовую стрелку. Наверное, только и ждёт, чтобы уехать отсюда и вернуться в свой склеп. Иначе как ещё он сохраняет такую бледность? Сполоснув руки в стоящей рядом чаше, Эдмунд приступил к еде. К сожалению, напряжённость обстановки убила аппетит напрочь. Жаль, ведь это были любимые рёбрышки с запечённым картофелем.

Эстелла тоже ела без особого рвения, то и дело посматривая на гостя. И как только она могла раньше считать его симпатичным? Лицо у него слишком худое, брови чересчур широкие, а глаза пустые, будто у рыбы. Просто других кандидатов не было, вот и всё. Феликс не считается, он уже с детства был противным, а вот Мортимер раньше вёл себя иначе. Нет, конечно, душой компании никогда не был, но и живую статую не напоминал.

– Что-то хочешь сказать? – внезапно повернулся к ней Ларсен.

Девушка на мгновение смутилась, но взгляд не отвела. Наоборот, вскинула голову, чтобы казаться более высокомерной.

– Тебе? Нет.

Но на самом деле хотелось. О, она могла сказать многое, начиная с того, как грубо и бесчувственно он её отверг. Конечно, Мортимер был не обязан отвечать взаимностью, но называть «ничтожной» – определённо перебор. Гордость требовала немедленно отвернуться и игнорировать любые вопросы, но Эстелла ждала, пока собеседник сделает это первым. Как в игре в гляделки, когда даже моргание означает проигрыш.

– Заметно.

Ларсен снова посмотрел на часы, словно разговор был завершён. Будто это ему было решать, когда начинать и когда заканчивать. Раздражает.

– Кто-то слишком много о себе возомнил, – произнесла Монтгомери, решив оставить последнее слово за собой.

– Определённо, – раздалось в ответ.

Эстелла замерла. Вот значит как? Резко отодвинувшись на стуле от стола, она встала на ноги и быстро вышла из столовой. Находиться там было слишком тяжело и больно. Два года уже прошло, но тот момент, когда всё рухнуло, постоянно всплывал в памяти: тёмный коридор, глупое письмо с признанием, брошенное на пол, обидные слова. С усилием отогнав воспоминания, девушка подошла ближе к раскрытому окну. Нет, хватит. Прошлое не должно влиять на неё, вызывать такие эмоции. Даже хорошо, что всё закончилось так, ведь теперь у неё другие цели.

– И что это было? – брат вышел следом, остановившись неподалёку.

– Мне не понравился завтрак.

В самом деле, как можно было додуматься подать мясо? Разве утренний приём пищи не должен быть более лёгким?

– Что между вами произошло?

– Ничего такого, о чём стоило бы говорить. Может, лучше Финна поищем?

Поправив воротник платья, Эстелла постаралась улыбнуться как можно более искренне. Обычно близнецы делились всеми тайнами, но эта казалась слишком личной. Всё же не краденое пирожное с кухни или разбитое окно. К тому же реакция Эдмунда была предельно ожидаема. Он не стал бы молчать, а последствия могли бы оказаться слишком серьёзными. Брат недоверчиво смерил её взглядом, но ничего не сказал. В конце концов, он и сам был не готов говорить на некоторые темы.

Как и ожидалось, Финн нашёлся в своей комнате. Забравшись с ногами на стул, он что-то рисовал в своём альбоме. Не то чтобы был великим художником, но иногда его зарисовки действительно впечатляли. Их общий портрет служил тому примером, гордо вися над письменным столом. Судя по резким движениям карандаша и смятым листам на полу, вдохновение приходить не спешило.

– Солнечного дня, – начал Эдмунд, переступая порог.

– О, утречка, – поздоровался друг. – Думал, вы ещё завтракаете.

– А мы здесь, – Эстелла села на застеленную кровать и с любопытством потянулась к альбому. – Что рисуешь?

Но Финн внезапно прижал лист к себе, отводя взгляд в сторону. Странно, раньше он никогда не был против показать свои наброски.

– Ещё не готово. Не хочу заранее портить впечатление. Лучше расскажите, зачем приезжал этот чудик.

– Он не особо разговорчив. Если хочешь, можешь пойти и расспросить сам, – Монтгомери продолжил стоять в проходе, словно отрезая пути к отступлению.

– Вы что, бросили его одного? Ай, как негостеприимно! – притворно поразился собеседник. – Что скажет мисс Хилл?

