Кейси Джефферсон
Между строк

Глава 1. Грейс

Джессика рассталась с парнем.

Хотя как сказать рассталась: они все еще жили вместе, чтобы потянуть арендную плату в центре города, но договорились, что будут встречаться с кем хотят.

По моим подсчетам, они должны будут сойтись уже через три недели, четыре максимум.

– Я правильно понимаю, что все остается как прежде, только теперь без секса? – уточнила я, доставая с самой верхней полки винные бокалы.

Джессика тряхнула черными мелкими кудряшками и села на стул, закинув ногу на ногу. Мы встретились у меня сразу после работы, но на ней почему-то было коктейльное белое платье, броско контрастирующее с темной кожей. На мне же были джинсы и футболка, и я старалась не думать о том, как выглядят мои волосы после пробежки под дождем от остановки метро до дома.

– Ага. Это выгодно со всех сторон: не нужно искать новое жилье с более низкой платой, и мне не нужно тратиться на доставку еды, поскольку Бен продолжит готовить на нас обоих. Все в плюсе. И почему больше никто до этого не додумался? Есть секс без обязательств, а есть обязательства без секса. Это же так просто.

Насколько я помнила, в их квартире была только одна кровать. Крупный Бен едва ли мог поместиться на диване в гостиной, а Джессика заплатила почти сотку за ортопедический матрас и вряд ли бы его променяла на что-то другое.

Я уменьшила срок до недели.

– Тогда, Джесс, за новый виток твоей жизни, – мы с Джессикой чокнулись. Я едва пригубила вино, а подруга сделала большой глоток и довольно цокнула языком. – Как дела на твоей работе?

Мы с Джессикой познакомились в школе, когда она подсела ко мне на математике и предложила сделку: она поможет мне с испанским, а я стану ее репетитором по техническим предметам. Годы спустя она была переводчиком с восьми языков и по возможности брала меня с собой в командировки по миру, а я постепенно делала карьеру в компании, занимающейся продажей электроники, и «сливала» ей информацию о скидках и новинках.

– Терпимо. Босс отказывается повышать мне зарплату, хотя я единственная в компании, кто свободно говорит на шести языках, – Джессика потянулась за бутылкой.

– Возьми мой.

Я протянула ей бокал, из которого едва пригубила.

– Не понравилось?

– У меня возникает желание выпить только при очень хороших новостях либо при очень плохих.

Вместо алкоголя я налила себе сока. Стоило сделать так с самого начала, но под влиянием Джесс мне всегда хочется попробовать что-то новое – чтобы окончательно убедиться, что я консерватор до мозга костей.

– Как дела с книгой? – поинтересовалась Джессика.

– Замечательно.

– Не написала больше ни строчки?

Я тяжело вздохнула и откинулась на спинку стула. Когда твои друзья знают, что ты писатель – или по крайней мере мечтаешь им стать, – это здорово. Они помогают тебе оставаться в тонусе, контролируют, чтобы ты не выбивалась из сроков, которые сама для себя установила, и пристыжают, если ты увиливаешь от работы. Но иногда, в совсем редкие минуты, я хотела, чтобы ни одна живая душа не знала, чем я занимаюсь поздними вечерами. Чем больше люди узнавали о том, что и как я пишу, тем менее защищенной я себя чувствовала.

– Полагаю, мой детектив нашел бы убийцу гораздо быстрее, если бы я сама знала, кто преступник. А пока он топчется на месте, не имея ни малейшего понятия, что ему делать.

– А ты добавь постельную сцену.

Я скривилась.

– Ну а что? – Джессика закинула в рот виноград. – Это и снимет напряжение с читателя, и даст тебе возможность обдумать следующие сцены, не прекращая писать. Сама говорила, что лучше написать плохую сцену, чем вообще ничего не написать.

– Это детектив, а не ромком. Чего я точно там не хочу, так это секса.

Джессика закатила глаза. Затем на ее лице появилась ухмылка, которая, согласно моему опыту, не предвещала ничего хорошего.

– Кстати, о сексе. Я придумала, что хочу на день рождения.

Я поставила стакан с соком на стол. Мне не хотелось думать, как одно связано с другим.

– Я не буду ничего покупать тебе в секс-шопе, – предупредила я.

Джессика махнула рукой.

– Это я и сама могу. Но есть кое-что, что можешь мне дать только ты.

– Джесс, не тяни. Твои слова звучат то ли слишком жутко, то ли слишком пошло – никак не пойму.

– Если это, по-твоему, пошло, то тебе придется изучить матчасть прежде чем браться за мой подарок. Я хочу, чтобы ты написала эротический рассказ.

Я застонала.

– Да брось ты…

– Пусть это будет один из твоих фанфиков или продолжение той истории про киборга, потерявшегося в лесу – что угодно, про кого угодно. Лишь бы это было восемнадцать плюс. А можно сразу и двадцать один плюс…

– Тебе мало книг профессиональных авторов? Зайди в любой книжный, пройди в самый дальний угол и бери любую книгу с самой развратной обложкой.

– Мне не нужны книги других авторов, мне нужна твоя книга. Даже не книга, а так, рассказик. Для тебя это сколько, два дня работы? А мне будет приятно. Давай, Грейси. Сделай мне приятно.

Я скрестила руки на груди. Все мое существо протестовало. У меня были причины, по которым я избегала постельные сцены в своем творчестве – и в основном они были связаны с тем, что я перенасытилась этой темой еще в школьные годы. А здесь – целый рассказ об этом! Увольте…

С другой стороны, от меня требовался всего один рассказ, и я в любом случае не знала, что еще можно подарить Джессике. Разве так сложно написать для нее что-нибудь короткое?

– Ладно, – неохотно сказала я. – Но за результат я не отвечаю.

Джессика от радости захлопала в ладоши.

***

Я думала, что наибольшей проблемой будет описание самих постельных сцен, но трудности начались еще раньше: я не видела героев этой истории. Я перебрала в голове всех своих персонажей, приготовленных для будущих книг, но ни один из них не подходил, да и я не понимала, как смогу «смотреть им в глаза» после того, как задействую их в порнушке. Это значило только одно: мне было нужно придумать новых персонажей.

Всю дорогу до офиса я смотрела на других пассажиров автобуса, строя догадки об их личной жизни. Вот та блондинка в красных туфлях – кто она? Кто ее партнер? Она замужем? Я представила, как она заходит в номер отеля где-то на краю города; ее длинные прямые волосы уложены с помощью лака для волос, под темным пальто – облегающее короткое платье. Ее уже ждут. «Проходи, – говорит ей мужчина, пропуская внутрь номера. – Я тебя уже дождался». Она проходит на середину комнаты, настороженно оглядывая помещение. Они точно здесь одни? Не припрятал ли он камеры, чтобы потом пересматривать запись снова и снова? Он закрывает дверь и поворачивается к ней. Его глаза расширяются, когда он видит пистолет в ее руке, темное дуло направлено прямо ему в…

Так, Грейс, придержи коней. Тебе заказали порнушку, а не убийство, и Джессика вряд ли одобрит некрофилию.

День рождения Джессики приходился на конец февраля, а значит, у меня было чуть больше месяца на то, чтобы написать рассказ.

«Ну же, Грейс, думай. Чем быстрее ты отделаешься, тем тебе будет проще», – подгоняла я себя. Но вдохновение, как и любое другое живое существо, крайне неохотно работало под давлением.

От автобусной остановки до здания, в котором я работала, было примерно семь минут ходьбы. Я выскочила из подземного перехода, обгоняя толпу, и остановилась на пешеходном переходе. Было пасмурно, и, хотя дождь обещали только вечером, складывалось впечатление, что синоптики либо ошиблись, либо нагло всех обманули. Успеть бы в здание до того, как ливанет.

Дзынь-дзынь. По улице, ловко лавируя между припаркованных машин и звеня в колокольчик, пронесся велосипедист. Он был в ярко-оранжевом шлеме, такого же цвета толстовке и спортивных шортах, открывающих вид на мускулистые ноги. Я приподняла руку, готовая помахать, когда Саймон меня увидит, но он пронесся мимо и резко свернул к бизнес-центру. Со своего места я наблюдала, как он остановился, защелкнул замок на велосипеде, приковывая его к парковочному месту, и забежал в здание. К тому времени, когда я сама добралась до входа в бизнес-центр, его уже и след простыл.

Я поднялась на сорок второй этаж, который занимала компания «Электроникс Логистик & Дистрибьютинг», где я работала последние полтора года, и прошла по длинному коридору к опенспейсу. Мое место было в самом дальнем углу, но мне не приходилось жаловаться. Во-первых, в моем пользовании был широкий подоконник, а во-вторых, отсюда было видно всех моих коллег, что в некоторых случаях было крупным плюсом.

Вокруг едва-едва начинался рабочий день. Коллеги слишком громко обсуждали прошедшие выходные, планы на следующие, задержку в выплате премий и даже и не думали приступать к задачам. Разговоры не по теме слегка стихли, когда в опенспейсе с опозданием на десять минут появился Саймон.

Первым, что я всегда замечала в нем утром, была резкая смена образа. Если до этого его было легко перепутать с велокурьером, то теперь он сменил спортивные шорты и толстовку на офисные брюки, светлую рубашку и пиджак. Саймон пользовался душем в фитнес-центре, который располагался в этом же здании и куда он ходил три раза в неделю после работы. Это было единственное, что я знала о его жизни вне офиса.

Ладно, вру. Еще я знала, что он немного говорит по-немецки.

Саймон не просто отличался немногословностью о вещах, которые не связаны с нашей работой, но мастерски соскакивал с личных вопросов. Раньше я сидела через ряд от него и прекрасно слышала, как он разговаривает с другими о том, как они собираются провести отпуск, как Энн собирается решить проблему с племянницей, которая связалась с дурной компанией, как Хоуп лечилась от коронавируса. Но едва кто-то спрашивал Саймона о том, какие у него планы на выходные, тот отвечал: «Если я не успею доделать отчет за пятницу, то буду работать». И больше ничего. Ни капельки информации, за которую можно было бы зацепиться, чтобы поддержать разговор.

– …это Грейс, Джоан и Хоуп, менеджеры по продажам.

Я посмотрела сначала на Энн, старшего маркетолога, потом на рыжеволосую девушку рядом с ней. Совсем юная, скорее всего только выпустилась из колледжа. Почти всем сотрудникам нашего департамента было между двадцати одного и тридцати пяти. Саймону и Энн, его главному заместителю, было около тридцати, хотя оба выглядели младше своего возраста.

– Это Чарли, наш новый маркетолог, – сказала нам Энн, прежде чем повернулась к следующему ряду. – Вон там сидит Лорен, Джек…

– Полегче, Энн, – пробормотала Хоуп, сидящая рядом со мной. Ее светлые волосы были собраны в причудливую прическу, а на руках было не меньше шести браслетов, которые позвякивали, когда она печатала. – Она все равно не запомнит столько имен за раз.

– О, я запомню, – чересчур радостно сказала новенькая. – У меня отличная память.

Энн повела Чарли дальше, знакомя с другими сотрудниками. Хоуп вздохнула, захлопнула крышку ноутбука и встала.

– И почему мне кажется, что эта отличная память нам еще аукнется?..

Я промолчала, как всегда, оставив комментарии коллег без ответа. Какая-то часть меня все еще думала о персонажах для рассказа. Я не смогу начать, пока не «увижу» их. Я всегда добавляла своим героям ту или иную частицу себя. Но, черт побери, я не собиралась рассказывать Джесс подробности своей скудной сексуальной жизни.

– Болит голова?

Я покосилась на Чарли, которую посадили напротив меня. Убрав руки от висков, я покачала головой и заставила себя улыбнуться. Чарли еще не настроили учетку, поэтому она наблюдала за работой других. Пару раз она оглядывалась на Саймона.

«Не надейся, он не подойдет», – подумала я, прыгая по вкладкам браузера в поисках нужной.

Саймону было некогда заниматься новенькими. Как, впрочем, и старенькими. Мне потребовалось почти полгода здесь, чтобы осознать, что Саймону не было дела до сотрудников, пока они не начнут лажать. За маркетологами, как правило, приглядывала Энн, но остальные были предоставлены сами себе. Он не помнил дней рождения коллег, не играл с нами в настолки после сложного дня, не отвечал на сообщения, даже если они были в рабочее время и касались работы. Я понимала, что он просто слишком занят, управляя отделом из двадцати человек, но все равно ощущала себя брошенной. До жути хотелось, чтобы он хоть раз сам подошёл и сказал: «Грейс, отличная работа! А давайте все соберемся после работы и выпьем за удачно закрытый квартал!» Но максимум, на что я могла рассчитывать: «Отлично, скоро дам новое задание».

***

Где-то около обеда в наш отдел зашла Эмбер. Я уловила запах ее духов раньше, чем увидела саму блондинку. Она шла по синему ковролину, как по подиуму, виляя бедрами.

