Автостопом по памяти
Арина Моралес

Истина – хрупкое зеркало, которое легко разбить,

но трудно собрать воедино.

© Арина Моралес, 2025

ISBN 978-5-0065-9699-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1

– Со мной что-то не так, доктор!

Я ощущала себя потерянной в этом мире, словно звезда, которую затмили более яркие небесные тела. Каждый день казался борьбой с собственными демонами: страхами, сомнениями и неуверенностью. Я пыталась запрятать свои чувства глубоко внутри, надеясь, что время исцелит меня. Но с каждым днём я понимала, что это не так. Я продолжала чувствовать, будто тону в бескрайних водах своих переживаний, и мне нужна была помощь.

– Я бы предложила тебе сесть, но ты это уже сделала, – она заправляет выбившуюся прядь волос за ухо, наклоняет голову, – что с тобой не так по твоему мнению?

– Я теряю людей. Я сама их отпускаю. Отпускаю тех, к кому была приварена цепями. От меня уходят самые близкие. И, кажется, они это делают не по своей воле.

– А по чьей же воле они это делают? – Доктор выходит из-за своего стола и включает чайник.

– Я не знаю. Может, по моей? Я чувствую их намерение уйти, этот еле ощутимый холодок в общении и, как самый страшный человек, ставлю разумный блок там, где сердце не хочет.

– Расскажи о тех, кто ушёл? Как это происходило? – Доктор пододвигает мне чашку кофе и улыбается.

– Я попробую.

Вера

Моя первая лучшая подруга. Такая была у каждой второй. Или же каждая вторая была такой подругой, как моя Вера.

Школьная жизнь со всеми её взлётами и падениями. Раны на коленках, заклеенные пластырем и впервые разбитое сердце, которое почему-то не склеивается.

Каждое утро я ждала её у неё в прихожей, чтобы вместе идти в школу. Наш класс был крутым, мы не были супер-дружными, но и не давали своих в обиду, предпочитая обижать самостоятельно.

Мы с Верой поддерживали общение с классом ровно настолько, насколько это было необходимо для спокойного существования.

Мы не тусовались с ними в гараже (самое модное место с пивом и Ролтоном), не ходили на пикник (с тем же набором из гаража, но в лесу), и не состояли в фан-клубе Давида Алиева.

Каждая была в него влюблена, а мы с Верой не понимали порой, что же в нём такого. Да, симпатичный, спортивный, весёлый. А так же наглый, самовлюблённый и безответственный.

Мы были не такими, как все, но нам было плевать на это. Ведь пока мы были друг у друга, нам больше никто и не нужен был.

– Ты завтракала? – Спросила Вера, застёгивая туфлю.

– Нет, у меня сейчас напряжённые отношения с предками, ты же знаешь, – вздохнула я, закатив глаза, – я стараюсь быть максимально незаметной. Вот если бы в моей комнате был душ и туалет… – Мечтательно протянула я, прикрыв глаза.

– Ага, и лестница через окно, – улыбнулась подруга.

– Смекаешь!

– Серьёзно, Рора, это не нормально! Они только и делают, что обижают тебя. Больше они ничего в твоей жизни не делают!

– Это не они, а выпитая водка, – устало ответила я, помассировав переносицу.

– Они ещё пожалеют об этом, но будет поздно! Они просто потеряют тебя.

– Они даже этого не заметят, – улыбнулась я своей самой широкой улыбкой, пряча за этой улыбкой всю свою боль.

Как часто я люблю повторять самой себе: чтобы ни было на душе – улыбайся. Чем паршивее внутри, тем счастливее улыбка на лице должна быть. Притворись, что не болит и, быть может тогда, боль на самом деле утихнет.

– Идём, сейчас контрольная работа по геометрии.

– Поможешь мне?

– Посмотрим, – улыбнулась подруга.

– Привет, – к нам подошёл Алиев, – Рора, у меня к тебе разговор. Отойдём?

– Ну, давай, – я нахмурилась, но не сдержала улыбку.

– В общем, знаешь, я вчера с мамой говорил, и она спросила, кто мне нравится… Я об этом и не думал так-то, но вот она спросила, и я понял, что это ты. Ты мне нравишься, Рора! – Сбивчиво и вовсе неубедительно выпалил он, не смотря мне в глаза.

– Это для контрольной, да? – Сложив руки на груди, уточнила Вера.

– Ты мог просто попросить, – закатила глаза я, – на меня твои трюки не работают. Тем более придумай что-то другое, блин! На прошлой неделе перед проверочной работой по экономике ты рассказывал об этом же разговоре, но с бабушкой.

– Ну, – пожал он плечами, – у меня большая семья и всем интересно, кто мне нравится. Значит, мы договорились? На тройку реши и всё. На большее я и не претендую.

Потрепав меня по плечу, он ушёл, рядом тут же оказалась Вера.

– Святые воробьи, какой же идиот, – закинув сумку через плечо, сказала она, – не вздумай ему решать, пока не сделаешь для себя.

