Анна Орлова
Три трупа для хеппи-энда

Глава 1

Говорят, все сказки должны заканчиваться свадьбой, даже сказки о гангстерах.

Вот только гангстеров не так-то просто заманить под венец! Тут нужно что-то из ряда вон… Скажем, два-три свежих трупа и грязный шантаж.

Глава 1.

– У меня к вам предложение! – выпалил посетитель и нервно облизнул губы кончиком бледного языка.

– Какое же? – я продолжала тасовать колоду, из-под ресниц посматривая на него.

Он не понравился мне сразу. Суетливый, то и дело поправляющий галстук человек с бегающими глазами и сладким голосом.

Гость крепче вцепился в ручку портфеля из телячьей кожи и отвел взгляд.

– Видите ли, я адвокат. У меня есть клиент, который хочет, чтобы вы, кхм, работали на него. Дело весьма деликатного свойства, я бы сказал…

Я даже не дослушала:

– Нет, мистер. Меня не интересуют выступления в клубах.

Кстати говоря, я пару раз пробовала – и зареклась. Даже под покровительством Рука эта затея мне не нравилась, а уж с каким-то посторонним типом… Увольте! Куда лучше гадать вот так, в уединенном домике, где тихо и спокойно.

Он вдруг поднял на меня глаза и скривил губы в усмешке.

– А кто сказал, что речь о выступлениях?

– Мистер адвокат, – вздохнув, сказала я, убедившись, что уходить он не собирается, – меня не интересуют ваши предложения. Никакие. Вообще.

Положила колоду на стол и поднялась, давая понять, что разговор окончен.

Чего я не ожидала, так это того, что гость останется сидеть.

После возвращения в городок в качестве подруги Рука все его жители вдруг стали со мной очень-очень вежливы. Так что когда на губах адвоката зазмеилась неприятная усмешечка, по моей спине пробежал холодок дурного предчувствия.

Так-так, Меган Вон, во что ты опять вляпалась?

Отвечая на мое волнение, сверху, на антресолях, блеснула недобрая зелень глаз. Угольно черная тень шевельнулась, напружинилась, готовая спикировать на сутулую спину незваного гостя…

Я чуть заметно качнула головой. Не лезь, Мышка!

Она подчинилась весьма неохотно.

Адвокат проследил за моим взглядом и вновь нервно облизнул губы.

– Милая киса! Говорят, вы очень к ней привязаны?

«Милая киса» выгнула спину и зашипела.

Ох, не по душе мне такие разговорчики! Кстати, не этот ли типчик пытался сманить Мышку со двора на прошлой неделе? Знать бы еще, зачем она ему понадобилась!

– Люблю кошек, – ответила я небрежно. – Мистер, я очень занята…

Лицо адвоката неуловимо похолодело, а в глазах появился неприятный блеск.

– Даже не думайте выставить меня! – теперь масленый его голос больше напоминал не елей, а ружейную смазку. – Сядьте и слушайте!

Я переглянулась с Мышкой, которая воинственно встопорщила хвост и выпустила когти.

Что же, от меня не убудет. Послушаем.

Сев напротив адвоката, я протянула руку к картам, но он взвизгнул:

– Не трогайте! Не смейте трогать эту пакость!

А здорово у него нервишки пошаливают.

– Мистер, мне не нравится ваш тон, – заметила я сухо.

– А мне плевать, что вам нравится, а что нет! – сорвался он, хлопнув мягкой ладошкой по столу.

Я посмотрела на него с сомнением. Очень уж неожиданной была эта вспышка злобы. И он меня боялся – боялся так, что поджилки тряслись. С чего бы?

– Говорите, что хотели…

Недосказанное: «… и выметайтесь!» повисло в воздухе.

Он пригладил чуть дрожащей рукой пегие волосенки и принужденно улыбнулся.

– Давайте не будем горячиться, мисс Вон. Поговорим, так сказать, по-дружески.

– Для дружеского разговора, – заметила я индифферентно, – надо хотя бы представиться.

Он визгливо хохотнул и поднял руки.

– Ладно-ладно. Признаю, вы правы. Я – адвокат Питерсон. Мэтью Питерсон, к вашим услугам.

В последнем я как раз здорово сомневалась, однако кивнула.

– Дальше.

Он посмотрел на меня так недобро, что улыбочка на губах казалась намалеванной неумелым художником, настолько она противоречила выражению лица.

– Видите ли, мисс Вон… Я, так сказать, представляю интересы Томаса Алвина.

