Артем Бударин
Хроники Стальной Войны

ГЛАВА 1: ПРЕДЕЛ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

Город сдыхал. Без шансов на реанимацию. Трупный запах гниющих конструкций смешивался с ионизированным дождём, оставляющим на коже ожоги, похожие на карты несуществующих континентов.

За горизонтом небо полыхнуло, словно кто-то распорол брюхо самой ночи – алые молнии разодрали тьму на куски. Обломки небоскрёбов торчали из земли, как гнилые зубы из дёсен мертвеца. Девятнадцатилетний Зейлор Морвейн перепрыгнул через обвалившуюся бетонную плиту, подошвы его нуль-ботинок зашипели от контакта с едкой лужей эктоплазмы. Вокруг кипела Старая Нагасаки – последний из мегаполисов Внешнего Пояса, не павший под пятой Экзархата Пурпурного Пламени, но медленно умирающий от ядовитых щупалец галактической геополитики.

Через разлом в стене заброшенного здания Зейлор наблюдал за орбитальными кораблями, пульсирующими в высоте. В стратосфере парили левиафаны Экзархата – пурпурные линкоры с силуэтами, напоминающими готические соборы. Золотистые корабли-иглы Скарнийской Империи выстраивались в боевой порядок на противоположной стороне орбиты. Мир объектом раздора, полем сражения между галактическими сверхдержавами. Никого не волновало, что миллионы обычных людей оказались пойманы в эту мясорубку.

По перехваченным частотам Зейлор знал – в небе идёт подготовка к высадке. Экзархат и Империя Скарнии, два ключевых участника "Тёмного Пакта", объединяли силы для зачистки последних неконтролируемых территорий Земли. Под прицелом – он сам. Единственный в своём роде.

Война между "Тёмным Пактом" и альянсом "Стальная Галактика" превратила человеческую колыбель в поле битвы. В этой войне технологий, ресурсов и геополитических амбиций Зейлор был уникальным сверхоружием – первым за тысячелетия настоящим псиоником, человеком, способным силой мысли изменять реальность.

Люди в серых костюмах пришли за ним, когда ему было четыре. Экзархат Пурпурного Пламени первым обнаружил его способности. Тогда они улыбались его родителям, предлагали деньги, новую жизнь в чистых секторах. Через неделю мать и отец погибли в "несчастном случае". В четыре года Зейлор впервые ощутил, что такое настоящая ненависть.

Верховный Экзарх Тирий IV лично освятил его вступление в Институт Аарона Крауса – место, где из единственного в галактике ребёнка с псионическими способностями создавали оружие, способное изменить баланс сил в пользу "Тёмного Пакта". Они превратили его в инструмент. Они называли его "Прометей".

Но сейчас он был беглецом, уносящим в своём модифицированном мозгу величайшую тайну Экзархата – код активации резонаторов "Прометея", разбросанных по планетам под контролем Союза Звёздного Равновесия, способных одним ментальным импульсом уничтожить разумную жизнь целых звёздных систем.

Он услышал далёкий рёв посадочных модулей – поисковые группы начинали расползаться по городу. Преследователи нагоняли. Зейлор чувствовал их приближение – его пси-эхолокация улавливала три охотничьих дрона и пять элитных оперативников ЧВК "Церберус", личной гвардии Верховного Экзарха.

– Квадрат 8-D зачищен, двигаюсь к позиции Осьминог, – хрипел кто-то по открытому каналу, не подозревая, что беглец слышит каждое слово через украденный комлинк.

Зейлор сверился с мысленной картой руин. От метки эвакуации Союза Звёздного Равновесия его отделяло восемнадцать городских кварталов, погруженных в хаос. Пора бежать. Он резко свернул в проулок, прижался к стене, задержал дыхание. Мимо пролетел пси-дрон, его кристаллические антенны жадно ощупывали пространство. Дрон не заметил его – техника нулевой пси-ткани работала, полностью скрывая ментальную активность.

Через витрину разбитого магазина он видел проекцию городской новостной сети – синие овалы на самодельных экранах. Империя Скарнии и Экзархат Пурпурного Пламени официально заключили новый договор о разделе территорий. Император Каэль VIII "Железный Трон" и Верховный Экзарх Тирий IV встретились на нейтральной территории, скрепив союз ритуальной кровью. Война в Галактическом секторе Рука Персея усиливалась. Флот "Стальной Галактики" под командованием Верховного Координатора Аэлин Арн'Тарос сдерживал атаки "Тёмного Пакта" на ключевые торговые маршруты.

Преследователи разбились на пары – двое прочёсывали разрушенный торговый центр, двое приближались к его убежищу с северо-востока, командир координировал действия с воздуха. Зейлор медленно выдохнул и метнулся через проулок, перепрыгивая груды мусора и обломки когда-то роскошных голопроекторов. Два квартала до метро – заброшенная станция должна была привести его к точке эвакуации, о которой сообщил таинственный союзник через захваченный канал связи.

Прыжок через разлом в асфальте – и он оказался на широкой авеню, когда-то бывшей гордостью города. Сейчас – кладбищем ржавеющих транспортных капсул и распадающихся рекламных щитов. Вдалеке, в конце проспекта, виднелся полуразрушенный вход в метро.

Слишком открытое пространство. Но выбора не было.

Зейлор активировал шунт-ускорители в ногах и рванулся вперёд, мгновенно набирая скорость. Первые пятьдесят метров он преодолел прежде, чем дроны засекли движение.

– Цель на Сакурабаши-авеню! Псионик в зоне видимости! – заорал командир оперативников.

В небе раскрылся зонт из хищных силуэтов. Три боевых дрона Железной Экспансии, разработанных по контракту с Экзархатом, спикировали вниз, их энтропийные пушки нагревались для выстрела. Зейлор резко сменил направление, прыгнув через капот брошенного электромобиля. Первый луч ударил в асфальт позади, превращая его в кипящую массу.

Два квартала до метро.

За спиной послышался рёв гравидвигателей – оперативники активировали ранцевые ускорители, взмывая над руинами. В его сторону полетели нуль-гранаты – неприметные серые шарики, способные подавить любую энергию в радиусе взрыва, включая псионическую.

Зейлор сосредоточился, выпуская узконаправленный телекинетический импульс – первая граната изменила траекторию, столкнувшись со второй. Взрыв за спиной – волна нулификации прошла в миллиметре от его пяток, заставив нуль-ботинки на мгновение отключиться. Он едва не споткнулся, но восстановил равновесие рывком.

– Используйте тройной обстрел! Он предсказывает одиночные траектории! Не дайте псионику уйти! – крикнул командир. – Экзарх заплатит сто миллионов кредитов за его живую голову!

Квартал до метро.

Внезапно земля содрогнулась – с юга прибывало подкрепление. Золотисто-черные боевые машины Скарнийской Империи "Катафракты" – четырёхметровые экзоскелеты, управляемые элитными десантниками, пробивались сквозь руины. Их сенсорные системы методично сканировали местность в поисках единственного в галактике псионика.

Зейлор бежал зигзагами, перепрыгивая через обломки, скользя под наклонёнными рекламными щитами. В ушах стучала кровь, в висках пульсировала боль от перенапряжения. За последние сутки он израсходовал слишком много псионической энергии. Тело начинало отказывать.

С флангов зашли два элитных охотника, перекрывая путь к метро. Их экзоскелеты украшали пурпурные символы Экзархата – огненные короны, символизирующие власть Тирия IV. Они были быстрее обычных людей, сильнее, с имплантами, настроенными на нейтрализацию псионических способностей.

Зейлор сжал зубы и прыгнул прямо на них, переходя в пси-зрение. Мир замедлился, цвета стали ярче, движения противников – предсказуемыми. Первый охотник выстрелил из парализатора – Зейлор уклонился, извиваясь в воздухе, словно обтекаемый потоком. Второй активировал нейрохлыст – энергетический кнут, способный разрывать синаптические связи.

В полёте Зейлор сконцентрировал псионическую энергию в кончиках пальцев, формируя пси-когти. Приземлился между охотниками, крутанулся волчком – пси-когти вспороли защитный костюм первого, разрезая плоть и кости. Человек даже не успел закричать – его верхняя половина тела соскользнула с нижней, открывая дымящиеся внутренности.

– Невозможно! – выдохнул второй охотник. – Эти экзоскелеты разработаны специально для нейтрализации псиоников!

– Я единственный псионик в галактике, – прорычал Зейлор. – Ваши технологии бесполезны против оригинала.

Второй охотник ударил нейрохлыстом – Зейлор блокировал атаку пси-щитом, но истощение давало о себе знать. Щит треснул, энергия хлыста лизнула плечо, выжигая нервные окончания. Боль сверкнула сверхновой, на мгновение ослепив сознание.

Зейлор рухнул на колено, и охотник приготовился к смертельному удару, разворачивая нейрохлыст для второй атаки. Псионик сосредоточился через боль, собрал последние крохи энергии и выпустил ментальный шип – прямо в зрительный центр противника.

Охотник замер, его глаза превратились в кровавую кашу, вытекающую из глазниц. Он дёрнулся, пытаясь активировать имплант экстренного самолечения, но Зейлор уже был рядом. Одно движение – и горло охотника оказалось располосовано пси-когтями.

Пятьдесят метров до метро.

Над головой гудели боевые дроны, блокируя путь к отступлению. Вдруг сквозь пыль проступила фигура в экзоскелете с пурпурными узорами, украшенными золотыми прожилками – символ высшего ранга Экзархата.

– Впечатляет, Зейлор, – раздался усиленный голос. – Ты убил моих лучших людей. Но это конец пути.

Зейлор застыл. Эту фигуру он узнал бы из тысячи – полковник Варрен, личный палач Верховного Экзарха Тирия IV, глава элитного подразделения охотников за еретиками. Человек, который лично контролировал его обучение и эксперименты.

– Ты не понимаешь, что я нашёл в своей голове, Варрен, – прохрипел Зейлор. – "Прометей" не просто оружие. Это конец всей галактики.

Полковник наклонил голову:

– И поэтому ты должен вернуться. Экзарх не доверит такую силу никому, кроме себя. Это судьба галактики на весах веры.

Варрен поднял руку – и дроны наверху активировали блокирующее поле. Зейлор почувствовал, как его псионические способности начинают угасать, словно кто-то набрасывал на его разум тяжёлое одеяло.

Двадцать метров до метро.

Зейлор понимал – у него осталась лишь одна возможность. Рискованная, потенциально смертельная. Полное пси-пламя.

– Ты ведь знаешь, почему я сбежал? – говорил он, выигрывая секунды. – Я увидел полный план "Прометея". Не то, что вам рассказывал Экзарх. Не очищение от еретиков. А уничтожение всей органической жизни в галактике.

Варрен замер.

– Ты лжёшь. Экзарх – наместник божественной воли.

– Экзарх – марионетка Осколков Бездны. Они манипулировали им годами, внушая идею, что только абсолютное очищение приведёт к истинной вере. Они хотят выжечь галактику под корень.

Зейлор видел, как у Варрена дрогнула рука. Сомнение – это всё, что ему требовалось. Псионик закрыл глаза и впервые с момента побега полностью опустил все ментальные барьеры. Годы он учился контролировать, подавлять, скрывать свою силу. Теперь же он просто… отпустил её.

Его тело окружила ослепительная аура голубого света. Кожа начала трескаться от напряжения, псионическая энергия рвалась наружу, превращая его в живой факел. Блокирующее поле дронов дрогнуло, не выдерживая такого потока силы.

Варрен отступил на шаг:

– Идиот! Ты убьёшь себя! Тебя не для этого создавали!

Зейлор не ответил. Он собрал всю энергию в единый импульс и направил его в землю под ногами. Взрыв разметал асфальт, образовав воронку. Одновременно он выпустил телекинетическую волну во все стороны – дроны разлетелись, как листья на ветру. Варрена отбросило на сотню метров.

Псионик прыгнул в образовавшийся пролом – прямо в коллектор под проспектом. Полёт в темноту длился вечность, затем удар о воду. Он погрузился в зловонную жижу, но тут же вынырнул, захлёбываясь воздухом. Бурлящий поток подхватил его и понёс по тоннелю.

– Перекрыть все коллекторы! Он движется в сторону старой канализации! Блок-команда "Гамма", немедленно к водоочистному узлу! Скарнийцы, заблокируйте все выходы в секторе Дельта!

Волны переговоров различных фракций "Тёмного Пакта" заполнили эфир. Зейлор барахтался в отравленной воде, пытаясь удержаться на плаву. Его уносило всё дальше в лабиринт подземных тоннелей. Псионическая вспышка истощила последние резервы – он едва мог поддерживать простейший пси-щит, защищающий от токсинов.

Коллектор разветвлялся. Поток нёс его к развилке. Интуиция подсказывала – направо. В полутьме он увидел металлический выступ на стене. Собрав остатки сил, он подтянулся, ухватившись за скользкие от слизи скобы.

Выбравшись из потока, Зейлор пополз по узкому техническому проходу. Его комлинк внезапно ожил на особой частоте, зарезервированной для дипломатов высшего ранга:

– Объект "Прометей-Омега", это координатор операции "Последний Свет". Союз Звёздного Равновесия, блок "Стальная Галактика". Зейлор Морвейн, приём?

Женский голос, чистый и с лёгким акцентом внешних колоний.

– Слышу, – прохрипел он.

– Ваша энергетическая вспышка засечена нашими сканерами. Мы потеряли вас после проникновения в коллектор. Экзархат и Империя Скарнии стягивают все доступные силы к водоочистительному узлу сектора 9. "Тёмный Пакт" полностью мобилизован для вашего захвата.

Зейлор вжался в стену технического прохода, тяжело дыша:

– Кто вы?

– Верховный Координатор Аэлин Арн'Тарос лично санкционировала операцию по вашей эвакуации. Мы знаем о проекте "Прометей". Знаем, что вы – ключевой компонент этого оружия. И понимаем, что вы не хотите им становиться.

Зейлор сжал зубы – первый раз в жизни кто-то угадал его желания.

– Что вам нужно?

– Помочь вам сбежать. И в обмен получить информацию о резонаторах "Прометея", чтобы уничтожить их до того, как "Тёмный Пакт" реализует свой план.

Зейлор слышал о Союзе Звёздного Равновесия – ключевом члене альянса "Стальная Галактика", противостоящего экспансии Экзархата и Империи. Демократы, либералы, технократы – в Институте их называли "разлагающей болезнью галактики". Но если выбирать между ними и Экзархатом…

– Как вы меня вытащите? "Тёмный Пакт" перекрыл все выходы.

– Следуйте нашим инструкциям. Тоннель, в котором вы находитесь, ведёт к старой станции метро "Акияма". Там будет аварийный выход на поверхность – люк с маркировкой "Техобслуживание-32В". Он приведёт вас на нижний уровень заброшенной маглев-станции. Мы подготовили эвакуационный коридор.

Зейлор пополз вперёд, оставляя за собой влажные следы. Тоннель был тесным, темнота – абсолютной, но его усиленное пси-зрение позволяло различать контуры стен.

Внезапно его эхолокация уловила движение впереди. Что-то большое и механическое. Он замер, прислушиваясь. Тяжёлые металлические шаги. Равномерные. Методичные.

Робот-чистильщик производства Конгломерата Железной Экспансии – еще одной силы, втянутой в орбиту интересов "Тёмного Пакта". Эти машины использовались для обслуживания подземных коммуникаций – массивные, с множеством манипуляторов и встроенными сканерами. Идеальные охотники в тесных тоннелях.

– У меня проблема, – прошептал он в комлинк. – Впереди механический чистильщик.

– Их стандартные сканеры настроены на металл и органические отходы. Если вы сможете активировать нулевую пси-ткань, есть шанс проскользнуть мимо. В этих моделях нет специальных датчиков на псиоников.

Зейлор сконцентрировался, активируя последние резервы энергии для поддержания нулевой пси-ткани. Его дыхание замедлилось, сердцебиение стало почти неразличимым. Робот приближался. Теперь Зейлор мог различить его силуэт – шесть массивных манипуляторов, основной корпус размером с микроавтобус, множество сенсоров, сканирующих тоннель. Он вжался в нишу в стене, затаив дыхание. Робот медленно прополз мимо, его сканеры скользнули по нише, но не зарегистрировали беглеца. Кончики механических манипуляторов прошли в сантиметрах от его лица.

Как только машина удалилась, Зейлор продолжил путь. Его ноги дрожали от истощения, раны на плече пульсировали болью. До станции метро оставалось около километра подземных коммуникаций.

– Поторопитесь, – раздался голос в комлинке. – Орбитальные сканеры Экзархата засекли нашу активность. Скарнийский крейсер "Эдельвейс" и флагман Экзархата "Очищение" вышли на низкую орбиту. У нас мало времени.

Зейлор полз, иногда переходя на бег в более широких секциях тоннеля. Впереди забрезжил свет – он достиг заброшенной станции метро. Полуразрушенные платформы, погнутые рельсы, осыпающиеся своды – напоминание о былом величии города.

На стене обнаружился искомый люк с маркировкой "Техобслуживание-32В". Заржавевший, но рабочий. Зейлор с трудом провернул колесо-фиксатор и протиснулся в узкий проход, ведущий вверх.

Ещё один тоннель, ещё один люк – и он оказался на нижнем уровне маглев-станции. Огромное пустое пространство, когда-то бывшее транспортным узлом. Теперь – пыльный склеп с мёртвыми поездами.

– Я на месте, – прохрипел Зейлор в комлинк.

– Мы видим вас. Оставайтесь на позиции.

В противоположном конце станции замерцал голубоватый свет. Постепенно он сформировал силуэт высокой женщины с серебристыми волосами и яркими глазами. Голограмма, но настолько совершенная, что казалась осязаемой.

– Меня зовут Тесса Эл'Вирин, специальный уполномоченный Верховного Координатора Аэлин Арн'Тарос, – прозвучал мелодичный голос. – Псионический Флот СЗР готов к извлечению. Но для телепортации нужен сильный маяк.

– Какой маяк? – Зейлор едва держался на ногах.

– Ваше пси-пламя. Полная мощность, без ограничений. Мы будем использовать его как фокусную точку для квантового захвата.

Зейлор покачал головой:

– У меня нет сил. Последняя вспышка почти убила меня.

– Мы поможем.

Голограмма Тессы растаяла, но перед этим от неё отделился серебристый луч энергии, соединивший его с исчезающим образом. Зейлор вздрогнул – по его телу прокатилась волна силы, восстанавливая истощённые запасы псионической энергии.

– Экзархат обнаружил вашу позицию! – прозвучал тревожный голос в комлинке. – Орбитальный удар через сорок секунд! Сканеры фиксируют штурмовую группу Скарнийской Империи на крыше маглев-станции!

Зейлор слышал топот десятков ног сверху. Они отрезали пути к отступлению. Он понимал – второго шанса не будет.

– Сейчас или никогда, – прошептал он.

Зейлор закрыл глаза и полностью снял контроль. Псионическая энергия, усиленная даром Тессы, вырвалась наружу ослепительной вспышкой. Его тело засветилось изнутри, кожа начала трескаться, обнажая чистую энергию вместо плоти и крови. Волосы встали дыбом, из глаз, ушей, носа хлынул светящийся эктоплазматический флюид.

Маглев-станция содрогнулась – псионическая волна расходилась от Зейлора во всех направлениях, сметая мёртвые поезда, обрушивая перекрытия верхних этажей на штурмовую группу.

В этот момент мир вокруг него расплылся, утратил чёткость. Его тело стало терять материальность, распадаясь на атомы. Он чувствовал, как сознание отделяется от физической оболочки, растворяясь в бесконечном потоке квантовых вероятностей.

Последнее, что он увидел перед полной дематериализацией – фигуру полковника Варрена, разбивающего запечатанную дверь на верхнем ярусе станции. Их взгляды встретились на долю секунды. Варрен поднял руку в бессильном жесте.

А затем Зейлор исчез.

Через мгновение его сознание резко вернулось – словно кто-то выдернул его из глубокого сна. Зейлор открыл глаза в стерильной белой камере. Его тело парило в нейро-геле, все раны затянулись, оставляя уродливые шрамы.

– Добро пожаловать на "Гелиос", флагман Союза Звёздного Равновесия, Зейлор Морвейн, – произнесла высокая женщина с серебристыми волосами и яркими глазами – та самая, чью голограмму он видел. – Я Тесса Эл'Вирин, специальный уполномоченный Верховного Координатора Аэлин Арн'Тарос и руководитель проекта "Антипрометей".

– Где я? – прохрипел Зейлор.

– На границе сектора Дельта-7, за пределами влияния "Тёмного Пакта". Здесь вас не найдут ни скарнийские охотники, ни фанатики Экзархата.

Зейлор смотрел в иллюминатор на бескрайний космос, усеянный звёздами. Среди них где-то осталась умирающая Земля – его временное убежище, превратившееся в очередную ловушку.

– Что происходит в галактике? – спросил он. – Что такое этот "Тёмный Пакт"?

Тесса коснулась консоли, и вокруг них развернулась трёхмерная карта галактики, разделённая на цветные секторы – пурпурные территории Экзархата, золотистые земли Скарнийской Империи, серо-стальные промышленные миры Конгломерата Железной Экспансии, и голубые территории Союза Звёздного Равновесия.

– Галактика на пороге тотальной войны, Зейлор. "Тёмный Пакт" – альянс Экзархата Пурпурного Пламени, Империи Скарнии и их сателлитов – против "Стальной Галактики" – коалиции, возглавляемой Союзом Звёздного Равновесия. Две идеологии, два видения будущего. И вы… вы единственный настоящий псионик, рождённый за последние тысячелетия. Ключ к оружию, способному уничтожить половину обитаемого космоса.

– Я не хочу быть оружием, – тихо произнес Зейлор.

Тесса изучающе посмотрела на него:

– Теперь у вас есть выбор, Зейлор. Впервые в жизни – настоящий выбор. Вы можете помочь нам найти и уничтожить все резонаторы "Прометея", или мы доставим вас на нейтральную планету и дадим новую личность. Решать вам.

Зейлор закрыл глаза. Девятнадцать лет. Его превратили в живое оружие, лишили детства, человечности. Но теперь у него был шанс переписать историю. Шанс отомстить тем, кто сломал его жизнь.

