Биткоин. История пробуждения
Повесть о тишине, которая сильнее удара
Александр Рейнгардт

© Александр Рейнгардт, 2025

ISBN 978-5-0065-9073-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Хмарь

Вечер только начинался, но серая, промозглая погода, низкие, недобро выглядящие тучи, не просто накрыли собой улицы. Они выпнули настроение едущих, идущих, и просто стоящих людей. И приволокли другое. Хмурое и мрачное, давящее на психику.

Горожане торопились. В квартиру, дом, в тепло. Побыстрей! Ну её, эту хмарь. Пусть со своими оттенками суицида по улицам шляется.

Дома – тепло. От родных. Семейный ужин, улыбки. Впечатления от прошедшего дня. Радость, единение, эмоции. Плевать на погоду. Пусть психует.

Почти всем было хорошо. Но не Сергею Петровичу.

То, что он получал – превращало вечер в какую-то безобразную заварушку. Драку алкоголиков, допившихся до белой горячки. Где хлестали эмоциями. Накал страстей – на грани скотства. Громко. Зло. Агрессивно. Всё – в Сергея. Всё – в цель. Как всегда.

Стрелком эмоциями была Миля Моисеевна. Визгунова. Жена. Профи семейных скандалов. Воин кухонных воплей. Мастер насилия. Голосом. Словами. Действиями.

Повод – важнейший. Разговор с подругой. Галей Киракосян. Повод всемирного масштаба. Глотка – наизготовку. Прицел. Рёв турбины. Стартующего шаттла. Конец барабанным перепонкам.

Миля и Галя – подруги. Ха! Три раза. Кто знает, что такое женская дружба, добавит ещё ха. Дружба в виде сю-сю-сю и моментальный переход в выжигание напалмом гнева – запятая не там в сообщении, избыточная радость, недостаточная радость. По мнению одной из сторон. Дальше – война на фоне дружеских руин. И жёсткий игнор после аннигиляции дружбы. Поэтому – контроль. Вооружённое противостояние с натянутыми на лица масками дружбы. И стволами, приставленными сопернице к глазу. И ожидание. Кто первый лоханётся. Чтобы нанести слабачке и вражине удар. По-дружески смертельный. Чтобы помнила.

Если женщина не дура, а дуры среди женщин – редкость, она держит правило. Цепко. Жёстко. И другие стороны держат правило. Баланс. Устоявшийся. Следить. Стеречь. Ловить. Наказывать.

Баланс – не равенство. Не уравниловка. Баланс – в равновесии. Обе следят.

Получила одна преимущество? Явное? Заметное? Муж подруги получил повышение? Отдых подруги на уровень выше? Подруга с вещью «Такой_нет_ни_у_кого?». Подруга нарушила баланс. Пора выкапывать топор войны. И лупить им по башке бестолкового мужа. Чтобы этот неудачник выжимал всё. Из себя. Из своих возможностей. Почему?

Зависть, обида, отвращение к бестолковому самцу, и его активное пинание, который «не_обеспечил_такой_неудачник_а_вот_её_муж_крутой». Или что похуже. Но это не внутрикрепостные разборки. Разлив эмоций примчится в жизнь обеих. А если у них есть старые истории тёрок, спрятанных до поры под полой – пиши пропало. Ссоры и игнорирование, война и разорение. Ненависть.

Дружба Мили и Гали – удивление, брови вверх, но она была не такой. Все благодаря дипломатичности и гибкости Гали (Гаянэ) Киракосян. Без её усилий баланса не было бы. Галя, как человек практичный и сметливый, понимала, что любое усиление или ослабление семейства Визгуновых может дать её семье больше. Больше, чем немного прямолинейная, хотя и не лишённая хитринки Миля могла предположить. Вопреки фактам, но благодаря интуиции. Вопреки видимости. Холодный расчёт со стороны Гали и зависть Мили к достатку в семье подруги. Каждому своё. Огонь – разрушить. Сжечь дотла. Чужое, своё – неважно. Чужое – любой ценой. Сталь – забрать ресурсы и выковать своё. На температуре чужого.

Разговор был дипломатически злорадным с одной стороны. С другой – покусывания губ, сдерживаемая ярость. Зависть. Баланс шатался, как самострой в ураган. Кряхтел, но пока держался. Галя подпирала.

Незначащие подробности – вон.

Суть.

Галя, как женщина хладнокровная и весьма неглупая, тщательно готовила новость. Которая если не изменит расклад в дружбе, но заставит Милю отвлечься от желания напакостить семье Киракосянов. Ведь то, что она отдавала взамен, по её мнению, должно было спасти дружбу и сохранить видимость баланса.

