Анна Югай
Тёмные сказки

Чёрный гребень

В одном селе жила вдова, по имени Асефья. Видная, красивая, все при ней. Но все обходили ее дом стороной, так как знали, что была та ведьмой и часто ворожила. Ночью отправлялась она в лес, на самую опушку к озеру. Там превращалась она в черную лисицу и бегала с остальным зверьем по лесу. И было у ведьмы два сына. Старший, Арикий и младший Балут.

Арикий был рожден от человека и от рождения находясь возле людей, хотел жить с ними и с ними свой род вести. А потому, с малых лет пошел в ученики к кузнецу и сам стал кузнецом. Работал он много и хлеб свой зарабатывал честно. Про мать он не забывал и потому их дом блестящ и полон был, как чаша. Балут был гулякой, ленивый-прелинивый, и поговаривали, что родила Асефья его от черта. И потому тот и на человека не был похож, ни внешне, ни внутренней. Балут был завистлив, зол на язык, и местные часто называли его малохольным бесом. Мол, ни человек, ни черт, а черти что! Злился на это Балут, а сделать ничего не мог, только матери жаловался на пустую свою судьбу.

В одно утро вернулась Асефья из леса раненная. Зашла она на территорию волков и еле отбилась. Хорошо хоть ноги унесла. Накрыла ее горячка и в бреду рассказала она сыновьям, что спасти ее может только суп из гребней черных петухов. Что за черные петухи и где их искать? Никто этого не ведовал во всей деревне. Все закрывали перед ними двери, проклиная и радуясь скорей смерти ведьмы. И лишь одна сухая старуха рассказала братьям, что есть такие петухи у лешего.

– Сходите во глубь леса, куда ни одно зверье не скачет и не идет. Склоните головы и попросите лешего. Авось, сжалиться над вами и даст вам петушка то.

Испугался Балут в лес то идти, да тоже больным прикинулся. Стонет, молит брата разрешить тому дома остаться. Мол, какой от того прок? А так посидит дома, за матушкой присмотрит. Тяжело вздохнул Арикий, да делать нечего. В тот же вечер отправился он один в лес, а младшего оставил в доме за матушкой приглядывать.

На входе в лес встретил он сойку.

– Куда путь держишь, молодец?

– Да вот, иду к лешему на поклон. Хочу у него черного петушка для матушки попросить. Захворала она и супа из черных гребней требует. Знаешь ли ты, как пройти к нему?

А сойка ему и говорит:

– Могу довести тебя только до опушки, а там дальше найди черного дятла. Он лешему верный слуга, поди сжалиться и допустит к нему.

И повела сойка Арикия в чащу. А в это время в селе, в дом к ним пришла Алушенька, дочь охотника местного. Помощь оказать, да о матушке братьев позаботиться. Слыла Алушенька первой красавицей и отец ее часто у Арикия кобылу свою подковывал. Алушенька то часто с ним ездила, вот в Арикия и влюбилась, и молча про себя по нему вздыхала. А тут услышала от людей, что матушка его заболела, а сам Арикий в лес ушел за черным петухом. Не выдержало девичье сердце и потому пришла она к матушке его, помочь, чем сможет. А Булат, как увидел Алушеньку, так сразу и пропал. Уже о свадьбе мечтает и Алушеньку в невесты себе видит. Встал перед ней на колени, в любви клянется, а та отворот-поворот. Понял Балут, к кому сердце Алушеньки его лежит и задумал погубить брата. Нашел он у матери оборотный эликсир и выпил его. Обернулся Булат черным дятлом и полетел в лес. Видит на опушке Арикия и сойку. Спрятался он в ветвях, притаился и слушает:

– Дальше проводить тебя не могу, – говорила сойка, – найди здесь черного дятла. Он то и проводит тебя до лешего.

Обрадовался Балут, что все так вышло. Дождался, пока сойка улетит и вылетел к Арикию.

– Ты добрый молодец, что здесь делаешь?

Обрадовался Арикий и рассказал дятлу о своей беде.

