Александр Харипанчук
«Лунное ожерелье» – 2 вторая книга

ПОВЕСТЬ

Предисловие.

Краткое содержание первой книги «Лунное ожерелье».

В первой книге нарисована картина обыденной жизни простого обывателя, живущего в России в начале XXI века. Сюжет повествует о герое, ведущем обычную жизнь, как и большинство людей в стране. Однако судьба преподносит ему неожиданный поворот – он становится обладателем баснословных богатств. С этого момента начинается его захватывающее путешествие, полное приключений и опасностей.

В своих раздумьях герой часто задаётся вопросом, действительно ли сокровища, найденные в пещере на Крымском полуострове, приносят ему только хлопоты и тревоги. Он осознаёт, что, возможно, мог бы обойтись и без них. Тем не менее он замечает одно важное преимущество, которое даёт богатство: это свобода выбора и возможность действовать по своему усмотрению. Чем больше у человека средств, тем шире горизонты его возможностей.

Благосостояние позволяет заниматься благотворительностью, улучшать жизнь как близких, так и дальних родственников, а также путешествовать по миру без каких-либо ограничений, навязываемых нехваткой денег. Однако, несмотря на все плюсы, герой осознаёт, что богатство может приносить и немало забот, и начинает переосмысливать свою новую жизнь.

Наш герой, Иван Алексеевич, и его супруга Валентина Васильевна вели обычную жизнь, напоминающую о времени Советского Союза. На закате своих лет, выйдя на пенсию, они приобрели загородный домик, куда уезжали из своей городской квартиры, чтобы проводить там чудесные летние месяцы. Зимой же они реже приезжали в свой загородный дом, наведываясь туда только при ясной погоде, чтобы протопить его и насладиться зимней природой. Однажды, просматривая телепередачу о сокровищах, которые были спрятаны немцами на Крымском полуострове при отступлении, Иван Алексеевич загорелся идеей посетить те места и заняться поисками затерянных богатств. Он знал эти места, так как служил там срочную службу матросом. Валентина Васильевна, поддержав мужа, предложила организовать поисковую экспедицию, и вскоре они оказались в Крыму, совмещая отдых на берегу моря с вылазками в горы. Как выразился Иван Алексеевич перед поездкой в Крым: «Отдохнём с тобой, Валентина, на прекрасном крымском побережье и заодно обследуем пещеры, о которых говорили в передаче». Так они и начали своё захватывающее путешествие. После долгого и изнурительного пути к предполагаемому месту сокровищ, где должно было находиться и легендарное «Лунное ожерелье», они всё-таки обнаружили клад, зарытый оккупантами при отступлении, глубоко в пещере. Это открытие кардинально изменило их жизнь, преподнеся на старости лет множество неожиданных поворотов и волнений. Иван Алексеевич и Валентина, долго обсуждая судьбу клада, в итоге решили оставить его у себя, пока на время, потратив малую часть на своих близких и, конечно, на себя. По их расчетам, стоимость сокровищ была колоссальной, и им вскоре предстояло решить, сдавать ли клад государству за процент или оставить всё при себе. Но на данный момент клад был ими надёжно спрятан от постороннего взгляда. Основную часть сокровищ они оставили в пещере, заложив их камнями для надёжности, а малую часть, вместе с баснословно дорогим ожерельем «Лунное ожерелье», перевезли к себе в загородный дом, в потайное место, обустроенное Иваном Алексеевичем. Тем не менее, наш герой сосредоточил свои усилия на продаже драгоценностей, оставив «Лунное ожерелье» при себе как символ удачи, а в дальнейшем решил передавать его по наследству. В это время он также возродил старые связи с друзьями и сослуживцами, с которыми проходил срочную службу на Черном море. Возможно, поэтому у него возникло желание приобрести яхту и отправиться в морское путешествие с Остапом Степановичем и новыми друзьями, которых он встретил на пути к исполнению своей мечты. В первой книге подробно описываются захватывающие и полные опасностей поездки в Москву к скупщику драгоценностей, а также процесс подбора персонала и поиска подходящей яхты для морских путешествий.

Начало морского плавания ознаменовалось тем, что команда покинула легендарный город Севастополь и направилась в Гибралтарский пролив, который соединяет Средиземное море с Атлантическим океаном. На первом этапе они планировали преодолеть 3355 морских миль, а далее их ожидал захватывающий курс по Атлантике. Книга с богатым описанием маршрутов по морям и остановок в портах погружает читателя в красоту мест, которые они пересекали на яхте, а также знакомит с бытом и достопримечательностями городов, где они останавливались.

Кроме того, подробно описан быт на борту яхты «Арабелла» и впечатления её команды от наблюдений за морскими просторами. Несколько глав посвящены захватывающим приключениям нашего героя Ивана Алексеевича, который во время сильного шторма оказался за бортом. Он чудом выжил и был выброшен на необитаемый остров, где, используя свою смекалку, боролся за выживание, разводя огонь и строя укрытие. В конечном итоге его верная команда, вернувшаяся с намеченного маршрута и исследовавшая безбрежные воды Средиземного моря в районе его падения, случайно наткнулась на безымянный остров, где оказался Иван Алексеевич, и спасла его. Первая книга завершается благополучным промежуточным итогом, и команда под руководством капитана Олега Николаевича принимает ответственное решение продолжить намеченный маршрут.

ПОВЕСТЬ «Лунное ожерелье» – 2

ВТОРАЯ КНИГА

Первая глава. Продолжение морского путешествия после временного перерыва.

Итак, яхта «Арабелла» после небольшой заминки, связанной с поиском Ивана Алексеевича, начала своё движение вперёд по проложенному курсу в сторону Гибралтарского пролива, который выведет их в Атлантический океан. Атлантическое плавание вызывало у команды яхты смешанные чувства: с одной стороны, тревожное состояние порождало страх за их судьбу на бескрайних просторах океана, а с другой стороны, неизвестность и любовь к морским приключениям манили их пройти по такому величественному океану, о котором они с благоговением слышали рассказы ещё с детских лет. Маршрут, в связи с изменением курса при поиске упавшего за борт члена команды, был проложен, выверен и согласован с командой по-новому. Они запаслись водой на острове, а продуктов и дизельного топлива у них было с избытком, так что они настроились пройти путь до Гибралтарского пролива в кратчайшие сроки, на сколько позволит им погода в открытом море и насколько попутным будет ветер, дующий в паруса. Естественно, с учётом остановок в портах Средиземноморья.

«Остров Миконос в Средиземном море, который находится недалеко от Валлетты Республики Мальта, мы уже посещали», ― объяснял капитан команде, улучив минутку, когда они расположились принять пищу, отойдя от острова на приличное расстояние. Море было спокойным, ветер ― слабым, паруса от бездействия повисли на реях, сбавив ход яхты; погода позволила членам команды поблаженствовать в эти вечерние часы. Искупавшись в море и слегка перекусив, они расположились на верхней палубе, дрейфуя по ходу движения. Капитан продолжил объяснять членам команды дальнейший их маршрут: «Послушайте меня, друзья мои, вдруг кто-то подзабыл наш курс. Наш путь теперь лежат в юго-западном направлении по Средиземному морю. Мы пройдём мимо Туниса стороной, а в следующем порту – Алжире, расположенном на западном берегу Алжирской бухты и являющимся крупнейшим портом после Порт-Саида, – сделаем продолжительную остановку. Там у нас запланирована стоянка судна в местной марине».

Помолчав, как бы вспоминая расположение портов Средиземноморья, он продолжил: «Буду краток. Порт Алжир ― следующий наш ориентир прибытия. Далее мы будем следовать до порта Танжер, который располагается на побережье Средиземного моря и Атлантического океана. Это крупный портовый город на севере Марокко, у самого побережья Гибралтарского пролива. О Гибралтарском проливе мы уже говорили – это цель нашего первого этапа морского пути».

Он закончил свою речь словами: «Гибралтарский пролив, куда мы стремимся, выведет нас в Атлантический океан. Длина этого пролива составляет 40–45 миль, ширина – от 9 до 30 миль, а глубина в фарватере примерно 0,3 мили; если что-то непонятно, спрашивайте», – завершил он свой краткий, но предельно развернутый доклад.

День клонился к закату. Ветер к вечеру начал крепчать, яхта шла уверенным ходом, прямо по курсу, без галсов. Иван Алексеевич, посланный капитаном Олегом Николаевичем в каюту отдыхать, к заходу дня поднялся на палубу. Ноги, содранные о камни на острове, ещё болели, но двигаться было можно. Он уселся в шезлонге на верхней палубе и, любуясь заходящим солнцем, как всегда завораживающе опускавшим своё багрово-красное тело в море, словно ныряльщик на камне, готовый ежесекундно прыгнуть с возвышенности в набежавшую волну.

