Валерия Брайт
Предатель. Ошибки прошлого

Пролог

-Так и не звонил? – Вика ставит передо мной стакан апельсинового сока и садится напротив.

– Нет. И не писал…– вздыхаю я глядя через окно кухни подруги.

– Марин, что делать будешь?

Пожимаю плечами и делаю маленький глоток сока. Но он мне кажется безвкусным.

– Не – зна – ю… – снова пожимаю плечами и обвожу пальцам листик винограда нарисованный на скатерти. Уже три недели прошло, от Денис нет ни весточки. Последний раз, когда разговаривали по телефону, мы договаривались о встрече в парке. И я очень переживала, что не смогу снов скрыть нашу встречу от отчима, который уже подозревал что-то. Я всё-таки пришла на следующий день в парк, но Денис так и не появился. И до сих пор его нет.

Тревога не покидает меня ни на минуту. Аппетита нет вообще. Как только думаю о еде меня тошнит. С трудом пихаю в себя хоть что-то пожевать. Единственное что лезет – это чай. Простой ромашковый чай. Даже мой любимый чай с ванилью и корицей не могу пить. Да еще и отчим в последнее время стал невыносим. Мне удавалось терпеть его только потому, что все время думала о Денисе и мечтала о нашей следующей встрече. Он как глоток свежего воздуха, без которого я сейчас задыхаюсь.

– Твой телефон точно работает? Ты говорила он глючит сильно, после того как отчим его в стену запустил. – Вика берет мой телефон лежащий на столе и покручивает в руках.

– Вроде работает. Он недельку повис, потом перестал глючить.

– Ты в сервис относила?

– Нет, зачем? Работает же. – уверяю подругу, но умалчиваю тот факт, что отчим отобрал все деньги, когда мне за работу заплатили.

– Ясно… – кивает подруга, но по глазам вижу, что уже сделала свои выводы.

– Ладно Викуль, пойду я. Тебе наверное к экзаменам готовиться надо. – встаю из-за стола и подруга выскакивает следом.

– К черту экзамены, когда тут такое творится. Идем погуляем, может тебе легче станет.

Принимаю предложение подруги. Домой идти не хочу. Видела соседку, когда с работы шла, она мне сообщила, что отчим уже "на веселе". Приду попозже, может вырубится к этому времени. Мы просто бродили по улице, пока моей дорогой подруге не пришла бредовая идея в голову. Пойти к Денису домой. Это самое последнее на что я могла решиться. Я была у него один единственный раз, и он уверял, что никого не будет дом. А тут мама вдруг пришла раньше, чем он думал. Окинула меня холодным взглядом и даже не поздоровавшись ушла в свою комнату. Еще раз встретиться с ней не горю желанием. Но неизвестность просто убивает меня. Куда он пропал? Почему не звонит? Может с ним что-то случилось?

– Хочешь я с тобой пойду? – Вика поднимает голову и смотрит на пятый этаж, где находится квартира Дениса.

– Нет, я сама…

Уверенно открываю дверь подъезд и вхожу. Как только дверь за моей спиной громко захлопнулась, вся моя уверенность испарилась. Когтистая лапа страха схватила меня и не позволяет и шага сделать. Плохое предчувствие камнем ложится на грудь, больно сдавливая ребра. Прикрываю глаза и делаю глубокий вдох затем резко выдыхаю.

"Все хорошо, Все хорошо… – мысленно успокаиваю себя. – Денис сейчас дома и все мне объяснит".

Беру себя в руки и поднимаюсь на пятый этаж. Дрожащими пальцами давлю на звонок. Слышу шум за дверью и наконец она открывается.

– А, это ты? – в дверях появляется его мама. – Подожди, сейчас… – и снов закрывает передо мной дверь, даже не успеваю поздороваться.

Стою и не могу пошевелиться. Паника еще сильней охватывает меня. Что мне делать? Уйти?

Пока я размышляю дверь снова открывается.

– На, держи. – мама Дениса протягивает мне конверт.

– Что это? – не решаюсь взять его. – Где Денис?

– Послушай милочка, бери и уходи. Это Денис тебе написал, когда не смог дозвониться. Он уехал и больше не вернется.

– Но…

Она сует мне в ладонь конверт и я машинально сжимаю его.

– Он здесь тебе все объяснил…

– Как… Почему? – Не верю всему что она говорит. Он не мог просто взять уехать и попрощаться одним письмом. А как же наши мечты?

В голове гудит и не сразу могу расслышать, что мне говорит Клавдия Петровна.

– Эй,– щелкает передо мной пальцами, – ты что не слышишь что ли? – У него есть невеста, и все это время была. Неужели ты думал, что такая непосредственность как ты, может быть достойна моего сына. Забудь его и живи себе дальше. Тебе всего шестнадцать. Найдешь еще себе жениха…

Он еще что-то говорит, но я уже ничего не слышу. Сердце так сильно колотится, что я невольно прикладываю руку к груди. Громкий хлопок двери перед моим носом, приводит меня немного в чувства. Но тут же ее слова звучат эхом. Плохое предчувствие, что засело до этого в груди, сейчас взорвалось и разорвало все внутри. В груди сильно жжет, причиняя адскую боль. Мне трудно дышать. Поднимаю руку к горлу и пытаюсь развязать тот невидимый узел, что все сильней сжимается. Но бесполезно. Жадно хватаю воздух, но не могу сделать вдох. Перед глазами темнеет, а голос Клавдии Петровны становится все громче.

Не знаю как мне удалось спуститься, но в себя я прихожу уже возле подъезд на улице. Вика стоит передо мной и испугано смотрит .

– Марина… Мариночка, что произошло? Что он тебе сказал?

Я поднимаю глаза на подругу, затем опускаю взгляд на зажатое в руке письмо, и снова смотрю на подругу.

– Он… Он… Он предал … м-меня!

Вместе со словами произнесенными вслух приходит и осознание того, что произошло. Вика что-то говорит, но вместо ее голоса гул в голове. Перед глазами появляются темные круги, и через мгновенье я вовсе проваливаюсь в эту темноту.

Глава 1

Марина

– Доктор,… сколько еще? Я больше… не могу! – каждое слово произношу с трудом.

– Все хорошо. Успокойся. У тебя все получится. Еще немного… ты все правильно делаешь.

Врач говорит уверенно и спокойно, что очень хорошо на меня действует. Я измотана и очень сильно устала. Ужасно хочу пить… Знала, что это будет трудно, больно… Но даже представить себе не могла насколько.

– Еще пару минут, и ты встретишься со своей дочерью. – успокаивает медсестра.

Я закрываю глаза, понимая, что у меня пару секунд на то, чтобы перевести дух. Сердце очень сильно колотится. Мокрые волосы прилипают к шее. Меня это очень сильно раздражает. Я с трудом поднимаю руку, чтоб убрать их и в этот же момент чувствую приход новой волны схваток. Сжимаю до боли кулаки и кричу что есть мочи.

– О Боже как больно! – будто во мне что-то рвется внутри.

– Тужься родная! Все хорошо! Умничка! Дыши… – Слышу голос акушерки, которая, кажется, не умолкает ни на минуту.

Растерянно смотрю то на доктора, то на акушерок. От бессилия и боли мне кажется я делаю все наоборот.

– Давай, три вдоха, три выдоха, будто свечу задуваешь, – повторяет врач спокойным голосом.

Я изо всех сил напрягаюсь. Перед глазами черные пятна. Стараюсь сосредоточиться на голос врача, чтоб не терять сознание. Набрав полные легкие воздуха, я пытаюсь задуть самую огромную свечу в мире.

« Хочу, чтоб это все прекратилось!» – думаю я. И в тот же миг чувствую сильное жжение и ужасно резкую боль. И одновременно с этим – облегчение.

В голове гудит, издалека голос акушерки, который с каждой секундой становится ближе. Но я не слышу самого важного – первого крика своей дочери. Меня вмиг охватывает паника. Почему тишина?

– Доктор, что с ней? – с трудом поизношу.

Врач молчит. Эти секунды стали вечностью. Перед глазами все расплывается. Я пытаюсь разглядеть, что происходит, но мелькающие белые халаты сливаются. Все идет кругом.

Наконец, я слышу плач своей дочери.

– Все хорошо мамуля. – радостный голос врача, заставляет меня улыбнуться.

Я тянусь к своей малышке. Она вмиг успокаивается, чувствуя тепло тела и стук моего сердца.

Смотрю на комочек счастья у меня на груди и сразу забываю, все только что пережитое. Это самые счастливые минуты в моей жизни. Я мама! С уголков глаз невольно скатываются слёзы.

– Какая ты у меня красавица. Вся в папу. – Любуюсь дочкой.

Вдруг она сдвигает бровки и тут же раздается крик. Я испуганно смотрю на акушерку… в голове паника: “Что не так?”

Медсестра, улыбаясь, подходит ко мне со словами:

– Ну конечно бунт. Мы голодные.

Я растерянно наблюдаю за тем, что происходит. Медсестра забирает орущего ребенка, ловко пеленает ее, что-то убаюкивающе приговаривая.

– Вот так вот, сейчас мы будем кушать. Да, мамочка?

Она положила ее рядом со мной. Я пытаюсь приподняться, но голова так сильно кружится, что я тут же падаю обратно.

– Нет, нет – останавливает меня медсестра,– просто повернись на бочок, вот так. Этой рукой придерживай малютку, а второй дай ей грудь.

