Олег Торбосов
Путь одного агентства. Том 2
Правдивый бизнес-роман про то, как один Олег международное агентство недвижимости строил

Соцсети, отмеченные звёздочкой (*), принадлежат компании Meta, признанной экстремистской организацией, и запрещены на территории Российской Федерации.

Использованы фотографии из личного архива автора

Книга выходит в авторской редакции

© Торбосов О. Н., текст, оформление

* * *

Глава 1
День у бассейна

– Тебе заказать кокос? – спросил я у мамы, которая неторопливо плавала в бассейне, разглядывая пальмы, колышущиеся на фоне бирюзового моря.

– Ну, если ты будешь, я бы тоже не отказалась, – ответила она и продолжила свой заплыв, следя при этом, чтобы поля соломенной шляпы не касались воды.

Я поднял руку, и через мгновенье к моему шезлонгу подошёл улыбающийся таец.

– Ту колд коконат, плиз, – произнёс я и, дождавшись, когда официант удалится в поисках двух охлаждённых кокосов, расслабленно откинулся на мягкую спинку.

В тайском отеле «Би-Лонг» на Пхукете мы проводили новогодние каникулы с мамой и братом третий год подряд. Расположенный на первой линии пляжа Патонг малоэтажный отель нравился мне своим незамысловатым уютом. И наличием специальной комнаты с большим столом, где по вечерам я собирался с моими подписчиками и играл в «Бэнг» – настольную игру противостояния шерифа и бандитов.

Отгремевшие вчера новогодние салюты остались тёплыми воспоминаниями в галерее маминого телефона. Я же давно перестал снимать фейерверки, понимая, что потом эти видео не пересматриваю. Шёл первый день 2020 года. Мой младший брат Лёха ещё спал в номере. Я же, как человек, последние четыре года не употребляющий алкоголь, утром первого января уже лежал на шезлонге возле бассейна и планировал написать свой традиционный месячный отчёт о работе «Вайтвилл» – моего агентства недвижимости.

Поскольку это продолжение книги «Путь одного агентства», то предполагается, что вы читали первую часть моего романа и мне не придётся долго рассказывать вам, что представляет собой компания «Вайтвилл». Попробую уложиться в один абзац.

Моё агентство недвижимости продаёт премиальные новостройки, особняки и пентхаусы в центре Москвы. Главный офис компании работает на пятидесятом этаже одного из небоскрёбов комплекса «Москва-Сити». Второй офис – на Рублёво-Успенском шоссе, в эпицентре элитной загородной жизни. Летом 2019 года компания отпраздновала свой третий день рождения. За это время у меня получилось собрать команду из пятидесяти человек, выстроить эффективный департамент маркетинга и по итогам года собрать коллекцию золотых медалей, став лучшим по продажам сразу у восьми премиальных застройщиков столицы. Мы добились лидерства даже в «Веспере», который на московском рынке недвижимости воспринимался как «Бентли» на автомобильном рынке.

Первые три года для компании – самые сложные. И хотя в первый год закрывается 80 % бизнесов, всё же «долиной смерти» называют именно третий год. За это время у предпринимателя есть возможность сделать все возможные ошибки. Дальше он либо добавляет ещё один крест на кладбище умерших компаний, которые нахватались смертельных вирусов и погибли, либо получает иммунитет и продолжает движение, войдя в 10 % тех, кто выжил.

В первой части «Пути одного агентства» я описывал, как вместе с командой у меня получилось пройти сквозь равнодушие коллег и бойкот застройщиков. Через подставы конкурентов и хитрости клиентов. Я видел, как с каждой нашей победой иронично-презрительные усмешки участников рынка сначала сменялись на недовольное бурчание, а затем и на смиренное принятие. И если за первые полгода работы брокеры «Вайтвилл» смогли продать всего на 350 миллионов рублей, то следующий год мы закрыли уже с результатом в 1,7 миллиарда. В 2018-м моя команда совершила сделок на 5,3 миллиарда, а всего несколько дней назад мы завершили 2019 год, продав недвижимости в центре Москвы на 9,5 миллиарда рублей.

Официант принёс два кокоса с празднично торчащими из них жёлтыми бумажными зонтиками. Я беззаботно лежал на шезлонге, потягивал сладкую кокосовую воду, смотрел на медленно плывущие по небу облака причудливой формы и крутил в голове мысли о том, как нам удвоить свои продажи в новом году. Я даже не представлял, с какими испытаниями мне предстоит столкнуться всего через несколько месяцев.

Глава 2
Год добра

Первые несколько дней года пролетели в обстановке расслабленного отдыха. Мы гуляли, ездили на экскурсии, купались и ели манго в неприличных количествах.

Третьего января я решил поработать и опубликовал пост с итогами декабря. Месяц получился рекордным за всю историю компании. За тридцать один день команда «Вайтвилл» продала на 1,8 миллиарда рублей. Я торжественно объявил ребятам, что мы вместе отпразднуем этот wow-результат поездкой на отдых.

Традицию с командными путешествиями я придумал ещё в 2017 году. Тогда, зажмурившись, я поставил перед командой план продать за месяц на миллиард рублей. Если сделаем – летим отдыхать на море за мой счёт. Чтобы достичь такого объёма сделок в то время, нам потребовалось бы примерно полгода. Как добиться этого результата за тридцать дней, не понимал никто.

Не знаю, как это сработало, но через несколько месяцев заветный миллиард случился. Как бы иронично это ни звучало, но для меня это было похоже на какую-то магию из фильма «Секрет». Запланировали – озвучили – получили.

В тот раз мы полетели с командой в Турцию. Нас было всего десять человек, но эта первая поездка навсегда останется в моей памяти.

Вернувшись, я поставил перед командой новый план – 1,5 миллиарда рублей за месяц. В декабре 2018 года команда смогла пробить эту планку, и мы снова отправились на отдых. Уикенд провели в уютном отеле в Рас-эль-Хайме. Декабрь 2019 года – и снова рекорд, а значит, впереди новое путешествие.

Длинные новогодние каникулы – не лучшее время для организации поездки. Я обсудил с моим ассистентом Ростиславом, что мы начнём готовить путешествие после праздников, как только все вернутся в рабочий ритм.

Ростислав уже четвёртый год был моей правой рукой и помогал развивать «Вайтвилл». Историю его появления в моей жизни я подробно описывал в первой части «Пути одного агентства».

Отчёт написан. Дальше я решил определить, на чём хочу сфокусироваться в следующие двенадцать месяцев.

Так, 2017 год я обозначил для себя годом трезвости. С того момента больше не пил алкоголь. 2018-й прошёл под флагом чистой речи. Я старался меньше материться. План сработал – количество бранных слов, слетающих с моих губ, резко уменьшилось. Прошлый год я назвал годом английского. Несколько раз в неделю стал исправно заниматься с преподавателем. Заговорил увереннее. Два месяца провёл на учёбе в Америке, а затем в Англии, оттачивая навыки.

Выбор фокуса на год не означал тотального подчинения всего уклада жизни этой идее. Это было больше похоже на приятный саундтрек, который фоном играет следующие двенадцать месяцев в гостиной моей жизни. В минуты скуки или сомнений он подсказывает, как лучше поступить.

Новый 2020 год я решил сделать годом добра. Подумал, что хочу больше помогать людям. Но не всем без разбору, а тем, кого хотелось бы поддержать, – предпринимателям, детям, школьникам, студентам. Тем, кто только нащупывает почву под ногами, начинает жизнь.

В мою концепцию добра не входило желание просто дать кому-то денег. Я подумал, что мог бы больше выступать, делиться опытом и знаниями. Подарить свою первую книгу «Путь одного Олега» тем, кто не может себе позволить её купить. Мне хотелось отдавать.

На эмоциях от выбранного на год фокуса я тут же решил провести на Пхукете встречу с подписчиками. На мой аккаунт в инстаграме* в этот момент было подписано чуть больше 120 000 человек. Телеграм-канал, созданный ровно год назад у бассейна в этом же отеле, насчитывал 19 000 читателей.

Несколько касаний пальцами по экрану. Камера. Улыбка. Через пятнадцать секунд на тысячах смартфонов появилось моё довольное лицо: «Ребята, привет. Решил провести встречу с подписчиками на Пхукете. Приходите в понедельник 6 января в 17:00 в “Сикрет Клиф”. Познакомимся, поболтаем. Участие бесплатное, регистрация не требуется. До встречи».

Глава 3
Вечер на скале

Ясделал три шага и оказался на сцене. Напротив меня в тёплом свете заботливо растянутых между пальмами уличных гирлянд сидели шестьдесят человек, настроенных на интересный вечер. За спиной аудитории уходило за горизонт бесконечное море, которое закат окрашивал в багряные оттенки. Но его не видел никто, кроме меня. Глаза зрителей были прикованы к сцене.

Там в плетёном белом кресле с микрофоном в руке расположился я. Рядом стояло второе кресло. На него один за другим усаживались подписчики. Они рассказывали свои истории, задавали вопросы, благодарили за блоги, подкасты и книгу.

