Мэй
Проверка на бессмертие

© Мэй, текст, 2025

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет за собой уголовную, административную и гражданскую ответственность.

* * *

Это новая Азия будущего, где бок о бок живут азиаты и европейцы, где технологии вроде бы доступны каждому, но миром все еще правят деньги и власть, и борьба за них идет на уровнях, недоступных обычному человеку. Суровая реальность без справедливости.

ЛЕРА БИРЮКОВА,

автор ТГ-канала «Дерзкая улитка»

v.1.1.

Небо над Коулуном не бывало полностью тёмным.

Ашен Сон смотрел на отсветы на облаках и отстукивал по парапету рваный ритм. Указательный и безымянный пальцы скрывали перчатки.

Голограммы карпов проплывали вверх и вниз перед его лицом, но Ашен Сон давно научился не обращать внимания на рекламу. Столбы зазывали на фестивали, предлагали новую зубную пасту и люксовые импланты – или аугменты, моды, как их ещё называли, хотя в этом районе никто не мог себе позволить такие дорогущие игрушки.

Лан опаздывал.

Больше удивляло, что он вообще решил встретиться.

Вверх от парапета шла лестница, терявшаяся во мраке следующего уровня Коулуна. Узкие проулки извилисто вели во все стороны, подсвечиваемые неоном. Доносились ароматы горячей еды и повторяющаяся по кругу модная мелодия.

Обогнув Ашена, мимо заторопился сухонький китаец, пробормотав что-то про «ровноглазых». Мысленно Ашен Сон хмыкнул. Европейцем был только отец, но от него досталась вся внешность.

Ашен всю жизнь прожил в Объединённой Азии. В городах, полных людей, высоких технологий и неоновых реклам, обещающих всё счастье мира по сходной цене. Ашен разучился верить в это ещё ребёнком.

Вздохнув, Ашен с раздражением провёл рукой по волосам. Попробовал рассмотреть своё отражение в грязной витрине закрытой сейчас лавки. Корни вроде бы отрастали. И почему при всём уровне нынешних технологий не могут придумать краску, которая заставляла бы волосы сразу расти пепельными? Хотя ходили слухи, что «Аморе косметикс» работали над этим и скоро представят новинку.

Карпы замерцали помехами, но быстро пришли в норму. Похоже, перебои с энергией. Когда-то Коулун считался трущобами Гонконга, потом стал парком, а теперь снова вернулся к первоначальному состоянию: тесные домишки, так себе условия жизни, зато самая низкая арендная плата и внимание властей сквозь пальцы. Идеальное место, чтобы встретиться вдали от любопытных глаз.

Услышав подъезжающий мотоцикл, Ашен Сон обернулся и облокотился на парапет. Напустил на лицо безразличное выражение и даже насмешливо приподнял брови, всем видом показывая, что он вовсе и не ждал особо.

Байк лавировал на узкой улочке, едва не касаясь поцарапанными боками стен. Райдер пригнулся, чтобы не задеть висевшие фонарики из рисовой бумаги, и, наконец, остановился перед Ашеном. Голова в шлеме повернулась, и Ашен приподнял подбородок, смотря нагло и не включая встроенные в глаза аугменты.

Райдер снял шлем, оказавшись молодым китайцем, которого большинство считали привлекательным. Высокие скулы, очень тёмные глаза. Пальцы украшали перстни, в ухе поблёскивала тонкой цепочкой серьга.

– Ты слишком самоуверенный для ровноглазого в Коулуне, – заметил китаец.

– А где твой шлем с кошачьими ушками?

Усмехнувшись, Лан слез с мотоцикла. Он был одного роста с невысоким Ашеном, но казался хрупким. Вряд ли кто на местных улицах признал бы в нём одного из самых могущественных людей Гонконга, Великого дракона корпорации «Шэньхун». Маскировался он отлично: никакой охраны или скоростных байков, которые обожал.

– Курить будешь?

Ашен Сон покачал головой, а Лан проворно вытащил сигарету. Язычок от пламени зажигалки смешался с холодным светом плавающих в стороне голограмм. Прислонившись к парапету, Лан глубоко затянулся, запрокинув голову.

По лестнице спустилась китаянка в замызганном халате, ворча себе под нос. То ли на каком-то наречии, то ли просто настолько неразборчиво, что Ашен уловил только раздражение об очередных молодых лоботрясах, которые встали посреди дороги. На ухе у неё мерцал кохлеарный имплант, способный отсекать заданные звуки.

– Давно вернулся в Гонконг? – спросил Ашен.

– Только что. Джетлаг меня однажды доконает.

Открыв глаза, Лан повернул голову, внимательно смотря на Ашена. Тот давно привык к подобному взгляду, хотя в первый раз, когда сын главы клана посмотрел на него именно так, Ашен пожалел, что решился просить убежища и защиты.

Взгляд сквозь.

Подобный бывал у обладателей имплантов: глаза выдавали им всю доступную информацию о человеке. Шэнь Лан смотрел так, будто хотел без всяких нейроштук докопаться до сути, узнать, что за человек перед ним.

– Я помню, ты терпеть не можешь летать, – хмыкнул Ашен. – Особенно через полмира. Думал, завтра возвращаешься.

– Завершили встречу раньше.

– Всё прошло успешно?

Лан кивнул, выпуская дым в белёсое небо. Они были знакомы несколько лет, с тех пор как Ашен Сон продал клану Шэнь всю информацию, которую умыкнул у одной корпорации, и попросил защиту. Они же решили дать гораздо больше и наняли хакера на работу.

Тогда Ашен Сон верил, что это и правда обычное деловое соглашение с «Шэньхун». Именно Лан объяснил, что это нечто большее. Теперь Ашен – часть клана. Они убьют за него, если понадобится – но и он должен быть готов умереть за них.

Лан стал его другом. Но даже Ашен не всегда мог понять, что у того в голове.

– Я напомнил им, кто здесь Великий дракон, – криво усмехнулся Лан. – Это стоило им нескольких миллионов, а мне – пары бессонных ночей.

– Тогда почему захотел встретиться, а не поехал домой?

Лан снова выпустил дым, на этот раз чуть отклонившись, так что через вихрящиеся клубы проплыл полупрозрачный рекламный карп.

– Для тебя есть задание.

– От тебя лично или от «Шэньхун»?

– Это официальное задание корпорации. Но я хотел попросить лично.

– Да что за загадки? – проворчал Ашен.

К его удивлению, Лан рассмеялся, негромко и мелодично.

– Извини, Аш. Ты прав.

Он затянулся напоследок и автоматически сунул потушенный окурок в карман. Грязноватый проулок вряд ли заметил бы мусор, но Ашен слышал, что по единице генетического материала умельцы уже могут изготавливать яды. Будучи наследником клана, Лан никогда не рисковал в подобных вещах.

Став Великим драконом после смерти отца, начал относиться ещё внимательнее. Именно из-за этого пришлось ехать в Европу и напоминать о прошлых соглашениях. Европейцы часто забывали, что подписывали договор с кланом, а не с конкретным Драконом.

Улыбка исчезла с лица Лана, он подобрался, превратившись в остро отточенный клинок.

– Убили одного важного человека. Брайана Морана.

– Мораны? Из «Моран индастриз»?

– Сын генерального директора. Мой старый знакомый. Его сестра попросила помочь с выяснением обстоятельств.

– Ева Моран? Твоя невеста? Подожди… я-то здесь при чём? Я не детектив.

– Нужен не детектив. Нужен хакер.

Ашен Сон нахмурился, мало что понимая. Он не был знаком с Евой Моран, о Брайане Моране много слышал. Их компания занимала важное место не только в Гонконге, но в принципе на рынке.

– Аш, я не в курсе подробностей, – вздохнул Лан. – Но я хочу знать, кто убил Брайана. И почему. Ты лучший хакер. Найди тех, кто за этим стоит.

– Даже если кто-то важный?

– Конечно, это кто-то важный, – хмыкнул Лан. – Все корпорации гудят из-за смерти моего отца. Самое время, чтобы убирать конкурентов и упрочнять положение. Но разбираться предоставь мне. Просто выясни, кто стоит за смертью Брайана.

Звучало как просьба, хотя отказаться Ашен Сон не смог бы. Он не просто работал на клан, он, по сути, принадлежал ему. Но теперь понимал, почему Лан хотел встретиться – подчеркнуть, что результат важен лично ему. Раз уж дело связано с его старым знакомым и невестой.

– Ева расскажет подробности, – продолжил Лан.

Ашен насторожился. Его социальный мод уловил почти незаметные нюансы в голосе Лана. Едва слышные паузы, растягивание фраз. Беспокойство.

– Я должен знать что-то ещё? – спросил Ашен Сон.

– Просто будь осторожен.

– Не я беру самый задрипанный мотоцикл, чтобы инкогнито притащиться на встречу в злачный район Гонконга!

Ашен Сон усмехнулся, но Лан оставался серьёзным, его губы даже не дрогнули, и беспокойство Ашена крепло.

– Почему не встретились в офисе? – спросил Ашен. – Наверняка ведь туда поедешь.

– Мне нравится Коулун. Здесь можно быть кем угодно, и всем всё равно.

После смерти отца Лан встал во главе клана Шэнь и корпорации «Шэньхун». Многие считали его слишком молодым для подобной роли, пытались узнать границы его слабости. Наверняка это выматывало.

– Хорошо, я разберусь с убийством Брайана, – сказал Ашен. – Будешь ещё курить?

– Нет. Чёртов джетлаг!

Лан потёр переносицу, морщась. Потом повернулся, чтобы облокотиться на парапет, как и Ашен. Теперь они оба стояли лицом к длинной лестнице.

– Есть ещё кое-что, Аш. О чём нужно сказать лично.

Ага, значит, интуиция всё-таки не подвела.

– Ходили слухи, что Брайан связался с Красной комнатой, – сказал Лан.

– Что? Это же байка Даркнета. Красной комнаты нет.

– Возможно. А возможно, Брайан отыскал её.

– Я думал, его смерть связана с тем, что он сын главы корпорации.

– Неужели ты считаешь, если Красная комната существует, её не прикрывает одна из корпораций?

– Дерьмо.

Теперь у Ашена руки зачесались покурить, хотя он старался следить за собой и бросить эту привычку. Он продержался уже неделю, не хотелось так глупо начинать.

По лестнице спускался очередной китаец в потрёпанном плаще, на этот раз молча, смотря себе под ноги. Ашен мог его понять, выщербленные ступеньки не внушали доверие.

– Аш…

Он мгновенно напрягся, услышав в голосе Лана одновременно металл и предупреждение, но внешне тот оставался таким же расслабленным. Что-то было не так, и Ашен вцепился в парапет.

Раньше он думал, что его жизнь полна опасностей. Он переезжал из одного дешёвого жилья в другое, прокачивал навыки и спускал деньги на новые девайсы и импланты. Он не заботился о завтрашнем дне, ему нравилось жить на острие.

Пока он не стал частью «Шэнхуна». Вот тогда он узнал, что такое настоящая опасность.

Когда Великий дракон поручил ему первое дело, нужно было отследить, куда утекают деньги с закрытого счёта. Для Ашена Сона это оказалось пустяком, но никто не позволил отсиживаться в офисе.

Они ворвались в маленький притон как раз тут, в Коулуне. Местечко втиснулось между лапшичной и прачечной. Оказалось, служило прикрытием для группы, понемногу воровавшей деньги у корпораций.

В том же притоне оказался и Лан. Когда пришли его люди и настала пора скинуть маскировку, он в один момент превратился из расслабленного парня в беспощадного руководителя.

Тогда Ашен впервые увидел Лана в действии. Он хладнокровно приказал убить всех, кроме единственного вора, которого оставили для допроса.

Сейчас, на узкой улочке Коулуна, Лан тоже подобрался, резко ушёл в сторону, когда китаец на ступеньках поравнялся с ними. Оттолкнул Ашена, быстро ударил первым, и Ашен заметил, как из руки нападавшего выпал нож.

Лан вырубил его несколькими быстрыми ударами.

– Глупо! – сказал он.

Один из перстней мерцал голубоватым светом модов, идти на Великого дракона с ножом и правда верх глупости. Если только ты не местный грабитель, решивший, что два молодых мужчины станут лёгкой добычей.

Или если ты не отвлекающий манёвр.

Дрон вынырнул из-за козырька здания, на его ощерившихся лезвиями боках мелькнул кислотный отсвет вывески. Лан вскинул другую руку, делая причудливый жест пальцами. Кольца снова вспыхнули. Дорогие, высококлассные гаджеты вместо имплантов, они создавали электромагнитный импульс.

Стёкла лавочек дрогнули и осыпались вниз крошевом, но дрон явно был защищён. Он ринулся вперёд, целясь в Лана. Тот был главой «Шэньхун», но его областями всегда оставались финансы и политика, он не был воином. Как и Ашен.

Он заметил силуэт, метнувшийся со скоростью, казавшейся невозможной для человека. Фигура подпрыгнула, будто кошка, мелькнули лезвия, и дрон рухнул на грязный асфальт.

Приземлившись, девушка выпрямилась и хмуро глянула на Лана. Стройная, гибкая, в чёрном костюме с высоким горлом. На широком кожаном поясе выгравированный бордовый дракон. Тёмная помада и выразительные глаза, подведённые красным. В собранных волосах заплетённые косички, на кончиках пальцев титановые когти золотистого цвета. Смертоносное и опасное оружие.

Шэнь Фэйлин могла казаться красивой девушкой, но давно являлась главным Когтем Дракона. Она подошла стремительно и, не убирая лезвия, ткнула одним в грудь Лана:

– Мог предупредить о встрече.

– Я знал, что будешь следить за мной.

– Теперь ты – Великий дракон. Ты не можешь просто так уйти, как обычный человек.

– Ты права, – ровно сказал Лан. – Теперь я Великий дракон. Это значит, я буду делать то, что считаю нужным.

Фэйлин прищурилась, но не ответила. Как подозревал Ашен, она следила за Ланом от самого самолёта и беспокоилась не из-за того, что Лан теперь глава клана.

Лан – её старший брат.

– Пусть дрон заберут, – сказал Лан. – Посмотрим, чья разработка, хотя вряд ли что выясним. Кланы и корпорации прощупывают нас. Фэйлин, захвати вот этого господина, но, скорее всего, ему заплатили минут пятнадцать назад.

Лан ткнул носком ботинка лежавшего без сознания нападавшего. Повернулся к Ашену:

– Я хочу знать все подробности о смерти Брайана.

Он вздохнул и скрыл зевок в кулаке. Ашен Сон прекрасно знал, что Лан может быть беспощадным драконом, но ему и Фэйлин мог показать, что он ещё и человек.

– Поеду посплю, – закончил Лан. – Проклятый джетлаг!

Ашен Сон помнил, как в том притоне Лан руководил жёстко и бескомпромиссно, а потом его рвало за углом. Ашен тогда неловко поддерживал и никому не сказал ни слова. С этого и началась их дружба.

v.1.2.

Здание «Моран индастриз» возвышалось в деловом центре Гонконга. Небоскрёб, утопающий в огнях из окон и многочисленной рекламе. Этим вечером в воздухе висела влага, размывая неоновый свет.