– Хорошо, провожу тебя до лешего. Но путь не близкий и опасный. Коли справишься, не замучаешься, то изволь идти за мной.

Повел Булат Арикия в самую чащу, через болота. Знал он, что места там гиблые, темные. И что живет в середине той трясины болотник. Который никого еще не выпустил живого. Завел Булат Арикия на болота и говорит:

– Вот видишь, там в конце черный дуб? За ним и лежит дом лешего. Перейди болото, а там уже недалеко. Я тебя на том берегу ждать буду.

Полетел Булат вперед и сел на ветку дуба. Наблюдает. Арикий по кочкам прыгает, по топи идет. И раз наступил он все-таки на дремавшего болотника, и тот стал тащить его вниз. Обрадовался Булат и на радостях сам решил отправиться в лешему, чтобы принести матери черного петуха. Встретила Булата стая черных дятлов, за своего не признали и накинулись на того, затащив в чащу. А Арикий тем временем вытащил молот которым железо ковал, да как ударит болотника по голове. Из того сразу же дух и вышел. Перешел Арикий болото и встал рядом с черным дубом. Кличет дятла, а тот не отзывается. Делать нечего пошел Арикий дальше, куда дятел указывает. Вылетела перед ним стая черных дятлов и давай того заклевывать, да крыльями бить:

– Кто такой? Зачем явился? Зачем явился во владения лешего, хозяина нашего? Не уж что погибель здесь свою ищешь?

Рассказал Арикий о беде своей.

– Зря пришел, нет у нас больше петухов черных. Всех изловили, да изрезали на супы. Ничем тебе хозяин наш помочь не сможет.

– Все-равно проводите до него. Может что-то он мне подскажет, мудрость какую придумает!

Сжалились дятлы над Арикием и проводили его до дома лешего. Тот выслушал Арикия и сказал:

– Знаю твою матушку. Лисицей здесь у меня бегала, с моим зверьем все играла. Так ты ее старший сын, рожденный от человека? Что ж, помогу тебе чем смогу. Недавно залетел к нам черный дятел, не нашей стаи. Таких мы ловим, да в клетки сажаем. Дятел не хуже петуха, да и нужно тебе от него всего лишь гребень для супа. Оберну я дятла того петухом, а слуги мои срежут для тебя гребень его. И матушка твоя поправиться.

Призвал леший своих слуг черных дятлов, те ему в мешочке черный гребень то с самозванца и принесли. Вернулся Арикий домой, Алушенька из гребня суп сварила и накормила им матушку. Младшего брата, Аракий долгое время искал по лесам и болотам, да так и не нашел. Лишь на заре, иногда был слышен из густоты черного леса кукареканье. То, говорили люди кричал черный петух со срубленным гребнем.

Семь чертей в бочке меда.

Жил на свете один очень жадный мельник. Зимой снега от него не допросишься, никому не помогал. Ни женат не был, ни детей не имел. И жила с ним по соседству старушка, добрая и одинокая женщина. У старушки ничего не было, кроме одного улья. Пчелы ее трудились день напролет, делали мёд, а она его на рынке продавала, тем и жила. И вот, как-то пчелы решили порадовать старушку, и на именины испечь ей медовых пряников. А муки в доме нет, и денег у пчел тоже нет. Посидели они, подумали, и решили сходить к мельнику, чтобы попросить в долг муки. Мельник согласился дать, но с условием, что пчелы, вернут долг в два раза больше, но медом.

Согласились пчелы. Когда настал день возвращать долг, пчелы принесли банку мёда мельнику. Тот давай ругаться, что мало. Ведь муки то он дал много, к чему ему одна банка? Пчелы принесли банку побольше, но мельнику все было мало. Потребовал он от пчел прикатить ему целую бочку. И стал угрожать, что если не отдадут долг, разрушит он их улий, и побьет старушку тяжелыми палками. Разозлились пчелы, и решили проучить мельника. Набрали они целую бочку мёда и пошли к озеру, где жили черти.