Инициировала звонок Миля, которой не терпелось рассказать подруге о приятностях, которые произошли за два дня в её жизни. Щас!!!

– Привет, дорогая моя, что хорошего произошло у тебя за то время, что мы не общались? – Визгунова, задавая этот вопрос, в глубине души надеялась услышать, что муж подруги в очередной раз накосячил на амурном фронте, подруга заразилась, и ура, семейной идиллии в семье подруги конец. Жена без мужа, дети без отца. Можно великодушно позволить подруге поплакаться в жилетку.

Тогда можно будет долго рассказывать безутешной подруге, какой у неё золотой муж, послушный, глаз не поднимет на чужие прелести, и как хорошо, что у них нет детей. И посоветовать подруге что-то такое, что слегка изменит баланс в пользу Визгуновой.

Миля ненавидела детей. Сопливые, шумные, всё пачкают, всё ломают. И гадят – как физически, так и по жизни. Всё время. Спасибо, в пень спиногрызов! Живём для себя.

Дипломатки

– Привет Миля джан! Да много чего, дети не дрались и не хулиганили. Прикинь, Арто даже сидел тихо и делал уроки без пинков и затрещин. За ум взялся. Вагинак получил две пятёрки, правда по музыке и ОБЖ, но хоть что-то. А вот с математикой и русским пока беда. Совсем-совсем.

– Наверное, Тёма где-то накосячил, вот и скрывает. А Ваня – молодец. Извини, имена всё никак не выучу – не для наших ушей они.

– Да нет, он со мной поговорил, сказал, что хочет разбогатеть, чтобы папа с мамой не работали | (Тебе откуда знать, дура агрессивная, ведь у тебя детей нет).

– Какой молодец! | (Как же! Будет таким же дешёвым торгашом, как и папашка!)

– Да, и вон, даже Миша отличился. Такой молодец. Порадовал. Разбогатели мы. | (А теперь получи в лоб, подруга!)

– Это как? В лотерею выиграл? | (Хоть бы на вас налоговая наехала!)

– Нет, Сержик джан дал мудрый совет. А мой шустряк подсуетился – и мы теперь можем не бояться за ближайшее будущее. | (Получи фашист гранату!)

– Ура! | (Чтоб вы сдохли, твари, как и этот идиот, который вам помог!)

– Шеоракалуцюн, Миля джан. Ты всегда так искренне радуешься за других. | (Идиотка завистливая. Сержика жалко. Хороший человек. Умрёт скоро с такой дурой! Хпнваци мека! (Стукнутая!))

Дальше разговор перешёл в дипломатический обмен мнениями и предложениями. Дежурно-пустые чмоки-чмоки. Внутренний многоминутный вопль бессильной ярости и растущей ненависти Визгуновой. Словно ей засадили гигантскую игру дикобраза и начали выдёргивать, наслаждаясь мучениями. Ну, а Киракосяниха со смесью злорадства и облегчением от завершения словесного фехтования выдохнула и занялась домашними делами. Попутно цыкнув на любопытных отпрысков, выдававших тихими, но слышными голосами ядовитые комментарии по поводу дружбы столь непохожих подруг.

А Визгунова, зарядившись энергией боя, словно берсерк сожравший поляну грибов, с безумными от злости глазами рванула на кухню, чтобы атаковать взбесившимся слоном только пришедшего домой мужа.

Внушать ему рекурс и дискурс в их отношениях.

Благодаря этому разговору Миля Визгунова – кареглазая, массивная, горластая женщина с активной жизненной позицией – «ни детей, ни фигуры, муж – козёл, подруги – дуры» и характерным поведением – «раз, два, три, четыре, пять, я иду на всех орать», рулевой и единоличный хозяин семейной жизни Серёги, получила отличный повод в очередной раз пересчитать кости своему мужу. Унизить. Повалять его достоинство в грязи. Сбросить злость. Чем она с превеликим удовольствием занялась.

Штурм

Её голос, нарастая, хлёстко бил словесной грязью по психике и чувству достоинства Сергея Петровича, предвещая тому падение в яму полной потери самоуважения.

– Идиот никчёмный, ходишь тут как придурок, обвешанный гаджетами, словно этот стукнутый Циммерман в пиджаке, а пару цифр этих быконов или, как они там, нормально сохранить в одну из своих компьютерных дряней не смог, – гремела Миля, сидя на богато расшитом атласом куртуазных оттенков кухонном диванчике, смачно прихлёбывая чай из чашки производства Роял Альберт.

В углу кухни, украшенной обоями песочных оттенков с силуэтами берёзок, унылыми голосами бормотал телевизор. Шла какая-то полемическая передача, прерываемая бодрыми рекламными позывами.