До меня дошло не сразу. Пару мгновений я тупо таращилась на адвоката, потом сердце мое ухнуло в пятки.

– Томми? – переспросила я недоверчиво. – Но ведь он!..

И осеклась.

– Да-да, мисс Вон! – покивал адвокат. – Бедный мистер Алвин находится в психиатрической лечебнице, куда угодил по вашей милости!

И такой у него был при этом нелепо пафосный вид, что я поневоле усмехнулась.

– Сбавьте обороты, мистер Питерсон, – посоветовала я насмешливо. – Вы не перед присяжными выступаете.

Он прищурился и неприятно улыбнулся.

– Хотите, чтобы дошло до присяжных? Не советую, мисс. Очень, очень не советую!

– Не понимаю, о чем вы, – сказала я после паузы, стараясь не выдать внутреннего напряжения.

Мышка недовольно завозилась на антресолях, и удержать ее от глупостей стоило мне немалого труда.

– Дело в том, мисс Вон, – адвокат подался вперед, – что мы готовы возбудить дело против вас.

Мгновение оторопи, а потом я расхохоталась.

– Обвините меня в том, что я – шарлатанка? – поинтересовалась я сквозь смех.

Он покачал головой.

– Как раз наоборот. Я докажу суду, что вы – именно вы, мисс! – пользуясь своим богопротивным магическим даром, свели с ума молодого здорового мужчину.

Только школа Рука помогла мне удержать покерфейс.

«Богопротивный», фу ты ну ты!

– Мистер Питерсон, – сказала я низким голосом, – признаю, я действительно свожу мужчин с ума. Только при чем тут магия?

– Смейтесь, смейтесь, – ухмыльнулся адвокат и обеими руками прижал портфель к животу. – У меня здесь все улики… Копии, конечно же! Улики, которые докажут, что вы прокляли моего клиента, умышленно лишили его рассудка и человеческого облика!

С последним я про себя согласилась. Довелось мне разок видеть, во что превратился Томми после.Незабываемое зрелище.

Вслух же я возразила с иронией:

– Интересно, что это за улики? Мистер Питерсон, вас же на смех поднимут.

Всерьез магию рыжих воспринимали немногие. Власть предержащие считали ее безобидным надувательством и не препятствовали нам гадать домохозяйкам и прочим обывателям. Какое кому дело до какой-нибудь Мэри, желающей знать, сделает ли Джеральд ей предложение или ограничится парой встреч? Сущие пустяки.

Адвокат пожевал губами и полез в портфель.

– Вот, взгляните. Показания взяты под присягой, сами можете убедиться.

Мне хватило одного взгляда.

– Джеймс Колхаун? – я хмыкнула и отпихнула от себя бумажку, как дохлую крысу. Надо же, приятель Томми не побрезговал дать показания! – Кто поверит бандиту?

– Почему же? – не согласился адвокат, бережно убирая листы в портфель и вынимая новую порцию. – Если его показания сообразуются со сведениями, полученными от иных, более законопослушных, свидетелей…

– Кого, например?

– Здесь у меня, – он ласково погладил бумаги, покрытые аккуратными печатными буквами, – показания соседей Томаса Алвина, которые заявили, что до той роковой ночи это был совершенно нормальный…

– Гангстер, – вставила я.

– … молодой человек, – закончил он, будто не услышав. – Кроме того, мой клиент буквально накануне болезни получил водительские права, для чего он прошел медицинскую комиссию. Тут имеется копия врачебного заключения – Томас Алвин был совершенно здоров!

Я молчала, решив не вступать в пререкания. Ловко этот адвокат заставил меня возражать и обороняться.

Взглянув на меня, он нахмурился и выложил-таки козыри:

– А еще, мисс Вон, – сообщил он вкрадчиво, – у меня есть заключение доктора Фитча, большого авторитета в области психиатрии, согласно которому нет никаких естественныхпричин для болезни Томаса Алвина. Между нами говоря, доктор Фитч – большой эксцентрик. Он не только полностью убежден, что заболевание мистера Алвина имеет магическую природу, но и горит желанием его исследовать!

Я зевнула.

– Очень интересно, адвокат, – произнесла я вежливо, – но не понимаю, какое это отношение имеет ко мне? Мистер Алвин меня совершенно не интересует.

Мышка, не выдержав, гневно зашипела, хлестнула себя по боку хвостом, и адвокат вжался в кресло.

– Держите свою тварь! – потребовал он негодующе. – Посадите ее на поводок или заприте, ну!

– Вот еще, – ответила я холодно. – Это мой дом, а вас сюда никто не звал.