Вокруг царила тишина, только изредка прерываемая тихим шёпотом волн, омывающих борта яхты, словно нежный голос матери, манящий домой. Солнце медленно скатывалось за горизонт, окрашивая небо в пурпурные и золотистые оттенки. Казалось, будто художник, не желая покидать своё полотно, продолжал творить, чтобы принести мир в сердца тех, кто остался на земле. Иван Алексеевич, уставший от повседневной суеты и забот, закрыл глаза, позволяя ветру обдувать своё измождённое тело. Ветер игриво трепал волосы, и с каждым порывом унося прочь плохое настроение и бесконечные хлопоты. Он вновь ощутил себя сильным и свободным, как чайка, парящая над морем, выбирая свой путь без оглядки на преграды.

«Как же прекрасно это чувство!» – мелькнула мысль, и он открыл глаза, устремлённо глядя на огненные облака, медленно плывущие по вечернему небу. «Почему мы стремимся к неизведанному, если вокруг нас столько чудес?» – размышлял он, всё ещё смотря на солнце, которое раскидало по глади моря яркие огни. Вдруг он почувствовал, что не один на палубе, и, подняв глаза от небывалой красоты заката, увидел своего друга Остапа Степановича, который тихонько подошёл к нему со спины.

«Кажется, мы на верном пути», – произнёс тот с лёгкой улыбкой. Иван Алексеевич улыбнулся ему в ответ, и их взгляды встретились, полные надежды на лучший исход их опасного морского похода. В этот миг казалось, что вся сложность и глубина жизни укладываются в простом общении и наслаждении красотой природы в этот спокойный вечер на закате.

Позже, когда вечер поглотил их разговоры, морской бриз принёс с собой тайные шёпоты далёких стран, а яхта, словно живое существо, продолжала свой путь в неизвестность, неся с собой мечты и надежды.

Ночь прошла относительно спокойно, если не считать, что два раза рвались фалы – специально предназначенные для этого верёвки, служащие для поднятия и спуска парусов на яхте. Прошедший накануне сильный шторм давал о себе знать.

Утро встретило команду яхты прекрасной погодой. Море, словно живое существо, перекатывалось глубинными волнами, покачивая «Арабеллу», как пёрышко на пруду. Ветер за ночь ослабел, дул с умеренной силой, но ход яхты был неплохим, примерно 14-16 узлов.

Капитан, стоя у штурвала, любуясь этой гармонией стихии. Солнечные лучи ярко искрились на поверхности воды, создавая впечатление, что океан рассыпал вокруг себя драгоценные камни. В команде воцарилась атмосфера дружелюбия и ожидания: за долгие часы шторма, перенесённого ими совсем недавно, когда каждый готов был встать на защиту своего товарища, сейчас, по истечении некоторого времени, сплочённость ощущалась особенно остро.

Михаил, один из матросов, поднялся на мачту, чтобы проверить состояние парусов. Ветер легко покачивал его, но он уверенно держался за тросы. Спустившись обратно, он доложил капитану, что паруса в идеальном состоянии, лишь некоторые ненадёжные фалы будут заменены в ближайшее время.

«Не время расслабляться», – сказал капитан, качая головой. «Путь наш не близкий. Надо держать руку на пульсе и каждый день проверять оснастку судна»

Постоянное внимание к морю и ветрам стало привычкой для членов экипажа. Каждый из них знал, что предостережения природы нельзя игнорировать. По всему борту затаили дыхание, когда экипаж заметил встречных яхтсменов, которые, похоже, тоже путешествовали, наслаждаясь этой солнечной погодой. Но их яхты прошли мимо в отдалении от них, не дав им возможности пообщаться. Николай Михайлович, кок, начал готовить завтрак. Запах свежеприготовленных омлетов и кофе приподнял у всех настроение.

«Кофе ― просто чудо!» ― воскликнул он, передавая горячие чашки с напитком по кругу. Странная смесь вкуса кофе и запаха солёной воды витала в воздухе, напоминая им о том, как они проводили со своими близкими на берегу летние вечера на пляже, смеясь и делясь мечтами о будущем. Каждая капля кофе, словно солёный прибой, накатывалась на их воспоминания, обостряя ощущение времени, в котором беззаботно текли дни. Они сидели за столом и слушали, как утренняя волна набирает силу, точно так же, как и их чувства товарищества друг к другу. Этот момент, насыщенный ароматами и звуками, казался им магическим, полным надежд и обещаний, которые они сделали сами себе. Каждый завтрак на борту был не просто приемом пищи. Это была возможность поразмышлять о совместных приключениях и расширить горизонты все более далеких земель, к которым они направлялись. Однообразие на яхте утомляло команду, и они решили сегодня после обеда сделать долгую остановку, стать в дрейф, чтобы вволю порыбачить и поплавать вблизи яхты. Так они и сделали.

Сразу же после обеда, не откладывая задуманное, капитан дал команду лечь в дрейф. Яхта замерла на месте, покачиваясь на волнах, и вскоре все разбрелись по борту в поисках своего маленького уголка для отдыха и развлечений. Кок Николай Михайлович начал готовить рыболовные снасти, а другие отправились на корму нырять с борта яхты. Солнце с гордостью освещало их тёплым светом, приободряя и создавая атмосферу беззаботности. Вода вокруг яхты искрилась на солнце, оставаясь при этом загадочной и притягательной. Кок забросил свои удочки, надеясь поймать что-то значительное, что можно было бы запечь на ужин и сделать его особенным. «Возможно, мне повезёт поймать чудо-рыбу!» – прокричал он, весело размахивая удочкой, словно это было его личное магическое заклинание. Смех и шутки раздавались по всему борту, создавая атмосферу тепла и дружбы. Вдали, среди мелких волн и на фоне ясного неба, проплывали белоснежные облака, словно подзывая яхту поближе к своим миражам. Тишина и веселье смешивались в воздухе, и каждый в этот момент чувствовал, что жизнь – это не только стремление к горизонту, но и наслаждение тем, что находится прямо здесь и сейчас. Шум моря, звуки смеха и запах солёной воды создавали уникальный коктейль эмоций, который заполнял душу и делал каждый миг бесценным.

«Держитесь крепче!» – воскликнул матрос Артём, когда кто-то из ребят перепрыгнул через борт в воду с громким плеском. Все с азартом следили за тем, как он всплывает, совершенно довольный собой, но, всплыв, моментально погрузился снова, словно повторно пытаясь покорить подводный мир. Через некоторое время к купающимся присоединился и рыболов-кок, чтобы зарядиться энергией перед тем, как снова вернуться к своим обязанностям. Вволю накупавшись, все собрались на палубе, и кто-то предложил поднять тост за удачу в их нелёгком плавании по морским просторам. «За нашу команду!» – произнёс капитан, и все дружно подняли стаканы с апельсиновым соком, так как спиртное они решили не употреблять в море, только на стоянках в портах. На горизонте тёплые тона заката постепенно сменяли холодные оттенки, словно предвещая новые чудеса, которые ещё предстояло увидеть. На четвёртые сутки их пути капитан собрал команду и, с серьёзным выражением лица, произнёс: «Друзья мои, мы находимся в Сицилийском проливе Средиземного моря и вскоре перейдём в Сардинский пролив. По правому борту раскинулся порт Тунис, а на расстоянии 400 морских миль от него – порт Алжир. Убедительная просьба к коку Николаю Михайловичу: через час подготовьте отчёт о запасах воды и продуктов. Остап Степанович, вам, как механику, необходимо оценить запас топлива на яхте. Важно знать, хватит ли нам ресурсов, чтобы добраться до Алжира». Спустя час кок и механик вернулись к капитану с доброй вестью: запасов топлива, продуктов и воды более чем достаточно для завершения путешествия. Капитан, довольный таким исходом дела, отдал команду продолжать путь, не отклоняясь от курса. Команда, полная уверенности и бодрости, с готовностью взялась за свои повседневные морские дела, и яхта продолжила свой путь навстречу новым приключениям.

С тех пор прошло четыре напряжённых дня морского путешествия, но предстояло пройти ещё приличное расстояние до порта Алжир. Затем их путь будет пролегать к порту Танжер, расположенному на побережье Гибралтарского пролива, который должен был вывести яхту «Арабелла» в бескрайний Атлантический океан.

На данный момент команда преодолела Сицилийский и Сардинский проливы, оставив Тунис позади, и теперь устремилась прямиком к порту Алжир, где они планировали сделать остановку, пополнить запасы воды, еды и топлива. Да и самим нужно было отдохнуть от долгого плавания.

День сегодня поистине выдался чудесным и запомнится надолго: умеренный ветер ласково играл с парусами, а море, ставшее спокойным, манило к себе яркими волнами, которые, догоняя друг друга, с лёгким плеском ударялись о нос яхты. Вода разделялась на две сверкающие полосы, обволакивающие левый и правый борт, а затем, успокоившись, сливалась с морской гладью, оставаясь позади. Команда наслаждалась этим мигом, и радостное настроение вновь заполнило палубу, что было особенно важно в длительном и утомительном путешествии. На верхней палубе стоял Иван Алексеевич, наблюдая за горизонтом. Он был молчалив. Море всегда вдохновляло его и побуждало к размышлениям. Теперь он с восхищением наблюдал, как искрящиеся брызги волн, освещенные солнечными лучами, сверкали в каплях морской воды, словно крошечные алмазы, рассыпаясь по поверхности, как драгоценный порошок. В этот момент его охватило чувство, что за горизонтом скрыт целый мир, искренне жаждущий открытия.