Дрожащими руками, я пытаюсь засунуть сосок ей в рот, но она никак не может его ухватить, нервничает и плачет. Я тоже плачу и опускаю руку.

Медсестра гладит меня по голове, терпеливо помогает, еще раз показав, как правильно. И уже через мгновенье, моя малышка жадно сосет грудь, крепко обхватив губками мой сосок.

– Моя роднулечка, никому тебя не отдам! – Наблюдаю я за своей дочкой, одной рукой придерживая ее, второй вытираю слезы, что никак не останавливаются. Сама не знаю почему плачу.

Вдруг, чувствую сильный холод. Мне показалось, открыли окно.

– Закройте! Вы что? – я поднимаю голову – никого. Мне становится страшно.

– Куда вы ушли? – в панике кричу. Как можно меня оставить. Я ж даже встать не могу.

Пытаюсь укрыть свою дочь, хоть тонкой пленкой, что медсестра положила рядом, Чувствую неприятные мурашки от холода. Неожиданно, дверь широко распахивается, и входит мужчина.

– Ну, наконец.– немного спокойней становится мне. Но я присматриваюсь и понимаю, что это не мой врач, а совершенно незнакомый мне человек.

– Вы кто? Уходите немедленно! – прижимаю ребенка покрепче к себе.

Но мужчина, молча, подходит и с силой забирает ребенка из моих рук.

– Что вы делаете? Это мой ребенок! – кричу я в ужасе, и встаю с кресла – Помогите! – тянусь к дочке и удаляющемуся мужчине. Хочу догнать их. Но не смогу сделать, ни шагу. Ноги не слушаются, и падаю на пол, срывая капельницу с руки.

– Я прошу вас, верните… Кто вы?

Беспомощно рыдаю на полу, пока незнакомец, скрывается за дверью, унося мою плачущую дочь.

– Вы не можете так! Она же моя дочь! Прошу…– Обессиленная распростерлась на полу и просто рыдаю. Плач моей малышки становится все дальше.

– Марина… – кто-то зовет меня.– Мариночка, родная.– чувствую тепло на своем плече.– Открой глаза.

Теперь, я четко ощущаю чью-то горячую ладонь на щеке и мягкий голос велит мне:

– Проснись.

Я открываю глаза, из-за слез мне трудно разглядеть силуэт, который склонился надо мной. Голос становится громче, в глазах- яснее…

– Женька! – бросаюсь на шею любимому, уже окончательно пробудившись.

– Это просто кошмарный сон, все пройдет. – тихо шепчет, поглаживая мои волосы.

– У меня отобрали дочь! – все еще рыдаю я.

– Это просто сон. Выпей воды. – Женя наливает мне воды из графина, что стоит у меня на тумбочке. Я жадно высушиваю стакан. Женя берет меня за руку и поглаживает ладонь большим пальцем.

– Послушай, я знаю, как сильно ты хочешь ребенка. Знаю, как ты боишься, что у нас ничего не получится. Но просто еще не время. Все будет.

– Да, я знаю.– Растерянно смотрю на него.

– Все пройдет, успокойся. Давай еще поспим. Всего лишь 5.

Он укладывает меня обратно, поправляя одеяло как ребенку. Затем ложится рядом и крепко обнимает меня. Уже через мгновенье, я слышу, как он сопит и ровно дышит мне в шею.

Глава 2

Денис

Я просыпаюсь от чувства сухости во рту. Как будто там пустыня, и я начну плеваться песком. С трудом открываю глаза, и мне становится жутко, когда вижу над собой черный глянцевый потолок. Я вновь закрываю глаза и понимаю, что не дома. Пытаюсь восстановить события вчерашнего вечера, и понять где я, но безуспешно. С трудом приподнявшись на локти, приоткрываю один глаз. Из-под одеяла замечаю торчащие женские пятки. Я аккуратно приподнимаю одеяло, чтоб узнать их обладательницу. Ей оказалась кудрявая блондинка.

– Дэн, дай поспать! – Злобно тянет одеяло обратно.

« Так, мы вроде знакомы – это плюс. Судя по тому, что мы голые, нам было хорошо ночью. Это тоже плюс. А вот то, что я ничего не помню – это уже минус! Охренеть!!! Сколько ж я выпил!?!»

Не спеша поднимаюсь с кровати. Спотыкаясь о пустые бутылки из-под шампанского и виски, пытаюсь собрать свои разбросанные вещи. Голова болит ужасно. Кажется, все молотки мира одновременно сошлись на ней. Первая мысль, которая останавливается в гулящей черепушке – «позвонить другу». Минут 15 я ношусь по комнате в поисках своего телефона и страшно нервничаю, потому что не могу его найти. «Ношусь» – это если на очень быстрой перемотке. На самом деле, я медленно ползу по полу, разгребая хаос, который, скорее всего, мы с этой блондинкой устроили. Наконец, мой телефон у меня в руках. Куча сообщений и пропущенных от моей «Кобры», но это не важно, потом с ней разберусь. Я набираю Ерохину. Гудки идут…

– Саш, прости, что бужу. Я скину тебе локацию, ты не смог бы меня забрать?

– Серебров, ты что охренел?!

– Дружище, понимаю, рано и может не вовремя, но я вчера нажрался. Понятия не имею где я.

– Денчик, ты реально долбанулся! Я в соседней комнате.

Я выхожу из комнаты, и вхожу в соседнюю. На кровати в одних трусах лежит Саша. А подмышкой у него сладко спит рыжеволосая девушка, укутавшись в тонкую простынь. Саша поворачивает голову к открывающейся двери и шепчет:

– Дэн, дай поспать! Что тебя укусило? Все норм! Вчера была фотосессия к следующему номеру, мы отметили, продолжили здесь. Все ОК! – Он поворачивается обратно к девушке, притягивая ее к себе. Та сонно мурлычет и обнимает его, укутав простыней.

Понимаю, что Сашу дергать сейчас бесполезно, иду на кухню, восстанавливая события вчерашнего. На самом деле, вчера была удачная фотосессия. Новые модели, которых Саша нашел для обложки, хорошо поработали. Точно! Мы же с ними в клубе продолжили, но вот как мы здесь оказались, уже не помню. Ладно, потом Саша все восстановит. У него в любом состоянии мозг работает.

Звонит телефон. Думал опять моя Кобра, оказалось – отец.

– Да пап! – мямлю в трубку.

– Где тебя черти носят?! Настя мне со вчерашнего вечера весь мозг проела! – орет в трубку папа.

– Все нормально, не переживай, я с ней поговорю и все объясню…

– Ты не забыл, что женат? Хорош гулять!

– А ты не забыл, что это фикция?! Благодаря тебе, кстати. И мне осталось недолго потерпеть. Потом никаких браков! Ни настоящих, ни фиктивных!!! – как будто вмиг трезвею. Бесит, что отец вечно забывает что мой брак всего лишь игра.

– Тем не менее, ты в браке сейчас. И Настя не знает, что это фикция! И ее отец тоже! И будь добр, выполняй обязанности примерного мужа. Кстати, тебе сегодня в редакцию Филова.

– Черт! Забыл! Хорошо, что напомнил! К десяти, верно? – бегло осматриваю кухню в надежде увидеть кофеварку. Но к моему сожалению, не вижу. Зато хоть электрочайник есть.

– Да. Не забудь, это для него важно, он тебе доверяет. – наставляет отец.

– Знаю… Приду, всех успокою: «редакция в надежных руках и бла…бла…бла…»… Пап, может все-таки Настя этим займется. Это же их семейная ценность, не наша. Мой журнал мужской, про машины, спорт… Красивые телки, возле красивых тачек… и все такое. Я понятия не имею о всяких там таблетках и целебных травах, или о чем вообще они там пишут. – набираю воды и включаю чайник. Второй этап – раздобыть кофе.

– Так! Не ной! Настя кроме как в салонах красоты, ни в чем не разбирается. Хочешь, чтоб она угробила его детище пока он на больничной койке?! – напор папы заставляет меня нервничать.

– Да, ОК! Я все сделаю как нужно …. Все давай. Пока! – слава богу хоть кофе нашел.

Сегодняшнее знакомство с редакцией реально забыл. Семену Геннадьевичу дорог этот журнал как память. Они когда-то вместе с женой все начинали с маленькой брошюрки. И поднялись до гиганта журнала о здоровье. Когда Семену Геннадьевичу достался холдинг от отца, он стал меньше времени и внимания уделять журналу, оставив его жене. А вот после того как ее не стало, журнал остался вновь ему, и Филов оставил его как память о жене.

Мой отец, Серебров Юрий Владимирович, имеет крупный бизнес в сфере медицины, а именно медицинское оборудование. Закупка деталей заграницей, сборки и частичное производство в России. Неплохие деньги. Очень даже! Пару лет назад, бизнес папы трещал по швам, когда его партнер подставил его, забрал почти все деньги и исчез. Папа остался с кредитами и большими долгами. Вот тогда в нашей жизни и появился Филов Семен Геннадьевич. Он стал нашим партнером и вытащил компанию из долгов. Чтоб закрепить союз, мой отец решил стать с ним не только компаньонами, но и родственниками. Женив меня на его единственной дочери, Насте, с надеждой, что фиктивный брак, станет настоящим, и мне перейдет потом холдинг Филова.