– Вот как? Смотрите, пожалеете.

– Мистер Питерсон, – сказала я устало. – Не понимаю ваших претензий. Зачем вы пришли? Рассказываете какие-то небылицы про бандитов, соседей, психиатров… Хотите выставить себя на посмешище – валяйте. Вам же все равно никто не поверит.

Адвокат стал похож на хорька: хитрая мордочка, мелкие острые зубы, хищный взгляд. Хорек в костюме под заказ и дорогущих ботинках.

– Как сказать, – возразил он, ухмыляясь. – Когда доктор Фитч узнал о вашей, кхм, любимице, он буквально загорелся идеей с ней немного… поэкспериментировать. Как думаете, ей это понравится?

И подмигнул, торжествуя.

Я выпрямила спину и вздернула подбородок, стараясь демонстрировать злость, а не страх.

– Это моя кошка, мистер Питерсон. И я никогда не дам согласия на какие-то там опыты!

Он мерзко хихикнул и затряс головой.

– А кто вас будет спрашивать, дорогая мисс Вон? Придет судебный пристав с предписанием и – хе-хе! – даже ваш любовник вам не поможет.

Ах, как же мне хотелось стереть с его лица эту глумливую усмешечку! Мы бы и без Рука справились, в узком кругу.

По-видимому, он что-то такое задницей почуял. Заерзал, напомнил нервозно:

– Я всего лишь посредник. Я просто защищаю интересы Томаса Алвина.

Черная тень рванулась вперед. Прыжок, негромкое «бумс» – и на столе между нами негодующе выгнула спину злая Мышка.

Адвокат отшатнулся с таким ужасом, что едва не опрокинулся на пол вместе с креслом.

– Кстати, кто вас на это подписал? – поинтересовалась я, успокаивающе поглаживая пушистый загривок. – Ш-ш-ш, Мышка, все хорошо.

Она дернула ухом, но все же подчинилась. Подставила голову, прижмурила зеленые глазищи.

– Не понимаю, о чем вы, – кажется, адвокат уже не чаял сбежать. – И предупреждаю, мой наниматель в курсе, что…

– Так кто же ваш загадочный наниматель, мистер Питерсон? Ведь не сам Томми, он вряд ли на это способен.

Мышка на расстоянии вытянутой руки доводила адвоката почти до истерики. Грех этим было не воспользоваться.

Почуяв мою мысль, она лениво протянула лапку, выпустила коготки…

– Не важно! – истерически взвизгнул адвокат, вжавшись в кресло. Его била дрожь. – Вы сделаете, что вам говорят, иначе…

– Иначе – что? – поинтересовалась я, вздернув бровь.

– Иначе бумаги попадут в суд! – выпалил он, задыхаясь. – Даже если мы дело не выиграем, скандал поднимется до небес. И не мне вам говорить, мисс Вон, что это не в ваших интересах. И тем более не в интересах ваших сородичей, а?

На этот раз его подмигивание очень походило на нервный тик. Вот только мне от этого не легче. Как отреагируют рыжие, узнав, что из-за меня заварилась такая каша? Прикопают по-тихому, и к гадалке не ходи.

Я усмехнулась, оценив иронию.

– Все, о чем вы говорите, мистер Питерсон – всего лишь ничем не обоснованные догадки.

– Ха! – он как-то вмиг воспрянул и полез в портфель. – А это?

И припечатал пачечкой листков, исписанных от руки убористым мелким почерком. Буквы скакали по бумаге, как блохи, но главное я увидела сразу.

«Я, Эдуард Джонас Донован… настоящим свидетельствую под присягой…»

Вот же мерзкий рыжий боров! Пошел против своих же, с-с-скотина!

После той истории его поперли из «Сот» и пинком под зад вышвырнули из кресла главы Семьи. Выходит, он сумел-таки отыграться.

Я гипнотизировала взглядом копию показаний Донована, когда до меня донесся смешок адвоката.

– Мистер Донован был так любезен, что не стал ничего скрывать. А знал он многое, сами можете убедиться.

Я не преминула воспользоваться приглашением. И чем дальше читала, тем сильнее закипала. Вот же!..

Выходит, он знал о Мышке, а кругу ведьм не сдал лишь потому, что надеялся меня потом этим прижать. Показания Донована, вкупе с остальным, придавали делу совсем другую окраску. Придется отступать – или хотя бы сделать вид.

Я не могу допустить – и не допущу! – чтобы у меня отобрали Мышку и передали этому вивисектору.