«Иван Алексеевич!» – вдруг прозвучал голос механика Остапа Степановича, выглянувшего из кокпита. «Ты совсем заскучал в одиночестве?» Вопрос, скорее всего, был риторическим, и Иван Алексеевич, не отвечая, ещё долго стоял, любуясь игрой волн. Команда занималась каждый своим делом: кто стоял на вахте, кто отдыхал; капитан в который раз проверял маршрут яхты, боясь сбиться с курса. Остап Степанович подошёл к Ивану Алексеевичу и, видя, что у того нет настроения, проговорил: «Ваня, не грусти. У нас впереди старинный город, а это значит только одно – отдохнём, вволю нагуляемся по городу Алжиру и сходим на экскурсию по старым крепостям. Я слышал, что там потрясающий вид, подходящий для фотографий в твою коллекцию», – проговорил он бодрым голосом, зная, что Иван Алексеевич любит фотографировать все достопримечательности старинных городов.

Вдруг внимание всех привлекло стремительное движение по поверхности воды. На горизонте появились всплески, которые быстро становились всё ближе и ближе. «Касатки!» – воскликнул матрос Михаил, с радостью смотревший на этих величественных млекопитающих, стоя у штурвала. Иван Алексеевич очень удивился этому чуду и спросил: «Неужели они водятся в этом море?» На что капитан Олег Николаевич произнёс: «Да, касатки встречаются в Средиземном море. Эти китообразные распространены практически во всех областях Мирового океана, где могут найти пищу». Паруса ощутили мощь ветра, и яхта «Арабелла» рванулась вперед, словно живая. Вскоре вся команда затаила дыхание, с замиранием сердца наблюдая, как две серые спины выныривают на поверхность, а затем вновь исчезают в глубинах морской пучины.

Бурный восторг охватил команду. На мгновение все проблемы морского путешествия отошли на второй план, уступив место чувству единства с природой и друг с другом. «Быть может, эти касатки пришли помочь нам добавить немного настроения в наши души!» – с улыбкой подметил капитан. В этот миг яхта нежно заколыхалась под набежавшей волной, но никто из команды не чувствовал тревоги. Благодаря этим прекрасным дням и новым встречам с морской природой, они вновь ощущали прилив сил и тягу к жизни. Впереди их ожидал не только долгожданный порт Алжир, но и многочисленные свершения, о которых они могли лишь мечтать.

Под вечер погода начала портиться: небо в считанные минуты заволокло серыми тучами, ветер усилился, стал порывистым, изменяя своё направление. Перед наступлением шторма море выглядит одновременно красивым и тревожным. Начинает ощущаться зловещее колыхание многотонной массы воды, которая то опускается вниз, как будто на самое дно, то поднимается выше бортов яхты. Вода волнуется, время от времени успокаиваясь, как будто замирает на месте, но вдруг, ни с того ни с сего, появляются крупные волны, как бы предвещая надвигающуюся бурю. Цвет моря становится темнее, переходя от ярко-бирюзового к глубокому синему и почти чёрному. Ветер начинает набирать силу, подхватывая лёгкие брызги, которые взлетают вверх, словно пытаются дотянутся до верхушки мачты. На горизонте можно заметить, как солнечные лучи пробиваются сквозь облака, создавая причудливые световые пятна на воде, но общая атмосфера темнеет прямо на глазах. Всё окружающее наполняется напряжением, предвещающим грядущую стихию. Капитан яхты «Арабелла» Олег Николаевич дал указание готовить судно к штормовой погоде. Собрав всех на палубе, он сказал: «Слушайте! Пришло штормовое предупреждение, погода, по всей вероятности, ухудшится. Нужно подготовить яхту к сильному ветру. Не забывайте пристёгиваться карабинами к борту или к мачтам, это вас спасёт в сильные порывы ветра». Он попросил убрать всё лишнее с палубы и закрыть все люки и двери. Все, как их учил капитан, начали готовить яхту к шторму. На камбузе убрали продукты в ящики, на мачтах и на носу яхты проверили ходовые огни, закрыли все отверстия на верхней палубе и в кокпите, протестировали помпу и поставили штормовые паруса. Кок Николай Михайлович упаковал спички и соль в непромокаемые пластиковые пакеты. Хотя все были взволнованы, суеты не было. Вдалеке начало громко греметь, и это послужило для всех напоминанием о том, что спокойствие – лишь временная иллюзия. Яхту начало болтать на волнах, как будто проверяя её уязвимость перед лицом надвигающейся силы природы. Друзья, собравшиеся в кокпите, обменивались взглядами. В их глазах читалось волнение и любопытство, но никто не решался показать свой страх перед надвигающейся стихией, который медленно подбирался к ним из глубины бурлящего моря. «Лишь бы не такой страшный шторм, как был в прошлый раз, когда Ивана Алексеевича выбросило за борт!» ― проговорил, волнуясь, матрос Артём. Словно в ответ на его слова, небо ударило молнией, на мгновение осветив всё вокруг ярким, ослепляющим светом. После этого последовал трескучий гром, который потряс всю яхту, заставив её словно вздрагивать в ритме приближающегося шторма. Море вдруг стало более агрессивным и устрашающим. Волны ударяли о борт с такой силой, что казалось, будто хотели перевернуть яхту и вернуть её обратно в утробу океана. Команда начала волноваться, тщательно осматривая паруса и оборудование. Каждый понимал, что буря может нагрянуть в любую минуту, и им необходимо быть готовыми к столкновению с силами природы. Тишина между громом казалась издевательской. Каждый из друзей ощущал, как его сердце бьётся всё быстрее и быстрее, а с каждой секундой напряжение в команде становилось всё ощутимее. Вокруг уже заплясали первые капли дождя, каждая из которых угрожающе хлестала в лицо. Внезапно послышался крик с призывами о помощи: матрос Михаил, поскользнувшись, едва удержался на ногах. Все бросились к нему, спасая от возможности упасть в воду. Но капитан остановил их и прокричал хриплым от волнения голосом: «Артём, быстро к Михаилу, помоги ему, а остальные – по своим местам», ― и добавил ещё громче: ― «Не забывайте про карабины, всем пристёгиваться». В этот момент каждый из них понял, что вечер с прекрасным закатом превращается в битву, где они должны не только бороться с природой, но и научиться полагаться друг на друга, чтобы выжить. Настало время проверить свою храбрость и понять, что ни буря, ни штиль не могут разъединить тех, кто близок друг к другу.

Конец первой главы.

Вторая глава.

Последствия ночного шторма. Остановка в порту Алжир.

Шторм сам по себе в открытом море вызывает большую тревогу и страх, но шторм ночью, в кромешной темноте, где стихия, играючи, вертит яхтой как ей заблагорассудится, – это отдельное описание зловещей ненастной погоды. Ночь прошла как один час: все были напряжены до предела, боясь повреждений, обходили яхту по нескольку раз, исправляя по ходу все случившиеся неполадки на борту судна. Но, слава Богу, корпус оказался крепким, а такелаж – надёжным. К рассвету все были измотаны до крайности и в буквальном смысле валились с ног.

Утром, после сильного шторма, яхта «Арабелла» лениво дрейфовала в открытом море. На верхней палубе болтались сорванные с мачты паруса, придавая судну печальный вид. Капитан Олег Николаевич в очередной раз обходил яхту, проводя осмотр технического состояния судна: внимательно смотрел, нет ли протечек в корпусе, и вглядывался, целы ли крышки на ящиках. Он несколько раз спустился в моторное отделение и просил механика Остапа Степановича запустить двигатели. Слушал, как они работают, чтобы лишний раз убедиться в целостности винтов.

Так он обошёл всю яхту несколько раз подряд, внимательно осматривая каждый уголок, боясь упустить повреждения. «Шторм любой силы сам по себе не может повредить корпус яхты. А вот разгоняемая сильным ветром высокая волна таит в себе большую опасность. Она способна смыть с палубы всё оборудование и людей, а в случае неправильного управления яхтой может даже перевернуть её», – повторял он уже ранее произнесённые слова матросам Артёму и Михаилу, которые ходили за ним по пятам, ожидая указаний. Во время обхода капитан увидел, что, кроме сорванных парусов и фонарей, особых повреждений нет. Успокоился и приказал заштопать и закрепить паруса, а также заменить фонари.

Было раннее утро, после шторма ветер утих, стояла напряжённая тишина. Море было мрачное – свинцового цвета. Светлые лучи ещё не пробились сквозь облака, нависшие над яхтой, как мрачное одеяло. Капитан уловил взгляды Артёма и Михаила, внимательно следивших за его действиями. Он понимал, что в такие моменты нужно оставаться настороже, особенно после сильного шторма, когда море часто скрывает свои тайны под безмятежной поверхностью. «Ребята, – произнёс он, прищурив глаза, – как только солнце выйдет из-за туч, нам необходимо подготовить яхту к дальнейшему походу. Нужно проверить все системы: навигацию, запасы провизии и топлива. Никогда нельзя забывать, что море непредсказуемо, и что может произойти к вечеру – одному Богу известно».