Близнецы переглянулись, словно пытаясь понять, кто именно затронет интересующую тему первым. Нужно начать издалека или спросить прямо? Обвинять или сочувствовать? Это же их Финн, молочный брат и лучший друг. Неужели он действительно всё знал с самого начала? Эдмунд не хотел в это верить, но всё говорило об обратном.

– Оливер – маг? – вдруг выпалила Эстелла. – И Ханс тоже, да? Кто ещё?

Финн замер. Листы бумаги выпали из его рук, как и карандаш, а сам он уставился в пол, словно там было что-то очень интересное. Слишком резко, но Эстелла не могла больше ждать. В голове было столько мыслей и домыслов, что она как никогда нуждалась в правде.

– К-как вы узнали? – слегка запнувшись, спросил юноша.

Что ж, хоть не стал бессмысленно отрицать. Очевидно же, что просто так близнецы спрашивать бы не стали.

– Почему ты не сказал?

Эдмунд старался, чтобы его голос не звучал обвинительно, но выходило плохо.

– Я хотел, чтобы дорогие мне люди подружились. Только и всего.

Эстелла горько усмехнулась, удержавшись от комментария. Значит, вот как? Те, кого он знал пару лет и видел только по выходным, оказались равнозначны тем, кто рос вместе с ним? Даже звучит абсурдно, но тем больнее.

– Как они обошли проверки? – продолжил Монтгомери.

Финн прикусил губу и поднял виноватый взгляд. Потянув за висевшую на шее нить, он вытянул из-под рубашки уже знакомый амулет. Голубой камень вблизи казался будто живым, переливаясь всеми оттенками синего.

– Всё дело в камнях, – начал рассказ юноша. – Их Нора нашла, когда ныряла. Вернее, она нашла пещеру, а там уже были камни. Они помогают скрыть магию, так, чтобы никто не смог её обнаружить.

Странно, но об этом не было ни слова в библиотечных книгах. Камни, способные помешать выявлению волшебных сил, чем-то напоминали алые кристаллы, эти самые силы забирающие, но всё же различались. Интересная находка, которую определённо стоило изучить. Погружённый в свои мысли, Эдмунд не сразу понял то, о чём моментально догадалась сестра. Не сводя взгляда с амулета, она напряглась и вцепилась пальцами в одеяло.

– Во сколько начинают проходить проверки?

– Кажется, лет в тринадцать. А что? – ответил брат.

– Значит, три года, – произнесла Эстелла голосом, грозящимся вот-вот сорваться на крик. – Ты врал нам три года?

Финн хотел что-то сказать, но девушку было уже не остановить. Поднявшись на ноги, она взглянула на него с такой ненавистью, что стало жутко. Примерно таким взглядом герцогиня иногда прожигала башню отца или смотрела в сторону наследников.

– Ты делал вид, что сочувствуешь нам, что на нашей стороне, – в каждом её слове сквозила горечь и обида.

– Но я не виноват, что родился таким, – попытался защититься друг.

– Но ты мог всё рассказать!

Казалось, стекла в окнах слегка задрожали от раздавшегося крика. Конечно, это было не так, но могло бы, имей Эстелла хоть каплю магии. О, она с удовольствием бы разнесла по кирпичику этот несчастный замок, разрушила бы всё, до чего могла дотянуться. Ярость переполняла всё тело, стремясь выплеснуться наружу.

– Эст, – осторожно произнёс брат, подходя ближе. – Давай обсудим это спокойно.

– Что обсуждать? – зло бросила девушка. – Что он доверился другим, но не нам? Что врал столько лет? Вот пусть и идёт к ним, раз мы недостаточно хороши, чтобы знать правду.

Она собиралась выйти из комнаты, но Эдмунд крепко схватил её за руку, вынуждая остановиться. Вся эта ситуация его тоже не радовала, но нужно было разобраться во всём прямо здесь и сейчас, отбросив эмоции. Большинство ссор и проблем случалось как раз из-за того, что люди вовремя не обсуждали то, что их тревожит.

– Отпусти, – попыталась вырваться Эстелла.

– Сначала нужно выслушать его.

– Предателя?

– Брата.

Это подействовало. Сестра поджала губы, но сопротивляться перестала. Скользнув взглядом по полу, она наткнулась на разбросанные листы, выпавшие из альбома. На каждом из них были нарисованы лица тех, кто сейчас находился в комнате. Небольшая летопись их приключений, пусть и в разной степени узнаваемости. Вот они, пытающиеся сделать подкоп, вот собирающиеся оборвать все ягоды с вишнёвого дерева, а на последнем – бегущие из замка навстречу краткой свободе. Ведь это что-то значит, верно?