Миля на телевизор не смотрела. Пожелтевшими от злости глазами болотного оттенка она буравила фигуру мужа – тощего, несуразного, виновато топчущегося у подоконника. В руках он сжимал недорогой китайский планшет российского производства в потрёпанном дерматиновом чехле.

– Битк… – попытался вставить Сергей, но Миля не дала ему договорить.

– Чавку захлопнул, дятел! Из-за тебя я кучу денег потеряла, олух!

Она выплюнула фразу, как плевок. Захрустела обёрткой, чмокнула – откусила половинку шоколадки. Шумно отхлебнула китайский элитный чай из фарфоровой чашечки, поставила на стол. Брезгливо зажмурилась. Повернула кисть, взглянула на ухоженные ногти. Снова взяла чашку. Глоток. Через силу. Пауза. Продолжила вбивать мысль в покорный череп молчащего Сергея.

– Ты – осёл с высшим образованием, а вот малограмотный чабан Миша – молодец! Тебя, наивного простофилю безмозглого, обвели вокруг пальца! Послушал этот аул тебя, как ты ему про новые интернетные веяния бесплатно на блюдечке преподнёс! Разжевал и дал проглотить. Про эти долбаные электрические монеты, будь они неладны. Потом ты же, как последний идиот, бесплатно помог этому торгашу прикупить целую кучу этой хрени за копейки. И недавно, представь себе, дебил ты унылый, они с женой с ха-а-рошей выгодой вовремя их сбыли. И эта смуглая и хитрая проныра только что мне радостно сообщает. Что сообщает? Ты слышишь меня, тряпка бесполезная? Что скоро они поедут своим табором отовариваться в Дубай, потом гражданство может быть получат эмиратское, и при этом даже не собираются делиться со мной полученной прибылью, мать их на уголь! Только тебе спасибо большое говорят. На словах. Бесплатно! Тьфу! И интересно, почему об этом я узнаю позже всех? Я, твоя законная жена! Что у меня муж втихаря миллионеров штампует, аки президент ихний. Вражина ты подлая! Молчишь или хочешь что-то сказать? Ну тогда слушай сюда и не вякай.

Сергей промолчал. Делал вид, что слушает. Но думал о своём. Опыт подсказывал – дать ей проораться минут пятнадцать, и всё. Батарейки сядут. Не вечный же двигатель, в самом деле. Хотя эта жирная, необъятная машина, питающаяся завистью, злобой и хамством, работала стабильно. Почти без перебоев.

Сергей молчал. Виноватый вид, глаза в пол. А Миля – полная сил – вбивала рык прямо в перепонки. Там был весь набор: злоба, зависть, истерика, уколы, гниль. Всё, кроме радости за подругу. И уважения к мужу. Вой оборотня после неудачной охоты.

– У них две квартиры в Москве, куча бабла в банках и на карточках! Шмоток дорогих полные шкафы, машины крутые у этих аферистов, а сейчас и иностранная недвижимость будет, гражданство эмиратское светит, пенсию будут там получать огромную. Так Галя мне сказала. А сами всего лет десять, как переехали к нам из своего нищего степного аула, кочевники, а туда же – успешные хозяева жизни! С нашим гражданством! Узнать бы, кто его им дал! Вот как же так, скажи мне Сергей, или как тебя там сейчас называть, а? – жирные губы Мили собрались в мясистую полоску, подбородок слегка приподнялся. – Дубина проклятая, жизнь мою под откос пустил!

Сергей молча сглотнул, понимая, что Миля не ждёт ответа, а вопросом даёт себе возможность ответить на свой же вопрос.

Глаза болотного цвета буравили мужа, и она продолжила уже с плохо скрываемой ненавистью.

– Этот Миша, или как его там на их курлы-мурлы, свою поганую туземную жрачку впаривает в своих ларьках всяким наивным, кто по экзотике скучает. Ещё, наверное, палёной водкой, или чего хуже, наркотиками втихаря торгует в своих магазинчиках. Надо бы куда надо заявить. А Галя, эта, вся такая жирная, расфуфыренная и модная, со своим левым, точно купленным дипломом врача в частной клинике работает, богатых лохов шаманит дорогими лекарствами. А ты им помогаешь богатеть. Бесплатно! Нет, не бесплатно! За мой счёт! За счёт моего здоровья, нервов, времени, и денег, в конце концов!