Михаил кивнул, губы его сжались в строгую линию, отражая общее напряжение на борту. Артём, в свою очередь, всегда был оптимистом. Поспешив выполнить указания капитана, он поскользнулся на мокрой палубе, едва не оказался за бортом, потеряв равновесие, но сумел удержаться на ногах. «Мы справимся, капитан!» – воскликнул он, стараясь развеять мрачную атмосферу. «Нас не сломить никаким штормам!»

Капитан улыбнулся, но его взгляд оставался сосредоточенным. Он знал, что дух команды необходимо поддерживать в самые трудные минуты, но также требовались благоразумие и осторожность. «Одними приказами нельзя управлять кораблём, необходимо налаживать человеческие отношения», – всегда повторял он Ивану Алексеевичу, когда речь шла о роли капитана на судне. Неожиданно на горизонте показалась тонкая линия – береговая линия. Силуэты скал выглядели неясно, но капитан понимал, что далёкие острова часто служили укрытием для пострадавших от штормов путников. Это место привлекало любителей приключений, но за своей красотой такие острова таили множество опасностей. «Приготовьтесь к маневрам!» – прокричал капитан. «Здесь могут быть рифы или, ещё хуже, подводное течение. Подойдём к берегу и проверим, можем ли беспрепятственно пристать к нему. Там сможем спокойно исправить все поломки после шторма». Когда яхта направилась к берегу, тишину вдруг нарушила резкая волна, накатившая со стороны моря. Капитан почувствовал, как судно слегка наклонилось, и все затаили дыхание. По корпусу сильно ударил высокий вал воды, словно море предупреждало их о грядущих опасностях.

«Быстро! Все по местам!» – скомандовал капитан, и команда во всю прыть бросилась выполнять указания. Стоявший за штурвалом Остап Степанович выровнял яхту и направил её вдоль острова, опасаясь сближения с ним.

Море вновь стало непредсказуемым, и капитан знал: настоящие испытания только начинаются. Шторм мог вернуться в любой момент.

Обойдя остров с восточной стороны, они увидели небольшую бухту, выделяющуюся среди каменистого берега своей песчаной косой. Они решились пристать, радуясь такой удаче. Вода в бухте была прозрачной и спокойной, а теплое солнце уже поднялось на самую верхушку неба, окрашивая его в розовые и золотистые тона. Капитан с невозмутимым выражением лица отдал команду бросить якорь. Члены экипажа, воодушевлённые новым открытием, вскоре начали снимать с лодки запасы и снаряжение для рыбалки, готовясь устроить небольшой привал. На берегу их ждала тихая заводь, где можно было спокойно отдохнуть и насладиться красотами нетронутой природы. «Но вначале», – приказал капитан, – «нам придётся потрудиться, устранить неисправности на яхте». Им пришлось до вечера заниматься починкой парусов, заменой фонарей и проверкой такелажа. Все очень устали, но молодость есть молодость, и матросы Артём и Михаил, не успев завершить задание капитана, уже сбрасывали свою одежду, чтобы окунуться в бухте и поплавать на перегонки вокруг яхты. Иван Алексеевич и капитан начали разбивать лагерь на берегу бухты, а Остап Степанович отдался исследованию окрестностей.

«Заодно наберу хвороста», – прокричал он, удаляясь от берега бухты. Он поднялся на невысокий холм, и с его вершины открылся захватывающий вид на бухту и море, блестящее в лучах заходящего солнца. Вдалеке виднелись очертания других островов, а на поверхности воды играли солнечные блики. Вдохновлённый, он спустился обратно к своим товарищам, которые уже разожгли небольшой костер и коптили рыбу, пойманную коком Николаем Михайловичем.

«Эта бухта – настоящая находка!» – с улыбкой воскликнул капитан. Остальные поддержали его энтузиазм, и вскоре вокруг костра собралась вся команда, обсуждавшая план следующего дня.

На фоне затихающего шороха волн и треска дров они делились историями о морских приключениях и строили планы новых открытий неизведанных земель. В этой живописной бухте, вдали от городского шума и суеты, каждый ощущал себя поистине свободным, наслаждаясь великолепной погодой и теплотой взаимных отношений среди членов команды.

Спать легли глубоко за полночь, расположившись у костра. Матроса Михаила капитан отослал на яхту дневалить: «Миша, без присмотра судно оставлять нельзя. Дежуришь четыре часа, потом тебя сменит Артём», – проговорил капитан назидательным тоном, не принимающим препирательств. Ночь прошла благополучно, бухта защищала их от волн, набегавших с моря, но к утру и они утихли. Бухта и море отражались восходящим солнцем, радуя просыпающуюся команду яхты «Арабелла» своей волшебной красотой. Розовые и золотые оттенки раннего утреннего света танцевали на поверхности воды, создавая изумительный калейдоскоп переливов изумрудного блеска. Тихий шёпот прибоя, слегка касающийся песчаного берега, напоминал о том, что природа пробуждается к жизни.

На горизонте, где небо встречалось с морем, располагались нежные облака, окрашенные в мягкие тона, словно художник аккуратно мазал кистью, удивляя окружающий мир. Серебристые рыбки, выскакивающие из воды, добавляли динамики в эту идиллию, как будто приглашая команду в утреннее приключение. На прибрежной линии, где волны нежно обнимали берег, тонкие стволы кокосовых пальм колыхались на фоне безоблачного неба. Их листья слегка подрагивали от лёгкого ветерка, наполняя воздух свежестью и прибрежным ароматом. Команда, потягиваясь, выходила на палубу, охваченная восторгом от этой картины. Каждый их вдох свежего морского воздуха был пронизан духом свободы и бесконечности, а свет солнца, показавшийся над горизонтом моря, заполнял всё вокруг, наполняя сердца наших героев надеждой на удачный день. Они знали, что впереди ждут новые приключения, но сейчас их радовала эта мгновенная связь с природой, которая окутала затишье бухты своей лёгкой оболочкой покоя и умиротворения. Капитан скрупулёзно начал проверять маршрут яхты, выверяя по несколько раз курс до запланированной остановки в порту Алжир. Он понимал, что из графика они выбились из-за шторма и что к намеченному сроку они уже не успеют в порт. Место в марине было заранее забронировано, так что ему придётся сейчас сориентироваться, уточнить оставшиеся мили и скорректировать время по погоде, чтобы снять прежнюю бронь и открыть новую на определённое число. «А вот по срокам сейчас нужно определяться», ― беззлобно ворчал он, рассматривая карту. Он всегда бронировал места в маринах заранее: так можно получить значительные скидки. «Всё это нужно продумать на берегу», ― всегда любил повторять он, когда вёл разъяснительную беседу со своим другом Иваном Алексеевичем.

До Алжира, по его расчётам, выходило 145 миль, а это значит двое суток пути спокойным ходом. «Мне нужно определиться, уточнить по сводкам, какая ждёт нас впереди погода, по народным приметам хорошего ожидать не стоит», ― спокойно вёл беседу сам с собой капитан. После долгого мониторинга прогноза погоды он решил перестраховаться и забронировал стоянку яхты с учётом того, что они будут добираться туда трое суток. И не ошибся. Когда они уже собирались выходить из бухты и брать курс к намеченной цели, ветер изменил направление, стал порывисто налетать на береговую полосу острова, безжалостно изгибая пальмы и словно играясь, наклонял их для поклонов набежавшей стихии. Капитан посмотрел на барометр: давление падало на глазах. «Да, как я и думал, шторм возвращается», ― немного с разочарованием проговорил он вполголоса. «Да и признаки указывали на это», ― подтвердил механик Остап Степанович. Резкое падение атмосферного давления – один из первых предвестников шторма. При этом всегда усиливается ветер, меняет направление и становится порывистым.

«Посмотри на небо», ― смотря вверх, обратился он к капитану. – «На небе появляются низкие, тёмные, быстро движущиеся облака – предвестники штормового фронта. Да и море стало неспокойным, появились «барашки» на гребнях волн, а волны стали выше и круче. Все признаки надвигающегося шторма», ― подытожил он свой разговор с капитаном, указывая рукой на видимые изменения в округе. Команде пришлось крепить яхту ещё одним якорем, добиваясь устойчивости судна в ожидании больших волн.

«Всё-таки есть Бог на небе», ― говорил Иван Алексеевич, довольный тем, что капитан с утра не дал команды отправляться в море. «Здесь мы переждём любой ураган, яхта как у Бога за пазухой». «Не поминай всуе Господа», ― проговорил Олег Николаевич, ― «хотя однозначно нужно поблагодарить его». Не успели они управиться с подготовкой судна к шторму, как налетел ветер, почти сгибая тонкие стволы пальм до земли.

Команда спешно заканчивала последние приготовления, проверяя судовую оснастку и страховочные ремни. Громкие хлопки ветра звучали как предупреждение о надвигающемся урагане. Облака уже затянули небо, и светлый день стремительно погружался в серую мглу.