– Конечно! – Уверенно ответила я, зная, что обманывать нехорошо.

Я вовсе не состояла в фан-клубе Давида Алиева. Я его искренне любила. Именно так я называла это чувство в свои 13 лет.

Зная, что нужна ему только на контрольных я, будучи полным нулём в математике, учила темы только для того, чтобы быть ему полезной.

И ведь он мог попросить кого угодно из нашего класса, но просил именно меня.

Увы, не сразу понимается, что причиной тому была моя полная безотказность.

Я решала ему, Вера вытягивала меня. Затем я становилась ненужным атрибутом для него, Вера меня ругала и успокаивала. А потом очередная самостоятельная, проверочная, контрольная и всё по кругу. Так мы и жили 2 года.

Экзамен по русскому языку я каким-то образом смогла написать вместо него, чуть не завалив свой вариант. Мы оба получили (к моему удивлению) хорошие оценки, но почему-то именно тогда я и поняла, что меня используют.

Нет-нет, не так! Тогда я поняла, что я сама позволила себя использовать.

Вот в этот самый момент, когда нам озвучили оценки, а он не с благодарностью посмотрел на меня, а радостно поднял на руки и закружил нашу одноклассницу Кристину.

На выпускном вечере он пытался поговорить, но я танцевала с Верой.

Школа окончена, больше не будет ни контрольных, ни проверочных, ни самостоятельных. Ему больше не нужна моя помощь, а значит, и говорить нам больше не о чем.

Мы хотели с Верой поступить в один колледж, но никак не могли определиться: я хотела в туризм, она в юридический. Я в музыкальный, она на дизайнера интерьера.

– Это невозможно, – рассмеялась я, поднимая руки, – сдаюсь! Давай выберем каждая для себя.

– Мы же не потеряемся? – С неподдельной грустью в голосе, спросила Вера.

– Мы живём с тобой в соседних подъездах, – обняла её я.

– Тогда я, наверное, пойду на дизайнера.

– Ну, а я тогда на журналиста.

Мысленно я уже получала задание от шеф-редактора крупного журнала, отправлялась в журналистское путешествие на другой конец света в Африку, осела в очень дружелюбном племени и больше никогда не возвращалась в родительский дом.

Мы поступили туда, куда и хотели. Общались, гуляли, почти всё как раньше. Появились новые знакомства, но мы старались быть друг у друга несмотря ни на что.

Но было бы глупо отрицать то, что студенческая жизнь, и ещё одно пятно в моём прошлом, о котором я совсем не собираюсь говорить, изменила нас. В колледже Вера перестала быть собой. Хотя нет, даже не так. Думаю, она всегда была такой, но моё общество не давало ей раскрыться в полной мере. Поэтому правильно сказать так – в колледже она перестала быть моей Верой: она стала раскрепощённой, уверенной в себе. У неё появилась близкая подруга, с которой она начала выпивать и тусоваться по ночным клубам.

Вера не забывала обо мне, напротив, она всегда звала меня с собой. Но к такой Вере я не хотела. Вся эта ночная жизнь не для меня, поэтому я сама её отпустила.

Завела отношения с первым встречным, кто оказал мне знаки внимания. Он не нравился мне ни разу, но я отчаянно хотела заполнить пустоту внутри себя после отказа от Веры. И да, я была по-прежнему влюблена в Давида.

Но вот этот «первый встречный» дал почувствовать запах свободы, предложил жить вместе. Это мы и сделали.

Больше мы с Верой не виделись…

***

– И не общались больше? – Спросила доктор, постукивая карандашом по блокноту.

– Она поздравила меня со свадьбой, выразила сочувствие, что я её не пригласила, затем поздравила с рождением дочери.

– А что ты?

– А что я? Поблагодарила. Спустя 3 года мы безвозвратно отдалились. У неё свободная жизнь, а у меня семья.

– Ты счастлива в этой семье?

– У меня потрясающая дочь, я её очень люблю.

– Ты счастлива в этой семье? – Мягким голосом, в котором чувствовалась сила, снова задала свой вопрос доктор.

Павел

Как я и сказала, я не любила его изначально и не полюбила потом. Даже не знаю, что должно произойти, чтобы «стерпелось и слюбилось», но вот прошло 4 года, нашей дочери уже 3, а мне до сих пор противен её отец.

Самое сложное было признаться самой себе, что я ошиблась. Как бы я не хотела съехать от родителей в тот момент – свадьба была наихудшим вариантом.

Взяв на руки дочь, я поняла, что очень люблю маму. Да, она не идеальна (а как мать порой была просто отвратительна), да, она часто и много пьёт, но никто так и не отменил того факта, что она моя мама. Она сквозь муки боли привела меня в эту жизнь. Она не защитила меня от опасности, но позволила сделать это самой.

Я сидела дома с ребёнком, пока Павел учился. Вечером он приходил домой, и мы шли гулять в парк. Мы были примерной семьёй для окружающих. И никто даже и не замечал, как меня передёргивает от его прикосновений. Что говорить о посторонних – не замечал и он сам.

