Потерянный вечер
Повести и рассказы
Татьяна Викторовна Лобанова

© Татьяна Викторовна Лобанова, 2025

ISBN 978-5-0065-7352-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Потерянный вечер

Впервые за последние две недели Игорь рано вернулся с работы.

– Проект сдан, нервотрёпка окончилась, можно расслабиться.

Жена, воспользовавшись школьными каникулами, взяла недельный неоплачиваемый отпуск и вместе с сыном уехала в деревню, к родителям.

Звала с собой Игоря, но куда же ему? Проект забрал всё – и время, и силы, домой только спать приходил, да и то сон от подушки убегал на половину ночи, мысленно выверял по проекту каждую мелочь…

За ужином Игорь наслаждался тишиной, даже телевизор не стал включать.

Убравшись в кухне, прошёл в гостиную, взял книгу, начатую ещё месяц назад, полистал от закладки пару страниц, вспомнил, о чём пишет автор и углубился в чтение. Телефонный звонок услышал не сразу, а когда уловил слухом, вспомнил, что мобильник остался в кармане куртки.

Игорь, нехотя поднялся и пошёл в прихожую, на ходу ругая себя за то, что не позвонил жене, было бы меньше упрёков и чтение не пришлось бы прерывать разговором по телефону.

Оказалось, что не Оксана звонит, а Генка, давний друг, ещё со студенчества, после института разъехались в разные города, да так и не виделись, хотя время от времени созванивались и по мелочам перебрасывались новостями.

Сначала Игорь обрадовался телефонной встрече с другом, хотелось поделиться новостями, рассказать об удачном проекте, о том, что сын, Валерка, учится уже в третьем классе и Оксана ждёт второго малыша, вернее – малышку и у них в семье будет, как мечтали – сын и дочка. Кое-что хотелось и о Генкиной жизни узнать подробнее.

Но Генка с первой секунды разговора перехватил инициативу и пришлось Игорю слушать долгий словесный поток, в который он даже вникнуть не успевал.

Оказывается с шефом у Генки отношения не складываются, того и гляди с работы выкинут; с женой тоже нелады, вечно она чем-то недовольна, не угодить ей никак, а два сына растут настоящими бандюганами и неизвестно, что из них вырастет – старший во втором классе, младший – в первом, не проходит дня без жалоб учителей.

Дальше без речевого мостика река Генкиного многословия потекла вокруг безграмотных учителей, возможно, мальчишки плохо себя ведут, как раз, потому что не повезло им с педагогами, чему они научат, эти ябеды?

А следом за учителями в повествовании друга пошла вереница соседей, тоже очень плохие люди, как и случайные прохожие и пассажиры автобусов и все-все люди в Генкином окружении.

Игорь несколько раз пытался вставить реплику, пробовал повернуть разговор в другую сторону, но Генку было невозможно остановить или хотя бы заставить услышать собеседника, только своим голосом он мог услаждаться, только он один – умный человек в этом океане глупцов и негодяев.

Генка не замечал, что его монолог длится уже больше часа, и, наверное, не хватило бы и второго, если бы на счастье Игоря не пошёл дозвон от Оксаны.

Обрадованный Игорь едва докричался до друга, что ему звонит жена и он вынужден прервать их милую беседу.

– Хорошо, Игорь, ты перезвони сам, когда поговоришь с Оксаной, я буду ждать твоего звонка, – сказал Генка и положил трубку.

– Оксанка, дорогая, проект я защитил, всё хорошо, – радостно сообщил Игорь жене.

– Отлично, поздравляю, Игорёк, очень рада за тебя, но что-то твой номер был занят, я дозвониться не могла, ты с кем-то разговаривал?

– Ох, Оксана, Генка мне позвонил и устроил пытку телефонной трубкой.

Не знаю, что стало с моим другом, с ним невозможно общаться, беседы нет, есть длинный монолог какого-то брюзги – старикана.

– Игорь, ты не преувеличиваешь? Вы были близкими друзьями.

– Вот именно, были, – недовольно буркнул муж, – Оксана, у меня для тебя есть творческое задание.

– Какое, мой повелитель? – усмехнулась жена.

– Ты педагог, – серьёзно ответил Игорь, – учи детей культуре общения, вообще, и, особенно – по телефону.

Учи их, чтобы не только свои бесконечные высказывания ценили, но и другим слово умели давать.

Генку этому не научили, и теперь общаться с ним стало невозможно.

Не понимает человек, что в беседе участвуют двое, люди высказываются по очереди, общение, это возможность спросить, подумать над вопросом, ответить, и не только о себе, любимом, всё рассказать, но и собеседника послушать, узнать, о чём думает тот, с кем ты общаешься.

