Екатерина Свердлова
Обнулённая

Пролог

627 год от зарождения двух миров

Он недооценил возможности врагов. И сейчас, запертый в клетке, впервые проиграл. Тело немеет от холода, багровые кристаллы крови покрывают кожу. Клетка становится вечной морозильной тюрьмой. Последние искры сознания улавливают редкие движения поблизости. А я-то думал, что смогу отговорить его, наивный. У него остался последний козырь. Он до последнего не хотел использовать его, но похоже, выбора нет.

– Его пульс замедляется. Переходим ко второй стадии, – пленник не позволяет себе заснуть. Еще рано.

– Что вы собираетесь сделать со мной? – треснутые губы с трудом двигаются. Хотя ответ мне уже известен. Нужно потянуть время.

– С твоей поимкой я близок как никогда, – чья-то тёплая рука заботливо дотронулась до бледной щеки пленника. С каждой минутой его тело засыпает, каждый вздох отдаётся болью. Тяжёлые веки опускаются под натиском ресниц, покрытых инеем.

Посторонние ещё рядом и наблюдают. Они предвкушают, что будет дальше. Но он не даст им возможности завершить. Невозможно ясно думать. В ноздри проникает запах смерти. Рука сползает с лица, оставляя теплый след. Мысли леденеют, замирая в неподвижности. Плохой знак подкрадывается и сковывает остатки мира.

Силы оставляют неподвижное тело. Пусть ему суждено умереть сейчас, однако желаемого они не получат.

– Нет! Прекрати это, – слух улавливает злость и печаль врага. Ведь он так долго ждал этого момента. – Остановите процесс немедленно. Не позволяйте ему покинуть ядро.

Слишком поздно. Это тело станет бесполезным без содержимого. Лишь кусок замершей плоти. Поток закончился. Пора засыпать. Сознание медленно проваливается в пустоту, оставляя пропасть в ядре. Он ещё вернётся на эту землю. Вот только сколько лет пройдёт – даже он не знает.

Часть 1 Другой мир

Глава 1 Контрольный тест

Наши дни

Укутавшись глубже в теплый серый шарф, Кирени шла по мокрому тротуару. Последнюю неделю моросил мерзкий дождь. Весна в этом году сделалась особо неприветливой, и на улицах можно встретить людей только с утра, когда все идут на занятия. И вечером, когда студенты радостно убегают домой. Хотя Кирени не припоминала, чтобы весна уходила с таким холодом. По крайней мере, предыдущие два года такого не случалось. Аномалия какая-то. Дождь уже неделю не прекращается. Хмурые тучи создавали паршивую атмосферу. Будто природа несколько дней прибывала в дурном настроении.

Очередное дождливое утро подгоняло девушку в академию. Кирени с удовольствием представляла, как вернётся домой и погрузится в книгу. Забудет на время о том, где она и о своих неудачах. Сварит себе крепкий кофе, и хотя бы немного в её жизнь ворвутся минуты радости и спокойствия.

Замечтавшись, Кирени столкнулась с прохожим мальчишкой – цорусом, ракшес – гениев в точных науках. В Академии шло распределение на три группы: цорус, ияс – гуманитарные науки. И лэнер- люди с боевой ракшес, к которым относилась и она. Каждый день девушка заправляла свои длинные каштановые волосы в тугой хвост, надевала спортивную форму и проклинала свою ракшес за неповиновение.

И каждый день она слушала восхищенные высказывания о ракшес. В то время, как для Кирени эта сила – обуза. Ничем не объяснённое название породило головную боль на всю жизнь. С детства она была не склонна доверять тому, о чем толком ничего не знает, поэтому даже сейчас засиживалась в открытой библиотеке в надежде найти хотя бы что-то, о чем она ни разу не слышала.

– Эй, ты рано сегодня, – цокая каблуками, Рэм встретила подругу возле входа. Кирени отвлеклась от неприятных воспоминаний и обняла Рэм.

С Рэми они познакомилась во время тестов. Она выделялась из толпы своими рыжими большими кудрями и сладковатым запахом какао. Уже тогда Кирени отметила, что её подругу лучше не злить.

Двери Линцерии уже широко распахнуты. Академия расположилась в центре Даньёса и напоминала отдельный городок со своими магазинами, парками и общежитиями для студентов. Уединенный мирок, из которого можно выйти только по воскресеньям. Форма здания больше напоминала хорошо отполированную округлую гору.

Вступая мокрыми ботинками по серой дорожке, Кирени лихорадочно вспоминала движения, выученные еще вчера. Широкие коридоры наполнялись прибывающими на утренние занятия студентами. Рэм относилась к цорусам, поэтому подруги учились в разных корпусах. Три группы отличались не только цветом формы, но и расписанием.

Минуя длинные лестницы, Кирени вошла в один из залов для тренировок. Быть одной из лэнер означило постоянное изучение искусства боя. Однако единственное в чем проявлялись просветы у девушки – рукопашный бой. Тяжелое детство научило – без навыков рукопашного ей тяжело будет жить дальше. Ракшес настойчиво не хотела сотрудничать, постоянно обжигая при малейшем использовании. Поэтому приходилось максимально полагаться только на грубую силу.

Темная спортивная форма для тренировок ей нравилась больше. Обычно Кирени приходила раньше остальных, чтобы потренироваться. Но сегодня ребята уже подошли и стояли, нервно переминаясь с ноги на ногу. Экзамена бояться даже самые ленивые. Усмехнулась девушка. Лэнеры редко приходили вовремя. Первые занятия у этого подразделения проходили в парах по часу с утра, для разминок. Поэтому опоздания профессора растолковали, как нежелание получить пару тройку синяков с самого утра.

Взгляд невольно уловил, насколько потрепан зал – изрезанные стены, вмятины на потолке. Проникающий свет из двух окон не делал обстановку радостнее. Профессора утверждают – для боев не нужны яркие краски, не нужно ничего кроме свободного пространства для тренировок. Действительно, четыре дня из шести учебных они проводили в однотипных помещениях. Однако на Кирени безжизненные стены давили больше с каждым месяцем. Она так и не смогла привыкнуть к такой жизни, безнадёжно надеясь на то, что ракшес исчезнет рано или поздно.

– Готова? – девушка обернулась на певучий голосок. Он принадлежал Теви. Парень относился к той категории людей, которая сходится с остальными легко и беззаботно. Со временем Кирени научилась ему доверять. Он ни раз выручал ее и помогал с ракшес.

Пусть в Линцерию и могли поступить только те немногие одаренные, от которых ракшес не ушла после двадцати лет, однако жизнь здесь больше походила на поле боя. Либо ты, либо тебя.

– Не знаю. У меня нет особого рвения к победе, – после того, как профессор сказал о возможном переводе в случае победы, Кирени не покидали сомнения.

– Перестань. Об этом каждый мечтает, – он заботливо похлопал её по плечу, как старший брат. В отличие от Кирени, Теви искренне любил свою силу и жизнь. Со своими двумя метрами он выделялся из толпы и всегда привлекал внимание девушек.

– Так, давайте начнем, – профессор оглашал условия. – Правила как всегда просты. Бой длится пятнадцать минут. Если заканчиваете раньше – хорошо. По истечению этого времени я подвожу итог и выбираю победителя. Постарайтесь не использовать грязные трюки, и не пытайтесь схитрить. Я все вижу и учту при объявлении фамилий. По итогам боев четверых из вашей группы возьмёт под опеку Нарейн. Понимаю, я обещал отправить девять, однако этот упрямец изменил решение в последний момент. Скоро он тоже подойдёт.

Атмосфера ухудшилась. Четверо – слишком мало для группы из двадцати человек. Второй курс подходил к концу. Пришла пора разделяться по профессорам. Многие хотят обучаться у Нарейна. Говорили, он один из сильнейших в академии и позволяет иногда пропускать тренировки.

Студенты разделились на пары. Каждая пара разошлась по блокам, предназначенным для двоих человек. По свистку время началось. Соперник девушки вытащил из ножен меч. Каждый из лэнеров всегда носил с собой уникальное оружие, выбирающее хозяина самостоятельно.

Чаще люди с ранних лет имели фамильное наследство. Кому-то повезло меньше, и академия предлагала свой выбор. Кирени обзавелась флиссой – отличное оружие в ближнем бою, но не особо полезное на расстоянии, если не умеешь контролировать ракшес. На клинке красовалась гравировка на непонятном языке. Поиски значения результатов не дали. Кирени в шутку перевела для себя, как «флисса для неизбранных». Ирония над собой помогала справляться с неудачами хотя бы немного.

– Куда смотришь? – быстрый выпад вернул девушку к реальности. Теперь только бой.

Противник сразу же приступил к нападениям. Однако агрессивные движения очевидны, и не требуют мозгов для парирования. Следующие десять минут прошли в ближнем бою, он пыхтел и нападал со всей силы. Девушка же просто уклонялась или аннулировала атаки, используя как можно меньше силы. Но прямой удар ракшэс пригвоздил Кирени к полу. Только оружие отделяло ее от поражения. Парень навалился всей своей тушей на меч. Трясущиеся руки постепенно ослабевали.

– Сдавайся. Я обязательно попаду к нему, – зловонное дыхание и довольное выражение пухлого лица разозлили Кирени. «Тебе нужно больше концентрации на ракшес. Я покажу тебе», – тихий голос прошептал в голове Кирени, словно наяву.

– Какого? – уже в слух вырвалось у девушки. Сознание будто отделилось на несколько секунд от тела, впуская что-то другое. Этих секунд вполне хватило, чтобы противник лежал, запыхавшись, с флиссой у горла. Он нервно взглотнул и опустил меч. Капелька крови показалась на его дряблой коже. Всю внезапную картину девушка наблюдала со стороны. По крайней мере, так казалась. Она видела свое тело, но была не в нем. Жуткое ощущение невесомости. Ее бледная кожа слегка светилась красноватым оттенком. «Так-то лучше. Ты не доверяешь своей силе?» – голос снова возник слишком рядом, требуя ответа.

– Кирени, можешь расслабиться. Бой за тобой, – профессор дотронуться до руки. Вроде бы моей, или уже нет? Девушка судорожно убрала оружие, наблюдая за рукой, как будто боялась, что она опять исчезнет. Что это было?