Маме я, конечно, ничего не говорила. Всё равно бы не поняла, обиделась. Она же так и не поняла, как сильно на меня влияли их постоянные пьянки.

– Чем занималась? – Придя домой, спросил Павел.

– Лежала, смотрела фильмы, играла с Маргошей.

– Пошли ужинать, я устал.

– Я ничего не готовила. Там в морозилке пельмени – свари. Я тоже буду.

– Ты не могла сварить? – Недовольно спросил он.

– Могла, но я лежала, смотрела фильмы и играла с Маргошей.

А ещё я старалась быть ужасной женой. Порой мне становилось его даже жалко, но это длилось недолго, после завтрака отпускало.

Я часто уезжала к маме в гости, чтобы она поиграла с внучкой. Когда Маргоша была с ней – мама не пила. У меня снова была моя мама, как в далёком детстве. Я была счастлива. К моему сожалению, мне всегда приходилось возвращаться домой.

– Оставь Маргошу у меня, – сказала мама как-то вечером, – вы молодые, отдохнёте.

– Мне это не нужно! – Резко оборвала её я.

– Всем нужно, а тебе нет, – смеялась она.

Не могла же я сказать, что не сплю с мужем уже 2 года?! Тогда бы пришлось многое объяснять. А я пока не была к этому готова.

***

– Ты вышла замуж по глупости, с этим мы разобрались, но почему ты не ушла от него, когда полностью это признала?

– А куда бы я ушла? У меня ни работы, ни квартиры. Вернуться в родительский дом вместе с ребёнком? Я не хочу.

– А что с работой?

– Я закончил журфак, но мне не нравится эта работа. Я до сих пор не знаю, чем хочу заниматься в жизни.

– Аврора, винишь ли ты родителей в том, что несчастна?

– Не полностью… Но я совру, если скажу, что их вины нет.

– Вот смотрю я на тебя и понимаю, что ты сама ничего не понимаешь. Вот ты поступаешь в ВУЗ, учишься непонятно зачем, хотя учиться там не хочешь… Кстати, когда ты поняла, что не хочешь быть журналистом?

– На втором курсе, – тихо ответила я.

– Вот, – вздохнула доктор, – учишься, чтобы работать непонятно зачем там, где работать не хочешь, чтобы заработать деньги, на которые будешь жить так, как жить тебе не хочется. Ищешь счастья там, где его нет, а винишь других в том, что не счастлива.

– Но они жили так, что я… Эти обстоятельства… Они просто… – Глотая воздух, пыталась объяснить я.

– Аврора, – спокойно произнесла доктор, – запомни, твоя жизнь – не результат обстоятельств и ерунды вокруг тебя, которая почему-то происходит. Твоя жизнь, Аврора, – это результат твоих собственных решений.

Я молча смотрела в окно, отпивая кофе. Нет, она не права.

Жизнь словно подкидывает мне испытания, а я устала с ними справляться.

– Сейчас я скажу ерунду на первый взгляд, но на самом деле ты страдаешь, потому что сама этого хочешь. Несмотря на все твои переживания, боли, страдания, ты живёшь именно ту жизнь, которую хочешь, и имеешь ровно те проблемы, которые намерена в ней иметь.

Доктор долго смотрит на меня и в какой-то момент мне даже показалось, что кабинет словно поплыл перед моими глазами, но, быстро заморгав и списав на нахлынувшие эмоции, я попрощалась.

После сеанса с психологом я зашла в кофейню, достала телефон и стала ждать звонка. Через 10 минут он позвонил.

– Привет, мелкая, – довольная физиономия появилась на моём экране, – отдыхаешь?

– Привет, – улыбнулась я, – вышла от психолога…

– И как оно?

– Знаешь, я пока не готова согласиться с ней.

– Не хочешь признавать тот факт, что сама управляешь своей жизнью?

– Откуда ты знаешь?

– Я просто знаю тебя, глупая. Отвлекись, давай я куплю тебе с Маргошей билеты. Поедешь в Сочи, отдохнёшь. Мы как раз с семьёй туда собираемся через месяц.

– Нет, я не могу, Руслан! Спасибо тебе за всё, но вот это точно лишнее!

– Ты глупая, Рори, оттого и несчастная.

После этого он отключился, а я ещё немного посидела в кофейне, думала, мечтала.

Поток мыслей прервал сигнал сообщения: «Купленные билеты и забронированный дом всегда придадут тебе уверенности в завтрашнем дне. Я не знаю, насколько хреново будет тебе через час, через три часа, завтра… Но я наверняка знаю место и время, когда тебе будет офигенно! Обнял».

А следом письмо на электронную почту с двумя билетами на моё и Маргошино имя.

Я была в шоке.

Но я была счастлива.

Дома меня ждала дочь и совершенно чужой человек. Нужно, кстати, сообщить ему об отпуске.

Медленным шагом я шла по аллее и думала о предстоящем разговоре.

Почему Руслан так далеко?