Мы сидели под открытым небом в уютном местечке «Сикрет Клиф», спрятанном на скале среди густых джунглей острова, и болтали. Обычно здесь проходят свадьбы, но сегодня разговоры были о бизнесе и жизни. Час, два, три – никто из участников не торопился покидать этот зрительный зал без стен и потолка. Многие пришли семьями. Прихватили с собой детей. Малыши беззаботно играли неподалёку от сцены, увлечённо визжали и смеялись, вызывая у меня искренний интерес. Где-то в глубине души я давно мечтал стать отцом, но последние несколько лет посвятил строительству компании, совсем забив на построение отношений.

Уже давно стемнело, когда я наконец произнёс в микрофон:

– Так, ребята, это всё на сегодня, расходимся.

Трёх часов зрителям оказалось недостаточно. Подписчики не отпускали меня, поэтому пришлось сделать с ними ещё пятьдесят фотографий и даже закрыть часть счетов, которые по какой-то причине забыли оплатить некоторые участники встречи. Так, помимо нескольких часов жизни, инвестированных в эту беседу, мне пришлось заплатить ещё около 30 000 рублей за своих забывчивых последователей.

«Добро пожаловать в год добра, Олег», – произнёс я про себя, спускаясь на байке по извилистому серпантину, ведущему в сторону города. Тёплый ветер приятно шуршал в ушах и трепал торчавшую из-под шлема чёлку. В теле чувствовалась усталость, но мне было хорошо.

В голове всплывали улыбающиеся лица детей, которые играли возле сцены. Я представил, что произношу имя и вдруг один мальчишка прекращает играть, встаёт и подходит ко мне: «Пап, ты звал?» – говорит он. «Да, звал», – отвечаю я. По телу прокатилась тёплая волна. «А где же моя мама?» – спрашивает мальчик и внимательно смотрит на меня своими чистыми глазами.

Байк вошёл в резкий поворот. Я на несколько секунд отвлёкся, и мальчик растворился, оставив эхом в голове звучать слова: «А где же моя мама…»

На руке едва заметно дёрнулись часы, извещая о наступлении полуночи. «Ночь на Рождество, самое время, чтобы загадать желание, – подумал я и невольно добавил скорости. – Найдём мы тебе маму». Мопед зарычал и, ускорившись, покатил меня в сторону отеля.

Следующим утром я проснулся с твёрдой уверенностью в том, какой следующий шаг мне нужно сделать.

Рука потянулась за телефоном. Открыл заметки. Пальцы заскользили по экрану, превращая мысли в строчки.

«Загадал я тут на Рождество желание: встретить девушку. Внешне приятную, без силикона на лице. Младше меня, но с головой на плечах. Умную и увлекающуюся. Может, даже со своим бизнесом, чтобы общей реальности больше было. С чувством юмора, но без сарказма. Без желчи и злости в душе. Не слишком сложную, не замороченную, но и не предельно простую. Чтобы не курила, даже кальян, и не хотела пропустить бокальчик вечерком. Тело своё чтобы любила и держала в форме, подтянутым и стройным. Этичная чтобы была. Чтобы детей любила и хотела уже в этом году родить малыша для себя и для меня. Круто, если она не против дать сыну имя Богдан или Матвей. Чтобы могла понять и поддерживать реальность своего спутника. Мозг ему не выносила, не истерила и ценила свою и его свободу. Чтобы запахи приятные любила и сама была результатом этой любви. Вот такая идеальная картинка мне привиделась. Подумал, может, есть среди моих подписчиц такая, которая меня уже знает и хочет увидеться, поболтать. Где-то слышал, что, если о желании рассказать, оно не сбудется. Пишите».

Я ещё раз пробежал по тексту глазами. Открыл свой телеграм-канал и скопировал туда письмо. «Ну, была не была», – выдохнул я и нажал «Опубликовать».

Глава 4
Важные лиды

Весь день я провёл у бассейна с телефоном, разбирая сообщения от девушек.

Идея поиска спутницы жизни среди подписчиц была в следующем: если человек следит за мной в социальных сетях хотя бы полгода, то уже понимает мои ценности, уклад жизни и ход мыслей. Мне не надо будет проходить первый этап знакомства, чтобы понравиться и что-то доказать. Если девушка прочитала моё письмо и решила ответить, то предполагается, что я ей симпатичен. В идеале, если бы она ещё и смеялась от моих шуток в подкастах и телеграм-канале, потому что юмор в моей жизни стоял на важном месте.

На моё письмо о поиске спутницы я получил сто двадцать ответов. Через пять часов после публикации мне даже пришлось закрыть возможность отправлять новые сообщения. Хотел внимательно разобрать все поступившие запросы.

Во время чтения этих трогательных писем у меня возникло чувство, что я зашёл в очень чувствительную область – область женского сердца. Одни девушки признавались, что уже много лет влюблены в меня. Это звучало настолько искренне, что по телу бежали волны тепла. Другие писали, что не рассматривали меня в контексте отношений, а больше интересовались моим образом предпринимателя, но после развёрнутого письма решили попробовать.

Я понимал, что своими ответами должен действовать как хирург, который проводит важную операцию на открытом сердце. Важно не ранить в ответ на искренность, но при этом не давать ложных надежд в ситуации, где мне сразу было понятно, что союз не сложится.

Потягивая кокос у бассейна, я смог ответить на каждое сообщение примерно за пять часов. Я благодарил за интерес к моему письму и просил у девушек ссылки на инстаграм-аккаунт*. Дальше внимательно изучал страницу и действовал по принципу первого впечатления: нравится / не нравится. Слушал больше сердце, а не разум.

В подходе к выбору человека с планами на долгую совместную жизнь я разделял принцип, озвученный в стихе Омара Хайяма: «Ты лучше голодай, чем что попало есть, и лучше будь один, чем вместе с кем попало». Мне точно не нужны отношения любой ценой.

При выборе смотрел на сочетание факторов: внешность и история о себе в приветственном письме. У девушек, которые показались мне интересными, я просил личный номер. Мы переходили в формат переписки. Те, у кого профиль в инсте* был закрыт или не содержал фотографий, – не прошли дальше «по воронке»: так в шутку назвал мою затею Ростислав. Он считал, что поступающие мне сообщения от девушек похожи на лиды в отделе продаж.

По итогу всей этой авантюры с поиском спутницы жизни среди моих подписчиц я назначил пять свиданий. Новогодние каникулы заканчивались, в Москву мы планировали вернуться уже завтра, поэтому я не стал откладывать в долгий ящик и выбрал днём свиданий ближайшую субботу – одиннадцатое января. Место тоже подобрал удобное для себя в зимней Москве: итальянский ресторан «Форте Белло» в «Афимолле». От башни IQ-квартал, где я снимал квартиру в это время, до ресторана было идти минут пять по крытой галерее.

До заката я успел отправить вежливые отказы всем, кто не вошёл в пятёрку фавориток. Делать это нужно было деликатно: чтобы не обидеть тех, кто, набравшись смелости, проявил себя и сообщил о чувствах.

Поздним вечером мы сидели с мамой и братом в тайском ресторане на прощальном ужине и уплетали пад-тай с креветками. Мама за десять дней каникул изрядно соскучилась по своей работе и представляла, как удивит приятельниц, вручив им корзину тайского манго и флакончики с целебным змеиным ядом. Лёша рассказал, что весной планирует поехать в Испанию, чтобы встретиться с влиятельным буддийским Ламой. Последние годы он увлекался буддизмом и каждый раз перед сном в номере по часу читал какие-то мантры, мешая мне уснуть.

– Олег, у вас зашкварные результаты получились в прошлом году? – вдруг спросила мама. Лёша на этих словах чуть не подавился креветкой. Я тоже на секунду потерял дар речи.

– Мам, а что, по-твоему, означает слово «зашкварный»? – с улыбкой уточнил я.

– Ну, очень большие, заоблачные, – смутившись, ответила она.

– Ах-ах, у этого слова немного другое значение, но да, год у нас получился отличным.

Глава 5
Январская ловушка

Вечером следующего дня наш самолёт приземлился в аэропорту Домодедово. За тринадцать часов полёта у меня в голове родилась целая гирлянда бизнес-идей. Теперь мне хотелось побыстрее воплотить всё это в жизнь. Я проводил маму на пересадку до Екатеринбурга, попрощался с братом, жившим на другом конце города, вызвал «Убер» и покатил в сторону Сити.

Прилетать в Домодедово я не любил. Если от Шереметьево или Внуково при хорошем раскладе до дома получалось добраться за тридцать минут, то дорога из Домодедово занимала у меня в среднем полтора часа.

Покорно откинув голову на подёрнутое инеем заднее стекло «Мерседеса», включил в наушниках Людовико Эйнауди и принялся рассматривать монотонно-серые московские улицы. За окном проплывали отвалы пыльного снега, грязные машины и кутающиеся от зимнего ветра прохожие на автобусных остановках.

После тропических красок Таиланда с голубым небом, вечно бирюзовым морем и багряными закатами Москва выглядела как город с экрана чёрно-белого телевизора.