Ева считала, баннеры уродуют здание. С другой стороны, они расцвечивали весь Гонконг, споря с ночным мраком, делая город светлее.

Сейчас Ева поднималась на лифте, и стеклянная кабина скользила по внешней части здания «Моран индастриз», а реклама мерцала со всех сторон. Ева проехала мимо огромного светодиодного экрана, на котором женское лицо без единого изъяна демонстрировало новые ампулы нанитов для разглаживания морщин.

Лифт связывал между собой ключевые этажи, но воспользоваться им могли только члены правления или семья Моран, так что Ева не опасалась, что кого-то встретит. Мелькнула мысль, что нужно убрать из базы Брайана, он больше не воспользуется лифтом.

Натянув на руки тонкие чёрные перчатки, Ева вышла из остановившейся кабины. Прошла через приёмную комнату и сразу оказалась в собственном офисе.

– Свет, вариант два.

Сияние пошло из-под большого рабочего стола и стула для посетителей. Вполне достаточно, чтобы создать неофициальную обстановку, но напомнить, что вообще-то Ева здесь главная, а пришедший всего лишь будет работать на неё. К тому же Еве просто нравилось, что приглушённый свет не мешал любоваться ночным городом.

Прошелестев длинным бархатным платьем, Ева подошла к панорамному окну, смотря на открывшийся пейзаж и собираясь с мыслями. Когда-то она родилась в Гонконге, но не разделяла энтузиазма брата. Вот он искренне восторгался здешней атмосферой, впитывал её. Городской неон отражался у него в глазах, подземка вибрировала в такт биению сердца, море в бухте шелестело, как дыхание.

Уезжая в Америку на учёбу, Ева жалела о том, что расстаётся с братом и семьёй, но не испытывала сожалений о городе. Хотя в школе-пансионе её удивляли местные привычки, и Ева не раз ловила себя на мысли, что азиатские люди ей ближе.

В Гарварде она уже не вспоминала об этом. Училась с удовольствием, со страстью. Думала задержаться в Штатах, но отец категорично вызвал в Гонконг.

– Ты получила степень в менеджменте. Употреби её на благо семейного дела.

Теперь Ева смотрела на пульсирующий огнями и жизнью город и не могла понять, чего в ней больше, отца-европейца и западного образования или матери-китаянки и тяги к местной земле, заставлявшей сжигать благовония и консультироваться с мастером по фэншуй.

«Ты продолжение этого города. Он тоже соткан из противоречий востока и запада. Поэтому все корпорации здесь. Пульсирующее сердце».

– Ты же не можешь подслушивать мои мысли, – пробормотала Ева.

Голос в голове вроде бы засмеялся, но звучало сухо, пергаментно.

«Я и не слышу. Но ты смотришь на город, и я знаю тебя».

– Прекрати. Ты меня не знаешь.

Брайан знал. Старший брат и наследник отца, отмахивавшийся от дел компании. Его интересовали исследования, которые проводили «Моран индастриз». Ева радовалась, что отец не стал настаивать и отправил Брайна туда, к чему лежала его душа. Он руководил отделом разработок.

Они часто встречались за ужином и ходили в непримечательные заведения, которые выбирал Брайан. Он размахивал палочками вместо того, чтобы есть, жестикулировал, рассказывая о новом проекте. Он внимательно слушал.

Брайан любил морепродукты и не переносил молоко. Он великолепно ругался на нескольких диалектах, местные его уважали. Он любил поэзию и к созданию искусственных интеллектов подходил как к поэмам.

Он был. Но теперь он мёртв. Ева хотела выяснить, кто это сделал. А потом найти ублюдка и вспороть ему глотку.

Усевшись за стол, Ева коснулась дисплея:

– Эвелина, он здесь?

– Ждёт в приёмной комнате. Впускать?

– Да, пожалуйста.

Ева развернулась спиной к огромным окнам и лицом к входной двери. К счастью, посетитель не заставил себя долго ждать. Вошёл решительно, сразу направился к креслу, в котором и устроился.

Весь в тёмной одежде, нижнюю часть лица скрывал респиратор, который гость не потрудился снять. Но самым примечательным в его внешности, безусловно, оставались пепельные волосы, выбритые на висках. Глаза гостя чуть отсвечивали модами, мизинцы и безымянные пальцы рук скрыты перчатками, но Ева и без того знала, что они тоже напичканы нейроштуками. Он мог держать в руках базы данных. Буквально. В костяшках пальцев прятались слоты для информации.

Не смущаясь, гость разглядывал кабинет, надолго остановившись на стилизованном камине со свечами.

– Ашен Сон, я так понимаю?

Он перевёл взгляд на Еву и наверняка попытался просканировать, но такой фокус у него не выйдет. У Евы имелся собственный имплант, отец настоял на нём, когда ей исполнилось четырнадцать, официальный возраст, позволявший вживление. Маленькая игрушка, вшитая под кожу, скрывала информацию от таких вот обладателей глаз. Ничего, кроме имени. Но Ашен Сон и без того знал, к кому пришёл.

– Предлагаю не ходить вокруг да около, – заявил он, и его голос звучал чуть приглушённо. – Мы оба знаем, зачем я здесь. Убийство твоего брата, Брайана Морана.

– Может, снимешь респиратор? Говорить приятнее с тем, чьё лицо видишь.

Еву раздражала эта манера прятаться, она и респираторы не любила, справедливо полагая, что они не столько из-за городского смога, сколько из-за желания некоторых личностей скрыть себя. Как будто их данные сложно взломать! Брайан раскусывал такие системы, когда Ева была совсем маленькой.

Ашен Сон стянул респиратор, оставив его болтаться под подбородком. Обычное лицо, узкое, бледное. Угадывалось что-то азиатское, но в целом Ашена легко принять за чистейшего европейца.

– Я выполню задачу наилучшим образом, потому что Шэнь Лан лично попросил об этом.

Во фразе едва заметно прозвучало что-то церемониальное. Откинувшись в кресле, Ева скрестила руки:

– Ты не только работаешь на «Шэньхун», ты часть клана, правильно?

Ашен Сон кивнул:

– Я слышал, что у вас в «Моран индастриз» всё иначе. Вы не отсюда.

– Мой дед основал компанию в Европе, но приехал в Гонконг и прожил тут всю жизнь. Мой отец родился тут. Нас до сих пор считают чужеземцами, хоть и вынуждены считаться.

Ещё бы не были! «Моран индастриз» слишком заметная корпорация, чтобы с ней не считаться. К тому же и дед, и отец успели оказать важные услуги местным.

– Ты училась не здесь, – сказал Ашен Сон. – Родилась в Гонконге, закончила Гарвард. Два года назад приехала по настоянию своего отца и заняла пост операционного директора в «Моран индастриз». Компания однажды перейдёт к тебе.

– Уже взломал наши базы?

– Зачем? Всё это можно отыскать в открытом доступе. Я всего лишь навёл справки. Хотя больше меня интересовал твой брат. Брайан всю жизнь прожил в Объединённой Азии, окончил Шанхайский университет, жил в Гонконге. Лан считал его хорошим знакомым, так что, думаю, Брайан куда лучше тебя понимал, что такое кланы.

Ева поджала губы, но не стала отвечать. Брайан действительно с восторгом рассказывал об уникальной системе азиатских корпораций. Ева не разделяла его воодушевления и здесь, считая, что тот же «Шэньхун» – это нечто среднее между торговым домом и мафиозной триадой. Внутри корпорации их объединяет не только общая работа, даже не одни семейные узы, как у Моранов, но и клановая система, где вовсе не обязательно приходиться кровным родственником.

Из-за этого возникало много проблем при работе с ними.

– Да, меня приняли в клан Шэнь, – кивнул Ашен Сон. – Я под их защитой, иначе, скорее всего, был бы мёртв.

Конечно, мёртв, подумала Ева, но перед этим корпораты из тебя бы душу вытрясли. Когда-то Ашен Сон считался гениальным хакером, пока не прихватил слишком много информации у «Титана». Эта компания объявила на него охоту, часть триад ей подчинялись. В общем, Ашен Сон прав: никто с ним церемониться не стал бы. Пока «Шэньхун» не объявила, что теперь он работает на них. Наверняка это стоило всех секретов «Титана».

– Значит, Лан попросил тебя заняться делом, – сказала Ева. – Хорошо.

Все знали, что Ева – невеста Лана, но мало кто был посвящён в детали их отношений. Ева решила исходить из того, что вряд ли для хакера существовали запертые двери и спрятанные секреты под неплотно прикрытыми крышками. Значит, он в курсе, что эта свадьба представляла собой часть сделки, которую заключили их отцы.

– Тебя не было в инструкциях Брайана, – сказала Ева. – Но ты можешь помочь найти тех, кого он указал.

– Инструкции?

– На случай его смерти. Он обновил их полгода назад. Там сказано, если с ним что-то случится, я должна привлечь Отшельника и Колесо Фортуны. Знаю, что это какие-то хакеры, но не в курсе, как их отыскать.

Ашен Сон нахмурился и подпёр рукой подбородок. Взгляд у него стал немного отсутствующим, скорее всего, он уже залез в Сеть.

– Знаю их, – сказал Ашен. – Точнее, Отшельника. Колесо Фортуны работает с ним. Мы никогда не встречались в жизни, но этот парень, Отшельник, и правда хорош. Я смогу послать им весточку. Думаешь, они что-то знают о смерти Брайана?

– Надеюсь на это.

В тот вечер Ева собиралась встретиться с Брайаном. Она задерживалась, работая с документами, а он занимался допоздна в лаборатории с высокотехнологичными разработками, которые становились «мозгами» умных машин, управляли домами, самолётами и даже лифтами. Еве позвонил не брат, которого она ждала, а отец, сообщивший, что Брайана хотели убить.

Брайан умер, пока Ева ехала в больницу.

Сейф с инструкциями она открыла той же ночью. На её дрожащих руках ещё оставалась кровь брата, и Ева верила, что внутри найдутся подсказки к тому, что произошло. Но ничего. Только указания отыскать Отшельника и Колесо Фортуны.

Ашен Сон пригодится, если сможет быстро это сделать. Поэтому Ева и попросила Лана о помощи, знала, что у него есть ресурсы.

Родительские договорённости претили, сколько раз Ева ругалась по этому поводу с отцом! Он неизменно повторял, что договор нельзя нарушать. Ева злилась. Но когда познакомилась с Ланом, поняла: проблема ещё и в том, что он неплохой человек.

Взгляд Ашена Сона оставался таким же расфокусированным, глаза чуть мерцали. Левой рукой он коснулся правой ладони, пробежал пальцами по коже, и Ева не сомневалась: там тоже мод, уже вовсю занимавшийся поиском.

У самой Евы имелось достаточно встроенных аугментов, но она всё равно не представляла, как можно одновременно быть и здесь, и там, без всяких экранов и дополнительных гаджетов.

– В этом деле будет участвовать ещё кое-кто, – сказала Ева.

Она прикинула последствия, но если Ашен Сон работал на Лана, то надёжнее человека не найти. Особенно его квалификации.

«Ты уверена, что стоит ему рассказывать?» Голос прошелестел прямо в голове Евы.

– Да, – ответила девушка. Она тронула нейрошунт за правым ухом, касаясь невидимых сенсоров, чтобы подсоединиться к системе офиса.

– Ещё один хакер? – взгляд Ашена Сона сосредоточился на Еве.

– Брайан.

Ашен нахмурился, явно не понимая:

– Подожди… твой мёртвый брат? Он оставил ещё инструкции, и они нам помогут?

– Нет. Сам Брайан.

В этот момент из офисных динамиков раздался приятный мужской голос:

– Привет, Ашен. Рад с тобой познакомиться. Хоть и вот так.

Ева отдала должное выдержке Ашена Сона. В его голове наверняка пронеслось с десяток вариантов, что происходит, но он сохранял спокойствие, только нахмурился. Его пальцы снова пробежали по кисти рук, наверняка тестировал и анализировал, что за систему сейчас слышит. Ева облегчила ему задачу:

– Брайан занимался программой «Бессмертие».

Вот теперь глаза Ашена расширились. Он явно знал, что это такое.

– Это же разработка, – сказал он. – Эксперимент. Никому так и не удавалось сделать цифровую копию человека.

– Брайан занимался «Бессмертием» несколько лет, – сказала Ева. – Он изучал возможности саморазвивающихся нейросетей и на их основе придумал, как загрузить личность в инфополе.

– Подожди…

– Это Брайан, – кивнула Ева, касаясь нейрошунта за ухом. – Вот здесь. Его цифровая личность. Он загрузил себя в программу за полгода до смерти. У этой личности его характер, его воспоминания, его образ мыслей.

Капсула с данными нашлась в том же сейфе. Когда Ева загрузила её и поняла, что это такое, она едва не задохнулась от эмоций. Услышав голос мёртвого Брайана.

– Я и есть он, – спокойно сказал голос. – Но в моих воспоминаниях отсутствуют последние полгода жизни реального Брайана, поэтому ответов у меня нет. Но я могу помочь их отыскать.

– Экспериментальная разработка, – сказала Ева. – О ней никто не должен знать. Насколько я понимаю, копий других личностей не существует. Мой брат… всегда предпочитал пробовать на себе. Результат по каким-то причинам не устроил его полностью. Или он хотел проводить ещё тесты.

– Он что-то планировал, – подал голос Брайан. – Но информация об этом в меня не загружена.

До сих пор Ева терялась, как воспринимать вот эту цифровую копию. Она говорила, как брат, создавалась иллюзия, что даже мыслила, но до сих пор оставалось непонятным – это обученный бот или действительно полноценная копия, к которой так стремилось «Бессмертие».

Похоже, Ашена Сона не смущали подобные вещи. Он широко улыбнулся:

– То есть будем искать убийцу с какими-то хакерами и вот этим? Прекрасно!

– Да, – подтвердил бестелесный голос. – Нужно узнать, кто меня убил.

Яо нёсся по ночному городу, не обращая внимания на знаки. Неоновые отблески скользили по его телу, а за спиной мерцали девять голограммных хвостов.

Под козырьком рынка Яо остановился отдышаться. На уровнях под ним сияла назойливая реклама, поэтому Яо планировал забраться повыше, чтобы двигаться по крышам. Для таких, как он, ночной город представлялся не только домами, переплетёнными многочисленными мостками, но и запутанной дорогой, путём, который он с удовольствием прокладывал. Когда Яо мог отыскать новую тропу в привычный район, он приходил в восторг.

– Эй, посторонись!

Яо едва успел отшатнуться, когда прогромыхал уличный торговец с тележкой. Он с раздражением отмахнулся от голограммных хвостов, но потом заметил ножны с катаной, и выражение лица тут же стало испуганным.

– Извините, господин.

Яо только фыркнул. Принюхался – похоже, у торговца лапша, а её совсем не хотелось. Крутанувшись на месте, Яо нырнул на рынок, утопая в ароматах еды и разговорах. Углубляться не стал и уже через пару минут продолжил путь, но в рюкзаке пристроился контейнер с жареной курицей на палочках.