О том, что брак фиктивный, знает очень маленький круг. Мой отец, лучший друг Саша, наш адвокат. Даже моя мама не знала, верила, что это любовь с первого взгляда и ждала внуков… Но не дождалась. Филов подозревал, он даже составил брачный договор, что если мы с Настей разведемся в течение пяти лет, то он расторгнет с нами партнерство и обязует вернуть все активы и вложения в нашу компанию.

Я согласился на эту авантюру ради папы. Я многим ему обязан, и не мог позволить чтоб он потерял бизнес. Он даже не уговаривал меня, просто предложил ненавязчиво, а я согласился. Да и жениться мне пришлось не на мартышке какой-то, а на очень даже симпатичной брюнетке, которая была и так увлечена мной.

Но за последний год она стала невыносимой стервой, которая выносит мозг мне каждую свободную минуту. Я стараюсь меньше находиться дома. А она еще больше бесится, при этом сводя меня сума.

Делаю крепкий кофе и иду будить Сашу. Как только открываю дверь, в меня летит подушка и ударом в лицо, застает врасплох.

– Иди на хер Серебров! Неа! – Летит в меня уже вторая подушка. – Я вчера неплохо поработал, отлично отдохнул ночью и имею право на выходной сегодня.

– Я сделал кофе. Не будь предателем. Нам нужно быть в редакции в десять. Жду тебя на кухне.

– Какой же ты друг после этого?! – слышу в след. – Прости малышка, я к тебе еще вернусь.– приговаривает рыжеволосой красотке.

Кофе немного бодрит, и мы сразу прыгаем в такси. По дороге набираю Настю. Зная ее реакцию, заранее отодвигаю немного телефон от уха. Через минуты две, прерывая крик с той стороны, я говорю:

– И тебе доброго утра! … – но моего пожелания она не слышит . – Не ори… – приходится повысить голос.

Настя душераздирающе кричит, какая я скотина, и что вообще о ней не думаю. Отчасти она права, из меня получился никудышный муж.

– Да хватит орать, говорю, слушай…– Ору уже я.– В десять нам нужно быть в редакции твоего отца… Да прекрати ты… Не было там никаких шлюх! Это была фотосессия для нового выпуска, деловая, понимаешь? Она затянулась, мы остались у Саши на студии… Ты вообще меня слышишь?!

Чувствую, как у меня взрывается мозг. Но мне нужно успокоиться, чтоб не сделать хуже.

– Так… – Начинаю я мягче и спокойнее,– Настя, если хочешь, в следующий раз, будешь рядом со мной, и убедишься, что это моя работа всего лишь… Мне некогда сейчас тебя убеждать. Через час я за тобой заеду. Нам надо быть в редакции… Что значит, зачем тебе там быть?! Ты его дочь! Всё… увидимся.

Саша поглядывает на меня и улыбался.

– Не смейся!

– Сколько времени ты еще так сможешь? – качает головой друг.

– Не знаю, брат, не знаю, я на пределе. Понимаю, что она верит в наш брак, но уже не могу. Но ты же знаешь, я обязан отцу, из-за меня он связался с этим, уже бывшим, партнером. И чуть не потерял все.

– Ладно, прорвемся! – уверяет друг.

Глава 3

Марина

Уснуть так и могу, крик плачущего ребенка, не дает мне спать. Сердце сжимается, и трудно дышать. Этот кошмар продолжается наяву. Подушка промокла от слез, а перед глазами все еще расплываются белые халаты.

Стараюсь бесшумно подняться и иду в ванну, плотно закрыв дверь за собой. Прислоняюсь к стене спиной и плачу навзрыд, прикрывая рот руками, чтоб не разбудить Женю. Медленно сползаю на пол и опускаюсь на холодную плитку. Чувствую все то же бессилие, что и во сне.

– Почему это должно происходить со мной? – шепчу я. – Почему именно так? Я хочу этого ребенка! Господи, ты меня так наказываешь?! Прошу, не надо!

Не знаю, сколько просидела в ванной, рыдая. Меня возвращает в реальный мир звук будильника доносящегося из спальни. Я выбегаю и быстро выключаю его.

– Милая, вставай. – Бормочет Женя с закрытыми глазами.

– Да… уже. Я в душ и на работу. – хорошо, что он не заметил моего отсутствия. Целую его и обратно в ванную.

Выхожу из душа, немного взбодрившись. Но ужасная ночь, оставила за собой след. Огромные мешки под глазами "украшают" мое милое лицо. Глаза по-прежнему очень красные. Как ни стараюсь спрятать это все под косметику, ничего не получается. Мои большие глаза кажутся еще больше. Ну и пусть, что уже с этим поделать. Коллеги наверное уже давно привыкли к тому, что я выгляжу как панда по утрам. Длинные, ниже плеч, волосы, я собираю высоко в хвост. Челку укладываю, как обычно, ровненько выпрямив ее утюжком. Из-за шрама на лбу, я стала носить челку, уже и не помню себя без нее. Отчим мой надолго оставил след своей «любви».

Беру пиджак к и сумку и спешу на встречу с Иркой. Мы всегда встречаемся немного раньше, в кафе возле редакции. Она – моя лучшая подруга. Знает меня лучше меня самой. Познакомились с ней, когда я была на пятом курсе в университете. На третьем , я устроилась библиотекарем университетскую библиотеку, на полставки. До этого там работала уборщицей. Я была совсем одна, помогать мне было не кому. Жить только на стипендию совсем туго, поэтому пришлось совмещать. Первое время было очень тяжело. Приходилось очень рано вставать мыть полы, чтоб меня не видели однокурсники. Затем бежать на пары. Училась я упорно и усердно. У меня не было богатеньких родителей, чтоб могли оплатить мои «хвосты». Когда устроилась библиотекарем, работать стало легче. Могла совмещать с подготовкой к парам.

Там я познакомилась с Юдиной Ирой, когда она с самой верхней полки пыталась достать книгу и чуть не обрушила на себя весь стеллаж. Я как строгий библиотекарь отругал ее, а уже к вечеру болтали как старые подруги.Обе на пятом курсе, только я на филологическом факультете, а она на факультете журналистики. И в одной общаге даже жили. Вот с такого недоразумения началась наша крепкая дружба.

После окончания университета, Иркин папа помог устроиться нам в журнал «Здоровый образ жизни». Сначала мы писали мелкие статьи. Спустя два года нас повысили до редакторов, конечно не без участи опять же Иркиного папы. Хоть мы и узнали это спустя время. Он скрывал, так как знал, что Ирка будет против. Она изначально хотела всего добиваться сама.. А спустя еще три года, зам главного редактора ушла в декретный отпуск, а меня, за усердную работу, взяли на ее место. Ирка немного насупилась, что лавры достались мне, но потом приняла это. Мы обе понимали, что я это все заслужила. Трудоголик я еще тот! И вот уже два года я на этой должности.

– Как думаешь? Кто станет нашим новым боссом? – спрашивает Ирка, делая глоток крепкого кофе.

– Не знаю… Не думаю, что что-то изменится. Надеюсь, он не будет вмешиваться в нашу внутреннюю систему. А будет только подписи ставить, как и предыдущий..

– Ну, ты что, Семен Геннадьевич очень ценит этот журнал.

– Но ты же сама знаешь, все решает главный редактор и его зам. А Семен Геннадьевич только подписи ставил со словами: «Я в вас верю». – напоминаю правду о нашем владельце. Может когда-то он и был заинтересован в журнале, но сейчас я бы так не сказала.

– Все равно, он мне нравится. Позитивный человечек. Слушай, а почему ты решила, что это будет Он., может ОНА? Может Настя, его дочь? – озвучивает свои предположения Юдина.

– Нет, не думаю, ее журнал вообще не интересует.. за все 7 лет, что я здесь работаю, я видела ее раз 5, и то, на официальных приемах. Та еще фифа. А за последние 3 года, я ее вообще в редакции не видела. – с трудом вспоминаю образ дочки Филова.

– Да, ты права. Ты же помнишь, она замуж вышла, за очень приличного бизнесмена. Или точнее сына бизнесмена.

– Мне все равно! Я лет десять не интересуюсь миром бизнесменов. Мажоры чертовы! И вообще будь, кто будет, главное чтоб журнал не испортили.

– Ты чего так нервничаешь? Я еще с утра заметила, что ты не в духе. Не хочешь рассказать? – подмечает подруга мое настроение.

– Нет, не сейчас. Надо бежать. – смотрю время на телефоне и понимаю, что мы немного заболтались.

– Оооо, уже новое начальство боишься? – смеется Ирка.

– Да ну тебя! Идем, уже скоро девять. Мало ли раньше придет “начальство”. – поднимаюсь и надеваю пиджак.

– Неа, наша «Грымза» сказала, что в десять, всех собирают в зале совещаний. – не спешит подруга.

– Ясно! И хватит Елену Николаевну Грымзой называть. Нормальная она. – заступаюсь за нашего главного редактора.

– Ага, да, точно…

Ирка пристально смотрит на меня….

– Ты чего так уставилась? – Не понимаю ее вдумчивого взгляда.

– Сколько ты еще будешь эту челку носить. Пора менять что-то. Давай тебе стрижку замутим, эту челку уберем! – фантазирует подруга, поднимаясь со стула.

– Ой, опять ты за свое. Меня все устраивает! Всё, идем, давай.

