Helga Duran
Босс. Будет жарко

1. Максим

– Ну, как ты там, сынок? – взволнованно спросила мама. – Я всю ночь не спала!

Пять минут, как я заступил на должность генерального директора в фирме отца, а она мне уже названивает. Папаня как-то резко решил уйти на пенсию, поэтому бросил меня в самое пекло. Ну а кого ещё? Я единственный наследник заводов, газет, пароходов.

Шучу. Мебельная фабрика у отца. И у меня теперь.

Если честно, я в изготовлении шкафов и табуреток ни в зуб ногой, но что поделать? Не бросать же дело всей жизни предков на произвол судьбы?

– Мам, мне уже тридцать два, а не пять лет! – возмущённо успокаивал я маму. – Я справлюсь!

– Ну, ладно, Максимка, не буду отвлекать, – сдалась мама, и на заднем фоне послышался голос отца, упрекающий её в излишней опеке. – Удачи тебе, милый!

Мама забыла отключиться, и я услышал нечто любопытное, что явно не предназначалось для моих ушей.

– Витя, ну что такого? – говорила мама уже отцу. – Что я сыну не могу позвонить?

– Не волнуйся за этого балбеса. Я приставил к нему человека, который будет докладывать мне о каждом его шаге. Если Максим начнёт косячить, об этом мне сразу же станет известно. Это лицо возглавит фирму, если наш сынуля обосрётся.

– Ты такой умный, Витенька! – восхищённо произнесла мама.

Я надеялся узнать имя этого шпиона, но далее послышалась какая-то возня и звуки поцелуев. Такое детям даже моего возраста слушать было нельзя, поэтому я сбросил вызов, радуясь, что мои родители до сих пор страстно влюблены друг в друга.

Вот так, значит, папочка? Присматривать он за мной собрался?

От возмущения я вскочил из кресла и принялся расхаживать по своему шикарному кабинету. Старомодно тут немного. Всё переделаю, как испытательный срок закончится! Зафигачу аквариум во всю стену, шторы эти дурацкие вообще сожгу!

Стол дубовый, пожалуй, оставлю. На нём можно трахать кого-нибудь. Кого? С этим позже разберёмся, я ещё сотрудниц толком не видел.

Ковёр зелёный тоже ничего. Нужно дать распоряжение, чтобы украсили тут всё. Новый год на носу, а настроение вообще не праздничное.

Осталось разобраться с "нянькой", которую ко мне отец приставил. Интересно, кто это может быть? Секретарь мой Олеся Юрьевна? Она не в курсе всех моих передвижений, как и мой зам. А вот помощница моя Мышкина вообще о каждом чихе знает. Должна знать, по крайней мере. Работа у неё такая – куда я, туда и она.

Я судорожно старался припомнить, что о ней говорил папа:

– Хорошая девушка, толковая, лёгкая на подъём, мечтает о карьерном росте.

Всё сходится. Хочет, сучка, чтобы я облажался, а она место моё займёт. Хрена ей лысого, а не моё место! Пойду сейчас и уволю её. Тоже мне проблема.

Только вот как я без помощницы тогда? Я же не знаю ничего о делах фабрики, вот вообще ничего.

До сегодняшнего дня я тачки чинил и путешествовал. Жил, короче, в своё удовольствие.

Эх, надо было раньше как-то сюда устраиваться, вникать в дела отца. Но теперь чего уж…

Можно, конечно, с папой советоваться в каких-то вопросах. Нет, плохая идея. Подумает ещё, что я не готов, не созрел, не сдюжу.

Сам справлюсь. Не тупее этой Мышкиной поди?

Всё, пошёл увольнять эту зарвавшуюся бабищу. Отчего-то она мне представлялась взрослой тёткой, крупных габаритов. Короткая стрижка, как у лесбиянки, полное отсутствие косметики и взгляд акулы – кровожадный и беспощадный.

Я, правда, ни разу никого не увольнял, потому что никогда никем не руководил. Самое время начать.

Решительным шагом выхожу в нашу общую с Мышкиной приёмную.

– Помощница моя у себя? – спрашиваю у секретаря.

– Да, Максим Викторович, – не отрывая глаз от экрана компьютера, отвечает Олеся Юрьевна.

Стучусь из вежливости, одновременно изучая табличку на двери. К своему стыду, я не запомнил имени и отчества Мышкиной, только фамилию.

Юлия Михайловна, значит?

Толкаю дверь и вхожу. Вижу за столом миниатюрную молоденькую брюнеточку, и это вводит меня в некоторое замешательство. Может, кабинеты перепутал?

– Здравствуйте, Максим Викторович, – говорит девчонка, что-то жуёт, вместе с тем и суетливо перекладывает бумаги на столе.

Прячет от меня что-то? Точно Мышкина!

Подхожу ближе, рассматривая свою подчинённую. Прилизанные волосы, собранные в хвост, очки на минус сто пятьдесят, наверное, бесформенная одежда, хомячит что-то. Мышь, как она есть.

Змея подколодная. Не с тем связалась, мелкая. Такая маленькая, а такая гадина.

– Привет! – здороваюсь я. – Можно же на ты, Юлечка?