– А это кто? – поинтересовалась Чарли, обнаружив, что блондинка не только потревожила Саймона, но и получила каплю его внимания.

Хоуп подняла глаза.

– Эмбер Росс. Кризисный менеджер, – пробормотала она, делая какие-то пометки в блокноте.

– У нас есть кризисный менеджер?

Новенькая поставила рекорд по освоению на новом месте. Она здесь всего пару часов, но уже говорила «у нас».

– Она из другой компании, которая располагается в этом же здании.

– Тогда что она здесь делает? – нахмурилась Чарли.

– Официально – помогает нам с неудобными ситуациями с клиентами и поставщиками. Она на аутсорсе, но ты часто будешь видеть ее на нашем этаже.

– А неофициально?

– Травит нас своими духами, – пробормотала я, доставая из сумки носовой платок.

Хоуп усмехнулась, несмотря на меня. Она была абсолютно уверена, что у Саймона и Эмбер – роман, о чем она тут же заявила мне, едва я пришла в компанию.

«Только они держат это в тайне».

«Если они держат это в тайне, то откуда ты это знаешь?»

Хоуп пожала плечами.

«Они не касаются друг друга и выдерживают дистанцию. Они часто вместе пьют кофе. И они минимум три раза брали отпуск в одно и то же время».

«Не поспоришь – железобетонные улики», – с сарказмом заметила я.

«Вот ты смеешься, а я наверняка права. Хочешь поспорить?»

«И что ты будешь делать с этой информацией? Начнешь шантажировать Саймона? ‘Эгей, я знаю хоть что-то о твоей личной жизни, которую ты так скрываешь! Заплати мне три сотни долларов, и я никому об этом не расскажу!’»

Хоуп скривилась.

«Будь она его подчиненной или коллегой, хоть какой-то скандал из этого вышел. А так…»

Это воспоминание вернуло меня к просьбе Джессики.

Откинувшись на спинку стула, я оглядела опенспейс. Я любила свое место. Отсюда я видела и слышала все, что происходило у коллег, и никто не мог обвинить меня в излишнем любопытстве. Обычно я прибегала к наблюдению, когда мне был кто-то нужен: так я могла узнать его расписание, не заглядывая в календарь, и подобрать наилучший момент для своих вопросов. Но сейчас я преследовала более низкую цель.

Я ненавидела додумывать что-то про человека, не особо его зная, но сейчас это было нужно для рассказа, поэтому я заставила свою совесть заткнуться. Если бы у кого в офисе и был служебный роман, так это у Дэни и Лорен. Совместные обеды, кофе-брейки, но уходят в разное время: сначала она, затем он. К тому же они оба исчезли с корпоратива пару месяцев назад, а когда снова объявились, оба были взъерошенные и чересчур довольные.

А самая яркая личная жизнь должна быть у Хоуп. Разноцветные платья, яркий макияж, уходит ровно в шесть тридцать и не минутой позже. Она игнорировала легкий флирт Джека в День святого Валентина, но с интересом изучала мужчин из других отделов. Правило насчет свиданий с коллегами? Или она предпочитала кого постарше?

Картер, Сандра и Элис – неразлучная компания. Иногда мне казалось, что Картеру нравится Сандра, иногда – что Элис. Троица вместе ездила в Пенсильванию в прошлом году на какой-то концерт. Я знаю это, потому что мне пришлось сдвигать свой отпуск, иначе Саймон не мог отпустить нас четверых одновременно. Когда они вернулись, Хоуп пошутила, не стали ли они ради экономии жить в одном номере, и взгляд Картера можно было трактовать двояко.

Харпер окучивала всех парней в нашем отделе без особого успеха. На пять парней приходилось пятнадцать девушек, к тому же примерно две уже были заняты. Я все ждала, когда она бросит попытку соблазнить наших коллег и перекинется на другой отдел, но, похоже, у нее был какой-то пунктик, требующий отношения с человеком, которого она видит девять часов в сутки пять дней в неделю.

Меган была в браке. Иззи помолвлена. Не самые интересные личности, чтобы брать кого-то за основу.

Что касается новенькой… Скромная одежда, сидит ровно, уделяет больше внимания немногочисленным в опенспейсе мужчинам, нежели женщинам. Отличница, зубрила, девственница.

Пока я наблюдала за ней, Чарли снова оглянулась на Саймона. Эмбер уже ушла, и мужчина вернулся к изучению чего-то на мониторе. Он откинулся в кресле и подпер подбородок рукой. На мгновение его взгляд переместился с компьютера на меня, и я поспешно опустила глаза. Когда я снова посмотрела на него, Саймон уже переключился на изучение сотрудников по другую сторону коридора. Джек не видел, что за ним наблюдает начальник, и нарисовал на маркерной доске пенис. Кейт кивнула, сделав фотографию, и парень тут же стер свое художество, но, судя по поднятым темным бровям Саймона, он все видел.

Ой-ой.

Губы Саймона изогнулись в легкой улыбке, прежде чем он вернулся к работе.

***

В шесть сорок на этаже оставалось не так уж много людей. В период закрытия квартала переработки были нормой, но в остальное время сотрудники «Электроникс Логистикс & Дистрьбютинг» разбегались после рабочего дня не хуже школьников, услышавших звонок с урока. Саймон недавно заварил еще одну чашку кофе, прежде чем засесть за бумаги, а Энн застряла на созвоне с коллегами из другого часового пояса. Я посмотрела на ливень за окном и решила, что никуда не спешу. Наверное, будь у меня машина, я бы уже свалила с работы, но перспектива мокнуть под дождем в ожидании автобуса и тем более вызывать такси, когда тут ехать минут двадцать, меня не прельщала.

Я плотно застряла в изучении отчетов и очухалась только два часа спустя, когда осталась одна на этаже. Я растерянно оглядела пустой офис. Бывало пару раз, когда я приходила на работу самой первой, но уходить самой последней мне еще не приходилось. Тишину прорезал принтер, с кряхтением выплюнувший документы для мистера Хантера, главы департамента одного из вендоров, которого мы продвигали. Мне оставалось только отловить Саймона и поставить его подпись.

Я посмотрела на часы. Полдевятого. Рабочий день уже давно подошел к концу. Но разве Саймон не ходил после работы в спортзал на первом этаже? Знаю, это было нечестно влезать в его личное время, но я боялась, что завтра не смогу отловить его между совещаниями, а мне позарез была нужна его подпись. Раз уж я потратила два часа на эту задачу, мне не хотелось спустить в утиль еще несколько дней для того, чтобы довести ее до конца.

Спустившись на лифте и пройдя через турникет, я вместо выхода направилась к двери, ведущей к спортзалу и душевым. Я никогда раньше не была в этой части здания, поэтому приходилось вчитываться в таблички в поисках нужной. Спортзал оказался за самой дальней дверью.

Все давно уже разошлись по домам, так что меня не покидало чувство нервозности из-за стоящей вокруг тишины. Если забыть об охране в холле, можно было легко представить, что весь мир погиб в жуткой катастрофе, и осталась только я.

Я осторожно приоткрыла дверь и заглянула внутрь, мысленно готовясь к тому, что Саймон уже ушел.

Но он был там. И не один.

Саймон сидел на скамейке для поднятия штанги. Тонкая белая майка оставляла мало для воображения, мышцы на руках напрягались, пока его ладони скользили по ногам сидящей у него на коленях девушки.

Я не видела ее лица, но сразу же узнала платье.

Я бесшумно закрыла за собой дверь и быстрым шагом направилась к выходу из бизнес-центра.

Хорошо, что я не стала тогда спорить с Хоуп, иначе бы проиграла.

У Саймона и Эмбер все-таки был роман.

Глава 2. Грейс

На следующий день я не смогла сдержать гримасы, увидев Эмбер. Было трудно избавиться от воспоминаний о том, как она елозила по коленям моего начальника. Да уж, когда это были лишь слухи, и я не знала точно, работать было гораздо проще.

– Тебе тоже кажется, что за такие платья должны штрафовать? – спросила меня Хоуп.

Я покосилась на ее оранжевое платье в пол, от которого у меня рябило в глазах.

– Ага.

Я знала, что у Саймона небольшой перерыв между совещаниями, и не хотела давать Эмбер возможность занять его. «Ну же, дорогуша, имей совесть, – подумала я, подхватывая документы и направляясь к Саймону. – Ты можешь получить от него все, что хочешь, и позже».

Я вдруг представила, как Саймон и Эмбер лежат в постели после очередного удачного раунда, и девушка достает из кожаной сумочки папку с документами. «Никакого продолжения, пока не обсудим твою речь с партнёрами…»

Довольная улыбка Эмбер сползла с ее лица, когда она осознала, что я направляюсь к Саймону.

– Привет.

Саймон посмотрел на меня. Интересно, он хоть имя мое помнит? Каждый раз, когда я подходила к нему за чем-нибудь, я видела в его глазах вопрос: «что этой девушке от меня надо?» Саймону позарез требовался ассистент, но это было только мое мнение.

– Привет, Грейс, – сказал Саймон. Я практически видела, что мое имя не сразу появилось у него на языке. – Что случилось?

– Мне нужна твоя подпись.

Я протянула ему документы. Пока он читал их, меня так и подмывало сказать что-нибудь такое, чтобы показать, что я вчера видела его с Эмбер.

«Знаешь, бумаги были готовы еще вчера, но твои руки были заняты другим и не могли их подписать».

«Кстати, про мистера Хантера. Это же его тренажерами оборудован наш спортзал? Ну как, на них удобно заниматься?»

Я прикусила щеку изнутри. Брось, Грейс, нечего язвить из-за того, что даже такой трудоголик, как Саймон, нашел время на романы, а ты уже три года как без отношений.

Я украдкой посмотрела на Саймона. Я работала на него несколько лет, но, кажется, впервые по-настоящему увидела его. Ему было тридцать, хотя сейчас выглядел намного моложе. Темные волосы были спутаны от того, что в них часто зарывались руки – его или ее. Чем он занимался по выходным? Куда ездил в отпуск? У него была смуглая кожа, но я не знала, откуда его корни. Я так мало знала о человеке, на которого работала.

Саймон поставил подпись и вернул мне документы, даже не догадываясь, какие вихри мыслей проносились у меня сейчас в голове.

– Отнеси их Хантеру и дай мне знать, что он скажет.

– Окей.

Я с трудом отвела от него взгляд и забрала бумаги. Медленно развернулась и пошла через весь этаж к блоку, отвечающему за закупку электронного спортинвентаря.

Если бы у Саймона был отдельный кабинет, он бы уединялся там с Эмбер, и тогда она не смотрела бы на меня как на препятствие. Или это бы не помогло? Тонкие стены, двери без замка. Даже невинный поцелуй мог привести к большим проблемам.

Но у Саймона не было отдельного кабинета, только место у окна в опенспейсе. Зато у него была квартира, но он предпочитал встречаться с Эмбер в пропахшем потом спортзале. Почему? Их заводила мысль о том, что их могут поймать? Эмбер замужем? Они слишком поглощены работой, чтобы встречаться где-то еще? Или у них тот этап отношений, в котором секс в постели – это уже скучно?

«Забудь, Грейс, – сказала я сама себе. – Тебя это не касается».

Но писатель внутри меня уже не мог остановиться. Мое тело зудело, желая начать делать заметки и изучать матчасть.

Мне стало интересно, а есть ли в здании укромные места, которые могут подойти для этих целей? Я скользила взглядом по дверям в кабинеты, подсобки и туалеты. Где есть камеры? Куда не заходят без особой нужды? Куда можно уйти с разницей в несколько минут, да так, чтобы вас ни в чем таком не заподозрили? А ведь после еще как-то нужно привести себя порядок.

Это напоминало планирования убийства для книги, только вместо одного преступника речь шла о двоих. Как обеспечить подозреваемых алиби? Где найти возможность? Что станет мотивом для преступления или, в моем случае, катализатором для отношений?

К тому времени, как я вернулась за свое рабочее место, у меня в голове уже зародились зачатки идеи. Я набросала их в телефоне, чтобы не забыть, и поставила себе задачу на ближайшие пару дней: найти так много укромных мест, как только смогу.

Джессика хочет сцены секса? Что ж, она их получит. Но я не собираюсь ограничиваться банальщиной, когда вокруг меня столько потенциала…

Ночью я без конца ворочалась, пытаясь заснуть. В голове крутились обрывки собранной информации, постепенно формируясь в общую идею. Едва я начала думать о служебном романе, протекающем под носом у коллег, как все сложилось само собой.

Но оставались персонажи. Я видела только смутные образы, абстрактные «он» и «она», а этого было недостаточно, чтобы написать хорошую историю.