Мы отправляемся в редакцию. Как я и ожидала, все суетятся и обсуждают предстоящую встречу с новым начальством.

Ровно в десять все собираются. В зале стоял ужасный гул, который очень раздражает. После бессонной ночи очень сильно болит голова, и я с нетерпением жду, чтобы совещание, которое даже еще не началось, быстрее закончилось.

– Вижу начальство не из пунктуальных, – говорит Ирка поглядывая на настенные часы над дверью. – Уже десять минут как должны быть.

Да, заметно опаздывают, и меня это тоже бесит. Еще и стоим на ногах, это тоже меня раздражает. Все свободные места заняли до нас, так что приходится терпеть.

Наконец, входит Елена Николаевна, а за ней «делегация» из трех человек. Я с трудом узнаю Настю. Очень изменилась с последнего раза, как я ее видела. Наследница Филова ужасно вульгарно одета, в коротком красном платье, с глубоким декольте. На лице броский макияж, как будто с глянцевой обложки, ее только что отфотошопили до идеала. Вид явно не для сегодняшнего совещания. Мелкие кудри спадают на плечи, уложенные один в один. Из-за короткого платья и высоких каблуков, кажется, что ее ноги от ушей. Если б я обула туфли на таком каблуке, даже на месте с трудом устояла бы.

Настя идет медленно и уверенно, под руку с высоким брюнетом. Широкоплечий мужчина, в голубой рубашке, идет и смотрит прямо, не обращая внимания на любопытные взгляды коллектива.

Брутальная щетина, четко выраженные черты смуглого лица, строгий стальной взгляд привлекли внимание женской половины нашей толпы. С ними еще один мужчина. В джинсовой рубашке, с закатанными до локтя рукавами. Почти не отрывает глаза от телефона и кажется ему и вовсе нет дела до того, что происходит.

Когда все становятся перед нами, я, покачнувшись, хватаю за руку подругу. Сердце начало колотиться с такой силой, словно пытается вырваться. Я сначала подумала может мне показалось, но присмотревшись поняла что не ошибаюсь. В мускулистом теле мужчины, с трудом удается разглядеть худощавого парня, который много лет назад должен был стать моим мужем. Но его карие глаза, с темной радужкой, я никогда не забуду.

« Боже, откуда он здесь? …Что делать?… Может просто уйти? » Мысли растерянно путаются и поглядывая на дверь хочу сбежать.

– Ай, подруга, ты чего? – шепчет мне Ирка, выдернув свою руку из моей крепкой хватки. – Что с тобой, ты вся побледнела.

– Много людей…мало воздуха. – Я даже не заметила, что сильно сжала ее руку, чувствуя, что мне становится плохо.

– Выпей воды. – протягивает бутылку, – скоро закончится, я надеюсь. О, там что-то наша Грымза говорит. – кивает в сторону делегации.

Делаю глоток воды, перед глазами все еще мелькают темные круги. Много лет я представляла нашу встречу. Уже наперед продумала, что ему скажу. Много раз мечтала, как первое, что я сделаю, влеплю ему пощечину, в которую вложу всю боль, что пережила.

Но как только увидела его сейчас, просто впала в ступор, потеряв дар речи. Сердце бьется в непонятном испуге, как у загнанного зайца, который понимает, что ему не выбраться из ловушки. Хочу сбежать! Господи, как будто это я предала его, а не он меня! Смотрю только на Елену Николаевну и пытаюсь вникнуть в то, что она говорит

– Уважаемые коллеги, все вы знаете, что наш дорогой Семён Геннадьевич пережил очень сложную операцию на сердце. – Говорит она дрожащим голосом. – Слава богу, операция прошла успешно. И мы очень надеемся, что в скором будущем он к нам вернётся. Пока его не будет, Семена Геннадьевича будет замещать его дочь, Анастасия Семёновна. – Она вытирает слезы и подходит к Насте. Елена Николаевна берет ее за руки со словами:

– Вы не переживайте, он обязательно поправится. Все будет хорошо. – Говорит она, поглаживая ее руку. – Мы всегда рядом, я давно знаю вашего отца, он сильный, он поправится.

Настя резко отстраняется, брезгливо вытирая руки салфеткой, которую достает и маленькой сумочки.

– Я и не переживаю. Он в руках лучших врачей! – произносит не глядя на Елену Николаевну.

Она делает шаг вперед, оставляя удивленную Елену Николаевну позади. Бросает на нас снисходительный взгляд и обращается к нам, даже не поздоровавшись.

– Ваш главный редактор, Елена Ивановна..

– Николаевна… – Тихо поправляет ее Елена Николаевна, по-прежнему вытирая слезы.

– Да, Николаевна…– закатывает глаза Настя. – Ваш главный редактор ошиблась. Моего отца будет замещать мой любимый муж, а не я. Дорогой прошу…

« Любимый муж?!» так это он тот сын бизнесмена о котором говорила мне Ирка. Сердце сжимается до боли . Я знала и понимала, что он женат, и что он давно не принадлежит мне, но даже не догадывалась насколько он близко ко мне. Зря всё-таки перестала обращать внимание на новости. После того как увидела статью лет десять назад, о том что Серебров перенес весь свой бизнес из Америки, обратно в Россию, и было фото родителей Дениса. А сам Денис счастливый обнимается с какой-то девушкой. Возможно, с той самой, к которой сбежал от меня. Чуть вынырнув из долгой депрессии, увидев его такого счастливого, снова погрузилась в нее. После этого зареклась вообще следить за тем, что происходит в его мире. Пусть делает что хочет, главное, чтоб на мои глаза не попадался.

Но к чему тут Настя? Ничего не понимаю. Там было совсем другая девушка.

– Спасибо Анастасия. Я и сам мог бы представиться – он проходит мимо Насти, бросив на нее недовольный взгляд и продолжает, глядя в зал:

– Добрый день, меня зовут Денис Юрьевич. И пока не будет Семена Геннадьевича, с вами рядом буду я. Все мы ждем и верим, что он скоро поправится и вернется. Прошу вас не переживать, хочу вас заверить, что все будет по-прежнему, абсолютно ничего не изменится для вас. Журнал будет работать в том же режиме. Вам всем большое спасибо, что уделили нам время, я знаю как дорого время, для тех, кто его ценит. Не смею вас задерживать, и верю, что вы не подведете Семена Геннадьевича, и поддержите меня. По всем вопросам, непосредственно обращайтесь к Елене Николаевне. Всем доброго дня и удачи в вашем нелёгком труде. Затем уже тише добавляет обращаясь к нашему главному редактору. – Елена Николаевна, прошу вас и вашего заместителя немного позже зайти ко мне, в кабинет Семена Геннадьевича.

– Да-да, конечно, – кивает она.

Постепенно коллеги начинают выходить и расходиться по своим кабинетам. А я стою как вкопанная. Смотрю на то, как Настя вешается на мужа, и среди всего гула слышу только его голос.

– Саш, можешь Настю отвезти к Кате, потом обратно ко мне приедь. – Бросает парню, который был с ними.

– Нет, дорогой, я хочу с тобой. – протягивает Настя. – Нам же ещё подарок выбирать.

– Как хочешь, – безразлично отвечает ей Денис, скрывшись за дверь.

Вместе с ними опустел почти весь зал. А я по-прежнему не могу двигаться. Почему все так? Куда делась моя решимость, с которой я гордо собиралась встретить когда-нибудь человека, который испортил мне жизнь и сказать ему в лицо, что он последняя сволочь.

– Что с тобой? – берет меня за руку Ирка. – Ты вся бледная…Идем на улицу…

– Да… – с трудом выдавливаю из себя.

– Что происходит? Скажи мне… – подруга смотрит в мои глаза и поглаживает за плечо. – Я вижу, что-то не так, ещё с утра…

– Мариночка… Нас ждут. – перебивает наш разговор Елена Николаевна.

– Хорошо, я иду. – следую за Еленой Николаевной. – Я потом все расскажу. Потом…– шепчу Ирке, которая провожает меня удивленным взглядом.

Дорогие друзья, я рада приветствовать вас своей новой истории. Очень надеюсь, что вам понравится. Не забывайте оставлять комментарии. Ваша поддержка очень важна для меня.

Глава 4

Денис

Наконец, мы покидаем душный зал, и идём кабинет Филова, который временно станет моим. Я немного расслабляюсь, снимаю галстук, расстегиваю рукава рубашки и закатываю их. Саша поспешил открыть окно, чтобы впустить в кабинет свежего воздуха. Мне кажется здесь давно не проветривали. Сажусь в кресло и упираюсь затылком в спинку. Настя садится на стол, положив ногу на ногу

– Мась, ну когда мы уже пойдем? – ноет она. – Мне здесь скучно. Тебе еще долго?

– Перестань! Ты вообще себя как ведешь?! – расслабиться мне не удаётся. Встаю,беру ее под локоть и сажаю в кресло в углу.

– А что я? Что тебе опять не так? – хлопает невинно глазами.

– Ты должна быть благодарно этим людям. Они столько времени работают у вас. Все с уважением относятся к тебе и твоей семье. И что это было с Еленой Николаевной? – нависаю над ней и хочется ее придушить. Ужасно стыдно за ее некорректное поведение. Я прекрасно знаю свою жену, но не ожидал такого.

–Ничего себе?! Она сначала вытерла свои сопли, и потом этими же руками берет меня за руку. Фу…– брезгливо кривляется.