– Я правда хотел вам всё рассказать, но не мог, – тихо начал Финн. – У вас, детей герцога, магии нет, а мне вдруг повезло. Это было бы так же нечестно, как давить на больную мозоль. А после проверки эти силы у меня должны были забрать, и всё было бы хорошо.

– Но потом нашлись камни, – заключил Эдмунд.

Друг замолчал. Монтгомери не мог его винить в желании оставить магию себе. В конце концов, он бы и сам не отказался от неё. Почувствовав, что хватка ослабла, Эстелла сделала несколько шагов по направлению к столу. Финн снова опустил голову и съёжился, словно ожидая удара.

– Мне очень жаль, – прошептал он. – Правда.

Эдмунд с беспокойством посмотрел на сестру. Успокоилась ли она достаточно, чтобы мыслить здраво? Обычно её злость уходила так же быстро, как и наступала, но ведь сейчас ситуация не совсем стандартная. Внутренне напрягшись, парень ожидал всякого, но произошедшее заставило его только улыбнуться. Подойдя ближе к названному брату, Эстелла положила ладонь на его плечо, а затем и вовсе молча обняла. Финн несмело обнял её в ответ, непонимающе смотря на Эдмунда. Казалось, он и не верил, что такой исход возможен.

– Не смей больше никогда так поступать, – тихо произнесла Эстелла. – Обещаешь?

– Обещаю.

– Хорошо. А ты чего стоишь? – обратилась девушка к брату.

Усмехнувшись, Монтгомери присоединился к ним. Казалось, никакая тайна больше не встанет между ними, и никто не способен был их разлучить. Так они и просидели до вечера, разговаривая обо всём на свете. Наблюдая, как на лице друга расцветает улыбка, а сестра громко смеётся над очередной шуткой, Эдмунд чувствовал себя самым счастливым человеком на свете. Не хватало только Бланки. Почему-то казалось, что она бы идеально дополнила их компанию, превратив трио в квартет.

Оставалось только дождаться следующих выходных.

Глава 6

Этим утром Эстелла проснулась от собственного крика. Пытаясь успокоиться, она выпила принесённый служанкой травяной отвар, после чего снова откинулась на подушки и прикрыла глаза. Этот сон не был похож на остальные, повторяясь где-то раз в несколько недель. Наверное, было бы проще, если бы девушка запоминала его полностью, а не обрывками, но, увы. В памяти оставался только затхлый запах, темнота, холод и ступеньки вниз, казавшиеся бесконечными. Каждый раз, спускаясь по ним, герцогиня находила что-то, что приводило её в ужас, но вот что? И где находится это место? В замке было много подвалов, но ни один из них не казался знакомым.

Проведя ладонью по лицу, словно пытаясь избавиться от липкой паутины сна, Монтгомери вполне успешно попыталась встать с кровати. Интересно, брат ещё спит или уже обыскивает библиотеку в поисках нужной информации? История с неизвестными ранее камнями почему-то задела его сильнее, чем можно было подумать. Сменив ночную рубашку на более повседневный наряд, Эстелла направилась в соседнюю комнату.

Стоило только взглянуть на едва примятую постель и зашторенное окно, как сразу становилось понятно, что владелец комнаты не спал вовсе. Сам Эдмунд выглядел уставшим, но продолжал упорно листать старый фолиант, наверняка пыльный и тяжёлый. На столе рядом возвышалась стопка библиотечных книг. Некоторые казались такими древними, что грозились вот-вот рассыпаться от малейшего прикосновения.

– Решил сменить режим? – спросила сестра, садясь в кресло напротив.

– Я просто хочу понять, почему за всю историю Терры никто не нашёл эту пещеру, – с плохо скрываемым отчаянием произнёс Эдмунд. – Это невозможно.

– Наверное, кто-то это скрыл. Что с того?

Монтгомери покачал головой, чувствуя, как в груди неприятно кольнуло. Знания обо всём на свете были его единственным преимуществом и оружием. Теперь же всё казалось ненадежным, фальшивым, таким же хлипким, как гнилая ветвь. Кто он теперь без уверенности в собственной правоте? Эстелла между тем налила в чашку лимонной воды из стоящего на столе графина. Первый же глоток заставил её скривиться так, будто она съела лимон целиком.