Вышли к ним на берег семь чертей, еще дети. И сказали пчелы, что хотят они угостить их медом. Но вот беда, тяжело бочку до озера дотащить. Пошли все семеро чертят за пчелам во двор. Увидели бочку меда и со всего размаху, все семеро в нее залезли. И пока ели мёд, пчелы сверху крышку и запечатали! Прикатили пчелы бочку мельнику, открыл он ее, а там семь чертей, злые в меде! И давай они по всему его двору, да дому метаться и все крушить! И в наказание, взяли мужика, и посадили его в эту бочку, заколотили и утащили на дно к себе. Чтобы позже мясом человеческим, засахаренным в меде полакомиться.

Стрела и черный дятел.

У одного богатого барина было двое сыновей. Праздновали они именины старшего сына на лесной поляне, охотой и стрельбой из лука забавлялись. Старший сын выпустил стрелу и улетела та высоко в небо и упала за лесом. Младший сын выпустил стрелу и улетела та в чащу, в глубь зеленых деревьев. Побежал младший сын за стрелой, а на входе в лес встретилась тому голубая сойка, да и говорит:

– Не ходи молодец в лес. Та твою стрелу черный дятел утащил. Пойдешь, погубит он душу твою невинную. Пропадёшь! Утащит тебя в лес демон злой!

Испугался младший и вернулся обратно поляну без стрелы. Рассказал он обо всем отцу, а старший брат давай над ним потешаться:

– Экий ты трус! Испугался в лес идти за стрелой, вот и придумал какого-то дятла!

Поссорились братья, да так до самого вечера и не говорили с друг другом. Когда все легли спать, старший брат сам направился в лес в поисках стрелы. Вышел на опушку и видит, что воткнута стрела в старый высохший пень, а на ней сидит черный дятел. Сидит и смотрит на старшего пустыми белыми глазами. Не испугался старший и подойдя к пню начал пугать птицу:

– Пошла вон! Пойди прочь!

Клюнул дятел старшего в лоб, тот замертво и упал. Вылетели из деревьев черные вороны и понесли старшего брата в глубь леса. Увидела это сойка и бегом в дом барина к младшему брату. Рассказала сойка про беду, что случилась, взял младший брат лук да меч, и отправился в лес, за братом. Птичка с ним увязалась.

– Спрячь меня за пазуху рубахи, коль беда какая будет, выручу.

Направились они в глубь леса. Видят на пригорке терем стоит, вокруг забор разбитый, а за забором кости человеческие валяются обглоданные. Подобрался младший брат к окну избы, и видит, сидит за широким дубовым столом огромный черный медведь. Один глаз у него белый, ухо разорвано, а на стене за ним в ряд висят серпы. За столом с ним сидит медведица и медвежонок, и поедают приготовленные кушанья. Это и кабаны и бычки, и поросята молочные. Слуги их, черные дятлы кушанья подают, напитки наливают. Обглодали медведи кости и кидают их в кучу. Взял черный медведь первый серп с черной ручкой, и ударил им по куче костей, те собрались обратно в животных. Взяла медведица второй серп с белой ручкой и ударила им по скелетам, те обратно мясом и шерстью покрылись. Взял медвежонок третий серп с зеленой ручкой и ударил им по животным, те и ожили. Выгнали слуги животных обратно в хлева, да в загоны. Услышал младший брат, как дятлы между собой говорят:

– Сегодня поймал в свои сети человека. Давно мяса человеческого не ел хозяин, поди и нам что-то перепадет. Слуги на кухне уже порубили, да в котелок кинули вариться. Густая похлебка вышла, хороша!

Горестно стало младшему брату, когда услышал он о смерти брата. Сойка же вылезла из рубахи и говорит:

– Не кручинься, молодец. Помогу тебе, чем смогу. Дам тебе цветок волшебный, кинь его в похлебку, что на костре вариться. То сонный цветок, усыпит он зверей.

Пробрался младший брат на кухню и кинул цветок в похлебку. Сам горюет, понимает, что кости брата в ней варятся. Схоронился он подпол, как сойка приказала и стал ждать. Звери пируют, похлебку и мясо едят. Кости обгладывают. Подействовал сонный цветок, после такого ужина все заснули крепким сном, включая и слуг, что тоже мясо из похлебки ели. Выбрался младший брат из погреба, а Сойка то ему и говорит:

– Собери кости своего брата в мешочек и уноси, пока можешь.