«Эй, парни, готовьтесь к большой качке!» – закричал Остап Степанович, подтягивая фал. В его голосе ощущалась уверенность, но в глазах читалась некая тревога. Все заняли свои отведённые инструкциями места; их лица отражали решимость и готовность к борьбе с силами природы.

Рядом с ними находился капитан, крепко держащийся за штурвал. Ветер становился всё сильнее, и яхта начинала раскачиваться, как игрушка на волнах. Капитан внимательно следил за состоянием моря, в глубине души довольный тем, что волею судьбы они остались в бухте. Внезапно разразилась гроза. Первые крупные капли дождя ударили по палубе, словно моряки столкнулись с настоящими маленькими ядрами. Удар грома прокатился по небу, заставив трепетать всех на борту.

«Пристегнитесь!» – закричал капитан, и все, словно по команде, начали крепко держаться за поручни. Команда работала профессионально и слаженно, как единое целое. Каждый знал свою задачу и выполнял её с максимальной отдачей. Иван Алексеевич и Остап Степанович успокаивали своих друзей, продолжая проверять судовой такелаж.

Морская пена вздыбила свой белый налёт у бортов яхты; тем временем на пальмы, росшие вдоль берега, ветер налетал так сильно, что казалось, они вот-вот упадут на землю. «Удержимся! Здесь не открытое море, в бухте во сто раз спокойнее!» – закричал капитан, когда судно в очередной раз выдержало натиск волны. Команда в глубине души понимала, что таких штормовых моментов будет много во время их морского дальнего похода, и что каждый очередной шторм только закалит их физически и морально. В данный момент этот шторм был не просто борьбой со стихией, но и очередной проверкой на прочность. Шторм продлился до самого вечера; потом, истратив всю свою бешеную мощь, начал утихать, и в конце концов море успокоилось. Все облегчённо вздохнули. «Я думаю, третьего наката штормовой погоды не предвидится, но выход из бухты я планирую на завтра ранним утром», – довёл свои соображения капитан. Все одобрили его распоряжение. «Море есть море, предугадать здесь погоду практически невозможно, лучше подстраховаться», – проговорил довольным голосом Иван Алексеевич, радуясь, что ночью можно прекрасно выспаться.

Ночь прошла в спокойной обстановке: море, подняв из глубин во время шторма всяческий мусор, перекатывало волнами его у самого берега острова, занося часть в бухту. На вид, как часто бывает после шторма, море выглядело взбаламученным. На берег были выброшены различные предметы, в том числе изделия из дерева и пластика, а также обломки деревьев, мелкие ветки и стволы с корнями. Остап Степанович, принявший утреннюю вахту, прогуливаясь по верхней палубе, закричал: «Все наверх, вижу акул!» Члены команды мигом высыпали на палубу, внимательно всматриваясь. В метрах сорока от яхты они заметили два косых плавника, бороздивших бухту. «Может, это дельфины», – предположил Иван Алексеевич. «Да нет, – утвердительно заметил капитан, поясняя: ― у акулы плавник прямой и острый, а у дельфина – гладкая кривая переднего ребра и такая же кривая линия сзади. Кроме того, у акулы плавник располагается поперёк по отношению к поверхности и часто виден над водой, а у дельфинов – продольно». «Всё верно, – подтвердил Остап Степанович. – У дельфина, как правило, виден не только спинной плавник, но и часть спины просматривается над поверхностью моря».

«Очевидно, вчера во время шторма они спрятались от бурлящего моря», – поддержал разговор матрос Артём. Насмотревшись на акул, рассекавших спокойные воды бухты, все отправились в кокпит завтракать. Капитан приказал не рассиживаться: «Друзья мои, завтракаем по-быстрому и в путь! Нас ждёт Алжир, остановка там будет долгой, успеем отдохнуть и расслабиться, так что сейчас не теряйте времени даром». Выйдя из бухты, яхта «Арабелла» взяла курс к намеченной цели; благо, погода этому способствовала. «Рассчитывайте на двое суток пути, а там будет видно», – добавил он. Первый день морского путешествия к запланированной стоянке прошёл великолепно. Настроение у экипажа яхты было на высоте. После двух штормов, обрушившихся на их судно в течение суток, погода наконец выровнялась и радовала команду своим спокойствием.

Солнечные лучи, пробиваясь сквозь лёгкие облака, освещали бескрайние водные просторы, а над головой лениво парили чайки, время от времени ныряя в воду в поисках рыбы. Капитан Олег Николаевич, стоя на носу яхты и вдыхая свежий морской воздух, чувствовал, как напряжение последних дней постепенно уходит. Он обернулся к команде, собравшейся на палубе, и с улыбкой сказал: «Вот и ещё один день нашего плавания подходит к концу. Завтра к вечеру мы должны быть на месте!» Затем с бодрым энтузиазмом добавил: «Не за горами отдых в порту Алжир. У меня большое желание прогуляться по древнему городу, о котором вы столько наслышаны!» В ответ на его слова команда оживилась и начала обсуждать, кто чем будет заниматься на берегу. Молодые матросы Михаил и Артём планировали познакомиться с девушками – что, в общем-то, вполне объяснимо. У Олега Николаевича и механика Остапа Степановича в голове крутилась мысль проверить яхту на надёжность и пополнить запасы горюче-смазочных материалов. Кок, уже с тетрадью в руках, делал ревизию съестных запасов, готовясь к закупкам продуктов. Его радовало только одно: благодаря свежей воде из родников острова, где они только что побывали, они смогли заполнить все ёмкости на судне водой на дальнейшие дни похода, хотя можно будет ещё пополнить запасы в порту. Иван Алексеевич настраивал свой фотоаппарат и видеокамеру для будущих эксклюзивных снимков и видеосъёмок, предвкушая необыкновенные виды древнего города. Животворная атмосфера быстро накрыла членов команды, наполняя их хорошим настроением и порождая ожидание встречи с неизведанным. Солнце медленно склонялось к горизонту, окрашивая небо в мягкие и нежные оттенки. Красота мирной гавани, оставленной позади, и множество переживаний постепенно уходили в забвение – впереди была новая глава их путешествия, полная приключений и открытий. В этот момент никто не думал о бурях и штормах. На борту царило оживлённое веселье, и уверенность в хорошем исходе их нелёгкого дела наполняла души каждого члена экипажа теплом и надеждой. Прошли ещё сутки пути, оставив позади восхитительные восходы и красоты морских закатов, которые они будут вспоминать с нежностью и лёгкой грустью всю оставшуюся жизнь. «Вот так всегда бывает», – размышлял Иван Алексеевич, – «реальность впечатляет меньше, чем воспоминания о минувших днях, когда душа тоскует по ушедшему, осознавая, что прошлое не вернуть, и, что самое страшное, ничего нельзя исправить». Погружённый в раздумья, он не заметил, как к нему подошёл Остап Степанович и с сочувствием спросил: «Загрустил, Иван Алексеевич? Дом, наверное, вспомнил?» «Да, немного взгрустнулось», – ответил Иван Алексеевич. «Стою вот, размышляю, как быстро уходит наше время». «Такова жизнь», – успокоил его Остап Степанович, – «ничего тут не поделаешь». На следующий день к вечеру они подошли к берегам Алжирской Народной Демократической Республики, к старинному арабскому государству на северо-западе Африки, где на побережье расположен порт Алжир. Столица этой страны, также названная Алжиром, является крупнейшим городом, а её порт считается самым значительным на севере Африки, находясь между Марокко, Тунисом и Ливией.

Уже начинало темнеть, и лёгкая пелена тумана заволакивала африканское побережье. Город Алжир встречал их миллионом зажжённых фонарей, которые мерцали вдоль берега, освещая горизонт. Когда ярко-красное солнце отсчитывало последние минуты перед заходом, как будто заныривая в море, небо окрасилось в разнообразные оттенки оранжевого, розового и пурпурного. В этот момент ясно выделялись силуэты кораблей и грузовых судов, стоящих в гавани, а краски зданий на берегу отражались в спокойной воде, как в зеркале. Сам порт был заполнен небольшими судами, а вокруг на берегу кипела жизнь: люди наслаждались вечерней атмосферой, а зажжённые огни создавали тёплую и уютную обстановку на прибрежной полосе. Архитектурные объекты – как старинные, так и современные – ярко подсвечивались неоновым светом, добавляя контраст к вечернему небу.

Рыбацкие шхуны, вероятно, возвращавшиеся с богатым уловом, неутомимо шныряли вдоль побережья. Вдали виднелись большие освещённые площадки, похоже, кафе и рестораны, где звучала разнообразная музыка. Ветер с берега приносил аппетитные ароматы еды, а мелодии, доносившиеся издалека, приятно ласкали слух.

Капитан решил встать на рейд и дождаться утра. «Все хорошие дела начинаются спозаранку», – повторял он свою любимую поговорку, оповещая команду о принятом решении и поясняя, особенно Ивану Алексеевичу, который был не слишком опытен в морской науке: «Рейд – это прибрежная акватория, предоставляющая возможность для якорной стоянки судов, а также для проведения грузовых и пассажирских операций и бункеровки. Будем находиться здесь ещё и потому, что стоянка нашей яхты в марине забронирована с завтрашнего дня», – добавил он, словно оправдываясь за то, что им не удастся высадиться на берег сегодня.