– Нет, стойте, – парень вскочил на короткие ноги. – Я ещё могу сражаться. Пятнадцать минут не истекли.

– Если бы это был настоящий бой, ты был бы уже мёртв. Успокойся, – профессор повернулся в мою сторону. – Можешь пока отдохнуть и подлечить ссадины. Как только все закончат, Нарейн назовёт имена.

Молча переваливаясь с ноги на ногу, Кирени доковыляла до стойки с медикаментами первой помощи. Гении – цорусы умели готовить мази для быстрого заживления ран или удаления боли. Полезные штуки в коротко минутных боях.

Время закончилось, и студенты выстроились в одну линию, ожидая ответа. Нарейн оказался моложе, чем представлялось. Длинные волосы цвета сухой земли собраны в растрёпанный хвост, а на теле множество проколов и тату. Внешний вид полностью не соответствовал тем профессорам, которых можно увидеть каждый день. Его кошачьи глаза внимательно скользили по ребятам. Кирени нервно взглянула, молясь не быть в числе выбранных.

– Как уже вам озвучили, я беру только четырёх. Подумал, что не хочется возиться с новенькими. А долг профеееессора обязывает взять хотя бы четырёх, – его затяжное "Е" давало понять, что эта процедура ему не нравится. – Обращая внимания на рекомендации и на свои наблюдения выбираю тебя, тебя, тебя и… Тебя, – его смуглый палец после Теви остановился на Кирени, отчего ее сердце дрогнуло.

Отлично, теперь все станет еще сложнее. Девушка выругалась про себя и глубоко выдохнула, ожидая еще больших неприятностей.

Глава 2 Голос

На весь оставшийся день настроение девушки улетучилось. Может быть для кого-то такой выбор – шанс стать лучше, но Кирени так не думала. Она отчаянно пыталась понять, зачем Нарейн выбрал ее. Даже профессор округлил глаза от удивления. Кирени, убежденная в том, что одногруппники гораздо талантливее, искренне не понимала. С самого поступления она отличалась от других. Хотя бы своим прошлым.

После занятий трое друзей встретились в любимой кафетерии на первом этаже. Теви, постоянно жестикулируя длинными руками, рассказывал о совместном успехе. Рэм слушала внимательно и укоризненно поглядывала в сторону подруги.

– Кирени, о результатах вашего теста знает даже наш корпус. Почему ты так расстроена? Тебе выпал хороший шанс, – Рэм искренне мурлыкала. Её глаза, больше похожие на два солнца, блестели тревогой.

– Я вам сотни раз говорила, что все это, – Кирени многозначительно взмахнула руками, – не для меня. А поскольку другого варианта мне не дали, то хочу просто отсидеть в сторонке эти годы.

– Может, тебе стоить попытаться полюбить ракшес? – Теви максимально понизил голос, давая понять, что начинает злиться.

– Как можно любить то из-за чего страдал так много лет? – ноты раздражения начинали проявлять себя. Друзья на то и друзья, чтобы понимать в какой момент остановиться.

«А парень дело говорит», – снова этот голос.

– Кто ты? – Кирени отшатнулась от столика, едва не упав со стула. Посмотрела по сторонам, но все занимались своими делами.

– Эм, Кирени? Ты с кем разговариваешь? – Рэм не на шутку заволновалась.

– Вы не слышите? Голос? Тогда в бою он тоже появился, – пристальные взгляды дали понять, что только она слышит этот голос в голове.

Быстро попрощавшись, девушка выбежала из угнетающих стен. Вокруг академии люди построили отличные места для отдыха. Зеленый двор вмещал в себя сотни растений разных цветов. К лету Линцерия уже цвела и благоухала разнообразными запахами. А поскольку даже летом студентам приходилось ходить на занятия, то такое пространство поднимало настроение и напоминало о времени года. Для полного счастье не хватало только небольшого бассейна, чтобы на большом перерыве плюхнуться в воду и охладиться.

Кирени нашла уединенное место подальше от корпусов и принялась лихорадочно думать, что происходит. Осторожно обвела взглядом обстановку и решилась заговорить с собой.

– Кто ты? – решилась она вновь произнести вслух вопрос, опасаясь, что кто-нибудь из знакомых увидит странное поведение.

«Трудно сказать. Но если вкратце – возможно твой помощник и твоя будущая проблема», – голос заговорил с ней. Ком подкатил к горлу.

– Это ты мне помог сегодня?

«Да»

– Зачем? Кто тебя просил? – Кирени старалась не обращать внимание на взгляды редких прохожих, но получилась плохо.

«Я не люблю проигрывать. И каким-то образом, тот бой имел достаточно энергии, чтобы пробудить меня».

– Кого тебя? Знаешь, жутко, когда кто-то разговаривает у меня в голове, а я его не вижу, – голос девушки становился тоньше от возмущения.

«Важен другой факт. Если я проснулся, значит, в скором времени тебе будет грозить опасность. Поэтому вместо того, чтобы выяснять отношения, становись сильней. Мне не нравится, как ты относишься к Манасогаме» – звук становился более бледным, но все таким же равнодушным.

– О чем ты? Люди не имеют доступа к энергии созидания. Блин, не об этом. Что значит грозит опасность?

«Пф, ваша ракшес – всего лишь отходы. А люди даже спустя столько лет остались глупыми. Досадно. Поговорим потом. Силы заканчиваются. Если хочешь больше ответов, работай над собой».

– Эй? Какого черта? Эй? – бесполезно. Голос не отвечал.

Остальное время Кирени бесцельно бродила в парке и думала о своём новом положении. Чем дольше она находилась в Линцерии, тем чётче осознавала, что ей здесь не место. Она редко ощущала себя своей. Когда стукнуло двадцать, девушка прыгала от счастья, что наконец-то запоздалая ракшес исчезнет. Вероятность этого девяносто семь процентов. Однако у судьбы оказались другие планы. Ракшес не ушла. Потом прибыли люди из Департамента и отправили в Линцерию.

Если у тебя сила не исчезла, то путь автоматически становился только одним. Сначала обучение три года, потом служение на благо граждан. Фактически это, как сказочная тюрьма. Можно войти, выйти – нельзя. Были ли смельчаки, шедшие против воли Департамента – Кирени не знала. Но уверенность в том, что ничего хорошего из этого не выйдет, оставалась с ней всегда. Может быть она воспитала себя упрямой и умела давать отпор, но смелой не назвала бы.

Когда натертые от долгой ходьбы ноги донести домой, солнце уже село. Форма промокла, хотелось спать. Кирени завалилась в кровать, не обращая внимания на голод. Ещё около часа переваривала информацию, после чего провалилась в тревожный сон. В который сопроводила фраза «ты в опасности».

Глава 3 Чёртова роща

Следующий день проходил не так, как предыдущие. Кирени опоздала на встречу к новому тренеру. Не предупредила Рэм и Теви. Из-за чего получила два сообщения не самого приятного содержания.

Голос больше себя не проявлялся. Нарейн укоризненно сообщил ей о времени, отправляя к остальным. Не похож он на мягкого наставника. Теви осторожно поздоровался. Что-то вроде, как твоя голова? Голосов больше не слышала? Может к доктору?

Нарейн объяснял, чем они будут заниматься. Тренировки в паре, самостоятельные тренировки и бои с ним. Было ещё много слов, но все Кирени пропустила мимо. Часы сообщили о перерыве.

– Бимей, подойти ко мне, – кошачьи глаза профессора сверкнули. По крайней мере, так показалось. Под вопросительные взгляды девушка отошла с ним. – Не буду ходить вокруг да около. Ты сама понимаешь, что твоя ракшес на минимуме. И тренировки будут тяжёлыми.

– Если в курсе, зачем выбрали меня? – сама того не ожидая, огрызнулась.

– У тебя все-таки есть характер? – довольная улыбка, словно сытый кот. – Я не сказал, что твоя ракшес слабая. Я говорю, что ТЫ слабая и не даёшь ей развиваться. Ты боишься её?

– Н-нет, – соврала девушка, опустив голову.

– Ясно. После занятий придёшь в чёртову рощу, договорились?

– Не совсем. Насколько мне известно, туда запрещено ходить студентам, – Кирени попятилась назад, в затылке сверлило неприятно чувство. Тревога.

– М-да, глупые профессора и глупые студенты. Будущее Манасогамы оставляет желать лучшего. Считай, что я настаиваю.

Не дождавшись ответа, Нарейн потопал на выход. А Кирени осталась стоять с бесконечными вопросами, пока ее не толкнул в плечо Теви. Девушка почувствовала себя веткой, которую легко сломать.

– Ты как? Убежала вчера и опоздала сегодня, ничего нам не сообщив. Рэм переживает, – в такие минуты глаза Теви менялись с голубого на нежно зелёный цвет, словно молодой росток.

– Всё хорошо. Вроде. Если честно, не знаю. Нарейн только что сказал прийти в рощу, – боковым зрением девушка уловила две фигуры. Они стояли неподвижно поодаль, словно тёмные статуи. Ни лиц, ни тела разобрать невозможно под серыми мантиями и такими же серыми шляпами. Точно две мышки мутировали в человеческий рост.

– Кирени? Куда ты все время уходишь? Я здесь, – Теви махнул перед лицом рукой. Этого хватило, чтобы мышки исчезли.

– Ты видел их? – глаза блуждали по потертым стенам.

– Снова странные вопросы. Ты меня пугаешь. Зачем ты Нарейну в роще?

– Не знаю, – она отмахнулась, не желая думать о странных силуэтах, странной просьбе, и странном голосе в голове. В душе скапливался ядовитый комок сомнений, приправленный плохим предчувствием. – Извини, Теви. Но разговаривать хочется меньше всего.

– Вот как? Отлично, – обидевшись, он отошел. Его можно понять. Из троих Кирени – самая скрытная. Привычка всё держать в себе из-за отсутствия нормального общения сказывалась на дальнейшей жизни. Поэтому девушка предпочитала молчать, чтобы не наговорить лишнего. Никому не нужны проблемы других, все заботятся только о себе.