Я не любил январь. Эта нелюбовь пришла с появлением своего бизнеса. В школьно-студенческий период длинные новогодние праздники я воспринимал как классную возможность отдохнуть. Но сейчас в моём предпринимательском мозгу все десять дней тикали счётчики за аренду двух офисов и зарплаты сотрудников. Причём январские оклады были такими же, как в октябре или апреле, хотя жизнь в офисе на две недели была фактически поставлена на паузу.

Да и наши январские продажи из года в год были рекордно низкими. Клиенты разлетались по курортам. С Мальдив и Бали они лениво отвечали брокерам: «Давайте уже после праздников».

Отделы продаж застройщиков за первую половину месяца полноценно работали дня три. В офисе стихал привычный гул звонков. Слышно только, как на потолке одиноко шелестят новогодние снежинки из фольги, напоминая о прошедших праздниках.

Наблюдая за разными компаниями, я отметил явление, которое назвал «январской ловушкой». Большинство бизнесов в январе проваливались по выручке. Не закрывали существенных сделок. Декабрь же всегда был сильным месяцем. Поэтому руководство не замечало опасный провал. Топ-менеджеры неспешно доедали оливье и раздумывали, как потратить годовые бонусы.

Я заметил, что застройщики и агентства недвижимости на все новогодние праздники отключали рекламу. Зачем палить деньги вхолостую? На звонки клиентов всё равно никто не ответит – менеджеры отдыхают. Тут их и поджидала ловушка.

Выручка в январе была низкой. В феврале компанию накрывало цунами расходов. Декабрьские деньги заканчивались. Новых клиентов за первый месяц зашло мало. Нужно снова платить аренду за офис, выдавать зарплаты и активно вкладываться в рекламу. Но денег на это у компании не хватало.

Чуть не попав в такую ловушку год назад, я попросил Ростика в ноябре сформировать специальный «фонд января». Туда мы два месяца откладывали деньги. В итоге в начале года у нас был свободный капитал, чтобы буферизировать слабые продажи, не снижая при этом расходов на рекламу и не допуская задержек по выплатам брокерских бонусов.

Я ехал по зимней Москве и размышлял, каким в этом году получится январь. За все новогодние каникулы мы закрыли несколько жалких сделок. Вдохновляющими результатами не пахло. Успокаивало, что маркетологи все праздники крутили рекламу, а дежурные брокеры вышли в офис уже второго января, чтобы разбирать заявки от клиентов, которые на Новый год загадали желание купить новую квартиру.

Чёрный «Мерседес» заехал на территорию Москва-Сити. Я дежурно кивнул консьержу на ресепшене. Поднялся на лифте на седьмой этаж. Вошёл домой и понял, что за длинные каникулы соскучился по своей квартире.

Я жил в уютных апартаментах с одной спальней площадью семьдесят метров. Мне сдали их сразу после ремонта, поэтому мебель и вся бытовая техника была новой. Тёмно-серая кухня с островом. Стильный синий диван. Большой телевизор. Модные обои с геометрическим узором. Интерьер мне определённо нравился. При этом и в спальне, и в гостиной открывались окна. Причём на всю высоту створки. Такого не было больше ни в одной башне в Сити. В некоторых небоскрёбах можно было открыть только форточку или узкую щёлку для доступа свежего воздуха. А, к примеру, в башне «Федерация» окна не открывались вовсе.

Приняв горячий душ, я прыгнул под одеяло. Перед сном решил из любопытства проверить, не написал ли кто-нибудь из наших конкурентов свои отчёты за год. Открыл инстаграм*, и здесь меня поджидал сюрприз.

Глава 6
Полезная прозрачность

Яначал публиковать отчёты о продажах «Вайтвилл» начиная с первого месяца жизни компании. В посте я указывал названия жилых комплексов, где прошли сделки, стоимость каждой проданной квартиры, а также общую сумму сделок компании за месяц. Сами отчёты я постил в инстаграм*, фейсбук* и в свой телеграм-канал.

Идею транспарентности (так сейчас в бизнес-мире называют прозрачность) я подсмотрел в компании «Додо-пицца». Её основатель Фёдор Овчинников был не только моим приятелем, но и клиентом «Вайтвилл». Он вывел на сайт компании в режиме реального времени выручку всей сети пиццерий.

Мои ежемесячные отчёты принесли компании несколько неочевидных плюсов. Их читали застройщики. Они видели, сколько и где мы продаём. Их читали потенциальные клиенты, понимая, какие суммы с нами тратят другие такие же покупатели. Следили за нашими цифрами продаж и будущие брокеры, которые задумывались о смене агентства, посматривая за динамикой нашего роста. Читали мои отчёты и партнёры – частные брокеры и банкиры, которые передавали нам клиентов и подпитывались энергией сделок.

Почему другие владельцы агентств недвижимости не взяли этот простой приём на вооружение?

Возможно, дело в отсутствии аудитории, на которую можно транслировать свои цифры. Когда у тебя пятьсот подписчиков и пост с результатами компании собирает двадцать лайков и один комментарий, сложно из месяца в месяц вовлечённо писать. Возможно, дело в самих цифрах. Если они не впечатляют, а хуже того – из года в год падают, то публиковать их неприятно.

Я валялся на кровати и просматривал в фейсбуке* аккаунты известных мне собственников агентств недвижимости. Искал среди праздных поздравлений посты с итогами года.

За три года работы на рынке конкуренты привыкли к «молодому выскочке из “Бизнес Молодости”» – именно так они иронично называли меня в первый год работы «Вайтвилл». Их риторика менялась с каждым нашим рекордом. Один за другим мы установили молчаливую дружбу в социальных сетях. Это напоминало пословицу «держи друзей близко к себе, а врагов ещё ближе».

– Так, «Бархат» [#], нет отчёта. «Сэр Джон» [#] – тоже пусто, – про себя проговаривал я, поочерёдно перебирая аккаунты владельцев разных агентств недвижимости. – «Крайм» [#] – тоже нет итогов. «Тетриум» [#], «Го Хоум» [#], «Вэст» [#] – везде тихо. (Если вы встречаете в тексте этот символ [#] после названия компании или имени человека, значит, я решил изменить их, чтобы не напрягать героев.)

Зайдя последовательно на десяток страничек своих коллег по бизнесу, я наткнулся на пост с итогами года только у Ильдара из «Этажей». Но сравнивать наши бизнесы было некорректно. У ребят были офисы в ста восьмидесяти городах, тысячи агентов в нескольких странах, а компания по количеству сделок входила в десятку крупнейших агентств недвижимости в мире. Бизнес «Вайтвилл» с командой из пятидесяти брокеров был больше похож на бутиковый заводик по ручной сборке «Ламборгини» в сравнении с гигантскими конвейерами корпорации «Форд».

Глаза слипались. Мозг требовал убрать телефон в сторону и погрузиться в сон. Сказывалась усталость после многочасового перелёта из Таиланда. В финале своего сёрфинга по страничкам конкурентов я решил проверить, не вышел ли отчёт с итогами года у основательницы «Матрёшки риелти» [#].

Те, кто читал первую часть моей книги, уже встречались с этой компанией. Десять лет назад она считалась главным делюкс-агентством Москвы. Но с появлением «Вайтвилл» начала год за годом терять позиции, при этом всё ещё оставаясь заметным игроком на рынке.

Я устроился в кровати поудобнее и вбил фамилию основательницы агентства в фейсбук* – не находит аккаунт. Открываю инстаграм* – та же история. Странно. Такое возможно только в двух случаях: если аккаунт удалён или если меня заблокировали. Через минуту я залогинился со своего резервного аккаунта и убедился, что основательница «Матрёшки» заблокировала меня в обеих социальных сетях.

«Так, неспроста это», – подумал я, заходя на её страничку. Но через мгновение всё встало на свои места. В ленте был опубликован отчёт с итогами года.

Глава 7
Дубайский ветер

Глаза скользили по тексту отчёта, выискивая цифры, в которых прячется ответ на вопрос: почему профессиональная руководительница агентства со степенью MBA, чья компания в этом году планирует отпраздновать двадцатилетие, вдруг обиделась на своего молодого коллегу?

Ответ прозвучал во фразе: «Мы снова стали номер один на рынке, за год продав недвижимости на 8,7 миллиарда рублей…» Стало очевидно, что на третьем году жизни моя небольшая команда с объёмом продаж в 9,5 миллиарда рублей за те же двенадцать месяцев 2019 года обошла многолетнего лидера рынка, к тому же забрав первое место в «Веспере». Вероятно, это стало последней каплей.

«Вот так и меняются лидеры», – подумал я, закрыл глаза и удобно устроился на подушке. Такая блокировка была для меня высшей степенью признания.

Пятницу я провёл в офисе. Наше уютное пространство на сорок третьем этаже башни «Империя» наполнилось привычным гулом брокерских голосов и запахом кофе. В этот офис мы переехали осенью 2018 года, объединив два соседних блока площадью 250 и 160 метров. Прошло больше года, и я стал замечать, что сотрудники заполнили все рабочие места. Ещё пять месяцев назад половина столов пустовала.