Я решила начать с парня. Вместо внешности я подумала о его характере и привычках: спит до упора, но задерживается на работе, если не успевает закончить работу в срок; на работе не болтлив, разговаривает либо четко по делу, либо только с теми, с кем ему комфортно, – а таких людей было немного. Имеет машину, но ездит на велосипеде, чтобы избежать пробок, – нет. Нет, не так: он считает, что мотоцикл даёт больше гибкости на дороге, особенно в час пик, но мотоцикл – это слишком банально, поэтому он ездит на велосипеде. Он ведет себя закрыто, но это только игра на публику. Ему нравится внимание, особенно внимание молоденьких красавиц, которых можно встретить в баре у дома. Он в хорошей… он в отличной физической форме, которую поддерживает, ходя в спортзал три раза в неделю. Недотрога – так бы охарактеризовали его коллеги, даже не догадываясь, что по ночам ему больше подходит ярлык жеребец. У него есть татуировка, о которой не знает никто из коллег, поскольку он поддерживает репутацию сурового начальника…

Я открыла глаза, прерывая поток мыслей. Было трудно не заметить, что мой персонаж очень уж походит на моего начальника. По крайней мере, теми деталями, которые я о нем знала, все остальное просто пришло в голову. «Прекрати, Грейс», – одернула я себя. Но было поздно. Саймон с вымышленной биографией прочно засел у меня в голове, обрастая новыми деталями и чертами, которые, скорее всего, не имели ничего общего с реальностью, но отлично подходили под мой сюжет.

Для меня Саймон был всего лишь начальником, человеком на расстоянии с повышенной мотивацией к охране личной жизни. Теперь же благодаря моему разыгравшемуся воображению он обзавелся секретной личностью, склонной ко всем семи грехам.

Желая выкинуть из головы образ Саймона в кожаной куртке и с татуировками на руках, снимающего в баре кокетку, я переключилась на создание главного женского персонажа. Здесь на удивление все оказалось гораздо проще. Я не держала в голове никого конкретного, но ясно увидела кусочки пазла, из которого и сложила своего персонажа.

Время перевалило за полночь, а я все не могла заснуть. Персонажи, отдельные сцены, кусочки диалогов… Сутки назад у меня не было ничего, что бы я могла использовать для написания рассказа. Сейчас же я ворочалась с бока на бок, изнывая от желания начать писать.

Но один вопрос все еще не давал мне покоя. Один момент, без которого моя история не могла начаться по-настоящему.

Почему два человека, которые годами работали бок о бок, внезапно начали чувствовать друг к другу притяжение?

***

Я не помнила, чтобы мне снились сны, но я проснулась, зная, как начать рассказ. По дороге на работу я набросала одну из первых сцен:

«…Даже когда Джеймс не смотрел на меня, я знала, что он думал обо мне. То, как он говорил со мной, как улыбался, упоминая меня, – я не могла быть в его глазах обычной сотрудницей. Может быть, еще месяц назад я была для него рядовым сотрудником, но когда вы работаете бок о бок допоздна целую неделю, в ваших отношениях не может не произойти сдвиг. Пустой офис, седьмая чашка кофе за день, глупые шутки, которыми вы делитесь, чтобы поднять друг другу настроение.

Как назло, компьютер завис, и мы час ждали, когда он перезагрузится, чтобы наконец отправить начальнику департамента документы. Кондиционеры уже выключили, стало душно, и Джеймс снял рубашку, оставшись в белой футболке. Было трудно не пялиться на мышцы на его руках, не замечать запах его одеколона. Он постоянно проводил рукой по волосам, и в конце концов они стали торчать во все стороны, придавая ему мальчишеский вид.

Я даже толком не помню, о чем мы говорили, и вроде большую часть времени мы просто молчали, но за тот дурацкий вечер я перестала видеть в Джеймсе лишь начальника. И все из-за одной дурацкой мысли, забравшейся в мою голову за минуту до того, как мы отправили документы: “Я. Его. Хочу”».

К тому времени, как я добралась на лифте на сорок второй этаж, сцена уже претерпела изменения.

«Даже когда Джеймс смотрел на меня, я знала, что он не думает обо мне».

Я села за свое место, рассеянно кивнув Чарли. Саймон уже был здесь, но не приступил к работе. Он что-то печатал на телефоне, улыбаясь собеседнику. Это была Эмбер? Другая девушка? А может, кто-то из нас, его подчиненных: Энн, Лорен, Сандра…

«Но иногда я замечала, как он улыбается, и мне хотелось верить, что в этот момент он думает обо мне».

Когда Саймон отложил телефон, я пошла к нему. Ноги сами вели меня в его сторону. На его лице все еще была улыбка, когда он поднял на меня глаза. Мысленно я все еще была «в сцене», и пришлось приложить усилия, чтобы вернуть себя в реальность. Саймон вопросительно на меня посмотрел, а я никак не могла сообразить, зачем пошла к нему.

– Хантер все одобрил, – наконец выдавила я.

Джеймс… Нет, боже мой, – Саймон довольно потер руки.

– Отлично. Спасибо, что сообщила.

Я шагнула назад, а затем передумала уходить.

– Ты сегодня очень довольный, – заметила я. – Хорошо провел вечер?

Саймон не ответил. Он никогда не рассказывал о том, что делал после работы. Обычно мне было все равно, поскольку я и сама не любила обсуждать с коллегами вещи, которые их не касались, но сейчас на меня внезапно напало любопытство. Сколько из того, что я придумала о нем вчера, было правдой? Я хотела знать. Я хотела знать все…

Развернувшись, я вернулась к себе, коря себя за заданный вопрос. Меня не касалось, что делал Саймон после работы. Это все дурацкий рассказ для Джесс, из-за которого я позволяла себе думать черт знает что.

Я разблокировала ноутбук, но, прежде чем приступить к работе, занесла в заметки еще одну цитату: «В мыслях о том, чтобы поцеловать своего начальника, нет ничего зазорного, пока вы не начнете путать реальность с фантазиями».

***

День рождения Джессики проходил в кабаре. Я все никак не могла поймать именинницу одну и тихо дожидалась своей очереди, отбиваясь от разговоров с общими знакомыми. Меня оглушал шум заведения. Несколько раз я брала телефон, но затем откладывала его. Единственный человек, которому я хотела бы написать, был здесь, и я не собиралась мешать ее минуте славы.

– Точно помню, ты хотела пойти в стриптиз-клуб, – сказала я, когда Джессика наконец плюхнулась за мой столик.

– Да, но, боюсь, у Бена случился бы инфаркт.

Я приподняла брови.

– А у Бена снова есть право голоса?

– Ммм, как оказалось, обязательства без секса – это так же глупо, как и секс без обязательств.

Я довольно улыбнулась. Приятно быть правой, особенно если это касается благополучия подруги.

Я поставила на стол подарочный пакет и подвинула его к Джессике.

– Если у вас с Беном все хорошо, то это, возможно, тебе больше не нужно?

Джессика достала из пакета толстую папку, на обложку которой я наклеила огромный красный бант.

– Это не похоже на эротический рассказ, – с сомнением сказала она.

– С рассказом как-то не сложилось…

Джессика открыла папку, ее глаза пробежали по первой странице. Ее губы изогнулись в улыбке, когда она стала наугад открывать папку и читать отрывки.

– И поэтому ты написала целую книгу?

Я пожала плечами. Я заставляла себя писать каждый день, что оказалось не так сложно, когда работаешь не над детективом. Я могла не беспокоиться о том, чтобы вовремя оставить улики и не раскрыть раньше времени секреты персонажей. Черпая вдохновение из того, что видела и слышала на работе, я написала книгу с простым сюжетом и минимальным количеством персонажей, взяв за основу конфликт в отношениях между боссом и подчиненной. Я отказалась от пути «конфликт – нарастание конфликта – кульминация – развязка» и написала что-то вроде дневника, повествующего о буднях главной героини без логического завершения.

– Я писала быстро, но мне все равно не хватило времени на редактуру, – призналась я.

– Тут есть постельные сцены?

Я кивнула.

– Ну и отлично. Больше мне ничего и не надо, – Джессика подвинулась ближе и крепко меня обняла. – Спасибо, дорогая.

«Благодарить будешь, если понравится», – мрачно подумала я. Я не гордилась этой книгой. Попадись она мне в руки как читателю, я бы прочитала не больше трех глав. И дело не в опечатках и сухом языке – последствии спешки во время работы над книгой: просто я считала потерей своего времени такие истории, у которых не было ни морали, ни лихо закрученного сюжета. Хотя я не могла отрицать, что получила удовольствие, работая над определенными сценами.

Как автор детектива, я то и дело мысленно играю в игру «как убить человека и не попасться». Оказалось, что планирование запретного романа может быть столь же увлекательным, как и планирование преступления. Казалось бы, в бизнес-центре все должно быть организовано так, чтобы к минимуму свести возможность совершения какого-либо преступления, но… я удивилась, обнаружив, как мало помещений на самом деле оборудовано камерами и сколько у нас на этаже комнат, где можно вытворять черт знает что.

Я не могла описывать только секс, так что разбавляла постельные сцены некоторыми деталями из реальности. Мне показалось это забавным. Сколько там было правды, а сколько вымысла? Кажется, даже я уже не знала ответ на этот вопрос.

***

– Ты должна это опубликовать, – сказала Джессика, едва я сняла трубку.

Я посмотрела на картофель, от которого без особого успеха пыталась снять кожуру. Я представила, как делаю его фотографию и выкладываю в соцсеть. Хэштег НенавижуГотовить, хэштег НожиДляУбийстваАНеГотовки.

– А?

– «Между строк». Ты должна отправить книгу в издательство.

До меня постепенно дошло, о чем говорит Джесс.

– Погоди, ты уже дочитала?! – со дня рождения Джессики прошло не больше двух дней.

– Не смогла оторваться. Черт, Грейс, несправедливо, что ты все это время скрывала от меня свой талант в секстинге. Хотя у меня теперь есть к тебе парочка вопросов, особенно относительно пятнадцатой главы и того, с кем ты это практиковала.

К счастью, я не смогла вспомнить, о чем именно была эта глава.

– Там на самой первой странице есть замечательная надпись: «Все персонажи вымышленные, любое совпадение с реальными людьми и фактами – не более чем просто совпадение».

Джессика фыркнула.

– Ага, так я и поверила, что Майкл здесь ни при чем.

Я начала встречаться с Майклом на последнем курсе, но наши отношения продержались недолго. Все мое время уходило на работу и книгу, а ему хотелось проводить вечера в клубах и барах. Самое опасное, что мы делали в постели, – это решили попробовать успеть заняться сексом до начала рабочего дня. В итоге я опоздала на важное совещание, о котором вспомнила бы, приди как обычно в девять пятнадцать, так что тема с утренним сексом была закрыта.

– У тебя остались контакты того литературного агента, с которым ты познакомилась на ярмарке в прошлом году?

– Да, но…

– Пришли ей эту книгу. Срочно.

Я бросила попытки почистить картофель и поставила вариться макароны.

– Я не собираюсь показывать ей «Между строк». Это был твой подарок на день рождения, только и всего.

– Но она шикарная! Ты не можешь держать ее в столе вечность.

– Она не отредактирована.

– Пришли мне электронную версию, я вычитаю текст на ошибки. Клянусь, что не буду брать с тебя денег.

– Джесс, нет.

– Ну почему? – прохныкала подруга.

Я промолчала.

– Грейс?

– Я не хочу дебютировать как автор эротики, – проворчала я.

– Потому что…

– У нас что, сеанс психотерапии? Или допрос?

– Мне просто любопытно. Ты много говоришь о том, как пишешь, но при этом я практически ничего не знаю о твоих дальнейших планах.

Полагаю, это было связано с полнейшим их отсутствием.

Мне нравилось писать, нравилось придумывать запутанные детективные и фэнтезийные сюжеты. Но я фактически не позволяла себе думать, что будет дальше. Пока у меня не было законченного произведения, все было просто: напиши книгу, а обо всем остальном подумаешь позже. Меня пугал массив работы, который следовал после завершения редактуры. Поиск литературного агента, издательства, готового взять новичка. Продвижение, ведение соцсетей, взаимодействие с читателями… Время, когда самым трудным было пристроить книгу в издательство, прошло. Теперь писатель совмещает в себе тысячи других профессий, включающих маркетолога, пиарщика и SMM-щика.

Но была и другая проблема. Удача могла оказаться на моей стороне. Моя книга, какой бы она ни была, могла взлететь в топ продаж без лишнего шевеления с моей стороны. И что тогда? Читатели захотят продолжения, или чего-нибудь подобного. А я никогда не считала себя автором одного жанра. Я хотела попробовать себя во всем и жутко боялась, что едва я войду в дело с одним жанром, как больше не буду никому нужна с чем-то другим.

– Все равно пришли мне электронную версию, – сказала Джессика, не дождавшись от меня ответа. – Я хочу перечитать, но бумажная версия не слишком удобная.

– Ладно, – неохотно сказала я. Мне захотелось сменить тему. – Как у вас дела с Беном?

– О, ты не поверишь…

***

Три дня спустя я получила на почте письмо от Джесс. К нему был приложен файл с моей книгой, а текст письма гласил: «Я отредактировала рукопись. Дальше решать тебе».

