Ирина Мутовчийская
Мадам Люсьена, жрица любви

Россия, город у моря

Утро

В стандартной квартире на кровати спит молодая женщина. Это Люсенька, Люсьена.

Люсьена – представительница древнейшей профессии. Она не так давно занимается платной любовью, поэтому её внешность ещё довольно хороша, особенно выделяются чёрные, восточные глаза.

В дверь настойчиво стучат. Это Толик, сутенёр Люсьены, он уже давно стучит, но она не спешит открывать.

– Толян, ну чего ты дверь ломаешь? – спрашивает Люсьена. – Тебе же завтра самому ремонтировать придётся! Ну, иду я, иду!

Она открывает дверь, и в комнату входит Анатолий. Он раздражён, но старается держать себя в руках.

– Люська, (непечатный текст), ты почему до сих пор валяешься? Клиент ждать не будет! Вон у Пупса с соседней улицы куча девок без работы, только свистни! А у нас клиент с кучей денег! Как раз такой, каких ты любишь разводить! Ну, чего телишься? Чего ломаешься?

– Надоело всё! Никуда сегодня не пойду!

– Что?

– Болею я! Имею право!

– Что? – Толя подходит ближе. – Я, наверно, ослышался?

– У меня выходной! – Люсьена отступает на несколько шагов от Анатолия. – Я не отдыхала уже пять лет. Я в профсоюз заявление напишу!

– Я тебе устрою профсоюз! – угрожает Толя. – А так же отпуск и больничный!

Он делает шаг к Люсьене, но останавливается.

– Люсь! Ну, кончай выделываться! Знаешь же, что не могу я тебя сейчас отметелить! Ты к клиенту должна выйти в товарном виде, без синяков!

– Мне мама покойная сегодня приснилась! – задумчиво говорит девушка. – Ох, и ругала она меня! Ругала! Я вся в слезах проснулась!

– Все, Люська! – свирепеет Толян. – Моё терпение кончилось! Плевать на товарный вид! Сейчас я всю твою витрину разворочу!

Люсьена отступает ещё на несколько шагов и садится на кровать.

– Видишь, Толя, какой ты некультурный! Чуть что, так сразу по морде! И не поймёшь ты, Анатолий, что я другой жизни хочу! Красивой!

– Ну, ты сказала! – с восхищением шепчет Толька и набирает номер на сотовом.

– Пупс! Ты где? Да у меня телка с катушек съехала! А её клиент ждёт! Что сам? Сам-то я, конечно, могу, но физа у неё после этого будет синяя! Что по почкам? Ты Пупс совсем тупой? Ей же раздеваться перед клиентом придётся! Другую телку взять? Это я уж как-нибудь без тебя въехал бы! Нет такой телки, как Люсьена! Она мошну клиента знаешь, как потрошит? И всё красиво! Клиент сам готов ей всё отдать! Талант у неё, понимаешь! Что значит, незаменимых нет? Опять ты мне свою сеструху толкаешь?!

ПУПС НА ДРУГОМ КОНЦЕ ТРУБКИ

– Моя сестра моложе твоей Люськи, – гордо заявляет он,– К тому же, она победила на конкурсе красоты!

– Это было пять лет назад, – психует Толян. – И какой же у неё титул? Мисс Советский район?

– О чём спор? – теперь злится Пупсик – Что за ерунда?

– Ты, Пупс, просто тупой, – отвечает Толик, отключает телефон и начинает искать Люсьену.

– Ну что, Люська, выспалась уже? – обращается он к девушке. – Люська, ты где?

Несколько минут царит тишина, затем раздается недовольный голос:

– Одеваюсь уже! С тобой заболеешь!

– Ты что, в ванной одеваешься?

– Да!

– Но там же неудобно!

– Зато ничего не видно!

– Да что я там не видел! – смеется мужчина.

– Мне мама во сне не велела раздеваться при мужчинах!

– Ладно, тюльку гнать! Мама ей не велела! А клиента ты в чём обслуживать будешь? В скафандре?