– Ты опять попросил без мёда?

– С ним слишком сладко.

– Гадость какая.

Смешно высунув язык, сестра попыталась избавиться от кислого привкуса, пока брат почти успешно подавлял улыбку. Несмотря на разочарование, всё же было в его жизни то, что всегда поднимало настроение. Вернее, кто.

– Зато меньше желающих попробовать.

– Жадина.

Пробежавшись пальцами по корешкам книг, девушка наугад вытащила одну из них и раскрыла почти посередине. Ничего интересного, только старые легенды. Эстелла уже хотела бросить чтение, как вдруг наткнулась на черно-белую иллюстрацию, вызвавшую непонятные чувства. Длинные когти, перепонки между пальцами, покрытое чешуёй тело. Где она могла видеть это существо?

– Эд, а это кто?

Брат мельком взглянул на страницу.

– Аквида. Водный народ, раньше живший в Терре, но сейчас уже давно исчезнувший.

Исчезнувший. Почему тогда он кажется таким знакомым? Может, это из того сна? Нет, определённо нет. Глупо было утверждать подобное, не помня всё в точности, но девушка чувствовала, что причина в другом. Так, нет, она не будет забивать себе голову этой картинкой. Сначала нужно разобраться с потерей доверия к Финну, отношением к новым знакомым и скрывающими камнями, прежде чем лезть в новое расследование.

– Какие у нас планы на выходные?

Эдмунд промолчал, но даже по взгляду было понятно, о чём он подумал.

– Нет, нет и ещё раз нет, – с шумом захлопнула книгу Эстелла. – Ты предлагаешь открыть дверь в таверну ногой и зайти с криком: «Я всё знаю, покажите мне пещеру»?

– Это было бы слишком грубо. Всегда можно попросить более спокойно.

– Эд, это место, полное незаконных магов. Как думаешь, что они сделают с нами, когда узнают, что их маленький секрет совсем не тайный? А если Финн расскажет, что мы – дети герцога, как они поступят? Нальют квас и проводят домой?

– Он не скажет.

– О, уверена, им он тоже обещал, что никому не расскажет.

– Это другое. Мы – его семья.

– Если бы он считал нас семьёй, то рассказал бы прежде, чем мы узнали!

Одно дело – сказать, что прощаешь, но вот простить по-настоящему – совершенно другое. Ей правда хотелось всё забыть и снова оказаться в прекрасном мире, где у неё два брата, но виноватый взгляд Финна постоянно всплывал в памяти. Напоминало открытую рану, в которую постоянно лезли раскалённой кочергой.

– Тогда, может, тебе лучше остаться здесь? – предложил Эдмунд.

– Сидеть в замке и ждать? Ты не перепутал меня с какой-нибудь другой сестрой-близнецом?

Дотянувшись до волос брата, Эстелла взъерошила их, как и раньше, вызывая возмущённый возглас.

– Мы вместе начали это, вместе и продолжим. К тому же, будем честны, без меня ты пропадёшь.

– Действительно, у меня начнётся смертельная нехватка рыжей язвы рядом, – пошутил брат, заранее прячась за книгой.

– Так, значит, я – язва? – схватив подушку, произнесла девушка. – Ты точно не доживёшь до субботы.

Чуть позже Дорота нашла своих подопечных с головы до ног в перьях, но со счастливыми улыбками на лицах. Она не знала точно, что происходит с ними в последнее время, но была рада, что всё наладилось. Впрочем, это не помешало кормилице заставить близнецов убирать созданный беспорядок самостоятельно.

Дни в ожидании протекали слишком медленно. Иногда Эдмунду казалось, будто кто-то нарочно замедляет стрелки часов во всём замке и удерживает солнце на небосклоне. Даже любимые раньше книги не приносили прежней радости, а другие повседневные занятия казались слишком скучными. Сестра постоянно где-то пропадала, возвращаясь в комнату лишь вечером. Судя по синякам на ногах и руках, она снова с кем-то тренировалась в бою, но новых слуг в замке не было, а прежние были слишком стары для подобного.

Финн тоже попадался на глаза редко. Наверное, пережидал в своей комнате, пока всё уляжется и забудется. Или же не хотел отвечать на неудобные вопросы, которые могли возникнуть. К примеру, где именно находится эта пещера и остались ли ещё там камни. А существуют ли кристаллы, дающие способности людям без магии? Было бы чудесно.