Я резко отворачиваюсь, чтоб не взорваться и сажусь обратно в кресло. Закрываю глаза, упершись локтями в стол, массирую виски, чтоб хоть как-нибудь унять пульсирующую боль. Саша молча наблюдает за всем, усевшись на подоконник и листает что-то в телефоне. Настя еще что-то говорит в свое оправдание, а я пытаюсь хоть на миг отключиться. Мигрень не позволяет мне сосредоточиться. Понимаю, что мне надо собраться и поговорить с Еленой Николаевной и ее заместителем.

– Можно? – после еле слышного стука в дверь, нерешительно входит Елена Николаевна.

– Да, проходите. – Тихо отвечаю, не открывая глаза и продолжая массировать виски.

– Это наш зам. главного редактора, Кирилова Марина Анатольевна…

«Кирилова Марина Анатольевна» – мысленно повторяю имя, и услышанное проходится током по моему телу.

«Это совпадения, просто совпадение! » – повторяю себе.

– Денис Юрьевич, вам плохо? Может вам таблетку принести, я сейчас. – беспокоится Елена Николаевна.

– Нет, не надо, – я открываю глаза и замираю…

Это не совпадение.

Спустя столько лет, на самом деле она! Я сжимаю руки в кулак, чувствуя, как горячим потоком по телу, меня охватывает гнев. Боль от предательства, что за годы я спрятал глубоко-глубоко в сердце, сейчас в одну секунду вновь наполняет моё сердце.

– Проходите Мариночка, не стесняйтесь. – Подталкивает ее вперед Елена Николаевна.

– Добрый день. – еле слышно произносит она, сделав маленький шаг вперед.

– Добрый…день. – отвечаю сквозь зубы, не сводя с нее глаз. Этот человек давно умер для меня. Не могу поверить, что сейчас она стоит передо мной.

Не выдержав моего взгляда, она отводит глаза в сторону. Конечно, после того что она сделала, в глаза мне смотреть не может. Я встаю на ноги и подхожу к Марине не сводя с нее глаз. Сейчас она выглядела совсем иначе, чем во время нашей последней встречи. У нее уставший вид . Еле розовая помада на тонких губах. На бледном лице – румянец. Она всегда так краснеет, когда нервничает, я помню. Теперь Марина носит челку. Непривычно. Темные круги под глазами выдают бессонную ночь. Вижу, как поднимается и опускается ее грудь в неровном дыхании. Подхожу к ней почти вплотную, замечая как с интересом за мной наблюдает редактор. Но мне все равно. Я хочу прикоснуться к ней, понять, что это мне не кажется.

– Ну, здравствуйте Кирилова Марина Анатольевна. – Выдавливаю из себя и протягиваю ей руку. – Будем знакомы.

Она резко поднимает голову и смотрит на меня. Большие карие глаза, что когда-то смотрели на меня с любовью, сейчас полны ярости и обиды. Но как она еще обижаться может?! Ведь предали меня!

– Будем знакомы. – Протягивает руку и слегка пожимает мою. – голос совсем не похож на тот, что я помню. Слегка приглушенный, подавленный.

Жадно сжимаю ее ладонь, словно в моих руках оказалась долгожданная вещь. Вот она, прямо здесь, стоит напротив меня и прожигает меня взглядом. Не думал, что когда-нибудь снова увижу эти серые глаза. Исключил все возможные варианты нашей случайной встречи. Несколько последних лет почти вообще не вспоминал о ней. И вот сейчас, я жму руку женщине, которая не стоит даже моего взгляда в ее сторону. Долгое время, все о чем я мечтал – это месть за ее предательство. Впервые в жизни я поверил, и впервые в жизни получил такой удар в спину. Время все же берет свое, уже давно перестал думать о месте и нашей встрече. Но судьба снова свела нас. И что же мне теперь с тобой делать Кирилова Марина Александровна?

Замечаю, как сдвигаются ее брови, и она с силой выдергивает свою руку.

– Денис Юрьевич, – слышу голос Ерохина, – вы не забыли, что у нас еще одна встреча через час.

Перевожу взгляд на друга, который смотрит на меня с удивлением. В шаге от нас стоит Елена Николаевна и тоже смотрит на нас. Я молча подхожу к столу, опускаюсь в кресло и жестом приглашаю всех тоже присесть.

– У меня нет много времени. Елена Николаевна, я знаю, что Семен Геннадьевич вам очень доверял, и доверяет, – продолжаю я стараясь не смотреть в сторону Марины и сосредоточиться на разговоре с главным редактором. – У меня тоже нет причин не доверять вам. Я верю и знаю, что вы со всем справитесь. Да, я буду рядом всегда, и если что, готов вам помочь. Если что-то нужно, на связи. Все важные решения принимаете сначала со своим заместителем, потом со мной.

– Да, спасибо вам за доверие. Мы сделаем все, что в наших силах. Марина Анатольевна один их лучших сотрудников нашего журнала. И Семен Геннадьевич очень ценит ее.

– Да-да, несомненно. – снова невольно бросаю взгляд на Марину. Она сидит напряженно, и нервно теребит кулон на шее. Ещё одна привычка, которая всегда выдавала ее состояние. Перевожу взгляд на ее правую руку, которая лежит на столе, кольца нет. Развелась что ли?

Бог ты мой! Почему я сейчас об этом думаю. Она не стоит ни секунды моего внимания. Отрываю свой взгляд от нее и перевожу на Елену Николаевну.

– К сожалению, я должен идти. Если что, звоните. Я всегда буду на связи. – поднимаюсь и забираю телефон со стола

– Обязательно, Денис Юрьевич, – привстает вместе со мной редактор.

– Любимая, пойдем. Мы опаздываем. – Обращаюсь к Насте, подхожу к ней и протягиваю руку. Та отрывается от телефона удивленно поднимает глаза на меня.

– Да, дорогой, идем… конечно. – Она радостно встает и берет меня за руку.

Саша давится от смеха, и первый вылетает из кабинета. Сам не понимаю, зачем я назвал Настю "любимой". Аж слух режет!

Глава 5

Марина

– Любимая, пойдем! – режет слух фраза, которая когда-то звучала из его уст только для меня. Так я, по крайней мере, думала.

Денис поднимется с кресла и проходит мимо, словно меня нет. Презрение в его глазах с момента как я вошла в кабинет, а сейчас вдобавок игнор!

Из солнечного сплетения электрические разряды расходятся по всему телу. А мелкая дрожь, которую я не в силах контролировать, пробивает все мое тело. Странная реакция на человека которого не существует для меня! Я думала, что все в прошлом. Много лет назад, просто вычеркнула из жизни мерзавца, который предал меня. Все нежные чувства, которые были к нему, я закопала глубоко внутри. Даже злости и обиды не осталось. Он не заслуживает даже капли моего внимание, даже малейшей секунду моей жизни, даже мимолетного взгляда на него.

Но в момент, когда я узнала его в зале для совещаний, все прошлое вырвалось из самого дальнего уголочка моего сердца, и сейчас ломает все внутри. Обида стала комом в горле, не позволяя и слова сказать. До боли когда-то любимый голос с приятной для слуха хрипотцой, сейчас больно царапает душу.

Ненавижу! Ненавижу его! Себя ненавижу! Презираю себя за то, что на «любимая» адресованное не мне, по-прежнему захотелось откликнуться. Почему?! Как после всего, что я пережила, такое возможно?!

Отворачиваюсь и ловлю на себе, вопросительный взгляд мужчины, который, как будто нехотя слезает с подоконника, и следует за Денисом и Настей.

Как только закрывается дверь, с облегчением выдыхаю. Чувствую как все мышцы моего тело в одну секунду расслабляются. Но ком по-прежнему сдавливает горло и хочется разреветься. Но не в этот раз! Я не позволю себе больше плакать из-за Дениса!

– Ну, что ты Мариночка, ты вся бледная. Не переживай так. Семен Геннадьевич обязательно поправится и скоро к нам вернется. – замечает мое состояние Елена Николаевна, но хорошо что не понимает причину.

– Да, да… я верю…– тихо отвечаю ей.

Затем прочистив горло добавляю:

– Еленочка Николаевна, дорогая, можно я уйду. Я очень плохо себя чувствую.

– Марина, ну а как так? Нам так много еще обсудить…

– Простите, я вам обещаю, завтра все наверстаю. Я вас очень прошу. – не уверена, что мне хватит сил выдержать этот рабочий день.

– Ну, хорошо, идите. Но не забудьте, завтра у нас совещание по поводу обложки.

– Да, конечно, я помню. – иду в свой кабинет, по совместительству и Елены Николаевны. Но так как Семен Геннадьевич бывал очень редко, он разрешил ей занять его кабинет. Но скорее всего, она опять станет моей соседкой. Возможно новый босс захочет больше времени проводить здесь.

Вхожу в кабинет и начинаю быстренько собираться, чтоб убежать.

– Кирилова, а что происходит? – врывается без стука Ира. – Ты с самого утра не в своей тарелке…Ты что уходишь? – удивляется, заметив пиджак и сумочку в моей руке.

– Да, я плохо себя чувствую…

– Нет, подруга, явно с тобой нелады! Давай я тоже пойду с тобой, и ты мне все подробненько расскажешь. – подруга берет меня под руку.

– Ирка, я потом. Я хочу одна побыть. – аккуратно выскальзываю и открываю дверь кабинета.