Катана не мешала движениям, Яо давно с ней сроднился. Эндрю посмеивался, что раньше, когда Азия не была единой хотя бы формально, хули-цзин никогда бы не стал носить катану, но теперь всё слишком смешалось.

Яо только закатывал глаза и ворчал:

– Шибко умный ты!

Эндрю не обижался, пожимал плечами. Но ждать вечно он не будет, Яо стоило поспешить. Разбежавшись, он сделал рисковый прыжок, из-под подошв кед даже сорвалось несколько камушков, зато пролетел чётко через голограммного карпа, который плыл по улице с рекламой косметической фирмы. Перед спуском на крышу уровнем ниже проблем не возникло, Яо ловко сделал сальто в воздухе, приземляясь мягко и пружинисто.

Он обошёл металлическую коробку, в которой скрывались корпоративные антенны или подобная чушь. Яо совершенно не разбирался, знал только, что к замкам лезть без подготовки не стоит, тряханёт так, что хорошо, если выживешь.

Эндрю обнаружился с другой стороны. Прислонившись к стенке, он водил перед собой руками. На металлических кольцах на пальцах, как и на очках, мерцали огоньки соединения. Эндрю подключался к таким устройствам, чтобы скачивать информацию корпоратов.

– Это я, – громко заявил Яо. – Поесть принёс.

Эндрю замер и сделал смахивающее движение. Яо знал, когда тот всерьёз занят, то не ответит, хотя на реальные дела они всегда ходили вместе. Пока Эндрю отключался от окружающего мира и нырял в киберпространство, Яо сторожил.

– Привет. – Эндрю улыбнулся и поднял очки, растирая переносицу, на которой остался красноватый след.

Яо был бы рад, если Эндрю увидел его хвосты. Их полупрозрачное сияние на фоне гудящего города. Яо так гордился, когда у торговцев наконец-то отыскал интерфейс хули-цзин!

Эндрю был слеп. Его мутные молочные глаза смотрели перед собой и моргали, видимо, чтобы снять напряжение. Эндрю видел только цифровой мир.

Скинув рюкзак, Яо уселся рядом с другом, одновременно расстёгивая молнию, чтобы достать курицу на палочках.

– Тебе нужны новые очки, – проворчал Яо. От старых Эндрю явно уставал. Такое случалось, если пользоваться интерфейсом слишком интенсивно.

– Мне нужно кое-что другое.

Неловко выпрямившись, Эндрю, не сняв колец, расстегнул куртку. Футболка на боку пропиталась кровью.

Выругавшись в духе рабочих-кули, Яо потянулся не к контейнеру с едой, а к портативной аптечке, которую всегда таскал с собой. Он и Эндрю пытался одну такую всучить, но тот лишь качал головой:

– Стимуляторы и обезбол у меня и так есть, а остальное не увижу.

Тогда Яо до хрипоты спорил, что с большинством нынешних технологий видеть и не нужно, но сейчас не мог не признать, что самому справиться с раной Эндрю было бы сложно.

Разорвав футболку, Яо цокнул языком и бесцеремонно залил порез антисептиком. Эндрю выгнулся и зашипел от боли, но Яо не ощущал стыда.

– Ты заслужил, – мрачно сказал Яо. – Мог скинуть сообщение, чтобы я поспешил, а не сидеть и ждать. А если б я задержался? Ты бы тут кровью истекал?

– Ты же пришёл.

Яо ещё разок от души брызнул антисептика, но больно уже не было. А жаль. Эндрю ничему жизнь не учит. Яо иногда недоумевал: это какое-то извращённое стремление к саморазрушению? Или Эндрю правда плевать, когда он увлечён в киберпространстве? Или ему приятно получать помощь Яо?

Рана не казалась серьёзной, но походила на след от боевого лазера.

– На что ты умудрился нарваться? Каким вообще образом?

– Тут поставили охрану.

Опешив, Яо огляделся и почти сразу заметил чёрный шар в углу крыши. Обычно он такие сносил одним ударом, пока Эндрю подключался. Но тут их постоянное место, отродясь охраны не было!

– И ты остался? – спросил Яо. – Ты припёрся на нашу обычную крышу, тебя подстрелила новая охранная пушка, а ты спокойно подключился к их сети?

– Не так уж спокойно. Я торопился. Чтобы сразу вырубить её и сигналку.

– Ну я рад, что ты такой расторопный.

Почти со злостью Яо облепил рану жидким пластырем. Пару дней Эндрю походит, потом можно снять.

– Спасибо, – сказал Эндрю. Поморщился, усаживаясь удобнее.

Если бы он видел, то сразу заметил бы пушку. Он знал, где они могут быть расположены. Но от киберочков оружие надёжно скрывалось, и это всегда немного пугало Яо. Что, если Эндрю нарвётся на что-то такое без него и страховки его катаны? Поэтому Эндрю обычно и не ходил на дела в одиночку. Да и крышу эту они знали!

– Спроси, – улыбнулся Эндрю. Он стаскивал с пальцев кольца, его глаза невидяще смотрели вперёд. – Я же знаю, тебе интересно.

Яо фыркнул, усаживаясь рядом. Распластал голограммные хвосты вокруг. Он понимал, почему Эндрю не убрался отсюда побыстрее. Если тут поставили пушку, значит, в сети есть что-то ценное.

– Ладно, – проворчал Яо, убирая аптечку и доставая контейнер с едой. – Что там было?

– Адреса некоторых мест Даркнета.

– И ради этого ты кровью истекал?

– Просто ждал тебя.

Яо закатил глаза, зная, что друг его не видит. Передал ему палочку и вцепился зубами в поджаренный кусок курицы. Перед ними проплывала ввысь синяя неоновая медуза, и Яо в очередной раз пожалел, что Эндрю её не видит.

– Ещё кое-что, – сообщил Эндрю. – Нам пришло письмо, нас зовут в Сянган.

– Сянган? Работа какая-то?

– Возможно. Сообщение для Отшельника и Колеса фортуны.

Яо замер. Значит, от кого-то из круга хакеров. Или от того, на кого работает хакер. Это всё волновало и обещало приключение, может, слегка опасное. Постаравшись, чтобы голос его не выдавал, Яо спросил как можно безразличнее:

– От кого пришло сообщение?

Он почти готовился, что Эндрю пожмёт плечами, чаще всего те, кто предлагал им работу, шифровались. Но тут, похоже, другой случай.

– От Мага.

Ашен Сон.

v.1.3

Помещения «Шэньхун» нравились Ашену больше, чем «Моран индастриз». В последних будто веяло холодом, как и от Евы. Небоскрёб «Шэньхун» казался приветливее, хотя сам Лан мастерски умел отстраняться, а не изображать отстранение, как Ева.

Поднявшись почти что в небо, Ашен Сон покинул лифт и прошёл по тёмно-алому ковру к кабинету Лана. Интерьер вокруг представал сдержанным, флюоресцентные трубки на колоннах переходили в красные бумажные фонарики. Арка отделяла приёмную.

Ли Чэньгуан работала здесь всё время, сколько Ашен знал «Шэньхун». Милая улыбчивая женщина чуть за сорок. Она одна из немногих, кто не скрывал свою информацию, а наоборот, охотно её показывал, поэтому по зрачку Ашена поползли данные об имени, должности и многочисленных установленных модах. Секретарь с ходу оценивала посетителя поблескивающими глазами, Ашен мог биться об заклад, что она неплохой хакер.

– Добрый вечер, Ашен Сон, – улыбнулась Чэньгуан. – Молодой господин занят, подожди пару минут.

– Конечно.

– Джу спрашивала о тебе. Когда ты позовёшь её на свидание?

– Мы с Джу даже не знакомы, – рассмеялся Ашен.

– Но я много о тебе рассказывала!

Дочери Чэньгуан недавно исполнилось восемнадцать, и секретарь упорно пыталась сосватать её Ашену. То есть если бы всерьёз хотела, Ашен так легко не отвертелся, но сейчас это представало милой шуткой.

– Я посмотрю своё расписание, – серьёзно заявил Ашен.

– Ох, знаю я твоё расписание! Молодой господин только вернулся, а уже ни минуты покоя. Сейчас и тебя загрузит.

– Шэнь Лан и домой не ездил?

– Конечно, нет.

Что было не так уж удивительно. У него имелись личные жилые комнаты над офисом, а дом свой Лан не любил и частенько оставался прямо тут.

Дверь кабинета распахнулась, выпуская сухонького старичка с жидкими усами, который, кажется, уже был древен, когда Ашен только родился. Ашен знал его, видел несколько раз и сам пользовался его услугами, когда последний имплант не приживался. Юй Синь, семейный врач клана Шэнь.

– Проходи, Ашен Сон, молодой господин ждёт, – сказала секретарь.

С удивлением проводив взглядом Юй Синя, который дружелюбно раскланялся, Ашен скользнул в кабинет. Как и его отец, Лан предпочитал старинную лаковую мебель, а книжные шкафы по стенам упирались в потолок, хотя бумажные книги редко кто сейчас читал. Освещение, почти незаметное у входа, нарастало к столу, вливаясь в панораму ночного города за окном.

Лан просматривал документы на тонком планшете, прислонившись к столу. В строгой чёрной рубашке со стоячим воротником, на бёдрах перекрещивались линии ремней. Небольшая гладкая коробочка бота покачивалась над правым плечом. Личный электронный помощник, часть ИИ «Шэньхун». Лан дал ему имя «Горацио» и находил крайне забавным обращаться к нему, изображая голос заправского Гамлета.

– Что здесь делал врач? – спросил Ашен.

– Консультировал насчёт импланта.

– Да неужели решил ещё поставить?

– Нет.

Садиться Ашен не хотел, поэтому облокотился на спинку стула и хитро посмотрел на Лана:

– Фильтр, м? Я почти уверен. Какой-нибудь фильтр загрязнённого воздуха или…

– Нет, не фильтр.

Давняя игра не надоедала Ашену. В мире почти не осталось людей, у которых не имелось бы десятка всевозможных модов. Домохозяйки отслеживали скидки в ближайших магазинах, даже бродяги обзаводились инфолинками.

У Лана имелся всего один имплант.

Ашен Сон ещё в самом начале работы прошерстил все возможные доски обсуждений, чтобы собрать сплетни. Оказалось, люди знали, что Шэнь Лан избегал модов, но причину он никогда не озвучивал официально. Слухов и сплетен имелось предостаточно, они могли попасть как в точку, так и пальцем в небо.

Тогда Ашен Сон работал на отца Лана, Великого дракона клана Шэнь, поэтому спросил напрямую. Тот настолько же прямо решил не отвечать:

– Спроси у Лана.

Что тоже оказалось тупиковым путём. Лан неизменно говорил, что однажды Ашен узнает, но не сейчас. Так и началась их своеобразная игра: Ашен предполагал очередной имплант, Лан неизменно качал головой.

Как-то раз Ашен Сон в сердцах предположил, что у него мод, который отвергает другие.

– Зачем бы он понадобился? – вскинул брови Лан.

– Никогда ничего не поставят без твоего ведома.

– Интересный вариант, но нет. Всё проще.

Ашен так не думал, потому что ни разу не приблизился к разгадке. Это в определённой степени будоражило, хотя и прибавляло работы, ведь Ашен не мог внедрить в имплант Лана какое-нибудь следящее устройство. Просто на всякий случай. Как и проверить программное обеспечение.

Доктор Юй Синь точно знал. Однажды Ашен Сон даже малодушно влез в его системы. Присвистнул, сколько всего в теле Шэнь Фэйлин, у их отца тоже имелись очень техничные и полулегальные моды. Никакой информации о Лане. Скорее всего, она хранилась только в голове Юй Синя. Такая секретность приводила Ашена в восторг, и он пообещал себе, что однажды докопается до правды.

Лан заверял, что единственный полноценный имплант. Никаких других. Когда Ашен спросил о причине отсутствия, Лан тонко улыбнулся:

– Ты мог бы хакнуть мой имплант?

– Конечно.

– Вот и ответ.

Любую электронику можно взломать, Ашен Сон знал об этом лучше многих. Его только интересовало: Лан против гипотетического хака этого мода? Или он бережёт тот единственный важный, к которому можно было бы подсоединиться через другие?

Тем не менее нейрокольца он носил с удовольствием, а интерфейсы допреальности искренне обожал. Но ничего, что вживлялось под кожу.

Тем заманчивее для Ашена выглядел единственный имплант, который Лан всё-таки поставил.

– Однажды я выясню, – пробормотал он.

– Намекнуть? – миролюбиво поинтересовался Лан.

– Не вздумай!

Опустив планшет, Лан посмотрел на Ашена и перешёл к основной теме:

– Встречался с Евой?

– Это вопрос? – проворчал Ашен. – Или твои шпионы и так доложили, поэтому утверждаешь?

– Я знал, что ты сразу захочешь заняться делом. И знал, что Ева не откажет во встрече.

Иногда Ашен думал, что Лан слишком хорошо его изучил. Что было странно и удивительно с учётом того, что Ашен Сон не заводил приятелей по жизни, и немногие знали его в лицо или по имени.

– Да, – вздохнул Ашен. – И она представила меня любопытному участнику нашего расследования.

Утаивать подобные вещи от Лана он не собирался, так что если Ева планировала скрывать цифровую копию мёртвого брата, зря она рассказала об этом Ашену.

Обычно Лан реагировал весьма сдержанно, но наедине позволял себе больше эмоций. На его лице отразилось удивление:

– Так… так Брайан до сих пор в каком-то смысле существует.

– У него хитрая защита, фактически он на слоте памяти Евы. Но однажды я обязательно покопаюсь в этом коде.

– Я думал, Брайан влез в Красную комнату… но его смерть могла быть связана и с работой, с проектом «Бессмертие». Это же для всех и лакомый кусок, и опасность.

– Возможно, всё связано друг с другом.

Горацио над плечом Лана дёрнулся, и Ашен не мог не подумать – в очередной раз, – что бот его раздражает. Он знал, что у того внутри, но всё равно постоянно влезал в него и проверял прошивку.

– У нас будут и другие помощники, – заявил Ашен Сон. – Или информаторы.

– Ещё мёртвые люди?

– Надеюсь, они доберутся живыми.

Пока Ашен коротко рассказывал о двух хакерах, на которых указал Брайан, незаметно коснулся руки, и перед глазами вспыхнули полосы, подсвечивающие невидимые нити. В стенах скрывались физические кабели, волны связи пронизывали пространство. Рядом с людьми обычно высвечивались параметры их модов, но Лан в этом плане оставался белым шумом. Ашену было доступно только его имя и некоторые данные, и то потому, что он обладал высшим доступом к корпоративной Сети «Шэньхун».

Болтающийся в воздухе бот Горацио тоже был её частью. Все параметры высветились на сетчатке Ашена, он не останавливался, пробежал пальцами по костяшкам, запуская глубокие программы. Показалось больше параметров. Бот представлял собой простую систему с несложной конфигурацией и раскрывал перед Ашеном нутро, будто луговой цветок сердцевину.

Будто труп под скальпелем патологоанатома.

Не сразу Ашен понял, что он уже некоторое время молчит, а Лан смотрит на него, скрестив руки на груди.