– Я помогу вам, – прошептал он. – Но когда мы закончим с резонаторами… я вернусь за Варреном. И за Экзархом.

За иллюминатором корабль Союза Звёздного Равновесия вошёл в гиперпространственный туннель. Разноцветные энергетические потоки заполнили видимое пространство, унося единственного псионика галактики прочь от Земли – умирающей планеты, пешки в великой игре сверхдержав.

ГЛАВА 2: РАВНОВЕСИЕ СИЛ

Звёздный крейсер "Гелиос" скользил сквозь гиперпространственный туннель, оставляя за собой искажённые следы квантовых возмущений. Зейлор стоял у панорамного иллюминатора обзорной палубы, наблюдая за переливающимися потоками энергии. За восемь дней на борту флагмана Союза Звёздного Равновесия его тело почти восстановилось, но разум всё ещё был раздираем противоречиями.

Тесса Эл'Вирин подошла бесшумно, как призрак.

– Через шесть минут мы выйдем из гиперпрыжка в секторе Альдебарана. Верховный Координатор ждёт вас.

Зейлор не обернулся:

– Что именно интересует великого лидера "Стальной Галактики" в сломанном оружии Экзархата?

– То, что вы не считаете себя оружием, уже вселяет надежду, – мягко ответила она. – Но ответ на этот вопрос лучше получить от самой Аэлин.

Корабль вздрогнул, возвращаясь в обычное пространство. За иллюминатором разлилось величественное зрелище – космическая станция-метрополия Калдарион IV, вращающаяся вокруг газового гиганта. Гигантское кольцо диаметром в триста километров, окружённое защитным флотом СЗР. Даже издалека Зейлор мог различить купола, башни и сады, покрывающие внутреннюю поверхность станции.

– Пятнадцать рас, двадцать пять миллионов жителей, – произнесла Тесса, наблюдая за его реакцией. – Гражданская демократия, даже в условиях войны.

– Экзарх называл это "гниющим болотом разнородных культур", – пробормотал Зейлор.

– И именно поэтому мы сражаемся с Экзархатом. Разнообразие – наша сила, а не слабость.

"Гелиос" приближался к космической станции, проходя сквозь защитные рубежи и сканирующие лучи. Корабль был неимоверно элегантен – обтекаемые формы, платиново-голубой корпус, мощные гравитационные двигатели. Но Зейлор заметил и усиленное вооружение – блоки межпространственных торпед, эмиттеры антиматерии, квантовые резонаторы. Символ того, как мирная федерация вынуждена была милитаризироваться под давлением "Тёмного Пакта".

Шаттл доставил их на главный док Калдариона. Когда трап опустился, Зейлора встретила делегация из представителей разных рас – высокие, серебристокожие альтерии; коренастые, покрытые чешуёй торговцы-нексы; похожие на людей, но с мембранами между пальцами канопейцы. Все в строгой форме СЗР – серебристо-голубых костюмах с эмблемой звезды в равностороннем треугольнике.

Церемониальный коридор привёл их в огромный полукруглый зал, где на возвышении ждала стройная фигура. Верховный Координатор Аэлин Арн'Тарос оказалась моложе, чем Зейлор ожидал – на вид не старше тридцати пяти, с бронзовой кожей и серебристо-голубыми глазами. Вокруг её шеи висел загадочный кристалл, пульсирующий внутренним светом.

– Зейлор Морвейн, – произнесла она голосом, который, казалось, заполнил весь зал без помощи усилителей. – Девятнадцатилетний юноша, на чьи плечи Экзархат возложил судьбу галактики.

Зейлор оглядел присутствующих – десятка два высокопоставленных чиновников и военных СЗР. Все смотрели на него с плохо скрываемым страхом, любопытством и надеждой.

– Я не просил об этой роли, – ответил он.

– Именно поэтому вы здесь, а не в руках Экзархата, – кивнула Аэлин. – Прошу, следуйте за мной. То, что я должна вам показать, не предназначено для общих ушей.

Она провела его и Тессу через боковую дверь в меньший зал, где стоял голографический проектор. Двери закрылись, оставив их втроём.

– Запись из архивов Империи Скарнии, – пояснила Аэлин, активируя устройство. – Наши агенты получили её ценой жизни.

Голограмма ожила, показывая величественный тронный зал. На черном металлическом троне восседал Каэль VIII "Железный Трон" – грозный император Скарнии с бледной кожей и шрамами от многочисленных покушений. Его глаза светились красным от имплантов. Перед ним стоял на коленях высокий мужчина в пурпурных одеждах – Верховный Экзарх Тирий IV.

– …когда первая фаза "Прометея" будет завершена, мой дорогой союзник, – говорил Экзарх медовым голосом, – территории Союза Звёздного Равновесия лягут к нашим ногам. Я предлагаю разделить их между Экзархатом и Империей в пропорции…

Каэль VIII поднял руку, прерывая:

– Что насчёт мальчишки? Вы уверены, что он справится с задачей? Психологические отчёты указывают на нестабильность.

– Зейлор Морвейн – всего лишь ключ, – усмехнулся Экзарх. – Когда дверь открыта, ключ становится ненужным. Его разум будет… утилизирован после активации первого кластера резонаторов.

– А что с гарантиями для Империи? Наши ученые обеспокоены тем, что резонаторы, размещённые в системах СЗР, могут быть перенаправлены на наши территории.

Экзарх рассмеялся, звук был подобен колоколам:

– Мой дорогой Каэль, мы союзники в священной войне! Кто может разорвать узы, скреплённые кровью?

Но Зейлор заметил, как Экзарх нервно коснулся кольца на пальце – жест, который он сам хорошо знал. Знак лжи.

Голограмма сменилась другой сценой. Теперь Экзарх был один, в своих личных покоях. Перед ним парила странная, мерцающая тень, похожая на человеческий силуэт, но с искажёнными пропорциями.

– …первая фаза активирует резонаторы только в ключевых мирах СЗР, – говорил Экзарх тени. – Вторая охватит Империю Скарнии и остальных наших так называемых "союзников". В третьей фазе мы очистим от скверны остаток галактики.

– А затем? – прошелестел нечеловеческий голос.

– А затем, как и обещано, Осколки Бездны получат галактику, избавленную от органической жизни. Очищенный сосуд для ваших… амбиций.

Голограмма исчезла. Аэлин Арн'Тарос смотрела на Зейлора испытующим взглядом:

– Теперь вы понимаете, почему мы называем их "Тёмным Пактом"? Экзарх Тирий – безумец, вступивший в союз с Осколками Бездны, существами из глубин космоса, чья природа нам непонятна. Он намерен использовать вас и проект "Прометей" для уничтожения всей органической жизни в галактике.

Зейлор почувствовал, как под кожей разливается холод. Подозрения, возникшие при случайном просмотре документов проекта, оказались правдой.

– Сколько резонаторов уже установлено? – спросил он.

– По нашим данным, восемьдесят три, – ответила Тесса. – Разбросаны по всем ключевым мирам Союза, замаскированы под дипломатические подарки, торговое оборудование, медицинские станции. Экзархат годами планировал эту операцию.

– Но они не работают без… без меня, – Зейлор сжал кулаки. – Без моего псионического импульса на определённой частоте.

Аэлин кивнула:

– Поэтому вы так ценны. И для них, и для нас. Экзархат хочет использовать вас как детонатор, мы хотим, чтобы вы помогли нам найти и обезвредить все резонаторы.

– За вас охотятся лучшие силы "Тёмного Пакта", – добавила Тесса. – И не только Экзархат с Империей. Конгломерат Железной Экспансии также получил контракт на вашу поимку. Их директор Ларс Вендетта лично выделил ресурсы для создания специальных дронов-охотников.

Зейлор медленно покачал головой:

– Почему вы доверяете мне? Экзархат создал меня как оружие. Тренировал убивать. Я могу быть бомбой с часовым механизмом.

Аэлин коснулась кристалла на своей шее:

– Этот артефакт позволяет видеть вероятности. Не будущее – лишь возможные пути. Я видела миллионы вариантов, где вы предаёте нас. И миллиарды, где вы спасаете галактику. Шансы в вашу пользу.

Она улыбнулась, впервые за всю встречу:

– Кроме того, вы уже сделали выбор, сбежав от Экзархата. Теперь вопрос в том, готовы ли вы принять следующий вызов?

– Какой?

– Стать ключом не к разрушению, а к спасению. Но сначала – мир должен узнать правду. Через три часа состоится заседание Верховного Совета "Стальной Галактики". На нём будут присутствовать представители всех наших союзников, и трансляция пойдёт на все свободные миры. Мы хотим, чтобы вы выступили перед ними.

– Я… – Зейлор запнулся. – Я не политик. Не оратор.

– Вам не нужно быть ни тем, ни другим, – мягко сказала Аэлин. – Просто расскажите правду. О том, что сделал с вами Экзархат. О проекте "Прометей". О том, что планирует "Тёмный Пакт".

Три часа пролетели как одно мгновение. Зейлора подготовили, одели в элегантный голубой костюм с серебристыми вставками – цвета СЗР, символизирующие надежду и единство. Врачи провели экстренную терапию, восстанавливая его после тяжёлой псионической нагрузки на Нексусе-IV.

Зал Верховного Совета оказался величественным амфитеатром, рассчитанным на сотни делегатов. Полукруглые ряды мест поднимались от центральной платформы, где стояла кафедра оратора. По всему залу парили голо-камеры, передающие изображение на триллионы экранов по всей галактике.

Аэлин Арн'Тарос открыла заседание:

– Уважаемые делегаты Союза Звёздного Равновесия и наши союзники из "Стальной Галактики"! Сегодня перед нами выступит человек, чьё существование само по себе является поворотным моментом в истории нашей цивилизации. Единственный настоящий псионик, рождённый за последние тысячелетия, Зейлор Морвейн!

Когда Зейлор поднялся на платформу, в зале воцарилась гробовая тишина. Сотни глаз, принадлежащих пятнадцати различным разумным расам, впились в него. Он чувствовал их страх, любопытство, недоверие и надежду – даже без использования псионических способностей.

Он глубоко вдохнул и начал говорить:

– Моё имя Зейлор Морвейн. Мне девятнадцать лет. И я – единственный псионик в галактике.

Зал загудел от шёпота. Голо-камеры приблизились, показывая его лицо в деталях.

– Я родился обычным ребёнком на Земле. Когда мне было четыре года, агенты Экзархата обнаружили мои псионические способности – редчайшую генетическую мутацию, позволяющую контролировать материю и энергию силой мысли. Они убили моих родителей и забрали меня в секретный научный центр, который называли Институтом Аарона Крауса.

Зейлор сделал паузу, собираясь с мыслями.

– Пятнадцать лет они превращали меня в оружие. Пятнадцать лет экспериментов, модификаций, тренировок. Без анестезии, без жалости, без права на отказ. Они называли это "воспитанием истинного слуги веры". На самом деле это было систематическое уничтожение всего человеческого во мне.

Он поднял руку, и над его ладонью возникла маленькая сфера чистой голубой энергии – демонстрация его псионических способностей. По залу прокатилась волна удивлённых возгласов.

– Экзархат создал проект "Прометей" – сеть псионических резонаторов, размещённых на ключевых планетах галактики. При активации псиоником определённой частоты – мной – эти устройства способны выжечь всю органическую жизнь в радиусе целой звёздной системы. Не разрушая инфраструктуру, не уничтожая ресурсы. Просто стирая разумную жизнь.

Зал охнул от ужаса. Некоторые делегаты вскочили на ноги в знак протеста или недоверия.

– У меня нет доказательств, кроме моего слова и того, что я продемонстрировал на Нексусе-IV. Но я могу подтвердить: "Тёмный Пакт" планирует геноцид невиданного масштаба. Сначала – миры "Стальной Галактики", затем – предательство собственных союзников, и наконец – передача "очищенной" галактики Осколкам Бездны.

Зейлор сделал глубокий вдох и продолжил, его голос окреп:

– Я сбежал, когда узнал правду. Я не хочу быть инструментом массового убийства. Я не хочу, чтобы псионика – редчайший дар, способный исцелять и создавать – использовалась для уничтожения. На Нексусе-IV я доказал, что резонаторы могут быть перепрограммированы. Вместо смерти они могут нести жизнь.

Он поднял обе руки, и его тело окружило слабое голубое сияние:

– Я стою перед вами как единственный псионик в галактике, чтобы предложить свою помощь. Я могу найти и деактивировать резонаторы "Прометея". Могу помочь защитить ваши миры от агрессии "Тёмного Пакта". Но я должен предупредить: Экзархат не остановится. Они создадут новые устройства. Будут искать способы активировать их без меня. И они никогда не прекратят охоту за мной.

Зал взорвался голосами. Одни делегаты требовали немедленных действий, другие выражали скептицизм, третьи предлагали разнообразные планы использования уникальных способностей Зейлора.

Аэлин Арн'Тарос подняла руку, призывая к тишине:

– Вопрос делегата Торанской Республики.

Высокий представитель гуманоидной расы с синеватой кожей поднялся:

– Как мы можем быть уверены, что это не уловка самого Экзархата? Что вы не тайный агент, посланный внедриться в наши ряды?

Зейлор ожидал этого вопроса:

– Вы не можете быть полностью уверены. Я сам не знаю всех изменений, которые они произвели в моём разуме. Но я предлагаю простое решение: постоянный ментальный мониторинг. Я готов подчиниться любым проверкам, которые вы сочтёте необходимыми. Единственное, о чём прошу – позвольте мне исправить то, что сделал Экзархат. Позвольте мне нейтрализовать резонаторы.

Делегат кивнул, удовлетворённый ответом.

– Вопрос представителя Конфедерации Облачных Колоний, – объявила Аэлин.

Изящное существо с полупрозрачной кожей и шестью тонкими конечностями поднялось:

– Если вы действительно единственный псионик в галактике, какова вероятность появления других? Может ли Экзархат создать армию таких, как вы?

Зейлор покачал головой:

– Они пытались. Пятнадцать лет они исследовали мой геном, мои нейронные связи, мою псионическую сигнатуру. Проводили эксперименты на тысячах детей. Все попытки провалились. Псионика – не технология, которую можно воспроизвести. Это… мутация, случайность эволюции. Аномалия, которая появляется раз в тысячелетия.

Он сделал паузу и добавил:

– Но есть способы искусственно стимулировать псионические способности. Экзархат разрабатывал их. Технические усилители, психотропные препараты, нейроимпланты. Это не даёт истинной псионики, но может имитировать некоторые её аспекты. Это… опасные технологии в руках фанатиков.

Вопросы продолжались ещё два часа. Зейлор отвечал честно, делился всеми знаниями о проекте "Прометей", которые успел получить перед побегом. Голо-камеры продолжали трансляцию на всю галактику.

В какой-то момент делегат от Республики Тарсидиан задал ключевой вопрос:

– Если "Тёмный Пакт" действительно планирует галактический геноцид, какова наша стратегия противодействия? Эвакуировать ключевые планеты? Нанести упреждающий удар?

Аэлин Арн'Тарос вышла вперёд:

– Мы уже начали операцию по нейтрализации известных резонаторов. Зейлор Морвейн согласился помочь нам. Его псионические способности позволяют не только обнаруживать эти устройства, но и перепрограммировать их, как было продемонстрировано на Нексусе-IV.

Она повернулась к голо-камерам, её голос стал торжественным:

– К жителям миров "Тёмного Пакта", которые видят эту трансляцию: ваши лидеры предали вас. Экзарх Тирий IV, Император Каэль VIII, Верховный Вождь Сорнар Клейд – они заключили сделку с Осколками Бездны. Сделку, которая подразумевает уничтожение не только их врагов, но и своих собственных народов. "Стальная Галактика" обращается к вам: восстаньте против тирании! Остановите безумцев! Только вместе мы сможем предотвратить катастрофу!

Зейлор вновь вышел к кафедре:

– Я обращаюсь к полковнику Варрену и другим высокопоставленным офицерам Экзархата: вы знаете правду. Вы видели секретные директивы. Вы понимаете, что ваш лидер одержим безумной идеей. Остановите его, пока не поздно. Я был оружием в ваших руках пятнадцать лет, но теперь я сделал свой выбор. Выбор в пользу жизни, а не смерти. И предлагаю вам сделать то же самое.

Заседание Верховного Совета завершилось единогласным решением: признать свидетельство Зейлора Морвейна достоверным, объявить проект "Прометей" угрозой галактического масштаба, усилить оборону ключевых миров и начать операцию по нейтрализации резонаторов.

Когда Зейлор покидал зал вместе с Тессой, он чувствовал странное облегчение. Впервые в жизни он выступил публично не как оружие, а как личность. Не как инструмент чужой воли, а как человек, сделавший свой собственный выбор.

– Ты понимаешь, что только что стал самым известным человеком в галактике? – спросила Тесса, когда они шли по коридору.

– И самой желанной мишенью для "Тёмного Пакта", – добавил Зейлор.

– Да, но теперь они не смогут действовать тайно. Весь мир знает о тебе, о резонаторах, о плане Экзархата. Публичность – лучшая защита.

Зейлор остановился у панорамного окна, глядя на звёзды:

– Интересно, что сейчас чувствует Экзарх? Злость? Страх? Или он просто смеётся над нашей наивностью?

– Мы скоро узнаем, – ответила Тесса. – Судя по перехваченным сообщениям, "Тёмный Пакт" созывает экстренное заседание своего Военного Совета. Твоё выступление произвело эффект разорвавшейся бомбы.

– Надеюсь, мы успеем найти и обезвредить резонаторы до того, как они придумают, как активировать их без меня.

Тесса положила руку ему на плечо:

– Мы начинаем завтра. Первая цель – Эридан-II, ключевая планета нашего союзника, Федерации Вольных Технологий. По нашим данным, там скрыт один из самых мощных резонаторов.

Зейлор кивнул. Он знал, что настоящая война только начинается. Но теперь у галактики появился шанс. У него появился шанс.

Единственный псионик во вселенной больше не был оружием Экзархата. Теперь он стал надеждой для триллионов жизней, которым угрожал "Тёмный Пакт".

И где-то в глубине космоса на борту линкора "Очищение" Верховный Экзарх Тирий IV в бешенстве разбивал всё вокруг, наблюдая трансляцию из Калдариона. Его лучшее оружие, его ключ к божественному очищению галактики обратился против него. Глаза Экзарха пылали пурпурным огнём, когда он повернулся к своим генералам:

– Объявить наивысший уровень мобилизации. Активировать протокол "Пурпурная Заря". Я хочу этого мальчишку живым или мёртвым. Предпочтительно живым – его мозг ещё может послужить нашему делу.

– А как быть с резонаторами, Ваше Святейшество? – осмелился спросить один из генералов.

Экзарх улыбнулся, и это была улыбка безумца:

– Альтернативные методы активации уже разрабатываются. Если мальчишка думает, что он единственный ключ, он глубоко заблуждается. У нас есть… запасной вариант.

ГЛАВА 3: ЭХСЭ НА ЭРИДАНЕ

Известие о единственном псионике в галактике распространилось со скоростью гиперпространственного прыжка. Трансляцию выступления Зейлора Морвейна перед Верховным Советом "Стальной Галактики" смотрели триллионы существ на десятках тысяч планет.

Равновесия и его союзников к откровениям отнеслись с тревогой и надеждой. Повсюду начались проверки инфраструктуры в поисках скрытых резонаторов "Прометея". В системах "Тёмного Пакта" реакция была смешанной – официальные каналы блокировали трансляцию, но подпольные сети распространяли запись. На некоторых планетах Империи Скарнии начались стихийные протесты, жестоко подавленные властями. В Государстве Вершины публично казнили тысячи граждан за просмотр "вражеской пропаганды".

На Калдарионе IV Зейлор провёл бессонную ночь. Когда первые лучи местного солнца коснулись панорамных окон его апартаментов, он стоял на балконе, наблюдая за пробуждением космической станции. Внизу раскинулись висячие сады, наполненные экзотическими растениями из тысяч миров. Выше кружили личные атмосферные скаты – транспорт состоятельных граждан. Ещё выше в защитном куполе отражались звёзды и газовый гигант, вокруг которого вращался Калдарион.

– Не спится? – голос Тессы застал его врасплох.

Зейлор обернулся. Она стояла в дверях, облачённая в походную форму СЗР – функциональный комбинезон серебристо-голубого цвета с тактическими креплениями для оружия и снаряжения.

– Странное чувство, – ответил он. – Всю жизнь я был секретом. Теперь знает вся галактика.

– Это меняет правила игры, – кивнула Тесса, подходя ближе. – В отчётах разведки сообщается о массовых волнениях в системах "Тёмного Пакта". Твоё выступление посеяло семена сомнений.

– А что насчёт резонаторов?

– Обнаружено четырнадцать. Семь на планетах Союза, пять у Конфедерации Облачных Колоний, два в Республике Тарсидиан. Все замаскированы под элементы инфраструктуры – электростанции, коммуникационные узлы, медицинские комплексы.

Зейлор нахмурился:

– Это лишь малая часть. Экзархат десятилетиями готовился к этой операции.

– Именно поэтому нам нужна твоя помощь. Нейросканеры и квантовые детекторы не способны различить пассивные резонаторы. Только псионик может ощутить их уникальную сигнатуру.

Тесса протянула ему элегантную серебристую униформу:

– Командование подготовило для тебя спецэкипировку. Адаптивная ткань, тактические вставки, скрытое оружие. И полная защита от пси-блокаторов "Тёмного Пакта".

Зейлор осмотрел костюм. Тёмно-голубой с серебристыми акцентами, с символом звезды в равностороннем треугольнике на груди – эмблемой Союза. На плече была вышита стилизованная молния – его персональный знак.

– Первая миссия через час, – продолжила Тесса. – Эридан-II, главная планета Федерации Вольных Технологий. Там скрыт один из мощнейших резонаторов. И там же, по данным разведки, "Тёмный Пакт" готовит нечто особенное.

Космопорт Калдариона бурлил активностью. Сотни кораблей всех размеров взлетали и садились, перевозя людей, грузы, информацию. После выступления Зейлора Верховный Совет "Стальной Галактики" объявил полную мобилизацию. Военные корабли уходили в гиперпространство группами, направляясь к ключевым мирам для усиления обороны.