Прикусив губу, я пробежалась глазами по правкам Джессики. В основном это было исправление опечаток и корявых предложений, но были и замечания вроде: «Это лишний кусок» и «А здесь нужно больше деталей».

Я перечитала моменты, которые выделила подруга. Они все относились к постельным сценам, и я задумалась, а читала ли Джессика куски текста, посвященные размышлениям героини о том, правильно ли она поступает, продолжая свои отношения с боссом.

«Нереалистично, – подписала Джессика одну из сцен. – Что-то смущает с точки зрения анатомии. Но мне слишком нравится эта сцена, чтобы ее менять».

Конечно, она была нереалистичной. Художественный секс имел мало общего с тем, как это происходит на самом деле – отсюда и вереницы перечитавших низкопробную эротику девушек и юношей, которых ждало глубокое разочарование после своего первого раза. Никому не хотелось читать про странные звуки и запахи, которые издают тела во время соития, я уж молчу про артистичность тех или иных действий.

Но именно поэтому нас всех и тянуло на очевидно плохие вещи. Реальный мир был слишком скучным и серым, чтобы после тяжелого рабочего дня или неудачного свидания возникало желание почитать о чем-то столь же скучном и сером. Мы хотели читать о запретных отношениях, о взлетах и падениях, о ярком сексе в экстремальных условиях. То, что казалось нам невозможным в реальности, манило и поглощало.

Поэтому написание книги далось мне так легко. Я подумала обо всем, что никогда бы не сделала, будь я собой. Интрижка с начальником? Секс на рабочем месте? Я ни за что бы ни пошла на это, но мне не потребовалось прилагать усилия, чтобы все это представить.

Я пробежала глазами по всей книге, но уже не обращая внимания на замечания Джессики. Затем позвонила ей.

– Это будет мой подарок тебе на Рождество, – сказала я. – Я не собираюсь показывать это издателю или литагенту, но могу выложить на сайт самиздата.

Джессика завизжала и захлопала в ладоши.

Это казалось хорошим компромиссом. Так мне не придется ссориться с Джессикой, но при этом я могла быть спокойна относительно своего будущего как писательницы. Миллионы книг еженедельно появлялись на просторах самиздата и исчезали в океане таких же рукописей новичков. Кто заметит очередную рыбку в огромном океане?

– Мне нужен псевдоним.

– Леди Искушение? – моментально предложила Джессика.

Я закатила глаза, хотя она не могла меня видеть.

– Ты вот сама бы купить книгу, автором которой значится «Леди Искушение»?

– Конечно. А ты разве нет?

– Мне нужно что-то нормальное, но и не связанное со мной.

– Боишься, что кто-то узнает, что ты пишешь? – полюбопытствовала Джесс. – Или что ты пишешь?

Я промолчала.

– Хорошо, а что насчет… Генриетта Миллер? В честь Генри Миллера (Прим.: американский автор интеллектуально-эротических романов).

– Спасибо хоть не Анастейша Стил.

– Можно и так, – сказала Джесс. – Так, постой, а откуда ты знаешь, как зовут героиню «Пятьдесят оттенков серого»?

Но я ее уже не слушала. В голове вертелись имена, связанные с эротическими произведениями. Госпожа Бовари, Любовник леди Чаттерлей, Фанни Хилл…

– Окей, мне нравится Генриетта Миллер.

Даже не видя Джессику я знала, что она улыбается.

– Пришли мне ссылку, когда опубликуешь.

– Куда это ты собралась ее переслать?

– Никуда. Но мне нужны доказательства, что ты это сделала, а не просто заговорила мне зубы.

Я открыла на ноутбуке один из сайтов самиздата, который держала в уме на тот случай, если не смогу продвинуть в издательстве свой еще не написанный детектив.

– Ладно. Но клянусь всеми убийцами, если эта ссылка окажется у Майкла…

Глава 3. Грейс

Следующий месяц прошел довольно напряженно. Джессику отправили в две командировки: в Италию и еще какую-то страну, название которой я слышала впервые в жизни. А я утонула в квартальных отчетах и еле начала всплывать только в середине апреля, когда наступил штиль.

«Сегодня нужно встретиться, – написала Джессика утром. – У тебя или у меня?»

Я посмотрела на календарь, но не нашла в нем никак отметок о днях рождения, памятных дат и прочем.

«У меня… А что празднуем?»

«А у тебя так много поводов для празднования?» Следом Джессика прислала игривый смайлик.

У меня закралось подозрение, что Джессика перепутала меня с Беном. Единственное, что мне хотелось бы отпраздновать, это закрытие квартала, но она не могла знать, что мы вчера сдали все отчеты.

Я отложила телефон и вернулась к компьютеру. После напряженной пары недель мне не хотелось ничего большего, кроме как отдохнуть. И почему я не взяла пару отгулов на эти дни? Каждый раз совершаю одну и ту же ошибку.

Я лениво заполняла таблицу, краем уха слушая коллег. Они то ли обсуждали минувшие выходные, то ли строили планы на следующие – а может, и все сразу. Саймон ушел в отпуск сразу же, как нам одобрили все документы, так что в офисе царила атмосфера расслабленности и лени.

– …прочитай это. Я серьезно, лучше этой книги ты не найдешь, – сказала Чарли. Она все еще пыталась укрепиться на новом месте, и активно рекомендовала коллегам рестораны, магазины, приложения на телефон и теперь, видимо, еще и книги.

Хоуп скептически подняла бровь, глядя в свой телефон.

– Ну не знаю. Рейтинг, конечно, высокий, но аннотация как-то не цепляет.

– Я тоже это заметила. Но у меня сестра пишет фанфики, и, по ее словам, уместить книгу в пяти предложениях – самое сложное.

Хоуп задумчиво постучала ногтями по столу.

– Окей. Мне все равно больше нечего читать.

– А вы о чем? – полюбопытствовала Лорен. Она шла с кухни с чашкой кофе, но задержалась у наших столов.

– Мне захотелось почитать эротику, но я слегка отстала от жизни и не знаю, что сейчас в моде.

– «Пятьдесят оттенков серого».

– Уже читала.

– «После»?

Хоуп скривилась.

– Я зареклась читать романтику среди подростков еще в старших классах. Много нытья, мало секса.

– В «После» много секса.

– А нытья?

Лорен подняла свободную руку в знак капитуляции.

Хоуп повернулась на стуле ко мне.

– А ты что скажешь?

Я растерялась.

– Эм… Я не читаю эротику.

Зато ее пишу.

Я крутила между пальцев колпачок от ручки, молясь, чтобы от меня отстали. В последнее время вокруг меня было слишком много разговоров о сексе.

Хоуп открыла рот, но не успела ничего сказать – Лорен щелкнула пальцами, привлекая ее внимание.

– Вспомнила. «Крышесносная серия» (прим. автора: «Крышесносная серия» – С. Т. Эбби). Никакого нытья, но очень много страсти.

– Окей. Тогда сначала прочитаю «Между строк», а затем «Крышесносную серию».

Я оторвала от колпачка ручки кусок с тихим «чпоньк». Все три девушки оглянулись от меня.

Я выдавила из себя улыбку и показала им то, что осталось от колпачка.

– Третья за пару недель. Хорошо, что квартал закончился.

Хоуп фыркнула.

– Жаль только, что начался новый.

Она отвернулась от меня, все еще держа телефон в руке, и я увидела экран.

С моей книгой.

***

Когда я пришла домой, Джессика уже ждала меня под дверью с пакетами из продуктового.

– Босс отпустил меня пораньше, – пояснила она. – А почему ты выглядишь так, словно за тобой гонятся кролики с бензопилой?

Дрожащими руками я отперла замок и впустила Джессику внутрь. Только оказавшись в квартире, я схватилась за голову.

– Одна из коллег прочитала мою книгу и порекомендовала ее другой коллеге.

Джессика обрадовалась.

– Но это же здорово!

Я покачала головой.

– Нет, нет, это точно не здорово.

– Почему? Ты же использовала псевдоним. Никто не узнает, что ты… – Джессика замолкла, увидев мое лицо. – Грейс?..

Я сглотнула.

– Я… я очень долго не могла придумать персонажей. И поэтому взяла их из своего окружения.

Джессика задумалась.

– Ты же ничего такого не писала про них. Хотя постой, кого именно ты взяла за образец?

Я сжалась, жалея, что не могу уменьшиться до размера молекулы.

– Своего босса.

Джессика вскинула брови.

– Джеймс – это твой босс?

– Я не знаю, почему выбрала его, – простонала я. – Я же его совсем не знаю. Он даже мне не нравится.

Джесс покачала головой, но не стала комментировать мои слова.

– А кто тогда Лиззи?

– Никто. То есть… я взяла понемногу от каждой из своих коллег.

Привычки Чарли, аллергия и манера одеваться Лорен, татуировка Хоуп… Лиззи была той мной, которой я никогда не была в реальности. Я писала о том, что видела, не задумываясь о том, что оставляю на страницах книги улики.

– Так, я не юрист, но, кажется, ты ничего такого не нарушила. Роулинг вообще назвала Пожирателей именами своих одноклассников, и ничего.

– Да, но я описала наш офис! И некоторые сцены – не секса, конечно, – произошли на самом деле.

В голове промелькнули воспоминания о рождественском корпоративе, игре в настолки после закрытия особо ужасного квартала, сплетни о том, кто как провел отпуск.

Я редко вступала в разговоры с коллегами, но много слушала и видела. Когда пришло время писать книгу, я просто выписала особо интересные моменты и использовала их без зазрения совести.

– Я же не думала, что книгу кто-то увидит! Она писалась только для тебя!

– Грейс, отставить панику. Ты не сделала ничего такого. Да опиши ты мой офис и моего босса, я бы все равно ни о чем не догадалась. Кроме того, ты сказала, кто-то из твоих коллег уже прочитал книгу, так? И она ничего не заподозрила?

– Нет, но Чарли у нас всего месяц или около того. А Хоуп здесь работает дольше меня. Она поймет. Черт, – я провела рукой по волосам. – Надо удалить книгу. Вообще не стоило ее публиковать.

Джессика смутилась.

– Кажется, ее уже не получится удалить…

– Что? Почему? – я посмотрела на содержимое пакета. Торт, шампанское… внутренности сжались в тугой узел. – Джесс, что ты хотела отпраздновать?

– Ты правда не знаешь? Тебе не приходило никого уведомления или типа того?

У меня закралось предчувствие, что плохие новости еще не закончились.

– Уведомления о чем?

Джессика что-то вбила в телефоне и протянула мне. Я увидела сайт самиздата, которым воспользовалась. Это была главная страница, и на ней, самой первой строкой шло…

«Лидеры продаж за июнь:

Между строк – Генриетта Миллер

Зов сердца – Ли Джеймс

…»

– Твою ж…

– Как ты могла это пропустить? – спросила Джессика.

– Я не проверяю личную почту, когда у нас идет закрытие квартала, – медленно сказала я. – И я отключила почти всю рассылку с этого сайта, так как после регистрации меня завалило приглашениями на вебинары для начинающих писателей.

Я вернула Джессике ее телефон и взяла свой. Вошла в аккаунт на сайте самиздата. Рядом с иконкой колокольчика висело число 99+ уведомлений. Я заглянула в статистику, и первым, что увидела, была заработанная за книгу сумма. С учетом комиссии площадки и налога выходило не так уж много, но это было определенно больше, чем я могла рассчитывать.

– Число просмотров выросло после публикации топа, – Джессика кивнула на график, отображающий просмотры за последний месяц.

Я посмотрела на даты, соответствующие пикам, и попыталась предположить, что привлекло читателей. Выкладывая роман в сеть, подсмотрела, как выглядят книги этого жанра на площадке. Я не хотела клише с мужским силуэтом на обложке, поэтому сляпала однотонную обложку с какими-то узорами, а аннотацию так вообще писала из обрывочных предложений, толком не раскрывающих сюжет. И все-таки эта ядерная смесь как-то привлекла читателей. От ломаного графика скачиваний меня затошнило. Одна из этих точек – Чарли.

И скоро к ним добавится еще одна – Хоуп.

Что же я наделала…

– Все будет хорошо, – сказала Джессика, пытаясь меня успокоить. – Это всего лишь книга. Ты же не реальный роман между своим боссом и кем-то описала, верно?

Перед глазами всплыло воспоминание из спортзала: сильные руки Саймона, тихий стон Эмбер…

Я поспешила в спальню.

– Что ты собираешься делать? – крикнула Джесс.

– Перечитать свою книгу.

Между строк

Я никогда не была любительницей баров, но моя подруга Линда только что рассталась с парнем, и ей требовалась перезагрузка, так что я не могла ей отказать. В жизни любого человека рано или поздно наступает момент, когда он думает: «Ладно, этот придурок однажды сходил со мной в поход, хотя ненавидит отсутствие цивилизации, поэтому я не могу ему отказать». Я абсолютно уверена, что именно в угоду дружеских обязанностей и было сделано большинство научных и технических открытый. Так и представляю себе Александра Белла, который изобретает телефон только для того, чтобы его другу было проще жаловаться ему на свою жизнь.