– Скажи-ка, друг Горацио, разве это вежливо – хакать посреди разговора?

Ашен моргнул, сворачивая большинство параметров, и посмотрел на Лана.

– Очень невежливо, – отозвался бот.

– Невежливо говорить обо мне, когда я тут, – проворчал Ашен Сон.

– Разве? Кажется, ты увлёкся и в очередной раз взламывал моего бота.

– Это моя работа.

Что было правдой. Когда Великий дракон, отец Лана, предложил Ашену Сону работу, он предельно чётко очертил круг обязанностей. Ашен следил за системами «Шэньхун» как снаружи, так и внутри. Что значило – он искал бреши в защите, чтобы никто извне не смог их отыскать. Но и внутри всё проверял досконально. Импланты Великого дракона Ашен Сон регулярно взламывал, чтобы убедиться, что это не сделал кто-то другой. С ботом Лана поступал точно так же, хотя функционал у того весьма ограничен и даже при взломе через него мало что можно сделать.

– Горацио – дурацкое имя для бота.

– Не оскорбляй Горацио, – заявил Лан. – Расскажи лучше, что знаешь об этих хакерах.

Моргнув, Ашен вызвал видимую только ему висящую в воздухе консоль и протянул руку за нужными файлами, но Лан остановил его:

– Только не говори, что собрал на них файлы.

– Конечно, – удивился Ашен. Не стал уточнять, что ещё до всей истории с Брайаном. Он интересовался, что за люди скрываются в Старшем Аркане.

– Скинь мне, – сказал Лан. – Но сейчас давай кратко.

– Эндрю Робертсу девятнадцать, но он тот ещё технический гений, с детства увлекался электроникой. Евразиец. О его прошлом известно мало, семья очень бедная, отец держал лавочку в Нанкине.

При упоминании города Лан нахмурился, и Ашен догадывался, что тот угадал в верном направлении. В последнее время Нанкин вспоминали только в одном контексте.

– Да, он попал в беспорядки в Нанкине, – кивнул Ашен Сон. – Вся его семья оказалась погребена в развалинах, когда полгода назад ситуация в городе вышла из-под контроля. Его родные погибли, Эндрю доставили в больницу, он чудом выжил. Возвращаться ему было некуда, он скитался. Денег не осталось, зато имелся инфолинк, с которым он виртуозно обращался. Тогда он и пересёкся с Фэн Яо. Талантливый юноша. Постоянно крутился в обществе хакеров благодаря старшему брату, но сам больше занимался боевыми искусствами.

– Пересеклись? – нахмурился Лан. – Что ты имеешь в виду?

– О, чудесная история! Старший брат Яо сдуру влез в сомнительные операции, которые оказались ему не по зубам. Их накрыли.

– Полиция?

– Одна из триад. Эти дурни умудрились влезть в дела триад. Не знаю подробностей, но Эндрю помог им, хотя они не были знакомы. Думаю… думаю, Эндрю счёл задачу достаточно интересной. Потому что влез в данные триад, подправил их, и они больше не имели вопросов к Яо и его семье.

Влезть в дела триад – это надо обладать определённой храбростью. Или отбитостью. Ашену заочно нравился Эндрю, потому что сам он когда-то занимался подобным. Искал задачи сложнее и интереснее, испытывал восторг, решая их.

– Эндрю стал Отшельником, Яо взял имя Колеса Фортуны. Они работают вместе.

– Логично, что Брайан мог оставить информацию кому-то со стороны. Никто не заподозрит и не выйдет на них. Подчищать хвосты Брайан умел. Эти двое в Нанкине?

– На пути сюда. Прибудут завтра, я назначил встречу в той забегаловке, к которой ты почему-то питаешь нежные чувства. Думал, захочешь принять участие во встрече.

Конечно же, Лан кивнул, Ашен Сон даже не сомневался. Скорее всего, весь день Лан будет заниматься делами компании, но не упустит шанса вечером самолично принять участие в небольшой авантюре.

– Может, регистратор погоды? – предположил Ашен. – Или измеритель уровня загрязнения в воздухе. Ну, знаешь, чтобы быть в курсе, когда стоит надеть респиратор.

Конечно, очевидно, что имплант Лана – нечто иное, но предположений у Ашена пока не было, а остановиться иногда крайне трудно.

Застыв перед уличным торговцем, Яо рассматривал товар широко распахнутыми глазами.

– Что-то важное? – спросил Эндрю.

Как и много раз до этого, Яо отчаянно жалел, что друг не может увидеть того же, что и он. Ночной Шанхай не впечатлял – шумный, яркий, не сильно отличающийся от Нанкина. Ну, может, уровней в городе поменьше, так что Яо чувствовал себя неуверенно. Да воздух грязный, постоянно хотелось натянуть респиратор.

Привлекли Яо вовсе не многочисленные небоскрёбы, размываемые смогом, а скромная передвижная лавка на улице. На нескольких уровнях полок выстроилось в ряд настоящее волшебство: снежные шары. Стеклянные, разной формы, многие в виде старинных фонарей. Они светились изнутри, а синтетический снег беспрестанно двигался.

– Что там, Яо?

Эндрю сжал его руку повыше локтя. В новых местах Эндрю всегда двигался неуверенно, поэтому цеплялся за Яо, а тот старался не слишком спешить, чтобы друг успевал.

– Здесь снежные шары, Эндрю.

Запнувшись, Яо замолчал. Он не знал, в курсе ли Эндрю, что это такое, если никогда их не видел. Лицо Эндрю оставалось спокойным, он кивнул:

– Раньше нужно было трясти, чтобы пошёл снег.

– Сейчас всё проще.

И точно красивее! Старых шаров Яо не видел, но не сомневался, потому что перед ним точно предстало самое прекрасное зрелище на свете. Эндрю усмехнулся:

– Может, пойдём дальше? Опоздаем.

Долгое мгновение слабости Яо всерьёз раздумывал, не стоит ли ему взять одну такую вещицу себе. Просто чтобы иногда доставать и любоваться. Но быстро отбросил малодушную мысль. Рюкзак за спиной и так оттягивал плечи, а любые лишние граммы могли потянуть на перевес. Привлекать внимание в аэропорту не хотелось, да и денег, чтобы оплатить лишний груз, не хватит. А компании в последнее время ужасно лютовали и понизили и без того небольшой вес ручной клади.

– Идём, – нехотя сказал Яо. – Но не забудь, до аэропорта нам нужно успеть к местным.

– Это мне надо не забыть? Ты здесь торчишь и не двигаешься.

– Ладно, ладно! Есть хочешь?

– Нет. Иначе в самолёте вывернет.

От Нанкина до Шанхая они добрались на поезде, но до Гонконга проще всего долететь. Тут-то Эндрю и признался, что боится самолётов. Тратить время на поезд он отказался, и Яо до сих пор не был уверен, не надо ли было настоять. В конце концов он махнул рукой и девятью голограммными хвостами. Если Эндрю считал, что ему будет нормально, значит, это так.

К тому же Ашен Сон предельно чётко сказал, что им стоит прибыть как можно быстрее. Да ради одного шанса посмотреть, как Эндрю будет работать с Ашеном, Яо согласился бы приехать на попутках! К счастью, Ашен озвучил и вознаграждение.

Потянув Эндрю по ярким шанхайским улицам, Яо в очередной раз подумал, что только хакеры могут лететь через полстраны для разговора. Потому что лучше всех понимали, что любое другое средство связи могут взломать. Ашену точно требовалась конфиденциальность.

– Я уверен, это касается смерти Брайана Морана. – Эндрю то ли пытался отвлечься от мыслей о самолёте, то ли его правда интересовало дело, так что он не мог думать о чём-то другом.

– С чего ты решил?

– Это крупнейшее событие в Гонконге за последнее время.

– Ой, да может, он планирует взять инфу «Шэньхун» и свалить! И ему требуются помощники.

– Он часть клана Шэнь. Если он их предаст, его убьют. Мы ему помогать не будем.

– Да я не думаю, что в этом суть, – проворчал Яо. – Скорее это «Шэньхун» с чем-то справиться не может. Или Маг решил поработать с биржей или банком.

– А мы ему зачем?

– Ты гениальный хакер, Эндрю!

– Не единственный. Зачем звать нас аж из Нанкина? Есть ближе и не менее умные.

Ответов у Яо не было, и всё это они обсуждали по кругу с того момента, как получили сообщение от Мага. И ответили, конечно же, положительно, даже не сомневаясь. Ведь кто может устоять перед загадкой от другого хакера? Особенно когда суть этой загадки неясна.

Обогнув торопящуюся женщину, над головой которой крутилась голограмма «не беспокоить», Яо двинулся к реке Хуанпу. Эндрю споткнулся о бордюр, но быстро восстановил равновесие, только его пальцы на пару мгновений сильнее вцепились в локоть Яо.

– В любом случае Маг заплатит деньгами «Шэньхун», – сказал Яо. – У них репутация, обманывать не будут. Может, наконец-то поставим тебе глаза.

– В моём случае это вряд ли вернёт зрение.

– Ой, даже если не до конца! Зато сможешь ориентироваться на улице.

– Меня устраивают мои очки.

Этого Яо понять не мог. Существовали импланты, которые сразу передавали мозгу что-то вроде образов. Мир вокруг выглядел бы на сетчатке Эндрю чёрным, но с контурами предметов, с данными об объёмах и глубине. По сути, точно так же он видел Сеть, когда в неё погружался.

Эндрю упорно отказывался. Говорил, ему это не требуется. На самом деле он неплохо ориентировался в мире, очень уверенно. Только в новых местах, особенно шумных, замедлялся. И всё равно Яо не понимал.

– Ладно, – вздохнул Яо. – Хотя бы купим тебе нормальные очки вместо того убожества.

Девушка на огромном рекламном экране махала рукой, показывая безупречную улыбку и юное лицо, а надпись сообщала, что ей сорок и любой может выглядеть так же с помощью очередной клиники пластической хирургии. После того как стали использовать нанотехнологии, подобные услуги получили второе рождение. Иногда Яо смотрел на встречающихся на пути людей и думал: сколько в них осталось настоящего?

Его инфолинк, усовершенствованный Эндрю, мог показать, но Яо предпочитал не использовать все его функции. Ему нравились контролируемые иллюзии вроде голограмм, но вот эти сделанные лица и прочие косметические моды вызывали невольную дрожь. Он хотел видеть настоящих людей.

Свернув с многолюдных улиц, они двинулись вперёд, и Эндрю первым почуял реку:

– Мы близко.

Вскоре её увидел и Яо. Спокойная Хуанпу, пересекаемая широкими мостами и расцвеченная огнями небоскрёбов по ту сторону. Нос защекотал запах воды, и Яо пошёл чуть быстрее, а Эндрю не отставал.

Интересовала их не сама река, а большой катер, который выглядел ровесником динозавров. Ни единого проблеска света, только внутри что-то мягко горело, и Яо не удивился бы, если одна из масляных ламп, которую изображали увиденные снежные шары.

– Ну и отстой! – в сердцах сказал Яо.

Коснувшись виска, Эндрю считал данные. Пусть новомодных имплантов у него не было, зато инфолинк работал исправно. В отличие от Яо, никаких функций Эндрю никогда не отключал.

– Они там.

Пальцы Эндрю снова сжали плечо Яо, побуждая двигаться, и тот нехотя зашагал к ржавому катеру:

– Зачем мы вообще решили с ними связаться?

– Потому что у них сообщение для кого-то в Гонконге. Мы по пути передадим, а они нам обеспечивают спокойный перелёт. Из-за твоей катаны, между прочим.

Яо насупился. На перевозку оружия требовалось разрешение, Эндрю мог его сделать, но не так быстро, а шанхайский морской народ согласился помочь за услугу. У них давно имелись свои выходы и на полицию, и на торговцев оружием.

Сейчас катана пряталась за спиной, плотно замотанная. Как оставался выключен интерфейс хули-цзин. Яо скучал по хвостам, но опасался показывать их. Вот в Гонконге он разгуляется!

Остановившись у катера, громко позвал:

– Эээй!

Морской народ считался… ну необходимым злом. Они жили во всех прибрежных городах, заходя по рекам выше. Селились на старых лодках, катерах, джонках, зачастую не имели паспортов. Они скупали улов у рыбаков, чтобы перепродать в городах. Чаще же их корабли никуда не ходили, а морской народ торговал информацией и хакерским хламом. Все знали, что основные поставщики чёрных рынков – именно они. Власти пытались периодически бороться, но вяло и не слишком успешно. В Объединённой Азии стало удобно перекладывать ответственность друг на друга.

Но главное, морской народ бывал полезен. А ещё их использовали триады, и кто бы посмел с ними спорить?

Как морской народ изящно лавировал в волнах, так же и между властями и группировками.

– Эээй! – снова крикнул Яо. Его уже начала раздражать игра в прятки.

Наконец на катере появилась фигура. Она зашевелилась, перекинула на берег настил, который служил трапом. Сжав губы, Яо подумал, что для Эндрю это худший вариант, но аккуратно и не торопясь они всё-таки справились.

На катере зажёгся свет, к удивлению Яо, вовсе не архаичный фонарь, а современная галогенная лампа, длинная и яркая. Похоже, внутри маленького катера прятался собственный генератор. Или они работали на солнечной энергии.

Корма оказалась захламлена. Яо аккуратно уселся на поставленный перед ним ящик, Эндрю устроился рядом, запнувшись о свёрнутый канат. Интересно, посудина правда никуда не ходит, поэтому в таком состоянии? Или спектакль для пришельцев?

Встречал их низенький высохший старик. Юркий, проворный, с длинными узловатыми пальцами, которые двигались так быстро, что Яо не успел понять, откуда морской житель достал маленькие чашки и чай.

– Колесо Фортуны и Отшельник, – представился Яо. Называть настоящие имена он не хотел.

Старик покивал. Его глаза блестели, седые волосы торчали в стороны, а нижнюю часть лица скрывал респиратор.

Когда Яо с Эндрю сошли с поезда, им сказали, что повезло, нынешний день один из самых чистых за последнее время.

Старик стянул респиратор вниз и представился:

– Хэтунь.

Точно название какой-то рыбы, но Яо решил воспринимать как обычное имя, хотя вряд ли оно таковым являлось.

– Вы отправляетесь в Сянган, – прищурился старик. – Неспокойное место в последнее время.

Яо тут же навострил уши:

– Это почему?

– Недавно погиб один из евразийцев, Брайан Моран.

Мораны поставляли начинку многих ИИ, Брайан занимался разработками. Ходили слухи, что он тоже был хакером, и Эндрю даже предполагал, что скрывался за каким-то из имён Старшего Аркана, из тех, кто тщательно скрывал свою личность.

– Мои братья в Сянгане оказывали ему услуги, – вздохнул Хэтунь. – Большая потеря!

Да услугами морского народа пользовалась половина Гонконга! А уж корпораты совершенно точно, когда хотели провернуть полулегальные сделки. О смерти Брайана Морана особых слухов не ходило, хотя на некоторых досках в Сети шли предположения одно фантастичнее другого, в том числе абсолютно конспирологические. Кто-то убил Брайана Морана, и все хотели узнать, кто это сделал.