– Эм… – она на секунду замирает в растерянности. – Наверное, можно. Мы же сейчас одни? Но в присутствии других сотрудников я бы предпочла, чтобы вы обращались ко мне по имени и отчеству.

Деловая какая! Я почему-то так разозлился, что меня аж потряхивать начало. Впервые видел её, а уже бесила.

– Это нам не потребуется, потому что ты уволена! Собирай вещи и вали отсюда! – придав своему тону железобетонности, отчеканил я.

Мышь прожевала и тяжело сглотнула, услышав мои слова, но с места не сдвинулась.

– А я могу узнать, за что вы меня увольняете? Что я сделала? – дрогнувшим голосом произнесла Юлия Михайловна.

– Я перед тобой отчитываться не собираюсь, – развожу руками над её столом. – Просто так решил, и всё!

Девчонка крепко призадумалась, разглядывая стол, пока я терпеливо ждал её ухода. Тратит моё драгоценное время. У меня дел по горло.

Наверное…

Я даже не в курсе ещё, что у меня за дела сегодня.

– Простите, но вы не можете меня уволить, – пожимает плечами Мышь.

– Это ещё почему?

– Не вы меня принимали на эту должность, не вам и увольнять. Я, наверное, сейчас позвоню Виктору Алексеевичу и расскажу об этом вашем странном желании. Как вы на это смотрите?

Уже? Жаловаться побежала? Чёрт, я не был готов к такому повороту. Мой план с треском провалился, поэтому я чувствовал себя сейчас куском говна, а не генеральным. Пятнадцать минут работаю, а уже херня получается. Даже уволить никого не могу. Вот батя ржать будет.

– Не нужно звонить, – через силу улыбнулся я. – Это я так пошутил. Хотел как-то неформально познакомиться, настроение тебе поднять.

Ничего, мелкая, я на тебя управу найду. Не получается уволить, сама сбежишь. Я тебе такие условия работы сотворю, что ты и недели не продержишься. Жалуйся моему отцу, сколько хочешь. Я всё по делу буду требовать.

Будешь вкалывать двадцать четыре на семь, а я ещё домогаться ведь могу? Ещё как могу. Домогалка моя всегда в рабочем состоянии.

Невзрачная Юля, правда. Не в моём вкусе. Но ради должности генерального я напрягусь. Главное, что я девушкам нравлюсь. Сильно нравлюсь.

А она страшная, как два подвала. Ей никто не поверит, что такой представительный мужчина, как я, к ней яйца подкатывает. Тем более что у меня девушка есть. Красивая. Эта страхолюдина с моей Наденькой рядом не стояла. Папа Мышкину на смех поднимет. А я всегда могу сказать, что она сама ко мне клеилась ради премии, например. Вот это уже более правдоподобно.

– Ах-ха… Очень смешно, – сказала она, но было видно, что ни хрена ей не смешно. – Печеньку хотите? – дружелюбно подвинула ко мне красивую коробочку Юля.

Весьма довольный своим новым планом, я достал одно печенье, откусил и начал жевать, не сводя с Юли внимательного взгляда. Она смотрела на меня из-за своих окуляров, я на неё…

Интересно, у неё парень есть или муж? Морду мне не набьёт за то, что его зазнобу тираню? Не то, чтобы я очковал, так… Подстраховывался, шаги просчитывал. Я же теперь акула бизнеса, мастер стратегии?

– Что за гадость? – скривился я, почувствовав на зубах какой-то скрежет.

Я судорожно сглотнул и заглянул внутрь оставшейся части печенья. Там торчала какая-то бумажка.

– Ой, забыла предупредить. Это печенье с предсказаниями, – рассмеялась Юля, обнажая белоснежный ряд зубов.

Теперь смешно ей? Вот стерва!

Я залип на её улыбке. Губы у неё красивые. Рабочие – как говорится. Крошка от печенья в уголке прилипла…

Это я, получается, кусок бумаги сожрал? Зашибись, чо!

Не могла сразу сказать, ведьма?

А печенюхи ничего такие! Я выковырял бумажку и, захрустев остатками печеньки, развернул огрызок. Не верил я во всю эту херню, но интересно же?

"Один человек превратит твою жизнь в п…" – звучало предсказание.

Что было написано дальше, теперь было известно только моему желудку.

Я знал только одно подходящее слово на букву "п", и это слово ПИЗДЕЦ!

2. Юля

Девочки из юридического отдела не соврали: Максим Викторович просто красавец. Хоть в кино его снимай!

Симпатичное, мужественное лицо, с широкими скулами и ямочкой на подбородке. Выразительные синие глаза, обрамлённые чёрными, пушистыми ресницами. Чуть вьющиеся чёрные волосы, в которые хочется запустить пальцы. Чувственные, чётко очерченные губы, на которых залипаешь, стоит ему открыть рот.

А фигура – закачаешься! Высокий, широкоплечий! Держу пари, под рубашкой у него идеальный торс с кубиками и накачанной грудью.

Я бы с таким самцом замутила. Жалко, что он мой босс, для меня шашни на работе – табу. Да и девушка у Максима Викторовича имеется. Мы уже с девочками целое расследование провели и всё про него выяснили.