Вот если бы он был рядом… Ох, нет, это мы уже прошли…

На самом деле, Руслан – потрясающий человек, с которым меня объединил интернет 9 лет назад. Сначала мы изредка обменивались сообщениями, потом стали общаться чаще, затем начали созваниваться по телефону, потом по видеосвязи да несколько встреч в реале.

Он истинный пример «сын маминой подруги» для моего мужа. Руслан ненамного нас старше, но, сколько всего добился, в то время как Павел сидит в районной поликлинике и лечит бабкам насморк!

Руслан – единственный кого я боюсь оттолкнуть, но может причиной тому, что всё это в какой-то степени не реально, а виртуально? Как бы не были близки наши души. 4.000 километров не дают нам ощутить близость в полном её объёме…

Думая об этом, я дошла до дома, на пороге стояла босоногая Маргоша и улыбалась мне.

– Мамуля!

– Привет, мартышка! Ну, куда же ты босиком? Заходи, давай.

– А папа с тобой пришёл?

– Ты что одна дома? – Удивилась я.

– Да, – довольно ответила дочь.

– И давно ушёл твой отец?

– Сразу после мультика про деревянного динозавра, – сказала она и радостно убежала в комнату.

Деревянного динозавра показывают в 11:30, сейчас уже 15:45…

Я достала телефон, ни одного сообщения о том, что моя трёхлетняя дочь дома одна! Моя трёхлетняя дочь, чёрт возьми!

Я набрала его номер и, считая гудки, прошла на кухню.

– Да?

– Ты где, идиот?! – Закричала я.

– Смени тон, Аврора.

– Нет! Ты полный идиот, если позволил себе оставить одного трёхлетнего ребёнка!

– Мы договорились с ней, что она посмотрит мультики. А мне нужно было срочно к маме.

– К маме? Ах, к маме… Вот там и сиди!

– Аврора!

– Иди к чёрту, кретин! – Я швырнула телефон на стол. – Маргоша, иди обедать!

– Мамуля, – хитро улыбнулась она, – ты так не кричи, мне знаешь, как хорошо было.

– Мартышка, – я присела перед ней на корточки и заглянула в глаза, – я не злюсь на тебя, пойми. Но оставить тебя одну дома… Можно же позвонить мне или же, чёрт возьми, поехать вместе с тобой…

– А я не хочу туда ехать.

– Хорошо, но мы не будем сейчас об этом говорить… Ну, суп?

– Бутербродик!

– Так точно! Сразу после супа именно бутербродик ты и получишь.

Глядя на Маргошу, я всегда вспоминала своё детство, наше общение с мамой.

Это так странно, мама считает себя хорошим родителем, в то время как я боюсь стать для своей дочери такой же матерью, как она.

Да, я ни в чём не нуждалась, у меня была еда, одежда, игрушки и даже не самый плохой телефон. Мне просто не хватало любви. Маминой любви… Её защиты, поддержки. Я же была одна против мира, в котором мой самый близкий человек строил свою счастливую жизнь с новым мужем…

И смогла понять, если бы она с утра до вечера была на работе, но нет… Вечером, они с отчимом, всегда выпивали, считая свой родительский долг выполненным – ведь у меня был ужин… Исключениями были те вечера, когда отчим был не доволен моим поведением, по им же надуманным причинам, тогда да, мне запрещено было притрагиваться к их продуктам.

Конечно, мы ведь детям только и должны, что не дать умереть голодной и холодной смертью, а любить… Пусть кто-то другой…

После обеда мы с Маргошей немного поиграли в её любимую игру ходилки-бродилки, а потом я уложила её спать. Когда дочка спит, я занимаюсь своей деградацией: смотрю ток-шоу, листаю ленту, играю в онлайн игры. Мне бы хотелось заняться чем-то действительно полезным: прочитать книгу, пройти онлайн обучение, уделить внимание своим волосам, наконец. Но я всегда нахожу причину отложить полезные занятия.

«Успокоилась?» – Написал Павел, в ответ я ему отправила лишь один смайл, который выражал моё мнение о нём.

Порой меня так бесят наши по-глупому детские отношения: смс, смайлики, ругань…

У нас ребёнку 3 года, а мы до сих пор не научились выстраивать взрослый диалог. Да и желания такого нет, честно говоря.

Уже, будучи в роддоме, я осознала всю глупость моего выбора. Нет, не беременности, а свадьбы! Я никогда не жалела о появлении в моей жизни Маргоши, но вот ранняя свадьба точно была лишней…

Даже странно, что есть передачи о ранней подростковой беременности, где ярко показаны минусы этого процесса, но до сих пор нет передачи о ранних браках, заключённых по глупости и не расторгнутых из лени или страха.

Я налила себе бокал белого вина и позвонила Руслану.

– Спасибо, – только и сказала я, когда он ответил на звонок.

– Я так устал видеть тебя печальной, – тяжело вздохнул он, а затем добавил более весёлым тоном, подмигивая, – тем более мы едем с детьми и без няни. Вместе с Натой вы справитесь.

– Ната не против меня на этом отпуске?