Хотя больше хакеров волновало, что станет с разработками Моранов. Их всегда ждали с нетерпением. Ни отец Брайана, ни его сестра подобными вещами не интересовались, значит, пригласят кого-то со стороны.

– Нам нужно передать вашим братьям в Сянгане что-то о Брайане Моране?

Хэтунь усмехнулся:

– Не будь таким нетерпеливым! Нет, откуда нам здесь знать о делах евразийца из Сянгана?

С раздражением Яо отпил чай. На удивление вкусный, с насыщенным ароматом. Дорогой. В морском народе многое казалось обманчивым: они могли рядиться в лохмотья, но использовали ценные вещи и бедняками не были. Старик выглядел как бродяга, но на шее поблёскивала тонкая полоска металла, уходя в ключицу. Что это за аугмент, Яо не знал, а вот так на виду включать инфолинк не рискнул бы. Но точно дорогая штука.

– Простите нас, – спокойно сказал Эндрю. – Мы боимся опоздать на самолёт. Мы мало летали раньше.

Сам он выглядел образцом спокойствия, смотря слепыми глазами куда-то поверх левого плеча старика. Но Яо оценил это «мы», даже стало немного стыдно за собственное нетерпение, и Яо заторопился спрятаться за чашкой, чтобы ещё чего не сболтнуть.

Когда Хэтунь посмотрел на Эндрю, на его лице отразилось что-то вроде уважения. Понял, кто здесь Отшельник, а кто сопровождающее Колесо Фортуны. Именно Отшельник общался с морским народом, пару раз оказывал услуги, и они платили тем же. Эндрю не уточнял, откуда у него порой появлялись странные высокотехнологичные игрушки, которые выглядели так, будто собраны из мусора.

Скорее всего, так оно и было. Морской народ собирал хлам, чтобы творить из него невообразимые вещи. Также копили слухи, информацию и даже на первый взгляд бессмысленные данные.

Некоторое время они пили чай и болтали обо всём и ни о чём. Эндрю большей частью молчал, он не умел вести подобные разговоры. Так что роль приятного собеседника взял на себя Яо. Правда, ничего о морском народе он не узнал, Хэтунь неохотно об этом говорил, зато с радостью рассказал о Шанхае, о реке и новом аэропорте.

Наконец, Хэтунь посерьёзнел и достал из кармана два чипа. Он показал их и протянул сначала один Яо:

– Держи с собой, поможет пройти контроль. Твоё оружие не заметят. Но сработает только сегодня. Опоздаете на рейс, придётся заново делать.

Кивнув с благодарностью, Яо взял чип и убрал его в карман. Это и было услугой, за которой они пришли к морскому народу. Видимо, второй чип являлся ответной услугой. Кусок металла, выглядевший крайне неряшливо, Хэтунь вложил в ладонь Эндрю:

– А это передайте Ашену Сону.

Яо не знал, что его удивляло больше. Чип? Серьёзно? В то время как информацию давно закачивали прямо в импланты, удобно же, точно не потеряется, как вот этот кусок металла.

И даже морской народ в курсе, что они отправляются к Ашену Сону! Конечно, он был один из немногих Старшего Аркана, кто не скрывал имени. Он слишком крут для этого, да и «Шэньхун» его прикрывал. Все знали, что Маг – это Ашен Сон.

Просто хотелось верить, что не все в Сети в курсе, что к нему едут Отшельник с Колесом Фортуны.

Хотя вряд ли морской народ были «всеми». Они свободно чувствовали себя не только в прибрежных водах, но и в водах Сети. Торговцы информацией, которых часто использовали и сами хакеры, и корпорации.

– Мы передадим, – пообещал Эндрю, сжимая руку в кулак. – Только его?

– Мои братья в Сянгане считают, Ашен Сон ищет убийцу Брайана Морана.

Подобные вещи Яо терпеть не мог. Ему нравилось, когда пальцы Эндрю порхали в инфопространстве, занимались кодом, а потом они продавали извлечённые данные. Просто. Никаких сложностей. Ничего даже отдалённо напоминающего интриги.

Такая жизнь устраивала Яо. Ему нравилось делиться опытом с другими хакерами, помогать Эндрю и чувствовать себя свободным. Он думал, Ашен Сон зовёт их для какого-то крышесносного дела, а не ввязываться в то, что интересует корпорации.

Моран был корпоратом, его смерть не может быть простой. Ашен Сон тоже работал на корпорацию. Внутри Яо почувствовал тянущую тоску.

– У вас такие связи? – спросил Эндрю. – Вы знаете, что «Шэньхун» поручил Ашену Сону?

Старик рассмеялся негромким лающим смехом. Походило на то, что он и правда искренне веселится.

– У нас есть связи не только в Сети. Мои братья в Сянгане видели, как Ашен Сон ходил к Моранам. А потом позвал вас. Плюс слухи. Не так сложно.

Ну конечно. Какая-нибудь секретарша Моранов оказалась тётушкой уборщицы, а у той, в свою очередь, брат мужа, у которого лучший друг из морского народа. Яо прекрасно знал, как это происходит, он и сам зачастую собирал слухи, пока задерживался на рынках. Потом Эндрю дополнял их данными из Сети, и они видели многое из того, что скрывалось в городе под слоями голограмм, пряталось в смоге и мерцании фонарей.

– Мы передадим, – повторил Эндрю. Это звучало как подтверждение соглашения.

Старик кивнул, явно довольный, и неожиданно сказал:

– Вы мне нравитесь, поэтому хочу предупредить. Не лезьте в дела Красной комнаты.

Яо в удивлении вскинул брови и покосился на Эндрю. Тот разделял его сомнения:

– Красная комната – это ведь миф. Иногда хакеры ищут её, но безуспешно.

– Потому что ею управляют люди покруче. Если они не захотят, вы никогда не отыщете Красную комнату. Но она существует.

– С чего мы должны лезть в её дела?

– Потому что с ней был связан Брайан Моран. Такие ходили слухи.

Последнюю фразу Хэтунь произнёс тоном, не оставлявшим сомнений: какое-то отношение к мифу Даркнета Брайан Моран всё-таки имел – или морской народ так считал.

– Это… очень специфическое развлечение, – заметил Яо. – Мне казалось, Моран не такой человек.

– В каждом из нас клубится тьма.

Эндрю молчал, что значило – он расспрашивать не собирается и Яо не советует. Что ж, резонно, Хэтунь вряд ли расскажет им что-то более определённое. Остаток встречи Яо отвечал рассеянно, с трудом поддерживая беседу. Ему не терпелось остаться наедине с другом и поговорить.

Старик отпустил их впритык к самолёту, стоило ступить на берег, Яо тут же включил инфолинк, который указывал направление и отсчитывал время. Направился к дороге, по пути вызывая такси. Эндрю цеплялся за локоть Яо.

– Почему чип? – Яо понимал, что задаёт самый бессмысленный вопрос на свете, но ему требовалось время, чтобы собраться с мыслями. – Мог бы информацию перекинуть.

– Её взломать проще. Чип надёжнее.

– Но мы посмотрим, что на нём?

– Разумеется, нет. Они оказали нам услугу, и мы окажем услугу им. Неважно, что на чипе. Мы передадим его Ашену Сону.

– Зануда.

Иногда Яо думал, что Эндрю лишён естественного любопытства. Или слишком сроднился с машинами и алгоритмами, не действовал против там, где работали чётко установленные правила. Интересно, что к общепринятым законам это не относилось.

Такси подхватит их через две минуты. Ярко освещённая улица стремительно приближалась, а набережная с катером оставалась за спиной.

– Ты веришь насчёт Красной комнаты? – спросил Яо.

– Я даже не уверен в её существовании.

В Даркнете, глубоких слоях Сети, процветали анонимность, не совсем законные сделки и целый пласт мифов и легенд. От присказок о душах мёртвых хакеров, которые до сих пор носились в цифровом мире, до Красной комнаты.

Так называлась видеотрансляция, на которой за деньги воплощали самые тёмные желания: могли мучить или даже убивать людей. У каждого хакера обязательно находился друг его друга, который клялся и божился, что видел своими глазами одну из таких трансляций, где в комнате, обитой алым, происходили странные и жестокие вещи. Будто бы вход туда только по специальным приглашениям после оплаты, людей со стороны не пускают, а взломать нереально.

Будто бы должна явиться Девочка в красном, которая всем там заправляет, и пригласить тебя. Будто бы то, что видно на экране, всего лишь часть айсберга.

Короче, как всегда, смесь воображения, фантастики и дешёвых ужастиков из прошлого века. Эндрю никогда не интересовался поисками подобных вещей, его привлекало что-то более практичное. Яо же слушал про Красную комнату как очередную байку о Даркнете, не размышлял всерьёз.

– Ты думаешь… – начал Яо.

Но в этот момент они как раз выходили на широкую улицу, а такси уже ждало их. Эндрю вздохнул и сжал локоть Яо:

– Ничего я не думаю. Давай доберёмся до Ашена Сона и узнаем, что ему нужно. Заодно и чип передадим. И не будем раньше времени беспокоиться о чём-то другом.

v.1.4.

– Мне это не нравится.

Лан соглашался с сестрой, но выбора у него не было. Ему не только нужно провести встречу, но и отыграть свою роль как по нотам. Неудача скажется на всём клане.

Шэнь Лан и Шэнь Фэйлин стояли перед роскошным рестораном в Ванчае. Красивый гонконгский район и одно из самых престижных заведений. Пока вокруг пестрели неоновые рекламы, «Танцующий журавль» обходился сдержанной вывеской и традиционными фонариками из красного шёлка.

– Оставайся рядом, – негромко сказал Лан, не отрывая взгляда от сияющего входа в ресторан.

В дверях их встретила приятная молодая женщина, которая держала в руках настоящий список на рисовой бумаге. Она улыбнулась, узнав имя Лана, и повела его к забронированному месту.

На первом этаже в центре зала располагался самый настоящий фонтан с живыми карпами, а вокруг примостились столики. Вечер только начинался, но зал уже был полон. Лан скользнул взглядом по присутствующим, замечая несколько знакомых лиц. Банкиры, финансисты, один вроде бы журналист. Лан удивился, заметив по другую сторону фонтана Дэвида Ли, писателя и хорошего знакомого Брайана. Он сидел с симпатичной девушкой, которая, кажется, чувствовала себя неуютно в роскошной обстановке.

После ужина Лан планировал встречу с двумя таинственными хакерами из Нанкина. Ашен всё организует. Фэйлин заявила, что отправится вместе с ним, и Лан даже обрадовался этому. Встреча будет неформальной, и ему хотелось, чтобы и сестра ненадолго расслабилась.

Лан молча прошёл на второй этаж, и нарисованные тушью портреты на пергаментах провожали его со стен. Сестра на шаг позади него, и мягкие ковры скрадывали её поступь.

Всё в «Танцующем журавле» было настоящим. Они гордились этим, выставляли напоказ, как другие заведения показывали бесконечный неон и нахваливали «новые технологии» выращенного в пробирке мяса.

На второй этаж не проникали суетливые звуки снизу. Пространство разделялось на закрытые кабинки, отделённые друг от друга. И вот здесь «Танцующий журавль» позволял себе технологии: стены из рисовой бумаги пронизывала электроника, позволяющая избегать записи любым присутствующим и обеспечивающая шумоизоляцию.

Ходили слухи, будто в одной из этих кабинок лет пять назад убили главу триады А Ли. Он чувствовал себя в безопасности, отпустил охрану, а ему всадили пулю между глаз. После этого стал дико популярен узор обоев «кровь А Ли», представлявший собой белый фон с красными брызгами.

«Танцующий журавль» отрицал, что инцидент случился на его территории, но едва сумел сохранить репутацию. Помогла только поддержка сына убитого главы. Он занял место отца, так что поговаривали – сам же и устроил убийство, заплатив ресторану.

Фэйлин поравнялась с братом. Её подведённые глаза осматривали помещения, тонкие косички колыхались при каждом шаге. Она казалась спокойной, но Лан знал, что Фэйлин включила все аугменты и следила за каждым дуновением ветра.

Обманчиво хрупкая и тонкая, но все знали, что в Гонконге, да едва ли не во всей Поднебесной, сложно сыскать воина лучше. Шэнь Фэйлин с детства тренировалась, а подростком с лёгкостью вживила себе несколько десятков сложных устройств.

Лан тогда пришёл в ярость. Он прекрасно знал, что половина этих аугментов экспериментальна и только испытывается в «Шэньхун». Ворвавшись к отцу, Лан шипел ругательства и обвинял его. Тот спокойно покачал головой:

– Она сама захотела. Это её выбор.

Лан знал, в чём причина. В отличие от него самого, Фэйлин не сомневалась, чему она хочет посвятить жизнь. Она стала верным телохранителем главы клана, его клинком и убийцей.

– Я буду защищать нашего отца.

Никто не предполагал, что тот умрёт так быстро, а Фэйлин станет правой рукой брата. Иногда Лану казалось, что она может этого не одобрять. Будто он отобрал у неё тот путь, которым она хотела следовать, занял место, предполагаемое ею за отцом.

– Сюда, уважаемые.

Маленькое помещение освещалось мягким светом. Скользнув взглядом по обманчиво тонким стенам, Лан не мог не подумать об алых брызгах крови на светлом фоне.

За низким столом уже расположился тот, с кем Лан не хотел бы встречаться ещё некоторое время, пока точно не будет готов, но, наверное, он никогда себя таковым не сочтёт. Так что почему бы и не сегодня.

Су Юншэн поднялся навстречу Лану, вежливо приветствуя его. Глава «Лунчжимин», который всегда оставался на вторых ролях, пока неожиданно не начал набирать обороты, умело распорядившись капиталом инвесторов. В последние годы жизни отца именно «Лунчжимин» стал одним из основных конкурентов «Шэньхун».

Неизменно улыбчивый Су Юншэн, с идеально прямой спиной и очками в тонкой оправе. Он намеренно не корректировал зрение, а может, очки и вовсе не требовались, но всегда составляли часть образа. Он походил на доброго дядюшку, но Лан прекрасно знал, как жесток и хладнокровен этот человек.

С ним тоже пришёл один сопровождающий, как и договаривались. Лан знал его, хотя не помнил имени, и за подобную оплошность тут же себя укорил. Вроде бы один из племянников Су Юншэна.

Вместе с Фэйлин они остались стоять около тонкой двери, когда Лан и Юншэн уселись, чтобы пообедать вместе. Тут же начали приносить блюда, а в носу защипало от навязчивого аромата воскуриваемого благовония – тонкая палочка тлела тут же.

Они ели нежнейшую рыбу с рисом и разговаривали о делах. Витиевато, пространно, не подходя к важному. Обычная встреча, после которой не предполагалось заключать договор, но просто обозначить границы.

– Мне так жаль, что ваш отец рано покинул нас, – сказал Су Юншэн. И это уже походило на основной предмет разговора.

На который стоило вежливо улыбнуться, согласиться, выслушать ещё немного приличествующих случаю слов. Лан давно научился делать подобные вещи, не слишком задумываясь.