Характер не подарок, но Виктор Алексеевич меня предупреждал, чтобы я не обращала внимания на этого избалованного папенькиного сынка. Не первый день работаю, уж как-нибудь переживу.

Надо же, только пришёл на работу, а уже увольнением грозит. Чем я ему не угодила, так и не поняла, а он меня своими объяснениями не удостоил.

– Отравить меня решила, стерва? – сунув в карман брюк бумажку из печенья, взревел Максим Викторович.

Он встал не с той ноги или что, я понять не могу? Характер мне свой показать решил?

Сам сожрал печенье, аж за ушами трещало, а я виновата?

Несмотря на свою выработанную годами стрессоустойчивость, я немного побаивалась нового босса. Это сейчас мне ничего не угрожает, пока он на испытательном сроке. А как вступит в должность полноценно? А он вступит, больше наследников у Котова старшего нет и не предвидится уже.

Вылечу отсюда как пробка, можно не сомневаться. Надо как-то подстраиваться под Максима Викторовича всё же. Я своей работой дорожу. У меня ипотека и автокредит, а такие должности на дороге не валяются. Я столько времени вкалывала как проклятая не для того, чтобы этот мажор меня отсюда вышвыривал.

Девочки ему придумали уже кличку Котяра, от фамилии Котов. И сейчас было похоже, что этому котику прищемили хвостик. Истеричка какая-то, ей-богу!

– Ну, что вы, Максим Викторович, – залебезила я для порядка. – Как можно? Вы же теперь мой босс? Я должна вас холить и лелеять.

– Ладно, Юль, забей! – взял себя в руки Котяра, напустив на себя снова важный вид. – Что там у нас сегодня по графику?

Я открыла свой блокнот и зачитала расписание на день. Максим Викторович старательно держал лицо, не подавая виду, что он в афиге от того, сколько нам предстоит сделать за сегодня. Это он ещё на завтра расписания не видел.

Декабрь всегда был жарким, люди стремятся поскорее обставить новой мебелью свои гнёздышки, чтобы встретить Новый год в уюте и комфорте. Нужно успеть отдать все заказы до праздников. В январе отдохнём – месяц мёртвый, впрочем, как и у всех торгашей.

– Будешь сегодня во всём мне помогать, поняла меня? – грозно прорычал Котов.

Боится показаться идиотом? Понимаю.

– Само собой, Максим Викторович, можете на меня рассчитывать, – заверила я его.

– А ты можешь с какими-то пунктами сама разобраться или заму моему перекинуть?

– Это исключено. Вам нужно познакомиться со всеми ключевыми людьми лично, чтобы поскорее вникнуть в дела руководителя.

– Да, понял уже, – обречённо простонал он, поправив пятернёй волосы. – Я буду у себя. Позовёшь.

Котяра ушёл, и я с облегчением вздохнула. Ну и фрукт! Ничего, пара дней, и спесь с него слетит, как листья в октябре. Я смела крошки от печенья со стола и открыла план мероприятия на предстоящий корпоратив. Вот это я могу взять на себя, не вмешивая сюда Максима Викторовича.

Я любила праздники и их организацию – это приятные заботы в отличие от рутинной беготни. Я не первый год занималась корпоративами, и у меня они выходили всегда весело, с огоньком, креативно. Сотрудники уже ходили в предвкушении, зная не понаслышке, что их ждёт что-то невероятное.

Не будем в этом году нарушать традицию. Стоит показать план Максиму Викторовичу, и этот командир всё перекроит мне назло. Зачем ему совать свой нос ещё и в это?

Я мужской стриптиз хочу, как и все девочки в нашем коллективе, а Котов женский потребует, даже не сомневаюсь. Можно, конечно, и тот и другой заказать, но бюджет у нас нерезиновый. Лучше премировать уборщицу тётю Ларису на эту сумму, а деньги стриптизёры дерут немаленькие.

Мне только что прислали фотографии горячих Дедов Морозов, которые и были стриптизёрами по совместительству. После основной поздравительной части, нас всех ждал горячий танец от Дедушки. Не время было рассматривать кандидатов именно сейчас, но искушение было сильнее меня.

К тому же нужно было поскорее определиться с подбором артиста, пока всех самых красивых и сексуальных не разобрали. Ого, аж десять претендентов? И все как на подбор, мускулистые, здоровенные, аппетитные. Я бы предпочла оценить непосредственно их танцы, но видео не было, только фотографии.

Мамочки, кого же выбрать?

Смазливого, молоденького блондинчика с пухлыми губами или бородатого брутального мачо? Лысого, с интригующей татуировкой внизу живота? Видно только самый край, а остальное прикрыто тряпочкой.

Я залипла на этой тряпочке, даже фото увеличила, пытаясь угадать размер лысого там внизу.

Была бы моя воля, я бы всех их заказала. И не на корпоратив, а к себе домой в ипотечную двушку.

Что-то не замечала я за собой такой жадности до мужских тел раньше. Это всё от длительного воздержания. Со своим последним бойфрендом я рассталась ещё весной. Скотиной был редкостной, и в постели эгоист. Кунилингуса я от него так и не дождалась, зато сосала за милую душу, чуть ли не каждый день.