Прошли еще три мучительных часа тренировок. Как оказалось, Нарейн завербовал почти все недельное время студентов. Кирени хотелось сквозь землю провалится при постоянных указаниях как надо и как не надо.

Проклиная профессора, девушка чуть ли не выбежала из Линцерии, не решаясь встретиться с ребятами. Уверенная в том, что у них и своих проблем хватает.

После занятий – означало прийти в темное время. Быстро переодевшись, Кирени всё-таки прибежала в рощу. Тротуары покрылись зеркальными пятнами. А настойчивый ветер проникал даже сквозь теплую одежду. Не самое приятное время для прогулок. Особенно, если говорить о чёртовой роще.

Кирени пришла сюда впервые. Страшные сказки кого угодно выгонят за переделы кошмара. Сухие безжизненные деревья казалось схватят черными ветками и привяжут к стволу. Лунный свет еле проникал сквозь гигантов, требуя подвинуться. Говорили, что в любое время года эта роща оставалась чёрной и неподвижной. Кроме гуляющего ветерка, звуков больше не слышно. Каждый шаг тревожил громкую тишину.

– Эй, Нарейн? Я пришла, как вы и просили, – инстинктивно Кирени понизила голос до шепота. Ей не хотелось пробудить ночных обитателей, если такие имеются. Произнесённые слова больше напоминали мольбу.

– Как думаешь, почему это место называют чёртовой рощей? – скрипучий голос раздался за спиной. Девушка подскочила от неожиданности. Обернулась и увидела сидящего на одной из толстых веток дерева Нарейна. Все-таки он кот. К тому же не с самым приятным нравом.

– Вы нормально появиться не могли? – его выжидающий взгляд красноречиво требовал ответа. – Если правильно помню. Два студента не поделили что-то и решили здесь разногласия. В какой-то момент они потеряли контроль над ракшес, и образовался взрыв, который и сжег все здесь. При этом во избежание потерять контроль, сюда нежелательно ходить студентам из-за большой концентрации энергии.

– И? Чувствуешь что-нибудь? – кот ловко приземлился на землю, выгнув спину.

– Мм, нет, – видимо ракшес вообще перестала реагировать на что-либо. Нарейн отломил хрупкую ветвь, которая тут же расщепилась на песчинки, создавая мерцающую дымку.

– Эти деревья давно мертвы. Их удерживает здесь только чья-то ракшес. Запрет возник по другой причине. У этого места теперь есть хозяин. Это лишний раз говорит о вашей глупости. Но об этом позже. Девочка, как долго ты собираешься ненавидеть и бояться силы? – беззвучными шагами он крадется в сторону Кирени.

– Вы извините, конечно. Но вам ровным счетом ничего обо мне неизвестно, – увернулась она от ответа.

– Я читал твоё дело. Обнулённая. Так, кажется называют людей, родившихся без способности, – кошачьи глаза впивались в душу, читая каждое движение. – Однако вопреки природе, ракшес проявилась у тебя тогда, когда у основной массы исчезала и больше не исчезала. Ты росла замкнутой и необщительной. Рыча на каждый выпад в твою сторону. Ведь отсутствие способности скрыть почти невозможно. Вас не любят, потому что считают, что вы приносите неудачу.

– Если решил заделаться психологом, то немного ошибся с возрастом, – где-то в душе зарождалась злость, свойственная людям, которые больше ничего не могут.

– Я вижу перед собой жалкую маленькую девочку, неспособную к битве, – Нарейн приблизился вплотную. Его равнодушное дыхание касалось лица. Зеленый цвет становился слишком глубоким. Девушка начала тонуть в собственном отчаянии под натиском этих глаз. За несколько минут он разрушил бережно оберегаемый колючий забор. Ей нечего возразить, и от этого становится еще паршивей. Губы предательски задрожали, руки ищут опору в карманах. Нарейн отстранился, давая продышаться. – Еще вопрос. Что по-твоему ракшес?

– Сначала бессовестно вторгаешься в душу, а потом задаешь тупой вопрос. Ты издеваешься? – и снова злость. Ноты повышаются. Кот лишь довольно улыбается. – Чёрт, люди с рождения имеют ракшес, силу, ведущая их в ранние годы. Лекцию тебе прочитать? Отстань от меня уже.

– А вот мой ответ. Ракшес- отходы Манасогамы, энергии всего. Нужно же куда-то девать ненужные отростки, – в его руках появляется пара хопеш – холодное оружие, больше напоминающее хвост цифры пять. А слова слишком похожи на ранее сказанное голосом.

– Ты знаешь его? Вы с ним заодно? – тело Кирени напряглось от надвигающейся опасности. Кот начал обнажать клыки и когти. – Ты сказал то же самое, что и он. Что вам нужно от меня?

– Довольно пустых разговоров. Первый мой внеклассный урок, – лунный свет отразился в остром лезвии, – прими свою силу, слейся с ней.

Один взмах, и ударная волна стремительно настигает девушку. Барьер на скорую руку смягчает удар, но не поглощает его. Её отбрасывает к ближайшему дереву, соприкосновение с котором оборачивается потерей воздуха и дикой болью в спине. Сил хватает только, чтобы отдышаться. Кирени с трудом поднимается. Ей хочется сбежать и забыть о последний днях.

– Неправильно. Я буду наносить удары до тех пор, пока не получу правильный ответ. И поверь, твое здоровье меня не волнует и оправдания тоже. Если есть время на самобичевание, значит найдется и для новых уроков, – и снова взмах, сопровождающийся волной багрового оттенка. Такого насыщенного красного девушка еще не видела. Понимая, что этот удар не осилит, уклоняется быстрым прыжком в сторону. Лёгкие горят от потери воздуха. Ноги напряглись, намереваясь бежать при каждом ударе. Атаки закончились. Нарейн внимательно изучал состояние Кирени. Она чувствовала, как сочится кровь из ран.

– Неплохо. Но недостаточно хорошо, – он рассмеялся. Однако атаки не последовало. Вслушиваясь в тишину, Кошак завертел головой. Медленно, разбирая каждое лишнее движение. – Похоже к нам гости. Я спрячусь поблизости. В случае смертельной опасности – вмешаюсь. Претворить, что одна. Что-то мне подсказывает, что они к тебе.

Быстрые прыжки, и он исчезает. Будто рой черный тварей поглотил его. То есть эта сволочь планирует меня бросить одну?

Кирени старалась разобрать силуэты незваных гостей. Почему он решил, что они ко мне? Где-то в глубине души она знала ответ. Сердце гулко билось от приближающейся угрозы.

Спустя минуты различаются спокойные шаги. Двое. Тени приобрели очертания мужчины и женщины, одетые слишком легко в это время суток. Прошипев друг другу неразборчивые слова, они устремляются ближе.

– Ты Кирени Бимей? Что ты делаешь одна в такое время, да еще и в чёртовой роще? – высокий мужчина преградил путь к отступлению. Татуировка, словно змея, покрывала руки, шею и половину лица. Рядом выжидала девушка с такими же узорами на теле. Плавные изгибы тела. Напряжённые мышцы, говорящие о постоянных тренировках. Взгляд сосредоточенный, но безжизненный, как у робота.

– А по какому вопросу интересуетесь? – Кирени все больше ощущала нарастающую опасность. К Нарейну доверие улетучилось быстро. Отступать только в глубь, но что я могу там сделать? Ничего. Только бежать.

– Без сомнения. Ядро реагирует на неё, – прислушиваясь к наушнику в ухе, девушка произносит слова неприятно радостно. – Я разберусь с ней.

И снова не спрашивая согласия на Кирени нападают. Мужчина остался в стороне. Девушка мгновенно достигает цели, замахнувшись ногой для удара. Вот только, это не самый разумный выбор. Двумя движениями Кирени обезвреживает ее. Заставляет отступить. Преимущество заканчивается, как только противник воспользовался ракшес.

«Сейчас ты ничего не сможешь сделать. Я знаю, зачем они здесь. Так что оставь их на меня», – голос, не ждущий ответа, снова выгоняет Кирени из тела. И вот, она наблюдает со стороны. Длинные волосы стали потревоженным грязным гнездом.

«Поспи немного». Но ему этого недостаточно. И сознание затягивает пугающая пустота. Как будто из тела только что вынули душу и посадили в черную тесную коробку. Не имея возможности сопротивляться, Кирени погружается в странный сон.

***

Чёртова роща расположилась на окраине города Даньёс, но принадлежала территории Линцерии. В этот момент её потревожили незнакомые лица. Тело девушки приобретает слегка голубоватое свечение, сродни лунному свету. В глазах появляется уверенность. А волнистые волосы развеваются по ветру. Утонченные черты лица больше не дрожат.

– Её запах изменился, – нападающая девушка отпрыгнула назад. Кирени достаёт из ножен флиссу. Тонкие изрезанные пальцы крепко сжимают рукоять.

Не произнося и слова, Лэнеровец нападает на врагов с ухмылкой. Чёткие удары достигают тела. Используя минимум силы, Кирени наносит решающие удары. Показалась кровь, быстро утекающая из живота, и поверженная противница падает без сознания.

– Я так понимаю, сейчас перед нами не Бимей, – произнося утвердительно, мужчина выходит из тени.

– С чего такие смелые заявления? – голос Кирени разносится громко, нарушая тишину. Изумрудные глаза впиваются в мужчину. «Теперь нужно не забыть, что это тело еще слабое. А Манасогамы хватит ненадолго» – голос, захвативший тело, оценивает шансы. «Слишком просто», – ему нравилось превосходить противником в силе, но его раздражало драться с пешками.

Схватка длиться считанные минуты, но голос понимает, что с таким количеством силы ему не справиться. Переводя дыхание, Бимэй закрывает глаза. Измученное тело начинает приобретать плотный барьер энергии.

– Я был прав, – мужчина смеется, всматриваясь в её уже морские глаза, сверкающие где-то изнутри. – Твои глаза говорят сами за себя. Мы наконец-то нашли тебя, Ариес! Ты слишком долго бегал от нас.

– Ты кое-что путаешь, шавка. До этого момента вы были в безопасности. – Кирени открывала рот, но голос принадлежал не ей. То был слишком томный, слишком далеким, но при этом наполненный злостью голос. Плавными движениями руки, отбрасывая оружие, Ариес образует несколько шаров ледяного цвета, размеров с футбольный мяч. – Напрасно вы меня нашли, ох напрасно.