Зейлора и Тессу сопровождал отряд "Скайглейв" – элитные бойцы СЗР, уже доказавшие свою эффективность на Нексусе-IV. Командир Норин, высокий альтериец с серебристой кожей, приветствовал Зейлора формальным салютом.

– Мы гордимся служить с вами, псионик Морвейн, – его голос был мелодичным, но с металлическими нотками. – Моя планета могла стать следующей целью Экзархата.

Зейлор неловко кивнул:

– Просто Зейлор. Я всё ещё привыкаю к… общественному вниманию.

Их корабль ждал в специальном доке – "Серебряный Клинок", личная яхта Тессы. Изящное судно класса "Фантом" с модифицированными двигателями и усиленной бронёй. Зейлор заметил, что после миссии на Нексусе-IV на корабль установили дополнительные системы вооружения – орудийные турели, ракетные шахты, генераторы квантовых помех.

– Мы готовы к вылету, командир Эл'Вирин, – доложил пилот, канопеец с мембранами между пальцами.

– Курс на Эридан-II, максимальная скорость, – распорядилась Тесса, занимая место в командном кресле.

Корабль мягко оторвался от посадочной платформы и устремился в космос. Как только они миновали гравитационное поле Калдариона, активировался гиперпространственный двигатель. Мир за иллюминаторами растянулся, превратившись в радужный туннель ускоренной реальности.

– Расчётное время прибытия – четыре часа, – объявила Тесса. – Используем возможность для подробного брифинга.

В тактическом отсеке корабля развернулась голографическая проекция Эридана-II – зелёно-голубой планеты с тремя лунами и кольцом орбитальных станций.

– Федерация Вольных Технологий – самый технологически продвинутый член "Стальной Галактики", – начала Тесса. – Их главная планета, Эридан-II, является центром исследований и инноваций. Население – 3 миллиарда, большинство – учёные, инженеры, программисты.

Голограмма сфокусировалась на огромном городе, занимавшем почти целый континент.

– Новус-Прайм, столица. Здесь расположены ключевые исследовательские центры, включая Институт Квантовой Физики – предполагаемое местонахождение резонатора "Прометей".

– Почему именно там? – спросил Зейлор.

– По двум причинам. Во-первых, этот комплекс был построен с активным участием делегации Экзархата пять лет назад – дипломатический жест доброй воли. Во-вторых, наши агенты перехватили зашифрованные сообщения между институтом и секретными объектами "Тёмного Пакта".

Норин выступил вперёд:

– Есть и третья причина. За последний месяц вокруг института произошло несколько необъяснимых случаев массовой истерии, головных болей, галлюцинаций. Типичные побочные эффекты от неактивного резонатора.

– Наша задача, – продолжила Тесса, – проникнуть в институт под прикрытием, обнаружить резонатор и деактивировать его. Зейлор, ты единственный, кто может почувствовать его точное местоположение и нейтрализовать.

– А что насчёт этого "особенного", что готовит "Тёмный Пакт"? – поинтересовался Зейлор.

Тесса помрачнела:

– Разведданные неточные, но наши аналитики предполагают, что Экзархат разрабатывает альтернативный метод активации резонаторов. Что-то, не требующее настоящего псионика.

– Это невозможно, – покачал головой Зейлор. – Я видел схемы. Резонаторы настроены на уникальную частоту моего мозга.

– Если мы чему-то и научились, так это тому, что слово "невозможно" лишь временная преграда для мотивированных фанатиков, – мрачно заметил Норин.

Остаток полёта Зейлор провёл, изучая планы Института Квантовой Физики и медитируя, чтобы восстановить псионический резерв. Тесса периодически проверяла его состояние, помогая контролировать энергетические потоки.

– Ты быстро учишься, – заметила она, когда Зейлор продемонстрировал новую технику фокусировки энергии. – Большинству псионик-имитаторов требуются годы для подобного контроля.

– Псионик-имитаторов? – переспросил Зейлор.

– Да. В Союзе есть программа по развитию искусственных псионических способностей. Технические усилители, нейростимуляторы, фармацевтические катализаторы. Ничто не сравнится с врождённым талантом, но позволяет имитировать некоторые базовые аспекты.

Зейлор нахмурился:

– Вы создаёте искусственных псиоников? Чем это отличается от того, что делал Экзархат?

– Этикой и добровольностью, – ответила Тесса. – Наша программа открыта, научна, без принуждения. Только совершеннолетние добровольцы, полная психологическая поддержка, право на отказ в любой момент.

– И ты… одна из них? – догадался Зейлор.

Тесса кивнула:

– Псионик-имитатор третьего ранга. Могу создавать слабые телекинетические поля, улавливать эмоциональный фон, формировать простые энергетические конструкты. С помощью усилителей, конечно.

– Поэтому тебя назначили моим куратором.

– Частично. Я также имею опыт работы с беглецами из "Тёмного Пакта". И, кроме того, – она улыбнулась, – у меня репутация человека, способного справляться с непредсказуемыми ситуациями.

Объявление пилота прервало их разговор:

– Выход из гиперпространства через три минуты. Всем занять места для атмосферного входа.

Зейлор пристегнулся к креслу, чувствуя, как нарастает напряжение. Его первая официальная миссия в качестве союзника "Стальной Галактики" – нечто принципиально новое по сравнению с жизнью оружия в руках Экзархата.

"Серебряный Клинок" вышел из гиперпространства в системе Эридан. Перед ними раскинулась впечатляющая картина: зелёно-голубая планета, окружённая кольцом орбитальных станций, соединённых гравитационными лифтами. Три луны служили естественными оборонительными платформами, покрытыми турелями и радарными комплексами.

– Красиво, – выдохнул Зейлор.

– И опасно, – добавила Тесса. – Система обороны Эридана – одна из самых мощных в галактике. Даже "Тёмный Пакт" дважды подумает перед прямой атакой.

Они прошли орбитальный контроль, предоставив дипломатические коды СЗР, и направились к космопорту Новус-Прайма. По мере приближения к поверхности перед ними открывался величественный городской пейзаж: небоскрёбы, уходящие за облака, парящие платформы, транспортные артерии, пронизывающие мегаполис световыми трассами.

Институт Квантовой Физики возвышался в центре города – комплекс из пяти сверкающих башен, соединённых подвесными мостами. Вершины башен терялись среди облаков, подчёркивая грандиозный масштаб сооружения.

Их корабль приземлился на специальной дипломатической площадке. Встречающая делегация состояла из представителей Федерации Вольных Технологий – людей в строгих белых костюмах с голографическими интерфейсами, парящими вокруг.

– Приветствуем представителей Союза Звёздного Равновесия, – выступил вперёд высокий мужчина с имплантами на висках. – Я профессор Адриан Рейн, директор Института Квантовой Физики. Нам… оказана честь принимать единственного псионика галактики.

Зейлор отметил странную паузу в его речи и нервное подёргивание глаза. Что-то было не так.

– Мы благодарны за тёплый приём, – дипломатично ответила Тесса. – Как вы знаете, мы прибыли с инспекцией в рамках общегалактической проверки после раскрытия проекта "Прометей".

– Конечно, конечно, – закивал профессор. – Мы полностью сотрудничаем. Следуйте за мной, я проведу вас в центральную лабораторию.

Пока они шли, Зейлор активировал минимальную псионическую чувствительность – не достаточно, чтобы создать заметное энергетическое поле, но позволяющую считывать эмоциональный фон. Вокруг царила атмосфера страха и напряжения. Учёные институт избегали прямого взгляда, служба безопасности была излишне вооружена для научного учреждения.

– Что-то не так, – прошептал он Тессе. – Они напуганы.

– Держи глаза открытыми, – так же тихо ответила она. – Возможно, "Тёмный Пакт" уже здесь.

Они поднялись на лифте в центральную лабораторию – огромное помещение с десятками исследовательских станций, квантовыми компьютерами и голографическими проекциями сложнейших формул.

– Наша гордость, – натянуто улыбнулся профессор Рейн. – Здесь мы работаем над квантовой телепортацией, нейронными интерфейсами, гиперпространственными коммуникациями. Новейшие технологии на благо всей галактики.

Зейлор медленно обходил лабораторию, изучая оборудование. Его псионическое чутьё усиливалось – он чувствовал что-то… знакомое. Резонанс, подобный эху его собственной энергетической сигнатуры, но искажённый, неправильный.

– Профессор, – обратился он к директору, – где находится ваш основной квантовый реактор?

Рейн напрягся:

– О, это секретная зона. Требуется специальный допуск…

– У нас есть полномочия от Верховного Совета "Стальной Галактики", – вмешалась Тесса, активируя голографический документ. – Полный доступ ко всем объектам, включая секретные.

Директор побледнел:

– Конечно… но должен предупредить, что реактор находится в режиме испытаний. Возможны нестабильности…

– Ведите, – жёстко скомандовал Норин, положив руку на оружие.

Профессор Рейн неохотно повёл их к лифту, ведущему в подземные уровни. По мере спуска Зейлор ощущал всё более сильный псионический резонанс. Что-то мощное и древнее ждало их внизу.

Лифт остановился на уровне, обозначенном как "Омега". Двери открылись в полутёмный коридор с пульсирующим пурпурным светом в дальнем конце.

– Это… – прошептал Зейлор. – Резонатор здесь. Я чувствую его.

– Пурпурное свечение, – нахмурилась Тесса. – Типичный признак технологий Экзархата.

Они двинулись по коридору, бойцы "Скайглейва" рассредоточились, держа оружие наготове. Профессор Рейн шёл впереди, его движения становились всё более механическими, будто его контролировали извне.

Коридор привёл их в огромный зал, в центре которого возвышалась конструкция, вызвавшая у Зейлора приступ головокружения – сфера из неизвестного металла с пурпурными энергетическими жилами, пульсирующими в странном ритме. Вокруг неё на платформах работали десятки учёных, многие с имплантами на голове, похожими на паразитов.

– Вот он, – выдохнул Зейлор. – Резонатор "Прометей".

Внезапно профессор Рейн застыл и медленно повернулся к ним. Его глаза засветились пурпурным светом, голос стал механическим:

– ПСИОНИК ОБНАРУЖЕН. АКТИВИРУЮ ПРОТОКОЛ ЗАХВАТА.

– Засада! – крикнула Тесса, выхватывая оружие.

Лаборатория взорвалась активностью. Учёные как один обернулись, их глаза светились тем же пурпурным светом. Из стен выдвинулись скрытые турели, нацелившись на группу.

– Всё помещение под контролем Экзархата! – воскликнул Норин, активируя защитное поле.

Зейлор мгновенно создал псионический щит, защищая команду от первого залпа. Энергетические разряды отскочили от голубого барьера.

– Вижу источник контроля! – крикнула Тесса, указывая на устройство под потолком, испускающее пурпурное излучение. – Это нейро-доминатор Экзархата!

– Я займусь им, – решительно сказал Зейлор. – Прикройте меня!

Он сосредоточился, направляя псионическую энергию в точечный удар. Голубой луч вырвался из его руки и врезался в нейро-доминатор, разбивая устройство на куски. Учёные попадали на пол, освобождённые от контроля, но турели продолжали стрелять.

– Система безопасности автономна! – крикнул Норин, ведя огонь по ближайшей турели. – Нужно добраться до главного компьютера!

Тесса активировала свой тактический голоинтерфейс:

– Команда "Альфа" – защищайте освобождённых учёных! "Бета" – нейтрализуйте системы безопасности! Зейлор, займись резонатором!

Зал превратился в хаос боя. Бойцы "Скайглейва" прикрывали учёных, выводя их из зоны огня. Тесса хакнула терминал, пытаясь отключить автоматические системы защиты. Зейлор пробивался к центру зала, где пульсировал резонатор.

По мере приближения к устройству его псионические способности стали искажаться. Резонатор реагировал на его присутствие, энергетические жилы меняли цвет с пурпурного на красный.

– Что-то не так! – крикнул Зейлор. – Он никогда так не реагировал!

В этот момент из-за резонатора вышла фигура в белом лабораторном халате – молодая женщина с абсолютно белыми глазами и металлическими имплантами, покрывающими половину лица.

– Зейлор Морвейн, – произнесла она странно спокойным голосом. – Проект "Прометей" приветствует своего создателя.

Зейлор застыл:

– Кто ты?

– Я – то, чем ты должен был стать. Я – Эхсэ, первый искусственный псионик Экзархата.

Женщина подняла руку, и вокруг неё возникло искажённое подобие псионического поля – красное, нестабильное, но мощное.

– Невозможно, – выдохнул Зейлор. – Экзархат десятилетиями не мог воспроизвести псионические способности!

– Они не могли, – согласилась Эхсэ. – Пока не получили образцы твоего мозга во время экспериментов. Моя нейроструктура – точная копия твоей, созданная искусственно и усиленная технологиями Осколков Бездны.

Она сделала жест рукой, и волна искажённой псионической энергии ударила в Зейлора. Он блокировал атаку собственным щитом, но почувствовал, как его энергия нестабильно флуктуирует от контакта с чужеродной силой.

– Тесса! – крикнул он. – Они создали искусственного псионика!

– Этого не может быть! – отозвалась она, продолжая работать над терминалом. – Псионика невоспроизводима технологическими средствами!

– Технологическими – возможно, – ответила Эхсэ, услышав их обмен. – Но не биотехнологическими. Моё тело – симбиоз человеческой плоти и сущности Осколков Бездны.

Она атаковала снова, на этот раз с большей силой. Зейлор едва успел увернуться, ощущая, как часть энергетического удара прошла сквозь его защиту, обжигая плечо.

– Ты слаб, Зейлор Морвейн, – продолжала Эхсэ. – Твоя псионика ограничена человечностью. Моя – расширена за пределы органических ограничений.

– И какова цена? – выкрикнул Зейлор, концентрируя энергию для контратаки. – Ты помнишь, кем была до этого? У тебя есть воспоминания? Чувства? Или ты просто марионетка Экзархата?

На мгновение в белых глазах Эхсэ мелькнуло что-то человеческое – боль, замешательство, страх. Но тут же исчезло под волной механического контроля.

– Я – инструмент очищения, – монотонно произнесла она. – Как должен был стать ты.

Зейлор использовал момент её эмоционального колебания для мощного псионического удара. Голубая энергетическая волна врезалась в Эхсэ, отбрасывая её к резонатору. Дрожащая стыковка энергетических полей вызвала каскадный эффект – резонатор заискрился, его пульсация стала хаотичной.

– Система нестабильна! – крикнула Тесса, считывая данные с терминала. – Зейлор, искусственный псионик создаёт неконтролируемый резонанс! Если он достигнет критической точки, резонатор активируется в неуправляемом режиме!

– Что это значит? – запрыгивая за укрытие, спросил Норин.

– Вместо направленного выброса будет хаотичный взрыв псионической энергии. Он уничтожит не только разумных существ, но и всю планету!

Эхсэ поднялась, её тело окружало пульсирующее красное поле.

– Вы не понимаете, – теперь в её голосе проступали нотки страдания. – Я не могу контролировать это. Они связали меня с резонатором. Если я умру или потеряю контроль – он взорвётся.

Зейлор замер, анализируя ситуацию. Он видел, как энергетические потоки между Эхсэ и резонатором формируют замкнутый цикл. Искусственный псионик действительно была привязана к устройству на квантовом уровне.

– Мы можем помочь тебе, – осторожно сказал он, делая шаг вперёд. – СЗР имеет технологии для разрыва таких связей.

– Ложь, – прошипела Эхсэ, но в её глазах мелькнуло сомнение. – Экзархат предупреждал, что вы попытаетесь обмануть меня.

– Экзархат использует тебя, как хотел использовать меня, – настаивал Зейлор. – Как инструмент массового убийства. Ты заслуживаешь собственной жизни, собственного выбора.

Внезапно системы безопасности отключились – Тессе удалось взломать главный компьютер. Наступила относительная тишина, нарушаемая лишь стонами раненых и тревожным гудением резонатора.

– Энергетический уровень достиг 70% от критического, – доложила Тесса. – У нас минут десять, не больше.

Зейлор медленно подошёл к Эхсэ:

– Позволь мне помочь. Я могу стабилизировать резонатор, как сделал это на Нексусе-IV. Но мне нужен доступ к управляющим цепям.

– Они убьют меня, если я позволю тебе, – прошептала Эхсэ, и Зейлор впервые увидел слезы, стекающие по её частично механизированному лицу. – Они всегда внутри моей головы… всегда наблюдают…

– Кто ты? – тихо спросил Зейлор. – До того, как стала Эхсэ?

– Я… я не помню, – женщина закрыла глаза. – Иногда приходят образы. Академия… лаборатория… боль… Меня звали… Елена? Элина? Не помню…

– Елена Шоу, – внезапно произнесла Тесса, изучая данные на терминале. – Пропавшая три года назад научный сотрудник Федерации. Специалист по квантовой нейробиологии.

Эхсэ вздрогнула, услышав имя:

– Да… Это было моё имя. Они… они сказали, что я доброволец. Что я помогаю великому делу. А потом была только боль и тьма…

– Мы можем освободить тебя, – Зейлор протянул руку. – Я чувствую связь между тобой и резонатором. Это псионическая цепь. Я могу разорвать её, не повредив твой разум.

– 80% до критического уровня, – напряжённо сообщила Тесса. – Решайте быстрее!

Эхсэ смотрела на протянутую руку Зейлора, её лицо отражало мучительную внутреннюю борьбу. Внезапно она схватилась за голову:

– Они активировали имплант! Они пытаются взять полный контроль!

Её глаза мерцали между человеческим карим и механическим белым. Тело содрогалось в конвульсиях.

– Сейчас или никогда, – решительно сказал Зейлор и бросился вперёд, обхватывая Эхсэ руками.

Он активировал полную псионическую силу, окружая их обоих сияющим голубым коконом энергии. Псионические поля соприкоснулись, вызывая каскад визуальных искажений – голубое и красное сливались, боролись, трансформировались.

Зейлор погрузился в сознание Эхсэ – хаотичный лабиринт настоящих воспоминаний, искусственных имплантаций и чужеродных сущностей. Он увидел момент её захвата агентами Экзархата, жестокие эксперименты, внедрение осколка Бездны в её мозг, программирование псионического резонанса.

– Я вижу цепь, – проговорил он вслух, хотя его сознание было погружено в ментальный контакт. – Квантовая связь между её псионическим центром и ядром резонатора.

– 90%! – крикнула Тесса. – Зейлор, поторопись!

Псионик сконцентрировался на квантовой цепи, соединяющей Эхсэ с резонатором. Это была сложнейшая энергетическая структура, созданная гением Экзархата и дополненная аномальными свойствами Осколков Бездны. Разрушить её прямой атакой – значит убить Эхсэ и, возможно, спровоцировать взрыв резонатора.

Вместо этого Зейлор начал методично замещать чужеродную энергию своей собственной, создавая буфер между разумом женщины и инопланетным контролем. Он чувствовал сопротивление – что-то древнее и холодное внутри Эхсэ боролось за контроль.

– Елена, – позвал он мысленно. – Ты должна сама разорвать связь. Найди свою истинную сущность. Своё настоящее я.

В ментальном пространстве он видел тень женщины, окружённую пурпурными цепями и красными нитями энергии.

– Я не могу, – отозвался слабый голос. – Они слишком глубоко…

– 95%! – донёсся голос Тессы из реального мира.

Зейлор понял, что у них остаются секунды. Он принял отчаянное решение:

– Тогда позволь мне направить твою силу. Вместе мы перепрограммируем резонатор, как я сделал на Нексусе.

Он почувствовал колебание, затем согласие. Ментальная форма Елены протянула руку, соприкасаясь с его сознанием.

Мир взорвался калейдоскопом энергий. Голубое и красное слились в фиолетовый вихрь, охвативший резонатор. Зейлор чувствовал, как их объединённая псионическая сила течёт через устройство, меняя его квантовую структуру.

В реальности резонатор начал изменяться – пурпурные энергетические жилы стали фиолетовыми, затем голубыми. Металлическая сфера загудела на новой частоте, её поверхность покрылась сложными узорами.

– Невероятно, – выдохнула Тесса, наблюдая трансформацию. – Они перепрограммируют его на молекулярном уровне!

Зейлор и Эхсэ парили в воздухе, окружённые сияющим коконом псионической энергии. Их тела светились изнутри, глаза испускали лучи чистого света.

– 99%… нет, уровень падает! 90%… 80%… – Тесса следила за показаниями. – Они перенаправляют энергию!

Внезапно резонатор вспыхнул ослепительным голубым светом. Волна чистой энергии разошлась по лаборатории, затем по всему институту, затем по городу. Но вместо разрушения она несла исцеление – люди, находившиеся под воздействием технологий Экзархата, освобождались от контроля. Импланты отключались, искусственные связи разрывались.

Зейлор и Эхсэ медленно опустились на пол. Псионический кокон рассеялся, оставив их истощёнными, но живыми. Женщина открыла глаза – теперь снова карие, человеческие.

– Что… что произошло? – прошептала она.

– Мы перепрограммировали резонатор, – ответил Зейлор, с трудом поднимаясь на ноги. – Вместо уничтожения жизни он теперь нейтрализует технологии контроля Экзархата.

Тесса подбежала к ним, проверяя жизненные показатели обоих псиоников:

– Волна охватила весь город. Все агенты влияния "Тёмного Пакта" нейтрализованы. Скрытые импланты деактивированы.

Елена – уже не Эхсэ – коснулась своего лица, ощущая неактивные металлические части:

– Они всё ещё внутри меня. Осколки…

– Мы поможем, – уверенно сказала Тесса. – У Союза есть технологии для удаления таких имплантов.

– Важнее другое, – Зейлор пристально посмотрел на Елену. – Ты первый успешный искусственный псионик. Экзархат нашёл способ воспроизвести псионические способности.

– С помощью биотехнологий Осколков Бездны, – кивнула женщина. – Я помню обрывки… Они называли это "Проект Эхо". Создание армии искусственных псиоников для активации всех резонаторов одновременно.

Тесса и Зейлор обменялись тревожными взглядами.

– Если у них получилось один раз… – начала Тесса.

– Они будут пытаться снова, – закончил Зейлор. – И в следующий раз их творение может не пойти против них.

Восемь часов спустя "Серебряный Клинок" покидал атмосферу Эридана-II. На борту, помимо команды СЗР, находилась Елена Шоу – освобождённая от контроля Экзархата, но всё ещё несущая в себе часть чужеродных технологий. Резонатор был демонтирован и перевезён в секретную лабораторию Федерации для исследования его новой конфигурации.