– О, Ростик, здарова, – поприветствовал я своего бизнес-ассистента на входе в переговорку. – Не виделись с прошлого года.

– Да, привет, – улыбнулся он. – Как отдохнули?

– Мама нереально кайфанула, – ответил я, усаживаясь в бежевое кожаное кресло за столом в любимой части офиса, откуда открывался панорамный вид на МГУ и «Лужники». Ростик сел рядом и нажал кнопку вызова офис-менеджера, чтобы заказать чай. – Мы сейчас видимся с мамой два раза в год: во время новогодних праздников и летом, когда я приезжаю на Урал. Поэтому ценю каждую минуту, проведённую вместе.

– Ну, классно, а я тоже с мамой был, только в Испании.

– По твоему загорелому лицу видно, что отдых прошёл хорошо.

– Да, – кивнул Ростик. – Нам, кстати, надо решить, куда поедем с командой отмечать декабрьский рекорд.

– Какие варианты?

– Я тут делал запрос в турагентство, – в этот момент Ростислав открыл свой ноутбук. – Они скинули варианты. Выбор стран небольшой. Для Турции не сезон сейчас. На Кипре тоже прохладно. До Таиланда лететь тринадцать часов. С учётом нашей трёхдневной поездки дорога сожрёт половину времени. Идеальный вариант – Эмираты.

– Звучит недурно, – согласился я, разливая по чашкам принесённый офис-менеджером зелёный чай. – Мы вот в Рас-эль-Хайму гоняли за прошлый рекорд, все оценили.

– Да, я видел у тебя в сториз, – с грустью в голосе сказал Ростик. В ту поездку у него не получилось полететь, потому что он отвечал за переезд компании в наш текущий офис.

– Бро, предлагаю шикануть и полететь в Дубай! Прикинь, как оттянется команда?! Особенно если мы закроем глаза на смету и выберем какой-нибудь кайфовый отель. Например, мой любимый «Риксос» на Джибиаре.

На этих словах я расплылся в улыбке и откинулся на спинку кресла. В голове начали всплывать картинки, как будет смотреться наша поездка на фоне вялотекущего серо-зимнего настроения московского рынка. Панорама высотного Дубая, переливающийся неоном «Риксос» на фоне бирюзового моря с белыми точками яхт. На парковку к отелю, фырча, подъезжают ярко-жёлтые «Ламборгини» и красные «Феррари». На них бросают снисходительные взгляды пассажиры пузатых «Роллс-Ройсов».

О каждом нашем путешествии я со вкусом рассказывал в своих социальных сетях. После каждой публикации в отдел персонала «Вайтвилл» выстраивалась очередь из желающих попробовать себя на позиции брокера. Видимо, тоже хотели ездить с нами в путешествия. Но далеко не все кандидаты подходили мне по уровню.

Я понимал, что компании нужно продолжать расти. В этом году мы просто обязаны снова удвоить наши продажи, чтобы сохранить лидерские позиции на рынке. Но для этого мне нужны не простые агенты, которых я соглашался брать на начальном этапе становления. Теперь мы играем в Высшей лиге. Мне нужны сильные обученные брокеры, способные закрывать «жирные» сделки.

Я наклонился к столу и с заговорщицким видом сказал Ростиславу:

– У меня есть идея. И не одна.

Глава 8
Двадцать миллиардов

– Поездку с командой надо спланировать на начало февраля. Важно не оттягивать, чтобы вознаграждение в голове у ребят шло безотрывно от результата. – Ростислав кивнул и начал записывать. Я глотнул чая и продолжил: – На следующей неделе мне нужны все детали нашего путешествия, чтобы я объявил об этом команде и поставил перед ребятами новый годовой план.

– И какой он будет?

Я выдержал загадочную паузу, после чего торжественно произнёс:

– Двадцать миллиардов рублей.

– Ого, нехило, – Ростик сказал эти слова с такой странной интонацией, что я даже на секунду засомневался, реален ли мой план. – Получается, мы должны будем каждый месяц закрывать сделок на 1,6 миллиарда рублей? Это примерно столько же, сколько в рекордном декабре…

– Да, звучит смело, – согласился я, – но у меня есть несколько идей, которые должны сработать, – я встал с кресла и подошёл к окну. – У агентства недвижимости есть всего пара способов масштабироваться. Какие?

– Закрывать больше сделок? – предположил Ростислав.

– Логично, а что для этого нужно?

– Больше клиентов?

– Правильный ответ. Я предлагаю прямо с января удвоить наш бюджет на маркетинг и при этом качнуть партнёрский департамент. Каждый агент из Сочи, Питера, Челябинска, да вообще со всех городов страны, если даже краем уха услышит, что его клиент хочет что-то купить в Москве, должен сразу вспоминать про «Вайтвилл». С нашей стороны мы обязаны сорганизовать для партнёров удобную службу по передаче клиентов. Наши сотрудники всегда должны быть на связи, а платежи партнёрам за сделки должны идти без задержек.

– Это должна быть программа, сайт или как ты это видишь? – уточнил Ростислав.

– Да, сайт, чтобы ты зашёл, вбил контакты клиента и за ним сразу закрепился наш менеджер.

– Окей, поставлю задачу на разработку.

– Хорошо. Теперь попробуй найти ещё один метод, как нам вырасти в два раза в этом году, – я сел в кресло и в ожидании ответа сделал глоток чая.

– Ну, если у нас будет больше клиентов, то нам нужно набрать брокеров, – задумчиво проговорил Ростислав. – Тогда они сделают больше продаж.

– И опять в точку, Рос. Чем больше брокеров, тем больше сделок. И чтобы у нас было достаточно обученных сильных продавцов… – несколько секунд я выдержал паузу, – мы запустим академию «Вайтвилл».

На этих словах я встал со своего места, подошёл к подоконнику, на котором лежал мой рюкзак, и достал из него ноутбук. Нажав несколько клавиш на клавиатуре, я повернул монитор к Ростику. На экране была афиша с анонсом академии «Вайтвилл».

– Сделал эту картинку прямо в самолёте, пока летел из Таиланда в Москву. Вспомнил своё дизайнерское прошлое.

Пока Ростислав изучал постер, я рассказал ему, что во время полёта у меня появилась идея обучать талантливых продавцов из других городов и сфер бизнеса московскому рынку новостроек. Будем готовить нам кадры.

– Мне постоянно пишут ребята, которые успешно продают недвижимость в Питере и Сочи, но при этом не знают Москву. Они не в курсе, какие тут застройщики и объекты. Я соберу человек двадцать в лектории и подготовлю для них курс про московский рынок премиальной недвижимости. Там будут лекции, касающиеся всех сфер, которые должен знать наш текущий брокер. Вот смотри, – я указал Ростиславу на верхнюю часть экрана, где на постере были перечислены основные направления курса. – Устройство Москвы и основные районы города. Застройщики и объекты, которые они строят. Стили архитектуры и дизайн интерьеров. Я раскрою тему продаж и работу с возражениями клиентов, а также всё, что касается взаимодействия с девелоперами и проведением сделки. По моей оценке, получится дней на пять-шесть плотного контента.

– Звучит круто, – одобрил Ростислав. – А сколько будет стоить обучение в нашей академии?

Я поднял глаза в потолок, прикидывая цифры. Через несколько секунд у меня был готов ответ.

Глава 9
Задач прибавилось

Ростислав повторил свой вопрос:

– Так сколько будет стоить обучение в академии? Или, может, это бесплатно будет?

– Ну да, точно, бесплатно, – усмехнулся я. – Мне нужно человек двадцать слушателей. Записывать лекции просто перед камерой без живых людей в зале мне не нравится. Не та энергетика. Думаю установить цену на живое обучение в 290 000 рублей. Стоимость такая будет, чтобы была качественная аудитория, а не риелторы-неудачники, – я закрыл ноутбук и, закинув руки за голову, откинулся на спинку кресла. – Один раз прочитаю лекцию вживую, и мы запишем их на видео. Потом соберём из этих роликов внутренний курс. Наши действующие брокеры бесплатно получат крутой блок системного обучения. А дальше самое интересное: если у нас появляется кандидат, который бьёт себя в грудь и говорит, что он крутой продавец, но недотягивает по знаниям, наши эйчары предложат ему пройти платное обучение. Если он всё усвоит, сдаст аттестацию, то мы можем рассмотреть его в команду. Хотя место в «Вайтвилл» ему не будет гарантировано. Как тебе план?

– Огонь, – улыбнулся Ростислав. – А кто будет читать лекции по архитектуре и прочее?

– Есть на примете спикеры. Человек пять. Андрюху пригласим прочитать блок про ипотеку, а Юлю, нашего дизайнера, попросим раскрыть тему дизайна интерьера. Она, кстати, в Британке преподавала. Миша Шапошников очень круто про планировки рассказывает. Ты помнишь его, я думаю. Он ведёт на ютубе свой канал «Дневник Дизайнера».

– Да, конечно, помню.