– Как и говорили, ты действительно контролируешь Манасогану, без оружия. Потрясающе, – не обращая внимания на угрозу мужчина ликует от увиденного.

Всплески разноцветных волн освещали мертвую рощу. Бой закончился быстро. Тяжело дыша приторным воздухом вперемешку с кровью, мужчина упал на колени. На его лице уже не было восхищение, только ужас и смирение. Товарищ выбежала, видимо оклемавшись, подобрала его. Её ноги еще дрожали. Она непонимающе уставилась на Ариеса, прибывавшего в теле Кирени.

– Ты нас отпускаешь? Слухи говорили, ты не оставляешь в живых врагов.

– Если пришли вы, значит организации уже известно моё пристанище. Ваша смерть сейчас бессмысленна, – голубое сияние ослабевало.

Нарушители ушли так же бесшумно, как и появились. Чёртова роща снова погрузилась во мрак. Погода ухудшалась. Порывистый ветер тревожил деревянных гигантов.

– Покажись, Кошак, – свечение почти потухло. Об Ариесе напоминал только твёрдый голос, и сменяющие оттенок глаза.

– Как грубо, – Нарейн спрыгнул. – Я слышал легенду об Ариесе, человеке, который подчинил себе Манасогану, вопреки природе. Но никак не ожидал увидеть тебя в теле испуганной и слабой девочки. К тому же, помнится, ты пропал почти две сотни лет назад. У меня к тебе много вопросов. Хотелось бы ответов.

– Предлагаю тебе сделку, – Ариес поднял глаза. – Только так ты получишь их. Сейчас девочка спит. Однако такие появления я могу проворачивать не часто в силу ее слабой связи. Поэтому буду появляться в крайнем случае. В общем все просто – научи её, сделай сильнее. Взамен будешь получать интересные факты. Время заканчивается. До встречи, – обессиленное тело падает, однако Нарейн успевает подхватить девушку.

– Вот же сукин сын. Знал, что я не смогу отказаться от такого заманчивого предложения. Следующие дни для тебя будут адовыми, готовься.

Луна безразлично наблюдала, как парень уносит девушку без сознания на руках из Чёртовой рощи. Ночь вступила в полные права, и на город опустилась неестественная тьма. В воздухе летал предгрозовой аромат. Окна высоток потухли, отдаваясь сну.

Но этой ночью Кирени не видела снов. Только гнетущую пустоту, способную поглотить настоящее.

Глава 4. Встреча во сне

Открываю глаза, но остаюсь во мраке. Крепко зажмуриваюсь и снова открываю в надежде разогнать тень. Но ничего не происходит. Склизкое чувство беспомощности проникает все глубже.

Бесконечные попытки приносят результаты. Появляются очертания незнакомых предметов. Серые стены, украшенные картинами древности. Панорамное окно, выводящее на террасу. Солнечные зайчики играют в комнате, прогоняя сумрак. В воздухе застыл запах утреннего кофе и книг. В середине покоится пыльное кресло, рядом деревянный стол, с многочисленными бумагами. На очередной стопке возвышается фоторамка. На ней три человека. Скорей всего семья. Они ласково улыбаются в объектив на фоне загородного дома, покрытого пышными цветами. Фотограф запечатлел мгновение счастья. Такое интимное и сокровенное. Но кажется, что это счастье пропитано фальшей. Семья не улыбается, а натягивает улыбки. Взгляд мальчика настолько проникновенный, что кажется он смотрит на меня и видит. Жутко.

– Это последняя семейная фотография, – знакомый голос. Я оборачиваюсь на звук. В том же кресле сидит уже не мальчик, а молодой мужчина. Альбинос. Кожа настолько бледная, что почти прозрачная. Пепельные пряди отбрасывают солнечные блики. В глазах горит еле живой огонёк.

– Ариес? – в смятении я делаю шаг ближе, но только отдаляюсь от видения.

– Полагаю, мы встретились лицом к лицу рановато. Сейчас ты в моем сне. Эта обстановка – последнее, что я видел перед отъездом.

– Я сплю?

– Не совсем. Ты на границе сновидений и реальности. У тебя много вопросов.

– Единственный вопрос, волнующий меня больше всего – почему я?

– Думаю ты знакома с понятием, реинкарнация, – Ариес смотрел в пустоту, будто подбирая нужные слова. – Ты – перерождение моей души, точнее должна была ей стать. Душа бессмертна и путешествует во времени. Каждый человек имеет ядро, в котором покоится душа. Некая недоступная обычному взгляду оболочка. Как только человек умирает, ядро начинает разрушаться. В этот момент душа покидает человека, навстречу перерождению. Мы не помним прошлые жизни, потому что перерождение происходят позже исчезновения ядра. Ядро – это память. Без этого компонента жизни не бывает. На одно ядро приходиться только одна душа, одно сознание. И моё появление в тебе, как патология организма. Но с этим я уже ничего поделать сейчас не могу.

Почти две сотни лет назад, из-за моей самонадеянности, я потерпел поражение. Меня пленила организация. Они посадили меня на грани жизни и смерти в морозильную камеру. Иначе говоря – заморозка.

И если я сейчас с тобой разговариваю, значит моё тело все ещё на этой земле. В процессе того, как они замораживали каждую клеточку моего тела, я смог покинуть ядро. Точнее моя душа. А без души ядро всего лишь пустая оболочка. Но в тоже время ядро не тронуто, что и привело к тому, что вместо полноценного перерождения, моя душа просто приклеилась к твоей, словно хирург точными движениями соединил две части тела. Иначе говоря, я та – часть, которая не стала тобой.

– Эм, ты способен покидать тело? Это твоя ракшес? – мой мозг лихорадочно думал над сказанными словами.

– С самого рождения я мог свободно использовать энергию созидания. Я нахожусь в её потоке, а она проходит через меня. Поэтому за мной охотились.

– Поясни, почему? – я мотнула головой. Кажется, сейчас он считает меня полной дурой. – Какую цель преследовала организация?

– Недостижимую, это всё, что я могу тебе сказать. Остальное – после поисков моего тела. Предполагаю, что они хотели бы обрести некое подобие бессмертия.

– А поскольку ты сейчас здесь, значит. Ты – бессмертный? – не, ну это уже слишком для моей психики.

– Нет, конечно. Бессмертия не существует. Потому как душа обязана перерождаться, иначе просто исчезнет.

– Но ты сам только что сказал, что душа бессмертна.

– Ты дура? – его тихий голос прозвучал неожиданно громко. – Лишь душа – бессмертна, человеческому телу такое недоступно. Каждому отведено свое время, и материя это знает. Если кто-нибудь достиг подобное, даже представить боюсь, чем стала душа, находясь так долго взаперти одного ядра. А главное, если такое случится, поток перерождения свихнёться. Хотя есть и другой вариант, подобный моему случаю. Но я не знаю, получиться ли у них или нет.

– Так, ладно, – я немного обиделась. Откуда мне знать такие сложные конструкции? – Другой вопрос. Чем ты занимался при жизни?

– Убивал, – равнодушный и холодный ответ. Сказал так, словно дал ответ на простой математический пример.

– Не хочу, – взглотнув, я тихо заговорила. – Не хочу, чтобы ты убивал моими руками.

– Не забывайся, я могу подчинить твоё тело в любой момент. Я сильнее тебя в тысячи раз, – слова как ледяные копья, вонзаются в душу. Да, он прав. Ариес уже показал на что способен. – Если не хочешь этого, стать сильнее. Научись управлять Манасогамой. К тому же есть один нюанс нашей с тобой ситуации. Ядро способно вмещать только одну душу. И как долго продлиться наша с тобой связь, я не знаю. А что будет после, и подавно. Поэтому чем быстрее мы разрешим проблему с организацией, тем будет лучше для нас обоих. Хотя, моё время вышло уже давно.

– Что за организация-то? – покрывало грусти накрывает, оттесняя тревогу.

– Аннатейя. Иначе – Истина, – Ариес поднялся с кресла. И принял вид сказочного героя. Или злодея? Я запуталась. Иссиня чёрный костюм, идеально сидящий на рельефном теле, переливался, создавая иллюзию плаща. – Тебе пора. Кошак позаботится о тебе. И да, корми его изредка информацией. Чтобы не голодал.

Видение растворялось, а вместе с ним и Ариес. В этот миг он показался мне таким беззащитным и одиноким. Что чувствует человек, будучи один в своей крохотный комнатушке, но отнимавший жизни?

Утром я открыла глаза в своей постели. Как я сюда попала, и кто мне перевязал все раны, даже думать не хочется. Создавалось впечатление, что кости только что перемололи и отдали обратно. Иногда жизнь преподносит не мало сюрпризов, не спрашивая нужны ли они мне вообще. Что ж, этот сюрприз я уже не смогу игнорировать.

Глава 5. Ракшес на свободе

Утреннее солнце настойчиво стучалось в окно. Редкие голоса птиц напевали, что пора вставать. Голова Кирени раскалывалась от хаоса мыслей, а на теле синяки отдавались ноющей болью при любом движении, напоминающие о том, что случившееся – не сон, и пора что-то предпринять. Беседа с Ариесом показала, если и дальше продолжить вести себя, как амёба, которая только жалуется на жизнь, ни к чему хорошему это не приведёт. Хочет она этого или нет, но придётся заглянуть в ту часть души, которую Бимей не желает принимать.

В зеркале девушку ждал сюрприз.

– Как так? – судорожно всматриваясь в своё отражение, Кирени прикоснулась к себе, чтобы осознать, что это такое. Сейчас на голове каштановый цвет волос смешался с пеплом. Как будто седина покрыла голову за ночь, и для начала проявилась на кончиках волос и неровностями поползли вверх. Теперь длинные волосы наполовину стали ядовито седыми. А родной цвет покрылся дымкой холодного оттенка. Это произошло из-за ночной беседы? Час от часу нелегче. От всего этого реально поседею скоро.