– В шубе и валенках! Знаешь, как заводит!

– Ты никак шутить научилась? Ночью с кровати не падала?

– Я же тебе уже говорила! Мне мама приснилась! Она меня по голове погладила.

– А папа тебе не снился? Дрыном тебя не огрел? И вообще, Люська… Люська! Люська, ты чего молчишь?

– Зубы я чищу! Знаешь, есть такая палочка со щеточкой! Зубы белыми делает!

– Всё, лярва, ты меня достала! Сейчас я тебе по твоим белым зубам… – стучит в дверь ванной. – Выходи уже! Люсьена, отзовись! – примирительно. – Выходи, Люсенька! Не бойся, не трону! Клиент через две минуты машину подаст. Он мужик серьезный, сам не любит шутить и другим не даст! Люсь, ну что ты молчишь, выходи! Не выводи лучше меня! Ну, всё! Сама напросилась! Сейчас дверь сломаю! Не шучу! Люська!

Несколько раз с разбега кидается на дверь. Наконец дверь поддается, и мужчина влетает в ванную. Ванна пуста. На плечиках висит одежда, которую Люсьена собиралась одеть. Льется вода из крана. Щетка и паста валяются в раковине.

– Люська, ты где? Люська! – Анатолий достает телефон.

– Пупс, это снова я! Люська пропала! Да ты послушай! Она закрылась в ванной, я сломал дверь, а её там нет! Да трезвый я! Как позавчера с тобой бухал, так больше ни-ни! Окно? Да оно такое маленькое, что в него даже твоя кошка Маруська не пролезет! Под ванной? Ну, ты Пупс совсем тупой! Туда я в первую очередь посмотрел! Ладно, приезжай! Жду!

Странные вещи начали происходить с Люсьеной, как только она достала зубную щетку и открутила колпачок с зубной пасты. Запах зубной пасты моментально заполнил маленький объем ванной комнаты, и Люсьена почувствовала, что теряет сознание. Запах был терпким, к нему примешивался дымок восточных благовоний. И ещё что-то было в этом запахе. Что-то третье. Три запаха переплетались, взмывали в воздух и снова опускались вниз. В какой-то момент запахи переплелись и образовали мягкую воздушную подушку. Люсьена узнала этот узор. Однажды, давно в детстве, мама вышила Люсьене такой же узор на её маленькой подушечке и подарила на день рождения. Такая же подушка, только гораздо больше, была перед глазами Люсьены сейчас. Подушка мягко приняла Люсьену в свои объятия. Девушка расслабилась, но вдруг… Подушка и вместе с ней Люсьена, стали стремительно падать вниз. От страха девушка беззвучно закричала, и потеряла сознание.

ИНДИЯ

ХРАМ ШИВЫ

УТРО

Люсьене снился приятный сон: ей казалось, что сейчас ночь, и она спит в объятиях своей мамы, которая нежно шепчет ей ласковые слова и гладит по голове. Сон продолжался, и девушка не хотела просыпаться, но ей не нравилась кровать – она была жесткой и холодной.

Наконец, Люся медленно открыла глаза и обнаружила, что лежит на холодном полу. Над ней склонились два смуглых лица, две пары черных глаз внимательно смотрели на нее, а нежные руки помогали ей подняться. С трудом, но она встала на трясущиеся ноги и с недоумением огляделась. Три женские фигуры терялись в огромном пространстве, а гигантская статуя Будды только усиливала это ощущение.

– Я что, в посольстве? Но я точно помню, что не пила! – воскликнула она.

– Госпожа, вы еще очень слабы! – обратилась к ней смуглая девушка по имени Ананда.

– Где я?

– Вы, вероятно, всю ночь сидели под дверьми храма, – ответила подруга Ананды, Прия. – Когда вас нашли, вы были без сознания, а ваши руки и ноги были ледяными!

– Вы приехали с севера? У вас такая белая кожа!

– И такое красивое сари!