– Тогда я допилю афишу и опубликую у себя в соцсетях, что планирую провести один раз вживую такой курс на брокера по новостройкам Москвы. Продадим двадцать мест. Арендуем площадку. Я подготовлю все лекции. И дело сделано. Каждый новый брокер «Вайтвилл» будет хорошо обучен.

– А если мы сами зовём человека к нам в команду, ему надо будет платить за обучение?

– В том-то и дело, что нет. Обучение будет платным только для тех, кого мы пока не готовы взять на борт.

Первый рабочий день года пролетел в одно мгновение. После утреннего мозгового штурма, где мы решили удвоить бюджет на маркетинг, сделать портал для партнёров, запустить академию, а также вывезти команду в Дубай, задач у руководителей департаментов изрядно прибавилось. Уходя из офиса поздним вечером, я заметил, что Ростислав ещё сидит на своём рабочем месте.

– Помнишь утренний разговор на тему, как нам удвоить продажи? – негромко спросил я. В тишине офиса было слышно, как ещё несколько секунд назад пальцы Ростислава бегали по клавишам ноутбука, но сейчас он отодвинул компьютер и вопросительно посмотрел на меня. – Есть ещё один важный вектор развития компании, – я сел на соседний стул, и тот приятно скрипнул под тяжестью моего тела. – Нам надо открыть офис в Лондоне. Планирую это сделать уже весной. – Ростислав смотрел на меня, по-прежнему не произнося ни слова. – Последний год я много думаю о диверсификации бизнеса, – спокойно продолжал я. – Где рядом с нами есть масштабные рынки, по устройству схожие с московскими? Где недвижка стоит дорого и крутятся капиталы всего мира? Где мы сможем проводить сделки не только с русскими, но и с арабами, китайцами, европейцами? Я понимаю, что это точно не Питер и не Сочи. Это, Ростик, Лондон. – Мой ассистент едва заметно сглотнул, и я продолжил монолог в тишине офиса: – Я влюбился в эстетику этого города, ещё когда приехал первый раз, в 2016 году. Да и ты был в восторге от него. Помнишь, как мы получали в Лондоне награду в международном конкурсе как лучшее российское агентство недвижимости. Как потом гуляли вдоль берегов Темзы и строили планы. Это было спустя всего два года после открытия «Вайтвилл». Да, в Москве для нас ещё много работы. Но рано или поздно нам станет здесь тесно. Поэтому я планирую в марте открыть наш первый зарубежный офис. Это будет Лондон.

– Ты уже прикидывал, сколько денег нам понадобится на открытие? – осторожно спросил Ростислав, наконец разбавив своим вопросом мой монолог.

– Ещё нет, Ростик, но у меня там точно есть подписчики, которые захотят присоединиться к команде «Вайтвилл». Найду человека, кто сможет пройтись по бизнес-центрам и прикинуть, во сколько нам обойдётся аренда офиса.

– Давай делать.

Глава 10
Любопытные свидания

Вэти выходные мне предстояло провести пять свиданий – три в субботу и два в воскресенье. Любопытно, что три из пяти финалисток в моём конкурсе на спутницу жизни оказались связаны с недвижимостью: одна девушка работала в агентстве, а две другие – у застройщиков.

Встречи с ними я поставил на один день – в субботу, с разницей в два часа. Первое свидание было в 17:00, второе в 19:00 и третье в 21:00.

Ещё одна финалистка училась в универе на втором курсе. Недавно ей исполнилось девятнадцать лет. Выбрал я её не столько из-за миловидной внешности, хотя это тоже сыграло свою роль, но мне понравилось качественно составленное письмо. С ней мы согласовали встречу в воскресенье в 17:00. В субботу она не могла – готовилась к зачёту.

Замыкала пятёрку девчонка из Питера, которая не заморачивалась, купила билеты на «Сапсан» и приехала на свидание к 19:00. Приятная лёгкость.

Первые три свидания были мимо. Да, пришли симпатичные, состоявшиеся девушки, но то ли меня смущало, что они тоже варятся в мире недвижимости, то ли в первый день свиданий я подходил к делу с завышенными ожиданиями. Одна за другой они уходили из ресторана, оставляя в воздухе шлейф от своих духов. Я провожал их взглядом, задавая себе вопрос: «Хотел бы я построить с одной из них семью и выращивать детей?» В голове звучало однозначное – «нет».

Второй день разительно отличался от первого. Я два часа проболтал со студенткой. Она была милой, приятной в общении девушкой из состоятельной семьи. Училась в МГУ. Нашу встречу можно было бы отнести в разряд перспективных, если бы не последнее свидание, которое поставило жирную точку на всех остальных кандидатках. Это была Она.

– Катя, – кивнула приятная девушка среднего роста. Она вошла в ресторан, улыбнулась и протянула мне руку. Я подал ей руку в ответ и тоже улыбнулся, настолько приятно-заразительной была её улыбка. Всё это выглядело так естественно, как будто мы были знакомы уже много лет.

Мы удобно устроились на мягких диванах друг напротив друга в японском ресторане на пятом этаже «Афимолла». Заказали роллы, чай и начали знакомиться.

– Я, кстати, тоже из маленького закрытого города, – начала Катя. Этим совпадением она вызвала у меня искреннее удивление. За пару лет я практически не встретил людей, которые, как и я, родились в «запретке», знают, что такое пропуск, КПП и прочие нюансы жизни в спрятанных за колючей проволокой городах. – Называется Лесной, слышал про такой?

– Ого, у закрытых городов такие красивые названия: Озёрск, Снежинск, Лесной, Звёздный. Я слышал про ваш город. Он вроде тоже на Урале, я прав?

– Да, это три часа от Екатеринбурга.

– Получается, мы земляки, – я довольно улыбнулся. – А в Питер давно переехала?

– Училась там в универе. После окончания учёбы открыла студию растяжки на площади Восстания. Помогаю девчонкам сохранять гибкость и эластичность мышц.

– Ох, площадь Восстания… Невский… У меня с этими местами связано много воспоминаний. А про меня откуда узнала?

– Подруга пригласила на мероприятие «Бизнес Молодости» в Питере. Ты как раз выступал там. Понравилось, как мыслишь, вот и подписалась.

– Да, классное было время, – задумчиво произнёс я и сделал большой глоток зелёного чая.

Болтая, мы просидели в кафе два часа. Обсудили любимые места в Питере и музыку, поболтали про спорт и детей, про маленькие города и большие путешествия. Катя была наполнена искренним позитивом и смеялась над моими шутками. Я искал именно такую правильную жизненную лёгкость.

После свидания она побежала на встречу со своими московскими подругами, а я решил немного прогуляться. Я брёл по Пресненской набережной, прокручивая в голове прошедшие свидания. Внутри было ощущение, что с Катей мы обязательно должны встретиться снова.

Глава 11
Дизайнер Олег

Всю неделю я трудился над запуском академии брокеров «Вайтвилл».

Первым делом завершил афишу, за основу которой взял эффектную студийную фотографию. На снимке я сидел в кожаном кресле на фоне стены, залитой фиолетово-синим светом. На мне была чёрная водолазка с высоким воротом, а бьющий справа красный прожектор создавал на лице контрастные тени. Такой свет добавлял взгляду глубины.

За моей спиной на английском были перечислены разделы курса: архитектура, девелоперы, районы, история, документы, ипотека. В центре афиши поставил белый заголовок «Академия элитных брокеров», а снизу добавил логотипы тех застройщиков, где в прошлом году наша команда заняла первые места.

Интерес к графическому дизайну я ощутил в себе примерно в шестнадцать лет. За годы предпринимательства этот навык не раз помогал мне строить красивые компании.

Первые деньги я заработал на создании флэш-баннеров для озёрского городского чата и афиш для компьютерного клуба, в котором подрабатывал после окончания школы. Потом были платные заказы для гипермаркета бытовой техники, кинотеатра и ночного клуба. После переезда в Питер вообще открыл дизайн-студию и стал брать заказы на создание логотипов, разработку фирменного стиля и сайтов. Эта часть жизни детально описана в моей первой книге «Путь одного Олега».

С тех пор графический стиль моих макетов много раз менялся, но в итоге, как коньяк в дубовой бочке, после многих лет выдержки настоялся и приобрёл необходимые благородные нотки.

Я разместил афишу во всех социальных сетях. Под ней написал цены. За 290 000 рублей я продавал обычную недельную программу обучения. Четыре полных дня были посвящены лекциям, которые пройдут в конце февраля в уютном конференц-зале в Сити. Во второй части программы я планировал провести три дня брокер-туров по десяти основным комплексам бизнес-класса в центре Москвы.

Подумав, я сделал вип-тариф. В него помимо основной программы входило несколько дополнительных лекций, ужин с топ-брокерами «Вайтвилл», а также личные экскурсии со мной в небольшой группе по самым дорогим жилым комплексам Москвы. За этот пакет я поставил цену 690 000 рублей. Был готов, что за такие деньги на вип-тариф желающих не найдётся.

Все двадцать мест основной программы раскупили за три дня. Получилось у меня продать и два вип-пакета.