– Глупышка! – Телефон взяла его жена и сурово посмотрела на меня. – Мы все любим тебя! Ни о чём не думай, бери Маргошу и лети! Дай вам шанс быть счастливыми.

– Спасибо…

Как долго я ещё смогу откладывать жизнь, которую хочу? Как долго я смогу откладывать то, кем я хочу быть на самом деле? Если окружить всю мою повседневность, то вот уже несколько лет я бегаю по кругу.

Самое простое и верное решение сейчас – начать делать то, что ещё не делала.

Перед глазами возник странный образ – вместо моей кухни стены какой-то палаты, а в нос ударил запах дезинфицирующих средств, но я быстро отогнала от себя это, видимо, сегодняшняя сессия очень сильно подействовала на меня.

Глава 2

Перед сеансом с психологом я решила зайти в кофейню и купить нам с доктором по стаканчику мокачино. Но если обычно у банкомата передо мной стоит самый тупой человек в городе, который никак не может сообразить, как снять наличку, то сейчас в кофейне передо мной стоит парень, которому срочно сдался тройной фраппе капучино с вручную взбитыми сливками, шоколадной крошкой и моим потерянным временем.

Опоздав на 20 минут, я, наконец, забежала в кабинет и с довольной улыбкой протянула кофе доктору.

– Спасибо, Аврора, я почти не заметила твоё опоздание, – по-доброму улыбнулась она, взяла кофе, который я так заботливо принесла и предложила добавить в мой напиток какой-то сироп, я согласилась.

– Я уезжаю в отпуск, – выпалила я.

– Отлично! С кем?

– С Маргошей. У меня есть хороший, нет, лучший друг, который купил нам билеты.

– И ты не беспокоишься о том, что этот друг может уйти от тебя? – Она делает пометки в записной книжке, и, я заметила в отличие от прошлой встречи, включила аудиозапись нашей беседы.

– Нет, – улыбнулась я, – он не уйдёт.

– Ты можешь рассказать о нём?

– Я думала, что мы говорим о тех, кого я теряю по своей вине или о том, почему я живу, как дура, если знаю, где и какие ошибки совершаю, – усмехнулась я.

– Мы говорим о важном для тебя. И этот друг – важен.

Доктор посмотрела куда-то выше моей головы, я обернулась, но никого не увидела.

Руслан

Мне 12 лет, я играю в онлайн игры, мечтаю о счастливой жизни и уверена, что в 18 лет моя жизнь повернётся под лучи солнышка.

Единственный человек, которому я говорю обо всём без прикрас – посторонний мальчик в интернете, а не моя близкая подруга Верочка.

Очень рано я поняла, как же легко довериться человеку, который со стороны наблюдает за твоей жизнью и ни каким образом в ней не участвует.

Может, оттого люди и откровенничают с попутчиками в поезде, понимая, что он унесёт твои секреты с собой через 4 станции и забудет через час. А твоей душе стало легче.

«Эй, мелкая, ты на связи?» – Написал мне мой виртуальный знакомый.

«Привет», – написала я ответ.

«Как обстановка?»

«Пока тихо, но ещё не вечер».

«Ты главное сиди тихо у себя в комнате, учи алгебру и делай вид, что тебя нет».

«Прямо девиз моей жизни…» – Быстро напечатала я ответ, закатив при этом глаза

«Ну, не всей жизни, а небольшого отрезка. У меня, кстати, новости!»

«Расскажи!» – Тут же потребовала я.

Мы в основном говорили обо мне, поэтому, когда Руслан решался что-то рассказать о себе я тут же цеплялась за эту возможность узнать о нём побольше.

«Мы с отцом перебрались в Россию, я поступаю в юридический!»

«Руслан! Я так за тебя рада! – Я так широко улыбалась в этот момент, что даже щёки заболели. – Теперь мы стали чуточку ближе друг к другу – находимся на территории одной страны».

«Глядишь так, и встретимся однажды,» – ответил он, с широко улыбающимся смайлом.

Я улыбнулась, но не нашла, что же ему ответить. Чем больше мы общаемся, тем сильнее я начинаю представлять, как бы было круто живи мы в одном городе.

«Эй, мелкая…» – Высветилось новое сообщение на экране.

«Ты старше на 4 года… Не зазнавайся!»

«Поверь, эти 4 года много значат! – Многозначительно ответил он. – Я буду звать тебя „Рори“, можно?»

«Меня так никто не зовёт», – улыбнулась я, примеряя на себя это имя.

«Ро? Ри? Авро?» – Принялся перечислять он варианты.

«Аврора, Аврорка, Рора»

«Рорик!» – Смеялся Руслан.

«Перестань! – Нахмурившись, ответила я. – «Рори» было нормально.

«Договор! Я просто хотел сказать тебе кое-что».

«Скажи!»

«Можно набрать тебя?»

Кажется мои глаза расширились до того состояния, что вот-вот вывалятся из глазниц. Неужели он решил впервые позвонить мне? Не успела я ничего ответить, как он уже звонил мне.