В любом случае это была пятница, самый центр города, и у меня начинала болеть голова от живой музыки. Линда дала мне всего десять минут на переодевания, и я надела первое, что попалось мне под руку, – короткое обтягивающее платье. Теперь, когда я то и дело ловила на себе похотливые взгляды незнакомцев, я жалела, что не осталась в джинсах и футболке, в которых была на работе.

– Расслабься, – засмеялась Линда, увидев выражение моего лица. – И развлекись.

– Это ты здесь для расслабления и развлечения. А я тут… вроде телохранителя, – буркнула я, оттягивая короткий подол платья вниз.

Мы заняли маленький круглый столик подальше от сцены и заказали напитки – Линда мартини, а я «Манхэттен».

– Знаешь, что я придумала?

– Я не буду целовать незнакомца в качестве пари, – моментально сказала я.

Линда закатила глаза.

– Зануда.

Я рассмеялась. Помешивая трубочкой коктейль, я рассеянно оглядела бар. Мой взгляд зацепился за что-то в противоположной стороне. Я снова посмотрела на столики, гадая, что меня смутило. Байкер с девушкой, которая годится ему в дочери? Женщина в светло-голубом костюме и с розовыми волосами? Или мужчина, флиртующий сразу с двумя девушками?

Он обернулся, чтобы подозвать официанта, и я поняла, что не ошиблась. От удивления у меня приоткрылся рот.

– Что такое? – Линда проследила за моим взглядом.

– Это мой начальник, – мой голос прозвучал слишком высоко и громко. Я откашлялась. – Это Джеймс.

Линда вскинула брови и заинтересованно посмотрела на него.

– А он ничего.

– Ага. То есть… – я застонала. – Забудь.

– Нет, серьезно, почему ты не упоминала, что он такой краш?

Я пожала плечами.

– Это не имело значения. Он умный, разносторонний…

– И, видимо, многосторонний, – Линда ткнула трубочкой от коктейля в сторону Джеймса. – Он реально флиртует с тремя девушками сразу?

Я обернулась.

– Только что их было две…

Но Линда была права. Джеймс сидел полубоком за столиком с двумя девушками, будто он шел мимо и присел ненадолго на краешек. Официантка остановилась, чтобы принять заказ, но ее поза говорила о том, что она не против задержаться. Я не видела ее лица, но представила, как она лукаво улыбается, прежде чем отнести заказ на кухню.

Джеймс оглянулся ей вслед и встретился взглядом со мной. Я не опустила глаза, а он не отвернулся. Одна из девушек за его столиком что-то сказала, и лишь тогда Джеймс повернулся ко мне спиной.

– Какой интересный у тебя босс, – Линда допила коктейль со смачным «врумпь». – У вас случаем нет открытых вакансий?

– В офисе он совсем не такой, – я посмотрела на Джеймса в последний раз и отвернулась. Я и так вижу его по девять часов пять дней в неделю, куда еще тратить на него свое свободное время.

Но мне не давало покоя, как сильно он изменился после завершения рабочего дня. Хотя так уж ли он менялся? Он и в офис надевал далеко не костюмы-тройки, и вел себя довольно свободно. И все же мне и в голову не могло прийти, что однажды в пятницу я застукаю его в баре в компании двух девушек.

«Спорим, что он тоже не думал, что увидит тебя в обтягивающем платье с глубоким вырезом и на шпильках?»

– У кого-то будет весёлая ночь.

Я обернулась, чтобы посмотреть, что в этот раз в Джеймсе привлекло внимание Линды, но в этом не было нужды. Он проходил мимо нашего столика к выходу из бара, рука одной девушки легко лежала на сгибе его локтя, пока ладонь Джеймса покоилась на талии второй.

Линда наклонилась ко мне.

– Еще не поздно к ним присоединиться.

Линда говорила громко – то ли хотела перекричать орущую музыку, то ли надеялась, что Джеймс ее услышит. Какую бы цель она ни преследовала, она ее добилась. Шаги Джеймса замедлились, он посмотрел на меня. И, черт побери, улыбнулся!

Пока я судорожно думала, как нужно на такое отреагировать, момент был упущен. Джеймс вышел из бара в сопровождении двух девушек.

– Тебе тоже интересно, они поедут к нему или к одной из них? – спросила Линда.

Я придвинула к себе бокал с едва пригубленным коктейлем.

– Неа. Но мне любопытно, они поедут на такси, или Джеймс собирается провернуть фокус и посадить их двоих на свой велосипед.

Глава 4. Саймон

Я терпеть не мог первый день после отпуска. Вместо того чтобы плавно решать все проблемы в течение недели, мои сотрудники копили их и приносили целой стопкой к моему столу, едва я переступал порог офиса.

Но сегодня все было иначе.

Я поймал несколько напряженных взглядов, пока шел по коридору. Обычно это значило: «Не дай Бог он подойдет и спросит, как у меня дела с задачей, поскольку я к ней еще даже не приступал». Я сделал мысленную зарубку подойти к ним позже, дав небольшую возможность успеть хотя бы сымитировать какую-либо деятельность за время моего отсутствия.

Я сел за свое место, включил компьютер. Где-то в это время рядом со мной появлялся первый прощающий, но я успел ввести пароль от учетной записи, открыть почту и даже прочесть несколько писем. Ничего.

«Что они успели сделать с компанией за мой отпуск?» – с нарастающей паникой подумал я, оглядывая опенспейс.

Часть сотрудников была занята работой: в основном это были те, в чьи обязанности входила рутина, не требующая согласований или особого напряга. Энн, которая как минимум должна была уже нависать надо мной с просьбой согласовать маркетинговый план на квартал, медленно крутилась на стуле, постукивая ручкой по виску. Еще несколько сотрудников опускали глаза, встретившись со мной взглядом.

Я оглядел себя, гадая, не вызвано ли их оцепенение моим внешним видом. Я приезжал на работу на велосипеде, а затем шел в душ, чтобы смыть с себя пот и пыль. Может, я на автомате надел обратно спортивные шорты и футболку? Но нет, все было как обычно. Я провел рукой по волосам и поборол желание направиться в туалет, чтобы посмотреть в зеркало.

Наконец ко мне подошла Чарли, и напряжение, повисшее в опенспейсе, ослабло, хотя и не исчезло совсем.

– Доброе утро, – сказала мне рыжеволосая девушка, не обращая внимания на взгляды коллег. – Как прошел отпуск?

– Отлично.

«Лучше скажи, что вы за это время все натворили».

– Я хотела бы обсудить план по маркетинговым расходам на этот квартал.

Я сверился с календарем.

– Давай я поставлю встречу сегодня на двенадцать для всех маркетологов, на ней и разберем все вопросы по плану. Идет?

Если оторвать пару человек от группы, будет больше шансов, что один из них наконец признается, что произошло.

Наплыв работы заставил меня на время забыть о происходящем, но едва началось наше собрание в переговорке, как потрескивающее в помещении напряжение напомнило мне обо всем. Правда, не все проявляли непонятное для меня беспокойство: с интересом я обнаружил, что маркетологи-мужчины ведут себя намного спокойнее женщин. Я предположил, что кто-то недавно объявил о предстоящей свадьбе или о беременности, отсюда безразличие первых и беспокойство вторых. Мне не хотелось быть сексистом, но, похоже, мои сотрудники представляли собой стереотипный образ.

– Тогда предлагаю расходиться, – подытожил я встречу.

Сотрудники мигом стали собирать свои вещи. Знаком я попросил Энн остановиться.

– У меня есть к тебе еще один вопрос.

Энн поставила ноутбук обратно на стол и села. Мы пришли в компанию почти в одно и то же время и были одними из немногих, кто остался из первоначальной команды. Именно она обычно замещала меня во время моего отсутствия.

– Это по поводу корректировки плана? – спросила Энн, когда все вышли.

– На самом деле меня больше интересует, что произошло за время моего отсутствия.

Энн настороженно на меня посмотрела. У нее была стрижка под мальчика и длинная челка, которую она укладывала набок и которая теперь закрывала ее левый глаз.

– Ты о чем?

Я развел руками.

– Если бы я знал, то не спрашивал. Утром часть сотрудников на меня странно смотрели. Хоуп, Лорен…

Энн нахмурилась, и я тут же понял, что мои переживания были не беспричинными. Что-то действительно произошло, и она знала, что именно.

– Не обращай внимания.

– Энн, я руководитель отдела. Мне нужно знать, что происходит, чтобы успеть среагировать.

Энн откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди.

– Хоуп прочитала одну книгу, – неохотно призналась Энн. – И решила, что главный мужской персонаж списан с тебя.

– И все? – вырвалось у меня. И из-за этого такая реакция?

– Она считает, что автор также описал в книге нашу компанию и наш офис, и… – Энн замолкла.

– И что?

– И, возможно, некоторые события, которые имели место в реальности, – сказала она, глядя мне в глаза.

Я не смог ничего собой поделать и рассмеялся.

– Боже, Энн, ты меня успокоила. А я уже решил, что вы уронили все продажи, но как-то сумели это от меня скрыть. А ты говоришь, что все дело в какой-то книжонке…

– Хоуп абсолютно уверена, что там речь о тебе.

Мне стало интересно, что же такого должно было там описано, что Хоуп была настолько в этом уверена. Я разговаривал с подчиненными в основном по работе, предпочитая оставлять личное личным. Даже те крохи информации, которые они могли про меня выяснить, были слишком малы, чтобы делать какие-то выводы.

– А ты что скажешь? – полюбопытствовал я. Зная Энн, она должна была тоже прочесть эту книгу, чтобы сделать собственные выводы.

Энн провела ладонью по столу, смахивая пылинки.

– Не знаю, с кого списан главный герой, но автор книги явно знает, как у нас здесь все устроено. Я нашла пару моментов, который слабо похожи на простое совпадение.

Я встал и взял ноутбук. История Энн знатно подняла мне настроение. А может, это было всего лишь облегчение от того, что все не так уж ужасно, как я себе напридумывал.

– Пришли мне название. Мне теперь самому интересно, что это за книжонка.

У меня было мало времени на чтение, но я был уверен, что смогу найти пару свободных часов. Я уже догадывался, что увижу: описание будней менеджера среднего звена, суеты опенспейса, злого начальника, отказывающего в повышении. Те, кто работал в разных компаниях, знает, что, хотя детали могут разниться, многое остается прежним от офиса к офису. Конечно, Хоуп, до этого работавшая только на фрилансе, прочитала книгу и решила, что она основана на нас, поскольку ей было больше не с чем сравнить. Наш офис ничем не отличался от любого другого в городе, разве что вентиляция была похуже, чем в современных зданиях.

Энн прислала ссылку на книгу, и я занес ее в заметки, прежде чем перейти по ней. Имя автора мне было незнакомо, что логично – я уже давно перестал следить за новинками на книжном рынке. А обложка, кажется, была сгенерирована с помощью нейронки. Да здравствует будущее! Мне оставалось надеяться, что текст писал все-таки человек, а не бездушный интеллект.

***

О книге я вспомнил только под самый вечер, когда полез в заметки, чтобы добавить в список покупок макароны. Я был слишком уставшим после работы, чтобы напрягать свой мозг, но, судя по аннотации, это была очередная бульварная книжица на один вечер. Моя мама любила такое, и когда я пристрастился к чтению, даже прочел пару книг ее любимого автора. Это была огромнейшая ошибка. На протяжении нескольких лет я жил с мнением, что такие отношения между мужчиной и женщиной – это норма, и только первые неудачные отношения с Патрицией Хейл показали мне, что в этих книгах нет ни крупицы правды. Токсичные отношения, побег в другую страну с почти незнакомым человеком из-за влюбленности, невозможный с точки зрения анатомии и физики секс – страшно подумать, сколько вреда нанесли эти книги.

Я купил книгу и начал читать, смело полагая, что уже через пару страниц забью на это занятие. Но я ошибся.

Я читал, не отрываясь, на протяжении почти всей ночи. Мне оставалось спать не больше двух часов, но я не мог остановиться.

А когда я закончил, был в недоумении и очень, очень зол.

***

Я поднялся на тридцать восьмой этаж и подошел к девушкам на ресепшене, сидящим под крупной синей вывеской «Бренниган Консалтинг». Между нашими компаниями был заключен договор, по которому сотрудники юридической фирмы консультировали нас по проблемным ситуациям и помогали разруливать казусы с клиентами. Когда-то я и сам работал на «Бренниган Консалтинг», но после своего ухода из компании впервые заявился на их этаж. Я думал, что испытаю хоть какое-то дежавю, глядя на маленькие неуютные диванчики и репродукции картин известных художников на стенах, но не почувствовал ничего.

«Отпусти и забудь», – подумал я, растягивая губы в улыбке.