Зейлор сидел в медицинском отсеке, восстанавливаясь после псионического перенапряжения. Тесса вошла с планшетом в руках:

– Отчёт из штаб-квартиры. Верховный Совет в полном составе просмотрел записи миссии. Они в шоке от появления искусственного псионика.

– И что они предлагают? – спросил Зейлор.

– Полная мобилизация всех ресурсов для поиска остальных резонаторов. Усиленная защита ключевых планет. И… – она замялась. – Они хотят, чтобы Елена прошла полное обследование в лабораториях СЗР. Возможно, её опыт поможет найти способ противодействия технологиям Осколков Бездны.

– Она согласилась?

– Да, при условии, что ты будешь участвовать в процессе. Она доверяет только тебе после того ментального контакта.

Зейлор задумчиво кивнул:

– Во время слияния сознаний я видел фрагменты планов Экзархата. "Проект Эхо" – лишь начало. Они готовят что-то большее, связанное с самими Осколками Бездны.

– Что именно?

– Не уверен. Образы были размытыми, фрагментарными. Но я чувствовал… ужас. То, что они планируют, выходит за рамки обычной войны.

Корабль вошёл в гиперпространство, направляясь к Калдариону. В иллюминаторе растянулись звёзды, превращаясь в радужные полосы.

– Что теперь? – спросил Зейлор. – Какова следующая цель?

Тесса активировала голографическую карту галактики:

– Верховный Совет определил три приоритетные зоны для следующих миссий. Агатон-V в секторе Персея, Новая Терра в созвездии Ориона, и… – она сделала паузу, – планета Иллион, столица Технократического Дома, союзника Экзархата.

– Иллион? – удивился Зейлор. – Но это территория "Тёмного Пакта". Как мы туда проникнем?

– Именно поэтому Верховный Координатор хочет видеть тебя немедленно по возвращении. Операция потребует… нестандартного подхода.

Зейлор посмотрел на звёзды за иллюминатором. Галактика вступала в новую фазу конфликта. "Тёмный Пакт" создал первого искусственного псионика, что меняло весь баланс сил. Проект "Прометей" эволюционировал, становясь ещё более опасным.

А он, Зейлор Морвейн, единственный настоящий псионик в галактике, оказался в эпицентре бури, которая грозила поглотить все цивилизованные миры.

– Мы справимся, – тихо сказала Тесса, словно читая его мысли. – Ты больше не один.

Зейлор кивнул, чувствуя странное тепло от этих слов. Впервые в своей жизни он действительно не был один. У него была цель, союзники и, возможно, даже друзья.

А где-то в глубинах космоса, на борту мрачного флагмана "Очищение", Верховный Экзарх Тирий IV получал доклад о провале миссии на Эридане-II. Его глаза пылали пурпурным пламенем, когда он отдал новый приказ:

– Активировать "Проект Бездна". Пришло время освободить истинную силу наших союзников.

ГЛАВА 4: ПУРПУРНЫЙ РАССВЕТ

Они пришли без предупреждения.

В 03:27 по галактическому стандартному времени орбитальные станции дальнего обнаружения в системе Альтарис зафиксировали квантовые возмущения. В 03:28 тридцать восемь гиперпространственных разрывов изорвали пустоту вокруг планеты. В 03:29 первые термоядерные заряды уничтожили защитные платформы. В 03:32 столица превратилась в расплавленное озеро.

За шесть часов до атаки, на планете-крепости Фортресс Прайм, столице Государства Вершины, состоялось историческое заседание Военного Собрания. Массивный амфитеатр, высеченный из цельного куска горной породы, заполнили тысячи высокопоставленных офицеров в серо-стальной форме с красными нашивками. В центре на возвышении стоял Верховный Вождь Сорнар Клейд – высокий, атлетичный мужчина с бритой головой и холодными серыми глазами. Его лицо, изрезанное шрамами от множества боевых операций, транслировалось на миллионы экранов по всей Пиктории.

– ГРАЖДАНЕ Виктории! – загремел его голос, усиленный акустической системой. – СЕГОДНЯ НАСТАЛ ЧАС ДОКАЗАТЬ НАШУ СИЛУ! СЕГОДНЯ СЛАБЫЕ ПАДУТ ПЕРЕД МОЩЬЮ НАШЕЙ ИМПЕРИИ!

Офицеры вскочили с мест, вскидывая руки в характерном жесте приветствия.

– ДОЛГИЕ ГОДЫ МЫ ГОТОВИЛИСЬ К ЭТОМУ МОМЕНТУ! – продолжал Клейд, его голос нарастал как ураган. – НАШИ ФАБРИКИ РАБОТАЛИ БЕЗ ОСТАНОВКИ! НАШИ СОЛДАТЫ ТРЕНИРОВАЛИСЬ ДО ИЗНЕМОЖЕНИЯ! ПЯТЬ МИЛЛИАРДОВ ВОИНОВ ВЫСШЕЙ РАСЫ ГОТОВЫ НЕСТИ НАШ ПОРЯДОК СЛАБЫМ МИРАМ!

На огромных экранах позади него появились карты галактики с отмеченными целями – ключевые планеты Республики Тарсидиан и Союза Звёздного Равновесия.

– МЫ ОБЪЕДИНЯЕМ УСИЛИЯ С "ТЁМНЫМ ПАКТОМ" НЕ ПОТОМУ, ЧТО РАЗДЕЛЯЕМ ИХ ФАНАТИЧНУЮ ВЕРУ, – презрительно фыркнул Клейд, – А ПОТОМУ, ЧТО ЭТО ПРАКТИЧНЫЙ СОЮЗ ДЛЯ УНИЧТОЖЕНИЯ НАШИХ ОБЩИХ ВРАГОВ! КОГДА РЕСПУБЛИКА ТАРСИДИАН И СОЮЗ ЗВЁЗДНОГО РАВНОВЕСИЯ ПАДУТ, МЫ РАЗДЕЛИМ ИХ ТЕРРИТОРИИ И РЕСУРСЫ!

Он поднял руку, и в зал вошла делегация Экзархата – высокопоставленные священники в пурпурных одеяниях. Их лица были бледными, глаза горели фанатичным огнём.

– АДМИРАЛ ХЕЙДОН! – рявкнул Клейд, и к нему поднялся могучий офицер с кибернетическими имплантами. – ДОЛОЖИТЕ О ГОТОВНОСТИ ФЛОТА ВЕРШИНЫ!

– Главный флот Вершины в полной боевой готовности, мой Вождь! – отчеканил адмирал. – 8000 линейных кораблей, 15000 крейсеров и 50000 эсминцев готовы к одновременному прыжку! Армии доминирования погружены на десантные корабли! Орден Вершины ждёт ваших приказов!

Клейд повернулся к парламентерам Экзархата:

– ПЕРЕДАЙТЕ ЭКЗАРХУ, ЧТО ФЛОТ ВЕРШИНЫ НАНЕСЁТ ГЛАВНЫЙ УДАР ПО РЕСПУБЛИКЕ ТАРСИДИАН, КАК МЫ И ДОГОВАРИВАЛИСЬ! МЫ СОКРУШИМ ИХ СТОЛИЦУ ЗА ШЕСТЬ ЧАСОВ! – Он повернулся к огромному экрану с хронометром. – ВОЙНА НАЧНЁТСЯ В 03:27 ПО ГАЛАКТИЧЕСКОМУ ВРЕМЕНИ! РОВНО ТОГДА, КОГДА ЗВЁЗДНЫЕ СИСТЕМЫ ЗАЙМУТ ИДЕАЛЬНУЮ ПОЗИЦИЮ ДЛЯ НАШЕГО УДАРА!

Военное Собрание взорвалось оглушительным рёвом одобрения. Миллионы граждан Пиктории, наблюдавшие за трансляцией, исступлённо скандировали лозунги режима. В учебных лагерях дети выстраивались в идеальные шеренги, готовясь заменить тех, кто падёт в грядущих битвах.

Паника распространялась по галактическим каналам связи со скоростью квантовых передатчиков. Системы дальней связи не справлялись с потоком экстренных сообщений. Миллионы кораблей поднимались с поверхностей планет "Стальной Галактики", превращая орбитальные пространства в хаос эвакуации.

Первый удар был ошеломляющим по своей скоординированности. Войска Пиктории обрушились на Республику Тарсидиан с безжалостной эффективностью. Серо-стальные боевые корабли прорезали оборонительные линии, словно раскалённый нож сквозь масло. За ними шли десантные платформы Ордена Вершины – элитных войск, чья преданность Вождю была абсолютной.

– ВСЕМ СИЛАМ СОЮЗА ЗВЁЗДНОГО РАВНОВЕСИЯ! МАССИРОВАННАЯ АТАКА! ПОВТОРЯЮ, МАССИРОВАННАЯ АТАКА В ДВАДЦАТИ СЕМИ СИСТЕМАХ! – кричал командир оборонительного флота в секторе Аргос. Через семь секунд его корабль испарился под ударом орбитальной пушки Экзархата.

Голографические карты в командном центре Калдариона мигали красным. Одна система за другой сообщали о нападении сил "Тёмного Пакта". Планета за планетой объявляли чрезвычайное положение. Крупные города горели. Орбитальные станции рушились. Беженцы заполняли космические коридоры.

На мониторах непрерывно транслировались новые сообщения о военных успехах Пиктории. Планета Новая Акра, главный аграрный мир Республики Тарсидиан, пала за два часа. Космодромы были уничтожены прицельными ударами. Над главными городами зависли огромные "Цитадели Порядка" – орбитальные платформы Пиктории, с которых высаживались оккупационные войска. Любое сопротивление подавлялось с беспощадной жестокостью.

Великая Галактическая Война началась.

Зейлора подбросило с кровати сиреной тревоги высшего уровня. Пол под ногами дрожал – вся космическая станция Калдарион IV вибрировала от активации защитных систем.

– ВНИМАНИЕ ВСЕМУ ПЕРСОНАЛУ! БОЕВАЯ ТРЕВОГА! ВСЕМ ЗАНЯТЬ МЕСТА СОГЛАСНО ПРОТОКОЛУ "АЛЫЙ ЩИТ"! ПОВТОРЯЮ, ПРОТОКОЛ "АЛЫЙ ЩИТ"!

Он едва успел натянуть боевой костюм, когда дверь его каюты распахнулась. На пороге стояла Тесса – бледная, с кровью на виске и диким взглядом.

– Они повсюду! – выкрикнула она, хватая его за руку. – "Тёмный Пакт" атаковал одновременно все ключевые миры! Калдарион под ударом!

– Что? – Зейлор не мог осмыслить масштаб происходящего. – Когда? Как они…

Станция содрогнулась от мощного удара. Свет моргнул, гравитация на секунду отключилась. В коридоре слышались крики и топот бегущих ног.

– Пять минут назад! – Тесса тащила его к выходу. – Флагман Экзархата "Очищение" вышел из гиперпространства в сопровождении двухсот кораблей! Они пробивают наши щиты! Государство Вершины атаковало Республику Тарсидиан – наш главный союзник уже теряет ключевые миры!

Они выбежали в коридор, заполненный паникующими людьми. Гражданские метались в поисках эвакуационных капсул. Военные пытались установить порядок. Медицинский персонал уже тащил первых раненых.

На информационных экранах мелькали кадры с фронтов – безжалостные штурмовики Пиктории в серо-стальной броне продвигались через руины городов Тарсидиана. Их тактика не предусматривала пленных – гражданское население либо немедленно сдавалось на милость победителей, либо уничтожалось. За штурмовиками следовали "Сортировщики" – специальные подразделения, распределявшие выживших на "полезные трудовые единицы" и "непригодные элементы".

– Верховный Координатор приказала доставить тебя в командный центр немедленно! – прокричала Тесса, прокладывая путь через толпу. – Ты слишком ценен, чтобы рисковать при эвакуации!

Новый удар сотряс станцию. На этот раз часть потолка обрушилась, раздавив нескольких бегущих людей. Крики усилились. Системы жизнеобеспечения завыли предупреждающими сигналами.

– НАРУШЕНИЕ ЦЕЛОСТНОСТИ ВЕРХНИХ СЕКТОРОВ! ДЕКОМПРЕССИЯ В ЖИЛЫХ БЛОКАХ А-7 ЧЕРЕЗ B-12! ВСЕМ НЕМЕДЛЕННО ПОКИНУТЬ УКАЗАННЫЕ СЕКТОРЫ!

Зейлор активировал псионическую защиту, создавая барьер над их головами, когда очередной кусок обшивки рухнул сверху. Металл раскрошился о голубой энергетический щит.

– Сюда! – Тесса втолкнула его в технический лифт. – Он ведёт прямо в командный бункер!

Двери закрылись, отсекая какофонию паники. В тишине лифта Зейлор наконец смог сосредоточиться:

– Что случилось? Почему они атаковали именно сейчас?

Лицо Тессы исказилось от ярости и боли:

– После нашей миссии на Эридане-II. Экзархат объявил "священный крестовый поход очищения" против "еретиков и пособников Зейлора Морвейна". Государство Вершины увидело в этом возможность реализовать свои захватнические планы. – Она активировала голографический экран на предплечье. – Смотри.

Голография разделилась на два изображения. На одном – Верховный Экзарх Тирий IV в пурпурных одеждах, с горящими красными глазами, провозглашающий крестовый поход перед миллионами фанатиков. На другом – Верховный Вождь Сорнар Клейд, выступающий перед Военным Собранием Пиктории.

"НАСТАЛ ЧАС ОЧИЩЕНИЯ! ЕРЕТИК ЗЕЙЛОР МОРВЕЙН ОСКВЕРНИЛ БОЖЕСТВЕННЫЕ ТЕХНОЛОГИИ! ПРЕСТУПНЫЙ СОЮЗ ЗВЁЗДНОГО РАВНОВЕСИЯ УКРЫВАЕТ ВРАГА ВЕРЫ! СЕГОДНЯ МЫ ПРИНЕСЁМ ОЧИЩАЮЩИЙ ОГОНЬ НА ИХ ПЛАНЕТЫ! СЕГОДНЯ НАЧИНАЕТСЯ ВЕЛИКИЙ КРЕСТОВЫЙ ПОХОД!" – гремел голос Экзарха.

"СИЛА – ЕДИНСТВЕННЫЙ ЗАКОН ВСЕЛЕННОЙ! СЕГОДНЯ МЫ ДОКАЖЕМ, ЧТО ГОСУДАРСТВО ВЕРШИНЫ – СИЛЬНЕЙШАЯ ДЕРЖАВА ГАЛАКТИКИ! СЛАБЫЕ ДЕМОКРАТИИ РЕСПУБЛИКИ ТАРСИДИАН ПАДУТ ПОД НАШИМ НАТИСКОМ! ИХ РЕСУРСЫ СТАНУТ НАШИМИ! ИХ НАРОДЫ БУДУТ СЛУЖИТЬ ВЕЛИКОЙ ВЕРШИНЕ!" – вторил ему Клейд.

Толпы на обоих изображениях ревели в экстазе. Миллионы фанатиков Экзархата скандировали: "ОЧИЩЕНИЕ! ОЧИЩЕНИЕ!" Миллионы солдат Пиктории отвечали им: "СИЛА! ПОРЯДОК! ВЕРШИНА!"

– Это транслировалось на все миры "Тёмного Пакта" двенадцать часов назад, – мрачно пояснила Тесса. – Экзархат объединил все свои силы под знаменем религиозной войны, а Государство Вершины использует ситуацию для территориальной экспансии.

Лифт содрогнулся от нового удара по станции. Свет погас, затем вспыхнул аварийный красный. Они продолжили движение, но медленнее.

– Но почему сейчас? – настаивал Зейлор. – После Эридана-II прошло две недели. Почему они не атаковали раньше?

– Они ждали, – горько ответила Тесса. – Готовились. Накапливали силы. – Она взглянула ему прямо в глаза. – И создавали новых искусственных псиоников.

Зейлор похолодел:

– Что?!

– Разведка перехватила данные… Проект "Эхо" был расширен. Экзархат поставил производство искусственных псиоников на поток. У них уже не меньше двадцати таких, как Эхсэ… Елена. А Государство Вершины мобилизовало пять миллиардов солдат активного резерва – крупнейшую армию в истории галактики.

Лифт остановился, двери открылись в хаос командного центра. Десятки офицеров кричали в коммуникаторы, стратегические голограммы мерцали, показывая разрушения по всей галактике. В центре стояла Верховный Координатор Аэлин Арн'Тарос – её обычно безупречный вид сменился боевой броней, а лицо исказилось от напряжения.

– Зейлор! – воскликнула она, увидев его. – Наконец-то! – Она повернулась к стратегической карте. – Ситуация критическая. "Тёмный Пакт" атаковал одновременно семьдесят три планеты "Стальной Галактики". Их ударные группы возглавляют новые искусственные псионики, способные активировать резонаторы. Государство Вершины обрушилось на Республику Тарсидиан всей мощью своих Армий Доминирования.

– Семьдесят три?! – выдохнул Зейлор. – Но как они координировали такую массированную атаку?

– Технологии Осколков Бездны, – мрачно ответила Аэлин. – Они используют какую-то форму внепространственной коммуникации, неподверженную задержкам и помехам. А Государство Вершины применяет новую тактику молниеносной войны – они называют её "Стальной Кулак". Полное уничтожение военной инфраструктуры в первые минуты, затем массированная высадка войск.

Новый удар сотряс станцию. Системы связи на мгновение отключились, затем восстановились.

– Доклад обороны! – крикнула Аэлин.

– Внешние щиты на 37%! – отчитался офицер. – Флагман Экзархата применяет какое-то новое оружие… оно пробивает наши барьеры, как бумагу! С противоположного фланга зашли крейсеры Пиктории – они расстреливают эвакуационные коридоры!

– Эвакуация гражданских?

– 22% завершено… Не успеваем! Их истребители атакуют спасательные капсулы!

Аэлин стиснула зубы, затем повернулась к Зейлору:

– У нас мало времени. Я должна оставаться здесь, координировать оборону и эвакуацию. Но тебя мы не можем потерять.

– Я могу помочь! – возразил Зейлор. – Мои псионические способности…

– Будут бесполезны против двадцати искусственных псиоников Экзархата и миллиардов солдат Пиктории, – оборвала его Аэлин. – Их специально создали, чтобы нейтрализовать тебя. – Она положила руку ему на плечо. – Сейчас важнее сохранить единственного настоящего псионика галактики. Ты нужен для контрнаступления.

– Контрнаступления? – горько усмехнулся Зейлор. – Когда вся галактика горит?

– Именно поэтому, – серьёзно ответила Аэлин. – Мы обнаружили нечто критически важное. Базу, где Экзархат массово производит искусственных псиоников. Если мы уничтожим её, их преимущество значительно сократится. А на Фортресс Прайм, столице Пиктории, находится центральный командный узел их флота. Два удара – и коалиция "Тёмного Пакта" будет серьёзно ослаблена.

Экраны командного центра внезапно замигали, показывая приближение новой волны кораблей.

– Множественные гиперпространственные разрывы! – закричал офицер связи. – Ещё корабли "Тёмного Пакта"!

– Нет! – вдруг воскликнула Аэлин, вглядываясь в данные. – Это не "Тёмный Пакт"! Это…

Изображение на главном экране сменилось. Появилось изображение величественного космического корабля, похожего на парящий город из золота и кристалла.

– Приветствую Верховного Координатора Аэлин Арн'Тарос, – раздался мелодичный голос. – Говорит Верховный Навигатор Эллиан Зар'Вордис. Конфедерация Облачных Колоний прибыла с подкреплением.

По командному центру прокатилась волна облегчения.

– Слава богам! – выдохнула Аэлин. – Ваш флот как нельзя кстати, Верховный Навигатор.

– Мы привели двести семьдесят боевых кораблей, – ответил Эллиан. – И не только мы. К нам присоединились флоты Республики Тарсидиан и Федерации Вольных Технологий. Мы прикроем вашу эвакуацию.

– Эвакуацию? – удивилась Аэлин. – Мы ещё можем удержать Калдарион!

– При всём уважении, Координатор, – голос Эллиана стал жёстче. – "Тёмный Пакт" направляет сюда главные силы. Наши разведданные говорят о второй волне из пятисот кораблей. Среди них – новый супердредноут Экзархата "Длань Веры" и флагман Пиктории "Кулак Вождя". Мы не сможем противостоять такой мощи.

Аэлин опустила голову, осознавая поражение.

– Как много ещё миров мы потеряем сегодня? – тихо спросила она.

– Многие, – честно ответил Эллиан. – Но не всё потеряно. Наши объединённые флоты уже контратакуют в системах Эридан и Процион. Республика Тарсидиан мобилизовала все силы. Федерация Вольных Технологий развернула новые оборонительные системы. "Стальная Галактика" не сдастся без боя.

Аэлин выпрямилась, её лицо обрело решимость:

– Объявить полную эвакуацию Калдариона. Все данные, все технологии, все люди – в спасательные корабли. Активировать протокол "Выжженная земля" – ничего не должно достаться врагу.

Офицеры бросились выполнять приказ. Зейлор стоял в центре этого хаоса, ощущая бессилие. Его псионические способности, казавшиеся уникальными и могущественными, вдруг потеряли значение перед лицом массированной атаки искусственных псиоников и миллиардов солдат Пиктории.

Тесса взяла его за руку:

– Идём. Нас ждёт специальный транспорт.

– Куда мы направляемся? – спросил Зейлор, следуя за ней через запасной выход из командного центра.

– Цитадель, – ответила Тесса. – Тайная база верховного командования "Стальной Галактики". Туда стекаются все уцелевшие силы сопротивления.

Они бежали по коридорам умирающей станции. Вокруг царил хаос эвакуации – перепуганные люди, раненые, плачущие дети. Системы жизнеобеспечения отказывали одна за другой. Зейлор чувствовал, как космическая станция – дом для миллионов – медленно погибает.

На информационных экранах продолжали транслировать кадры с фронтов. Теперь к ним добавились записи с Фортресс Прайм – столицы Пиктории. Миллионы солдат маршировали по огромным площадям под раскатистую военную музыку. Верховный Вождь Клейд стоял на гигантской трибуне, принимая парад победы, хотя война только началась.