Расстались, конечно, не поэтому. Он сказал, что я скучная и в постели бревно, и ушёл к моей подружке по университету. Её он, кстати, тоже уже бросил, так что…

Козёл! Ух, как вспомню!

Был ещё летом залётный. В баре подцепила. Но я так напилась тогда, что почти не помню, что он со мной делал. Так что он не считается.

И вообще лучше не вспоминать о том позорном грехе. До сих пор себя корю, что поехала домой к мужику, с которым была знакома часа два. Хорошо, что он меня не расчленил и не закопал в лесу в разных пакетах. Слава богу, что я ничего заразного от него не подцепила. И уж просто замечательно, что он оказался неженат, нас не застукала его ревнивая супруга, и не вырвала мне усы.

На сайте знакомств одни извращуги и альфонсы, да и на свидания ходить особо некогда, так что приходится довольствоваться игрушками для взрослых девочек.

– Юль, тебя генеральный вызывает! – раздался в моём селекторе голос секретаря.

Я мигом оторвалась от разглядывания выпуклости лысика и вскочила из кресла.

Надо пойти поработать, что ли? Мечтать о членах на работе как-то не комильфо.

Из вариантов траханья мне пока грозило только мозгоклюйство от Котяры, и что-то мне подсказывало, что делать он это будет долго, усердно, качественно.

3. Максим

– Вызывали, Максим Викторович? – бодро влетела в мой кабинет шпионка.

В руках у неё был блокнот для записей и карандаш. Юля встала возле моего стола и теперь ждала моих указаний. Почувствовал себя таким важным перцем, что позволил себе отвлечься.

Теперь я мог видеть, что Мышкина достаточно высокая, но фигуру по-прежнему было не разглядеть. Юбка ниже колен и свитер оверсайз тщательно скрывали от меня и от всех остальных людей мира прелести моей помощницы.

Не жируха – это точно.

Как бы проникнуть к ней в кабинет поскорее и выяснить, что она там прятала от меня, когда я к ней зашёл?

Идея пришла сама собой.

– Скучно здесь как-то. Ты не находишь?

– Вам виднее, босс, – равнодушно пожала плечами девушка и задумчиво сунула кончик карандаша в рот.

Что с её губами не так? Я на них зависаю уже во второй раз. С чего бы это?

– Укрась здесь всё, чтобы у меня было новогоднее настроение, – приказал я.

– Я? – удивилась девушка. – Попросите завхоза Тамару Евгеньевну. Это в её компетенции.

Поднялся из-за стола и подошёл к ней вплотную. Мышь замерла с карандашом во рту, как будто боялась, что я её съем, и задрала голову, чтобы видеть моё лицо.

– Это личная просьба, Юлечка, – томно проговорил я и положил руку на её плечико. – Я могу доверить это задание только самым близким и ответственным людям. Ты понимаешь, о чём я?

Я, блять, сам не понимал, о чём это я, но забавно было наблюдать, как Юля смущается и теряется от того, что я нарушил её личное пространство. Надо взять на заметку этот секретный приём, когда мне реально что-то важное от неё понадобится.

– Х-хор-р-рошо, Максим Викторович, – затроила Мышь.

– Вот и прекрасно! – выдохнул я, отступив от неё на шаг. Хорошие духи у неё. Вкусные. – Займись после работы.

– После работы? – разочарованно протянула Юлия Михайловна. – Но…

– Конечно, после. В рабочее время у нас дел невпроворот. Как же мне приятно будет завтра прийти в нарядный кабинет! Спасибо, солнышко! Я знал, что на тебя можно положиться. С меня… – тут я замялся. Премия? Ужин? Жирно будет. Перетопчется. Я же её задрочить хочу, а не разбаловать? Нечего премиями поважать. – Шоколадка! – нашёлся я. Юля с досадой поджала губы, но промолчала. – Ты пока тут осмотрись, прикинь, что к чему, а я сейчас вернусь.

– А вы куда?

Кабинет твой шмонать. Что за вопросы вообще?

Может, мне отлить надо срочно, я что, отчитываться перед ней должен?

– Живот скрутило. От волнения, наверное, – соврал я. – Первый рабочий день, сама понимаешь…

– У нас встреча в конференц-зале через двадцать минут, – предупредила Мышь, намекая, чтобы я срал побыстрее.

– Я успею. Ты только не уходи никуда!

– Ага, ладно.

Едва ли не бегом я бросился в её кабинет. Плюхнулся в её кресло и огляделся, в поисках чего-нибудь подозрительного.

Живот и впрямь начало крутить. Чувствовал себя вором, хотя красть ничего не собирался.

Так… Кажется, вот это она в руки брала?

Я открыл серую папку, спрятанную в самый низ стопки документов, и пробежался по бумагам глазами. Договор на поставку древесины? Очень интересно, хотя нихрена непонятно.

Заглянув в ящики стола, тоже не нашёл ничего любопытного – обычная женская мелочёвка, канцелярия, косметика, зарядки на гаджеты.

Может, на компе что-то есть? Я щёлкнул мышкой, и экран загорелся. На мою удачу он не был запаролен.