Этому Генку не научили, – повторил разочарованно Игорь, – и мой давний друг превратился в болтуна, которого невозможно слушать.

– Хорошо, – улыбнулась Оксана, – спасибо за добрый совет, обязательно проведу в своём классе цикл бесед о культуре общения, отдельной темой выделю телефонные разговоры, – после секундной паузы спросила, – а к нам ты на выходные приехать собираешься, культурный собеседник?

– Обязательно приеду, проект защитил, завтра пятница, вот я после работы и поеду к вам, отдохнём все вместе, а в воскресенье вернёмся домой.

После разговора с женой Игорь задумался. Звонить Генке он не стал, написал сообщение о том, что занят и позвонит в другой раз.

Не хотелось разрушать доброе чувство после разговора с женой, охлаждать сердечное тепло Генкиным брюзжанием.

Книга уже не привлекала, лежал на диване, думал:

– Догадывается ли Генка о том, что он обокрал сегодня меня во времени, в отдыхе, в хорошем настроении, что его стараниями мой вечер был потерян, и лишь Оксанке удалось приподнять настроение и вернуть утраченный покой.

– Оксана, милая Оксана, ты спасла остаток потерянного вечера, спасибо тебе, – послал он мысленно тёплый привет жене, – завтра день пройдёт на работе, а перед сном я уже смогу обнять тебя и сына и поздороваться с твоими родителями, они не такие тесть и тёща, о которых байки разные плетут, и ты, моя Оксанка – золотое яблочко от добрых плодоносных яблонь.

09.12.2023 г.

Синица прилетела

Добрая осень задержалась в наших краях, с тёплыми ясными днями, с расцвеченными деревьями и яркими цветами на клумбе.

Но вчера с вечера выпал снежок, а ночью приморозило.

Снег остался лежать на земле островками, похоже лёг уже на зиму.

Выхожу днём на улицу, прохладно, белые снежные заплатки там и тут, цветы и трава на клумбе враз поникли, скукужились.

А по веткам молодой сирени прыгает синичка.

– Здравствуй, вестница зимы, – говорю ей приветливо.

– Тинь, тинь, -отвечает пташка, а я мысленно перевожу с птичьего языка:

– Скоро, скоро завьюжит у вас. Летала я по лесам, видела – тучи к вам идут, тяжёлые, зимние, снега несут столько, что, кажется, вот-вот просыплют, не удержат запасы свои холодные.

– Спасибо, синичка, что предупредила, будем ждать обильного снегопада, уж ты зря болтать не станешь, – прощаюсь с пернатой крохой, иду в тёплую квартиру.

Здесь из окна легче наблюдать приход холодной гостьи, хотя бы на первых порах, а там, привыкнем, так ещё и порадуемся белым пуховым перинам, расстеленным всюду по земле.

17.10.2024г.

Ограбление

– Ну вот, стол мы с тобой уже накрыли, – улыбнулась Алла, – всё готово, можно начинать праздновать.

– Да, только, где же наши мужики, пора бы уж им прийти, – Наталья вздохнула, – отправили за горошком, ни горошка, ни мужей. Успеют ли в этом году явиться, или без них Новый год встретим? – засмеялась она.

– А, правда, Наташа, где они? Я уже тревожиться начинаю, магазин за углом, а прошло уже больше двух часов. Уж не попали ли в какую переделку, на улице пьяных много, праздник.

Подруги сели за стол, выпили по маленькой.

– Может быть, пойдём поищем пропажу нашу? – предложила Алла.

– А где мы их искать – то будем? Подождём ещё немного. Не волнуйся, встретили друзей, общаются и не заметили, как время улетело.

В дверном замке послышалась возня.

– Явились, – Алла вышла в прихожую, в проёме открытой двери стоят её Колька и Натальин Толик, оба в снегу, шапки съехали, куртки распахнуты.

– Наташа, иди посмотри, кто к нам пожаловал!

– Ну про горошек мы вас уже не спрашиваем, всё итак понятно, – заговорила Наталья, выходя из комнаты, – а где ж вы были два с половиной часа и как умудрились так набраться за это время?

Мужики неловко сняли куртки и обувь, не в силах определить на место побросали всё в кучу, шатаясь прошли в комнату, упали на диван.

Первым, заплетаясь, заговорил Николай:

– Вы бы, бабы, на нас не кричали, а пожалели бы, с нами, понимаешь, беда случилась.

– Да, беда, – подтвердил Толик, и повернувшись к другу, спросил – какая беда?

– Какая, на нас грабители напали, ограбить хотели.