Мысли девушки плели паутину, создавая упорядоченный рисунок. Но принятие ситуации происходило гораздо медленнее, чем Кирени рассчитывала. Она представить не могла, как будет «общаться» со своей силой. Хотелось запереться в темной шкафу и выйти только, когда все закончится.

– Ох и сложный мне предстоит путь, – неосознанно слова сорвались с губ в пустоту небольшой комнаты. Двадцать квадратов департамент предоставлял каждому, кто обучается в академии. На одного человека более, чем достаточно. В общем на условия проживания жаловаться не приходилось: щедрая стипендия, три раза бесплатного питания в столовой общежития и ещё несколько привилегий.

Сильно опоздав на занятие, Кирени переоделась и вошла в очередной серый зал.

– Эй, привет, – Теви обнял ее. – Ты резко решила сменить имидж?

– Ага, – не без иронии ответила девушка и задумалась, стоит ли рассказывать друзьям о случившемся.

В зал вошёл Нарейн и сообщил о том, что в этот раз занятие будет вместе с третьекурсниками. Однако их было пятеро, а нас четверо.

– Профессор, могу я позаниматься одна в углу? Хочу попрактиковать концентрацию, – голос девушки прозвучал более уверенно, чем раньше.

Кошак всё так же раздражал Кирени, но только он мог уложить ее в кровать после боя. Так что гнев немного стих. Его зелёные глаза вспыхнули заинтересованностью.

– Без проблем, – профессор хлопнул в ладоши. – Остальные, за работу. И, Кирени, новый стиль тебе к лицу.

Девушка устроилась в дальнем свободном уголке. Села в позу лотоса, закрыла глаза. Вспоминая слова Кошака, начала процесс высвобождения ракшес по каплям.

Погружаясь в пучину закрытых душевных дверей, все больше уходит от реальности. И сейчас слышно только тишину и слабые звуки уже далеких голосов. Капли одна за другой появляются рядом, отдаваясь болью в мышцах. Весь мир уходит на второй план, давая простор внутренней энергии. Той энергии, что живет в каждом, кто способен контролировать ракшес. Но не все думают о том, что это что-то живое, что-то осязаемое.

Теперь только разговор с собой.

В этот раз я здесь для того, чтобы поговорить с тобой по душам. Если вообще можно разговаривать с неосязаемым. Что думаешь? Странно разговаривать с тенью себя.

Легкие капли высвобождают свечение. Одна капля, две. Небесная сетка выстраивается перед внутренним взором.

Я знаю, из меня неудачный носитель ракшес, но и ты не подарок. Из-за твоего отсутствия мне постоянно доставалось, где бы я не находилась. А когда я выдохнула и уже решила жить нормально, ты взяла и объявилась. Для чего? Я даже не знаю, чем ты изначально была. Ариес лишь немного прояснил мой случай. Ты мне не нравишься, но и ты мне не рада верно?

Капли дрогнули, разбегаясь по сторонам, открыли тонкие нити. Слабое свечение становилось ярким цветом. Страх встречи исчезал. Ракшес отвечала, создавая чувство присутствия.

Намекаешь на то, что я всегда была неправа? Хорошо. Тогда, что мне сделать, чтобы ты отвечала на мой зов, когда это необходимо? Нити дрожали, соединяясь с каплями во что-то большее.

Теперь колыхающиеся волны зазывали в плавание. Глубже, гораздо глубже. И девушка подчинилась.

Возможно я неправильно понимала помощь. Может быть все время она звала меня? Хотела поговорить и прояснить недомолвки. Да, я это чувствую. Сознание становится легче и теплее. Кирени дрожала, ощущая кончиками пальцев, как энергия течет с новой силой. Только теперь она гуще, горячее и приятнее.

Медленно открыла глаза, отдаваясь моменту слабого единения. Тело отбрасывает багровую дымку. Она окутывает, защищает. И как будто чего – то ждёт.

Чего же ты ждешь. Ответь мне. Ракшес? Нет. Манасогана. Глаза Кирени вспыхнули.

Сознание отключалось. Девушка светилась энергией. Взгляд направлен в пол, упрямо ждущий ответа. Пепельные пряди слегка колыхались от потока. Это могло означать, что энергия вокруг неё настолько плотная, что способна осязать окружающее. А значит, ещё немного, и она станет чем-то большим, чем просто свечением. Нужно только время и терпения.

Но и без помощи, девушка сидела неподвижно. Признаки жизни выдавали искры в глазах. Сейчас цвета смешивались по спирали.

Кирени отдаленно слышала и видела, что происходит в реальности. Но отвечать за свои действия больше могла.

Двери в зал открылись, и вошли ещё четверо парней.

– Так, это мои выпускники. Они покажут каждому из вас, что такое опасный бой. Внимания уделим всем.

Слышу голос Нарейна. Кирени едва улавливала слова.

– Нарейн, что с девушкой? – щуплый по сравнению с тремя собратьями блондин заинтересовался девушкой. Его мягкая внешность не вписывалась в интерьер.

– Скоро она закончит и присоединиться к нам, – профессор положил руки в карманы своих пышных штанов.

– Аромат девушки среди мужского пота, – блондин вздохнул воздух. – Неужели мои молитвы услышаны?

Атмосфера приобрела давящие ноты. Все взоры оказались прикованы к Бимей, которая пристально наблюдала, стараясь не улететь далеко в сознание. Воздух накалялся и отдавался жаром. Волосы развевались ещё сильней, словно находясь в эпицентре бури.

– Эта картина напоминает мне ситуацию с Гайлом, – блондин посмотрел на молчаливого парня рядом. Он не показывал эмоции. Просто стоял, скрестил руки на груди и ждал. Его серые глаза, обрамлённые золотой радужкой, создавали мистический образ в сочетании с тёмными, как поздняя ночь, уложенными волосами. Его правое ухо покрывал пирсинг, а на левом только хрящ украшен широкой серьгой.

В этот момент ракшес девушки стала больше, чем энергия. Кирени закрыла глаза, отдаваясь порывам. Сейчас худенькое тело начинало выпускать языки пламени. То алого, то ледяного. Они создавали диссонанс, но менее опасными от этого не становились. Зрелище притягивало, но профессор дал понять, что стоить отойти.

– Кирени? – как можно громче он позвал её. – Чёрт, ты сейчас сожжёшь и себя и нас заодно. Угомони свою ракшес.

Нарейн? Я слышу. Но поздно. Ракшес хочет выйти из тени.

Нарейн ощущал кожей, какая сила исходит от неё. Нечто похожее он видел вчера, когда появился Ариес. Давящее чувство беспомощности перед всепоглощающей силой.

Что-то щёлкнуло, и глаза Кирени широко распахнулись. Она удивлённо посмотрела на свои руки и оглянулась вокруг. Её взгляд, полный непонимания, остановился на Нарейне. После чего она поднялась, все так же окруженная буйством красок. Вздохнула полной грудью приторный воздух.

– Остановись, – повелевающим тоном, закричала в пустоту.

Буря утихала, пламя и лёд исчезали, оставляя запах костра и ночного холода. Кирени осознала, что только что открыла путь своей силе. Но не до конца.

Чего-то не хватило.

В помещении наступила гнетущая тишина, которую нарушил профессор.

– С этим, думаю тебе поможет Гайл, верно? – он играючи дал понять парню, что тот не может отказаться. Цыкнув, Гайл выдвинулся к Кирени. – Остальные, продолжайте! То, что вы сейчас увидели – высвобождение ракшес. Так бывает, если долго не давать ей свободу. Внутри скапливается много энергии, а когда хозяин все-таки решается открыть клетку, то получается вот это зрелище.

Девушка стояла на одном месте, не шелохнувшись, прокручивая, что только что она сделала.

– Ты высвободила слишком много энергии. Для этого нам и нужно оружие. С ним проще контролировать большой поток. Теперь, возьми клинок. Я покажу, как её использовать, – парень, внешность которого окутана загадочностью, как показалось Кирени.

Пронзительные необычные глаза смотрели пристально, от чего девушка засмущалась и отвернулась в другую сторону. При этом покорно выполнила его просьбу и взяла оружие.

– Эм, могу я узнать, кто ты? – под натиском его ауры уверенность испарилась.

– Гайл. Меня попросил Нарейн приглядеть за тобой. Иначе говоря, показать.

Он зашагал в противоположную сторону. Невольно Кирени последовала за ним. Будто у него в руках поводок.

– Сделай своё тело проводником ракшес в клинок, – сложив руки на груди, он облокотился об стену.

Чего? Что это парень хочет? Кирени только похлопала глазами, давая понять, что не понимает, о чем он. Демонстративно закатив глаза, Гайл приблизился и крепко обнял сзади. От наглости девушка остолбенела.

– Не двигайся, – его дыхание щекотало ухо, – закрой глаза. Представь, что я – крышка, плотно закрывающая тебя от мира. И в этом пространстве тебе нужно провести ракшес только по одному пути, конец которого находится в клинке. А я закрываю все остальные, чтобы не было соблазна повернуть не туда, – его рельефное тело ещё плотнее прижалось к спине. А широкие плечи стали плотной стеной.

Что ж, нужно поскорее выполнить это, и тогда все закончится. Как он там сказал? Только один путь и я – проводник? Допустим. Снова погружение в себя, поиск нитей.

Эти мгновения кажутся бесконечно длинными. Становится невыносимо трудно «идти» по тонкой грани.

Ракшес прорывалась через тело, требуя свободы. Кирени недавно выпустила её, но заперла снова, не зная, что с ней делать. Чему та не образовалось. И теперь хочет снова, на волю. Её оказалось так много, отчего становилось не по себе. Но Кирени поняла важную деталь – ракшес – не враг.

Плавно открыв глаза, Кирени увидела, как флисса загорелась алым разрастающимся пламенем.

– Теперь взмахни клинком так, словно хочешь побороть своего врага одним ударом, – Гайл отпустил и отошёл.

Один взмах, одно движение – резкое, нахальное и немного гневное.

Хочу, чтобы моя слабость, мои страхи, хотя бы ненадолго вышли из меня. Хотите, чтобы я стала сильнее? Пожалуйста, получите и распишитесь! Кирени дала волю своим эмоциям. Тем эмоциям, что копились в ней месяцами, годами. Гнев, обида, злость – все то, чему научил ее этот мир.