Дед Лана и Фэйлин управлял «Шэньхуном» в неспокойное для Объединённой Азии время, но сумел сохранить семейную компанию и выстроить сильный клан. Отец больше занялся именно бизнесом. Если до этого «Шэньхун» в основном имели дело с торговлей в разных сферах и недвижимостью, то отец вовремя вложился в набиравшие стремительную популярность импланты.

Как он говорил, тогда все пытались урвать кусок этого рынка. Получилось не у каждого, но «Шэньхун» стала сильной корпорацией, а вот многие другие потеряли изрядную долю капитала или канули в небытие.

Шэнь Чжуанши запомнился сильным и бескомпромиссным человеком, который всего себя отдавал работе. Как говорили, его смягчала жена, но на самом деле мать Лана участвовала в делах наравне с мужем. Именно она в своё время договорилась с Моранами об услуге.

Они объединили разработки и вместе создали инфолинк – тот самый имплант, который сейчас есть буквально у каждого. Конечно, теперь разные производители, на любой вкус и кошелёк. Но первым был инфолинк Моранов и Шэней.

Именно тогда матери Лана и Евы договорились об их браке, хотя дети едва пошли в школу. А вскоре после этого мать Лана погибла в нелепом несчастном случае. Её последним делом стал как раз имплант Лана, хотя ему вживили электронику гораздо раньше положенного срока. Приживался он тяжело и болезненно, поэтому Лан плохо помнил то время.

Тогда же умерла мать.

Отец часто о ней говорил, никогда больше не встречался с женщинами и хранил верность жене. Его собственная смерть и для Лана, и для Фэйлин стала неожиданностью, отец предпочёл до последнего скрывать болезнь и заниматься делами.

Лан почти не помнил похороны матери из-за вечной боли от плохо приживавшегося импланта, но там был сыном, который скорбит по матери. На похоронах отца подобной роскоши он себе позволить уже не мог.

Отца называли Великим драконом клана Шэнь. И титул, и обязанности, и дела компании перешли к Лану. В секретном сейфе отца, который он наказал открыть только после его смерти, нашёлся пухлый блокнот, написанный от руки. От руки! В то время, когда вся информация хранилась в цифровом пространстве, отец вёл самый обычный блокнот, где каллиграфическим почерком записывал все законные и не очень операции, должников и тех, кто оказал ему услугу.

Отец не доверял такую информацию электронному пространству. Кое-что Лана удивило, другое поразило, обнаружилось несколько неприятных истин и много-много тайн, компромата на кланы, компании и триады.

На похоронах Шэнь Лан вёл себя не как скорбящий сын, а как новый Благородный дракон клана Шэнь, как глава корпорации «Шэньхун». Этого от него ждали окружающие – и отец. Весь Гонконг смотрел на его прямую спину и оценивал.

– Меня беспокоит, что импланты начали терять популярность, – вздохнул Су Юншэн перед тем, как принесли десерт. – Это может сказаться на всей индустрии.

– Упадок предсказуем, – возразил Лан. – Новая область сначала развивается огромными скачками, но позже темпы замедляются. Сейчас как раз такое время.

– Это ведь к лучшему для вас.

Насторожившись, Лан ничем этого не выдал и спросил по-прежнему любезно:

– Что вы имеете в виду?

– Будет время взять дела в свои руки в спокойной обстановке.

Сначала Лан никак не реагировал на подобные вещи. Он оказался слишком ошарашенным смертью отца и делами, которые разом навалились на него. Потом злился. Теперь прикидывал, к чему клонит Су Юншэн.

Как деликатно утверждали некоторые, «около тридцати – слишком юный возраст, чтобы управлять корпорацией». Другие выражались категоричнее, но за спиной Лана. Он был в курсе разговоров, но предпочитал игнорировать их, иначе они могли поглотить с головой.

– Я работал с отцом всю жизнь, – спокойно ответил Лан. – А все последние годы – как его правая рука. Он передал мне дела.

– Разумеется, Шэнь Лан, не сомневаюсь в вашей компетентности. У нас много совместных контрактов, я всего лишь надеюсь, что у вас деловая хватка, как у отца.

Попробовал бы он заявлять такое отцу! Великого дракона слишком боялись и уважали. Лан понимал, что ему ещё предстоит заслужить подобное отношение. И не следует совершать опрометчивых поступков. Его дело сейчас слушать, вежливо кивать – и запоминать. Кто что знает, кто как намерен действовать. Пусть недооценивают его, Лану только на руку.

Он терпеливо молчал. Он не такой грозный, не настолько жёсткий, как отец. Но его сильные стороны в другом. Отец любил говорить, что он – яростный тигр, хищник, который порвёт любого, кто встанет у него на пути, но именно Лан на самом деле дракон – обладающий достаточным терпением и мудростью.

Лан не был силён в сравнениях, но точно знал: чем дольше ты молчишь и выжидаешь, тем больше вероятность, что собеседник скажет что-то важное.

Оставив тарелки с десертом, официанты бесшумно испарились. Фэйлин у дверей и второй телохранитель застыли, едва ли двигаясь. Аромат благовония стал менее интенсивным.

– Прискорбная может сложиться ситуация, – наконец сказал Су Юншэн. – Надеюсь, нашему рынку ничего не грозит. Я слышал, стали появляться мелкие компании, которые обслуживают импланты едва ли не задаром.

– Правда? – вежливо уточнил Лан.

– Вы не хуже меня знаете, что содержание большинства модов требует финансовых вложений или высокого соцрейтинга. Если люди перестанут тратиться, мы потеряем значительную часть прибыли.

– Не думаю, что это так, – сдержанно сказал Лан. – Цена на диагностику и комплектующие слишком завышена. Мы ничего не потеряем, если сделаем содержание дешевле.

– Это официальная позиция «Шэньхун»?

– Это политика, которую начал мой отец, и я намерен продолжить. Я знаю, он присылал отчёты наших аналитиков.

Брови Су Юншэна чуть приподнялись. Документы считались секретными, и Лан вправду не знал о том, что отец посылал их Су Юншэну, но об этом было написано в блокноте.

– Я говорил вашему отцу, что он ошибается, – сухо сказал Су Юншэн. – Это опасная ситуация на рынке.

– Я поддерживал инициативу отца и собираюсь придерживаться того же курса.

На самом деле предложение исходило именно от Лана. Отец всю жизнь был бизнесменом, который получал удовольствие от высотного офиса, парящего над городом, от акций и интриг в советах директоров компаний. От полулегальных сделок.

Часть из этого Лан тоже любил, но не меньше обожал взять скоростной байк и отправиться в глубь города. Или проникнуть в сердце злачных заведений Коулуна. Увидеть, как живут люди, не заключённые в оболочку офисов, близких к облакам.

Аугменты были у всех. Без них скоро станет невозможно жить, они или нейровещи, которые использовал Лан. Проблема с имплантами заключалась в том, что иногда они не сразу приживались. Да и потом требовалось обслуживание, как обычное медицинское. А порой они попросту ломались.

Люди, подобные Су Юншэну, вызывали личного врача, который почти безболезненно заменял неработающий мод на новый. Так поступал и Лан: последняя игрушка Ашена Сона категорически не хотела приживаться, хотя раньше у него проблем не возникало. В итоге Юй Синь неделю колол Ашену какую-то сыворотку.

Лан, как и отец, следил, чтобы подобные услуги оставались доступны любому в клане Шэнь. Но обычные горожане зачастую не могли себе позволить визит к врачу, не говоря уже о дорогостоящей диагностике. Их инфолинки сбоили и передавали помехи, глаза порой начинали переключаться на чёрно-белое виденье.

Лан видел простого рабочего, который захлебнулся собственной кровью, когда фильтр дыхания, чтобы не беспокоиться о смоге, долго барахлил, а потом окончательно вышел из строя из-за нагрузки.

Да ещё новомодный соцрейтинг. При низком уровне он не позволял ставить определённые моды, и люди попросту шли на чёрный рынок.

Когда-то и Лан мучился с имплантом. Пусть тот являлся экспериментальной разработкой, но проблемы всегда одни и те же. Это притом что к услугам Лана были новейшие разработки, и всё равно он хорошо запомнил постоянную боль, пока мод не прижился.

Это Лан убедил отца, что обслуживание должно стать доступно всем. Иначе, пока в сияющих офисах меряются красноречием, сканируя собеседника, люди на улицах умирают.

Не все поддерживали политику «Шэньхун».

– Я слышал о небольшой фирме, – продолжал Су Юншэн. – Не помню названия… она позиционирует себя как благотворительную организацию. Оказывает бесплатные услуги по обслуживанию имплантов в бедных районах. Гм, как же её… вроде бы такое интересное название. «Кувшинки».

Он в упор посмотрел на Лана, и тот спокойно ответил на взгляд, хотя для этого пришлось призвать на помощь всю выдержку. В очках Су Юншэна отразилось лицо Лана.

Он знал. Су Юншэн точно что-то знал! «Кувшинки» – компания, которую организовал сам Лан через подставные фирмы. Отец, конечно, был в курсе и одобрял, хотел посмотреть, что из этого выйдет. К сожалению, не успел увидеть.

Кувшинки были любимыми цветами матери Лана. Ему нравилось думать об этой компании как об их общем с отцом проекте.

– Никогда не слышал, – сказал Лан. – Они как-то мешают нашей деятельности?

– Насколько я знаю, нет. Оказывают базовые услуги по обслуживанию имплантов и делают это бесплатно.

– Если вы говорите о бедняках, то вряд ли они пошли бы в офис моей или вашей фирмы. «Кувшинки» не забирают наших клиентов.

– Но это нехорошая тенденция. Что, если все мы начнём оказывать подобные услуги бесплатно?

С раздражением Лан подумал, что тогда Су Юншэну, конечно же, придётся поумерить аппетиты в отношении обеих своих любовниц, которые не были в курсе друг друга и щеголяли новыми меховыми пальто, украшениями и жили в домах, стоивших столько, сколько не заработали бы и несколько поколений рабочих-кули.

Ценную информацию Лан припас на будущее. Пока не время и не место даже намекать Су Юншэну, что Лану известно и о его женщинах, и о некоторых сомнительных сделках.

– Вы видели отчёты моего отца, – сказал Лан. – Даже в пессимистичном прогнозе прибыль никуда не исчезнет. Может, пропадёт сверхприбыль. Зато люди на улицах получат должную медицинскую помощь.

– Думаю, стоит пересмотреть отчёты.

– Обязательно сообщу своим аналитикам. А пока буду придерживаться принятой политики «Шэньхун». Мы хотим сделать услуги доступнее.

– Опрометчиво.

– Неужели? – вкрадчиво спросил Лан. – А представляете, если бы близкий вам человек столкнулся с проблемой импланта? Было бы здорово, если он мог получить помощь.

– Близкие мне люди получают её от моего личного врача.

– Но ведь всякое может случиться. Представьте, если бы у вас был сын, и его имплант начал барахлить… где-нибудь в Квун Тонге, например?

Название рабочего района Лан выбрал отнюдь не случайно и по лицу Су Юншэня понял, что попал в точку. Этой информации не было в блокноте отца, а вот Ашен Сон накопал.

– Как хорошо, что у меня нет сына в таких ужасных условиях, – сухо сказал Су Юншэн.

– Конечно.

Покорно согласившись, Лан помнил, что его лишённые модов глаза кажутся зловещими. Всего лишь привычка окружающих к электронике, но Лан этим активно пользовался.

Сын у Су Юншэна был. Непутёвый малец от предыдущей любовницы, околачивался где-то в Квун Тонге. Юншэн бросил его мать, когда она вроде как изменила, так что парень остался без поддержки и подрабатывал как мог. До встречи Лан размышлял, стоит ли взять паренька в клан. Теперь уверился, что точно стоит.

На десерт принесли конфеты «борода дракона». Лану они всегда нравились, напоминали белые коконы шелкопрядов, а внутри сладкая начинка. Правда, в этот раз она как будто горчила. Запив сладость водой, Лан понял, что горчит у него во рту.

– Жаль, что мы не сходимся в некоторых вопросах, – сказал Лан. – Но я надеюсь на дальнейшее сотрудничество.

Потому что чёрта с два вы сможете нарушить договоры.

– Разумеется, Шэнь Лан, – согласился Су Юншэн.

Десерт он не ел, но после упоминания «гипотетического» сына быстро вернул самообладание, и теперь его голос тянулся, будто сахарные нити, из которых свивали коконы конфет.

– Сотрудничество наших компаний давнее и тесное. У нас один рынок, но мы производим разные импланты, мы старые друзья, а не конкуренты.

Упоминание «старых друзей» Лану не понравилось. Обычно так называли тех, у кого давние связи, обмен услугами и хорошая история. То есть ничего похожего на Су Юншэна.

– Насколько я знаю, – сказал Лан, – вы не были старыми друзьями с моим отцом. И пока точно не со мной.

Возражать собеседник не стал и виртуозно перевёл тему:

– Кстати, о друзьях. Слышал, вы были друзьями с Брайаном Мораном. Очень жаль, что он погиб.

– Его сестра станет моей женой, а Брайан был хорошим знакомым.

– А какие нелепые слухи ходят! Будто бы он связался с Красной комнатой. Даже стал одним из участников.

– Меня всегда поражает, откуда берутся подобные небылицы. Особенно когда непонятно, существует ли сама Красная комната.

– Вы же знаете, в Сянгане любят мифы. Особенно если они связаны с технологиями.

Значит, слухи перестали быть тонкой струйкой и стали широким потоком. Еве это наверняка не понравится. Да и Брайан такого не заслуживал.

Горечь во рту усиливалась, но Лан не торопился. Он плавно свернул разговор к окончанию, поздравил Су Юншэна с победой его жены на очередном конкурсе красоты, а тот вспомнил некоторых родственников Лана по материнской линии. Они закончили заверениями взаимного сотрудничества, и Лан поднялся с места. Он сделал жест, предлагая Фэйлин покинуть комнату первой, и она поняла, это условный сигнал, что-то не в порядке. Спускаться по ступенькам следовало неторопливо, и Лан вёл рукой по перилам, чтобы не показать, что голова начала кружиться. Фэйлин шагала рядом, а не позади. Лан уже раздавал указания:

– Пусть найдут того паренька из Квун Тонга и действуют. Он нам пригодится. Ева ответила?

Фэйлин быстро проверила и кивнула:

– Да, просит забрать её. Она хочет присутствовать на встрече с хакерами.

– Отлично. Создай задачу на завтра. Пусть Ашен проверит этот ресторан. Он больше не нейтральный.

Они прошли мимо фонтана, в котором плавали настоящие карпы, и вышли на улицу. Успело стемнеть, их окутал душный, шумный Гонконг.

Фэйлин ожидала пояснений, что не так с «Танцующим журавлём».

– Они отравили мою еду, – негромко сказал Лан, сворачивая к машине. – Либо «Танцующий журавль» подчиняется Су Юншэну, либо он умудрился подкупить повара, а значит, в их безопасности прорехи. Ставлю на второе.

– Они решили объявить войну? Другим корпорациям и кланам подобное не понравится.