В вечер пятницы троица замка Веспер всё же собралась вместе, чтобы обсудить планы на следующие дни. Где же ещё это делать, как не в библиотеке? Забравшись с ногами на диван, Эстелла едва сдерживалась от комментариев, тогда как Финн спокойно занял кресло рядом. Он же и начал первым, прервав воцарившуюся тишину.

– Вы хотите поговорить с остальными об этом?

– Если только после этого нас не запрут в подвале.

Эдмунд недовольно посмотрел на сестру, вынуждая ту закатить глаза и замолчать.

– Будет сложно скрывать то, что мы обо всем знаем. Ты ведь и сам это понимаешь, верно?

Друг кивнул.

– Так что, – продолжил Монтгомери, – нам нужно понять, как себя вести. Я не хочу тебя подставлять, но ведь больше узнать об этом нам было не от кого.

– Разве? – нарочито безразлично произнесла Эстелла.

– А от кого ещё?

– Даже не знаю. Ко мне никакие девушки симпатии не питают.

Светлые волосы, зелёные глаза и смущённая улыбка. Разве можно даже думать о том, чтобы обмануть её, использовать в таких целях?

– Нет.

Прозвучало, наверное, слишком громко, но зато все точно услышали.

– Да она бы и не сказала, – добавил Финн. – Я не могу рассказать, но у Бланки есть собственный секрет, связанный с этим камнем.

– О, снова тайны! Кто бы мог подумать, – насмешливо раздалось со стороны дивана.

– Хватит, – раздражённо цокнул друг. – Я понимаю, что виноват перед вами, но сколько раз мне ещё нужно извиниться? Ты же сказала, что прощаешь.

– Вы снова говорите не о том, – вмешался их собеседник. – Что, если нам разговорить Луису? Она кажется довольно доброй.

– Это уже звучит не так сложно. Главное, чтобы поблизости не было остальных.

– И ты сможешь это устроить?

Протянутая ладонь, сжатая в кулак, стала ответом. Стукнув по ней своим кулаком, Эдмунд обратил внимание на сестру.

– А ты что думаешь?

– Как нас будут кормить в подвале: на подносе или просто скидывать сверху?

– Жаль разрушать твои фантазии о подвале, но он нам не светит, – улыбнулся Финн. – Там находится продуктовый запас.

– Какая жалость!

Приложив ладонь ко лбу, Эстелла облокотилась на спинку дивана, всем своим видом выражая глубокое разочарование. Брат фыркнул. Его такие спектакли давно уже не впечатляли. Впервые за неделю у них появился план действий. Да, немного ненадёжный, зависящий лишь от Луисы, но это хоть какая-то возможность раскрыть интересующую его тайну. «Знать всё невозможно». Что ж, пора разрушать подобные высказывания.

Погрузившись в свои мысли, Эдмунд не сразу заметил уход сестры. Финну даже пришлось громко откашляться, чтобы привлечь его внимание. Судя по тому, как он нервно разминал пальцы, разговор будет не про блюда на ужин.

– Ты что-то хотел? – спросил Монтгомери.

– Я не понимаю. Сначала она добрая и прощающая, а потом снова обижается. Ты же сразу всё принял, так почему с ней по-другому?

В самом деле, почему эта история не так сильно его затронула? Эдмунд пожал плечами. Наверное, он просто не так сильно доверял людям и не строил иллюзий. Ну, и новая информация перевесила разочарование. Камень на верёвке продолжал висеть на шее собеседника, словно издеваясь.

– Дай ей время.

– Надеюсь.

Дождавшись, пока и за другом закроется дверь, юноша потушил все свечи и подошёл к окну. Где-то там, за вершинами деревьев, скрывалась деревушка, хранящая ответы на его вопросы. Прозвучало, как одержимость. Ну, увидит он эту пещеру, найдёт камни, а дальше что? В его жизни же ничего не изменится. Почему тогда это так важно? Только потому, что изучит их раньше учёных? Честно говоря, Эдмунд и сам не понимал.

Субботнее утро оказалось дождливым. Друзьям пришлось очень долго уговаривать Дороту, чтобы та разрешила им выйти за ворота. Конечно, дети герцога особо не нуждались в её одобрении, но они не хотели расстраивать кормилицу напоминанием об этом. В конце концов, она же искренне беспокоилась за их здоровье. Закутанные в длинные плащи, воспитанники напоминали недовольных воронят, но возмущаться не стали. Либо так, либо ждать, пока выглянет солнце.