Рано утром, когда солнце только начинало брезжить над горизонтом, яхта «Арабелла» снялась с якоря и направилась к портовым водам Алжира, ориентируясь по высокому минарету, находившемуся неподалёку от стоянки. Капитан отдал приказ поднять флаг республики, известный как гостевой флаг. «Поднятие гостевого флага показывает наши мирные намерения и готовность к сотрудничеству с властями. Это не только знак уважения, но и способ избежать чрезмерного внимания к нашему судну. Без гостевого флага проверка может быть более строгой», – пояснял он команде эти важные истины мореплавателей. Ниже гостевого флага был поднят жёлтый флаг, указывающий на то, что судно направляется в порт для таможенного оформления и среди членов экипажа нет больных. Олег Николаевич, уже не раз бывавший здесь, был хорошо знаком с процедурами таможенного и паспортного контроля, поэтому чувствовал себя уверенно.

Опытный капитан Олег Николаевич внушал Ивану Алексеевичу полное спокойствие, и он доверился своему другу на все сто процентов. Вечером накануне, за ужином, капитан заранее поделился с командой важнейшей информацией об Алжире – этом североафриканском городе, который вскоре ждал их на своих площадях и улицах. Он кратко рассказал, что Алжир – это крупный город, ставший экономическим и культурным центром страны, где гармонично переплелись африканская, европейская и арабская культуры. Здесь предостаточно архитектурных достопримечательностей: одной лишь старинной крепости Касба хватит на четыре часа для увлекательной прогулки, а в городском Ботаническом саду создаётся ощущение настоящих джунглей, но с комфортными дорожками. Не зря именно здесь в 1932 году был снят первый фильм о Тарзане. Об этом капитан говорил с явным восторгом, делясь своими впечатлениями от увиденного ранее. Он также подчеркнул, что в Алжире, как и в любой арабской стране, официальным языком является арабский, а расплачиваться здесь принято только алжирскими динарами. Оборот других валют запрещён, но доллары и евро легко меняются на местные деньги.

Подходя ближе к заливу порта Алжира, команда любовалась его красотой: широкая водная гладь, окружённая невысокими, пологими горами, производила впечатление. Однако по мере приближения цвет воды стал странным, на вид желтоватым, а запах был не самым приятным, как будто где-то прорвало канализацию. «В последний раз, когда я здесь был три года назад, такого безобразия не наблюдалось», – заметил Олег Николаевич. Но когда они зашли в залив, неприятный запах исчез, вода и воздух стали намного чище. После прохождения пограничного и таможенного контроля яхта пришвартовалась в марине. Это было не просто место для швартовки, а целый мир, созданный для комфорта и удовольствия любителей морских прогулок. Здесь имелось всё необходимое для судна: от заправки топливом и ремонта до уютных кафе и магазинов. Иван Алексеевич где-то читал, что слово «марина» в переводе означает «морская картина». Такие места обычно располагаются в живописных локациях, окружённых бирюзовыми водами и золотистыми пляжами. Важно не путать марину с обычным портом: если порт представляет собой транспортный узел для грузоперевозок и пассажирских судов, то марина – это настоящий рай для любителей яхтенного спорта и отдыха на воде.

Оказавшись в этом раю, команда яхты «Арабелла» первым делом принялась выполнять указания капитана – пополнять запасы для дальнейшего плавания. А механик Остап Степанович взялся за проверку всего такелажа судна, проводя техническое обслуживание моторного отсека: менял масло в двигателе, фильтры и выполнял другие мелкие ремонтные работы механизмов. Эта работа заняла целый день. Лишь к вечеру члены команды освободились от своих забот и начали готовиться к выходу в город: мыться, бриться и подбирать нарядную одежду.

«Сегодня нас ждет восхитительное гастрономическое приключение», – с улыбкой объявил Иван Алексеевич команде яхты. «Мы откроем для себя сокровища экзотической алжирской кухни», – добавил он с загадочным блеском в глазах и приступил к изложению планов.

«Пока вы самоотверженно пополняли запасы воды, провизии и дизельного топлива, проверяли исправность судна, я забронировал столик в уютном ресторанчике на берегу залива. Представляете, там такое разнообразие блюд, что я не решился заранее угадывать ваши кулинарные предпочтения, каждый закажет сам по прибытии, что душе угодно». И действительно, когда Иван Алексеевич резервировал столик, официант поразил его разнообразием блюд, представленным в меню на безупречном русском языке. Сначала он изумился, но молодой человек, немного запинаясь, объяснил, что в их заведении это давняя традиция. И он с гордостью продемонстрировал стопку папок с меню на разных языках, добавив, что и сам изучал русский, и даже стажировался в Москве и Санкт-Петербурге пару лет назад. Днем, когда в ресторане царила тишина и было мало народа, официант по имени Саид провёл для Ивана Алексеевича настоящую гастрономическую экскурсию по самым популярным блюдам местной кухни. Медленно и обстоятельно, бурно жестикулируя руками, он объяснял: «Основа алжирской кухни – мясо и зерновые. Жемчужина нашей кулинарии – кускус. Это манная крупа, которую мы готовим на пару с мясом и овощами. Существует бесчисленное множество вариаций – от огненно-острых до нежно-сладких. Не менее любимо здесь блюдо таджин – нечто среднее между рагу и супом. Главный секрет приготовления – ингредиенты томятся в специальной глиняной посуде, и крышку нельзя открывать до самой подачи».

Он даже сводил Ивана Алексеевича на кухню, показал, как готовится кускус и таджин, и продолжил увлеченно рассказывать: «Среди сладостей алжирцы боготворят буссу-латмессу – рассыпчатое печенье из кунжутных семян, сдобренное лимонным и апельсиновым ароматом, щедро посыпанное сахарной пудрой». Закончив свой рассказ, Саид слегка вспотел от усердия – ему редко приходилось так долго говорить по-русски.

Заинтриговав команду предстоящим гастрономическим вечером, Иван Алексеевич повернулся к капитану: «Олег Николаевич, кто у нас сегодня остается на вахте?» Капитан ответил: «Иван, я останусь на хозяйстве. У меня накопилось много работы для института, и пока есть хорошая связь, я постараюсь отправить отчеты и все материалы по электронной почте».

«Отлично, Олег Николаевич, занимайтесь наукой. Не хочу лишать молодежь возможности развлечься», – ответил Иван Алексеевич, радуясь, что Олег предоставил молодым членам команды возможность насладиться вечером в ресторане. Он знал, что его друг посвятил себя изучению морей и океанов и собирал материалы во время их морского похода для Института океанологии имени П. П. Ширшова Российской академии наук. Главная цель института – комплексное исследование океанов и морей, изучение физических, химических, биологических и геологических процессов, а также разработка научных основ для прогнозирования изменений климата. Институт находится в Москве, а его южный филиал – в Геленджике. Во время путешествия Олег Николаевич умудрялся собирать данные о состоянии моря, фотографировать флору и фауну, ничуть не ущемляя свои капитанские обязанности. «Вы делаете невероятно важную работу, Олег Николаевич», – часто говорил ему Иван Алексеевич. «Делитесь с нами своими наблюдениями, это поможет нам расширить горизонты познания морей и океанов». И Олег с удовольствием рассказывал о своих открытиях.

Вечерело, солнце, словно огромный огненный шар, медленно опускалось в море. Команда, нарядившись в лучшие свои одежды, весело переговариваясь, направилась в ресторан. У входа их уже ждал знакомый Ивану Алексеевичу официант Саид. С широкой улыбкой он проводил их к забронированному столику и раздал меню. Сидя за столиком в ресторане, Михаил и Артём не отрывали взгляда от соседней шумной компании. «Постарайтесь не сломать глаза!» – весело пошутил Остап Степанович. За столиком, рядом с ними, весело смеялись девушки, а парней, как ни странно, рядом не оказалось. Обычно в этой марине отдыхают яхтсмены и путешественники, которые останавливаются, чтобы пополнить запасы продовольствия и топлива, а также проверить свои яхты. Основная часть отдыхающих – мужчины, а сегодня за соседним столом они наблюдали весёлую команду из одних девчонок. «Парни!» – обратился кок Николай Михайлович к Михаилу и Артёму с улыбкой. – «Наверняка, это амазонки! Держитесь от них подальше, могут похитить!» Молодые люди посмеялись, но флиртовать с девушками не перестали. Когда пришло время делать заказ, Михаил переспросил: «Иван Алексеевич, вы будете оплачивать столик или каждый сам за себя?» «Михаил, я же объяснял вам, что все расходы во время нашего похода покрываются из общей кассы, за которую отвечает капитан. Сегодня его с нами нет, ответственный за платёж ― его заместитель, Остап Степанович», – ответил Иван Алексеевич. Остап шутливо заметил: «Михаил, у нас не принято расплачиваться за девчонок облегчённого поведения, а за стол и все необходимые для похода покупки – всё компенсирует касса взаимопомощи». Они вновь рассмеялись над шуткой механика. В ресторане звучала весёлая музыка – Раи. Это современная алжирская поп-музыка, где местные музыканты исполняют мелодии, созданные на стыке арабских и европейских традиций. Девушки из соседней компании начали заигрывать с Михаилом и Артёмом. Остап Степанович снова не упустил возможности пошутить: «Парни, все кокетливые взгляды с соседнего столика только на вас, похоже, женский пол решил списать нас, стариков, подчистую!» Тем не менее, молодёжь не рискнула проводить девушек до их яхты после ужина; они лишь обменялись телефонами и электронными адресами. На свою яхту вернулись глубоко за полночь, весело переговариваясь, и, не засиживаясь на палубе, разошлись по каютам.