Вместо папок с секретными документами и компроматом на меня, перед моим носом возникла мужская выпуклость, прикрытая красной тряпочкой.

Это что, блять, такое?

Щёлкнув пару раз мышью, я обнаружил множество полуголых, мускулистых мужиков на мониторе. Мышкина совсем, что ли? Стерва озабоченная!

Ай-яй-яй! Какая плохая девочка!

Вот чем она занимается в рабочее время? Мужичков сексуальных рассматривает? А я думал она тихоня-ботан?

В тихом омуте чертей, как выяснилось, видимо-невидимо. Зуб даю, мужики Мышке под юбку давненько не заглядывали.

За такое и уволить можно. Только как это будет выглядеть? Придётся признаваться, что я рылся в её вещах, документах, файлах. Я же не такой? Да и мелковат повод.

Время поджимало, а папок на рабочем столе было просто до жопы. У меня глаза разбежались. На что я рассчитывал, пытаясь уложиться в двадцать минут? Тут дня не хватит, чтобы всё перерыть. Эх, знать бы ещё, что искать.

Разочарованно вздохнув, я вернулся в свой кабинет, где меня покорно ждала извращенка Юля. Теперь я как-то по-другому на неё смотрел, как будто знал её грязный секретик. Да не как будто, а знал. И что мне делать теперь с этим, чёрт возьми?

Так начался мой первый рабочий день, и длился он просто бесконечно долго. Какие-то встречи, обсуждения, подписание бумажек.

К вечеру я так выебся, думал, башка лопнет от входящей информации. Если бы не Юлия Михайловна, я бы просто сдох. Нет, не так. Ушёл бы обедать и свалил бы по тихой с позором.

Папа не преувеличивал: Юля и правда очень умная и сообразительная. Она странно вела себя, кстати. Думал, будет угорать надо мной втихаря и подставлять в напряжённые моменты, а она, наоборот, подсказывала, направляла меня, так что я сегодня за умного сошёл.

– Устали? – участливо спросила она, когда я уже собирался домой, раскладывая по карманам куртки свою мелочёвку. – Вы сегодня хорошо держались, Максим Викторович. Вы молодец!

Я аж застыл с телефоном в руке от её искренней поддержки и похвалы. Потом вспомнил, что она шпионка и просто подмазывается, и ответные слова благодарности в её адрес так и остались невысказанными.

– Ты уж постарайся, Юлечка, чтобы завтра мне всё понравилось, – обвёл кабинет рукой. – И не опаздывай! – бросил ей на прощание.

– До свидания! Хорошего вечера! – услышал я в ответ.

У меня-то вечер будет просто шикарным, в отличие от неё. Совестно на секунду стало, что девчонка до ночи будет тут ебаться, а не с мужиками с тех картинок на её компе, но стоило мне сесть в свою крутую тачку, и это ощущение испарилось.

То ли ещё будет!

4. Юлия

– Ты посмотри, какой говнюк! Это где это видано, чтобы помощник руководителя такой хернёй маялся? – ругала Максима Викторовича на чём свет стоит Тамара Евгеньевна.

Завхоз уже собиралась уходить, стояла в шубе, позвякивая связкой ключей, когда я пришла к ней за новогодними украшениями. Самое красивое уже растащили по кабинетам более проворные сотрудники, поэтому мне придётся импровизировать с жалкими остатками.

Женщина очень возмутилась, когда узнала, что меня Котов напряг украшать кабинет, да ещё и после работы.

– Эх, дура ты, Юлька! – роясь в своих закромах, продолжила причитать Тамара Евгеньевна. – Чё ты его на хер не послала?

Я и сама не поняла, как подписалась на эту муть. Помню только красивые глаза босса и его вкусный одеколон. Дальше смутно…

– Так ведь уволит же? – вздохнула я.

– Тю! Таких работ завались! Вот попался бы мне сейчас этот пиздюк на глаза, я бы его шваброй вдоль хребта перетянула, честное слово!

– Да ладно, тёть Тома, не ругайтесь, а то и вас уволит.

– Меня? – женщина от души рассмеялась, всколыхнув свои объёмные килограммы. – Ой, насмешила! Я же его ещё вот таким помню! – отмерила от пола метр рукой. – Пусть только пасть разинет в мою сторону, я его в бараний рог скручу!

Хорошо, что Максим Викторович к Тамаре Евгеньевне со своей просьбой не отправился, как я ему советовала. Вот смеху-то было бы.

– Вот держи, Юлечка! – ухнула передо мной коробку с украшениями женщина.

– Спасибо, тётя Тома. Хорошего вечера! – подхватила я коробку.

– Погодь! – остановила меня завхоз, расстёгивая пуговицы на шубе. – Пойдём, хоть стремянку подержу. Не бросать же тебя одну?

– Да ладно, я сама…

– Поговори мне ещё! Пошли уже! – повесила шубу на плечики обратно в шкаф. – Раньше сядем, как говорится!

Вдвоём мы провозились битых три часа. А если бы не Тамара Евгеньевна, я бы ночевать, наверное, в кабинете босса осталась. Умаявшись, женщина ещё больше возненавидела Котова младшего. Всю дорогу, пока мы вошкались с мишурой, она его костерила отборнейшими матами.