В церемониальный зал вошел жрец:

– Вас что, не учили оказывать помощь? А вы что делаете? Задаете вопросы! Все, идите по своим делам! – сказал он, беря Люсьену за руку. – Пойдемте, мэм, господин брахман ждет вас!

Жрец и Люсьена ушли, а Ананда и Прия остались.

– Что же с ней могло случиться, что она решила стать девадаси? – задумчиво произнесла Ананда.

– Наверное, ее родственники привезли. Не похоже, чтобы она пришла сама. Одежда чистая, без пыли, ноги не сбиты в кровь, а руки без язв и струпьев, – ответила Прия.

Постояв еще немного и поговорив о своем, женском, девушки ушли в прохладные глубины храма. Над Индией разгорался очередной невыносимо жаркий день.

РАБОЧИЙ КАБИНЕТ ВЕРХОВНОГО БРАХМАНА. ДЕНЬ

– Откуда вы, мэм?

– Это Толик мне так отомстил? Еще никогда меня не подкладывали к индусам!

Брахман некоторое время молчит, а затем обращается к жрецу:

– Я не понимаю, о чём она говорит!

– Мэм, ответьте, откуда вы приехали? – осторожно спрашивает жрец у Люсьены. – Кто вас привез? Родственники?

– Ну, если Толяна считать родственником… Короче, кончайте болтать! Я готова! У меня всё с собой! Вы, мужики, никогда об этом не думаете!

Брахман и жрец недоуменно переглядываются.

– Слушайте, пацаны, а я о главном-то спросить забыла! Сколько мне причитается-то? Вы с Анатолием на сколько договорились?

Мужчины по-прежнему не понимают, о чём речь, и девушка выходит из себя, начиная говорить на повышенных тонах:

– Сколько зелени вы мне отвалите? Сколько бабок в лифчик засунете? Сколько… Мужики, да вы что? В такой простой вопрос не въезжаете? Ладно, спрошу совсем просто: сколько вы мне заплатите?

– Госпожа! – потрясенно шепчет брахман. – Девадаси отдаёт своё тело всем бесплатно! Девадаси становится женой бога, и не требует за это денег!

– Да вы что? Все здесь с дуба рухнули? Где Толька? Где этот гад? А, я поняла, вы сговорились с ним? Он бабки от вас уже получил, а мне пшик? Устроили мне субботник? Фиг вам! Я ухожу!

– Я понял! – обращается брахман к жрецу. – У неё священное безумие! Поэтому кто-то привез её сюда! – выдыхает воздух и говорит с облегчением. – А то я в какой-то момент подумал… Ну, хорошо, принеси чашу забвения!

Жрец уходит.

– Госпожа! – благостно обращается брахман к Люсьене. – Мы не вправе никого задерживать! Девадаси становятся только по собственному желанию. Мы проводим вас к выходу из храма, но сначала вам надо испить чашу. На улице +50, поэтому влага мгновенно покинет ваше тело, если вы перед уходом не выпьете наш нектар.

– С чего это на улице вдруг стало +50? – спрашивает Люсьена подозрительно. – Вчера было +10, а сегодня +50!? Ну и прыжки! Вот и верь прогнозам!

– Мэмсаиб, я по-прежнему не понимаю, о чём вы говорите, но думаю, наш бог Шива был бы рад, если бы его женой стала такая белокожая красавица! Подумайте об этом! И танцуете вы, наверное, так же совершенно, как совершенны ваши белые зубы!

– Зубы? Причём здесь мои зубы?

– У вас на севере климат более здоровый и вода лучше.

– Слушай! Я уже не один раз слышу про север! Ты что думаешь, что я из Новосибирска приехала? Или из Магадана?

– О, Шива! Это всё для тебя! Эта женщина меня утомила, но я терпел! – стонет брахман, но, увидев входящего жреца, складывает ладони, делает молитвенный жест и с облегчением говорит девушке: – Госпожа, ваш нектар уже принесли! Не бойтесь, пейте! Без этого напитка вам не выйти на улицу! Ваше красивое лицо сморщится на солнце, и вы будете похожи на сгоревшую головешку!