Рассказал младший брат сойке про то, что видел, как медведи оживляли зверей из костей с помощью трех серпов.

– Неужели нельзя так же сделать?

– Нельзя, – покачала головой сойка, – магия та лишь этим медведям подвластна!

Разозлился младший брат и в гневе срубил всем трем медведям головы. Сложил он кости брата в один мешок, а голову черного медведя в другой. Встрепенулись слуги, открыли глаза, глядят, а хозяева их мертвы и стоит перед ними молодец с серпом в руке. Взъерошились дятлы и накинулись на младшего брата. Клюют того, крыльями бьют, когтями лицо дерут. Схватил младший брат мешок с костями, да кинулся из избы. Вернулся он в отчий дом под утро. Рассказал все младший сын отцу, поплакали они вместе, погоревали по старшему. Прилетели к ним сойки, и кинули к ногам два мешка, в одном серпы, в другом медвежьи шкуры.

– Поели дятлы хозяев своих, отравились мясом их! И нам перед смертью поведали, как брата твоего к жизни вернуть! Но вот горе, чтобы магия серпов сработала, нужно тебе в шкуру медведя одеться. Как накинешь на себя шкуру эту, так сразу и обернешься! До конца жизни тебе эту шкуру носить надо будет!

Согласился младший брат. Надел шкуру и тут же обернулся золотым медведем. Взял он первый серп и ударил по мешку с костями. Кости собрались вместе. Взял второй серп и ударил им по скелету и тот покрылся мясом и кожей. Взял третий серп и ударил им по телу брата. Тот глубоко вздохнул и ожил. Покидал младший брат серпы в мешок со шкурами и отправился в лес. Сколько не кликали его отец с братом. Ни разу он не обернулся на зов их. А в том лесу с тех пор говорят, появился новый хозяин леса. Золотой медведь, что ходит с серпами за поясом, да чудеса разные вытворяет. Птицы и зверье его окружает. По вечерам он всех в избе собирает, да пиры устраивает, а на стене его висят все те же серпы, да шкуры убитых медведей.

Красные косы, красные ягоды.

В одной деревне жили были мельник и мельничиха. Дом полная чаша, скот полный двор, погребы запасами забитые. И была у них одна единственная дочь, Сигилюшка. Умница и красавица. Родители на нее нарадоваться не могли и дочь свою обожали безмерно. Вот стукнуло Сигилюшке шестнадцать и собралась она с подружками на праздник. Одела новые сапожки, сарафан новый, шелком вышитый, а на волосы новый красный обод. Наказали ей родители от подружек не отходить, нигде не задерживаться и как погаснут последние огни и взойдут звезды на небе, быть дома.

Пришла Сигилюшка с подругами к озеру и слышит, поет кто-то на другом берегу. Поют красиво, протяжно. Но не видно кто, берег тот туманом затянут.

– У кого такой голос дивный? Что за песни такие чудесные?

Рассказали подружки Сигилюшке, что стоит на том берегу терем. Терем непростой, красивый, резной. Живет в том тереме мастер столярных дел, а ныне колдун. Люди говорят, завел он дружбу с бесами. По их душу теперь мастерит, а к людям не выходит. И стали в последнее время на берегу его раздаваться пение молодых девиц. А каждое полнолуние, в самую ночь, уходит туман, зажигается большой огонь на берегу. Выходит сам мастер и начинает играть на дудле веселую мелодию, а из озера выходят утопленницы. Непростые, у всех в косах вплетены ленты ярко красного цвета, в руках ветки с красной ягодой. И начинают вокруг костра плясать, кричать, петь, аж до самого утра! Одни говорят, что колдун этот так чары напускает на всех, кто рядом попадется! Забирает он женские сердца и души, а потому никто в эти ночи своих жен, сестер и дочерей не выпускает! Чтобы колдун злой сердце бедное девичье не украл! Этих девушек многие видят после заката. В лесах, в поле, иногда даже возле забора домов стоят и смотрят в окна. В народе так их и прозвали “красные косы” “красные ягоды”.