– Будьте добры, позовите Эмбер Росс, – попросил я одну из девушек на ресепшене.

Я не стал называть свое имя, и, когда одна из девушек позвонила по внутреннему телефону, я услышал, как она обтекающе сказала Эмбер, что к ней кто-то пришел.

Я мог сам позвонить ей и назначить встречу, но у меня было подозрение, что тогда она найдет причину слиться. Заявившись на ее территорию, я давал ей понять, что не уйду с пустыми руками.

Эмбер удивилась, увидев меня. Она поманила меня в одну и переговорок недалеко от лифтов.

– Я думала, мы решили, что устроим встречу в пятницу, – сказала она, присаживаясь на стул.

Эмбер закинула ногу на ногу, и широкий разрез на юбке обнажил приличный кусок ее ноги. Я отвел взгляд.

– Ты – Генриетта Миллер?

Девушка нахмурилась.

– В смысле?

Я протянул ей планшет. Эмбер и глазом не моргнула, увидев страницу с книгой. Длинным наманикюренным ногтем она провела по экрану, изучая обложку и аннотацию.

– Не знала, что ты любишь читать подобное.

– Будем считать, что эта книга – исключение, – я наклонился вперед, упираясь локтями в стол. – Одна из моих сотрудниц прочитала это, и ей показалось, что очень многое из нашей компании было использовано в книге. В частности, она считает, что герой был списан с меня. Я прочитал ее и убедился в этом.

Эмбер внимательно на меня посмотрела.

– И ты решил, что автор – это я?

Я кивнул. Эмбер перекинула светлые локоны через плечо.

– Брось, Саймон, я пианистка. Я не умею писать художественные тексты.

– Автор этой книги тоже не умеет, но ее это не остановило.

– Почему ты вообще решил, что это я? Я у вас даже не работаю.

– Основа сюжета – роман между боссом и подчиненной.

Эмбер выгнула идеально ровную бровь. Периодически меня подмывало спросить, сколько времени она тратит, чтобы нарисовать себе столь ровное и совершенное лицо.

– Я никогда не была твоей подчиненной.

– Но мы работали вместе, пока я не перешел в «Электроникс Логистик & Дистрибьютинг». И ты часто бываешь у нас, так что знаешь детали. Я уж молчу про секс в спортзале в прошлом месяце.

Эмбер отложила планшет.

– Сомневаюсь, что мы единственные, кто воспользовался отсутствием там камер.

Я поджал губы. Вспоминать о том, как я поддался минутной слабости, не хотелось. Мы с Эмбер расстались не без причины. Из-за моего графика было сложно выкроить время на отношения, а она работала в этом же здании, с теми же переработками.

Она поймала меня в прошлом месяце в конце рабочего дня. Предложила выпить, но я не хотел пропускать тренировку. Эмбер вызвалась меня подождать. Закончилось все… не той тренировкой, на которую я рассчитывал.

– Я не писала про тебя ничего, Саймон. Мне бы и в голову такое не пришло. Ты уверен, что это не какая-нибудь другая твоя бывшая?

Я покачал головой. После расставания с Эмбер я короткий промежуток встречался с одной девушкой, но я ни слова не обмолвился с ней о своей работе. Как бы это ни было прискорбно, интрижка с Эмбер была для меня единственным подобием отношений за последние десять лет.

– Мне нужно бежать на совещание, – Эмбер встала и одернула юбку. – Я не писала эту книгу, но ты меня заинтересовал. Я прочту ее.

Когда я наконец пришел в офис, сотрудники посмотрели на меня с любопытством. Сколько из них прочитало книгу? Кто еще решил, что главный герой списан с меня? Джеймс Холлидей, тридцатилетний начальник отдела из двадцати сотрудников, который ездит на работу на велосипеде, ходит в спортзал и пьет кофе из оранжевой чашки с хоботом. Это было первое, что бросалось в глаза, но, увы, это было не единственным.

Я подозвал к себе Хоуп.

– Как ты нашла «Между строк»? – тихо спросил я.

Хоуп вытаращила густо накрашенные глаза. Это не укрылось от ее коллег, вытянувших шеи в попытке подслушать наш разговор. Черт, надо было пойти в переговорку.

– Как ты…

– Энн рассказала мне о книге и о твоей теории. Так как ты ее нашла?

Хоуп скрестила руки на груди.

– Не помню. Кажется, мне ее посоветовали.

– Кто именно?

– Лорен, возможно. Или Чарли. Не помню, кто именно. Но мы втроём обсуждали книги.

– Ты говорила кому-нибудь еще о своих подозрениях?

Хоуп покачала головой.

– Только Энн, и то потому, что она поймала меня за чтением во время… – девушка замолчала, сообразив, что сболтнула лишнего.

Я посмотрел через ее плечо на опенспейс. О книге явно знало гораздо больше человек, чем думала – или говорила – Хоуп.

– Больше никому о ней не рассказывай.

– Ладно, – Хоуп двинулась, чтобы уйти, но вдруг снова повернулась ко мне и тихо спросила: – Так это… правда? То, что написано в книге?

– Конечно же, нет, – рявкнул я.

Получилось громче, чем следовало. Бормоча ругательства, я сел за стол и погрузился в работу.

***

Следующим днем Эмбер заявилась ко мне домой.

Увидев ее в глазок, я подумал о том, чтобы затаиться, но она все продолжала и продолжала нажимать на звонок. Кроме того, я не был уверен, что у нее не осталось ключей от моей квартиры с того времени, как мы жили вместе.

– Интересную книжку ты мне подкинул, – сказала Эмбер, заходя внутрь. Она повесила пальто на вешалку и прошла в гостиную, не дожидаясь приглашения.

– Что скажешь о ней?

– Лучше, чем большинство эротики, которая мне попадалась, но слог местами хромает. И я нашла несколько несостыковок в сюжете. Например, когда…

– Что ты скажешь о том, что Джеймс основан на мне? – перебил я.

Эмбер пожала плечами.

– Возможно. А еще возможно, что автор использовала собирательный образ мужчин-протагонистов из любовных романов.

Но я не был так в этом уверен. Я прочитал книгу еще раз, и, возможно, я был предвзят, но теперь мне еще сильнее казалось, что автор – один из моих сотрудников. Мы использовали определенные термины в работе, выдуманные нами самими, а не взятыми из широкой практики. Пару таких слов и выражений я нашел в книге. Еще был корпоратив, довольно ярко описывающий то, как мы праздновали Рождество в прошлом году; мой диалог с Хоуп, который, если выдрать его из контекста, можно было трактовать по-разному.

Проблема в том, что ничего из этого не было описано один в один с тем, что произошло в действительности. Словно автор опирался на то, что успел услышать или увидеть, когда мельком к нам заходил. Или если хотел подогнать реальные события под сюжет.

– Кстати, я изменила свое мнение. Я абсолютно уверена, что это не могла написать твоя бывшая, – сказала Эмбер.

– Почему?

Эмбер показала мне один из отрывков на своем телефоне. Я больше уделял внимание описанию офиса, где встречались герои, нежели постельным сценам, поэтому не сразу вспомнил, какой это момент.

– И что? – спросил я, скользнув взглядом по тексту.

– Твоя рука.

Теперь я читал внимательнее.

«Он уперся рукой в пол, удерживая свое тело над моим. Я провела ладонью по его груди.

– Ты когда-нибудь думал о том, чтобы сделать татуировку?

Он усмехнулся, покрывая мою шею поцелуями.

– Хочешь парные татуировки?»

– Ты права, – протянул я. – Тогда это действительно не обо мне.

И как я не заметил этого раньше? Я слишком внимательно искал то, что было в книге, но упустил из вида то, чего не было.

Эмбер задумчиво постучала пальцем по подбородку.

– На самом деле, мне тоже кажется, что автор думала о тебе, когда писала. Твой распорядок дня в будни, характер, манера говорить… Я думаю, она опиралась на твой образ, но никогда не спала с тобой. Это кто-то из твоего окружения, кто-то, кто видит тебя каждый день, но не знает близко. Ну или по крайней мере тот, кто никогда не видел тебя без одежды.

Чем больше я об этом думал, тем сильнее закипала во мне злость. «Она не имела права», – подумал я.

Она не имела никакого права описывать меня в книге и публиковать ее. И дело было не в том, что она говорила обо мне против моего желания, хотя и это тоже сыграло немалую роль. Мне не нравилось, в каком свете она меня выставила. Начальник, воспользовавшийся своим положением и закрутивший роман с подчиненной. И это после всего, на что я пошел, после всего, что я сделал…

Я стиснул пальцы в кулаки, и в правой руке отдалась глухая боль, напоминающая мне о том, что некоторые раны никогда не заживают до конца.

Я найду автора этой книги. И заставлю пожалеть о том, что она сделала.

Глава 5. Саймон

Факт № 1. Аллергия на корицу

Эмбер вызвалась помочь мне с поиском писательницы. Какая-то часть меня все еще была не уверена, что она не имеет к этому никакого отношения, но девушка была права: не было никакого смысла описывать так много всего из моей личности, но убирать некоторые детали. Скорее всего, автор долго наблюдала за мной, но не проводила дополнительного поиска и написала о том, что знала.

Сначала я подозревал Чарли и Лорен – по словам Хоуп, о книге ей рассказала одна из них. Первая, конечно, работает с нами недавно, но ничто не мешало ей узнать о корпоративе от коллег за невинной беседой.

Поскольку Джеймс явно был списан с меня, казалось логичным, что при описании внешности и привычек Лиззи автор брал свои собственные. Совместными с Эмбер усилиями мы выписали из книги основные детали. Список получился из пятидесяти шести пунктов, большая часть которых, к сожалению, не слишком уж сужала список подозреваемых. Лиззи была на голову ниже Джеймса, что при моем росте в шесть футов давало ей где-то пять футов и пять дюймов. Вес средний, не полная, но и не слишком худая: в одной сцене говорилось, что «ей есть на что мягко падать, и она не собирается садиться на диету, чтобы это исправлять». Глаза и волосы темные, но не указаны точные цвета. Благодаря сцене на корпоративе мы узнали, что у Лиззи аллергия на корицу, и она обожает коктейль «Манхэттен», но не помнит, из чего он состоит.

Забрав у меня ручку, Эмбер записала еще один факт:

«Факт № 55 – постукивает себя карандашом по руке, когда нервничает».

– Откуда это? – спросил я.

– Сцена до того, как они начали встречаться. Джеймс поглядывал на Лиззи и заметил, как она так делает.

– По-моему, писательница просто не знала, чем занять Лиззи, – возразил я, поняв, о чем она говорит.

Эмбер скрестила руки на груди.

– То же самое можно сказать о еще десяти пунктах, которые мы уже выписали. Либо фиксируем любую мелочь, либо давай обговорим четкие критерии, что считаем важным, а что нет.

– Окей, – капитулировал я. – Еще предложения будут?

Подумав, Эмбер дописала:

«Факт № 56 – Генриетта Миллер уже долгое время не состоит ни с кем в отношениях».

– Так, ну а на это что указывает?

– Невозможно написать так чувственно постельные сцены с мужчиной, если ты при этом встречаешься с кем-то другим. Она зациклена на тебе. Если она и в отношениях, то ее партнер полный идиот, если не замечает, что она грезит о другом.

При мысли о том, что Генриетта Миллер «грезит» обо мне, меня замутило. Я снова уставился на список.

– Не понимаю, как вычислить ее, не заставляя сотрудников пройти тест с вопросами о личном. Не могу же я наблюдать за ними или устраивать им проверки.

– Почему нет? Она уже перешла порог дозволенного, написав о тебе книгу и выложив ее в сеть. Ты всего лишь пытаешься обелить свое имя.

Я вздохнул и зарылся рукой в волосы.

– Это какой-то кошмар.

Эмбер положила руку мне на плечо.

– Мы во всем разберемся, – мягко сказала она.

Она потянулась ко мне, но я отвернулся.

– Не сейчас, Эмбер.

– А по-моему, тебе не помешает отвлечься, – промурлыкала она, массируя мое плечо. Мое тело начало расслабляться.

«Массаж, перетекающий в секс, был ужасным клише, но мне понравилось воплощать его в жизнь вместе с Джеймсом».

Я резко дернулся, когда в голове прозвучала эта фраза из книги.

– Иди домой, – прорычал я.

Эмбер подхватила свои вещи и, не говоря ни слова, ушла.

***

Я решил устроить маленькую проверку, которая не должна была вызвать вопросов. Заказал печенье с корицей в местной пекарне и поставил на следующий день встречу со всеми маркетологами. Я часто так делал раньше, когда только стал начальником и хотел расположить к себе остальных, но теперь у меня не было ни времени, ни желания. Оставалось надеяться, что никто не решит, что моя выходка слишком уж подозрительна.

Я дотянул почти до самого конца встречи, хотя это было нелегко. Мне не терпелось как можно скорее разоблачить воровку и покончить с этой книжонкой.