Резко опустила меч, и ударная волна проходит через весь зал, сметая все на своем пути. Кошак, мгновенно реагируя, отбрасывает ошарашенных студентов в сторону. Грохот сотрясает здание. Ранее нерушимые стены осыпаются, словно песок.

– Похоже, придётся вызывать мастеров, – присвистнув профессор подходит к образовавшейся сквозной дыры в стене размером с двухэтажный дом. Волна была поглощена стеной, но недостаточно крепкой для этого удара. Эти же стены оставались целыми даже после взрыва бомбы.

Кирени ощущала взгляды других. Чувствовала, как зарождаются новые мнения. Вместе с этим взмахом ушла часть прошлого.

– Так вот, какая ты на самом деле, Манасогана? – губы зашевелились. Почему – то только что девушка узнала, что внутри не ракшес, а именно энергия созидания. Энергия, которая пропитывает весь мир.

Облегчение сменилось беспокойством. Только что она показала всей академии, что все не так просто. Но захотят ли профессора принимать этот факт? С этого дня все изменится ещё больше. Только что собственными руками Кирени стёрла свою привычную жизнь. А вот к чему это приведёт – она даже боялась думать.

Глава 6 План действий

Весь день после случившегося Кирени ловила на себе взгляды любопытных студентов. Слухи расползалась со скоростью звука. Однако в глазах читались удивление и страх. Серая мышка становится белой вороной, да? Она пыталась игнорировать повышенное внимание, но это давалось с трудом. Хотелось сквозь землю провалиться, лишь бы скрыться от толпы.

От Кирени не укрылось и то, что взгляд Теви так же изменился. Он прибывал в задумчивости и всю дорогу молчал.

– Эм, Теви? В чем дело, а? – настроение Кирени ухудшалось с каждой минутой.

– Ничего, – его голос дрогнул. – Давай кофе выпьем пока перерыв большой? Рэм мне отписалась о том, что ты не отвечаешь и о том, что она не сможет подойти. Только после занятий.

– А, – она достала телефон. – Действительно, было. Совсем забыла про телефон со всем этим.

– С чем? С тем, что ты НЕОЖИДАННО стала чуть ли не одной из сильнейших среди студентов? – он сделал акцент на слово и резко развернулся. – Это я тебя должен спросить, а чем дело? Два дня уже ничего не говоришь, постоянно секретничаешь. А сегодня, оказывается, ты уже владеешь ракшес лучше меня. Что происходит?

Кирени остолбенела от неожиданной злости со стороны друга. Его лицо налилось краской, а губы дрожали от волнения. Послышалось шептание со стороны.

– Успокойся. Пошли в кафешку. Там и поговорим. Но я расскажу только один раз и только вам обоим. Поэтому сейчас напишу Рэм, – быстрыми движениями она набрала сообщение и отправила.

В тишине друзья заказали кофе и сели за любимый столик. Рэм показалось в дверях, она запыхалась. Видимо, бежала.

– Что ты ей написала? – удивлённо Теви смотрел в её сторону. Кирени показала сообщение. – М-да. Это жестоко.

– Какого черта происходит? – завопила Рэм во весь голос, – у вас есть десять минут, чтобы посвятить меня в детали. Потом мне надо убегать.

– Ты же уже слышала, что произошло? – произнёс Теви.

– Ты про взрыв в вашем зале, который сделала Кирени? Конечно. Уже все знают. В ваших рядах много сплетников, – Рэм только пожала плечами. – А вообще, я только рада, что ты справилась.

– Мне нужно вам кое-что рассказать, – прервала ее Кирени, – однако, рассказ длинный. Поэтому предлагаю встретится вечером в парке, возле кукольного домика.

– Хм, так далеко от общаги и академии? – Теви подозрительно посмотрел. – Что ж, я не против. Иначе меня эта ситуация доведёт. Я даже душ после тренировки не принял. Кошмар какой-то с тобой.

– Если срочно, то конечно приду, – Рэм одним глотком справилась с кофе, – нужно бежать. До вечера.

Она помахала руками и исчезла в дверном проеме, оставив двоих наедине. Оглушительная тишина, несмотря на толпы студентов, создавала неловкое чувство вины.

Но как можно поверить в то, что происходит? Я сама не до конца разобралась в масштабности проблемы. Единственное, в чем я уверена, мне нужно стать сильнее, иначе будет плохо. Кирени надеялась, что скоро все прояснится.

– Надеюсь, вечером услышу подробный рассказ, – сухо произнёс Теви и, печально посмотрев в пустой стакан, выбросил его. – Нам нужно идти. А то сварливая карга поднимет шумиху.

Перед глазами всплыл образ широкой женщины, вечно жующей сигару. Её глаза-бусинки презрительно впивались в опоздавших на занятие. Более неприятной женщины в этой академии не было. Кирени передернуло от возможных последствий, и она поспешила вслед за Теви в кабинет, в котором каждый миллиметр был обставлен оберегами и прочими вещицами из разряда "сам себе мастер-вуду". Сварливая карга верила, что они помогают сконцентрироваться на занятии. Хотя приторные запахи лаванды, мяты и ещё каких – то невиданных растений только отвлекали внимание.

В этот раз внимание девушки поглощалось придумываем вариантов дальнейших действий. Она думала о том, как возникла та энергетическая волна. И как добиться того, чтобы она повторилась вновь. Поскольку сейчас Кирени снова ничего не чувствовала в себе. Словно ракшес вновь уснула.

Вместе с воспоминаниями о ситуации, девушка вспомнила и о парне, который помог ей в этом. Его прикосновение и запах. Поймав себя на том, с каким наслаждением она вспоминала едва знакомого парня, Бимэй залилась краской.

До слуха доносился голос карги, больше похожий на бульканье. Студенты старались слушать внимательно, поскольку пусть она ничего полезного не рассказывала, однако требовала на контрольных в два раза больше.

В дверь кабинеты постучались, и внутрь плавной походной вошел молодой мужчина. Его появление насторожило даже преподавателя. Студенты переглядывались. А Кирени невольно взглотнула.

– Мне нужна Бимэй, – бесцветный голос вызывал страх. Мужчина посмотрел в ее сторону. Его глаза были настолько же бесцветны, как и внешность и голос. – Кирени, пройдём со мной, пожалуйста.

Ничего не ответив, она направилась к нему. Профессор Ризент – глава дисциплинарного комитета академии. Ходили разные слухи о нём. Но все знали, если он появился лично перед тобой, ничего хорошего не жди. Его окружала аура власти, не терпящая пререканий. Двадцать пар глаз злорадно устремились в сторону Кирени.

Нет, ну займитесь вы уже своей жизнью.

Профессор шел молча по пустым коридорам. В голове Кирени копошился рой мрачных мыслей. Только одна причина могла послужить такому интересу. Дыра в тренировочном зале.

– Кирени, вам нравится находиться в нашей академии? – спокойной заговорил Ризент.

– Эм, да? – странный вопрос еще больше выводил из равновесия.

– Хорошо. Я рад, что такие талантливые студенты, как вы, не потеряли ракшес. В вас есть потенциал, – его губы расползлись ниточками в улыбке.

Профессор вышагивал неспешно, держа прямой осанку с руками за спиной. Он жестом пригласил в свой кабинет, в котором присутствовал минимализм, выражающийся в дорогой и темной мебели. Сев на кожаное кресло, он скрестил кисти рук в замок, облокотившись на стол.

– Присаживайтесь, – по-прежнему улыбался, – теперь по порядку. Я просмотрел видео с вашей тренировки. Признаться, вы меня поразили. Вам нечего бояться. Это всего лишь дружеская беседа.

– Дружеская, говорите? – Бимей попыталась улыбнуться.

– Конечно. Вы не первая, и скорей всего не последняя, кто открывает в себе такие силы. Эти стены ни раз подвергались нападению студентов, если можно так выразиться, – он выдавил смешок. – Все талантливые студенты заслуживают отдельного внимания. Между прочим, наши профессора как раз относятся к таким. Кирени, как ты считаешь, человек способен овладеть Манасоганой?

«Скажи нет», – в голове появился голос Ариеса. – «Я ему не верю. От него расползается странная тень».

Легко тебе говорить –то в голове, а мне как быть? И что за тень? Девушка чувствовала себя глупо, разговаривая с собой.

– Наверное, нет, сэр, – соврала я. – Нам с детства говорили, что это невозможно.

– Действительно. Многие считают это сказкой, – он понизил голос. – Но на мой взгляд в нашем мире возможно все. Например, ваша сила. Та ударная волна была мощной, я бы сказал сокрушающей. Мало кто справился бы с ней. Даже Нарейн решил не связываться. Немногие ракшес способны на это. Единицы. Так вот, что, если бы я вам сказал, что тогда вы выпустили Маннсогану. Вы поверите мне? – он впился непроницаемым взглядом. Профессор ждал чего-то.

Кирени тоже увидела тень, про которую сказал Ариес. Она стояла позади него неподвижно. Бесформенная и черная. Холод пробрался под ребра, отдаваясь страхом. Она невольно сделала шаг назад.

– Не думаю, сэр…Есть люди сильнее меня, – слова прозвучали неубедительно. – К тому же, до того момента у меня плохо получалось поладить с ракшес. Возможно, ее стало слишком много внутри, и она захотела выбраться на свободу в том ударе.

– Вы говорите о ней так, будто это что-то живое, – он наседал. – Разве мы говорим не о простом инструменте?

– Чего вы хотите, сэр? – Бимей не выдержала. Сдержанной Кирени себя не считала. – Мне жаль, что я разрушила стену. Но не считаю, что это было что-то невероятное. Скорее всего, просто единичный всплеск энергии.

– Энергии? Что ж. Наш разговор закончен. Можете идти, – профессор продолжал улыбаться. Его и без того узкие глаза стали похожи на щелку. – Но помните, Кирени. Вы всегда можете прийти ко мне за помощью, либо чтобы просто поболтать.

– Х-хорошо, – девушка быстро выбежала из кабинета под его взором.

Медленно она двигалась по коридору, словно боялась, что кто-то услышит.