Любопытно стадо Сигилюшке, что за красные косы такие, да и на мастера посмотреть охото. Дождалась она полной луны, да и вышла тихонечко из окошка, чтобы родители не проснулись. Идет к берегу, в полной темноте. Самой страшно, а любопытно посмотреть. Вышла из лесу, а на том берегу и правда туман пропал. Виден терем, красивый такой, резной. Не терем, а пряник. Видит, вышел из терема мужик. Пригляделась и так на месте и замерла. До чего же красив он был и пригож. До чего дивный и статный. Оттаяло сердце девичье, наполнилось любовью дивною. Но опомнилась. Ведь возлюбленный ее колдун. С нечистой дружбу водит!

Зажегся на том берегу костер, стали выходить из озера девицы в белых саванах. Косы заплетены красными лентами, в руках ветки с красной ягодой. Вокруг мастера танцуют, глазки строят, руками его гладят, да ласковыми словами кидаются. Одолела Сигилюшку тоска да печаль. И закралась ей в сердце ревность дикая.

– Я не я буду, если сердце его не будет моим!

И решила Сигилюшка одеться как утопленница, нашла дома саван белый, красную ленту в косу вплела и ягоды красные в лесу отыскала. На следующую ночь снова пришла на берег. Стоит и думает, как же на тот берег перебраться. Подлетел к ней черный дятел, да и говорит:

– Ты зачем сюда явилась, девица? Почему одета как утопленница? Ведь живая ты!

Рассказала Сигилюшка о беде своей девичьей. Попросила дятла о помощи.

– Ах ты глупая красавица! Ты напрасно пришла! Не любил никого и не любит тот колдун! А сердца девичьи для забавы лишь своей жжет! Ты не первая, кто приходит сюда! Все те девушки тоже были на твоем месте! Приходит такая как ты, глупая красавица, одного взгляда хватает, и влюбляется в колдуна! Плывет на тот берег и тонет! А к колдуну, уже утопленницей выходит, душу свою погубив! Уходи! Уходи домой, глупая! Перетерпи и любовь твоя перегорит к колдуну! Не губи себя!

Взмолилась Сигилюшка:

– Нет! Не могу! Сердце кровью болит и любовь моя сильна! Он тоже полюбит меня, я уверена!

Не послушала Сигилюшка дятла и пошла к берегу. Смотрит, никак туда не перейти. Лишь вплавь добираться. Вошла она в озеро, начала плыть, а ее раз и за ноги начали вниз тянуть. Смотрит, а это утопленницы с красными косами. Лица злые, не человечьи, кричат, на дно ее тянут.

– Ты кто такая?! Еще одна явилась! Итак много нас! Хочешь любимого нашего увести! Любовь и сердце его себе забрать! Не дадим! Утопим!

Успел дятел подлететь к Сигилюшке и шепнул ей на ухо:

– Я тебе помогу! Не протився! Рот закрой руками и не говори ни слова!

Послушалась Сигилюшка, закрыла рот руками и вместе с дятлом ушла под воду. Открыла глаза Сигилюшка и видит, стоит она дне озера, с распущенными волосами. А утопленницы ленту с нее сорвали и рвут на части. Стоит Сигюлюшка, ни живая не мертвая. Слово сказать боится. А утопленницы давай над ней потешаться:

– Это где это ты рубашку то такую нашла? А ленту? И ягоды красные сыскала? Смехота! Ни кожи, ни рожи, а туда же! Пришла на берег на нашего любимого посмотреть! А вот и не дадим! Наш он! Наш!

Утопленницы шипят руки свои когтистые к Сигилюшке тянут. Испугалась Сигилюшка, не хочет смерть свою здесь встретить. Тут вышел из под косы ее черный дятел, да давай утопленницам стрекотать:

– Не ответит она вам. Немая, а на тот берег хотела за ягодами красными, что в руках вы выносите каждый раз.