– Я вечером обязательно забегу. – уже вслед кричит подруга.

Возле редакции беру такси и еду домой. Бессонная ночь, неприятная встреча с прошлым обессилили меня. Кажется, нет сил даже подняться на третий этаж.

Оказавшись в квартире, я разуваюсь и, оставив сумку в коридоре, сразу иду в спальню. Как есть, не переодеваясь, ложусь на кровать. Укрываюсь пледом, свернувшись в клубочек. Так делаю всегда, когда мне плохо. Прячусь с головой под мягким пледом, в зашторенной спальне, в своем маленьком мире, где меня никто не найдет.

В голове всплывают картины из прошлого. Внутри все та же пустота и снова чувствую все, что пережила после расставания с Денисом. Он даже и понятия не имеет, через что мне пришлось пройти и сколько довелось потерять. Боль утраты преследует меня до сих пор, и останется на всю мою жизнь.

Только благодаря Жене, последние два года, понемногу начала приходить в себя. Чувствовать, что я живу. Мне с ним хорошо, спокойно. Я даже и не припомню, чтоб мы вообще за это время ругались. Вернее, чтоб он ругался со мной. Что бы ни произошло, он спокойно выслушивает мою истерику, потом просто делает вид, что все хорошо. Я впустила его в свой мир, и ни капли не жалею об этом. И надо же было Денису неожиданно появиться и снова окунуть меня в агонию.

Погрузившись в сои раздумья, даже не замечаю как засыпаю. Меня будит звук открывающейся входной двери. Женя с работы видимо уже ввернулся. Открываю глаза, за окном уже вечер. Почти пол дня проспала. Женя входит в спальню и включает свет.

– Не надо, выключи.– жалобно прошу, ныряя обратно под плед.

Он выключает свет и включает ночник.

– Что-то случилось? Ты в постели в такое время? Не похоже на тебя – присаживаясь рядом. – Почему ты одетая лежишь? Тебе плохо? – поглаживает ладонью мое лицо.

– Немного нехорошо.

Смотрю на него и не знаю что добавить. Огорчать его не хочу.

Неделю назад он сделал мне предложение, которого я долго ждала, но почему-то он не спешил. Я ответила согласием. Свадьбу решили сыграть в конце октября. Дата меня, конечно, не совсем устраивает, но он обожает это время года. Решила не спорить. В конце концов это не так принципиально для меня.

– Ты плакала? У тебя глаза красные. – снова гладит меня по щеке, тыльной стороной ладони. – Марин, может, поговорим? Что происходит?

Я тяжело вздыхаю, понимая, что всего рассказать ему не могу.

– Просто тяжелый день. – прикрываю глаза, чтобы он не понял лжи. Хотя по сути я не вру. День на самом деле ужасный.

– Все пройдет, слышишь? – Склоняется ко мне и целует мягко в губы. – Давай, взбодрись.

Вдруг стягивает с меня плед с меня плед. Открываю глаза и удивленно смотрю на него.

– Идем, погуляем. Вера с Пашей пригласили нас посидеть где-нибудь. Иде-е-ем… Отдохнешь немного, отвлечешься. И Илья тоже подойдет.

– Нет, я не хочу. – тяну плед обратно. – Ты иди, я с Иркой договорилась. Она придёт ко мне скоро.

– Точно? – с недоверием смотрит на меня любимый.

– Да. Со мной все будет хорошо. – улыбаюсь как можно искреннее.

– Ладно, тогда я в душ и пойду.

Нет абсолютно никакого настроения выходить куда-то. Хочу тишины и покоя. Но лучше уже Юдина, чем Женины друзья, которых я не понимаю, и мне неуютно в их компании. Слышу, как Женя набирает Юдину, после того как выходит из душа, убедиться, что она на самом деле придет.

– Ир, привет. Ты когда будешь?… Да?.... Ты точно придёшь. Я с друзьями договорился встретиться, меня уже ждут. Просто не хочу, чтоб Маринка одна сидела, что-то плохо ей. Не в курсе, что за настроение?…Ммм…Ну ок.

Женя быстро собирается и уходит, поцеловав меня. Не проходит и пол часа Ирка уже настойчиво звонит в дверь, перед этим скинув смску, чтобы я открыла. Нехотя поднимаю свое тело с кровати и иду открывать.

– Что ж так долго то? Мы уже заждались. – ворчит подруга проходя в квартиру.

– Кто еще мы? – Удивляюсь, наблюдая за тем, как входит только она.

– Я, коньяк и кола.– Протягивает мне пакет с напитками.

– Проходи на кухню, выдумщица. – смеюсь, пропуская ее вперед. – А где твои сегодня?

– Мой на работе, как обычно. Ты же знаешь: «Наша служба и опасна и трудна». – Юдина достает напитки и кладет на стол, а я достаю из холодильника нарезку. – А детей мама на недельку забрала. Так что я холостой на время. И теперь, мы с коньяком и колой будем тебя пытать. Давай, колись, подруга. – настаивает Ирка, наливая напитки в стаканы, – Почему я с самого утра тебя не узнаю?

– Ой, Ирка, даже не знаю с чего начать?! – присаживаюсь за стол.

– Ну, пожалуй, с самого начала!– протягивает мне стакан и тоже садится напротив.

Сделав глубокий вдох, и несколько жадных глотков, я решаю, что пора ей узнать, все, что до сих пор, я умело, скрывала от нее. Все, что было почти забыто далеко в прошлом, и все, что очень не хотела вспоминать сама.

– Денис – Мой бывший… – резко говорю и наблюдаю как брови Юдиной медленно плывет вверх.

– Денис – это, который, Юрьевич? – говорит, выпучив на меня глаза.

– Угу. – киваю я.

– Денис Юрьевич – это тот, который наш временный босс? – делает глоток колы не сводя с меня удивленных глаз.

– Да. – снова киваю.

– Ого… Да ладно?! Так это ж когда? Так… подожди. Чёт я не помню этого? – тараторит, подруга. И снова поливает коньяк.

– Погоди ты, слушай, не перебивай. И так очень трудно это все переживать заново.

– Ок, молчу. Говори. – Резко выпивает коньяк, запивает колой и ставит руки на стол, как прилежная школьница. Я делаю то же самое и продолжаю рассказ.

– Мы с Денисом познакомились много лет назад, лет 16,если точно. Я тогда жила в Подмосковье, с отчимом. Мне было 15, ему – 20. Моя подруга с родителями, переехала в Москву. Я иногда приезжала к ней, так, чтобы отчим не знал. Денис был другом парня Вики. Так мы и познакомились с ним. Влюбились мы с первого взгляда, ну, по крайней мере, я точно. Встречались около года, втайне от отчима. Отчим был вообще страшным человеком. Часто колотил меня ни за что! Я для него больше раб сила была, все, что я зарабатывала на рынке, отбирал без малейшего сожаления. Все на водку, напьется и за все на свете меня винил.

– А мама? Почему допускала?

– Мама моя умерла при родах, и ребенок не выжил тоже. После ее смерти отчим вообще слетел с катушек. Тогда и запил очень. Уйти мне некуда было. Вот и терпела его. Все мечтала побыстрее вырасти, сбежать от него.

– А Денис? Ты говорила ему об этом?

– Денис… Он не знал ничего. Скрывала, как могла. На каждый синяк находила отговорку. Моя неповоротливость… Ой не внимательность… Я очень любила его, безумно. Я ждала его, как глоток свежего воздуха в ужасно прокуренном помещении. Денис очень сильно изменил мою жизнь. Представляешь, он хотел на мне жениться.

– Вот так поворот! – Ирка с интересом слушает мою историю, подливая напитки в стаканы.

– Да… Он говорил, что женится на мне и заберет меня в Америку. Он там учился. Я смеялась над этим, не веря, что такое возможно. Но в глубине души, я очень надеялась, и верила, что такое произойдёт. Он меня даже с родителями познакомил.

– Ничего себе?

Я закрываю глаза, на лице невольно расползается улыбка. Мне почему-то вспоминается не то плохое, что случилось по его вине. А прекрасные моменты, которые пережила рядом с ним. На миг возвращаюсь в то самое время, когда мы с Денисом сидели на берегу озера и целовались под луной. В ушах звенит стрекот кузнечиков, прохладный весенний ветер играет моими волосами, горячие руки Дениса обжигают меня даже сквозь ткань легкого бирюзового платья. На мои воспоминания сердце откликнулось тем же трепетом, что и 16 лет назад.

В реальность меня вернул звук поворачивающегося ключа в замке. Я нехотя открываю глаза и шепчу Ирке:

– Мой ничего не знает об этом…

– Я поняла, – подмигивает подруга.

– Девочки мои, вижу вам не скучно. – подходит к нам любимы и целует меня в макушку, приобняв за плечи.

– Неееее ты что? У нас все океюшки. Правда Маринка? – выпитый коньяк немного расклеил Юдину, но старается не подавать виду.

– Да Жень, все ок. – улыбаюсь я. – Ты как?

– Ой, даже не спрашивай! Илюха предатель, так и не пришел. Пашка быстро наклюкался, еле с Верой дотащили это бревно на третий этаж. Целый час выслушивал, как ей Паша мозг выносит. Не знает, что с ним делать дальше. С трудом выдержал ее сопли, обидеть не мог, а ей хотелось выговориться.