Первым программу по максимальному тарифу купил Александр, владелец агентства элитной недвижимости из Питера. В Северной столице его команда закрывала крупные сделки по 200–300–500 миллионов рублей, но сам Саша давно посматривал на Москву. Он признался, что не смог упустить предложение за неделю освоить московский рынок и при этом лично пообщаться со мной.

Второй вип-пакет купила Диана [#] – действующий брокер нашего департамента Москва-Сити. Высокая девушка модельной внешности из состоятельной семьи. С юных лет Диана общалась с богатыми людьми, которые приезжали на ужин в дом её родителей. В свои двадцать с небольшим она не только была «упакована» в люксовые бренды и рассекала по московским улицам на солидном серебристом «Мерседесе», но и стала самым молодым брокером в команде «Вайтвилл».

Несмотря на возраст, у Дианы получалось закрывать сделки. Мой прошлый опыт говорил, что совсем юные брокеры не вызывают доверия у солидных покупателей и мало продают. В случае с Дианой сказывалась лощёная статность и заложенная с детства уверенность при общении с состоятельными людьми.

– Диан, зачем тебе покупать моё обучение, да ещё и вип-тариф? – спросил я её, столкнувшись нос к носу на офисной кухне. – Я ведь сейчас запишу все эти лекции, и они будут доступны бесплатно в записи в нашей академии.

– Я понимаю, но для меня такая сумма за обучение – как дополнительная мотивация зарабатывать больше. К тому же это живые лекции и возможность посмотреть сразу десяток жилых комплексов в рамках брокер-туров. У меня нет времени ждать, пока все эти лекции появятся в системе.

– Звучит убедительно, – кивнул я.

Все места на обучение были проданы, и настало время засесть за оформление самой программы курса. До старта занятий оставалось чуть больше месяца.

Глава 12
Про гранаты и молоко

Две недели я сидел за компьютером по двенадцать часов. Лишь иногда удавалось отойти поесть, попить и обратно.

Логически у меня получилось разбить все лекции на три основных блока: «Город», «Дом» и «Сделка». В первом блоке мы разбирали устройство города. Для этого я попросил команду распечатать большую двухметровую карту Москвы. Она станет основным фоном к моим лекциям про районы и жилые комплексы. Наш иллюстратор нарисовала картинки знаковых объектов, таких как Кремль, Москва-Сити, Останкинская башня, – и мы добавили их на макет.

Такая большая карта добавит реальности участникам и сформирует в голове нужные логические связки. Мне же будет легче показывать жилые комплексы, не используя экран. Я вообще был любителем наглядных объектов. К примеру, в нашем офисе в каждой переговорке с момента открытия висели метровые круглые карты Москвы с флажками домов. Когда к нам приходил клиент, брокер снимал круг со стены и клал перед ним на стол. Покупатель склонялся над картой, подобно Наполеону, готовящемуся к захвату Москвы, и обсуждал с брокером, где лучше жить. Флажки позволяли мне быстрее запоминать жилые комплексы. Когда я обсуждал объекты с командой, в голове фоном всплывала наша карта.

В первом блоке я пригласил выступить архитектора Дмитрия Беззубцева. Он уже читал лекции для моей команды по архитектурным стилям. На себя я взял подготовку материалов с историей главных районов центра Москвы. Получились часовые лекции-путешествия по Пресне, Замоскворечью, Арбату. Мы начинали свою экскурсию по столице аж в XIV веке. Проходили через разные этапы жизни изучаемого района и заканчивали обзором современных жилых комплексов, попутно разбираясь с историей возникновения названий улиц.

В процессе подготовки обучения я узнал множество интересных фактов о Москве.

Ненадолго перенесёмся с вами на шесть веков назад, когда Кремль ещё был белокаменной крепостью. Город вокруг него рос. Одна за другой появлялись ремесленные мастерские, которые называли слободами. Здесь работали люди, освобождённые от государственных повинностей. По одной из версий, слово «слобода» произошло от слова «свобода».

Жители слобод обжигали горшки, пекли хлеб, производили ткани, делали доспехи и оружие. У каждого была своя специализация. Там же развивалась торговля, открывались лавки. В центре каждой слободы обязательно был храм.

Вид деятельности жителей лёг в основу названия современных московских районов и улиц. Например, в Хамовниках раньше располагалась Хамовничья слобода. Её жители производили полотно белого цвета, называвшееся хам. Из него делали скатерти, полотенца, паруса, одежду и ткани.

Басманная слобода, ранее располагавшаяся на территории Басманного района, славилась своей басмой. Так называли металлические пластины из серебра, золота или меди, которые использовали при изготовлении сундуков, икон, доспехов. Таганский район получил своё название благодаря жителям Таганской слободы, ковавшим таганы – металические подставки для котлов и сковород, без которых в то время невозможно было приготовить пищу.

На территории современного Арбата работал большой Колымажный двор, который производил телеги. По-татарски повозку тогда называли арбой. Отсюда и название – Арбат. Татары вообще принесли с собой в Москву большое количество названий: Ордынка – «орда», Балчуг – «болото».

Кстати, в Китай-городе никогда не жили китайцы. По одной из версий, это название произошло от сочетания «кий-тай». Слово «кий» означает палки, связанные в изгородь, а «тай» – «вершину». Получается, что слово означает высокую стену, которой славился не только московский Китай-город, но и сам Китай.

На Бронной делали броню. В Гранатном переулке – бомбы и гранаты. В Молочном жили молочники, в Поварском – повара. Днями я сидел за компом, штудируя разные источники и погружаясь в историю любимой Москвы. Я сам дизайнил все презентации и аккуратно раскладывал информацию по папочкам.

Через две недели плотной работы большая часть лекций была готова. Я чувствовал, что у меня получается мощный курс. Но не все участники рынка спокойно относились к моим планам.

Глава 13
Анатомия ненависти

– Как у тебя дела с академией? – за обедом спросил меня Ростислав. Мы сидели в любимом кафе «Миша Фишер» и ждали, когда принесут бизнес-ланч.

– Почти закончил, бро, – ответил я, откусывая пирожок с капустой. – Офигеваю от количества контента, который нужно представить участникам. С утра до вечера собираю презентации. Только недавно добрался до третьего модуля.

– Да, зато на выходе получится круто. Мы вот на днях получили подтверждение бронирования на отель в Дубае для нашей поездки. Билеты на самолёт выкупили на всех участников.

– Ох, представляю, как рынок будет бурлить, когда увидит отчётное видео с нашей поездки.

– Мне кажется, они ещё не отошли от твоего поста про запуск академии!

– В каком плане? – я наморщил лоб.

– Ты не читал, что ли, комментарии под твоими постами про обучение? – Ростик был искренне удивлён. Я помотал головой, давая понять, что слишком глубоко ушёл в подготовку и не следил за соцсетями. – Но там движуха не только у тебя под постом. Брокеры говорили, что твои доброжелатели в риелторских телеграм-каналах такие дискуссии раздувают… Глумятся опять.

– Что им в этот раз не нравится?

– Ну, якобы ты не брокер и сам не ведёшь сделки, чтобы учить других, как это делать.

– Вот уж аргумент нашли. Я этими руками построил топовое агентство недвижимости и знаю каждый штрих в этой большой картине. К тому же у нас ни слова в обучении про вторичку, которая сложнее в разы. Мы не учим маркетингу, привлечению клиентов, построению бизнеса. Миллионы не обещаем никому. Только практические лекции про застройщиков, объекты, районы.

– Да я-то понимаю, Олег. На то они и хейтеры, чтобы душнить, – по-доброму ответил Ростислав, что-то набирая в телефоне. – Вот, посмотри.

Он дал мне свой телефон с открытым на экране постом. Я пробежал глазами и сразу понял, что в комментариях, подобно голодным гиенам в поисках добычи, резвились наши конкуренты.

Возле стола появился официант с подносом и ловко расставил на столе тарелки с едой. Я задумчиво хлебал горячий суп, читал комментарии и размышлял о своих хейтерах. Что бы я ни делал, они всегда мелькали где-то рядом, прячась в тени моего успеха. Искали повод подцепить меня своими отравленными коготками.

Если ты нигде не обучался, а до всего дошёл сам, то тебя назовут самозванцем. Пошёл учиться на бизнес-курсы – сектант или «жалкий бээмщик». Решил передать свои знания будущим сотрудникам – получи ярлык инфоцыгана.

Публикуешь студийные фотографии, где хорошо выглядишь, – красуешься, а значит, гей. Если фотки необработанные – совсем себя запустил. Когда в жизни происходит уйма событий и ты часто пишешь об этом в своём блоге – тебя до тошноты много. А если пишешь мало, то не знаешь, что сказать. Запускаешь новый проект – дела в текущем идут плохо. Извинился – признал неправоту. Улыбнулся – язвительно скалишься. Рассказал об ошибке – неудачник. Рассказал о победе – пускаешь пыль в глаза и понтуешься.