– А… алло, – нерешительно и заикаясь, ответила я.

– Привет, мелкая, – я по голосу слышала, что он улыбается, как будто у его слов была радостная мордашка, – ты только не стесняйся. Мы же давно уже типа дружим.

– Типа? Я почти записала тебя в «Лучшие друзья»! – Обиженно нахмурилась я.

– Я знал! – Довольно протянул он. – Ладно, я хотел сказать тебе что-то важное. Именно сказать, а не написать.

– Говори, я слушаю.

– Мелкая… – Он замолчал. – Рори, я живу не в самом удачном месте. И, говоря это, я имею в виду масштабы страны, а не квартиры. Я тысячу раз говорил себе, что пора сдаваться, но продолжал идти, поэтому, давай, договоримся, что если тебе сейчас кажется, что у тебя что-то не получается, то ты не опустишь руки и смело посмотришь в глаза проблемам, готовясь одержать над ними победу. Хорошо?

Смахнув детские, наивные слёзы я поняла, что привязываюсь к этому мудрому мальчику из интернета. Как-то незаметно он стал не просто сторонним наблюдателем, а частью моей жизни. Пусть и виртуально, но кто знает, что меня ждёт в будущем.

– Хорошо, – прошептала я.

– Если ты будешь улыбаться – я тоже буду улыбаться. И, знаешь, не важно, увидим ли мы улыбки друг друга.

Как же хорошо, оказывается, иметь человека, который так тебя понимает, принимает, поддерживает. Самое главное – он не сможет предать. Никому не расскажет о моей боли, а если и скажет кому из своего окружения – я об этом не узнаю.

Вера вот поделилась с мамой, что меня частенько оставляют без еды в знак наказания, а я потом месяц у них ужинала. Вот вроде и добро мне сделала, а всё равно неприятно… Переживала, вдруг об этом как-то узнают мои родители и тогда бы мне точно не отделаться малой кровью!

Как же замечательно, оказывается, иметь человека, который наладит твоё настроение. Даже если этот человек всего лишь голос из трубки моего мобильного телефона.

Мы стали общаться больше, дольше, ближе. Он успокаивал меня, когда у меня сдавали нервы после очередной ссоры с родителями, я поддерживала его, когда девушка бросила его из-за переезда.

Как-то незаметно моя виртуальная жизнь стала вытеснять реальную и потому я стала переживать, когда у него появилась девушка в колледже. Нужна ли ему будет малолетняя подруга в сети?

– Это всё несерьёзно! – Категорически прошептала Вера на уроке. – Просто общение в интернете. Я много с кем болтаю.

– Мы не просто болтали, – огрызнулась я.

– Это ты так к этому относишься! – Заявила она, направив на меня карандаш. – Ты почему-то решила относиться серьёзно к парню в интернете, а он там живёт своей жизнью, между прочим!

Спорить с ней бесполезно, да и сама понимаю, что как-то глупо привязываться к кому-то в сети. Но что делать, если это уже произошло?

– Просто забей, – прошептала подруга.

Но это ведь совсем не просто… На каждой перемене я проверяла входящие – пусто…

С грустью на душе я дошла до дома, отчиталась маме за успеваемость, услышала равнодушное «молодец» и закрылась в своей комнате.

«Привет, Рори! Можешь поздравить, твой самый лучший и единственный друг, сдал сегодня экзамен, и со следующего месяца будет получать стипендию! А ещё я переезжаю в общагу. Взрослая жизнь наступила, мелкая!» – С широкой улыбкой я раз за разом читала только что пришедшее на мой телефон сообщение.

Глупая паникёрша, он же просто писал сегодня экзамен, а я тут уже сырость развела!

– Привет! – Радостно сказала я, когда он ответил на звонок. – Поздравляю!

– Спасибо, круто, что мне удалось получить комнату.

– Ты ведь уже подружился с кем-то?

– Да, с соседом по комнате. Он и договорился с ректором, чтобы мне выделили место. У него тут какие-то связи, вроде.

– Надеюсь, не мажор, а то вы не уживётесь, – захихикала я.

– Знала бы ты, как я на это надеюсь! – Рассмеялся он в ответ.

Мы долго говорили об его студенческой жизни, я слушала и завидовала. Как же он счастлив! Неужели и у меня скоро будет так же?

– Аврора, – мечтательно протянул он моё полное имя, что делал крайне редко.

Глава 3

В последнее время я всё чаще вспоминаю, кем хотела быть, пока не выросла. Это оказалось сложным – вспомнить, о чём же я вообще мечтала до того, как меня затянуло в чёрную дыру собачьей возни в погоне за банальными деньгами.

Я сделала глоток Somersby и улыбнулась, вспомнив, как раньше нам с Верой пиво казалось горьким. Теперь я знаю, что взрослая жизнь гораздо горче и пиво кажется сладким, прямо как этот сидр.

В интернете высвечивалась настойчивая реклама: «Требуются молодые девушки до 25 лет. Кастинг для съёмок фильма!»