Жрец подходит к Люсьене вплотную и подаёт питье:

– Пейте, госпожа!

– Хорошо, но смотрите, Толян с вас голову снимет, если со мной что-то случится! Я его лучшая девушка по вызову! – тянет руки к чаше, но останавливается, почувствовав прикосновение к шее: – Зачем вы надеваете на меня эти красные бусы?

– На память, госпожа, на память!

– Ну ладно. Давайте ваш сок. Что это, «Любимый сад»? Или «Вико-живи легко»?

– Это любимый нектар Бога Шивы! – с опаской говорит брахман. – Пейте, госпожа!

– Пью! За твоё здоровье! Кстати, мы так и не познакомились! Меня зовут Люсьеной, можно Люсей, но никак не Люськой! А тебя пацан, как зовут? Или постель не место для знакомства? Что-то у меня язык заплетается! Говорила мне мама, Люсенька, не пей с утра! Поет: «Затыкала уши, я её не слушала! Ах, мама, мама, как же ты была права! Ах, мамочка, на саночках…» – пытается танцевать, но падает на пол.

– Она бесноватая! – шепчет жрец. – В неё вселился дух Кали!

– Это всё объясняет, – уже почти успокоившись, подводит итог брахман.

– Вы отравили меня! – еле ворочая языком, пытается возмутиться девушка. – Я не могу встать с пола! Ну, ничего, Толя с вами разберется! – пытается встать. – Мне надо в ванную комнату. Надо умыться! Где у вас тут ванная? – падает, но снова поднимается: – Слышу, слышу, водичка капает! У вас кран плохо отлажен! Вам надо сюда моего папку! Он… был слесарь от бога!

Встает и делает несколько шагов в сторону звука, но натыкается на жреца, который загородил ей дорогу:

– Мэм, это личные покои господина Раджи Сингха! Туда нельзя!

– Мне можно! Я… Вот только немножечко посплю… Опускается на пол и засыпает.

Брахман, постояв несколько минут над заснувшей девушкой, подходит к столику, берёт колокольчик и вызывает слуг. После этого, неодобрительно покачав головой, обращается к жрецу:

– Шри Рам, позаботься о ней! А ко мне пришли ту девятилетнюю Девадаси, которую вчера привезли родители.

– Вчера привезли троих и все примерно одинакового возраста. Которую из них привести?

– Ту… – щёлкает пальцами, – Ту, которая родилась в неблагоприятное время!

– Хорошо! Только распоряжусь насчёт этой!

В этот момент появляются слуги, которые, выслушав повеления жреца, бережно уносят спящую Люсьену. Люсьена, не осознавая того, что с ней происходит, шепчет во сне:

– Мама, не надо на меня так смотреть! Что мне ещё оставалось делать? Ты умерла, папе отрезало руку… Чтобы выжить, пришлось всё продать из дома. Папа начал пить, а я… А мне… – возбуждённо мечется, – не надо гладить меня по голове!

ПОКОИ ДЕВАДАСИ

ВЕЧЕР

Люсьена просыпается от сильной головной боли.

– Ох, что же это такое? Что же мне эта женщина в чалме подсыпала в сок?

В покои входят Ананда, Прия и незнакомый мужчина. Мужчина старается не поднимать глаз и смотрит в пол. В руках у него небольшая ширма.

Ананда подходит к Люсьене и пытается обнажить её руку. Прия помогает установить ширму, в которой есть несколько отверстий. Ананда готовит одно из них для рук, а Прия осторожно кладёт руку Люсьены в это отверстие.

– Что вы собираетесь сделать с моей рукой? Отрезать?

– Что вы, госпожа! – успокаивает её Ананда. – Мы помогаем нанести татуировку. – И добавляет про себя: – Слава богу, что сейчас не ставят клеймо, догадались заменить на татуировку!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.