Теперь ко мне будут липнуть всякие психи. Во что ты меня впутываешь, парень? Игнорируя правила, Кирени с силой ударила по стене, забыв о том, что нога принадлежит ей, а не Ариесу.

– Чёрт.

– Вот такое не каждый день увидишь, – весело отозвался баритон. Он принадлежал голубоглазому блондину, в данный момент пытающему сдерживать смех. – Прости. За тобой было весело наблюдать.

Кирени раздраженно пожала плечами. Рядом с ним красовался Гайл с отрешенным взором. Он смотрел на девушку, как на экспонат. Вроде бы интересно, но не настолько, чтобы заговорить.

– Ты же девочка с тренировки, – заговорил, – если у тебя есть время бороться со стеной, то лучше отрабатывай удары. Иначе в следующий раз кого-нибудь заденешь.

– Всё сказал? – с учётом недавнего разговора вежливость Кирени испарилась вместе с терпением. – Не думаю, что ты во всём идеален.

Гайл стоял всё так же, по его выражению лица невозможно понять эмоции, кроме безразличия. Словно ничего не было интересным для него. Он подошел так близко, что девшука снова почувствовала его тёплое дыхание. Слегка наклонился к уху.

– По крайней мере, я точно знаю, что не стоит привлекать к себе внимание, если не сможешь защитить себя при первой возможности. Чего не наблюдаю у тебя, – он улыбнулся. – Желаю удачи.

Ну что за раздражающий тип. Кирени не хотела признавать его правоту. Два года ей удавалось быть тенью, но меньше чем за неделю всё стёрлось. Однако, обстоятельства тоже изменились.

«Он силён», – снова голос. – «Такими знакомыми стоит себя окружить».

– Ну конечно, – слова улетели в воздух, словно Кирени разговорила с пустотой. – Ему интересен только он сам.

«Это не важно. Тебе сейчас подойдёт любая ниточка, которую сможешь вплести в свой щит».

– Да, да, – игнорируя его слова, девушка пошла обратно.

***

Парк, где друзья должны встретиться, отличался одной уникальной особенностью. Только здесь можно было увидеть двухэтажный ядовито-розовый дом, обвешанный сверкающими побрякушками, которые только можно было найти. Поэтому его и стали называть кукольным домиком. Зайдя внутрь, можно увидеть сотни кукол разной величины и красоты. Какие –то совсем старенькие, какие-то только что завезённые. Говорят, хозяйка дома помешалась на этих игрушках и считает, что они с ней разговаривают.

Зайти сюда можно только с одной целью – насладиться обществом десятка кошек и выпить ароматный клубничный чай. Все кошатники академии любили приходить в это место только ради четвероногих друзей. Кирени не стала исключением. В общежитие даже тараканов не найдешь, не то чтобы кошек или собак.

Дорожка от домика вела в небольшой парк с цветочными клумбами, которые цвели круглый год, независимо от погоды. Но назвать их природными нельзя. Поскольку все знали, что у мужчины, ухаживающий за этим парком, есть ракшес, способная на такие чудеса, или иллюзии.

Теви и Рэм уже ждали на одной из свежевыкрашенных лавочек. Их сосредоточенные лица говорили о том, что разговор будет нелёгким.

– Эй, вы чего такие кислые? – Кирени попыталась разрядить атмосферу.

– Кирени, мне Теви сейчас высказывался минут десять о том, что ты не доверяешь нам и не хочешь рассказать о своих внезапных изменениях, почему? – Рэм скорее злилась, чем дулась.

Девушка подсела к друзьям и минут тридцать рассказывала в подробностях обо всем, что произошло за эти дни. Где –то в подсознании, Ариес советовал замолчать. Хотя его скорей всего волновал факт того, что они могут проболтаться.

В эти минуты Кирени перестала различать свой голос и его. И немного ужаснулась от этой мысли. Что, если когда-нибудь наши голоса перемешаются настолько, что я уже не буду отличать их? Что, если ему захочется «выходить» чаще и отправлять меня спать?

Кирени закончила свой рассказ. Щеки пылали, а горло хрипело. Захотелось пить. Ребята молчали. Видимо, шестерёнки в их головах завертелись еще быстрей.

– Если бы я не видел твоего удара, то сказал, что ты спятила, подруга, – Теви понизил голос.

– Ты хочешь сказать, что реально способна контролировать Манасогану? Ту самую, о которой мы знаем? – Рэм отреагировала эмоциональнее. – Но если это так, то профессора захотят пообщаться с тобой теснее. И я не могу утверждать, что это общение понравится тебе. Ты же знаешь, как учёные, неважно ияс или цорус, таскаются с этой энергией, жаждущие узнать, как ее контролировать. Это же будет, как взрыв!

«Умная девочка. Именно поэтому об этом лучше знать, как можно меньшему количеству народа», – снова голос.

– Но, как ты собираешься остаться незаметной при таком раскладе? – Теви задумался. – Даже если тренироваться в тайне, о тебе знают. Это лишь вопрос времени, когда заявятся в Линцерию. А об этом типе, Ариесе, я читал. Только ничего хорошего там не было. Он был наёмным убийцей, способный на жесткие меры. Я бы не доверял ему.

«Тоже мне, истину открыл».

– Хватит уже, – Кирени прервала все голоса. – Чем раньше я разберусь со своей силой, тем раньше я смогу найти его тело.

«Чьё тело?»

– Чьё тело? – в один голос спросили Ариес и Теви.

– Ариеса, конечно. Как только найду его тело, все станет более понятно.

Эта мысль пришла в голову, когда Бимей добиралась до парка.

Им нужна душа Ариеса. Но я его перерождение, пусть и неполное. Если они знали об такой исходе, значит тело еще жизнеспособно. Иначе, как бы они зафиксировали его появление? Возможно, пусть и незначительная, частица еще сохранилась в бездушном теле. Но добровольно отдаться в руки стало бы глупостью. Они знают на что он способен, и уже приготовились к его поимке. Если у него есть слабости, они скажутся и на мне.

«И как ты предлагаешь осуществить свой план?», – Ариес ответил на мысли.

– Для начала нужно научиться контролировать новую силу, – не обращая внимания на друзей, Кирени снова разговаривала сама с собой. – Думаю, хватит дней трех интенсивных тренировок. Плюс нужно поискать в библиотеке академии. Мы же знаем, что в ней есть и другие полки с книгами, кроме тех, что мы обычно видим. Значит, нужно найти эти книги. А уже после подумаю о дальнейших действиях.

«Неплохо. Кошак точно что-то знает. И Гайл», – голос остановился. – «Я уверен в его осведомленности о тёмной стороне академии».

– Значит решено, – воскликнули все хором. – Вперед в библиотеку.

Глава 7 Библиотека

Даже в поздний час Линцерия не закрывала свои ворота для тех, кто готов поглощать знания. Однако студенты не торопились коротать свободное время в стенах академии. В Даньёсе достаточно мест, куда можно сходить, несмотря на его отрешенность от остального мира. Старшекурсники советовали не приходить по одному в академию в поздний час. Потому как один из студентов, так и не нашелся. Кирени часто задавалась вопросом – как может пропасть студент в непреступной крепости, и при этом профессора его не нашли. Взрослые должны знать каждый сантиметр здания, независимо от типа ракшес. Поэтому считала такие слухи лишь расползающимися отголосками.

Уверенная в том, что ее появление не останется незаметным, Кирени подстраховалась.

– Ну и зачем я здесь? – Нарейн без интереса разглядывал ночные стены.

Узнав о планах в библиотеке, он не удивился, а только пожал плечами. Через полчаса неспешной и аккуратной ходьбы по коридорам группа из четырех человек добралась до надписи – «Библиотека Линцерии».

Внутренне она ничем не отличалась от обычного хранилища книг. Кроме того, что здесь не было многочисленного скопления пыли. Скорее наоборот, за библиотекой бережно ухаживали, не пропуская ни одного стеллажа.

– Мы вечность будет искать нужное нам, – Рэм ужаснулась.

– Вечность не понадобится. Вам нужен архив древности и истории, – отозвался Нарейн, уже направляясь вглубь деревянных гигантов.

Здесь стоял легкий аромат бархатных страниц и переплётов. Кирени удивленно рассматривала помещение. Окна отсутствовали. Только тусклый свет на потолке и лампы на каждом столике. Девушка отметила, что найти что-то при таком освещение трудно, поэтому скорей всего студенты редко ищут нужное самостоятельно. Возможно библиотекарь обладает нужной ракшес для такого.

– Эй, хватит в облаках летать, – Теви подтолкнул Бимей. – Между прочим, здесь не уютно. И как-то, прохладно что ли. Давайте побыстрее всё сделаем и уйдём.

– Возражений не имею, – нервный смешок раздался со стороны Рэм. – Такое ощущение, что сейчас какая-нибудь тварь выпрыгнет и сожрёт нас.

В дальнем углу показалась тяжелая деревянная дверь. Складывалось впечатление, что сюда добирались нечасто. Дерево потемнело и покрылось разводами. Шершавая резьба кололась. Нарейн резко открыл ее, выпуская горячий воздух. В этом отделе всё было иначе. Потрепанные книги, затертые столы, и плотный слой пыли. Два ряда шкафов располагались напротив друг друга, образуя квадратный и неуютный тоннель.

Быстро пролистывая старинные книги, Нарейн выбирал и кидал на столы некоторые из них.

– В основном в этих книгах нет ничего интересного. Я изучил каждую из них. Вам имеет смысл прочитать только те, что на столе, – он ловко отбирал нужное. – Но кроме информации о создании и мира. Или того, что вы уже слышали, вы не увидите ничего нового. Наверное.

– Нарейн, – заботливо листая рваные страницы, Кирени задумалась. – Здесь же есть тот отдел, куда ты еще не заходил, верно?

– А то, – он ехидно улыбнулся, будто ждал вопроса. Его зеленые глаза сверкнули любопытством. – Здесь нет камер. Поэтому можно сказать о том, что есть одно место и одно огромное «но». Я пытался взломать дверь, но у меня ничего не вышло. Она поддаётся чему-то иному. Если ты действительно владеешь Манасогамой, то возможно получится. Но это без меня. Я исчезну незаметно для камер, скажу, что был с вами.