– Что вам нужно? – спросила я устало, сцапав кошку и усадив ее к себе на колени. – Зачем это все? Денег у меня мало.

На адвоката я не смотрела. Не хотелось видеть торжество на его лоснящейся физиономии.

– Я не шантажист! – возмутился адвокат, повысив голос. – Мне нужны, хе-хе, только кое-какие сведения…

– О Руке, – закончила я догадливо, вскинув на него глаза.

Он лишь развел руками.

– Вы умная женщина, мисс Вон.

– Именно, – кивнула я. – А вы почему-то считаете меня дурой. Я же в любом случае буду у вас на крючке. Так какой смысл?

– Нет-нет! – запротестовал он энергично. – Вот, взгляните.

Из портфеля появилась очередная бумага.

– Что это? – я не спешила к ней даже прикасаться, увидев в заголовке герб. Прокуратура Империи?

– Этот документ дает вам освобождение от уголовной ответственности за любые преступления, совершенные вами в прошлом, кроме умышленного убийства. В обмен, разумеется, на ваши чистосердечные показания. Подпись прокурора уже стоит, осталось подписать вам. Вы будете совершенно чисты перед законом, документ это гарантирует. Это полное прощение, мисс Вон.

Угу, и заодно мой смертный приговор, стоит только этой бумажке попасть к Руку. А в том, что это произойдет – рано или поздно – можно не сомневаться.

М-да, положеньице.

– Я могу подумать? – пролепетала я дрожащим голосом, прижав к себе негодующую Мышку.

Т-с-с, дурочка! Молчи, если не можешь подыграть.

Кошка гневно дернула хвостом. Вот еще, не будет она ластиться к какому-то прохвосту!

Ну и не надо, только бы не мешала.

– О чем? – удивился адвокат. – Вам надо хвататься за этот шанс, это я вам говорю как адвокат.

Адвокат-то адвокат, да только не мой.

Я опустила взгляд и почти прошептала:

– Я боюсь Рука. Вы его не знаете, он страшный человек!

– Перестаньте! – отмахнулся мистер Питерсон. – Он же уехал.

Вот то-то и оно. Забрал всех верных людей и умотал на какие-то разборки. Иначе все было бы куда как проще.

– Но вернется! – я прикусила губу. Всхлипнуть? Нет, перебор. – Я… Я не готова. Я должна подумать!

И обеими руками отпихнула от себя эту проклятую бумагу.

– Ладно, – недовольно согласился он, убирая ее в портфель. И поднялся. – Я вернусь завтра в десять. Будьте здесь.

Я лишь смиренно кивнула.

– Так-то лучше, – он до того расхрабрился, что покровительственно потрепал меня по плечу. – Ну-ну, мисс Вон. Не расстраивайтесь! Зато потом вы сможете начать новую жизнь. Кстати… Будьте умницей, не пытайтесь предупредить мистера Рука. Не надо.

Насвистывая веселую песенку, он вышел в ночь.

Я медленно встала, заперла дверь на щеколду и, прислонившись к ней спиной, закрыла глаза. Усмехнулась.

Все-таки адвокат Питерсон здорово меня недооценил. Решил, что я поверю в сказочки о «новой жизни». Как же, как же. Разве что на дне залива, с камнем на шее.

Мышка щекотно коснулась усами моей ноги, мурлыкнула вопросительно.

Наклонившись, я подхватила ее на руки и потерлась щекой о черный пушистый бок.

Надо бы взглянуть, какие карты мне сдали на этот раз…

Я задернула шторы и, прихватив колоду, устроилась прямо на полу. Мышка уютно свернулась меж моих скрещенных лодыжек и сладко засопела.

Прикрытые глаза. Тихий шелест карт. Мягкое тепло в ладонях. Пустота в голове.

Кто и для чего затеял эту игру?

С кусочка картона мне снисходительно улыбался король бубен. Влиятельный человек, который может быть опасен своим честолюбием. Слабое место – невнимательность, мелкие оплошности.

Так-так! Мой первый ход. С чего начать?

Смешав карты, я вытянула наобум еще две. Поверх бубнового короля легли перевернутая десятка и восьмерка пик.

Я нахмурилась, пытаясь разгадать эту подсказку. Надо обернуть против врага его же собственные амбиции. Обмануть, позволив создать проблемы самому себе. Проще говоря, дать ему достаточно длинную веревку, чтобы он сам повесился.

Что же, карты сданы. Играем.

Глава 2

В дверь постучали ровно в десять.

Мышка подняла голову и скосила на меня зеленый глаз.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.