Я её не одёргивала, потому что была с ней полностью солидарна. Я тут дрюкаюсь с ёлочными шарами, а он поди дрыхнет вовсю или с девушкой своей сексом занимается, довольный собой.

– А знаешь, Юльчик, я тебя понимаю, – сказала мне на прощание Тамара Евгеньевна. – Красивый он, зараза такой! Как такому откажешь? Эх, была бы я моложе лет на десять и худее на двадцать кило, я бы его к себе в подсобочку затащила вечерком, – мечтательно протянула женщина, оглаживая руками свои бока.

– Скажете тоже, – невесело усмехнулась я. – Нельзя ведь? Мы же работаем вместе? Он мой начальник.

– Да кому это когда мешало? Глядишь, продвинул бы Котейка тебя своим членом по карьерной лестнице? Ладно, пойдём домой уже, а то размечтались тут, понимаешь. Ты Максиму Викторовичу больше не позволяй на себе ездить, а то привыкнет, и будешь ты за спасибо все его прихоти выполнять.

Мы вышли на улицу и я, проводив глазами машину завхоза, села в свою легковушку. К вечеру сильно похолодало, а этого моя машина очень не любила, поэтому ни в какую не хотела заводиться.

Стукнув от досады по рулю кулачком, я вызвала такси. Домой добралась почти ночью, выжатая, как лимон. Сил хватило только на то, чтобы сходить в душ и перекусить.

Права Тамара Евгеньевна, больше не буду соглашаться на всякую фигню. Надо уважать себя и своё время, а не идти на поводу у Котяры.

Так же легко, как я себе дала это обещание, также его и нарушила. На следующий день Максим Викторович упросил меня забрать его костюмы из химчистки на другом конце города, а ещё на следующий, отчётами завалил. И так каждый день.

Я хотела отказаться, честное слово, но у него так ловко получалось нагружать меня всякой ерундой, будто он имел суперспособности. Помимо того, что он драл с меня по работе три шкуры, так ещё приходилось его личные просьбы выполнять.

На свои дела времени вообще не оставалось. У меня машина заводилась через раз, но о том, чтобы в автосервис её загнать, я только мечтать могла. Чувствовала, что ещё немного, и я не выдержу. Просто на работу не выйду, потому что сил с кровати встать не будет.

Чем больше времени мы проводили вместе, тем больше мне нравился Максим Викторович. Я была настолько им очарована, что как будто слово "нет" перестало для меня существовать. Стоило ему мне улыбнуться, и я растекалась лужицей.

А он между тем, становился всё наглее.

Сегодня он вызвал меня в свой нарядный кабинет и уже приказным тоном попросил меня купить женское бельё определённого размера.

Тут-то меня и спустило с небес на землю. Как я могла забыть, что у Котяры девушка есть?

А я для него всего лишь девочка на побегушках, об которую он скоро ноги начнёт вытирать.

Отчего-то обидно стало до слёз. Только отчего?

Максим Викторович не давал мне повода, никогда не намекал, что я ему нравлюсь, как девушка. Откуда у меня взялось это огорчение? Не хватало ещё влюбиться в этого красавчика.

– Это уже ни в какие ворота не лезет! – разозлилась я на босса. – Хотите, чтобы я вашим возлюбленным трусы покупала? По-вашему, мне заняться больше нечем? – в сердцах выпалила я.

Котов аж из-за стола поднялся, настолько охренел. Не ожидал, что я откажу? Конечно, не ожидал.

– Зачем так грубо, Юлечка? – елейным голосом пропел он, приближаясь ко мне. – Я думал, мы друзья?

Голимая манипуляция. Это же очевидно.

– Сами покупайте бельё своей девушке!

– Ладно, – пожал плечами Максим Викторович. – Возьми сегодня домой договор на поставку древесины и составь другой, более выгодный.

– Этим же юристы занимаются? – возмутилась я. – И почему опять в нерабочее время?

– Я хочу, чтобы ты сделала, потому что ты самая ответственная и умная.

Котяра улыбнулся мне своей самой обаятельной улыбкой, и я прилипла взглядом к его сексуально очерченным губам. Мысли в голове потекли совсем не на рабочую тему.

– Нет! – чётко произнесла я, вздрогнув от собственного голоса.

– Что значит, нет? – скривился Котов.

– А то и значит. Можно я уже пойду? У меня работы много? И шоколадки мне принести не забудьте, а то вы мне уже две коробки задолжали.

Не дожидаясь разрешения, я дёрнулась в сторону двери, но Максим Викторович перехватил меня. Я ахнуть не успела, как оказалась загнутой на его столе.

– Перечить мне вздумала, маленькая стерва? – злобно выплёвывал мне в висок Максим Викторович, тычась мне в задницу бёдрами. – Думаешь, я тебя уволить не смогу?

Да что на него нашло, мамочки?

Горячее дыхание мужчины обожгло мою шею, его запах заставил сладко сжаться низ живота. На меня будто дикий зверь напал. Сейчас разорвёт меня в клочки.