Иван Алексеевич сам вызвался дежурить на судне. К счастью, завтра у всех была возможность хорошенько отоспаться. Выход в море капитан наметил на после обеда. На следующее утро небо затянулось облаками, которые, клубясь на высоте, образовали тёмные тучи, вызывая тревогу у публики, собирающейся отчаливать от причалов после ночной стоянки. Однако к обеду атмосфера изменилась: ветер разогнал облака, и солнце ярко засияло, освободив мир от утренней хмурости. Эта перемена принесла радость людям в порту и на прибрежной полосе. Команда яхты «Арабелла» лишь к обеду начала покидать свои каюты, лениво потягиваясь и зевая. Кок Николай Михайлович, как и договаривались накануне, приготовил обед и громким голосом оповещал о времени приёма пищи, призывая всех собраться за столом. Он напоминал, что через три часа они отправляются в море.

Иван Алексеевич сдал вахту матросу Артёму ещё в восемь часов утра и лёг отдохнуть, но выход в море – это событие, которое нельзя пропустить, поэтому ему пришлось вставать с постели вместе со всеми. Не спеша они отобедали, и капитан объявил о двухчасовой готовности к отплытию. Затем собрал всю команду и со всеми подробностями разъяснил: «Планы изменились, так сложились обстоятельства, завтрашняя экскурсия по городу отменяется, отходим сегодня через два часа и берём курс на Танжер. Это крупный портовый город, который расположен на севере Марокко, у западного входа в Гибралтарский пролив, где Средиземное море встречается с Атлантическим океаном. Расстояние до него составляет почти пятьсот миль. В пути, если всё сложится удачно, мы будем около десяти дней». И добавил: «Я проложил курс вдоль побережья Средиземного моря, на расстоянии примерно пятидесяти миль от берега. В случае непредвиденных обстоятельств или поломки яхты, не дай Бог, мы сможем быстро добраться до суши». После утверждения курса, как это было заведено на судне, команда отдала швартовы и, точно по расписанию, отошла от пирса марины.

Радость от прекрасной погоды и благоприятного прогноза на ближайшие дни подняла всем настроение. Команда, увлечённая своими обязанностями при выходе в море, дружно взялась за работу, спеша насладиться красотой морских просторов, волшебными восходами и закатами по пути к знаменитому на весь мир Гибралтарскому проливу.

Коней второй главы.

Третья глава. Путь на Гибралтар.

Яхта, стремительно расправляя паруса, двигалась в юго-восточном направлении, разрезая воды на пути к Гибралтарскому проливу – мечте всех моряков. Этот пролив, известный во всём мире, служит связующим звеном между южной частью Пиренейского полуострова Европы и северо-западным побережьем Африки. Гибралтарский пролив соединяет Средиземное море с Атлантическим океаном и является границей между двумя континентами.

Переход через Гибралтар из Средиземного моря в Атлантику считается намного более сложным, чем переходы через проливы Босфор и Дарданеллы: здесь господствует поверхностное течение, направляющееся из Атлантики в Средиземное море. В верхних слоях воды течение движется с запада на восток, а в подводных потоках – с востока на запад.

К концу первого этапа перехода Иван Алексеевич уже уверенно стоял за штурвалом, приобретая опыт в этом, как утверждали его товарищи, захватывающем путешествии. Погода в первый день их выхода из порта Алжир была просто великолепной: ветер мягко дул, словно поддерживая их стремление к цели – Гибралтарскому проливу. Лишь одно напоминание о приближающемся завершении первого этапа пути и о предстоящем прибытии в порт Танжер радовало всю команду, поднимая настроение на долгие часы. Стоя за штурвалом, Иван Алексеевич с удовольствием наблюдал за дельфинами, которые плавали рядом с яхтой и уже на протяжении пяти миль следовали за ними.

«К добру, когда дельфины плывут рядом с кораблём», – заметил подошедший капитан. «Когда я служил на военных кораблях, дельфины иногда сопровождали нас на протяжении десяти миль». К капитану присоединился механик Остап Степанович, и они начали мирный разговор о своем пути к Гибралтару, с радостью отмечая, что погода позволяет им двигаться уверенным курсом.

«Идём со скоростью 14 узлов?» – спросил утвердительно Остап Степанович у капитана. «Два часа назад я измерял: шли 12 узлов, сейчас, глядя на паруса, кажется, чуть больше», – ответил тот, внимательно всматриваясь вдаль. «Видимость хорошая, ветер на нашей стороне. С такими погодными условиями мы доберемся до места назначения даже быстрее, чем вы планировали», – сказал Иван Алексеевич капитану.

«Не спеши, Ваня, море не любит спешки. А погода… что погода? Она может измениться в море в любое время – не только за день, но и за час. Будем надеяться, что всё будет благоприятно», – с оптимизмом произнес капитан Олег Николаевич. Помолчали, всматриваясь вдаль в морскую гладь, которая впереди, сливаясь с горизонтом, манила их своими воображаемыми чудесами. Они понимали, что их ожидает долгий путь вдоль побережья Средиземного моря до следующей остановки в городе Танжер, до которого на данный момент оставалось чуть меньше пятисот миль. Но, как и предупреждал капитан, море внезапно изменилось. На середине вторых суток, в то время как команда готовилась к очередной смене вахты, небосвод, до этого мирный и ясный, внезапно заволокло серыми тучами. Ветер усилился, и волны начали подниматься, словно испытывая на прочность яхту, которая умело бороздила просторы Средиземного моря.

«Всем на палубу! Готовьте штормовые паруса!» – прогремел голос капитана, заполняя пространство на борту решимостью. Штормовые паруса предназначены для использования в условиях сильного ветра и неблагоприятной погоды. Они помогают обеспечить безопасность судна и его экипажа, позволяя управлять яхтой даже в штормовых условиях. Обычно к таким парусам относятся фок меньшего размера и стаксель, а также специальные рейки для уменьшения площади парусности. Использование штормовых парусов может существенно повысить устойчивость яхты и снизить риск переворота. Яхта покачивалась от сильного крена, и Иван Алексеевич, напрягая все свои силы, держал штурвал. Несколько минут спустя ветер начал трепать паруса, как пушинку, заполняя их, делая округлыми, пугая и восхищая разом.

«Подобное видели?» – прокричал механик Остап Степанович, борясь с ветром, который пытался вырвать у него из рук привязанные к палубе объекты. «Прошлый шторм на острове был гораздо слабее!»

«Главное – не паниковать, – уверенно произнёс Олег Николаевич, смеясь, несмотря на бурю. – Мы можем справиться, если сработаем как единое целое!» Они действовали сообща, слаженно выполняя указания капитана. Основные паруса были убраны, и яхта, уменьшив скорость, выкатывалась из свирепых объятий стихии. Море гремело вокруг, но пережившую не один шторм команду этим было не сломить. Дельфины исчезли, променяв необъятные поверхностные просторы моря на её глубины. Они больше не были рядом, как символ гармонии; теперь они на время уступили место буре.

Время бежало незаметно, иногда казалось, что они потерялись в пустоте. Но вдруг, неожиданно, как иногда бывает во время шторма, бешено дувший ветер стих, однако в воздухе оставалось неумолимое ощущение надвигающейся грозы. Спасительное спокойствие, наступившее после бури, оказалось как нельзя кстати; иначе паруса не выдержали бы такого натиска – они уже неоднократно были заштопаны.

Иван Алексеевич почувствовал, как на него навалилась вялость от пережитого шторма. Он непомерно устал держать штурвал, и казалось, что его тело наливается свинцом. «Скоро всё будет хорошо», – пытался он утешить себя, глядя на темнеющее небо. Но, посмотрев вперёд, его сердце замерло от увиденного. На горизонте, клубясь, концентрировалась новая волна тёмных облаков. Команда под руководством капитана начала подготовку к повторному натиску стихии. Набежавшая огромная волна всколыхнула яхту, чуть не перевернув её, и побежала дальше, а следующая, не менее высокая, уже накатывала громадный водяной вал на борт судна.