В этот раз в деревню удалось доехать на зачарованной от непогоды повозке повара, что несказанно обрадовало всех. Несмотря на то, что от мешков пахло далеко не сладостями, а Альвизо всю дорогу жаловался на нерасторопных поварят, это было лучше, чем идти по лужам и грязи. Прижавшись друг к другу, как воробушки на ветке, друзья доехали без проблем, спрыгнув возле уже знакомой постройки.

При входе в таверну, посетителей словно окутало облако тепла. К счастью, все столы оказались пустыми, а сама Луиса подметала пол в одиночестве. Идеальный момент для расспросов. Слегка толкнув друга локтем, Финн направился прямиком за стойку.

– Солнечного денька, Луиза. Пойду помогу Лори.

Тавернщица закатила глаза, но улыбка на её лице выдавала с головой. Похоже, не так уж сильно она и злилась на это поддразнивание. Ничего удивительного, они же друзья.

– Сильно промокли? – спросила девушка, обращаясь к застывшим на пороге близнецам. – Заходите, не стесняйтесь. Оливер приготовил чудесные оладьи, сейчас принесу.

Оставив верхнюю одежду на висевших у дверей крючках, Монтгомери старательно вытерли обувь об входной коврик и сели за ближайший столик. Учитывая, что план действий был составлен только вчера, Эдмунд не особо представлял, как именно ему нужно было разговорить радушную хозяйку. Как заставить выдать тайну, за раскрытие которой ей будет грозить наказание? Смог бы он сам так довериться малознакомому человеку? Эстелла, сидя напротив, казалась спокойной, но наматывала прядь волос на палец слишком нервно.

– Мне же надо уйти? – шёпотом спросила она, когда Луиса скрылась в коридоре.

– Это по старому плану.

В её глазах мелькнуло беспокойство.

– А каков новый план?

Рисковый до жути, но об этом он пока не скажет.

– Ты мне доверяешь?

Осторожный кивок. Что ж, другого и не ожидалось. Когда хозяйка таверны вернулась в зал с подносом с едой, Эдмунд уже знал, что именно скажет. Если им нужна была правда, то следовало прежде ответить тем же. Дождавшись, пока Луиса поставит на стол тарелки, парень схватил её за рукав платья, вынуждая задержаться.

– Мы всё знаем о камнях.

Вот и всё, назад пути нет. Он ожидал, что она станет отказываться, делать вид, что ничего не понимает, но девушка неожиданно рассмеялась. Сестра, пнувшая его ногой под столом, посмотрела на новую знакомую с таким же удивлением, как и её близнец. Может, это какая-то уловка? Попытка свести всё к шутке или недопониманию?

– Это было ожидаемо, – пожала плечами Луиса. – Вы же его лучшие друзья.

– Финн не причём, мы сами догадались! – высказалась Эстелла. – Вы не особо и таились.

Тавернщица пододвинула ближе стул от соседнего стола и села рядом с гостями, не выглядя испуганной или смущённой. Это сбивало с толку.

– И что вы будете делать дальше?

Интересно, смог бы кто-то прямо сказать в такой ситуации, что сдаст заговорщиков страже? И был бы у такого смельчака шанс покинуть таверну?

– Мы никому не скажем, – начал Эдмунд. – Но я хочу изучить их.

– Зачем? В вас же нет магии.

– У меня свои мотивы.

– Интересно, – протянула Луиса, откидываясь на спинку стула. – А у тебя?

Она обращалась к Эстелле. Юная герцогиня бросила взгляд на брата, после чего мило улыбнулась.

– У вас нет того, что нужно мне, так что молчать я буду бескорыстно.

– А если мы не отведём вас к пещере?

– Не думаю, что проследить за вашей кучкой будет так уж сложно. Да и я думала, что мы друзья.

– А вы всех друзей шантажируете?

– Нет никакого шантажа, – вмешался Эдмунд. – Мы в любом случае не пойдём к страже. Просто хотим присоединиться к вам.

Луиса внимательно посмотрела на близнецов, после чего встала на ноги и улыбнулась так же радушно, как и раньше.

– Разве вы не уже с нами?

Этим она словно поставила точку в разговоре. Так просто и легко, будто смахнула пылинку с барной стойки, а не обнаружила, что её тайна раскрыта. Что ж, это и к лучшему. Обхватив одну ладонь другой, Эстелла постаралась унять дрожь в пальцах.

– Всё хорошо, – успокаивающе прошептал брат.

Наверное. Вот только что будет с ними дальше?