– Вот наш транспорт, – Тесса указала на небольшой, но мощный корабль в дальнем углу аварийного дока. – "Серебряный Клинок". Я приказала подготовить его для быстрого отступления.

Они поднялись на борт. В главном отсеке уже собралась команда – оставшиеся бойцы "Скайглейва" под командованием Норина и… Елена Шоу, бывшая Эхсэ, спасённая ими на Эридане-II.

– Ситуация критическая, – без предисловий начал Норин. – "Тёмный Пакт" прорвал оборону в семнадцати ключевых системах. Их искусственные псионики активируют резонаторы как часовые механизмы. А Армии Доминирования Пиктории захватили уже восемь планет Республики Тарсидиан.

– Но как? – не понимал Зейлор. – Резонаторы настроены на мою нейросигнатуру!

– Не совсем, – вмешалась Елена. Её лицо, частично покрытое деактивированными имплантами, искривилось от боли воспоминаний. – В рамках "Проекта Эхо" Экзархат обнаружил способ имитировать твою нейросигнатуру с помощью комбинации технологий Осколков Бездны и человеческих нейроинтерфейсов. Это не так эффективно, как настоящая псионика, но достаточно для активации резонаторов.

– С какими последствиями? – спросила Тесса, запуская двигатели. Корабль мягко оторвался от посадочной платформы.

– Нестабильность и… жертвы, – Елена опустила глаза. – Каждая активация резонатора убивает искусственного псионика. Но Экзархат не заботится об этом. Для них это расходный материал.

"Серебряный Клинок" вылетел из дока и сразу оказался в хаосе космического сражения. Вокруг Калдариона разворачивалась эпическая битва. Сотни кораблей "Тёмного Пакта" обстреливали станцию и атаковали эвакуационные корветы. Флоты "Стальной Галактики" формировали защитный периметр, прикрывая отход гражданских.

Исполинский флагман Экзархата "Очищение" парил в центре вражеского построения, извергая залпы антиматерии. Рядом с ним двигался массивный боевой крейсер Пиктории "Триумф Вождя" – грубая, угловатая конструкция, напоминающая летающую крепость. Его главные орудия методично уничтожали защитные платформы Калдариона одну за другой.

– Держитесь! – крикнула Тесса, выполняя серию маневров уклонения. – Активирую квантовый маскировщик!

"Серебряный Клинок" окутало поле искажения, делающее его практически невидимым для большинства сканеров. Они проскользнули между сражающимися кораблями, направляясь к внешнему периметру системы.

– Координаты Цитадели получены, – доложил Норин. – Готовлю гиперпространственный прыжок.

Зейлор в последний раз взглянул на Калдарион через иллюминатор. Величественная космическая станция, символ мира и единства "Стальной Галактики", пылала под ударами "Тёмного Пакта". Отдельные секции уже отделялись, разрушаясь в пространстве. Эвакуационные корабли стрелой разлетались во всех направлениях, словно семена одуванчика, гонимые космическим ветром.

– Прыжок через три… два… один… – отсчитал Норин.

Пространство искривилось, и "Серебряный Клинок" нырнул в гиперпространственный туннель, оставляя позади гибнущий дом и разгорающуюся галактическую войну.

В гиперпространственном коридоре царила призрачная тишина, нарушаемая лишь гудением двигателей и тихими переговорами команды. Зейлор сидел в дальнем углу корабля, пытаясь осмыслить произошедшее. За считанные часы галактика, которую он знал, изменилась навсегда. Миллиарды жизней оказались под угрозой. И всё из-за него – единственного настоящего псионика, ставшего катализатором для безумного крестового похода Экзархата и предлогом для экспансии Государства Вершины.

– Не вини себя, – Елена присела рядом, словно прочитав его мысли. – Экзарх годами планировал эту войну. Если бы не ты, нашёлся бы другой повод. А Вождь Клейд всегда мечтал о галактической империи под своим контролем.

– Но теперь он использует меня как оправдание для геноцида, – горько ответил Зейлор. – И создал армию искусственных псиоников для активации резонаторов.

– Которые умирают при каждом использовании, – напомнила Елена. – Эта технология несовершенна. Каждый искусственный псионик может активировать резонатор только один раз.

– Но этого достаточно, если цель – просто уничтожить противника, – вмешалась Тесса, присоединяясь к разговору. – По последним данным, активация резонаторов уже привела к гибели населения трёх планет "Стальной Галактики". А Армии Доминирования Пиктории захватили восемь планет Республики Тарсидиан. Они уничтожают интеллигенцию и превращают остальное население в рабочие единицы.

– Трёх планет?! – ужаснулся Зейлор. – Миллиарды жизней…

– 1,7 миллиарда, если быть точным, – мрачно подтвердила Тесса. – На Новой Терре, Проксиме Центавра III и Аргосе VI. Но большинство резонаторов мы успели деактивировать после твоего выступления перед советом. Иначе потери были бы в десятки раз больше.

Зейлор сжал кулаки:

– Что мы можем сделать?

– Верховный Совет разработал стратегию противодействия, – ответила Тесса. – Ты – ключевая её часть. – Она активировала голографический проектор на своём запястье. – Вот база, где Экзархат производит искусственных псиоников. Планета Инферно в системе Мальстрём, глубоко на территории "Тёмного Пакта".

Голограмма показала красный пылающий мир, окружённый орбитальными платформами и защитными кольцами.

– А вот Фортресс Прайм, – изображение сменилось на серо-стальную планету под защитными куполами. – Столица Пиктории и центр управления их военной машиной. Миссия по нейтрализации этих двух объектов станет ключевой для перелома в войне.

– Как вы узнали об этих местах? – спросил Зейлор.

– Информация восстановлена из имплантов Елены, – пояснила Тесса. – Плюс данные нашей глубокой разведки. Мы точно знаем, что это центр "Проекта Эхо" и мозг военной машины Пиктории.

– И вы хотите, чтобы я атаковал эти крепости? – скептически спросил Зейлор.

– Нет, – покачала головой Тесса. – Мы хотим, чтобы ты проник туда и саботировал сам процесс создания искусственных псиоников. А на Фортресс Прайм необходимо внедрить вирус в их центральную командную сеть. Только ты сможешь противостоять их псионическим защитам и системам безопасности.

Елена взяла Зейлора за руку:

– Я пойду с тобой. Я знаю эту базу изнутри. Меня создали там.

– Это самоубийственная миссия, – тихо сказал Зейлор.

– Как и вся эта война, – горько улыбнулась Тесса. – Но если мы сможем лишить Экзархат его искусственных псиоников и подорвать командную структуру Пиктории, шансы "Стальной Галактики" значительно возрастут.

– До Цитадели шесть часов гиперпространственного перехода, – вмешался Норин. – Там Верховный Совет предоставит все детали операции.

– А что если я откажусь? – вдруг спросил Зейлор. – Что если я устал быть оружием – сначала для Экзархата, теперь для вас?

Наступила тяжёлая тишина. Тесса внимательно посмотрела на него:

– Тогда мы доставим тебя в безопасное место на окраине галактики. Обеспечим новую личность, ресурсы для жизни. И будем сражаться без тебя. – Она помолчала. – Это твой выбор, Зейлор. Настоящий выбор. Никто не будет принуждать тебя.

Зейлор закрыл глаза, вспоминая горящие миры, погибших людей, разрушенные города. Все эти смерти – косвенно на его совести. Экзархат начал войну из-за него, использовал его генетический материал для создания оружия массового уничтожения. Государство Вершины превращало миллиарды разумных существ в рабов.

– Я не могу бежать, – наконец произнёс он. – Не сейчас, когда галактика горит.

Елена сжала его руку:

– Вместе мы сможем остановить это безумие.

"Серебряный Клинок" продолжал свой путь через гиперпространство, унося последнюю надежду "Стальной Галактики" к секретной базе сопротивления. А позади них, в нормальном пространстве, продолжала разрастаться самая масштабная война в истории галактической цивилизации.

Сотни планет пылали. Миллиарды существ отчаянно сражались или бежали. Флоты сталкивались в эпических битвах, уничтожая друг друга с невиданной жестокостью.

И в центре этого хаоса, на борту величественного линкора "Очищение", Верховный Экзарх Тирий IV стоял перед головидением, наблюдая за разрушением Калдариона. Его глаза светились пурпурным огнём, лицо искажала жестокая улыбка.

– Пусть галактика горит, – прошептал он. – Из пепла возродится новый порядок. Мой порядок.

В нескольких парсеках от него, на мостике флагмана "Кулак Вождя", Верховный Вождь Сорнар Клейд наблюдал, как его войска захватывают одну планету за другой. В его холодных серых глазах не было религиозного фанатизма Экзарха – только расчётливая жестокость завоевателя.

– Пусть слабые вымрут, – произнёс он, глядя на голографическую карту галактики, где всё больше систем окрашивалось в серо-стальные цвета Пиктории. – После того, как мы уничтожим общего врага, настанет час расплаты для Экзархата и их псевдорелигиозных бредней. В галактике будет только один порядок – порядок Вершины.

А за спинами обоих лидеров, в тенях их командных мостиков, мерцали размытые фигуры – не совсем материальные, не совсем человеческие. Осколки Бездны наблюдали за своими марионетками, довольные началом конца всей органической жизни в галактике.

ГЛАВА 5: ЦИТАДЕЛЬ СОПРОТИВЛЕНИЯ

Серебряный Клинок" вышел из гиперпространства в системе, которой не существовало ни на одной официальной карте галактики. Тройная звезда, окружённая плотным поясом астероидов и пульсирующей туманностью, скрывала от любопытных глаз и сканеров величайший секрет "Стальной Галактики".

– Цитадель прямо по курсу, – объявила Тесса, активируя протоколы опознавания.

Зейлор подошёл к обзорному экрану, но увидел лишь космическую пустоту и мерцающие звёзды.

– Я ничего не вижу.

– И не должен, – с лёгкой улыбкой ответила Тесса. – Цитадель защищена многослойными маскирующими полями. Для внешнего наблюдателя здесь только пустое пространство.

"Серебряный Клинок" продолжал движение сквозь кажущуюся пустоту. Внезапно пространство перед ними словно раскололось, обнажая грандиозное сооружение, скрытое за завесой невидимости.

Цитадель не была похожа ни на одну космическую станцию, которые Зейлор видел раньше. Вместо единой конструкции перед ними предстал целый архипелаг из астероидов, соединённых гравитационными мостами и квантовыми тоннелями. Каждый астероид был модифицирован и превращён в отдельный сегмент огромного комплекса. Некоторые сегменты светились голубым светом – жилые зоны. Другие были окружены защитными полями – военные объекты. Третьи пульсировали энергетическими разрядами – исследовательские лаборатории. В центре архипелага висел огромный полый астероид с внутренней экосферой – сердце Цитадели.

– Потрясающе, – выдохнул Зейлор. – Как давно существует это место?

– Цитадель строилась в тайне более двухсот лет, – ответил Норин. – На случай катастрофы галактического масштаба. Такой, как сейчас.

Их корабль прошёл через серию сканирующих лучей и защитных барьеров, получая доступ всё глубже в комплекс. Наконец, они пристыковались к одному из внутренних доков центрального астероида.

– Добро пожаловать в Цитадель, – произнесла Тесса, когда шлюзовые двери открылись. – Последний оплот свободной галактики.

Их встретила делегация высокопоставленных офицеров "Стальной Галактики" – представители всех союзных рас. Во главе группы стоял высокий мужчина с проседью в волосах и глубокими морщинами на лице – следами бесчисленных сражений и стратегических решений.

– Адмирал Корен Валентайн, – представила его Тесса. – Верховный стратег "Стальной Галактики".

– Псионик Морвейн, – кивнул адмирал. – Рад, что вы благополучно добрались. Ситуация критическая, времени на формальности нет. Прошу следовать за мной.

Группа двинулась по широким коридорам Цитадели. Вокруг кипела деятельность – военные, инженеры, медики, беженцы. Зейлор заметил, что многие носили импровизированные нашивки с эмблемами уничтоженных миров и кораблей – знаки скорби и решимости.

– Сколько людей здесь сейчас? – спросил он.

– Около трёх миллионов, – ответил адмирал. – Большинство – эвакуированные специалисты ключевых областей, военные и правительство. С каждым часом прибывают новые беженцы.

Они вошли в огромный сферический зал в центре астероида. Стены были покрыты голографическими экранами, отображающими ситуацию по всей галактике. Красный цвет – территории "Тёмного Пакта", голубой – "Стальной Галактики", серый – нейтральные или потерянные миры. С каждой минутой голубых зон становилось всё меньше, а красных – больше.

– Военный совет ждёт, – указал адмирал на круглый стол в центре зала, где уже собрались представители всех фракций сопротивления.

За столом Зейлор увидел знакомое лицо – Верховный Координатор Аэлин Арн'Тарос. Она выглядела измождённой, но её глаза всё ещё горели решимостью.

– Зейлор, – она протянула руку. – Я рада, что вы в безопасности. Калдарион пал час назад. Станция уничтожена нашими же силами, чтобы не досталась врагу.

– Мне жаль, – искренне ответил Зейлор.

– Не время для скорби. – Аэлин указала на карту. – "Тёмный Пакт" развернул полномасштабное наступление по всем фронтам. Экзархат и Империя Скарнии атакуют наши ключевые миры. Государство Вершины уже захватило треть территории Республики Тарсидиан. Конгломерат Железной Экспансии формально сохраняет нейтралитет, но поставляет оружие нашим противникам.

– Но хуже всего другое, – вмешался представитель Федерации Вольных Технологий, худощавый мужчина с многочисленными кибернетическими имплантами. – Осколки Бездны становятся всё активнее. Мы фиксируем аномалии в пространстве-времени на границах известного космоса. Что-то… проникает в нашу реальность.

По залу прокатился тревожный шёпот.

– Позвольте мне обрисовать полную картину, – Аэлин активировала детальную голограмму галактики. – За двадцать часов с начала атаки "Тёмный Пакт" захватил 87 планет и уничтожил 142 крупных космических станции. Наши потери – примерно 7 миллиардов жизней.

Зейлор почувствовал, как у него перехватило дыхание. Семь миллиардов за меньше суток. Такого масштаба войн галактика не знала тысячелетиями.

– Резонаторы "Прометея" были активированы на семи планетах, – продолжала Аэлин. – Но благодаря предупреждению и эвакуации жертв удалось ограничить. Мы также столкнулись с неизвестной ранее тактикой Пиктории – их "Армии Доминирования" действуют с беспрецедентной эффективностью и жестокостью. Они не берут пленных и мгновенно порабощают гражданское население.

– Какова наша стратегия? – спросил представитель Республики Тарсидиан, пожилой мужчина с аристократическими чертами лица.

– До сегодняшнего дня мы могли только отступать и эвакуировать население, – ответила Аэлин. – Но теперь, с прибытием Зейлора Морвейна, появилась возможность для контрудара.

Все взгляды обратились к молодому псионику. Он почувствовал тяжесть ответственности как никогда раньше.

– Наши разведчики обнаружили два критически важных объекта противника, – Аэлин увеличила изображение двух планет. – Инферно – планета в системе Мальстрём, главный центр производства искусственных псиоников Экзархата. И Фортресс Прайм – столица Государства Вершины, центр управления их военной машиной. Если мы сможем нейтрализовать эти два объекта, "Тёмный Пакт" потеряет значительную часть своего преимущества.

– И вы хотите послать туда Зейлора? – спросил представитель Облачных Колоний. – Одного псионика против двух сильнейших крепостей противника?

– Не одного, – вмешалась Тесса. – Мы планируем две специальные операции с участием элитных подразделений.

Адмирал Валентайн активировал детальные голограммы обеих планет:

– Операция "Затмение" – проникновение на Инферно и саботаж производства искусственных псиоников. Операция "Стальной клинок" – внедрение квантового вируса в центральную командную сеть Пиктории на Фортресс Прайм.

– Обе миссии практически самоубийственные, – заметил представитель Федерации Вольных Технологий. – Инферно охраняется флотом Экзархата и псионическими защитами. А Фортресс Прайм – самая защищённая планета в галактике.

– Именно поэтому они не ожидают прямой атаки, – парировала Тесса. – Мы используем малые проникающие группы, а не масштабные силы.

Зейлор внимательно изучал голограммы планет-целей. Инферно – красная, пылающая планета, покрытая вулканами и реками лавы. На её поверхности виднелись огромные пирамидальные комплексы – производственные центры Экзархата. Фортресс Прайм представляла собой полную противоположность – холодный, серо-стальной мир с идеально упорядоченными городами-ульями, защищёнными энергетическими куполами.

– Как мы распределим силы? – спросил он.

Адмирал Валентайн посмотрел на Аэлин, получил её кивок и ответил:

– Мы решили разделить ресурсы. Вы, псионик Морвейн, возглавите операцию "Затмение" на Инферно. Ваши псионические способности необходимы для преодоления защит Экзархата и нейтрализации производства искусственных псиоников. С вами отправятся Тесса Эл'Вирин, Елена Шоу и отряд "Скайглейв".

– А операция "Стальной клинок"? – спросил Зейлор.

– Её возглавит капитан Тарак Вейн, – адмирал указал на высокого мужчину с кибернетическим глазом. – Лучший специалист по проникновению в "Стальной Галактике". Его команда диверсантов проникнет на Фортресс Прайм и внедрит вирус в их командную сеть.

– Каковы наши шансы на успех? – спросила Тесса.

Аэлин переглянулась с адмиралом, затем ответила:

– По самым оптимистичным расчётам – 18% для операции "Затмение" и 12% для "Стального клинка".

В зале повисла тяжёлая тишина.

– И всё же мы должны попытаться, – твёрдо сказала Аэлин. – Альтернатива – медленное, но неизбежное поражение. "Тёмный Пакт" превосходит нас числом, технологиями и ресурсами. Наше единственное преимущество – это решимость и готовность рисковать.

– Когда начинаем? – спросил Зейлор.

– Через двенадцать часов, – ответил адмирал. – Нам нужно подготовить оборудование, провести брифинг и… дать вам время отдохнуть. Это будут сложнейшие операции в истории галактической войны.

Совещание завершилось, и участники разошлись готовиться к предстоящим миссиям. Тесса подошла к Зейлору:

– Тебе нужен отдых. Я покажу твои временные апартаменты.

Они молча шли по коридорам Цитадели. Вокруг них кипела лихорадочная активность – инженеры готовили оборудование, медики разворачивали полевые госпитали, офицеры координировали действия флотов. Весь комплекс жил в режиме военного времени.

– Как ты думаешь, у нас действительно есть шанс? – тихо спросил Зейлор, когда они остались наедине в турболифте.

Тесса посмотрела ему прямо в глаза:

– Я думаю, что шансы значительно выше официальных расчётов. Потому что в них не учтён ты. – Она слегка коснулась его руки. – За две недели после твоего побега ты уже сделал невозможное. Ты выжил, перепрограммировал резонатор, спас Елену… Стратеги мыслят цифрами и вероятностями, но настоящие перемены всегда начинаются с одной личности, готовой рискнуть всем.

Дверь лифта открылась, они вышли в жилой сектор Цитадели. В отличие от военных и командных зон, здесь были попытки создать уют – живые растения в гидропонных садах, мягкое освещение, имитирующее естественное, даже небольшой искусственный водопад, создающий умиротворяющий фоновый шум.

– Твои апартаменты, – Тесса указала на дверь. – Рядом комната Елены. Я буду через три двери отсюда, если понадоблюсь.

Зейлор кивнул:

– Спасибо. За всё.

– Отдохни, – мягко улыбнулась Тесса. – Через шесть часов начнётся детальный брифинг по операции "Затмение".

Оставшись один, Зейлор осмотрел свои временные апартаменты – просторное помещение с минималистичной, но комфортной мебелью, персональным терминалом и панорамным окном, выходящим на внутреннюю экосферу Цитадели. Вид завораживал – под куполом астероида раскинулся миниатюрный мир с озёрами, лесами и даже искусственным небом, имитирующим дневной цикл.

Он подошёл к терминалу и активировал новостные каналы. Галактические информационные сети были переполнены сообщениями о войне. Большинство официальных каналов в мирах "Тёмного Пакта" транслировали пропаганду – триумфальные речи Экзарха Тирия IV о "священном очищении галактики" и парады побед на площадях Фортресс Прайм, где Верховный Вождь Клейд принимал рапорты о захваченных мирах.

Подпольные каналы показывали другую картину – разрушенные города, массовые казни, принудительную сортировку гражданского населения на "полезных" и "подлежащих утилизации". Особенно жуткими были кадры с миров, захваченных Государством Вершины – там мгновенно вводился "Новый Порядок" с массовой мобилизацией всего трудоспособного населения в рабочие батальоны.

Стук в дверь прервал мрачные размышления Зейлора. На пороге стояла Елена, бывшая Эхсэ – искусственный псионик, спасённый ими на Эридане-II. Медики Цитадели уже удалили большую часть её имплантов, но следы вмешательства Экзархата всё ещё были заметны – странный металлический блеск в глазах, сеть тонких шрамов на висках.

– Можно войти? – спросила она.

Зейлор кивнул, отступая от двери.

– Ты в порядке? – спросил он, когда они сели в креслах у панорамного окна.

– Насколько это возможно, – горько усмехнулась Елена. – Медики удалили большинство имплантов Экзархата, но… некоторые слишком глубоко интегрированы с моей нервной системой. Их удаление может убить меня.

– И ты всё равно хочешь участвовать в операции на Инферно? Вернуться туда, где…

– Где меня создали? – Она повернулась к окну, наблюдая за искусственной экосферой. – Именно поэтому я должна пойти. Я знаю этот комплекс изнутри. Знаю процедуры, защитные системы, расположение лабораторий. И, что важнее, я чувствую других искусственных псиоников. Могу отличить их от обычных людей.

Зейлор внимательно посмотрел на неё:

– Ты помнишь, кем была до… всего этого?

Елена закрыла глаза, словно пытаясь поймать ускользающие воспоминания:

– Обрывки. Я была научным сотрудником Федерации Вольных Технологий. Специализировалась на квантовой нейробиологии. Мы сотрудничали с делегацией Экзархата в рамках дипломатического обмена… – Она вздрогнула. – А потом был только холод и боль. Они стирали мою личность слой за слоем, заменяя её программами лояльности.