– К ним лучше не лезть. Странные у тебя друзья. Сколько помню их, то ругаются, то мирятся, то дерутся, то друг без друга не могут. – подмечаю я.

– Да, ты права. – соглашается Женя.

– Коньяк с нами буш? – Ирка, сползает со стула и направляется к шкафу за ещё одним стаканом.

– Нет девочки, без меня. – останавливает ее Женя и она садится обратно. – Я спать. Завтра на работу. И вам кстати тоже. – забирает со стола коньяк.

– А-а-ай, неинтересно с тобой. Бяка ты! – возмущается Ирка. На что Женя просто усмехается, ставит обратно бутылку на стол и отправляется в спальню.

С Женей я полностью согласна. Работу никто не отменял. Хотя я с радостью не пошла бы завтра в редакцию.

Глава 6

Денис

Я смотрю через окно машины, перед глазами мелькают дома, пешеходы, деревья. Но все словно сливается в одно. И это образ Марины. Весь этот вечер на вечеринке меня терзало множество вопросов. Почему она появилась на моем пути вновь? Почему у нее такой измученный вид? Может, у нее проблемы? Почему на ее руке нет кольца? Она же должна быть замужем сейчас! Почему она смотрела на меня с такой обидой? До сих пор чувствую ее прожигающий взгляд. Прикрываю глаза и откидываюсь на подголовник кресла. Конечно же замужем! Начинает здраво мыслить мой мозг. Кольцо, скорее всего, забыла в ванной, а следы усталости – это наверняка последствия бурной ночи! Скорее всего, и дети есть! Гнев безжалостно окутывает меня холодом, начиная с ног, и стремительно поднимается. Оставила меня одного бороться со всем, а сама устроила личную жизнь!

Когда вышли из редакции, предложил Насте одной пойти на день рождение, А самому хотелось поехать на свою квартиру и просто напиться в хлам. Может это помогло бы мне избавиться от мыслей о прошлом. Но Настя наотрез отказалась. Ей надоело вечно перед всеми оправдываться за мое отсутствие. Пришлось пойти с ней и напиваться в хлам там. Хорошо Саша был не против побыть моим трезвым водителем сегодня. Вот только алкоголь так и не заглушил злость, что вновь засела у меня в груди.

Я оборачиваюсь на заднее сидение и смотрю на Настю. Виноват перед ней, во многом. Не была она стервой, когда мы поженились. Искренне верила в любовь. А мне искренне жаль ее сейчас. Своей игрой я превратил ее в кобру, с которой мне приходится сейчас жить. Хотел ее полюбить, пытался. Но я не способен любить. Любовь во мне давно умерла! Много лет назад ее жестоко убили!

– Насть, устала? – спрашиваю ее.

– Да, очень. – она поднимает глаза от телефона и с улыбкой смотрит на меня. – Хороший вечер неправда ли ?

– Правда. – отвечаю ей и смотрю время на телефоне. Час ночи. – Слу-ушай, мы закинем тебя домой, ты ложись, отдыхай. Ты натанцевалась этим вечером. А мы с Сашей еще пообщаемся немного.

– Дени-и-ис…– сдвигает брови Настя. – Опять ты меня бросаешь. И где это вы “пообщаетесь”?

Саша бросает на меня удивленный взгляд, видно продолжение не входило в его планы. Но продолжает молча вести машину.

– Мы ко мне поедем…

– Денис, ты дома не был уже две сутки! То дела, то работа, то съемки, сейчас опять? Шлюх уже позвали, да?! – надеялся, что все будет спокойно, но ошибся.

– Какие шлюхи, Нась! – спешит на помощь друг. – У меня вообще-то девушка есть. Которой я очень верен. Дэн, скажи.

– Есть, Насть! Чего ты опять начинаешь! Я о тебе думаю, чтоб ты спокойно выспалась. Ну если хочешь, давай к нам завалимся, мы с Ерохиным на кухне зависнем, а ты иди спать. – предлагаю жене, но уверен, что она откажется. Терпеть не может наши с Сашей посиделки.

– Нет уж, вали к себе! – слышу то, что и ожидал.

Мы оставляем Настю дома и едем ко мне на квартиру. Я купил ее сразу как вернулся из Америки. Но с Настей жить здесь не стали. Она ей не понравилась, слишком проста и мала. Мы нашли побольше, в другом районе. А эта осталась моей холостяцкой берлогой.

Саша по пути предложил набрать вчерашних девочек, он и так собирался набрать рыжую. Но мне сегодня вообще не хочется продолжения банкета. Если честно, сам не знаю, чего мне хочется.

– Саш, ты прости если планы испортил. И спасибо, что возишь меня целый день. Реально наша вчерашняя “съемка” хорошенько вывела меня из колеи.

– Да ладно, брось! Не за что. Ты же знаешь, что без угрызений совести воспользуюсь тобой, когда мне нужен бесплатный трезвый водитель. – смеется Ерохин, паркуя машину у моего подъезда.

– Кто бы сомневался. Слушай, ты поезжай куда планировал. Машину завтра отдашь. Не могу я сейчас Настины приставания терпеть, лучше один побуду. – признаюсь другу.

– Да я и не планировал ничего. Ты что спать реально? Я вообще-то подумал заедем в "Лотос". Давно там не были.

– Спать я вряд-ли смогу, но ехать не хочу никуда.

– Хорошо, тогда не против если ты угостишь меня виски. Знаю сто процентов, запас у тебя есть. – Выходим из машины и входим в подъезд. – Кстати, тебя по ходу из колеи выбил не только вчерашний вечер. Что это было в кабинете? Что за странная реакция у тебя?

– Тебе показалось, Ерохин! – открываю дверь квартиры и пропускаю друга вперед.

– Ага, я перекрестится забыл. – смеется Саша. – Чем тебя так разозлила столь прекрасная Мариночка Анатольевна? Она даже не смотрела в твою сторону. Сидела вся бледная.

– Ммм… Новое начальство наверное не понравилось ей. – Пытаюсь вообще не думать о прошлом, но видно не избежать разговора о нем.

– Ага, это ты можешь своей Насте втирать. А я тебя знаю очень хорошо. Так что давай колись, что это было?

Мы располагаемся в просторной гостиной. Я принес два стакана и бутылку виски. И сообразил закуски к нему. Так понимаю, пора и Саше узнать ту часть моей жизни, которую мне вспоминать не хочется.

– Столь прекрасная Мариночка Анатольевна, как ты ее назвал, это кошмар из моего прошлого…

– Вот это уже интересно. – сразу заинтересовался Саша. – А чего я ее не помню? Или это до аварии было?

– Ты ее не помнишь, потому что она умерла для меня еще до нашей с тобой встречи. Да, до аварии мы были вместе, или как оказалось, мне просто казалось! – разливаю виски и залпом выпиваю, не дожидаясь Сашу.

– Ни хрена себе! Оу, так это твоя “биг лав”? И почему она с тобой в Америку не улетела? – Ерохин не спешит пить, и с интересом ждет продолжения.

Трудно рассказывать, не хочется ворошить прошлое. Доставать из глубинки давно зарытые чувства. И вместе со всем, жажду мести, которая снова проснулась во мне как только я прикоснулся к Марине и понял, что это не видение.

Рассказываю Саше, как Марина покорила меня своей искренностью. Она отличалась от всех. Когда я находился с ней рядом мне всегда хотелось быть лучше. быть достойным ее. “Простая серая мышка” – подумал я при первой нашей встречей и даже в шутку назначил ей еще одну встречу. Но вскоре я не мог жить без этой простоты.

– Ты и серая мышка!? – удивляется Ерохин. – Что-то у меня картинка никак не складывается. Да и сегодня она не показалась мне серой мышью.

– Много времени прошло. И я не тот, что был шестнадцать лет назад. На тот момент, я готов был на ней жениться…

– Ты? В двадцать лет? – удивленно смотрит на меня друг.

– Представь себе! Даже пошел против родителей, когда они сказали что против. Но я поставил всех перед фактом: женюсь и заберу ее с собой в Америку. После того как мы год повстречались, я понял, что не вижу никого рядом с собой, кроме Марины. С ней всегда было интересно просто поговорить.

– Хах! Представляю как тебе сейчас весело с многословной умной Настей. – от души смеется Саша.

– Ты знаешь, я вынужден. – напоминаю другу – И это вообще не смешно.

– Ну да, ты прав. – Откашливается, встает на балкон покурить. Я следую за ним, доставая на ходу сигарету. – Так что там Марина? Надеюсь, вы не просто разговаривали? Ты “заговаривал” ее до полусмерти?

– Извращенец хренов. Ты бы вообще трахал все, что движется! – кидаю в него зажигалкой, которую покручивал в руке. – И вообще хватит меня перебивать. Я тут тебе душу выкладываю!! А ты ржешь. – Либо ты слушаешь, либо иди лесом!

– Прости… – делает глубокий вдох. – Все я молча слушаю.

– Марина стала смыслом моей жизни. Тот факт, что до меня ее никто не прикасался, делал ее особенной. Она доверилась мне, и стала только моей. Я безумно любил. Ради нее я был готов на многое. Строил планы, хотел детей… Но видно не судьба.

– Авария… – уже без насмешек говорит Саша.

Мы возвращаемся в гостиную. Замолкаю ненадолго и собираюсь с мыслями. Наливаю снова виски и молча выпиваю. Саша делает то же самое. Чувства вперемешку лавиной сваливаются на меня. Снова вспоминать о самых прекрасных моментах в жизни, который тут же перекрываются самыми ужасными, не так легко.