– Пожалуйста, Фэйлин, давай позже. У меня не так много времени.

Лан чувствовал, что перед глазами плывёт сильнее, а колени подгибаются. Он едва не упал перед машиной, буквально вваливаясь в салон.

Фэйлин скользнула рядом, провела ладонью по панели, и из переднего сиденья показалась украшенная нефритом коробка. Внутри на бархате расположился с десяток разноцветных ампул.

По вискам Лана катился пот, он сосредоточился, надеясь, что зрение его не подводит, ткнул в одну из ампул. В глазах потемнело, и он едва не завалился.

– Тебе стоило уйти раньше, – сказала Фэйлин.

Лан попытался пробормотать, что не хотел терять лицо. Пусть этот ублюдок считает, что его яд не подействовал. Или хотя бы что юный Шэнь Лан, так рано ставший главой клана, не скулит как мальчишка.

В глубине души он понимал, что это глупое упрямство. Как и само отравление глупо, Су Юншэн вовсе не хотел его убивать или даже причинять существенный вред. Он планировал узнать, как Лан будет себя вести. Так пусть теперь гадает, Лан оказался таким глупым, что ничего не понял, или настолько хладнокровным, что спокойно довёл встречу до конца.

Отец учил не только политике. Лан рассчитал, сколько у него времени.

В основание шеи едва заметно кольнула ампула противоядия. По мышцам прошла судорога, но вскоре они расслабились. Хорошо, что кроме них в машине никого, никакого водителя, только искусственный интеллект, которому плевать, что происходит в салоне.

Глубоко вздохнув, Лан прикрыл глаза и откинулся на сиденье.

– Не думал, что эти ампулы когда-то понадобятся, – пробормотал он. – Отец обучал… но звучало как дань истории. Диким временам.

– Уверен, что тебе стоит ехать на встречу?

– Да. Как раз успею прийти в норму.

Он не ожидал, но Фэйлин притянула его ближе, заставила почти лечь на широком сиденье, провела по слипшимся от пота волосам.

– Глупый братец.

v.1.5.

Ашен Сон любил большие города.

В них можно стать кем угодно. Затеряться на узких улочках, шагать в ритме биения сердца мегаполиса. Скользить в свете фонарей и уличных витрин, утопая в бесконечном шуме, пропуская его сквозь себя, растворяясь в нём.

В большом городе Ашен Сон ощущал себя песчинкой, одним из многих, и это приводило его в восторг. Потому что из песчинок состоят горы. И даже единственная песчинка способна изменить мир.

Частью системы Ашен Сон себя не ощущал, наоборот, той песчинкой, которая может застопорить шестерёнку большого механизма, повернуть её вспять или найти немыслимое применение. Хакнуть.

Поэтому до «Карт-Бланша» Ашен Сон добирался пешком. Он включил все возможности допреальности, так что на сетчатке глаз отображались не только мерцания рекламы на плазменных экранах, но и рычащий динозавр перед магазином с игрушками, и светящиеся знаки перехода. Мимо пробежали школьницы с подведёнными неоновой краской глазами. У них имелись интерфейсы новомодной певицы, волосы казались огненными, хоть голограммы чуть сбоили помехами.

Когда Ашен Сон свернул от центральных улиц и углубился в менее презентабельные районы, людей с дорогими девайсами попадалось меньше, но не настолько всё плохо, как в Коулуне, где допреальность почти не использовали.

«Карт-Бланш» расположился между общественной прачечной и магазином одежды. Заведение занимало помещение внизу и комнаты наверху, которые сдавались под «частные мероприятия». Ничего незаконного не проворачивали, но обычно собирались те, кто не хотел огласки.

Кафе владела пара престарелых французов. Муж занимался бумагами и почти не показывался, жена хлопотала на кухне, но больше всего Ашен Сон общался с младшим поколением Готье.

Раньше «Карт-Бланш» не пользовался популярностью, но потом место отыскал Лан, и кафе перешло под юрисдикцию клана Шэнь. С тех пор у них появился поток постоянных покупателей, а верхние комнаты не пустовали. Ашен предпочитал места поэкзотичнее, например ночной клуб, которым управляли монахи в бывшем храме, а не осколок европейской культуры в обрамлении китайских фонариков.

Тем не менее «Карт-Бланш» обладал определённым шармом. А для встречи с хакерами лучшего места не придумаешь.

Камеры на входе по-прежнему не стояло, как сообщили Ашену его импланты. В большинстве заведений устанавливали оборудование для распознавания лиц, хотя в пафосных местах вроде «Танцующего журавля» изображали, будто сверяются со списками. На самом деле они получали всю информацию о входящем, едва ему стоило приблизиться к дверям. Нежелательных посетителей отсеивали сразу, например тех, у кого соцрейтинг не дотягивал до нужного уровня.

Ашен Сон прошёл мимо старомодной доски, стоявшей на асфальте. На ней мелом от руки писали коронное блюдо сегодняшнего дня. Никакой электроники! Узкое помещение делилось на стойку, где можно посидеть, и столики. Внутри царили ароматы выпечки, малинового джема и настоящего кофе.

За последнее Ашен Сон был готов простить «Карт-Бланшу» что угодно.

Народу вечером набилось прилично, пустовало всего несколько мест, скрывавшихся в ворохе искусственных цветов. От стойки отделилась фигура и подошла к Ашену.

– Добрый день, мистер Сон.

Джин Готье был на полголовы выше самого Ашена, с приятными чертами европейского лица. Аккуратный старомодный костюм, неизменная улыбка и трость с костяным набалдашником. И правда, зачем зазывные голограммы или допреальность, когда есть Джин, живое воплощение атмосферы.

В руках Джин оказался стаканчик с кофе, который тут же перекочевал к Ашену.

– Спасибо! – с чувством сказал он.

На губах Джин мелькнула приветливая улыбка:

– Твои друзья уже наверху и взяли закуски. Хотя от вина отказались. А вот гостей ещё ожидаем.

– Направишь их сразу к нам?

– Конечно.

В обязанности Джин не входила встреча посетителей, но сегодняшнее мероприятие считалось важным. Или Лан попросил.

Поднимаясь по узкой лестнице, Ашен сжимал стаканчик с кофе в одной руке, а второй небрежно влез в профиль Джин Готье. Его не интересовали какие-то конкретные вещи, но это помогало держать себя в форме, к тому же Ашен Сон считал своим долгом следить за безопасностью, связанной с «Шэньхуном». В этом заведении они периодически проводили встречи, о которых не должны знать окружающие, так что лучше приглядывать за теми, кто владеет этим местом.

Ничего особенного или подозрительного Ашен не обнаружил и смахнул все данные, входя в частную комнату на втором этаже.

Она вся утопала в тёмных тонах. Под диванами сияла подсветка, контрастируя с изящными коваными лампами на стенах. На столе примостился настоящий подсвечник, хотя с потолка сочился мягкий свет, создавая приятную атмосферу. На большом блюде лежали шпажки с канапе, тарталетки, многочисленные пирожные и закуски, стояли кофейник с чайником. Ашен Сон удивился такому количеству еды.

Перед столом сидела Ева Моран, которую Ашен не ожидал увидеть. В закрытом чёрном платье под горло, с собранными волосами и – Ашен не мог не подумать об этом – с загруженным Брайаном. Нейрошунт темнел у неё за ухом.

Ева аккуратно разливала чай по двум чашкам, для себя и Фэйлин, стоявшей рядом. Та всегда походила на взведённую пружину, смертоносную, опасную и при этом красивую. Смертельно красивую. Её ногти поблёскивали сталью – аугменты никогда не убирались полностью.

Ева походила на цветок из запретного сада. Фэйлин была ощетинившимся колючками тёрном. Кислые, терпкие ягоды без намёка на деликатность.

Когда Лан и Ашен познакомились, Лан сразу серьёзно сказал:

– Никогда не взламывай мою сестру. Если нужно проверить, попроси.

С тех пор Ашен Сон регулярно диагностировал её импланты и сложные многоуровневые системы, но никогда не делал этого без разрешения. Из уважения, конечно. Хотя и понимал, что она может всадить ему когти меж рёбер.

Лан обнаружился рядом у стены. Он наливал воду из графина:

– Вовремя, Аш. Гости будут с минуты на минуту.

– Ты выглядишь как дерьмо, – заметил Ашен.

В приглушённом свете комнаты Лан казался особенно бледным, а под глазами залегли тени.

– Ну спасибо, – проворчал Лан. – Что бы я делал без твоих комплиментов?

– Тебе было бы скучно.

Пройдя мимо Ашена Сона, Лан уселся на диван рядом с Евой, попивая из стакана.

– Вода? – вскинул брови Ашен. – Серьёзно?

– Пришлось принять то, что может не очень хорошо взаимодействовать даже с кофе.

Интересно, что произошло до нынешней встречи. Предостерегающий взгляд Лана намекал, что сейчас он говорить об этом не будет. Скорее всего, не при Еве, от Фэйлин вряд ли скрывал. Она хмурилась, в её коротком взгляде на брата мелькнуло беспокойство.

Устроившись на другом диване, Ашен Сон водрузил ноги на столик. Теперь Ева и Лан сидели напротив него, Фэйлин так и осталась стоять. Отпив кофе, Ашен решил хотя бы на несколько минут насладиться его божественным вкусом, не особенно вслушиваясь в разговор. Тем более Лан уточнял у Евы какие-то детали касательно корпоративных дел.

Если он продолжит в том же духе, Ева точно не захочет замуж.

Хотя Ашен Сон знал, что там всё сложно. Их родители договорились об услугах, достаточно серьёзных, чтобы нынешний брак считался делом решённым. Тем более и мать Лана уже мертва. Но жениться не торопился ни Лан, ни Ева. Если бы они упёрлись, то вряд ли даже родители Евы стали бы настаивать. Но оба придерживались нейтралитета в этом вопросе, а последние несколько лет предпочитали работать. Поэтому Ашен даже не был знаком с Евой.

Руки так и чесались незаметно пробраться в её профиль. В конце концов, Лан просил не хакать Фэйлин, но насчёт Евы ничего не говорил.

Тем не менее Ашен Сон счёл, что это невежливо. Поэтому вызвал на сетчатку интерфейс и связался с Горацио. В виде бота тот летал только в офисе или дома, обычно же, как сейчас, прятался на запястье Лана металлическим браслетом.

Лан дал Ашену Сону полный доступ к своему электронному помощнику, но никакой важной информации Горацио никогда и не содержал. Зато в нём было всё расписание Лана, и Ашен Сон быстро выяснил, что сегодня проходила встреча с Су Юншэном. Скользкий тип. Такие в представлении Ашена делали грязную работу чужими руками, но и сами могли с лёгкостью пустить кому-то пулю в лоб, а потом невозмутимо поправить запачканные кровью очки.

Какие же встречи корпоратов обходились без проблем!

Попозже Ашен Сон обязательно узнает у Лана все подробности, но пока он свернул интерфейсы, потому что пришло уведомление, что гости близко.

– А вот и они!

До этого Ашен Сон много раз общался с Отшельником, но видел его и Яо только на фото. Как бы совершенны ни были подобные способы передачи информации, в реальности люди всегда удивляли. Например, вошедший Яо оказался совсем невысокого роста. Зато взгляд точно как представлял Ашен: наглый и немного насмешливый.

Яо оделся в тёмную футболку, из рукавов которой торчала ещё одна кофта, доходящая до кончиков пальцев. Художественные дырки джинсов в десятке мест скреплены булавками. На лицо падали отсветы голо-ушек и девяти хвостов интерфейса хули-цзин. Они проходили через тело Эндрю, стоявшего чуть позади и касающегося кончиками пальцев локтя друга.

Если Яо предпочитал плотно прилегающую одежду, то Эндрю, наоборот, выбрал что-то мешковатое из множества слоёв ткани, но тоже тёмное и неброское. Его невидящий взгляд уставился вперёд, куда-то мимо всех, но на виске поблёскивал кружок вживлённого инфолинка. Старая дешёвая модель, подороже использовали нанотехнологии и оставались незаметными. Наверняка модифицированный самим Эндрю.

Они выглядели как школьники, хотя оба были старше. Инфолинк Ашена, тоже нестандартный, конечно, тут же выдал, что у Яо имеется настоящая катана. Наверняка найдёт общий язык с Фэйлин. Или она его прибьёт, если сочтёт угрозой.

Парни растерялись, Ашен Сон с трудом сдерживался, чтобы сразу не начать расспрашивать о Брайане Моране. Он привык заниматься делами, а познакомились они ещё давно в Сети.

Вмешался Лан. Он поднялся, едва заметно улыбаясь и прямо-таки излучая благожелательность.

– Рад наконец-то познакомиться с вами. Шэнь Лан. Это моя сестра Шэнь Фэйлин. Ева Моран, сестра Брайана. Ашена Сона вы уже знаете.

Яо представился на западный манер, сказав, что предпочитает имя, а потом уставился на Лана. Он точно знал, кто это, и присутствие Великого дракона клана Шэнь его ошарашило. В отличие от друга Эндрю чувствовал себя спокойно, и Ашену показалось, он вслушивается, будто по интонациям понимает больше, чем обычные люди. Или попросту запоминает звучание голоса.

Лан предложил гостям сесть, попросил Еву налить им чая и указал на закуски, нахваливая кухню «Карт-Бланша». Запоздало Ашен подумал, что и еду Лан наверняка взял для гостей, которые могли быть голодными с дороги.

Они скинули рюкзаки. Эндрю уселся на краешек дивана, его пальцы ненавязчиво пошарили по столу, прежде чем наткнулись на блюдо с канапе. Чашку с чаем ему сунул Яо, потом взял собственную. Лан продолжал рассказывать о еде и ненавязчиво спрашивал, как добрались. Яо сначала терялся, но быстро взял себя в руки и расслабился.

Первой не выдержала и перешла к сути Ева. Она вклинилась в паузу и спросила напрямик:

– Вы были знакомы с моим братом? С Брайаном.

Интересно, что ей нашёптывала копия мёртвого брата в голове. Ашен Сон видел активность, но влезать и выяснять сейчас не решился бы. Поведение Лана напомнило, что стоило быть вежливым. В конце концов, так можно добиться гораздо большего.

– Нет, – ответил Яо. – То есть не думаю.

Он глянул на Эндрю, и тот как будто ощутил его взгляд. Его голова даже не дрогнула, он ответил:

– Если он не скрывался за кем-то из Старшего аркана.

Ашен Сон думал об этом. Хакеры Старшего аркана брали имена по картам Таро. Кое-кто, как Ашен, не особо маскировался. Другие показывали себя частично, вроде Отшельника Эндрю. Вычислить и узнать можно. Но оставалось много таких, о ком была известна только карта. Остальные имели представление об их навыках, стиле, о том, что они сделали, но не о том, кем они являлись в реальном мире. Выяснять считалось невежливым.

Среди них мог прятаться и Брайан Моран. Неизвестно, был ли он хакером, но это логичное предположение, учитывая, что он занимался разработкой «начинки» для мозгов ИИ. Ему был резон прятать личность.

Что ж, скоро увидят, кто из Старшего аркана перестанет отсвечивать и выходить на связь.