Неадекватное поведение Котова меня не так испугало, как его стояк, упиравшийся прямо сейчас в мою задницу. Он был просто каменным.

И не маленьким!

– Глазки мне строишь, а сама не работаешь ни хрена! – продолжил свой монолог Котов. – Может, трахнуть тебя, чтобы послушнее стала? Какая-то ты напряжённая в последнее время, Юлечка. Шпионить не получается? Некогда?

Да о чём он вообще? С ума сошёл, не иначе?

– Отпустите меня немедленно! – потребовала я, чувствуя, что он сейчас и в самом деле меня выдерет на этом столе.

– Отпущу, когда ты мне расскажешь, что вы с моим отцом…

Договорить он не успел. Громко хлопнула дверь кабинета, а потом раздалось удивлённое:

– Максим?

Как по команде мы отскочили с Котовым друг от друга, и я увидела эффектную рыжую девицу, гневно сверкающую глазами.

– Так вот чем ты так занят целыми днями, ДОРОГОЙ? – сквозь зубы процедила рыжая. – И давно ты трахаешься с этой уродиной?

Это она про меня, что ли? Это я уродина?

5. Максим

Вот же блядство!

Не знаю, чего я больше испугался – того, что нас с Юлей застукала моя девушка или своего неожиданного, неуместного стояка.

Господи, у меня встал на Мышь!

Видит бог, я этого не хотел, сам не понимаю, как так вышло, что я возбудился. Она вообще мне не нравилась от слова "совсем". Мышкина предательница, шпионка, стукачка. Я не могу её хотеть.

Как выяснилось, очень даже могу. Набросился на девчонку, завёлся с пол-оборота. Да что со мной такое?

Юлия Михайловна оказалась крепким орешком. Сколько бы я не накидывал ей работы, она всё вывозила. И личные просьбы выполняла с такой готовностью, как будто это ей надо, а не мне.

Сегодня только взбрыкнула. Согласен, с бельём уже был перебор. Я просто не знал уже, чем её пронять. И поймать на шпионаже не мог, вот и взбесился.

Так увлёкся Мышью, что забыл, где нахожусь. А теперь…

Блять, хоть в окно выпрыгивай.

С одной стороны Юля, которая теперь знает, что у меня на неё дикий стояк, с другой стороны Надя, которая тоже видит этот самый бугор на моей ширинке.

– Между нами всё кончено! – гордо вскинув носик, заявила Надя.

Что там говорят в таких случаях? Откуда мне знать, я ни разу в такую ситуацию не попадал, слава богу.

Дорогая, это не то, что ты подумала? Я сейчас всё тебе объясню?

Что? Что тут можно объяснить? Чувствовал себя героем мудацкой мелодрамы.

– Юль, выйди, пожалуйста, – попросил я насмерть перепуганную помощницу. Мы с Надей проводили взглядом девушку, едва ли не бегом бросившуюся к двери, я схватил со стола папку с документами и прикрылся ею ниже пояса. – Какого чёрта ты сюда припёрлась? – погнал я на Надю.

– Чтобы проверить, чем ты здесь занимаешься, – скривив кукольное личико, ответила Надя. – Я и правда поверила, что ты на работе устаёшь. А ты…

– Что я? Что?

– С этой…

– Что с этой? – Надя накаляла меня ещё сильнее Мышкиной. Я не собирался оправдываться ни за что. Мне делать больше нечего? – Мы целовались? Трахались? Что? Что ты мне хочешь предъявить, Наденька?

– Если бы я вошла на пять минут позже…

– Если бы, – усмехнулся я. – Вот тогда и был бы разговор. Кто дал тебе право оскорблять моих сотрудников? Зачем ты назвала Юлию Михайловну уродиной?

Надя явно не ожидала такого поворота событий. Она ждала объяснений от меня, а пришлось самой оправдываться.

– Да потому что она уродина! – топнула ногой девушка.

– Знаешь что? Ты сейчас пойдёшь и попросишь прощения у моей помощницы.

– Что?

– Что слышала!

– Да ты охренел, Котов?

– Пошла вон тогда! Это я тебя бросаю, поняла? Будешь своё высокомерие подружкам показывать. Мне не надо.

– Ты… Ты… – хлопала глазами и ртом Надя.

– Спасибо за всё, очень жаль, что так случилось, – добил я девушку.

Надя подскочила ко мне и залепила мне звонкую пощёчину. Что ж, заслуженно. После этого она застучала каблуками к двери, и я остался один.

С облегчением плюхнулся в кресло, потирая горящую щёку ладонью.

Прибежит ещё. Побесится и прибежит. Пусть подумает над своим поведением как следует.

Знаю я эту систему. Раз прогнёшься, два прощения попросишь ни за что, а потом сам не заметишь, как под каблуком будешь до конца жизни маяться и на рыбалку на коленях отпрашиваться.

Я не был рыбаком, но кто знает, чем я увлекусь в будущем?

Кое-как успокоившись, я пошёл к Мышкиной, потому что мы недоговорили ни фига. Щас я ей всё выскажу! Пусть признаётся уже, что стучит на меня моему бате.