– Как им вообще удалось создать искусственных псиоников? – спросил Зейлор. – В Институте Крауса мне всегда говорили, что псионика – врождённая способность, которую невозможно воспроизвести.

– Они и не смогли воспроизвести её полностью, – ответила Елена. – То, что они создали – это гибрид. Человеческий мозг, модифицированный биотехнологиями Осколков Бездны и настроенный на ту же частоту, что и твоя псионическая сигнатура. Это… искажённая, неполная копия твоих способностей.

– С какими ограничениями?

– Мы не можем контролировать нашу силу так тонко, как ты. Каждое использование псионики разрушает наш мозг. Одна активация резонатора – и искусственный псионик умирает от масштабного нейронного коллапса. – Елена горько улыбнулась. – Мы одноразовые инструменты.

Зейлор почувствовал волну гнева:

– Экзархат использует людей как расходные материалы. А Государство Вершины превращает целые планеты в рабские лагеря. Как они могут оправдывать такое?

– Экзарх верит, что очищает галактику во имя высшей цели. Клейд считает, что сильные имеют право порабощать слабых. – Елена покачала головой. – Но правда в том, что ими обоими манипулируют Осколки Бездны. Я… видела их, когда была Эхсэ. Они не из нашей реальности. И их цель – не покорение галактики, а её полное преображение. Превращение в нечто… чуждое.

Их разговор прервал сигнал интеркома:

– Зейлор Морвейн, Елена Шоу, ваше присутствие требуется в тактическом отсеке. Поступила критическая информация.

Они быстро направились к командному центру. По пути к ним присоединилась Тесса, её лицо было напряжённым:

– Произошло что-то серьёзное. Все протоколы связи активированы на максимальный приоритет.

В тактическом отсеке уже собрались руководители сопротивления. Верховный Координатор Аэлин выглядела бледной, но решительной. Адмирал Валентайн хмуро изучал голографические данные, поступающие в реальном времени.

– Что случилось? – спросил Зейлор.

– "Тёмный Пакт" начал вторую фазу наступления, – ответила Аэлин. – Но не на наши территории. – Она активировала голографическую карту. – Они атакуют друг друга.

На карте было видно, как силы Экзархата и Государства Вершины, ещё недавно действовавшие совместно, теперь вступили в ожесточённые сражения на границах своих территорий.

– Что произошло? – не понимал Зейлор.

– По нашим данным, Верховный Вождь Клейд обнаружил тайные планы Экзархата относительно искусственных псиоников, – пояснил адмирал. – Экзарх планировал разместить резонаторы "Прометея" не только на наших территориях, но и в ключевых мирах своих союзников. Вероятно, планировал избавиться от них после победы над "Стальной Галактикой".

– Клейд нанёс упреждающий удар, – продолжила Аэлин. – Его силы атаковали несколько ключевых миров Экзархата, включая планету Святая Пурпура – важный религиозный центр. Ответный удар не заставил себя ждать.

– Союзники превратились во врагов за считанные часы, – заметила Тесса. – Это… неожиданная возможность для нас.

– Именно, – кивнула Аэлин. – Мы ускоряем операции "Затмение" и "Стальной клинок". Пока "Тёмный Пакт" раздирают внутренние конфликты, наши шансы на успех значительно возрастают.

– Когда начинаем? – спросил Зейлор.

– Немедленно, – ответил адмирал Валентайн. – Готовьтесь к подробному брифингу через тридцать минут. Вылет через два часа.

Тактический брифинг был интенсивным и детальным. Адмирал Валентайн и специалисты разведки предоставили исчерпывающую информацию о планете Инферно – её защитных системах, расположении комплексов по производству искусственных псиоников, графиках патрулей и слепых зонах наблюдения.

– Ваша задача, – подытожил адмирал, – проникнуть в Главный Исследовательский Комплекс, обозначенный как Объект "Альфа", и внедрить квантовый вирус в центральную систему. Этот вирус разработан специально для дестабилизации процесса создания искусственных псиоников.

– А что с уже созданными? – спросил Зейлор.

– Вторичная цель – по возможности освободить тех, кто ещё не полностью преобразован, – ответила Аэлин. – Но приоритет – уничтожение самой технологии.

Тесса активировала детальную голограмму транспортного средства:

– Для проникновения мы используем модифицированный корабль Экзархата, захваченный нашими силами неделю назад. Он оснащён всеми необходимыми кодами и идентификаторами. С учётом хаоса, вызванного конфликтом с Государством Вершины, у нас есть шанс пройти первичные проверки.

– А дальше? – спросила Елена.

– Дальше в игру вступаешь ты, – Тесса посмотрела на неё. – Твои остаточные импланты всё ещё излучают характерную сигнатуру Экзархата. Ты сможешь имитировать возвращение "блудного" искусственного псионика, якобы завершившего миссию и вернувшегося на базу.

– Это не сработает, – покачала головой Елена. – Они мгновенно проверят мой статус в системе и обнаружат, что Эхсэ считается потерянной на Эридане-II.

– Именно поэтому мы подготовили это, – адмирал передал ей небольшое устройство. – Квантовый спуфер. Он перехватит их запрос и подменит ответ системы. Плюс, с учётом текущего хаоса, их протоколы безопасности работают с перебоями.

– Что с остальной командой? – спросил Зейлор.

– Отряд "Скайглейв" под командованием Норина будет изображать конвой, сопровождающий Елену. Ты и Тесса замаскируетесь под офицеров Экзархата. – Адмирал вручил им идентификационные карты и элементы униформы. – Наши специалисты подготовили полные досье на ваши фиктивные личности, включая историю службы и привычки.

Брифинг продолжался ещё час. Они изучили каждый аспект операции – от точки входа до запасных планов эвакуации. К концу все понимали свои роли и задачи. Операция "Затмение" обрела чёткие очертания.

– У вас есть час на подготовку, – завершил адмирал. – Встречаемся в доке C-7.

Команда разошлась готовиться к миссии. Зейлор вернулся в свои апартаменты, чтобы переодеться в униформу офицера Экзархата – тёмно-пурпурный мундир с золотыми нашивками и знаками различия. Глядя на себя в зеркало, он испытал странное чувство дежавю – словно вернулся в прошлое, когда был инструментом Экзархата.

Стук в дверь вывел его из задумчивости. На пороге стояла Тесса, уже в униформе капитана сил Экзархата – её серебристые волосы были скрыты под форменной фуражкой, а лицо казалось жёстче из-за строгого пурпурного воротника.

– Ты готов? – спросила она.

– Не уверен, что когда-нибудь буду готов вернуться на территорию Экзархата, – честно ответил Зейлор. – Но я пойду. Мы должны остановить это безумие.

– Есть кое-что, что ты должен знать перед операцией, – Тесса вошла в комнату и закрыла дверь. – То, что не прозвучало на брифинге.

Зейлор напрягся:

– Что именно?

– Аэлин не сказала всей правды о том, что происходит с Осколками Бездны. – Тесса понизила голос до шёпота. – По данным наших глубинных сканеров, их активность увеличилась на 400% за последние сутки. Они… проникают в нашу реальность через квантовые разломы, создаваемые резонаторами "Прометея".

– Ты хочешь сказать, что резонаторы не просто уничтожают жизнь, но и открывают путь для вторжения?

– Именно. И, что хуже всего, Экзарх знает об этом. Это не побочный эффект, а цель. – Тесса сжала кулаки. – Тирий IV заключил сделку с существами из другого измерения. Он отдаёт им галактику в обмен на… что-то. Возможно, личное бессмертие или трансцендентную власть.

– А Клейд? Вождь Пиктории? Он тоже в сговоре с Осколками?

– Мы не уверены. Судя по его действиям против Экзархата, скорее всего, нет. Он просто воспользовался ситуацией для территориальной экспансии, а теперь понял, что его использовали. – Тесса посмотрела Зейлору прямо в глаза. – Но это значит, что наша миссия ещё важнее, чем кажется. Нейтрализация технологии создания искусственных псиоников – это не просто тактическое преимущество. Это шаг к остановке вторжения из Бездны.

Зейлор медленно кивнул, осознавая истинный масштаб угрозы:

– Почему Аэлин не рассказала об этом на брифинге?

– Панические настроения, – пожала плечами Тесса. – Наш альянс и так на грани распада из-за наступления "Тёмного Пакта". Если все узнают о вторжении инопространственных существ… это может спровоцировать массовую панику и бегство к внешним рубежам галактики.

– Но ты решила рассказать мне.

– Потому что тебе предстоит столкнуться с этой угрозой лицом к лицу. Ты должен знать, с чем имеешь дело. – Тесса слегка улыбнулась. – И потому что я верю, что ты не поддашься панике.

Зейлор подошёл к окну, глядя на искусственную экосферу Цитадели – крошечный оазис жизни среди бесконечного космоса, теперь угрожаемый не только войной, но и вторжением из другого измерения.

– Спасибо за доверие, – тихо сказал он. – Я не подведу.

Через час команда операции "Затмение" собралась в доке C-7. Корабль Экзархата – "Очистительный Пламень" – представлял собой средний транспортер с характерными пурпурными энергетическими полями и готическими элементами в дизайне. Внутри он был переоборудован для нужд миссии – скрытые отсеки для оружия, замаскированные системы связи с Цитаделью, фальшивые грузовые контейнеры, которые на самом деле содержали аварийное оборудование.

Отряд "Скайглейв" под командованием Норина уже был на борту, все в униформе солдат Экзархата. Елена ждала их у трапа, одетая в характерный комбинезон искусственного псионика – тёмно-красный, с металлическими вставками, повторяющими контуры нервной системы.

– Все системы проверены, – доложил Норин. – Корабль готов к вылету.

– Последние данные разведки, – Тесса передала всем обновленные информационные чипы. – Конфликт между Экзархатом и Государством Вершины усиливается. Три пограничные системы превратились в зоны активных боевых действий. Это отвлекает значительные силы обеих сторон.

– Идеальное время для нашей операции, – кивнул Норин.

Адмирал Валентайн подошёл к ним для последнего напутствия:

– Вы все знаете свои задачи. От успеха операции "Затмение" зависит не просто исход одного сражения, но и, возможно, всей войны. – Он внимательно посмотрел на каждого члена команды. – Если миссия будет скомпрометирована, активируйте протокол "Выжженная земля". Корабль самоуничтожится, не оставив следов. Мы не можем позволить Экзархату получить информацию о Цитадели.

– А как насчёт эвакуации? – спросил один из бойцов "Скайглейва".

– Три запасных плана, – ответил адмирал. – Детали в ваших информационных чипах. Но помните: миссия важнее отдельных жизней. – Он перевёл взгляд на Зейлора. – Кроме вас, псионик Морвейн. Ваше выживание – приоритет альфа. Вы единственный, кто может противостоять планам Экзархата в долгосрочной перспективе.

Зейлор кивнул, чувствуя тяжесть этой ответственности.

– Мы не подведём, – уверенно сказал он.

Команда поднялась на борт "Очистительного Пламени". Тесса заняла место капитана, Зейлор – первого офицера. Остальные разместились согласно своим ролям в легенде прикрытия.

– Цитадель, запрашиваем разрешение на вылет, – произнесла Тесса в коммуникатор, имитируя характерный акцент офицеров Экзархата.

– "Очистительный Пламень", разрешение получено. Защитные поля будут деактивированы в вашем секторе на шестьдесят секунд. Успейте пройти.

Двигатели корабля загудели, набирая мощность. Массивные ворота дока открылись, обнажая черноту космоса.

– Да хранит вас Вселенная, – прозвучал голос адмирала Валентайна.

"Очистительный Пламень" плавно выскользнул из дока и устремился в открытый космос. Как только они миновали защитные поля Цитадели, корабль мгновенно активировал маскировочные системы, имитирующие стандартные сигнатуры судов Экзархата.

– Курс на Инферно, система Мальстрём, – скомандовала Тесса. – Гиперпространственный прыжок через три… два… один…

Звёзды растянулись в полосы света, и корабль нырнул в гиперпространственный туннель. Операция "Затмение" началась.

В глубинах космоса, на борту линкора "Очищение", Верховный Экзарх Тирий IV стоял перед алтарём из странного чёрного материала, который, казалось, поглощал свет вокруг себя. Его глаза светились нечеловеческим пурпурным огнём, а кожа была покрыта тонкими светящимися линиями – знаками его союза с Осколками Бездны.

– Предательство Клейда ускорит наши планы, – произнёс он в пустоту. – Галактика погрузилась в хаос войны. Резонаторы активированы на семи ключевых планетах. Квантовые разломы расширяются. Скоро вы сможете пройти полностью.

Из тени алтаря проступила размытая фигура – не совсем материальная, не совсем человеческая. Её очертания постоянно менялись, словно существо не могло определиться с формой в этой реальности.

– ВРЕМЕНИ МАЛО, – прозвучал голос, который казался не звуком, а непосредственным вторжением в сознание. – ПСИОНИК ДВИЖЕТСЯ К ИНФЕРНО. МЫ ЧУВСТВУЕМ ЕГО ПРИБЛИЖЕНИЕ.

Экзарх нахмурился:

– Морвейн? Но это невозможно! Наши флоты блокируют все подходы к системе Мальстрём!

– ИСТИННЫЙ ПСИОНИК НЕ ОГРАНИЧЕН ФИЗИЧЕСКИМИ БАРЬЕРАМИ. ОН УГРОЗА НАШЕМУ ВТОРЖЕНИЮ.

– Я усилю защиту Инферно, – поклонился Экзарх. – Направлю туда эскадру "Очистители Веры" и трёх искусственных псиоников.

– НЕДОСТАТОЧНО. МЫ НАПРАВИМ ОСКОЛОК ПЕРВОГО ПОРЯДКА. – Существо колыхнулось, и часть его отделилась, превратившись в кристалл пульсирующей тьмы. – ЭТОТ ФРАГМЕНТ НАШЕГО СУЩЕСТВА УНИЧТОЖИТ ПСИОНИКА.

Экзарх принял кристалл дрожащими руками, чувствуя, как холод Бездны проникает в его плоть:

– Да будет так. Морвейн не помешает нашим планам.

За миллионы световых лет от этого разговора, в гиперпространственном туннеле, Зейлор Морвейн вдруг вздрогнул, почувствовав холодное прикосновение к своему сознанию. Что-то древнее и нечеловеческое заметило его приближение. Что-то ждало его на Инферно.

ГЛАВА 6: НЕДРА ИНФЕРНО

"Очистительный Пламень" вышел из гиперпространства на внешней границе системы Мальстрём. Перед ними развернулась величественная и пугающая панорама – гигантская красная звезда, окружённая кольцами звёздной пыли, несколько газовых гигантов с ядовитыми атмосферами и, наконец, Инферно – планета, больше похожая на обнажённое сердце из адского кошмара.

– Проходим первый периметр контроля, – тихо сказала Тесса, направляя корабль к внешнему кольцу орбитальных платформ. – Все на позиции. Начинаем транслировать идентификационные коды.

Зейлор сидел рядом с ней, наблюдая, как автоматические системы передают данные. Его форма офицера Экзархата казалась неуместно тяжёлой, словно на плечи навалился вес всего прошлого, от которого он пытался сбежать.

– Корабль Экзархата "Очистительный Пламень", – прозвучал механический голос из коммуникатора. – Идентификация принята. Назовите цель прибытия.

– Орбитальный контроль, говорит капитан Мариус Хейдек, – Тесса безупречно имитировала характерный акцент высших офицеров Экзархата. – Транспортируем искусственного псионика, кодовое обозначение Эхсэ, вернувшуюся из полевой операции. Запрашиваем пропуск на Инферно, комплекс "Альфа" для репарации и обновления имплантов.

Последовала пауза. Все на мостике затаили дыхание. Если их легенда будет раскрыта ещё на орбите, единственным выходом станет активация "Выжженной земли" – самоуничтожение корабля.

– "Очистительный Пламень", – наконец ответил контроль. – Ожидайте верификации. Включить полную передачу данных экипажа и груза.

Тесса активировала подготовленные квантовые спуферы – устройства, подменяющие истинные данные на специально сфабрикованные. Системы корабля послушно начали трансляцию.

– Что-то не так, – прошептал Зейлор, ощущая покалывание в висках – предупреждающий знак его псионических способностей. – Они проводят более тщательную проверку, чем мы ожидали.

– Последствия конфликта с Пикторией, – так же тихо ответила Тесса. – Усиленные меры безопасности.

Инферно медленно приближалась – огромная планета, покрытая океанами лавы и чёрными континентами из застывшего вулканического стекла. Её атмосфера, насыщенная ядовитыми газами и пеплом, переливалась зловещими красными отблесками. Орбитальные силы Экзархата здесь были сконцентрированы в беспрецедентном количестве – десятки боевых станций, патрульные крейсеры, целые флотилии истребителей.

– "Очистительный Пламень", – снова заговорил орбитальный контроль. – Данные верифицированы. Вам назначена посадочная платформа Дельта-9, комплекс "Альфа". Следуйте указанному курсу. Отклонения не допускаются.

– Принято, орбитальный контроль, – ответила Тесса. – Курс на Дельта-9.

Корабль начал снижение, проходя сквозь слои защиты планеты. Внешняя атмосфера обволакивала их корпус, создавая характерное красное свечение. Навигационные системы выдавали предупреждения о высокой температуре и коррозионных газах.

– Мы прошли первый рубеж, – Норин подошёл к командной консоли. – Но впереди ещё как минимум три проверки безопасности.

– Елена готова? – спросил Зейлор.

– Да, она в медицинском отсеке. – Норин нахмурился. – Но я беспокоюсь. Её… состояние нестабильно. Близость к Инферно усиливает остаточное влияние имплантов.

Зейлор встал:

– Я проверю её.

Он спустился на нижнюю палубу, где размещался медицинский отсек. Елена сидела на краю койки, её лицо было бледным, глаза полузакрыты. Вокруг неё словно клубилась невидимая энергия – не чистая голубая аура настоящей псионики, а красноватый неровный ореол искусственной силы.

– Елена? – осторожно позвал Зейлор.

Она медленно подняла голову. В её глазах боролись две сущности – человеческое сознание Елены Шоу и запрограммированная личность Эхсэ.

– Я… чувствую их, – прошептала она. – Других искусственных псиоников. Их сотни. Может, тысячи. Внизу, в комплексе "Альфа". Они… поют на частоте, которую может слышать только такой, как я.

Зейлор присел рядом с ней, осторожно коснувшись её руки. Он активировал минимальное псионическое поле – не для атаки, а для стабилизации:

– Держись. Твоё настоящее "я" сильнее их программирования.

– Я не уверена, – её голос дрожал. – Чем ближе мы к планете, тем сильнее зов. Словно… что-то пробуждается в моей голове. – Она подняла взгляд. – Зейлор, если я потеряю контроль, если Эхсэ снова возьмёт верх… убей меня.

– Этого не произойдёт, – твёрдо сказал он. – Я буду рядом. Моя псионика может нейтрализовать их влияние, как на Эридане-II, помнишь?

Она слабо улыбнулась:

– Помню. Ты… вернул мне меня.

Корабль тряхнуло – они вошли в плотные слои атмосферы.

– Приготовься, – Зейлор встал. – Скоро посадка.

Вернувшись на мостик, он застал Тессу и Норина за напряжённым изучением данных наблюдения. На экранах отображался их пункт назначения – комплекс "Альфа", огромное пирамидальное сооружение из чёрного металла, возвышающееся над лавовыми полями. Верхняя часть пирамиды была усеяна посадочными платформами, нижняя уходила глубоко в кору планеты.

– Вооружённый эскорт, – указал Норин на приближающиеся к кораблю точки. – Два перехватчика. Стандартная процедура или нас проверяют?

– Стандарт, – ответила Тесса. – Сохраняем спокойствие.

Два боевых корабля Экзархата заняли позиции по обе стороны от "Очистительного Пламени", сопровождая его к посадочной платформе. Чем ближе они подлетали к комплексу "Альфа", тем яснее становились его размеры – колоссальное сооружение, способное вместить целый город.

– Энергетические сигнатуры зашкаливают, – заметила Тесса, изучая показания сканеров. – Этот комплекс потребляет больше энергии, чем средняя планета.

– Для создания искусственных псиоников требуется невероятное количество энергии, – кивнул Зейлор. – Перестройка человеческого мозга – не просто хирургическая операция. Это… переплавка самой сути личности.

"Очистительный Пламень" медленно приземлился на указанную платформу Дельта-9. Вокруг них уже выстроились солдаты Экзархата – не обычные воины, а специальные части, судя по модифицированной броне пурпурно-золотого цвета.

– Встречающий комитет, – хмыкнул Норин. – Приветственный или арестовывающий?

– Скоро узнаем, – Тесса активировала внутреннюю связь. – Всем приготовиться к выходу. Следуем плану. Никакой импровизации без крайней необходимости.

Зейлор последний раз проверил свою форму – идеальная имитация офицера высшего ранга Экзархата. Псионические способности он полностью блокировал, чтобы не вызвать подозрений сканеров.

Трап корабля медленно опустился. Первой, согласно плану, должна была выйти Елена в образе вернувшейся Эхсэ. Зейлор видел, как она глубоко вздохнула, собираясь с силами, а затем её осанка изменилась – плечи распрямились, взгляд стал отрешённым и холодным. Идеальная имитация искусственного псионика Экзархата.

Она вышла на трап. За ней – Зейлор и Тесса в роли сопровождающих офицеров. Следом – бойцы "Скайглейва", изображающие почётный конвой.

На платформе их ждал высокий человек в алых одеждах с золотыми вставками – не военный, а кто-то из научного или религиозного руководства.

– Приветствую возвращение Эхсэ, – произнёс он голосом, лишённым эмоций. – Я Верховный Техно-Теолог Малеас, надзиратель проекта "Эхо". Ваше возвращение… неожиданно.

– Миссия выполнена, – ответила Елена ровным тоном. – Резонатор на Эридане-II активирован. Повреждения системы требуют регенерации.

Верховный Техно-Теолог внимательно изучал её:

– Странно. Наши данные утверждают, что Эхсэ была потеряна при операции на Эридане-II. Враг захватил её.

Зейлор напрягся, готовясь активировать псионические способности, если прикрытие будет раскрыто. Тесса незаметно передвинула руку ближе к скрытому оружию.