Команда, пристёгнутая карабинами к мачтам и бортам, с замиранием сердца наблюдала за приближающейся гигантской волной, стараясь сдержать панические эмоции. Они понимали, что изменить ситуацию не смогут: оставалось только крепко держаться за поручни и друг за друга. Дрожащими руками и с суровыми лицами они готовились встретить новую волну, осознавая, что впереди может быть всё что угодно. После второго удара волной о борт яхты стихия начала утихать, и буквально через час наступило затишье, которое пугало капитана больше самого шторма. Он, как никто другой на борту яхты «Арабелла», знал: когда буря утихает и приходит временное спокойствие, погода часто стабилизируется, и небо может проясниться. В такие моменты атмосферное давление может повыситься, предвещая улучшение. Температура растёт, а ветер ослабевает до лёгкого бриза. Однако благодаря многолетнему опыту капитан также понимал, что затишье после шторма не всегда означает, что опасность миновала. Это состояние может быть лишь иллюзией спокойствия, и новые мощные фронты могут настигнуть их в любой момент. Поэтому, несмотря на расслабляющую атмосферу, необходимо оставаться бдительными в отношении прогноза погоды. Чтобы не передать команде свои тревожные мысли, капитан лишь объявил: «Осмотритесь, видимых повреждений не наблюдается, но оставайтесь настороже и добросовестно выполняйте свои обязанности».

К счастью, погода стабилизировалась, и к вечеру команда наконец ощутила тишину и покой. Ветер стих до такой степени, что механику пришлось включить двигатели, чтобы увеличить скорость судна. Он часто прибегал к этому методу в условиях слабого ветра, комбинируя использование парусов и двигателей. Этот подход, известный как «парусно-дизельная» или «гибридная» навигация, может значительно повысить скорость и маневренность, особенно при необходимости обойти преграды.

Механик Остап Степанович прекрасно знал, что при одновременном использовании двух источников энергии необходимо учитывать специальные правила и характеристики яхты, а также безопасность на воде. Яхта двигалась на моторах несколько часов, после чего вновь уверенно взяла курс под парусами. Ночь прошла в спокойной, привычной обстановке. Менялись вахты, капитан несколько раз вставал, как всегда на протяжении всего морского похода, проверял правильность курса, поверхностно осматривал судно, выходил на верхнюю палубу и прислушивался, а затем снова уходил спать. Это было, наверное, не недоверие к членам команды, а скорее выработанная годами в море привычка – отвечать за всё и за всех. За это отношение к своему делу Иван Алексеевич и любил капитана, надеясь, что он не подведёт ни его, ни команду в трудную минуту.

После девятого дня пути по Средиземному морю из порта Алжир до следующей остановки в порт Танжер оставалось совсем немного времени. Команда изрядно устала от морского путешествия; на уме было только одно – отдых на берегу. «Организму нужно пару дней, чтобы восстановиться», – беседуя с Иваном Алексеевичем, говорил капитан Олег Николаевич. «Молодёжи», – он имел в виду Михаила и Артёма, – «ни почём болтанка и бессонные ночи; а нам с тобой, Ваня, и Остапу тяжеловато приходится. Да это и понятно – возраст!»

Поговорили о доме; они почти каждый день связывались с родными по рации, мобильная связь была только на берегу. Затем переключили разговор на скорую остановку для запланированного отдыха в порту Танжер.

«Ваня, по приходу будем решать со всей командой, куда мы дальше направимся». Помолчали. «Есть несколько направлений», – продолжил он разговор. «После прохода Гибралтарского пролива и выхода в Атлантический океан можно планировать морской поход в Карибское море. Оно встречается с Атлантическим океаном в районе Антильских островов. Там поразительная красота на островах Эльютера и не менее привлекательные Багамские острова, где бирюзово-зелёные воды Карибского моря отделены от синих вод Атлантического океана естественным тонким образованием шириной в несколько десятков метров. Красота неописуемая, словами не передать, нужно только смотреть».

«Или же можно пойти в направлении Южной Америки. Там есть место встречи реки Суринам и Атлантического океана, где свежий ветер приносит ароматы экзотических растений из глубины тропических лесов. Это место наполнено звуками природы: щебетанием птиц, шорохом листвы и журчанием воды, которые создают неповторимую симфонию жизни. Берега реки Суринам усеяны живописными деревнями, где местные жители продолжают традиции своих предков, вписывая свою повседневность в историю своего народа».

«Путешественник, оказавшись в этих краях, может не только насладиться красотой ландшафта, но и погрузиться в уникальную атмосферу региона».

«Там одно из самых больших разнообразий флоры и фауны: яркие попугаи, ленивцы и незаметные ягуары скрываются в тени гигантских деревьев, а подводные просторы реки полны жизни. На берегах реки расположены небольшие рынки, где местные жители продают фрукты, рыбу и изделия местных мастеров, привлекая внимание туристов своими талантами и умением работать с натуральными материалами. Погружаясь в эту уникальную атмосферу, можно ощутить, как природа и культура переплетаются, создавая целый мир, который словно застыл во времени, где каждый шаг – это шаг навстречу новым открытиям». «Да, кстати, я вам с Остапом об этих островах рассказывал, когда вы приезжали ко мне первый раз домой, где мы в саду весело отдыхали». Постояли ещё полчаса, помолчали, наслаждаясь чудесной погодой и прекрасным видом на море. Олег Николаевич заторопился; он планировал сделать заказ на стоянку в марине в порту Танжер. «Лучше, Ваня, заблаговременно сделать бронь, чем стоять на рейде вблизи берега, ожидая своей очереди. Если ничего не случится с нами за оставшиеся сутки, мы завтра должны войти в Гибралтарский пролив». Он пошёл заниматься своими неотложными делами, а Иван Алексеевич погрузился в свои мысли, думая о своём родном крае и о близких его сердцу людях.

Следующий день удивил команду яхты «Арабелла» великолепным восходом и прекрасной погодой. С самого утра настроение было приподнятым: впереди ожидала захватывающая встреча с Гибралтарским проливом. Кок Николай Михайлович приготовил праздничный завтрак, который включал хрустящие французские булочки, свежие фрукты, изысканные пирожные и торт, специально выпеченный для таких случаев и значительных событий. Проход такого знаменитого межконтинентального пролива на яхте считался для всей команды большим событием. По расчетам капитана, они должны были подойти к проливу через четыре часа, и в радостной суматохе подготовки время пролетело незаметно.

Капитан яхты Олег Николаевич с одобрением взглянул на небо: «Хорошо, что ветер благоприятный. При сильном встречном ветре Гибралтарский пролив может представлять немалые испытания».

Перед входом в пролив он отдал команду убрать паруса и включить двигатели. Уменьшив скорость до пяти узлов, яхта уверенно вошла в пролив, и вскоре, почувствовав, что ветер им на руку, команда вновь подняла паруса.

Пока яхта двигалась вдоль испанского побережья, перед глазами открывался африканский континент. Все затаили дыхание и смотрели по сторонам, хотя только Иван Алексеевич был здесь в первый раз. Яхта скользила по узкой полоске воды, соединяющей море и океан. В этом районе часто возникали сильные течения, и сегодня они тоже были ощутимы. Однако вскоре команда благополучно преодолела этот «волнительный участок», радуясь попутному ветру, который сгладил множество возможных трудностей.

В проливе наблюдалась оживлённая обстановка: вокруг двигались танкеры, контейнеровозы и пассажирские суда. На помощь приходила система AIS, которая показывала на карте все суда в округе, их курс, скорость и даже названия (на всех коммерческих судах данная система обязательна, на яхтах – по желанию). На яхте «Арабелла» эта система была установлена по настоянию капитана сразу после приобретения судна. Кроме проходящих судов, в проливе встречались быстроходные катера из Марокко, а также небольшие плавучие средства мигрантов, пытавшихся переплыть пролив в надежде на лучшее будущее.

Иван Алексеевич задумался и спросил у своих товарищей: «Интересно, где же мосты? Может, ближе к океану что-то появится?»

«Не выискивай их, Иван Алексеевич», – ответил капитан, – «здесь нет мостов».

«Строительство моста через Гибралтарский пролив на современном уровне технологий невозможно, – вступил в разговор Остап Степанович. – Глубина пролива в среднем составляет около 900 метров, а в некоторых местах достигает 1,2 километра. Кроме того, здесь действуют мощные морские течения и высокая сейсмическая активность, что делает установку опор для моста крайне затруднительной». И продолжил рассудительно: «Экономические факторы также играют свою роль. Даже если бы проект был технически осуществим, расходы на его реализацию были бы астрономическими, а срок окупаемости оказался бы невероятно длительным», – подытожил он, отвечая на вопрос Ивана Алексеевича.

Хотя команда находилась в пути по проливу всего два часа, усталость уже сказывалась на них, напоминая целый день медленного плавания в открытом море. В некоторых местах встречное течение значительно усложняло движение яхты – выход в Атлантику затруднялся высокими скоростями течения с противоположной стороны. На различных глубинах вода вела себя по-разному: слабосолёная вода из Атлантики стремилась в Средиземное море в верхних слоях, тогда как более тяжёлая, солёная вода текла обратно на глубине. Эти столкновения потоков создавали зоны с высокими и непредсказуемыми волнами, что добавляло напряжения морякам.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.