Удивились девушки:

– Это зачем же ей ягоды?

– Ленты ваши понравились красные. Такую же хочет, да только цвет все подобрать не может. И услышала она от брата вашего нечистого, что красите вы эти ленты соком от этих ягод. А нарядилась вами, чтобы тоже на пляски попасть, да про ягоды разузнать. И даром ей ваш колдун не нужен!

Поверили утопленницы и рассказали Сигилюшке, что ягоды те растут в темном лесу за теремом колдуна.

– Можем принести тебе сами! Но только ты на берег не выходи! Чтобы не увидел тебя колдун!

Покивала Сигилюшка и утопленницы вышли из озера в темный лес. Говорит дятел Сигилюшке:

– Я беду от тебя отвел! Но теперь, выйти к своему берегу ты не сможешь! Заколдовано озеро! Куда бы ты не шла, только к берегу колдуна и выйдешь! Пока нет утопленниц, беги на берег, да схоронись в тереме колдуна!

Спрятался дятел под волосы Сигилюшки и вместе вышли они на берег. Спряталась Сигилюшка в тереме. Видит спит колдун на печи. Застучало сердце ее. Забыла она все на свете, да кинулась к нему. Остановил ее дятел, да давай шептать:

– Очнись, глупая! Найди в тереме синюю ленту и заплети ее в косу! Ищи ленту! А красные ленты не трогай! Заколдованы они! Воли и разума лишают! Если хочешь вернуться домой и не погибнуть, глупая! Делай то, что говорю!

Пожалела Сигилюшка матушку с батюшкой. Губу закусила и стала искать синюю ленту. А за окном уже утопленницы вернулись с ягодами. Пришли в озеро, а Сигилюшки нет! Поняли, что спряталась она в тереме и давай по стеклам бить.

– Выходи, проклятая! Велено было из воды не выходить! Что за дрянь такая!

Нашла Сигилюшка синюю ленту и вплела ее в косу. Вылетел дятел к утопленицам и говорит:

– Не кричите, красавицы! Узнал я секрет колдуна! Кто хочет сердце его своим сделать? Кто хочет невестой его называться? Отдайте мне ягоды красные, что в лесу вы нашли, а я вам ленту особую дам! Цвета красного, как у вас, но то только с виду! Заговоренная она на любовь пылкую! Кто ее в косу заплетет, того колдун полюбит и невестой своей сделает!

Наперебой отдали девушки дятлу ветки с ягодами. Влетел дятел в терем, да и говорит Сигилюшке:

– Выдави сок из ягод и окрась им ленту. Я кину ее утопленицам, и когда одна сорвет с себя красную ленту, хватай ее и беги к озеру, а там на свой берег! Смотри не проворонь!

Сделала Сигилюшка все как надобно и отдала ленту дятлу. Тот вылетел из терема и давай на утопленницами кружить:

– Вот эта лента! Ловите ее девицы! Кто вплетает ее в косу свою, та и будет невестой колдуна!

Стали утопленницы драться за ленту, друг другу волосы дерут, лицо царапают. Слетела с одной девушки красная лента, Сигилюшка как увидела это, так из терема и выскочила. Схватила она ленту и кинулась с ней в озеро. Слышит, а тут колдун проснулся и давай кричать:

– Хватайте ее! Хватайте!

Взял дятел ягоды и соком их в утопленниц брызнул. Обезумели девушки и кинулись на колдуна. Царапают его, кусают, кричат и в воду тащат. Смотрит дятел, а Сигилюшка уже на другом берегу, рукой ему машет. Полетел дятел к ней, а утопленницы так колдуна в воду и затащили. Погоревала Сигилюшка над колдуном, да домой вернулась. Глядит, а уже заря встала, матушка с батюшкой всю ночь спали. И не заметили, что нет Сигилюшки. Больше в тех краях никто о колдуне и красных косах не слыхивал. Пропал колдун говорят. Утащила его все таки нечистая сила, ленту ту, сложила Сигилюшка в свой сундучок, как память и лишь иногда по ночам вспоминала о колдуне своем.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.