– Данные неполные, – вмешалась Тесса в своей роли капитана. – Искусственный псионик действительно был захвачен, но сумел сбежать после выполнения миссии. Повреждения значительны, требуется полная реинтеграция.

Малеас медленно кивнул:

– В эти дни хаоса коммуникационные системы работают с перебоями. Конфликт с предателями из Государства Вершины отвлекает ресурсы. – Он жестом подозвал двух ассистентов в белых облачениях. – Проведите первичное сканирование Эхсэ прямо здесь.

Ассистенты приблизились с портативными сканерами. Елена сохраняла неподвижность, пока приборы проходили по её телу, оценивая состояние имплантов и псионический потенциал.

– Обнаружены значительные повреждения системы контроля, – доложил один из ассистентов. – Частичная дезинтеграция имплантов лобной доли. Но базовая матрица лояльности сохранена. Соответствие с профилем Эхсэ – 87%.

– Достаточно для подтверждения, – кивнул Малеас. – Но недостаточно для дальнейшего функционирования. Требуется полная регенерация. – Он повернулся к Тессе. – Ваша миссия завершена, капитан. Эхсэ будет доставлена в реинтеграционную камеру. Рекомендую вашему кораблю покинуть Инферно как можно скорее. Здесь небезопасно.

– С вашего позволения, Верховный Техно-Теолог, – возразила Тесса, – мы получили приказ лично сопровождать Эхсэ до завершения процедуры реинтеграции. Учитывая её ценность и текущую ситуацию…

Малеас прищурился:

– Странный приказ. От кого он исходит?

– От кардинала Зефириона, – без запинки ответила Тесса, называя одного из высокопоставленных религиозных лидеров Экзархата, о котором они знали из разведданных.

Лицо Малеаса на мгновение отразило смесь удивления и раздражения:

– Кардинал превышает свои полномочия. Проект "Эхо" находится под прямым контролем Верховного Экзарха. – Он помолчал, затем добавил: – Однако я не буду оспаривать его решение. Вы можете сопровождать Эхсэ до входа в комплекс. Дальше доступ только для авторизованного персонала.

– Благодарю за понимание, Верховный Техно-Теолог, – склонила голову Тесса.

Группа двинулась к массивным вратам комплекса "Альфа". По пути Зейлор внимательно изучал окружение. Посадочная платформа была лишь малой частью огромной инфраструктуры. Вокруг возвышались дополнительные сооружения: генераторные станции, очистители атмосферы, оборонительные башни с энергетическими орудиями.

В небе, сквозь токсичные облака, виднелись орбитальные станции – многокилометровые конструкции пурпурно-золотого цвета, похожие на гигантские кресты. От них к поверхности планеты тянулись энергетические лучи – каналы передачи силы для питания комплекса.

Ворота комплекса "Альфа" были монументальны – не менее пятидесяти метров в высоту, украшенные барельефами, изображающими сцены "священного очищения" – религиозной концепции Экзархата о превосходстве чистых над еретиками.

– Впечатляет, – пробормотал Норин, глядя на колоссальное сооружение.

– Гипертрофированная архитектура – признак имперского мышления, – тихо ответила Тесса. – Чем больше строения, тем более незначительными кажутся отдельные жизни.

У главного входа Малеас остановился и повернулся к группе:

– Здесь мы расстанемся. Эхсэ будет сопровождать только авторизованный научный персонал. – Он сделал знак своим ассистентам. – Проведите посетителей обратно к их кораблю.

– Но наши приказы… – начала Тесса.

– Не имеют значения на территории комплекса "Альфа", – отрезал Малеас. – Здесь действуют только прямые указания Верховного Экзарха. – Он слегка улыбнулся, демонстрируя безупречно белые зубы. – Не беспокойтесь, капитан. Эхсэ будет полностью восстановлена и вернётся к службе во славу Экзархата.

Елена бросила быстрый взгляд на Зейлора – в её глазах мелькнул страх, но внешне она сохраняла отрешённость искусственного псионика.

Зейлор понял, что первоначальный план проваливается. Их не пустят внутрь комплекса обычным путём. Нужно было активировать запасной план – более рискованный, но единственно возможный в этой ситуации.

– Верховный Техно-Теолог, – он впервые заговорил, копируя надменную интонацию высших офицеров Экзархата. – Я понимаю протокол безопасности, но должен настаивать на специальной инспекции. – Он незаметно активировал один из имплантов-спуферов, заставляя его транслировать фальшивые коды высшего доступа. – У меня специальные инструкции от Коллегии Кардиналов.

Малеас нахмурился:

– Покажите ваше предписание.

Зейлор протянул ему специально подготовленный кристалл данных. Техно-Теолог вставил его в свой персональный сканер. На мгновение его лицо отразило удивление, затем почтительность:

– Командор Валентис… я не был осведомлён о вашем особом статусе. – Он склонил голову. – Конечно, вы можете провести инспекцию. Но только вы лично. Ваш конвой должен остаться снаружи.

Тесса бросила обеспокоенный взгляд на Зейлора. Разделение группы не входило в их планы. Но другого выбора не было.

– Капитан Хейдек, – обратился Зейлор к Тессе, – вы останетесь с кораблём и будете ждать моего возвращения. Если через шесть часов я не выйду на связь, действуйте согласно протоколу "Красный Закат".

"Красный Закат" был кодовым обозначением аварийной эвакуации.

– Слушаюсь, командор, – чётко ответила Тесса, но её глаза говорили другое: "Будь осторожен".

– Позвольте мне сопровождать вас, – Малеас повернулся к массивным воротам. – Комплекс "Альфа" – сложное сооружение. Неподготовленный человек может заблудиться навсегда.

Ворота медленно открылись, выпуская волну горячего воздуха с характерным запахом озона и чего-то… неорганического. Зейлор почувствовал, как по коже пробежал холодок – его псионические чувства, даже подавленные, улавливали странные энергетические колебания, исходящие изнутри комплекса.

Елену уже уводили в другом направлении – к боковому входу, предназначенному для искусственных псиоников. Она обернулась в последний момент, и Зейлор уловил её беззвучную мольбу: "Помоги мне".

Он мысленно пообещал вернуться за ней, затем последовал за Малеасом в тёмный зев ворот комплекса "Альфа".

Внутренняя структура комплекса оказалась ещё более впечатляющей, чем внешняя. Главный зал представлял собой многоуровневое пространство с высокими сводчатыми потолками, поддерживаемыми колоннами из чёрного металла. Свет исходил от парящих в воздухе энергетических сфер пурпурного цвета. По залу деловито перемещались десятки учёных, техников и религиозных служителей.

– Впечатляет, не правда ли? – с нескрываемой гордостью произнёс Малеас. – Комплекс "Альфа" – величайшее достижение Экзархата. Здесь наука и вера сливаются воедино, создавая инструменты священного очищения.

– Сколько искусственных псиоников вы уже создали? – спросил Зейлор, стараясь, чтобы его голос звучал заинтересованно, а не враждебно.

– Программа расширяется экспоненциально, – ответил Техно-Теолог. – Первые модели, как Эхсэ, были экспериментальными. Несовершенными. Они могли выполнить только одну миссию перед… деградацией. Новые образцы значительно стабильнее. – Он указал на нижние уровни комплекса. – Там, в Камерах Преображения, прямо сейчас готовятся к пробуждению пятьсот искусственных псиоников последнего поколения.

Зейлор почувствовал, как внутри всё сжалось от ужаса. Пятьсот псиоников – достаточно, чтобы активировать резонаторы на каждой ключевой планете галактики одновременно.

– А сколько всего… кандидатов проходит процедуру?

– Тысячи, – пожал плечами Малеас, словно говорил о незначительных цифрах. – Не все выживают при интеграции с биотехнологиями Осколков Бездны. Но те, кто выживает… – Его глаза фанатично заблестели. – Они становятся предвестниками нового порядка.

Они спустились на лифте на несколько уровней вниз. Температура заметно повысилась – Зейлор почувствовал, как пот стекает по спине под тяжёлой униформой. Энергетические поля здесь были сильнее, создавая постоянное давление на его блокированные псионические способности.

– Это Зал Интеграции, – Малеас указал на просторное помещение с десятками операционных столов. На каждом лежал человек, опутанный проводами и трубками. Над столами парили странные кристаллические образования пурпурно-чёрного цвета. – Здесь обычные люди преображаются в искусственных псиоников. Процесс занимает от трёх до семи дней, в зависимости от сопротивления субъекта.

– Сопротивления? – уточнил Зейлор.

– Разум инстинктивно противится трансформации, – равнодушно пояснил Малеас. – Некоторые… упрямы. Приходится полностью стирать их личность перед интеграцией с фрагментами Осколков.

Зейлор внимательно осматривал оборудование, запоминая расположение ключевых систем. Согласно их плану, именно в центральный процессор Зала Интеграции нужно было внедрить квантовый вирус для саботажа производства искусственных псиоников.

– Это… впечатляет, – произнёс он, скрывая отвращение за маской профессионального интереса. – Я хотел бы увидеть центральный контрольный узел. В моих инструкциях особое внимание уделяется системам безопасности информации.

Малеас колебался лишь мгновение:

– Конечно, командор. Следуйте за мной.

Они пересекли Зал Интеграции и вошли в боковой коридор, ведущий ещё глубже в комплекс. Чем дальше они продвигались, тем сильнее Зейлор ощущал странное давление на свои псионические барьеры – словно что-то громадное и древнее находилось глубоко под комплексом и излучало ментальные волны нечеловеческой природы.

– Чувствуете это? – внезапно спросил Малеас, резко останавливаясь. – Пульсацию энергии?

– Да, – осторожно ответил Зейлор. – Что это?

– Наш покровитель, – с благоговением произнёс Техно-Теолог. – Осколок Бездны Первого Порядка. Древний. Могущественный. Он добровольно разделился на тысячи фрагментов, чтобы даровать нам возможность создавать искусственных псиоников. – Он указал на дверь в конце коридора. – За ней находится Святая Святых комплекса "Альфа" – Камера Коммуникации с Бездной.

Зейлор понял, что их ведут совсем не к центральному контрольному узлу. Малеас направлялся к источнику псионических аномалий – к самому Осколку Бездны.

– Очень интересно, но я должен сначала проверить системы безопасности, – попытался он перенаправить их маршрут.

– Позже, командор, – с нажимом произнёс Малеас. – Осколок… запросил вас.

Эти слова заставили Зейлора похолодеть. Осколок не мог "запросить" его, если только…

– Он знает, кто я, – мгновенно понял Зейлор.

Малеас улыбнулся, но теперь его улыбка была хищной:

– Разумеется. Мы знали, кто вы, с момента вашей посадки, Зейлор Морвейн. Единственный настоящий псионик. Сбежавший. Предавший Экзархат. – Его глаза загорелись пурпурным огнём. – Но мы позволили вам войти, потому что Осколок желает… встретиться с вами.

В этот момент Зейлор понял: это ловушка. И они намеренно позволили ему пройти в комплекс, отделив от остальной команды. Ему нужно было немедленно действовать.

Одним движением он сбросил блокировку своих псионических способностей. Голубая энергия взорвалась вокруг него, разрывая тяжёлую униформу Экзархата. Малеас отлетел назад, отброшенный ударной волной.

– Тревога! – закричал Техно-Теолог, активируя коммуникатор. – Псионик на свободе! Уровень Дельта, коридор к Камере Коммуникации!

Зейлор не стал ждать прибытия охраны. Он создал мощный телекинетический щит вокруг себя и побежал в противоположную сторону от Камеры Коммуникации. Ему нужно было найти центральный контрольный узел, внедрить вирус и найти Елену, прежде чем вся мощь комплекса "Альфа" обрушится на него.

Сирены выли по всему комплексу. Красные аварийные огни пульсировали в такт тревоге. Зейлор мчался через коридоры, используя псионическое чутьё для навигации. Он чувствовал центральный компьютер – массивный информационный узел, излучающий специфическую электромагнитную сигнатуру.

За поворотом его встретила группа охранников Экзархата – не обычных солдат, а специально тренированных для борьбы с псиониками. Их оружие генерировало нуль-поля – зоны подавления всех форм энергии, включая псионическую.

Зейлор не замедлил бег. Вместо этого он сконцентрировал энергию в точечный импульс и выпустил его перед собой. Нуль-пушки охраны даже не успели активироваться – псионическая волна ударила по ним, вырывая оружие из рук и отбрасывая людей к стенам.

– Тесса! – он активировал скрытый коммуникатор. – План провален! Они знали, кто я! Начинайте "Красный Закат"!

– Зейлор! – голос Тессы был искажён помехами. – Мы… тоже… под атакой! Они знали… корабль… не можем взлететь!

Связь прервалась – видимо, комплекс активировал системы глушения. Зейлор был отрезан от команды, глубоко внутри вражеской территории.

Но он не собирался сдаваться. Миссия всё ещё могла быть выполнена, даже если шансы на успешную эвакуацию стремились к нулю. Он должен был найти центральный компьютер, уничтожить технологию создания искусственных псиоников и попытаться спасти Елену.

Следуя за электромагнитной сигнатурой, Зейлор спустился ещё на два уровня и оказался перед массивной дверью с символами Экзархата. Это был вход в центральный компьютерный зал. Дверь была защищена энергетическим барьером и системой идентификации личности.

Зейлор сконцентрировался. Обычная психокинетическая атака здесь не поможет – защита была слишком мощной. Вместо этого он использовал более тонкий подход – псионический взлом. Проникнув в управляющие цепи системы безопасности, он имитировал авторизованный доступ.

Дверь с шипением отъехала в сторону. За ней открылся обширный зал, заполненный квантовыми компьютерами и голографическими проекциями данных. В центре возвышалась пурпурная кристаллическая структура – главный процессорный узел.

Зейлор быстро осмотрелся. В зале было несколько техников, которые в панике уставились на внезапно появившегося псионика. Он не хотел причинять им вред. Создав иллюзию пожара с одной стороны зала, он заставил их эвакуироваться через запасной выход.

Оставшись один, Зейлор достал из потайного кармана квантовый чип с вирусом, разработанным специалистами "Стальной Галактики". Это была его главная задача – внедрить вирус, который должен был перепрограммировать процесс создания искусственных псиоников, сделав его невозможным.

Он приблизился к главному кристаллу, ища интерфейс для подключения. Внезапно воздух вокруг похолодел, и Зейлор ощутил присутствие – древнее, чуждое, нечеловеческое.

– ПСИОНИК, – прозвучал голос, который казался не звуком, а непосредственным вторжением в сознание. – МЫ НАКОНЕЦ ВСТРЕТИЛИСЬ.

Зейлор обернулся. В центре зала формировалась тёмная фигура – не совсем материальная, постоянно меняющая форму. Осколок Бездны нашёл его.

– ТЫ ДУМАЛ, ЧТО МОЖЕШЬ ПОМЕШАТЬ ВЕЛИКОМУ ПРЕОБРАЖЕНИЮ? – продолжал нечеловеческий голос. – НАИВНО. МЫ ЖДАЛИ ТЕБЯ. МЫ ПОДГОТОВИЛИСЬ.

Зейлор чувствовал, как его псионические способности начинают подавляться – не техническими средствами, а самим присутствием существа из Бездны. Оно излучало антипсионическое поле, постепенно нейтрализующее его силы.

– Что вы такое? – выкрикнул Зейлор, отступая к кристаллическому узлу. – Чего вы хотите от нашей галактики?

– МЫ – СЛЕДУЮЩИЙ ШАГ ЭВОЛЮЦИИ. ВАША ГАЛАКТИКА СОЗРЕЛА ДЛЯ ПРЕОБРАЖЕНИЯ. ОРГАНИЧЕСКАЯ ЖИЗНЬ СЛИШКОМ ОГРАНИЧЕНА, СЛИШКОМ ХРУПКА. МЫ ПРЕДЛАГАЕМ… СОВЕРШЕНСТВО.

Фигура приближалась, принимая всё более конкретные очертания – высокое гуманоидное существо с чертами, напоминающими грубый набросок человека, созданный кем-то, кто никогда не видел людей.

– Совершенство через уничтожение? – Зейлор продолжал разговор, одновременно пытаясь незаметно подключить вирусный чип к интерфейсу компьютера.

– НЕ УНИЧТОЖЕНИЕ. ТРАНСФОРМАЦИЯ. СМЕРТНЫЕ ТЕЛА СТАНОВЯТСЯ СОСУДАМИ ДЛЯ ВЫСШЕГО СОЗНАНИЯ. КАК ТВОЯ ПОДРУГА ЕЛЕНА. ОНА УЖЕ СТАНОВИТСЯ ЧАСТЬЮ НАС.

Эти слова заставили Зейлора замереть:

– Что вы с ней сделали?

– ОНА ВЕРНУЛАСЬ В КАМЕРУ ПРЕОБРАЖЕНИЯ. ЭХСЭ ВОЗРОЖДАЕТСЯ, СИЛЬНЕЕ ЧЕМ ПРЕЖДЕ. ОНА СТАНЕТ ПЕРВОЙ ИЗ НОВОЙ ЛИНИИ ПСИОНИКОВ, СОЗДАННЫХ НЕПОСРЕДСТВЕННО ИЗ ЧАСТИЦЫ МОЕГО СУЩЕСТВА.

В этот момент Зейлор ощутил это – далёкий, слабый, но отчётливый зов. Елена боролась. Где-то глубоко в комплексе её подвергали процедуре преобразования, но часть её сознания сопротивлялась, отчаянно пытаясь дотянуться до единственного настоящего псионика, способного помочь.

Времени не оставалось. Зейлор одним движением вставил чип в интерфейс компьютера и активировал вирус. Главный кристалл моментально изменил цвет с пурпурного на красный – начался процесс заражения всех систем комплекса.

– НЕТ! – взревел Осколок Бездны, бросаясь вперёд. – ТЫ НЕ ПОНИМАЕШЬ, ЧТО ДЕЛАЕШЬ!

Но Зейлор уже сконцентрировал всю свою оставшуюся псионическую энергию, формируя не щит и не атаку, а другой тип воздействия – псионический импульс, настроенный на частоту Елены. Точно такой же, каким он освободил её на Эридане-II.

Импульс пронзил уровни комплекса, устремляясь к отдалённому источнику знакомой псионической сигнатуры. Зейлор почувствовал момент контакта – его сознание на долю секунды соединилось с сознанием Елены, находящейся в Камере Преображения. Он послал ей образ, инструкцию, надежду.

"Борись. Я иду за тобой."

Осколок Бездны атаковал – антипсионическая волна ударила по Зейлору, отбрасывая его от компьютера. Он врезался в стену с такой силой, что из лёгких выбило весь воздух.

– ТЫ ОПОЗДАЛ, ПСИОНИК, – прогремел Осколок. – ВИРУС БУДЕТ НЕЙТРАЛИЗОВАН НАШИМИ СИСТЕМАМИ ЧЕРЕЗ МИНУТЫ. А ТВОЯ ПОДРУГА УЖЕ СТАНОВИТСЯ НАШЕЙ.

Зейлор с трудом поднялся на ноги. Его псионические способности были почти исчерпаны после импульса, отправленного Елене. Но ему не нужна была псионика для того, что он собирался сделать дальше.

Из потайного кармана он достал второй чип – не вирус, а детонатор, замаскированный под обычный носитель данных. План "B", на случай, если внедрение вируса окажется недостаточным.

– Может быть, – прохрипел Зейлор, – но я могу гарантировать, что этот комплекс не создаст больше ни одного искусственного псионика.

Он активировал детонатор. На крошечном дисплее появился обратный отсчёт: 5:00… 4:59… 4:58…

– Пять минут, – объяснил Зейлор Осколку Бездны. – Затем квантовая детонация, достаточно мощная, чтобы уничтожить весь комплекс "Альфа". И даже такое существо, как ты, не сможет пережить это.

Осколок замер. Его форма колебалась, словно от внутреннего конфликта.

– ТЫ ПОГИБНЕШЬ ВМЕСТЕ С НАМИ.

– Возможно, – согласился Зейлор. – Но я спасу галактику от вашего "преображения".

– А КАК ЖЕ ТВОЯ ПОДРУГА? ОНА ТОЖЕ УМРЁТ.

Зейлор болезненно улыбнулся:

– У меня есть пять минут, чтобы найти её.

Он бросился к выходу, не дожидаясь ответа существа из Бездны. Каждая секунда была на счету. Четыре минуты пятьдесят секунд до уничтожения комплекса "Альфа". И где-то в глубинах этого лабиринта находилась Елена.

Зейлор бежал по коридорам, следуя за остаточным следом своего псионического импульса. Системы безопасности комплекса были в хаосе из-за вируса, что давало ему преимущество – многие двери оказались незаблокированными, охрана не могла координировать действия.

4:20… 4:19… 4:18…

Он спустился ещё на два уровня, направляясь к источнику эмоционального зова, который становился всё сильнее. Елена была где-то рядом, и она всё ещё боролась.

За очередным поворотом он столкнулся с группой техников, спешно эвакуирующихся из нижних уровней. Они в панике расступились, увидев сияющего голубой энергией псионика.

– Камеры Преображения! – крикнул он. – Где они?

– Следующий уровень, северный сектор! – выкрикнул один из техников. – Но там активирован протокол полной изоляции! Вы не сможете войти!

Зейлор не стал тратить время на споры. Он нашёл ближайшую шахту лифта и, не дожидаясь кабины, прыгнул вниз, используя остатки псионической энергии для замедления падения.

3:45… 3:44… 3:43…

Приземлившись на крышу лифта, застрявшего между этажами, он проломил люк и спрыгнул внутрь, затем вырвал двери и вышел на нижний уровень.

Здесь температура была ещё выше, а воздух наполнен странным металлическим запахом. Коридор вёл к массивным дверям с символом Экзархата и надписью: "Камеры Преображения. Несанкционированный доступ карается смертью".

Двери были заблокированы не просто энергетическим полем, а комбинированной системой физических и псионических барьеров. Но Зейлор чувствовал, что Елена совсем близко. Её сознание звало его, становясь то сильнее, то слабее, словно маяк в штормовую ночь.

3:10… 3:09… 3:08…

Он сосредоточился, собирая последние крохи псионической энергии. Недостаточно для прямого прорыва, но, возможно, хватит для более тонкого подхода. Вместо атаки на саму дверь он направил энергию в систему управления, создавая иллюзию пожара внутри Камер Преображения.