– Чуть было не забыл. Угощайтесь, – я снял с тарелки полотенце. Маркетологи облизнули губы, увидев печенье. – У меня сгорали баллы в сети пекарен, а так много я все равно не съем.

– А с чем оно? – спросил Джек, первым беря одно из угощений.

– С орехами и корицей.

Лорен откинулась обратно на спинку стула. Она была единственной, не считая меня, кто не стал брать печенье.

– Лорен, ты не будешь? – спросил я, внимательно изучая ее реакцию. – Это из той же пекарни, откуда я брал раньше.

Девушка покачала головой.

– Аллергия на корицу, – равнодушно сказала она.

Я был готов станцевать на месте. У нее были длинные волосы, которые она собирала в высокий хвост, и как минимум одна татуировка – на запястье. Правда, она была довольно высокой, но, возможно, Генриетта Миллер использовала фразу «ниже на целую голову» ради красивого словца, а не указывая на точный рост своей героини.

– Задержишься после встречи? – попросил я Лорен. – Нужно прояснить один момент.

Лорен кивнула. Она не выглядела встревоженной или напряженной. Была уверена в том, что ее не смогут вычислить? Или она была хорошей актрисой?

– В завершение нашей встречи хочу озвучить текущие показатели, – сказал я, изучая отчет. – Камилла и Джек идут четко по плану, тут никаких вопросов. Чарли – нужно поднапрячься, я знаю, что ты можешь лучше. Если у тебя есть вопросы по каким-то инструментам, попроси помощи у Энн или Джека. Лорен – следи за бюджетом. Реклама не окупается, а мы ограничены договором с поставщиком. Сандра, Энн – все хорошо.

Закончив озвучивать показатели, я поднял глаза и замер. Видимо, Чарли задели мои слова о том, что она отстает от плана, поскольку теперь девушка сидела с идеально ровной спиной – и слегка постукивала себя карандашом по руке, иногда задевая металлический ремешок часов, отчего возникал клацающий звук. Клац-клац. Клац-клац. Я даже не замечал его, пока не увидел тик.

Я переводил взгляд с Лорен на Чарли. У одной была аллергия на корицу, у другой – тик. Так кто же из них Генриетта Миллер? Постукивание себя карандашом казалось мне встречающимся реже, чем аллергия на корицу. С другой стороны, тик был важным элементом образа Лиззи: по книге ее привычка привлекла внимание Джеймса, и после очередного собрания он попросил ее остаться, чтобы выяснить причину ее беспокойства. А вот аллергия никак не использовалась, только упоминалась вскользь. Писательница могла добавить это неосознанно, ассоциируя себя с Лиззи.

– Мне пора бежать, – сказал Джек. – Мы же закончили, верно?

Я рассеянно кивнул. Маркетологи вышли из переговорки, но Лорен, которую я ранее подозревал, осталась.

– Так что ты хотел прояснить? – спросила она.

«Ты случаем в свободное от работы время не написала обжигающе горячий роман обо мне и себе?»

– Твой отпуск пересекается с отпуском Энн, – сказал я, наскребя в голове хоть какую-то проблему. – Я бы хотел, чтобы ты немного сдвинула свой. Или у тебя уже куплены куда-то билеты?

– Нет, я еще не решила, чем буду заниматься. Я сдвину. Что-то еще?

Я покачал головой. Лорен вышла из переговорки. Я поставил локти на стол и уткнулся лицом в ладони.

Это оказалось сложнее, чем я думал. Чтобы вычислить Генриетту, мне требовалось гораздо больше доказательств чьей-либо вины.

***

Слухи расползлись по офису с катастрофической скоростью, и, что хуже, я понятия не имел, кто проболтался. Я слышал перешептывания сотрудников, стихавшие, когда я появлялся в их поле зрения, наблюдал, как они отводят глаза.

– Кто еще знает о книге? – спросил я Энн, когда мы оба оказались на кухне.

Энн поджала губы.

– Проще сказать, кто о ней не знает…

Я с грохотом поставил чашку на стол.

– Я же просил…

– Чарли разболтала, – призналась Энн. – Она спросила Хоуп, понравилась ли ей книга и не кажется ли ей, что у тебя и Джеймса много общего. Хоуп до последнего все отрицала, пока в беседу не влезла Кейт, которая заметила, что описание корпоратива точь-в-точь совпадает с тем, как все было у нас в прошлом году. За исключением секса в кабинете заместителя директора, конечно.

– Кейт тоже ее читала? Господи, она-то откуда о ней знает?

Кейт рисовала баннеры для наших рекламных кампаний и бывала в офисе всего пару раз в неделю, остальное время работая из дома. Если слухи вышли за пределы офиса…

– Как я поняла, Чарли успела порекомендовать книгу и ей.

Я окончательно запутался, кто же написал «Между строк». Стала бы Чарли болтать о книге, выйди она из-под ее пера? Мне казалось это не слишком рациональным поступком. Скорее уж Чарли случайно наткнулась на книгу, порекомендовала ее паре коллег, а те разнесли по офису новость о загадочной находке. Или это гениальный ход, обеспечивающий ее алиби?

– Что будешь делать? – спросила Энн.

Я налил себе еще кофе и направился к опенспейсу.

– Кажется, пришло время поговорить начистоту.

Сотрудники с любопытством на меня посмотрели, когда я остановился в проходе, но не прекратили работать.

– Прошу минуточку внимания, – сказал я, слегка повысив голос. Я дождался, пока все не перестанут печатать и не повесят трубки. – Возможно, до вас уже дошли слухи о книге, герои которой, по всеобщему мнению, основаны на сотрудниках нашей компании.

Я оглядел сотрудников, запоминая реакцию каждого. После моего заявления было легко обнаружить тех, кто знать не знал о книге, – и таких, к сожалению, было не очень много. Я посмотрел на безмятежную Лорен, недовольную Хоуп, удивленную Грейс. Прежде чем я перевел с нее взгляд, последняя девушка наклонилась к Хоуп и что-то прошептала ей на ухо. Та отмахнулась от Грейс.

– Смею вас убедить, что в этой книге нет ни слова правды. Все описанное в ней – всего лишь плод воображения автора. И то, что вы можете встретить в книге, никогда не имело места быть ни здесь, ни тем более со мной. Сейчас я прошу вас проявить сознательность и не допускать распространение этих кошмарных слухов.

Джек поднял руку.

– А можно уточнить во избежание недопонимания… а о какой книге идет речь?

Сотрудники тактично промолчали.

– Спасибо всем за внимание, можете возвращаться к работе.

Чарли наклонилась к Энн и прошептала, но из-за царившей в опенспейсе тишине все отчетливо слышали каждое ее слово:

– Это он о «Между строк», да?

***

– Зря ты это сделал, – сказала Эмбер, когда я закончил свою маленькую речь. – Чем сильнее ты это отрицаешь, тем больше они сомневаются в твоих словах.

Я в последний раз оглядел своих сотрудников. Чарли озадаченно хлопала ресницами, совершенно не понимая, за что ее отчитывает Энн. Джек стоял рядом, дожидаясь, когда старший маркетолог уйдет, явно чтобы попристовать с вопросами к новенькой. Грейс что-то резко ему сказала, и Джек, густо покраснев, вернулся на свое место.

Мой взгляд на мгновение пересекся со взглядом Грейс. Она не опустила глаз и слегка поджала губы, выражая свое неодобрение. Она тоже читала книгу?

В «Между строк» Джеймс постоянно сбегал с совещаний и игнорировал просьбы сотрудников, чтобы выкрасть пару лишних минут наедине с Лиззи. Я вспомнил, как Грейс, недавно устроившись к нам, стала по собственному желанию выполнять роль моей секретарши: напоминала мне о встречах, постоянно спрашивала, может ли помочь с бумагами. Я не собирался нагружать ее задачами, не связанными с ее должностными обязанностями, и мягко отказывался от помощи, пока она наконец не поняла, что ей не удастся подлизаться ко мне, и не отстала. «Я предпочитаю, когда мои сотрудники на работе занимаются своими прямыми задачами и ничем более», – сказал я ей как-то.

А теперь по интернету блуждала книга, где я якобы занимаюсь сексом с собственной подчиненной вместо того, чтобы выполнять свои задачи.

Генриетта Миллер уничтожила все, над чем я работал.

– Что ты здесь делаешь? – спросил я Эмбер, не потрудившись смягчить слова.

Девушка оттолкнулась от стены.

– Ты не отвечал на мои сообщения.

– Я был занят.

– Планировал, как выяснить любимые коктейли коллег? Можно устроить внеплановый корпоратив или затащить всех в бар.

Я поджал губы.

– Чего тебе, Эмбер?

Эмбер протянула мне папку.

– Вообще-то я пришла по работе. Но, кажется, тебе сейчас не до этого.

Я сжал переносицу.

– Постой. Прости, – я бегло просмотрел содержимое папки. – Дай мне минутку.

Я прошел к местам продажников. Хоуп напряглась, а Грейс, кажется, перестала дышать. Только Джоан продолжала смотреть на меня со скучающим видом.

– Девушки, кто из вас делал проект для Куина?

Хоуп повернулась к Грейс. Та выглядела так, словно хочет выйти в окно, рядом с которым сидела.

– С ним что-то не так? – неуверенно спросила девушка.

– Нет, все отлично. А можешь сделать нечто подобное снова, только с немного другими вводными?

– Конечно, – удивилась она.

Я повернулся и махнул Эмбер, чтобы она подошла к нам.

– Эмбер, это Грейс Хэдли. Пару месяц назад она сделала аналогичное для Куинна, когда возникла проблема с чехлами на устаревшую модель телефонов.

Эмбер протянула ей руку, и Грейс неохотно ее пожала.

– Я могу украсть ее к нам на этаж на час-другой? – спросила меня Эмбер.

Я посмотрел на Грейс. На ее лице было четко написано нежелание идти куда-либо ради новой срочной задачи.

– Грейс? – привлек я ее внимание. – У тебя сейчас есть возможность выделить час на новую задачу? Если ты занята, Эмбер придет позже.

Даже не оборачиваясь я знал, что Эмбер буравит меня недобрым взглядом.

Грейс слабо улыбнулась.

– Все в порядке, – она встала. – Кстати… А мы можем встретиться сегодня ненадолго? У тебя сегодня сплошь встречи, но…

– Я найду для тебя время, – перебил я.

За все время своей работы здесь Грейс всего пару раз просила меня о встрече. У меня закралось нехорошее предчувствие. Это не был тон «мне-нужно-чтобы-ты-окнул-мой-план» и это точно не «ты-поставил-мне-задачу-почему-мне-приходится-гоняться-за-тобой-чтобы-сдать-результат». Я надеялся, что Грейс не собирается объявить о своем уходе. В прошлом квартале от нас ушло двое маркетологов, и я до сих пор не нашел им замену. Не хотелось терять кого-то еще.

***

За двадцать минут до конца рабочего дня я подошел к Энн и попросил ее задержаться. Я заметил, что она моментально напряглась от моей просьбы. За последние несколько дней я довольно часто просил коллег задержаться, и каждый раз для этого была одна и та же причина.

Кое-кто из сотрудников бросал на нас любопытные взгляды. Я знал, что они думают. «Неужели у него роман с Энн? Неужели это она – автор той книги?» Никому не было дела до моей личной жизни, пока Генриетта Миллер не решила выдумать ее и показать всему миру.

– Что ты можешь сказать о Чарли? – спросил я, игнорируя глухую боль в сердце.

– Ты ведь не о ее работе спрашиваешь, верно? – я покачал головой. Энн вздохнула. – Она скромная, но очень пытается влиться в коллектив. Приглашала нас вместе потусить после работы, но время выбрала неудачное – как раз когда нужно было начинать готовить бумаги для закрытия квартала. Вроде бы она пару раз ходила в бар за углом с Хоуп.

– Она спрашивала что-нибудь о мероприятиях, которые были до ее прихода?

– Ты про корпоратив? Да, Хоуп ей рассказывала, как мы играли в тайного Санту и о подарках от директора. Но я не слышала, чтобы ей кто-то рассказывал прямо в таких подробностях.

И не нужно было. Чарли могла построить свою историю на тех крохах, что ей рассказали. Все равно в книге больше времени уделялось постельным сценам, нежели празднеству.

– Она с кем-нибудь встречается? – спросил я.

Энн пожала плечами.

– Она не говорила.

– Можешь выяснить, есть ли у нее кто?

– Могу, но зачем это тебе?

Эмбер заметила, что, хотя автор книги никогда со мной не встречалась, она, скорее всего, влюблена в меня. Этим объяснялась зацикленность на мне и обилие постельных сцен, родившихся из ее влажных фантазий. Это же исключало наличие у нее постоянного партнера: казалось невозможным состоять в отношениях и писать такое про другого мужчину.

– Есть одна теория. И понаблюдай за ней некоторое время, хорошо?