Начинаешь публиковать цифры успехов своей компании, детализируя каждую сделку, – тебе говорят, что цифры лживые, и обвиняют в недостаточной открытости. Перестаёшь публиковать цифры вообще – дела идут плохо, и тебе есть что скрывать.

Только начал бизнес – однодневка. Работаешь три года – мелкая сошка, очередной стартап. Если приводишь факты, что уже на третьем году продаёшь больше других компаний на рынке, – утонул в гордыне и самолюбовании. Пишешь о добре – затираешь и хочешь казаться хорошим. Пишешь о себе – эгоист. О других – хам. Сделал то, что хорошо работает, – до тебя давно всё было придумано. Сделал что-то новое – своровал чужую идею.

Самые ярые интернет-хейтеры чем-то похожи на гопников, только за компьютером. В споре с ними не работают принципы цивилизованного диалога и аргументации. В уличном споре между умным человеком и гопником всегда побеждает гопник. Если ты начинаешь выигрывать словами, он просто бьёт в морду.

– Ой, всё, засунь в жопу свои факты, – пишет он в ответ на твои взвешенные аргументы. – Всё равно ты гондон и инфоцыган.

Глава 14
Олег Малахов

Слово «хейтер» происходит от английского слова hate – «ненависть». Так называют людей, у которых внутри, подобно чёрной плесени, вместо радости и интереса разрастаются неприязнь и ненависть.

Есть мнение, что хейтеры злобствуют по отношению к тем, к кому испытывают симпатию. У них не получается привлечь к себе внимание другими способами. Своим поведением они похожи на мальчишку, который в школе дёргает за косички симпатичную девчонку. Потому что не знает, как по-другому выразить свою симпатию.

Хорошо, сыграем с ними в их же игру. Если хейтеры цепляются ко мне, чтобы получить моё внимание, я готов искупать их в лучах славы, как это делают в передаче «Пусть говорят».

– Добрый вечер, дорогие зрители. С вами Олег Малахов, и мы встречаем наших сегодняшних гостей.

Под аплодисменты на сцену выходит озлобленная женщина-риелтор из Омска с закрытым аккаунтом и кошечкой на аватарке. Много лет она работает в недвижимости, но за год продала столько же, сколько твой брокер за день. От осознания этих фактов она начинает тонуть в волнах собственной злобы.

Следом за ней идёт девушка-маркетолог. Весь день она живёт тобой. Пишет в сутки тридцать комментариев с твоей фамилией, а в свободное время продаёт за тройную цену трафик для застройщиков. Читая твои посты, она не может поверить, что наша реклама может быть в несколько раз эффективнее её.

Среди хейтеров на сцене гордо появляется и руководительница столичного агентства недвижимости, ещё живущая прошлыми достижениями и продажами, которых больше нет. Каждая сделка и победа новой молодой компании выпускает из неё очередного демона. Зал взрывается аплодисментами.

Мы видим «популярного» риелтора с накрученными подписчиками, лайками и комментариями в инстаграме*. Его бесит твой аккаунт, и он злобно шепчет своим коллегам очередную пикантную, по его мнению, новость: «А вот у Торбосова…» При этом наш герой не постеснялся своровать каталог новостроек «Вайтвилл» и полностью скопировать у нас структуру сайта.

Кто это загадочно щурится в свете софитов? Руководитель департамента продаж крупного агентства недвижимости. Он сидит не только на высоком окладе, но и на шатающемся под ним стуле. В оплаченное работодателем время наш герой строчит очередной язвительный комментарий. При этом статистики продаж его отдела несутся вниз, а сотрудники переходят работать к «нелепому инфоцыгану ИП Торбосову». Я понимаю его эмоции.

– Ну что ж, давайте проводим наших героев на свои места, – говорит ведущий. – С вами Олег Малахов, и сейчас вы узнаете, почему я люблю своих хейтеров.

На этом моменте в студии гаснет свет, погружая пространство в приятный полумрак. Яркий прожектор следует за ведущим. Тот делает два шага и садится в массивное крутящееся кресло, которое стоит в центре сцены прямо перед длинным диваном с хейтерами. Лица сидящих залиты красным светом софитов. Такое освещение формирует глубокие тёмные тени под глазами наших героев. Едва Олег приближается, хейтеры заметно сжимают кулаки и злобно стискивают зубы. На их висках проявляются пульсирующие вены. При этом все как один они продолжают неподвижно сидеть на длинном диване, подобно коршунам в ожидании добычи.

Оттолкнувшись ногой от пола, ведущий резко поворачивается на кресле к зрительному залу, оставляя диван с хейтерами у себя за спиной.

– Господа, хочу вас успокоить. Я в полной безопасности. Несмотря на толпу хейтеров прямо за моей спиной, – начинает спокойно говорить ведущий сидящим в полумраке зрителям. – На мне амулет в виде зубчика чеснока с надписью «осознанность», а в пистолете – серебряная пуля с гравировкой «здравый смысл», – тут он отодвигает борт пиджака, демонстрируя солидную кобуру. По залу прокатывается возбужденный шёпот. Ведущий продолжает: – Чтобы чем-то управлять, нужно это осознать. Чтобы что-то осознать, это нужно назвать. Я называю этих людей хейтерами, осознавая, кто они и какие у них цели. Их главная цель – ранить мою самооценку, остановить.

На этих словах ведущий встал с кресла и сделал несколько шагов в сторону неподвижно сидящих на диване людей.

Глава 15
Кобры и факир

Белый луч прожектора скользил по сцене вслед за ведущим. Поравнявшись с диваном, он медленно обвёл взглядом героев и продолжил:

– Без хейтеров и конкурентов станет скучно жить. Они развивают. Они не дают расслабиться. Учат грамотно вести себя в Сети и в жизни. Совершенствуют меня, мои ответы, мою речь. Без них мы росли бы в тепличных условиях и не смогли бы противодействовать хамам, защищать позицию и отбивать угрозу нападения на наши идеалы. Это похоже на то, как небольшие дозы вирусов, попавшие в организм, тренируют иммунитет. За это я люблю своих хейтеров. – В этот момент ведущий несильно потрепал за щёку владельца агентства недвижимости в зелёном бархатном пиджаке с армией накрученных подписчиков. Тот что-то недовольно буркнул, но продолжил сидеть неподвижно. – Вы скажете: «Олег, да забей», «просто не парься», «не обращай на них внимания». Спасибо за совет! Это ведь так просто реализовать любому обычному человеку! Просто не париться! – ведущий развёл руками и медленно пошёл вдоль дивана за спинами хейтеров. – В мире, где толстые не любят худых, где худые стебутся над толстыми, неудачники ненавидят успешных, а глупые – умных, так легко воплотить в жизнь совет «да просто не обращай внимания»! Как и представить, что кошка не бежит за собакой. Представили? Кошка НЕ бежит за собакой. У всех хоть секунду, но она почему-то бежит, – ведущий остановился у края дивана и аккуратно положил руку на плечо риелтору из Омска. Та скривила лицо и недовольно фыркнула, но руку не сбросила. – Когда глумятся над твоими идеалами, обесценивают твои победы, любимую команду, только мёртвый не поведёт бровью. Хейтеры – не критики. Критик, получая аргументы и доказательства, готов поменять своё мнение. Хейтер – нет. Он не хочет слышать аргументы. Это упёртый, не воспринимающий никаких доводов фанат. Антифанат. Игры с хейтерами, как и регулярные физические тренировки, не позволяют нам заплыть жирком и расслабиться.

Спикер вышел в самый центр сцены и завершил монолог:

– Я понимаю систему координат, в которой живут хейтеры, но не перестану действовать. Я продолжу относиться к себе с уважением, говорить и думать о себе хорошо. Чего и вам желаю. На свете по-прежнему много добрых, порядочных и отзывчивых людей.

Ведущий сделал несколько шагов назад и растворился в темноте. По залу пробежал шёпот удивления. На больших экранах стали появляться посты из моих социальных сетей и фотографии из жизни «Вайтвилл». Хейтеры, которые на протяжении всей передачи сидели недвижно, как кобры, подчинившиеся мелодии факирской флейты, при виде наших месячных отчётов один за другим начали вставать с дивана и монотонно скандировать:

– Не-на-ви-дим! Не-на-ви-дим! Не-на-ви-дим!

– Оле-ег, – сквозь свои мысли я услышал голос Ростислава. – Ты чего залип?

– Ох, Ростик. Пока читал эти комментарии, привиделся мне бал Воланда из «Мастера и Маргариты» у Булгакова, только с нашими комментаторами и Олегом Малаховым, – рассмеялся я. – Хватит сидеть, погнали работать!

За оставшиеся до конца января дни наш отдел маркетинга запустил тестовый трафик на Лондон. Обрабатывать его я взял несколько подписчиков, которые откликнулись на опубликованные в инстаграме* сториз. В коротком видео говорилось, что мы с командой думаем открыть в Лондоне офис «Вайтвилл» и мне нужны люди, которые уже работают в недвижимости, знают город и хотят попасть к нам на работу.