Сергей принял задумчиво-озабоченный вид. Во время многосерийной маорийской хаки с местным матерным колоритом, исполняемым Милей уже который год семейной жизни, способной своим резким голосом играючи переорать команду регбистов All Blacks, надо было молчать и слушать. Стоя. Как он сам любил говорить, но так, чтобы сказанное не дай бог, не дошло до Мили, всегда включал режим «Серый слушает, да не слышит», доведённый им до совершенства. Чтобы сохранить остатки личности.

Виновато-послушный вид, периодическое мычание и кивание, или, в зависимости от тональности момента, мотание головой. Обязательно – глаза в пол. И в это же время мысли о своём. Не слышать её. Не видеть её. Это было для него единственной возможной и безопасной позицией сохранения относительного психического здоровья. Отключиться от ревущей действительности.

Моисеевна же обычно орала так, что её резкий голос гремел на пару кварталов даже при плотно закрытых дверях и окнах. Но на этот раз она превзошла даже саму себя.

– Устроились, рыбья кость им в горло! И самое страшное то, что мы, коренные жители нашей великой страны, добрые и порядочные, их приняли гостеприимно, с открытой душой, разрешили в нашей стране жить, дали свободу действий, – морщась допив чай, Миля отложила дорогую чашку, сощурила глаз и пристально посмотрела на Сергея, – и вот, они устроены и успешны, ну, а мы – нищие и голодные, и благодаря наивным идиотам вроде тебя, ходим по своей же стране без денег и перспектив!

Вдох. Выдох. Ор.

– Они успешны, а ты, дурень эдакий, ещё им бесплатно помогаешь. Другой с твоими знаниями и способностями давно бы жене обеспечил достойный образ жизни, но ты, тюфяк ленивый, только в своих компьютерах копаешься за гроши. Штаны, на мои же деньги купленные, в офисе протираешь! Продукты мои жрёшь, сидишь уже который год в этом своём заплесневелом отделе, и в ус не дуешь! Нет бы работу сменил на более денежную, или вышел бы после работы таксовать, курьером работать! Ну, или делал бы что-то руками и продавал, чтобы минимальные деньги иметь, чтобы жена твоё не ходила голая и босая, неухоженная!

– А я не так уж мало зарабатываю, с твоей зарплатой у нас вместе выходит под четыреста тысяч деревянных в месяц, а с моими халтурами даже больше, ты точнее скажешь, деньгам счёт ты же ведёшь, – робко прошелестел Сергей. Он знал, что больше четырёх пятых в эту «общую» сумму вносят его мозги, но спорить не решился. Здоровье дороже.

– У нас! Четыреста тысяч, офигеть, пора яхту стометровую как у Кармановича покупать на сдачу! – с ненавистью, сузив глаза и сжав губы, передразнила мужа Миля, и, не дав тому вставить слово, продолжила, – С какого барабана ты мои деньги своими считаешь? Твои деньги – на хозяйство, а мои – на старость. Или ты, дурак, думаешь, что нам твоей нынешней зарплаты хватит для достойной жизни? – Миля ещё больше сузила глаза и яростно повысила и без того громкий голос. – Жмот, нищеброд! И кстати, почему вот прямо сейчас ты мне не скажешь, что ты будешь делать, чтобы жену из нищеты вытаскивать? Не молчи, урод недоделанный!

Сергей молчал. Ему нечего было возразить. Жена была похлеще пылесоса. Высасывала все деньги подчистую. И зарплату, и халтурку, любые деньги, поступившие Сергею, попадали прямо в её загребущие руки. Не жена, а налоговики в пору кризиса.

Бойня

– Подай мне торт из холодильника, хамит он тут! – властно приказала Миля, дождавшись, пока Сергей поспешно, но аккуратно, чтобы не просыпать ничего, положит перед женой кусок торта и вернётся к подоконнику. С хрустом отделила вилкой приличный кусок, отправила его в рот, и смачно облизав вилку, продолжила выговаривать, чуть тише, пока, чавкая, шуршала и хрустела меренгами во рту. – Ты у них когда спросишь, как они тебя будут благодарить деньгами за то, что ты им позволил так разбогатеть? Долю будешь брать? Или, как всегда, будешь кость собачью молча сосать, интеллигент никчёмный?

В этот момент она смотрела не на Сергея, а в телевизор на рекламу, а во взгляде Сергея явственно читалось «Хоть бы ты меренгами подавилась, ненасытная тварь, образина психованная!». Обсыпанная меренговой крошкой полногубая и большая ротовая полость Мили вызвала у него стойкое чувство отвращения.

– Нет. С чего вдруг? – внешне спокойно удивился Сергей. Ему тоже хотелось своего любимого торта, но взять себе кусок он не решился. Вздохнул, мысленно перекрестился и начал объяснять:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.