Ввалившись без разрешения в её кабинет, я застыл на пороге, забыв, зачем пришёл. Юля сидела на диванчике в углу, закрыв лицо руками. Она что, плачет?

Девчонка громко шмыгнула носом, и я понял, что так и есть. Чёрт, мне так неловко стало, что я даже выйти захотел из кабинета. Это она из-за меня расстроилась или из-за Надюхи?

Жалко её стало.

Радоваться должен, что довёл её. Я же так и планировал?

Нет, не радостно мне было совсем. Я присел рядом с Юлей, и она смущённо начала вытирать слёзы салфеткой, пряча от меня заплаканное личико.

– Ты чего ревёшь, Юль? – не выдержал я.

– Ничего, – всхлипнула она.

Я должен был что-то сделать. Как Максим Викторович, я понимал, что Мышь на грани, и это прекрасно, а как мужик должен был прощения попросить и успокоить девчонку.

– Юль, прости меня, пожалуйста. Я не знаю, что на меня нашло. Этого больше не повторится.

– Вы объяснились с девушкой? – не глядя на меня, спросила Юля. – Глупо так вышло… Как она могла подумать, что я и вы… Что вы и я…

Сейчас без очков она выглядела по-другому: совсем юной и такой беззащитной. Мне захотелось обнять её, прижать к себе, чтобы облегчить её страдания. Я бы так и поступил, если бы гаденький голосишко внутри меня не напомнил мне, что у нас с ней война.

– Я не считаю, что ты уродина, Юля, – сказал я. – Ты очень красивая.

– Правда? – удивлённо вскинула на меня глаза. Большие, красивые, серо-голубые они у неё. – Но я не об этом. Если бы мы с вами… Ну, вы меня понимаете. Нельзя ведь на работе? Хорошо, что ваша девушка пришла, а то бы мне увольняться пришлось.

– То есть, если бы у нас случился секс, ты бы тут же заявление по собственному написала бы? – уточнил я, будто она не по-русски сейчас говорила.

– Так сплетни бы пошли, Максим Викторович. Зачем репутацию портить и вам, и мне? Пришлось бы написать.

Я едва в голос не заржал от озарения. То есть мне просто выебать надо Мышкину, и она самоустранится?

Это же так просто!

– Я готов рискнуть репутацией, Юлечка, – придвинулся ближе к Мышкиной и взял её пальцами за подбородок, заставив смотреть мне в глаза. – Ты мне очень нравишься. Ты самая сексуальная девушка на свете!

Юля задышала чаще, её ротик соблазнительно приоткрылся, и я понял, что это приглашение к дальнейшим действиям.

6. Юля

Боже, должно быть, я сплю?

Божественный, сексуальный, умопомрачительный Максим Викторович сказал, что я красивая!

Я никогда не наряжалась на работу. Предпочитала свободную, неброскую одежду, потому что хотела, чтобы меня оценивали в первую очередь, как профессионала, а не как девушку.

Максим Викторович оценил меня по всем фронтам. Настоящий мужчина!

Моя радость была такой нелепой и неуместной в сложившейся ситуации. Как девушке мне было приятно, что я нравлюсь такому потрясающему мужчине, а как помощник руководителя я была в полнейшей растерянности.

Максим Викторович, похоже, собирается меня поцеловать?

Что же делать, мамочки?

Много раз я представляла, как мы с Котовым целуемся (да мы не только это делали в моих фантазиях, а много ещё чего поинтересней), но всё равно оказалась не готова к этому.

Я попала между молотом и наковальней. Внутри всё дрожало от предвкушения касания его губ. Внутреннее волнение и мандраж так и рвались наружу. Мурашки бежали по телу от восхитительного запаха этого самца, но здравый смысл вопил сиреной в голове: "Беги, Юлия Михайловна! Беги и не оглядывайся! Это всё закончится плохо!"

– Юлечка… – прошептал Котяра и впился в мои губы, властно притягивая меня к себе.

Куда там "беги"? Меня так закружило в этой страсти, что я забыла обо всём на свете. Целовался Максим Викторович идеально. Не совал мне в рот язык до самой глотки, как это делают некоторые мачо-экземпляры, а мягко и чувственно ласкал мой ротик, побуждая во мне самые низменные инстинкты.

Я почувствовала, как грудь налилась и заныла в лифчике, просясь на свободу, а между ног стало неприлично влажно. Я запустила пальцы в шевелюру босса, притягивая его голову ближе к себе. Было ощущение, что я только что продала душу дьяволу, наступив на свои моральные принципы, но как же было сладко!

Тонула в объятиях Максима Викторовича, как муха в сиропе. Сердце колотилось на разрыв, пульс долбил в ушах. Это было остро, горячо и будоражаще.

Рука Максима Викторовича тем временем проворно пробралась ко мне под юбку и сжала бедро намного выше колена. Если я сейчас ничего не предприму, он трахнет меня на этом диване. Прощай работа, ипотечная квартира и мои амбиции.

Что же делать? Господи, помоги!

Не придумав ничего лучше, я размахнулась и врезала Максиму Викторовичу по лицу. Звонкая пощёчина прогремела, как гром в тишине моего кабинета.

Зато мы мигом пришли в чувство. Оба.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.