– Ограбили? – спросила строго Алла, – что им у вас брать-то?

– Они также сказали, – сообщил Николай, – проверили карманы и говорят, – бедные мужики, ничего у них нет, видно, бабы их полностью очистили.

– Да, – подтвердил Толик, – вы нас очистили, грабителям ничего не оставили.

– А потом что было? – поинтересовалась Наталья.

– Дальше самое интересное, – Николай многозначительно поднял вверх указательный палец, – эти бандиты нас пожалели, один даже прослезился, говорит, – негоже в новогодний вечер совсем без средств существования оставаться, мужики, – и они пригласили нас в гости, угостили немножко.

– Совсем немножко, – подтвердил Толик, и захрапел.

Николай тоже отключился.

– Что ж, – сказала Наталья, – давай, подруга, посидим, встретим новый год, а потом пойдём гулять по городу.

– А денег с собой брать не будем, – засмеялась Алла, – может быть, и нас кто ограбить захочет, да пожалеет, глядишь, и за праздничный стол в шумную компанию пригласят, не сидеть же в новогоднюю ночь с двумя пьяными нищими мужиками.

2023г.

Обман

Очкарик

Колька, скромный мальчишка, с первого класса и до выпускного учился в одном классе с Лидой.

Успехи у парня были средними, но он никогда не был ни двоечником, ни нарушителем порядка.

На уроках внимательно слушал учителей, старательно выводил задания в тетрадях, то и дело поправляя непослушные очки.

Лида не помнит случая, чтобы когда-то пришёл Коля на урок неподготовленным: письменные задания выполнены, устные – выучены на сколько позволяли его средние способности.

Жил Колька с бабушкой в маленькой квартирке, в бараке, который был построен давно, ещё при рождении посёлка.

Ни бабушка, ни внук никогда никому не жаловались ни на тесноту комнат, ни на недостаток денег, хотя он, конечно, был, этот недостаток – довольствовались они бабушкиной пенсией, да помощью от школы, время от времени выделяемой на одежду Кольке, как ребёнку из малообеспеченной семьи.

Изредка приезжала на несколько дней Колькина мать, привозила гостинцы – конфеты в кульке, пряники, халву.

Бабушка убирала дары в буфет и доставала понемногу к чаю, растягивая удовольствие Кольки, себя тоже чуть-чуть баловала.

Так сложилось в судьбе мальчишки – мать родила сына, приехала к бабушке, пожила года два и укатила в областной центр устраивать свою жизнь, а Колька остался у бабушки.

Вскоре мать вышла замуж, но человек этот не пожелал воспитывать чужого ребёнка, вся его доброта сводилась к тому, что иногда разрешал навещать мальчишку и даже позволял тратить немного денег из семейного бюджета на гостинцы для сына.

А Колька и не рвался в новую семью, хоть и любил мать, тосковал в ожидании редких встреч, радовался приезду, ни на шаг не отходил от ласковой, красивой женщины, гордился, что и у него, как у всех, есть мама, но ни за что бы не согласился даже на один день оставить добрую свою бабушку, у него бы сердце не выдержало жить в дали от старенькой хлопотуньи, да и с чужим дядькой проживать в одной семье было страшновато.

Был Колька среднего роста, худой, бледный, сказывалось скудное питание, хоть бабушка и старалась подсовывать ему лакомый кусочек, обделяя себя, но пенсия – не резиновая, много-то с неё не накупишь, приходилось рассчитывать каждую копеечку.

Летом немного подкармливал огород, хоть он и небольшой был, но бабушка умела ухаживать, всё у неё росло, будто не в Сибири жили при коротком лете, а где-то на югах, в богатом тёплом краю.

Колька с малых лет помогал во всём, поливал, сначала из маленьких леечек, потом лейки вместе с ним росли год за годом.

Рядом с бабушкой склонялся над грядкой, пропалывал тщательно, ему, близорукому, очки с толстыми стёклами помогали разглядеть травку, вырвать её, освободить свёклу да морковку от нахлебников.

Школьная подружка

В классе у Кольки было мало друзей.

Ребята обходили стороной мальчишку в толстых очках, молчаливого, скромно одетого, хоть он и был всегда чистый, ухоженный.

В начальных классах бабушка сама чистила Колькин костюм, стирала и гладила единственную белую рубашку, до блеска чистила старенькие ботинки кремом, зимой сушила валенки у печи.

Чуть повзрослев, Колька сам научился ухаживать за одеждой, аккуратность никогда не изменяла парню.

Молчаливость Кольки ребята принимали за гордость и не догадывались, что общаться с ними мешает мальчишке простая застенчивость и какое-то непреодолимое ощущение второсортности.