Я предлагал им, не бросая прежних рабочих мест, получить порцию тестовых заявок от потенциальных клиентов, прозвонить их и дать обратную связь, а если получится, может, даже назначить этим покупателям показы. И мой план лёгкого входа в рынок сработал.

Глава 16
Рабочий движ

На моё предложение стать первыми игроками лондонской команды «Вайтвилл» откликнулись Тоня [#] и Марина. Обе жили в Лондоне не первый год и работали в недвижимости. Одна занималась арендой жилья, а другая – вторичкой за пределами центра. Мы отгрузили девчонкам по двадцать лидов и стали ждать от них обратной связи.

Скоро Тоня вернулась с радостной вестью. Один лид оказался реальным клиентом, который согласился поехать на показ. Но Тоня не понимала, как действовать дальше. Контактов с застройщиками у нас не было. Презентаций и прайсов – тоже. Как, впрочем, юридического лица, офиса и много чего ещё. Но теперь появилось понимание, что бизнес-шестерёнки потихоньку начинают крутиться. Вскоре и у Марины появились потенциальные клиенты. Они озвучили свои пожелания по квартирам и ждали обещанных подборок с вариантами.

Мы договорились с нашими брокерами, что пока попробуем закрыть этих клиентов с кем-то из лондонских агентств недвижимости. Девчонки позвонили в несколько компаний. Договориться о партнёрстве было непросто. Чопорные британские агенты не хотели делиться своим вознаграждением со сделок. Предлагали полностью передать им клиентов за «спасибо». Дарить покупателей конкурентам я не планировал.

В такой закрытости рынка я увидел потенциал для роста «Вайтвилл». Без промедления купил билеты в Лондон на конец февраля. Прилечу. Выберу офис. Обустрою. Подпишу бумаги. И открою новую страницу жизни моей компании.

Параллельно я провёл серию встреч с проектным отделом. Ребята получили мою задачу по разработке сайта для партнёров. На специальном портале те смогут передавать в «Вайтвилл» клиентов. А после закрытия сделки получат солидный процент от нашего вознаграждения.

Вместе с командой партнёрского департамента ребята накидали прототипы страниц с функциями и прописали логику работы системы. В один из дней мы засели в моей любимой переговорке с бежевыми стульями и видом на Москву, заказали чай и принялись обсуждать идеи.

– Итак, партнёр регистрируется на сайте и получает доступ в личный кабинет, – рассказывал Денис, отвечающий за проектный отдел. В задачи его департамента входила работа над сайтами компании, создание презентаций и каталогов. Они ставили задачи по доработке CRM-системы программистам и занимались графической упаковкой моих идей. Помимо Дениса, в этом отделе работали два штатных дизайнера, копирайтер и несколько проджектов. Проджектами мы называли ребят, которые запрашивали информацию у застройщиков, наполняли сайты и актуализировали информацию о жилых комплексах. – После регистрации нового пользователя в партнёрский отдел приходит уведомление. Они связываются и после беседы активируют кабинет. Теперь партнёр может отправлять нам клиентов. – Денис открыл на экране макет сайта. – После добавления нового клиента мы проверяем его на уникальность. Нам важно убедиться, что человека с такими же контактными данными нет в работе у брокеров компании. На первых порах это будет делаться вручную. Но чуть позже мы сможем реализовать это в автоматическом режиме через интеграцию с CRM-системой.

– Получается, наш менеджер вручную должен проверять каждую заявку от партнёра? – уточнил я.

– Это лучше делать именно живому человеку, – включилась в разговор Ирина, руководитель партнёрского департамента «Вайтвилл». – У нас бывают случаи, что клиент уже есть в CRM-системе, но с запросом, например, на офис в Сити или загородный дом. Ещё он может находиться в архиве, с комментарием, что покупать квартиру не планирует. Такого клиента мы возьмём в работу и закрепим за партнёром, даже если его контакты уже есть в системе. При этом формальная проверка по базе признала бы его неуникальным.

– Согласен, – кивнул я. – Но будь готова, Ирина, к работе с большим потоком запросов. У меня в планах подключить тысячу новых партнёров. Нам будут передавать в работу сотни клиентов каждый месяц из десятков городов. Твоя задача – взять в команду нужное количество людей, которые справятся с таким объёмом.

Услышав озвученные мной цифры, Ирина сглотнула и вопросительно посмотрела на меня.

Глава 17
Охота на программистов

– Тысячу партнёров? – переспросила Ирина.

– Да, да, – улыбнулся я, – ты не ослышалась. За год нам надо подключить к системе тысячу партнёров. Будет много работы, поэтому нам нужны люди.

– Поняла, – кивнула Ира. – Я соберу команду под эту задачу.

– Когда партнёр передал в работу нового клиента, ему сразу назначают брокера, – продолжил Денис, показывая на прототипе функции системы. – В своём кабинете партнёр видит, кто работает с клиентом. Там же указывается, в каком статусе сейчас находится заявка. Идёт снятие запроса, подбор недвижимости, показы и так далее. Эти данные будут браться автоматически из CRM-системы.

– Сколько времени вам понадобится, чтобы выкатить первую рабочую версию со всеми интеграциями? – уточнил я.

Практически одновременно мы посмотрели на экран, где в скайпе молчаливо висел Руслан. Он был главным программистом и отвечал в компании за всю технологическую часть проектов. По-модному его должность называлась CTO – Chief Technology Officer – технический директор компании, ответственный за создание и развитие технологических решений. В его подчинении было три разработчика: из Минска, Казани и откуда-то с Урала. Сам же Руслан постоянно находился в Калуге.

Тут стоит сделать паузу и отметить, что нанимать разработчиков в Москве, заставляя их ежедневно приходить в офис, было очень дорого. Какой-нибудь «Яндекс», «Тинькофф» или Сбер могли платить программистам зарплаты в три-четыре раза выше, чем моё молодое агентство недвижимости.

К тому же не все хотели уезжать в столицу и каждый день ходить на работу в офис. Этим мы и пользовались. Находили талантливых программистов в глубинке. Стоимость жизни там была значительно ниже столичной, поэтому более скромными были и аппетиты разработчиков.

Такая стратегия позволяла нам хоть немного конкурировать зарплатами с технологическими гигантами. Впрочем, корпорации тоже активно пылесосили региональный рынок. Раз в полгода очередной разработчик сообщал нам, что ему предложили зарплату сразу в четыре раза выше, чем у нас, и он покидает компанию. Оставалось только разводить руками и начинать поиски нового человека.

Руслан секунд двадцать размышлял по поводу сроков создания кабинета для партнёров. Видимо, прикидывал загрузку по текущим задачам нашего небольшого отдела. В итоге он ответил, что ребята смогут выкатить первую рабочую версию системы в марте. Я согласился. Дал несколько своих комментариев по дизайну. Ребята кивнули и принялись за разработку.

Наступил февраль. Когда я увидел результаты наших продаж за первый месяц года, на глазах навернулись слёзы. За январь команда «Вайтвилл» смогла закрыть всего двенадцать сделок. По сумме всех продаж у нас получилось 250 миллионов рублей. Это было в семь раз меньше, чем в рекордном декабре.

Но мы с Ростиславом помнили про январскую ловушку, заранее отложив деньги в ожидании просадки. Весь месяц наш отдел маркетинга продолжал на полную крутить рекламу. Брокеры не успели заскучать, потому что получали в работу новых клиентов. К тому же команду сильно мотивировала висящая на носу поездка в Дубай.

Вылет планировался на пятое февраля. Подведя итоги месяца, мы стали собирать чемоданы. В путешествие я брал с собой двадцать человек. Большая часть группы – брокеры, которые закрыли в декабре ключевые сделки. Руководители отделов получали приглашение в поездку, если выполнили стоящие перед ними планы продаж. Ехал с нами и Андрюха – босс ипотечного департамента «Вайтвилл».

Андрей был душой компании. Во время совместных путешествий он, как заправский тамада, произносил длинные душевные тосты. После захода солнца под его руководством проходили такие вечеринки, что помятые брокеры появлялись у бассейна в лучшем случае к обеду.

Мы познакомились, когда я ещё жил в Озёрске и работал арт-директором ночного клуба «Айвенго». Тогда я решил провести большую пенную вечеринку в Кыштыме, соседнем небольшом городе. Мы с партнёром арендовали дворец культуры «Победа». Привезли оборудование. Позвали лучших уральских диджеев. Собрали на танцполе семьсот человек. И знатно потусили.

Одним из гостей той пена-пати был Андрей. Ему едва исполнилось семнадцать, но он уже зажигал по-взрослому, отплясывая на тумбе в центре танцпола.

Глава 18
Ипотечный барон

Смомента пенной вечеринки прошло несколько лет. Я переехал в Питер и запустил компанию «Финансовые партнёры», которая помогала людям в сложных ипотечных сделках. Франшизу на Челябинск выкупил Андрей. К тому времени он закончил универ на банковское дело, бил себя в грудь и заявлял о готовности к любым бизнес-подвигам. Андрей был самым молодым партнёром сети. Я помню, как прилетел на Урал помочь ему с обустройством офиса.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.