– Вам что-то передавали? – спросил Ашен Сон.

Яо замялся, но снова ответил Эндрю, спокойно и размеренно, он чуть растягивал слова, как будто ему требовалось больше времени, чтобы ориентироваться.

– Никто из Старшего аркана ничего не передавал вам.

– Как же так? – удивилась Ева. – Брайан оставил сообщение, что в случае его смерти мы должны связаться с вами. Зачем?

Яо развёл руками. До этого казалось логичным, что Брайан мог спрятать у неизвестных хакеров важную информацию, никто не стал бы искать у них. Но похоже, всё было совсем не так.

Лан переглянулся с Ашеном. Ашен Сон едва заметно пожал плечами. Он тоже не понимал, что происходит, но парням нет смысла врать, они же сами сюда приехали.

– Если Брайан направил нас к вам, значит, была причина, – уверенно сказала Ева. – Ваши хакерские имена были указаны чётко.

– А что сейчас говорит твой… сосед в голове? – осторожно спросил Ашен Сон.

– Он не в курсе.

Яо нахмурился, не понимая, о чём речь, и Ашен Сон бросил им с Эндрю «позже», пока не определившись, насколько стоит посвящать их в подробности о цифровой копии Брайана.

Лан задумался, а молчавшая до этого Фэйлин наклонилась и что-то прошептала ему. Ашен Сон мог только догадываться, но почти не сомневался, что девушка всё это время оценивала пришедших. У неё имелся богатый опыт, а ещё несколько полулегальных имплантов, которые могли определить, произносит ли человек правду.

– Хорошо, – сказал Лан. – Мы верим вам.

Яо обернулся на Эндрю. Не оставалось сомнений, кто у этих двоих считался условно главным.

– Есть кое-что, – сказал Эндрю. – В Шанхае морской народ передал чип для Ашена Сона, который расследует гибель Брайана Морана. Возможно, это им оставил инструкции Брайан. Он предполагал, что мы поедем через Шанхай, из Нанкина нет прямых рейсов в Гонконг.

Сложная схема, но если Брайан пытался что-то скрыть, точно рабочая. Ашен Сон всё равно считал, что Брайан хотел их встречи именно с Яо и Эндрю не только из-за чипа, но он не Ева, он понятия не имел, что творилось в голове Брайана.

Достав из кармана, Эндрю неловко повернулся к Ашену и протянул ему чип:

– Они просили передать это.

Взяв чип, Ашен Сон быстро запустил программы-жучки, чтобы проверить его. Сразу лезть непонятно во что он не хотел.

– Кластер информации, – заявил Ашен Сон. – Ничего больше. Зашифрованный, конечно.

– Минут пять? – уточнил Лан.

– Обижаешь! Дай мне три.

Он справился за две, и чип аккуратно вошёл в нейрошунт на костяшке пальца. Основную часть памяти занимало видео, и Лан сразу спроецировал его в инфолинки окружающих, так что все присутствующие видели над столом парящий в воздухе большой экран.

Сначала Ашен Сон не мог ничего разобрать. Изображение оказалось плохого качества, но вскоре стало понятно, что это комната. Обитые алым стены, пол, даже потолок. Внимание привлекала девушка, сидевшая на стуле. Полностью обнажённая и привязанная. Она тряслась и всхлипывала, бормотала на неизвестном языке, встроенный переводчик показал, что девушка умоляет её отпустить.

Рядом стояла закутанная во много слоёв ткани фигура с длинным, тонким ножом, больше похожим на шило. Она быстро и точно ткнула в девушку едва уловимым движением, и над левой грудью жертвы показалась точка, сочащаяся кровью. Ещё несколько росчерков, и тонкие разрезы сложились в диковинный цветок, который набухал кровью и раскрывался над грудью рыдающей девушки.

Ева издала неопределённый сдавленный звук.

– Выключи. – Голос Лана звучал ровно. – Вы можете узнать, где и когда сделали запись?

Ашен уже вовсю копался в коде файла, Эндрю тоже натянул старенькие очки. Но даже так Ашен Сон слышал слова Евы:

– Я знаю эту девушку. Она работала с Брайаном.

Ева замолчала, наверняка проверяя по инфолинку документы или отыскивая в них упоминание. Ашен Сон с любопытством наблюдал за работой Эндрю. Он действовал совсем не так, как привык Ашен. Эндрю не следовал за интуицией, а проверял системность задачи, чётко и методично. Он увидел несколько отметок и кинул Ашену. Тот развернул, заглянул ближе, тут же обмениваясь данными с Эндрю. У хакеров при работе не оставалось секретов друг от друга.

– Элиза Чэнь, – сказала Ева. – Её отец отсюда, но женился и жил в Европе, Элиза приехала в Гонконг как консультант по вопросам искусственного интеллекта для медицинских аппаратов. Странно, что Брайан заинтересовался этим. Он работал с Элизой, я видела её в лаборатории. Потом нет никакой информации. Я думала, она вернулась домой.

– Когда это было? – спросил Лан.

– Четыре месяца назад.

– То есть уже после того, как Брайан загрузил «Бессмертие» полгода назад. Аш, Эндрю, что выяснили о файле?

– Записи три с половиной месяца, – отозвался Ашен. – Мы попробуем отследить её, но вряд ли выйдет. Тут запутанные протоколы, но если…

– Аш…

Голос Лана прозвучал устало, и Ашен Сон решил, что позже обсудит технические детали с Эндрю, который наверняка оценит филигранную запутанность. Но остальные ничего не понимали в этом и хотели ответов.

– Почти наверняка запись сделана в Даркнете, – сказал Ашен Сон. – Хотя раньше считалось, что это невозможно.

– То есть правда Красная комната, – подал голос Эндрю. – Видео доказывает, что она существует.

И морской народ передал запись Ашену Сону и «Шэньхун», которые ищут убийцу Брайана Морана. Они ничего не расскажут, но не оставалось сомнений, что это не случайность.

Ашен Сон свернул данные и заметил краем глаза, как Эндрю поправил очки. Когда-то у Ашена имелись такие же, но он быстро заменил их глазными имплантами. Вряд ли Эндрю физически мог так сделать.

– Ещё кое-что, – сказал Ашен и вывел над столом текстовый файл. – Создан гораздо позже, буквально месяц назад.

Обычный список, ничего больше. С десяток имён, первым из которых шло имя Элизы Чэнь, дальше несколько незнакомых и Брайана Морана. Ашен Сон дёрнулся проверить, особенно когда пробежал глазами до конца списка, но Эндрю оказался быстрее. Похоже, он заглянул в файл ещё до того, как снял очки:

– Многие уже мертвы или пропали, как Элиза Чэнь.

Ашен Сон давно не чувствовал себя так неуютно, как сейчас, смотря в список:

– Лан, здесь твоё имя.

Оно значилось через несколько после Брайна.

– Вот эти люди мертвы или пропали, – сказал Эндрю, и в списке подсветились первые имена вплоть до Брайана и несколько в середине и в конце.

Лан хмурился, Ашен Сон уже запускал щупальца запросов, чтобы узнать, кто обладатели остальных имён.

Список выходил странным: как важные люди в корпорациях и глава одной из триад, так и несколько учёных, и какие-то будто бы случайные люди, например учительница из Гуанчжоу.

– Что им нужно? – спросил Яо. – Это список будущих жертв?

– Значит, они двигаются не по порядку, – спокойно заметил Лан. – Но я не вижу системы.

– Работа? – предположил Ашен Сон. – Ты давно пытаешься снизить цену обслуживания имплантов, и мало кто поддерживает инициативу. Брайан Моран выступал на твоей стороне?

Лан кивнул:

– Да, он активно участвовал. Но против выступают открыто. И при чём тут Красная комната?

– Ты сам говорил, если Комната существует, за ней могут стоять корпораты или триады. Возможно, их не устраивает ваша с Брайаном работа.

– А что в списке делают другие люди? Вроде Дэвида Ли. Это друг Брайана, писатель, я видел его сегодня в «Танцующем журавле».

– Брайан мог чем-то поделиться с ним.

Как и с Элизой Чэнь. Даже учительница из Гуанчжоу могла попросту хранить файл, или она случайная жертва, которая требовалась Красной комнате для пыток за деньги.

Ашену Сону не нравился список. Тут всего две возможности: либо это те, кто должен попасть в Красную комнату и умереть, либо те, кто как-то связан с Красной комнатой, и организаторы хотят убрать часть из них. Но второй вариант предполагал, что Лан врёт ему, Ашену Сону не хотелось в это верить.

В комнате повисли список и растерянность.

Первой взяла себя в руки Фэйлин. Она молчала до этого, но сейчас спокойно заявила:

– У нас есть два высокоуровневых хакера. Проверьте людей из списка. Найдите Красную комнату, чтобы мы могли задать организаторам пару вопросов.

Фэйлин следила за безопасностью брата и будет заниматься этим впредь. Что ж, лучшего телохранителя сложно отыскать во всей Поднебесной.

– Ева, поговори с копией, – сказал Лан. – Пройдитесь по списку. Возможно, он кого-то знал. Я встречусь с Дэвидом Ли. Приставлю своих людей к остальным. Эндрю, Яо, считайте, что «Шэньхун» хочет официально нанять вас для помощи в этом деле. Будете работать с Ашеном Соном.

Яо серьёзно кивнул и заметил:

– И расскажете, что это за копия такая.

Лан устало потёр переносицу:

– Похоже, Брайана убили организаторы Красной комнаты, которая не такая уж и мифическая.

Ашен Сон не стал озвучивать то, что увидел как цифровую пометку документа. Эндрю наверняка распознал и точно расскажет Яо. Ашен тоже не планировал утаивать от Лана, хотя пометка давалась хакерам, чтобы помочь в их поисках.

«Ищите Девочку в красном».

v.1.6.

Просыпаться в доме Лана Ашен Сон не любил.

Слишком много пространства, света и пустоты. Если он тут оставался, то предпочитал небольшую комнату, где и проснулся этим утром. В окне шелестели деревья, скрывая спальню в полумраке, шелковые простыни приятно льнули к телу, а рядом находилась ванная, и Ашен Сон направился в душ.

Даже эта комната была размером со всю его квартиру, расположившуюся на сорок четвёртом этаже в куда менее пафосном районе, зато ближе к «Шэньхун». В шкафу нашлась кое-какая одежда, которую Ашен Сон притащил ещё давно: пока отец Лана был Благородным драконом, Лан жил именно в этом доме, и Ашен порой оставался у него.

Теперь Лан предпочитал небольшие жилые комнаты прямо в офисе, но вчера добираться до дома было ближе. И, как подозревал Ашен, Лан попросту хотел, чтобы новоприбывшие хакеры тоже пока оставались в поле зрения. Он разрешил им пожить в его доме.

Ну как разрешил… настоятельно рекомендовал. Поставил перед фактом.

В доме царила тишина, а часы показывали ранний час. Ашен Сон зевнул и направился на кухню, откуда слышалась негромкая музыка. Может, остальные ещё и спят, но кто-то точно проснулся.

Среди кухонных шкафчиков стояла Фэйлин.

У неё вроде бы тоже имелось собственное жильё, у Ашена Сона даже записан адрес, выданный прошлым Великим драконом. Но в квартире Фэйлин он ни разу не бывал, а она обычно оставалась здесь. Наверняка дом Лана имел хоть сколько-нибудь обжитой вид именно благодаря Фэйлин.

Кухня примыкала к гостиной, полной мягких диванов и ковров с длинным ворсом. Именно там проводили всё время, потому что огромные панорамные окна выходили на город, показывая его во всей красе. Лан не любил это место, но его положение требовало соответствовать. Поэтому дом лепился к Пику Виктории, находясь на возвышении среди деревьев. Внизу расстилалась бухта.

Ночью всё это светилось, переливалось огнями и голограммами, а в допреальности можно было увидеть огромных карпов над высотками. Рядом с ними парили массивные громадины аэростатов.

Сейчас, при мутном свете пасмурного дня, город для Ашена Сона казался будто выцветшим. Блёклые высотки, спокойное полотно воды. Никаких огней. Только аэростаты те же самые. Массивные, медленные, они несли многочисленные системы наблюдения. В Гонконге места не хватало, оказалось дешевле расположить их в воздухе.

Внутри них работали «мозги», которые довёл до совершенства Брайан Моран и его компания.

Фэйлин оделась в облегающее чёрное платье, на котором, если приглядеться, можно было различить объёмные узоры драконов. Волосы она распустила, они ниспадали на спину, в них виднелись тонкие косы, обвитые металлом. Нейродевайсы вроде колец, постоянно создававшие вокруг Фэйлин помехи, мешали технике засечь её. Не скрывали, конечно, но мешали.

– Тебе нужно покрасить волосы, – сказала Фэйлин. – Корни отрастают.

– И тебе доброе утро.

Она ничуть не смутилась и пожала плечами:

– Ты знаешь, я не сильна в светских беседах.

Нажав несколько кнопок, Ашен Сон ожидал, когда кофемашина наполнит его чашку. Он провёл рукой по волосам, признавая, что Фэйлин права. Корни отрастали, выбеленные пряди уже падали на глаза, а виски стоило подбрить.

Взяв кофе, Ашен Сон с наслаждением пригубил, прислонившись к кухонным ящикам. С интересом посмотрел на Фэйлин: на миниатюрных весах она отмеряла тонкую граммовку трав, чтобы засыпать их в чайник.

– Для чего это? – поинтересовался Ашен Сон.

– Чай восстановления сил. Для Лана. Ему пригодится после отравления.

– Так. Что я пропустил?

Проворно заканчивая с травами, Фэйлин коротко рассказала о встрече с Су Юншэном. Ашен Сон попивал кофе.

– То есть, – хмыкнул он, когда Фэйлин закончила, – днём Лана травят, а вечером его имя в списке вместе с Брайаном Мораном. Какое совпадение.

– Лан считал, что Су Юншэн его оценивал.

Ашен Сон пожал плечами. Им не нужно было говорить, потому что оба понимали: Ашен обязательно проверит это.

– А что дрон? – спросила Фэйлин. – Тот, что налетел на вас в Коулуне?

– Который ты располосовала? Списанная модель со стёртыми данными. Я проследил, откуда она, но это дохлый номер. Образно говоря, кто-то нашёл его на свалке и перепрограммировал. Вред бы особо не причинил, но защиту прощупывал.

– А напавший?

– Ему перевели деньги со счёта-однодневки с указанием напасть. Он понятия не имел, кто мы такие.

– Думаешь, всё связано?

– После списка? Конечно.

И со смертью Брайана. Ашен Сон изучил материалы. Нападавший прекрасно знал, где находится слепая зона камер, так что Брайана достали где-то на выходе из лаборатории или даже в гараже. Несколько ножевых ранений, грубо и грязно. Он сумел вырваться и выйти в поле зрения камер, убийца за ним не последовал, не захотел светиться. Скорее всего, тоже наёмник, но его подробно проинструктировали.

Помощь к Брайану приехала быстро, как только системы камер распознали, что он ранен. Он даже был жив в тот момент. Но не повезло, Брайан умер по дороге в больницу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.