Мальчишки хвастливо рассказывают об отцах: тот с охоты глухаря принёс, этот щук да харюзков в реке наловил.

Иногда кто-то жаловался на пьяного батю, что всю ночь спать семье не давал.

А Кольке нечего было рассказывать о семье, его беседы с бабушкой о жизни, о хороших и плохих людях, о библейских героях никому не могли быть интересными, молчал Колька в сторонке, скрывая лёгкую зависть к тем, кто живёт с родителями.

С первых дней школьной жизни приметил Николай красивую девочку Лиду, с пышным бантом на голове, но подойти и заговорить с красавицей решился только в шестом классе.

Кольку удивила простота девочки в общении.

– Лида, что делала в воскресенье? – спросил Колька.

– С мамой в подполье картошку перебирали, к посадке готовили, – просто ответила девочка, – полдня там просидели.

– Надо же, мы с бабушкой тоже картошку перебирали, – удивился Колька.

– Совпадение, – Лида улыбнулась, – только оно не случайное, сейчас все готовятся к весне.

– Да, это так, – согласился Колька, мысленно жалея, что так долго не решался подойти к девочке, давно бы мог иметь добрую подружку.

Дружба на долгие годы

Эта короткая беседа стала точкой отсчёта многолетней дружбы полусироты Кольки и Лиды, девочки из крепкой трудовой семьи.

Вместе они ходили в кино, купаться на реку, за черёмухой на остров через бону.

Часто Лида приглашала Кольку в гости по воскресениям.

Мама девочки, зная Колькину судьбу, жалела мальчишку, старалась накормить повкуснее.

Воскресные дни в семье у Лиды совпадали с обязательной стряпнёй пирогов да пышных сдобных булок и с лепкой пельменей в запас, в заморозку.

И Колька вместе со всеми лепил пельмешки, накладывая маленькой вилочкой фарш на кружок, прорезанный тонкой рюмкой, и за обедом наедался досыта самолепных пельменей, напивался чаю с пирогами да с булками.

Домой довольный мальчишка возвращался с гостинцами для бабушки – в кульке – пышные ароматные булочки к чаю.

Внук удивлённо рассказывал:

– Бабушка, Сергеевы богато живут, когда бы я к ним ни пришёл, у них обязательно лепят пельмени, да в пироги пекут.

– Коленька, думаю, ты преувеличиваешь, – возразила бабушка, – обыкновенная трудовая семья, просто в отличии от нас с тобой там двое работают, мать и отец, да ещё и хозяйство во дворе держат неплохое. У них и коровка есть, и поросят на зиму растят, и птицы всякой полно, потому и достаток в семье получше нашего.

А мама Лиды старается в выходной день наготовить впрок, вот и стряпает побольше, чтобы на всю неделю хватило, работает ведь в рабочие-то дни.

А ты приди к Лиде в гости как-нибудь среди недели, увидишь попроще обед, хотя и нескудный, наверно, не как у нас с тобой, – бабушка притянула голову внука, поцеловала в макушку, вздохнула, – как-нибудь доращу тебя, мальчик мой, только бы здоровья хватило.

Колька под предлогом помощи в решении трудной задачи, напросился в гости к Лиде среди недели.

Вместе они и пообедали.

Лида достала из русской печи кастрюлю наваристых щей, в тарелке Кольки оказался и приличный кусок мяса. Было вкусно, но уже не так торжественно, как в воскресенье. Права оказалась бабушка.

Дружба переросла в любовь

Годы шли, росла привязанность Кольки к Лиде.

Парень гордился, что самая красивая девочка в классе, отличница, проводит много времени с ним, других мальчишек, кажется, не замечает.

Колька не заметил, как школьная подруга стала для него любимой девушкой.

Теперь, засыпая, в мечтах он всегда видел девушку рядом с собой – то в парке на скамеечке, с Колькиным пиджаком на плечах, то в театре, сидя рядом, Лида доверчиво вкладывает свою ладошку в его возмужавшую ладонь.

Домечтался Колька уже до того, что видел в своих грёзах, как они вместе с Лидой катят по улице коляску с их маленьким сыном, потом воображение нарисовало и подрастающую дочку с косичками.

Но чем смелее были Колькины мечты, тем больше он робел в присутствии любимой девушки, мог часами болтать на самые разные темы – политика, искусство, жизнь родного посёлка, но не смел даже намекнуть ни словом, ни мечтательным взглядом на то, что Лида ему дороже целого мира, что для него – любить её и быть любимым, важнее даже угрозы ядерной войны, которую дипломатично сумел предотвратить Анастас Микоян.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.