– Не уж то боишься? – девушку позабавила такая реакция. А Теви и Рэм подозрительно косились в их сторону.

– Если бы уйти из этой золотой клетки оказалось так просто, я уже давно это сделал бы. Не расслабляйся только потому, что на твоей стороне более мощная сила. Мне всегда нужно быть в этом месте, чтобы суметь вовремя защитить вас.

– Я не…

– Ты теряешь необходимую осторожность, – он почти шептал. – Не только той организации, что хочешь поимки Ариеса можешь понадобится ты. И не факт, что академия не их владения. Мой тебе совет, будь бдительнее.

Довольный своей речью и тем, что он неслышно для ребят прошептал после нее, Нарейн вышел из зала, оставляя Кирени с новыми вопросами

– На это больше суток уйдёт, – Теви откинулся со скрипом на спинку стула. – Он нам не показал запертую дверь, так что мы тогда делаем здесь? Надо искать ее. Кстати, что он еще тебе сказал, Кирени?

– А? Ничего, просто напугал меня еще байкой, – она отмахнулась, не желая говорить про это.

И снова тишина. Как объяснить сомнения, зародившиеся в тот момент? Стоило ли впутывать друзей в это? Кирени понимала, что находится под призрачной защитой, пусть и слабой, а вот кто защитит их, если что случится? Она и себя порой защитить не могла, не то, чтобы других. В голове звенела фраза Нарейна, – «Остерегайся опасности не только для себя. Иди в ту дверь одна».

***

Через два часа безрезультатных поисков, друзья собрались домой. Конечно, они нашли не мало подробностей о создании такого мира, о Манасогаме и ракшес. Оказывается, раньше люди рождались самыми обычными. Никто не выделялся какой-то особой силой. Все просто были самыми обычными людьми, которыми в настоящем мире становишься только после двадцати лет. Интересно, как произошло открытие этой энергии?

В книгах написано, что в какой-то момент стали рождаться «особенные» детки, и тогда началась эпоха людей с ракшес. Но не может быть, чтобы люди отреагировали адекватно на первые проявления. Нет, они устроены иначе. Малейшее отклонение от стандарта воспринимается всегда в штыки. Ученые не оставили бы без внимания таких детей. Значит ли, что написанное – ложь? Тогда как на самом деле была открыта энергия? И случайно ли люди ее открыли? Всё слишком идеально для такого существа, как человек. Значит, им показывали лишь то, что те хотели увидеть. Идеальный мир, созданный случайно и постепенно совершенствующий. Ни одного упоминания об опытах над «особенными». Только добровольное обследование. Очень странно…

Кирени все больше понимала, что прошлое куда мрачнее, чем хотят показать историки. Бесконечные вопросы без ответов. Ариес молчал, не реагируя на хаос в голове девушки.

– Ребят, вы верите тому, что прочитали в этих книгах? –голос Кирени звучал неуверенно. Я боюсь. Моё восприятие мира перестраивается, и я это чувствую. Она пыталась вытеснить сомнения, но получалось все хуже.

– А что не так? – Теви пожал плечами. – Да, возможно были жестокие опыты. Но те, кто писали эти книги, не хотели травмировать лишний раз нас и опустили подробности. А так, все вполне логично. В какой-то момент этот мир начал перестраиваться и стал тем, чем является сейчас.

– Хм, – Кирени ничего не ответила.

На обратном пути ребята беззаботно разговаривали на разные темы, кроме последней. Попрощавшись с друзьями, Бимей вернулась в свою комнату. Здесь царил беспорядок.

«Что думаешь?»- раздался уже привычный голос.

– Ты же говорил, что не часто будешь вот так разговаривать. А сегодня уже ни раз даешь о себе знать, – она смотрела в потолок.

«Твои силы увеличились».

– Ты родился, когда люди уже перестроились, правильно?

«И да и нет. Я застал побочные эффекты», – его голос был задумчивым. Наверное, вспоминал прошлое.

– Мне не нравится, что я начинаю сомневаться в каждом абзаце, в каждом человеке. Все кажется таким неестественным, – в голове копошились воспоминания о прошлом, перемешанные с настоящим. – Насколько достоверна эта информация?

«Я не читал о ваших открытиях. При жизни я тоже много лет искал ответы. И нашел заметки о том, что один амбициозный ученый помешался на открытие других миров. А когда узнал о рождении детей, одарённых силой, принялся изучать всеми методами их маленькие тельца. Там было сказано, что он вырастил около двадцати детей до подросткового возраста».

– А потом?

«Это всё, что я нашел. К сожалению, большинство ответов я нашёл перед своей смертью».

– Стоп, – она вскочила. – Ты хочешь сказать, что та организация, что схватила тебя, знает всё?

«Полагаю, что да. Бумаги я выкрал в одном из их хранилищ». – он замолчал.

– Слушай, во что ты меня втягиваешь? Почему у меня такое чувство, что после того, что я узнаю в закрытом блоке библиотеки, всё станет намного серьезнее?

«Для начала найди его, – Ариес ухмыльнулся. – У тебя дела идут и без того не так хорошо, как ты думаешь. Я устал».

– Эй? Ариес? Тц, уснул, зараза. И оставил меня наедине с собой.

Четыре стены начали давить на сознание. Ну началось. Нарейн намекнул, где искать нужную дверь. Но как, чёрт возьми, я туда проберусь незамеченной? Ночью? Я не любитель разгуливать в темное время суток, к тому же одной. И снова вопрос, когда они нанесут следующий удар?

Ей оставалось доверять только Рэм и Теви, ну и Нарейну. Но откуда знать, что Кошак не забавляется.

– Ой, да провались оно всё, – крикнула Кирени в пустоту. – Завтра проберусь куда надо, просто отпрошусь с занятий. Придумаю что-нибудь. А сегодня пора спать.

Глава 8 Тайная комната. Встреча

С успехом притворившись больной, Бимей побрела в Линцерию после того, как прозвенел первый звонок. Безопаснее передвигаться получится в пустом пространстве, когда на пути попадаются пара тройка бесцельно слоняющихся человек, а не сонная толпа.

Нарейн сказал идти в восточный корпус, третий этаж. В этом корпусе проходили занятия только для ияс- студентов. Замкнутые и мечтательные – так бы Кирени охарактеризовала людей, которые за пределы своих миров часто не выходили. В силу того, что они были талантливы в гуманитарных науках, а также и в медицинских для них возвели своё пространство – стерилизованное и то же время наполненная редкими произведениями искусства, исключительно для творческих людей. Восточный корпус стал отдельной вселенной со своими правилами. В силу многих причин цорусы и лэнеры не любили ходить в этом направлении.

Было как-то некомфортно находится среди чуть ли не оживших статуй и картин, которые издавали странные звуки. Но зрелище завораживало своей красотой.

Не удивительно, что для ияс была создана и свои библиотека. Одной Кирени хотелось идти в это место меньше всего. Шаги сливались с звуками моря, доносящимися из картин и запахами масляных красок. Настроение поддавалось мечтательной атмосфере, не хотелось спешить и искать что-то. Хотелось лишь наслаждаться миром.

Девушка лихорадочно замахала головой, возвращая сосредоточенность. Поэтому это место недолюбливали. Оно уносило на своих лёгких крыльях далеко от реальности. И не факт, что ты различишь тонкую грань.

От таких мыслей Кирени издала сдавленный смешок. Ее реальность не очень походила на нормальную. Возможно, она уже потеряла тонкую нить. Сложно сказать наверняка. В этой академии вообще всегда было сложно отличить свои убеждения от общественных.

Ноги привели к месту, на которое намекнул Нарейн, но кроме стены здесь ничего не было.

– Вот так и доверяй профессорам, – выругалась девушка. – Хочешь, чтобы я и эту стену пробила?

Проводя по красочной стене пальцами, Бимей заметила, как меняется ее оттенок. От холодного фиолетового до ярко-морского цвета. Чтобы это значило? Ребята не любят серый цвет? Или же как-то можно воспользоваться этим. Ведь эта стена – единственная сверкает в лучах утреннего солнца. Словно сокровище, спрятанное посреди океана. Высвободив немного ракшес, Кирени направила энергию в каменную преграду. Она поддалась, но ненадолго. Едва пальцы углубились в неё, как снова были отторгнуты. Неприятное ощущение сменилось сомнением.

Кирени недоуменно проводила кончиками пальцев по стене раз за разом, но эффект более не проявлялся. После безуспешных попыток девушка раздражённо ударила по стене кулаком, выпуская свою ракшес, и рука утонула в преграде, а затем и всё тело погрузилось в неё.

***

За ее действиями бесшумно наблюдал парень. Он заметил ее прибытие ещё возле ворот, когда увидел, что девушка направляется совсем в другую сторону. Туда, где царили краски и звуки. Туда, где он не любил появляться лишний раз, но с недавнего времени заглядывал изредка, поскольку зацепился за пару ниточек, которые вели туда.

И вот, сейчас парень видел, как она прошла сквозь стену, пусть и не сразу. По началу грубые попытки вызывали у него смех, но теперь появился интерес. Что может хранить эта стена в своём пространстве? Она целенаправленно шла именно за этим». Словно хищник, он плавными и быстрыми движениями нырнул в неизвестность в след за девушкой.

***

Кирени буквально вытолкнуло из стены, от чего голова трещала от боли. Вот вам и мягкое прибытие. Обернувшись, она увидела только голую стену, всё такую же яркую и искрящуюся. Внутри встретили мрак и холод.

Единственным теплом оказалась стена, через которую она только что прошла. Остальное же помещение напоминало заброшенный чердак без окон. И на этом пыльном чердаке был только один квадратный стол на длинном бревне, по крайней мере, Кирени видела только деревянное нечто, похожее на забытую тонкую ногу одного пирата. На ней лежали массивная книга, изъеденная пылью. Она походила на те древние книги, которые Кирени видела в детстве, когда смотрела сказки.

Девушка осторожно прикоснулась к ней руками и открыла первую страницу.

В ту же секунду буквы оживали и становились цепями предложений, обвивающих девушку всё плотнее. Кирени вскрикнула и попыталась отмахнуться, но ничего не произошло. Цепи лишь плотнее сжались, оставляя порезы на руках.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.