– Да, она самая. Именно авария открыла мне глаза на ее любовь, ее преданность. Мне срочно нужно было выехать с отцом в Америку. Не мог к Марине дозвониться и сообщить. Потом эта гребенная авария. Несколько недель в коме. Очнулся в тяжелом состоянии. Последствия ты знаешь. А все, что Марина сказала маме, когда она ей сообщила: “ Я не готова жить с инвалидом! И выхожу замуж за другого!” Твою ж мать… – С силой бросаю стакан, который держал в руках и он с разбивается, ударившись о стену

– Вот так вот она разбила мою жизнь вдребезги! – выкрикиваю глядя на осколки на полу. Опускаю голову в ладони и потираю лицо. Затем зарываюсь пальцами в волосы, взъерошив их.

– Уничтожила меня! – поднимаю голову и смотрю на друга. – Фразой в несколько слов, убила всю любовь. Просто похоронила нас! Понимаешь Саша, глубоко зарыла! – встаю на ноги и нависаю над другом, словно передо мной Марина и все я высказываю ей.

Даже не заметил, как перешел на крик. Злость, что до сих пор копилась в груди горячим потоком расходится сейчас по венам. Все горит внутри от боли обиды, точно так же как шестнадцать лет назад. И ничего не прошло, ничего не забыто как мне казалось.

Ерохин молча сидит и слушает скрестив руки на груди. Уже не смеется, не иронизирует … Просто слушает и дает мне возможность выговориться. Впервые, за долгие годы я позволил себе заговорить об этом.

– Ты веришь, она даже не хотела поговорить со мной! – продолжаю свой рассказ, присев обратно на диван. – Она передала это моей маме, сказав, что не сможет сказать мне в глаза. Мама предложила ей, приехать ко мне и вместе обсудить как быть дальше. Но она отказалась. Зная, в каком я был состоянии, она приняла решение, даже не поговорив со мной. – обессиленно откидываюсь на мягкую спинку дивана. – Кто она после этого, Саш?

– Да дрянь твоя Марина после этого! Идем, покурим, я аж сам перенервничал. – поднимается и идет на балкон. Не спеша следую за ним.

– Но знаешь, я ей даже благодарен, за то, что я сейчас стою на ногах. – прикуривая сигарету, продолжаю. – Хотел доказать ей, что она ошиблась! Я не инвалид! Мечтал, что вернусь, появившись перед ней на обеих ногах и спрошу: “Неплохо как для инвалида, да?” Пообещал себе, что отомщу ей. Сделаю ее жизнь невыносимой! Не знал как, но придумал бы способ. Я умолял отца найти выход, помочь мне встать на ноги. Моя реабилитация стоила нам почти всего, что у нас было. Собственно поэтому мы и связались с партнером, который потом предал нас. Больше всего, меня каждый день поднимало желание доказать Марине, что я не инвалид. Но время шло, и все складывалось не по моему плану. Как хотели родители, я всё-таки закончил юридический. Но ты же знаешь, меня мало это интересовало. Затем создал свой журнал…встреча с тобой. Это все повернуло мою жизнь в другое русло, оставив Марину и месть в другом направлении. Спасибо кстати, что поплыл по моему течению.

– Я просто люблю дело, которым занимаюсь. – Отвечает Саша выпуская клубы дыма. – А то, что наши интересы поплыли в одном направлении, просто совпадение. При всем этом, работать, когда шеф, твой лучший друг – это одно удовольствие. – Ерохин льстит в своей привычной манере и не скрывает выгоды сотрудничества со мной. Незаметно для меня тема переходит к работе. Мне стало заметно легче. Но злость и обида никуда не делась. Просто не сидит застывшем камнем в груди, а теперь течет по венам и заставляет кровь закипать.

Глава 7

Марина

Как ни странно, этой ночь я спала крепко. Даже не снилось ничего. Наверное, выпитый вчера алкоголь подействовал лучше снотворного. С трудом просыпаюсь под настырный будильник. Жене на работу позже, поэтому я тихонечко вынариваю из его теплых объятий и иду будить Юдину.

Ирка на удивление уже не спит, и по сравнению со мной бодрая как огурчик. Мы собираемся и идем в наше любимое место, за утренней порцией самого вкусного в городе кофе. Здесь и спокойно поговорить можно. Ирке не терпится узнать, почему же я всё-таки не замужем за Денисом.

– Не его формата я оказалась! Решил просто поразвлечься, убеждая в своей искренней любви… Укатил в Америку, как я узнала позже от Вики. – до сих пор мне не верится, что человек, который заставил меня поверить в его искренность, просто бросил меня, не считая нужным объясниться. Оставив лишь непонятный бред в письме.

– Вот козлина!!! Да я его б придушила. Вот полетела бы в ту его Америку и придушила.

Я улыбаюсь, наблюдая, как Ирка сдавливает пальцами его воображаемое горло. Умеет же развеселить, когда на душе погано! Несколько лет назад сама готова была это сделать, если он появился. Но он даже не искал со мной встречи. Просто вычеркнул меня.

– Ну, кабелюга! Ну что за мужчина, а?! – не успокаивается Ирка. – Он что не мог прямо с тобой поговорить? Зачем игры в жениха, невесту? Зачем замуж звал?

– Я и сама не понимаю что произошло…

– Знаешь подруга, пошел он к черту! Все что ни делается, к лучшему. Ты же сейчас счастлива, все хорошо. У тебя есть Женька, я вижу, как он тебя любит. И свадьба не за горами! – поглаживает мое плечо

– Ты права… Счастлива…– Тяжело вздыхаю, и делаю глоток крепкого кофе. Вспоминаю спящего Женю, которого оставила утром в постели и на душе становится тепло. Я заслужила счастье! И уверена, что Женя именно тот мужчина, который подарит мне его.

– Оставь прошлое в прошлом и не думай больше об этом. Да, опять появился на твоем пути. Но делай вид будто ты только что с ним познакомилась. Он твой бос и все! – разводит руками Юдина.

– Если б все было так просто. Он ведь не только мою жизнь сломал! Ир, я залетела от него! – признаюсь в самой большой тайне.

– Ох ты ж! – выкрикивает от удивления Ирка, и сразу привлекает внимание бариста. – А он знает? – уже тише добавляет она.

– Нет. Я сама узнала об этом уже после того как получила новость от его мамаши. А потом снова искать связи с его семьей даже не пыталась…

– Да-а-а, вот те здрасьте! – качает головой Юдина. – И он до сих пор ничего не знает, значит…

– Не знает, и не должен. Об этом вообще никто не знает. И никто не узнает! Слышала, Ир? – смотрю в глаза подруги, надеюсь на понимание и на то, что она сохранить все в тайне. «Оставить прошлое в прошлом» как она говорила.

– Да понимаю я…. Можешь даже не говорить…

Нас прерывает звонок Елены Николаевны.

– Добрый день, Мариночка. Как вы? Надеюсь вам лучше. Нам предстоит обсудить много вопросов.

– Здравствуйте, мне уже лучше, спасибо. – Смотрю на время и понимаю, что мы с Иркой заболтались и если сейчас же не пойдем, то опоздает. Показываю ей на часы и киваю в сторону выхода. – Я уже скоро буду в редакции. А вы помните, что я две недели назад еще отпрашивалась у вас к врачу.

– Да милочка. Я все помню. Жду вас. – Мы прощаемся с ней уже на пол пути в редакцию.

– И где ребенок? – бестактно спрашивает Ира как только я отключаюсь.

Я поднимаю на нее глаза и почти шепотом отвечаю:

– Нет ребенка… Не спрашивай меня больше об этом. Прости, не хочу больше возвращаться к этой теме. – Ирка кивает и просто обнимает меня.

Как только переступаю порог редакции, неприятная волна проходит по телу. Прощаюсь с Иркой и иду к своему кабинету. Невольно бросаю взгляд на открытую дверь кабинета Семена Геннадиевича. Почтит ли нас новый босс своим присутствием сегодня? А если и почтит, то что? Права Ира, прошлое в прошлом!

Между нами осталось много недосказанного. Но разве что-то изменится, если мы объяснимся?! Еще вчера я уверяла себя, что Денис обязан рассказать мне, чем я заслужила такое предательство? Где-то в глубине души, я верила, что есть всему логическое объяснение. Но нужно ли оно мне? Я выхожу замуж! Я счастлива!

Отвернувшись и гордо подняв голову вхожу открываю дверь своего кабинета. Судя по тому, что здесь пусто, Елена Николаевна на прежнем рабочем месте, значит Дениса Юрьевича еще нет. Не появляется он и на нашем совещании, что улучшает мое настроение. Не являлся бы вообще! Приняв нужные решения по поводу обложки нового номера, мы расходимся по своим рабочим местам. Сосредоточиться на работе у меня так и не получается. Все мои мысли заняты предстоящим визитом к врачу.

В назначенное время я приезжаю в клинику. Увидев, небольшое столпотворение у кабинета моего гинеколога, решаю уточнить:

– Добрый день, я на тринадцать пятнадцать, есть кто-то раньше?

– Да, я – еле слышно мне отвечает совсем молоденькая девушка. – на час.

– Не переживайте, вызывают. – уточняет недовольный голос из очереди.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.