– Ладно, – протянула Энн. – Слушай, Саймон, не хочу влезать во все эти дебри… Но что ты собираешься делать, если это и правда Чарли автор той книги?

Я не ответил, в основном потому что сам не знал ответа. Формально я не мог уволить ее за использование образа компании в романе, только сделать выговор. Но мог узнать, почему она решила, что имеет хоть какое-то право использовать чей-то образ в своей книге.

Лишь когда Энн ушла, я вспомнил, что со мной хотела поговорить Грейс. Я оглядел опенспейс и обнаружил, что девушка мнется в конце коридора, поглядывая на меня.

– Черт, Грейс, прости, – сказал я, подходя к ней. – Увлекся делами. Ты сильно торопишься? Можешь задержаться?

Грейс теребила ремешок сумки.

– Да… то есть нет. Мне уже пора бежать.

– Тогда обсудим то, что ты хотела, завтра. Только, пожалуйста, пихни меня, а то я опять забуду.

Она рассеянно кивнула и пошла в сторону лифтов. Когда лифт приехал, она снова оглянулась на меня и неуверенно махнула рукой на прощание. Я был слишком раздавлен всей этой ситуацией с книгой и не сообразил, что нужно как-то отреагировать. Двери лифта закрылись.

Я присел на краешек ближайшего стола и закрыл глаза. Офис уже опустел, и единственным звуком вокруг был гул вентиляторов над головой. Я не впервые оставался на этаже после ухода всех, но никогда раньше не замечал, как выглядит и звучит офис, когда в нем никого нет. Тени в углах, из ламп горит только одна над панелью вызова лифта и дорожка из лампочек в коридоре, по обе стороны которого тянулся опенспейс. В вентиляционной шахте что-то тихо свистело. Китайский болванчик в виде английского бобби, украшающий стол Камиллы, с щелчками качался туда-сюда.

Генриетта Миллер, кем бы она ни была, подметила это все. До прочтения ее книги я даже не обращал внимания на все эти мелочи и только теперь взглянул на свое окружение по-новому.

Привычки подчиненных. Звуки офиса. Даже парковка у бизнес-центра, мимо которой я проезжал каждое утро, – на ней стояли одни и те же три красные машины, одна из которых была машиной Энн. Генриетта Миллер знала это лучше меня самого.

Мои люди. Моя работа. Моя жизнь.

И она забрала это.

Между строк

В понедельник мне не терпелось увидеть Джеймса и посмотреть, как он будет себя вести, зная, что я видела его в баре. Я пришла на работу одной из первых и мониторила всех, кто выходил из лифта. Ровно в девять тридцать на этаже появился Джеймс: отглаженная рубашка, джинсы, невозмутимый взгляд. Он не заметил, что я пялюсь на него, или же специально смотрел куда угодно, но не в мою сторону.

Мне пришлось пересмотреть всю свою почту, прежде чем я наконец нашла предлог, чтобы поговорить с Джеймсом. Я распечатала документы и подошла к нему, держа их перед собой как щит.

– У меня есть вопрос.

Джеймс поднял на меня глаза. В них не было ни намека на то, что он помнит о нашей пятничной встрече в баре.

– Разве этой задачей занимаешься ты? – спросил он, едва взглянув на бумаги.

– Нет, но я стараюсь отслеживать все интересное, что происходит вокруг.

Джеймс едва заметно дернул уголком губ. Он протянул бумаги обратно.

– Занимайся своими делами и оставь то, что тебя напрямую не касается.

Но я уже не могла отступить.

Как забавно. Мы можем целыми днями видеть человека, но так и не приблизиться к знанию, кто же он такой. Значило ли это, что каждый из нас проживает несколько жизней и выбирает, какую личность показать окружающим? Или мы сознательно блокируем те черты человека, с которыми мы не согласны, чтобы беспрепятственно проводить с ним рабочие часы?

Я вернулась к своей работе, но, сколько бы ни старалась, я не могла выбросить из головы Джеймса, уходящего из бара с двумя красотками.

***

Мне почти удалось забыть о том случае в баре, когда судьба снова столкнула меня с Джеймсом. От вышестоящего начальства пришел срочный запрос, и мне не повезло вытянуть короткую спичку на этот проект.

– Тишина оглушает, не правда ли?

Я подняла глаза на Джеймса. Все уже давно разошлись по домам, и в опенспейсе были только мы вдвоем. Я прислушалась. В офисе было так тихо, что я слышала, как работает вентилятор компьютера. Поразительный контраст с повседневным гулом опенспейса, когда за разговорами и клацаньем по клавиатуре не слышишь даже свой звонящий телефон.

– Самую малость, – призналась я.

– Всего-то?

Я пожала плечами.

– Я слишком погружена в отчет, чтобы замечать, что происходит в офисе. Надо мной могут красить потолок, а я не обращу внимание на капли, падающие мне на макушку.

Джеймс встал и, обойдя стол, подошел ко мне.

– Как продвигается?

Я повернула к нему монитор.

– Я не знаю, как успеть сделать это в срок, – призналась я. – Это невозможно.

– Возможно, – возразил Джеймс. – Но нам придется позадерживаться после работы.

– Нам?

Джеймс подкатил пустой стул и опустился на него. Его взгляд встретился с моим.

– Я помогу тебе.

Я должна была обрадоваться помощи, но вместо этого напряглась.

– Я сама могу справиться с задачей.

– Я не ставлю под сомнение твою профпригодность, – поспешно сказал Джеймс. – Но ты права, это нереально сделать в срок. Не в одиночку.

Я скривилась. Джеймс рассмеялся, увидев выражение моего лица.

– Не любишь работу в команде?

– Не особо. Обычно получается, что делаю все я сама, а похвалу получают все.

Джеймс взял ручку и начал накидывать схему для отчета на клочке бумаги, который взял с моего стола.

– В этот раз все будет иначе. Я хорошо работаю в паре.

– Не терпится проверить это на практике.

Мои мысли вернулись к отчету, и я не сразу поняла, что Джеймс перестал рисовать схему. Я покосилась на мужчину и обнаружила, что он внимательно на меня смотрит. Я обернулась к нему, думая, что он хочет что-то сказать. Но Джеймс молчал. Затем он с явным трудом оторвал от меня взгляд и уставился на монитор.

Проглотив возникшие у меня вопросы, я вернулась к отчету.

Глава 6. Грейс

После попадания в топ продаж у меня появилась вредная привычка по нескольку раз в день обновлять страницу со статистикой. Хуже всего было то, что пару раз я едва не зашла на сайт самиздата на работе, когда коллеги могли заглянуть мне через плечо и увидеть экран с личным кабинетом «Генриетты Миллер».

Я сразу заметила, когда Саймон узнал о книге. По несколько раз на дню он наблюдал за нами, и я не имела ни малейшего понятия, о чем он думает. Он перешептывался о чем-то с Энн. Я сомневалась, что он подозревал ее, скорее использовал вместо Ватсона или капитана Гастингса, которому можно было вывалить свои теории. Сейчас не было закрытие квартала, но он задерживался после работы и приходил раньше меня.

А потом это дурацкое объявление на весь опенспейс и Чарли, которая произнесла название книги. Если до этого Саймон еще держался, то после вся злость хлынула наружу.

Я не хотела думать, что произойдет, когда вскроется правда, кто написал «Между строк».

Своим выступлением Саймон сделал только хуже. Если до этого о книге говорила всего пара человек из отдела (хотя знали о ней явно больше), то теперь слухи распространились по всему этажу. Иногда мне казалось, что я просто параною, и на самом деле новость о книге – не единственное, что обсуждают мои коллеги. Но затем я замечала взгляды, брошенные на Саймона, видела, как он мрачнеет с каждым днем, и понимала, что в моем случае паранойя – это совсем не паранойя.

Когда он подошел, чтобы представить меня Эмбер, я едва не умерла от страха. Мне никогда не нравилась эта блондинка. У нее был вид школьной королевы красоты, которая пойдет на все, чтобы сохранить свой статус и своего парня, но, познакомившись с ней поближе, я поняла, что ошибаюсь. Эмбер оказалась вполне себе милой, хотя вряд ли я бы стала общаться с ней о чем-то кроме работы.

– Так что это за случай с Куином? – спросила она, пока мы ехали в лифте. – Не помню такого.

– Вас не подключали. Куин отвечает за склады.

Я хотела ограничиться этим, но Эмбер продолжала выжидающе на меня смотреть. Я застегнула кофту и засунула руки в карманы.

– Во время инвентаризации на одном из складов нашли несколько тысяч чехлов на модели телефонов, которые уже давно не производят. Нужно было срочно их распродать. Мы установили на них самую низкую цену, но никто не захотел их покупать. Тогда я вспомнила, что недавно одна блогерка выпустила видео, где делает платье из чехлов для телефонов. Тогда я связалась с еще парочкой DIY-блогеров и предложила им купить наши чехлы по низкой цене для их проектов. В итоге после того, как они упомянули нас в своих видео, многие тоже захотели сделать что-то из чехлов, но поскольку старые уже разлетелись…

– То у вас взлетели продажи на основные позиции, – закончила Эмбер. Она посмотрела на меня с восхищением. – А ты крута.

Я нахмурилась.

– Просто повезло, что я наткнулась на то видео.

Эмбер указала на место, которое я могу занять. Она ввела меня в курс дела. Ситуация была хуже, чем с чехлами: если те всплыли после инвентаризации, то Эмбер принесла мне неработающие чайники. Сотни негативных отзывов, два положительных и целая партия, которую нужно было куда-то деть. Да уж.

Я вернулась на сорок второй этаж, погруженная в свои мысли, но едва увидела Саймона, как вспомнила о своей просьбе.

Не знаю, о чем я думала, когда сказала Саймону, что мне нужно с ним поговорить. Я правда собиралась ему признаться? Было так легко молчать о том, что в нерабочее время я пишу книги, но, когда все вокруг стали читать мое произведение, эта ноша стала слишком тяжелой для меня.

Но затем я увидела, как Саймон разговаривает с Энн. Мне не было слышно слов, и я не умела читать по губам. Однако теперь была только одна тема, которая заставляла Саймона сжимать пальцы в кулаки и прикрывать глаза от гнева.

Саймон посмотрел на меня, и я увидела, как его лицо озарилось от понимания.

– Черт, Грейс, прости, – сказал он, подходя ко мне. При его приближении меня начала бить дрожь. Он знает? Он знает? Он знает… – Увлекся делами. Ты сильно торопишься? Можешь задержаться?

– Да… – «Нет, Грейс, нет». – То есть нет. Мне уже пора бежать.

Саймон понимающе кивнул.

– Тогда обсудим то, что ты хотела, завтра. Только, пожалуйста, пихни меня, а то я опять забуду.

Я быстро закивала, как механическая кукла, и поспешила к лифтам. Уже оказавшись внутри, не выдержала и снова взглянула на Саймона. Он не сводил с меня глаз.

Когда двери закрылись, я прислонилась к стене и обхватила себя руками. Мне было плохо, хуже, чем после того, как я узнала, что не смогла поступить в колледж, в который хотела, хуже, чем когда я поняла, что не могу закончить даже первый черновик очередной идеи.

Едва вернувшись домой, я зашла на сайт самиздата. В меню нашелся раздел с блогом автора, куда можно было выкладывать новости о грядущих книгах и держать с читателями одностороннюю связь – комментарии к постам были не предусмотрены.

Несколько раз я писала и переписывала текст, пока наконец не опубликовала следующее:

«Важное объявление для всех, кто когда-либо читал мою книгу. В последнее время расплодились слухи о том, что в книге описаны события и люди, имеющие быть на самом деле. Спешу вас расстроить: все, что вы можете увидеть в книге, – чистейший вымысел, и любые совпадения, как указано в предисловии, всего лишь совпадения».

Через пять минут после того, как я нажала «Отправить», мне позвонила Джессика.

– Удали это. Немедленно.

Я огляделась по сторонам, отыскивая взглядом в квартире Джессику.

– Как ты…

– Я подписана на тебя, и мне на почту приходят уведомления обо всем, что ты делаешь. Удали пост. Срочно!

Справедливо решив, что в данной ситуации лучше сначала делать, а потом спрашивать, я вернулась к посту и удалила его. При этом я увидела значок с глазиком, показывающим, сколько людей уже увидело его.

Четыре сотни?! Я же опубликовала его не больше пяти минут назад…

– Отлично, – сказала Джессика, видимо, отслеживая мои действия через свой телефон. – А теперь молимся, чтобы твои коллеги не попали в число тех, кто успел его увидеть.

Мне не пришлось спрашивать почему. Как до жирафа, до меня постепенно дошло, что я только что сделала.

– Я подтвердила, что работаю в «Электроникс Логистик & Дистрибьютинг», – прошептала я.

Слухи распространялись быстро, но вряд ли о них знал кто-то за пределами компании. Выложив пост, я дала всем понять, что знаю, о чем все шепчутся.

– Может, они и не догадаются, – предположила Джессика.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.