Не успев ни о чём подумать, я нажала на ссылку, заполнила анкету и только тогда выдохнула. Я хотела быть заметной! В детстве я хотела не только любви, но и чтобы меня видели, через призму успеваемости, милой внешности – заметили меня настоящую!

– Мамуля… – Сонным голосом позвала Маргоша. – Что ты делаешь?

– Кажется, я нашла работу, мартышка!

– Помнишь наш секрет? – Заговорщицким шёпотом спросила она.

– Какой именно? – Я присела на краешек её кровати.

– Ты найдёшь работу, и мы уедем смотреть мир. Секрет от папы!

– Да, мартышка, я помню, – я нежно поцеловала дочь в лоб и пошла на кухню.

Я никогда не настраивала дочь против отца, он делал это сам.

Страшнее всего то, что моя малышка уже умеет притворяться, изображать любовь к нему. О, как убедительно она это делает!

Только вот наедине оставаться с ним не хочет… Поэтому мы обе счастливы, когда у него дежурства.

Вот если бы на Земле появился такой вирус, что все врачи будут вынуждены жить на работе, спасая жизни пациентов…

Я рассмеялась от этой мысли и грустно вздохнула от несбыточности этого… Медицина шагнула далеко вперёд, и какой же вирус они не смогут победить?

Жалкие фантазии…

Заказав еду в любимом ресторане, я улыбнулась от мысли, какой же мой муж всё-таки идиот… Неужели он считает, что действительно обеспечивает нашу семью? Если бы не Руслан мы бы давно уже переехали под мост.

Я ему безмерно благодарна… За всё, что он делает для меня и моей дочери.

Я благодарна ему за присутствие в моей жизни.

И как же мне жаль, что я отказалась от всех предложенных судьбой океанов, оставаясь не то что у лужи, а в самом настоящем болоте.

В нос снова ударил какой-то больничный запах, но я не успела найти его источник – Маргоша прибежала с мягкой игрушкой, которой срочно требовалась операция в виде пришивки хвоста.

***

– Привет, Аврора, – поправив волосы, сказала доктор, – рада видеть тебя.

– Я всё думала, для чего мне эти сеансы… Я ведь знаю, что нужно сделать, просто не делаю…

– Для этого они и нужны: понять себя, простить себя, других. Увидеть своё счастливое будущее. Найти нужную дорогу. Ты здесь по своей воле, Аврора. Можешь уйти, если так чувствуешь. А можешь остаться и продолжить рассказ о Руслане.

Я тихо вздохнула, и, взглянув в окно, заметила, как солнечные лучи играют на листьях. Мне хотелось бы быть там, на свежем воздухе, вдали от обыденности и проблем. Но в этом кабинете, окружённом книгами и уютными креслами, я чувствовала себя в безопасности.

– Руслан… – Я начала, потирая ладони. – Он всегда был тем, кто мог рассмешить. Даже в самые трудные моменты. Я понимаю, что мне нужно отпустить его, но как это сделать, когда он все ещё живет в моих мыслях?

Доктор, внимательно слушая, кивнула.

– Путь к прощению – это не только о том, чтобы оставить прошлое. Это о том, чтобы принять его и позволить себе чувствовать. Вспомни свои лучшие моменты с Русланом.

Я обдумала слова психолога и, закрыв глаза, начала вспоминать. Я слышала его смех, ощущала тепло его рук и представляла, как мы вместе смеёмся над мелочами, забывая на мгновение о проблемах. Этот образ принес мне лёгкость, позволяя открыться тому, что действительно значило в моей жизни.

Руслан

Начались каникулы, Вера, как обычно, уехала к бабушке в соседний городок. Гулять было не с кем, а дома сидеть было невыносимо, поэтому я брала термос с кофе, книгу и шла на смотровую площадь.

Подолгу сидела на вымощенной брусчаткой дороге и смотрела, как за мостом, соединяющей части города, строили новые дома. Красивые, жёлтые великаны, возвышались над привычными для меня, старенькими, красными «хрущёвками». Я рисовала в мыслях своё будущее: вот я взрослая восемнадцатилетняя девушка, с маленьким синеньким чемоданчиком, выхожу из такси сразу после этого моста и цокаю каблучками к своей квартирке в одном из этих новых домов. Да, я стала такой сильной… Хоть и никогда не хотела быть таковой. Я хотела стать счастливой, но у судьбы на меня другие планы…

– Девушка, здравствуйте! Простите, но вы зад не застудите сидеть здесь?

Я резко обернулась к нарушителю своего уединения и вскочила, увидев того, кто так по-хамски прервал мою одинокую прогулку.

– Ты… – Выдохнула я, сдерживая слёзы.

– Я, мелкая…

Я бросилась ему на шею и заплакала, не в силах больше сдерживать эмоции.

– Почему ты не сказал? – Закричала я и стукнула ему в плечо.

– Чтобы сделать сюрприз! Ты ещё и дерёшься! – Потёр он место удара. – Рори, ну, иди сюда!