Защитные протоколы отреагировали автоматически – в случае внутренней опасности двери должны открыться для эвакуации ценного "материала". Барьеры мигнули и погасли, тяжёлые створки медленно разъехались в стороны.

Перед Зейлором открылся огромный зал с десятками прозрачных капсул, заполненных красноватой жидкостью. В каждой находился человек – неподвижный, опутанный проводами и трубками, с частично механизированным лицом. Искусственные псионики в процессе создания.

2:40… 2:39… 2:38…

– Елена! – крикнул Зейлор, оглядываясь в поисках знакомой фигуры среди множества капсул.

Отклик почувствовался почти мгновенно – слабая психическая волна с другого конца зала. Зейлор побежал туда, перепрыгивая через провода и оборудование.

Он нашёл её в дальнем углу – не в обычной капсуле, а в специальной камере с усиленными стенками. Елена парила в красной жидкости, её тело было почти полностью покрыто металлическими имплантами, а глаза закрыты. Но самым страшным было то, что рядом с ней в той же капсуле находился миниатюрный Осколок Бездны – чёрный кристалл размером с кулак, пульсирующий тёмной энергией.

Процесс слияния уже начался – от Осколка к телу Елены тянулись тонкие чёрные нити, проникающие под кожу. Её лицо выражало муку даже в бессознательном состоянии.

2:15… 2:14… 2:13…

Зейлор искал способ открыть капсулу, но системы не реагировали на его команды. Тогда он схватил ближайший тяжёлый предмет – металлический стул – и с размаху ударил по прозрачной стенке. Стекло пошло трещинами, но не разбилось.

Ещё удар, ещё один. На третьем стенка наконец поддалась, и красная жидкость хлынула наружу, вынося с собой тело Елены. Зейлор едва успел поймать её, прежде чем она упала на пол.

– Елена! – он тряхнул её за плечи. – Очнись! Нам нужно уходить!

Её глаза медленно открылись – один всё ещё был человеческим, карим, другой полностью заменен механическим имплантом с пурпурной линзой.

– Зей… лор? – её голос был слабым, искажённым, словно проходил через фильтр. – Они… почти… сделали это. Я почти… стала Осколком.

– Но не стала, – твёрдо сказал Зейлор, помогая ей подняться. – И не станешь. Мы уходим. Сейчас.

1:50… 1:49… 1:48…

Поддерживая почти не способную идти Елену, Зейлор направился к выходу из Камер Преображения. Но там их уже ждали – десять солдат Экзархата и сам Верховный Техно-Теолог Малеас.

– Какая трогательная сцена, – презрительно произнёс Малеас. – Псионик пытается спасти бракованный образец. Но ваше время истекло, Морвейн. Системы восстановлены, вирус нейтрализован. А вы… – Он посмотрел на детонатор в руке Зейлора. – Это примитивное устройство не причинит вреда комплексу "Альфа". Наши щиты…

– Я не об этом детонаторе говорю, – перебил его Зейлор. – А о том, который я оставил в центральном процессоре, непосредственно рядом с кристаллическим ядром.

Лицо Малеаса исказилось от ужаса:

– Ты блефуешь!

– Проверим? – Зейлор кивнул на таймер. – У вас примерно минута сорок, чтобы эвакуировать весь комплекс. Я бы начал прямо сейчас.

1:30… 1:29… 1:28…

Малеас колебался лишь мгновение, затем резко развернулся к своим людям:

– Эвакуация! Активировать протокол "Пурпурный Исход"! Все к спасательным капсулам!

Солдаты заколебались, не решаясь оставить беглецов. Малеас потерял терпение:

– Немедленно! Если комплекс взорвётся, мы потеряем годы работы! Техно-Кардинал сдерёт с нас кожу живьём!

Это подействовало. Солдаты бросились выполнять приказ. Малеас бросил на Зейлора последний злобный взгляд:

– Ты думаешь, что победил? Это только одна база. У Экзархата есть другие комплексы. Другие Осколки Бездны. Ты лишь отсрочил неизбежное.

С этими словами он тоже скрылся в коридоре, ведущем к эвакуационным шахтам.

1:10… 1:09… 1:08…

– Нам тоже нужно выбираться, – Зейлор помог Елене идти быстрее. – Тесса и остальные, надеюсь, активировали "Красный Закат". Наш корабль должен быть готов к отлёту.

– Если… они смогли, – с трудом проговорила Елена. – Экзархат… атаковал их… я чувствовала.

Они добрались до лифта, но он не работал из-за общей эвакуации. Зейлор огляделся, ища альтернативный путь наверх. Рядом с лифтом обнаружилась техническая лестница для аварийной эвакуации.

– Придётся подниматься так, – он подхватил Елену, которая едва держалась на ногах. – Держись за меня.

0:50… 0:49… 0:48…

Они начали подъём по бесконечным пролётам лестницы. Каждый шаг требовал от Елены невероятных усилий – её тело, частично трансформированное процедурами Экзархата, сопротивлялось движению. Зейлор почти нёс её на себе, чувствуя, как истощение подступает и к нему.

– Не могу… – прошептала Елена на третьем пролёте. – Брось меня… спасайся сам.

– Не обсуждается, – отрезал Зейлор, продолжая подниматься. – Мы выбираемся вместе или не выбираемся вообще.

0:30… 0:29… 0:28…

Они достигли верхнего уровня, где располагался главный вход в комплекс. Всё вокруг было в хаосе – персонал Экзархата спешно эвакуировался, заполняя спасательные шаттлы и транспортеры. Никто не обращал внимания на двух беглецов, стремящихся к выходу.

Зейлор увидел посадочную платформу, где должен был находиться "Очистительный Пламень". Корабль был на месте, но вокруг него шёл бой – Тесса, Норин и бойцы "Скайглейва" отбивались от сил Экзархата, пытавшихся захватить судно.

– Держись, – шепнул Зейлор Елене. – Нам нужно прорваться к кораблю.

0:15… 0:14… 0:13…

Они выбежали на открытое пространство посадочной платформы. Зейлор поднял руку, привлекая внимание Тессы. Она заметила их и что-то крикнула Норину, который немедленно перенаправил огонь, создавая коридор для прорыва беглецов.

0:10… 0:09… 0:08…

Зейлор и Елена бежали из последних сил. Вокруг них свистели выстрелы, но защитное поле, созданное бойцами "Скайглейва", держалось. Трап корабля был опущен, двигатели уже работали на малой мощности, готовые к экстренному взлёту.

0:05… 0:04… 0:03…

Они достигли трапа. Тесса схватила Елену, помогая ей подняться на борт. Норин прикрывал их, ведя прицельный огонь по преследователям.

0:02… 0:01…

Зейлор прыгнул последним, когда трап уже начал подниматься. Тесса бросилась к пульту управления, активируя процедуру экстренного взлёта. Двигатели взревели, корабль оторвался от платформы.

0:00

Глубоко внутри комплекса "Альфа" сработал квантовый детонатор. На мгновение ничего не произошло, затем центральный процессор, перегретый и дестабилизированный вирусом, претерпел катастрофический квантовый коллапс. Энергия, высвобожденная в процессе, инициировала цепную реакцию во всём комплексе.

"Очистительный Пламень" едва успел набрать высоту, когда внизу разверзся ад. Комплекс "Альфа" взорвался не обычным взрывом, а серией квантовых разрывов, каждый из которых высвобождал энергию, эквивалентную тактическому ядерному заряду. Пирамидальное сооружение рассыпалось, как карточный домик, погребая под собой лаборатории, оборудование и тех, кто не успел эвакуироваться.

– Уходим в верхние слои атмосферы! – крикнула Тесса, выжимая из двигателей максимальную мощность. – Ударная волна нас настигает!

Корабль трясло, как в лихорадке. Системы выдавали предупреждения о критической нагрузке. Но "Очистительный Пламень" продолжал подниматься, оставляя за собой дымный след и обломки обшивки.

Они прорвались сквозь токсичные облака Инферно и вышли в открытый космос, где их уже ждали новые испытания. Орбитальные платформы Экзархата, не уничтоженные взрывом комплекса, открыли огонь по беглецам.

– Активирую гиперпространственный двигатель! – объявила Тесса. – Всем пристегнуться! Это будет "грязный прыжок"!

"Грязный прыжок" – экстренный гиперпространственный переход без предварительных расчётов и стабилизации. Крайне опасная процедура, но единственный шанс избежать уничтожения.

Пространство перед ними исказилось, открывая туннель в гиперпространство. "Очистительный Пламень", дрожащий и теряющий обшивку, нырнул в него, мгновенно исчезая из нормального пространства.

Они уходили от Инферно с миссией, выполненной лишь частично. Главный комплекс по производству искусственных псиоников был уничтожен, но, как предупредил Малеас, это был не единственный такой объект. И где-то в галактике всё ещё действовали другие Осколки Бездны, готовящие вторжение в нашу реальность.

Зейлор сидел рядом с Еленой в медицинском отсеке, наблюдая, как автоматические системы пытаются стабилизировать её состояние. Её тело боролось с чужеродными имплантами, её разум – с психопрограммированием Экзархата. Это была битва, исход которой оставался неясным.

– Ты спас меня, – прошептала она, когда ненадолго пришла в сознание. – Снова.

– И спасу столько раз, сколько потребуется, – ответил он, сжимая её руку.

Тесса вошла в медотсек, её лицо было покрыто копотью и мелкими ранами, но глаза светились решимостью:

– Мы прыгнули вслепую, но системы навигации пытаются определить наше положение. По предварительным данным, мы в секторе Вега, примерно в трёх днях пути от Цитадели.

– Мы сможем туда добраться? – спросил Зейлор, указывая на повреждённый корпус корабля, видимый через иллюминатор.

– Если проведём экстренный ремонт в гиперпространстве и не наткнёмся на патрули "Тёмного Пакта", – кивнула Тесса. – Норин уже работает над критическими системами.

– А вторая операция? "Стальной клинок"? Есть новости?

Тесса покачала головой:

– Наш квантовый передатчик повреждён. Мы изолированы от коммуникационной сети до прибытия в Цитадель.

Зейлор посмотрел на Елену, затем на изображение разрушенного комплекса "Альфа", которое система наблюдения успела зафиксировать перед прыжком. Один маленький шаг к спасению галактики. Один удар по планам Экзархата и Осколков Бездны.

ГЛАВА 7: РАСКОЛОТЫЙ АЛЬЯНС

"Очистительный Пламень" вышел из гиперпространства на безопасном расстоянии от Цитадели. Корабль представлял собой жалкое зрелище – обожжённый корпус, наспех залатанные пробоины, дымящиеся двигатели. То, что он вообще долетел, можно было считать чудом инженерной мысли и упрямством команды.

– Цитадель, это "Очистительный Пламень", – Тесса активировала передатчик, настроенный на защищённую частоту. – Запрашиваем разрешение на приближение и стыковку. Приоритет "Альфа-Один". Требуется немедленная медицинская помощь.

Длинная пауза заставила всех на мостике напрячься. Наконец, коммуникатор ожил:

– "Очистительный Пламень", говорит служба безопасности Цитадели. Держитесь текущей позиции. К вам направлен эскорт для проверки… и защиты.

Тесса нахмурилась:

– Защиты? Что происходит?

Ответа не последовало, но через несколько минут из искажённого пространства вокруг Цитадели появились три боевых фрегата СЗР. Они заняли позиции вокруг повреждённого корабля, формируя защитный треугольник.

– Зейлор, – позвала Тесса. – Ты должен это увидеть.

Псионик поднялся из медотсека, где не отходил от Елены последние трое суток. Её состояние стабилизировалось, но полные последствия неполной трансформации Экзархатом ещё предстояло выяснить.

– Что случилось? – спросил он, подходя к главному экрану мостика.

– Смотри, – Тесса увеличила изображение пространства вокруг Цитадели.

Зейлор застыл, не веря своим глазам. Вокруг астероидного архипелага, составлявшего тайную базу сопротивления, разворачивалась масштабная картина военной мобилизации. Сотни кораблей различных фракций "Стальной Галактики" маневрировали в сложном танце, занимая оборонительные позиции. Боевые станции, ранее скрытые маскировочными полями, теперь открыто демонстрировали мощные орудийные платформы.

– Что, во имя космоса, произошло, пока нас не было? – выдохнул Зейлор.

– Полномасштабная мобилизация, – ответил вошедший на мостик Норин. Альтериец выглядел истощённым после трёх суток непрерывного ремонта систем жизнеобеспечения. – Либо они готовятся к атаке "Тёмного Пакта", либо…

– Либо что-то пошло очень, очень плохо, – закончила Тесса.

Эскорт сопровождал "Очистительный Пламень" через систему защитных барьеров и контрольных точек – намного более строгую, чем когда они покидали Цитадель. Каждый корабль тщательно сканировался, его экипаж проверялся на наличие имплантов Экзархата и следы влияния Осколков Бездны.

Когда они наконец пристыковались к одному из внутренних доков центрального астероида, их встретил не обычный приветственный комитет, а полноценный медицинский и карантинный отряд в защитных костюмах.

– Что происходит? – спросила Тесса, когда их начали подвергать детальному сканированию прямо на борту корабля.

– Протокол "Теневая Чистка", – ответил глава карантинной службы. – Всё объяснят после подтверждения вашей… чистоты.

Особое внимание уделили Елене – её, всё ещё без сознания, немедленно поместили в специальную капсулу и под усиленной охраной транспортировали в медицинский центр Цитадели.

– Куда вы её забираете? – Зейлор попытался последовать за ней, но два офицера безопасности преградили ему путь.

– В карантин высшего уровня, – объяснил один из них. – Никаких исключений. Даже для вас, псионик Морвейн.

После тщательной проверки, которая заняла почти два часа, команда "Очистительного Пламени" наконец получила разрешение покинуть корабль. Их встретил адмирал Валентайн – более мрачный и измождённый, чем когда они видели его в последний раз.

– Добро пожаловать назад, – сказал он без обычных формальностей. – Рад, что хоть кто-то вернулся.

– Сэр, – Тесса шагнула вперёд. – Что случилось? Почему такой уровень безопасности?

Адмирал огляделся по сторонам, затем жестом пригласил их следовать за ним:

– Не здесь. В командном центре.

Они шли по коридорам Цитадели, и Зейлор замечал разительные перемены. Исчезла атмосфера организованного сопротивления – её заменило нервное напряжение людей на грани отчаяния. Повсюду были усиленные патрули безопасности, проверяющие документы каждого встречного. Некоторые секции, ранее открытые, теперь были запечатаны и охранялись тяжеловооружёнными бойцами.

– Пока вы были на Инферно, произошло три критических события, – начал адмирал, когда они вошли в лифт, направляющийся в командный центр. – Первое: операция "Стальной клинок" на Фортресс Прайм провалилась. Полностью. Вся команда капитана Вейна ликвидирована.

– Боги… – выдохнула Тесса. – Как?

– Предательство, – мрачно ответил Валентайн. – Внутри нашей организации. Государство Вершины было предупреждено о миссии. Они устроили ловушку.

Двери лифта открылись, и они вышли в командный центр, который тоже изменился – голографические карты показывали ещё больше территорий, захваченных "Тёмным Пактом", а количество сотрудников заметно уменьшилось.

– Второе, – продолжил адмирал, когда они прошли в закрытую зону совещаний, – у нас есть доказательства, что Осколки Бездны проникли в "Стальную Галактику" глубже, чем мы предполагали. Мы обнаружили агентов влияния в трёх ключевых мирах Союза и даже… здесь, в Цитадели.

– Здесь?! – Норин не скрывал удивления. – Но Цитадель имеет лучшие системы безопасности в галактике!

– Системы безопасности бессильны против того, что мы обнаружили, – адмирал активировал защищённый протокол и показал голографическую запись. На ней высокопоставленный офицер СЗР в конце рабочего дня заходил в свою каюту, а выходил оттуда… изменённым. Его движения стали более механическими, глаза излучали слабое пурпурное свечение, а под кожей проступали тёмные линии. – Мы называем их "Пустотелыми". Люди, чьё сознание подменено фрагментом Осколка Бездны.

– Как с ними бороться? – спросил Зейлор, вспоминая своё столкновение с Осколком на Инферно.

– С трудом, – признал адмирал. – Обычные сканеры их не обнаруживают. Единственное, что работает – псионическое сканирование высокой чувствительности. Поэтому мы возлагаем большие надежды на вас, псионик Морвейн.

– А третье событие? – спросила Тесса.

Адмирал Валентайн тяжело вздохнул:

– Верховный Координатор Аэлин Арн'Тарос исчезла. Три дня назад её шаттл подвергся атаке при возвращении с дипломатической миссии в Конфедерации Облачных Колоний. Мы нашли обломки, но не тела. И теперь альянс "Стальной Галактики" на грани раскола.

Эта новость оказалась самой шокирующей. Аэлин была не просто лидером Союза Звёздного Равновесия – она являлась цементирующей силой всего альянса, удерживающей разнородные фракции вместе перед лицом общей угрозы.

– Кто теперь командует? – спросил Зейлор.

– Временный триумвират, – ответил адмирал. – Я представляю военное крыло. Канцлер Лорис из Республики Тарсидиан отвечает за дипломатию. Архивариус Зентара из Федерации Вольных Технологий курирует разведку и информацию. Но это временное решение. Уже начинаются разногласия.

Верховный Навигатор Эллиан Зар'Вордис из Конфедерации Облачных Колоний вошёл в конференц-зал. Его обычно спокойное лицо выражало тревогу:

– Адмирал, докладываю: флот Республики Тарсидиан начал несанкционированный отвод сил из сектора Процион. Они заявляют, что перегруппировываются для защиты своих коренных миров. Канцлер Лорис отказывается выходить на связь.

– Вот видите? – адмирал указал на голографическую карту, где ранее объединённые силы начали разделяться на отдельные группировки. – Без Аэлин центробежные силы разрывают альянс. Каждый начинает думать о себе.

– А что с нашей миссией? – спросила Тесса. – Операция "Затмение" частично выполнена. Мы уничтожили комплекс "Альфа" на Инферно, но остальные центры производства искусственных псиоников всё ещё действуют.

– Ваша миссия – единственная хорошая новость за последние дни, – кивнул адмирал. – Уничтожение комплекса "Альфа" нанесло существенный удар по производственным мощностям Экзархата. Наши аналитики оценивают, что их программа создания искусственных псиоников отброшена минимум на три месяца. Это даёт нам небольшое окно возможностей.

– Для чего? – спросил Зейлор.

– Для контрнаступления, – адмирал активировал детальную стратегическую карту. – Пока наш альянс ещё не распался окончательно, мы планируем дерзкую операцию. Прямой удар по сердцу Экзархата – планете Святая Пурпура.

– Святая Пурпура? – удивилась Тесса. – Это же религиозный центр Экзархата, их самая защищённая планета после столицы!

– Именно, – кивнул адмирал. – И именно поэтому они не ожидают атаки на неё. Наша разведка выяснила, что там находится Верховный Экзарх Тирий IV, проводящий важную церемонию. Если мы сможем устранить его, весь Экзархат погрузится в хаос преемственности. Их религиозная структура не переживёт потери "божественного лидера".

– Это самоубийство, – покачал головой Норин. – Святая Пурпура защищена не только физически, но и психически. Там сконцентрированы сильнейшие последователи Культа Пламени.

– Поэтому нам нужен Зейлор, – ответил адмирал, поворачиваясь к молодому псионику. – Только он может преодолеть их псионические барьеры. Только он может противостоять Осколкам Бездны, если они будут присутствовать.

Зейлор смотрел на карту Святой Пурпуры – пурпурный мир с гигантскими храмами-городами, окружённый орбитальными станциями, напоминающими готические соборы. Атаковать такую планету – всё равно что броситься на стену из энергетических копий.

– А что с Еленой? – спросил он. – Я должен сначала убедиться, что с ней всё в порядке.

– Она в лучших руках наших медиков, – заверил его Эллиан. – Но её состояние… сложное. Экзархат успел внедрить в её мозг Осколок Бездны, пусть и малый. Процесс не был завершён, но мы не знаем, как полностью обратить изменения.

– Я хочу её увидеть, – настаивал Зейлор.

– Конечно, – согласился адмирал. – После полного брифинга о вашей миссии на Инферно. Мы должны знать всё, что произошло. Каждую деталь вашего контакта с Осколком Бездны.

Следующие два часа Зейлор, Тесса и Норин подробно докладывали о событиях на Инферно. Особое внимание привлёк рассказ Зейлора о прямом контакте с Осколком Бездны и его словах о "преображении галактики". Адмирал и другие высокопоставленные офицеры слушали с растущей тревогой.

– Итак, их цель – не просто уничтожение жизни, а её… трансформация? – уточнил архивариус Зентара, высокий тощий мужчина с кибернетическими имплантами, покрывающими половину черепа.

– Именно, – кивнул Зейлор. – Осколок назвал это "следующим шагом эволюции". Они считают органическую жизнь ограниченной и хрупкой.

– Это соответствует нашим находкам, – Зентара активировал серию голографических отчётов. – На планетах, где активировались резонаторы "Прометея", мы обнаружили странные аномалии. Не просто смерть населения, а… изменения в самой структуре реальности. Тонкие, но прогрессирующие.

– Какие изменения? – спросила Тесса.

– Физические константы начинают смещаться. Квантовые флуктуации усиливаются. Ткань пространства-времени становится более… проницаемой, – Зентара выглядел встревоженным. – Словно наша реальность готовится принять что-то из-за её пределов.

– Осколки готовят галактику к полномасштабному вторжению, – подытожил адмирал. – И нам нужно остановить их, пока не стало слишком поздно. Вот почему удар по Святой Пурпуре так важен. Мы должны разорвать связь между Экзархом и Осколками Бездны.

После брифинга Зейлора наконец сопроводили в медицинский центр Цитадели. Строгие протоколы безопасности по-прежнему действовали – каждая дверь требовала биометрической аутентификации, каждый коридор патрулировался вооружёнными охранниками.

Елена находилась в специальной палате с прозрачными стенами из укреплённого материала. Внутри поддерживалось псионическое подавляющее поле – не настолько сильное, чтобы причинить ей вред, но достаточное для сдерживания любых неконтролируемых выбросов энергии.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.