– Я так рада, – шептала я сквозь слёзы, пока он гладил меня по голове, обнимая.

– Покажи мне город, – с улыбкой, немного отстранился он.

Мы гуляли целый день, я показала ему все старые улочки. Болтала без умолка, рассказывая ему историю великого города.

Вечером мы зашли в местную столовую, кажется, он заказал большую часть меню.

– Ты всё это съешь? – Удивилась я.

– Мы это съедим, – поправил меня он, – кстати, напиши маме, что останешься у подруги сегодня.

– Ты хочешь, чтобы я осталась у тебя? – Поперхнулась я морсом, который официант только что любезно поставил передо мной.

– Ты чего напряглась? – Засмеялся друг. – Думаешь, что это и был мой ловкий и коварный план, как затащить тебя в постель? Я знаю тебя 3 года. Да господи боже, я тебе помогал с выбором первого лифчика! А уж после разговоров о Давиде у меня на тебя никакого сексуального настроения!

– Тихо-тихо! – Шикнула я на него, заметив взгляд двух женщин за соседним столиком.

– Без обид, мелкая, – продолжал он улыбаться.

– Как-то всё же немного обидно! – Притворилась я, надув губы.

– Я люблю тебя абсолютно искренне и никогда не сделаю то, что тебя обидит или испугает. Мы же друзья, – он заглянул мне в глаза и тепло улыбнулся.

– Друзья, – не сдержала я ответную улыбку.

Я достала телефон и набрала маме сообщение, что останусь у Веры, она ответила на удивление быстро согласием.

– Я взял машину в аренду, поехали кататься?

– Обожаю ездить на машине. Ты знал! – От радости я даже захлопала в ладоши.

– Года-то у тебя прибавляются, а всё равно остаёшься той мелкой моей подругой…

Мы вышли из столовой, сели в машину и долго катались по засыпающему городу. Слушая музыку, мы смешно дрыгались, называя это танцами. Руслан громко подпевал группе Звери и Андрею Губину, а я снимала его на телефон. Сохранить в памяти эти бесценные мгновения, когда мы оба так беззаботны и счастливы.

Утром я приехала домой, отчима дома не было, и я поболтала с мамой немного, скорей для вида, чем искренне, переоделась и снова ушла «к Вере». Сегодня мы едем с Русланом на набережную, купаться еще, конечно, рано, поэтому мы будем просто созерцать речную гладь.

– Как у тебя с девушкой? – Спросила я, присаживаясь на скамейку.

– Мы просто спим, – пожал он плечами.

– Это как? У вас же отношения!

– Нет, мы просто спим, Рори. Это удобно. Без этих ярлыков «парень-девушка».

– Современно, – закатив глаза, произнесла я.

– Синоним к слову «неприемлемо»? – Рассмеялся он.

– Я бы так не смогла, – пожала я плечами, нахмурившись.

– У тебя так никогда не будет, – уверенно ответил он, – понимаешь, у девушек всегда видно эту планку – как с тобой можно, а как нельзя. Вот то, что ты мысленно допускаешь для себя, парни это видят.

– И как же со мной можно? – Я встала на скамейку и положила руки ему на плечи.

– С тобой? – Он приподнял бровь, улыбаясь. – Ещё рано говорить, ты вздыхаешь по Давиду. Но то, что тебе хватает мозгов не бегать за ним, даёт мне надежду на твоё светлое будущее.

– Я хочу, чтобы он сам понял, что нужен мне, – грустно вздохнула я.

– Только ты ему нужна для контрольных, Рори. Когда ты это поймёшь – будет больно.

– Я понимаю это.

– Головой, – поправил меня друг. – Больно будет, когда поймёт сердечко.

– Ну, рано или поздно он же поймёт, что я лучше тех, с кем он просто спит.

– Какая ты наивная, я не могу, – засмеялся он, – поймёт он, конечно. Я не знаю, как у нас это устроено, но мы всегда вспоминаем ту милую девчонку, которая смотрела на нас, как на божество. Вспоминаем, приходим и видим, что уже не нужны ей.

– Слишком поздно…

– Любовь и дружба, зародившаяся в школе, заканчивается с получением заветного аттестата. Через неделю после выпускного посмотришь на него и увидишь… – Подбирая слова, он щёлкал пальцами. – Того, кого считала божеством с кривыми ногами, прыщами и стрёмной стрижкой. И подумаешь: «Вроде не слепая, не глупая, а чего страдала-то?»

Мы долго говорили об этом, я верила каждому его слову. В глубине души я знала, что так всё и будет. Но, как он сам и сказал – сердечко ещё не готово принять…

Он сел на скамейку и похлопал рядом с собой, мол, садись.

– Так собак подзывают, – нахмурилась я.

– Так жестом говорят: «Сядь рядом и любуйся чистотой воды», – совершенно очаровательно улыбнулся он. – До переезда я часто ходил к реке после ссор с матерью. Знаешь, она часто пила и приводила домой всяких отбросов. Её даже не смущал отец… Она пропила последние капли рассудка… Так вот после домашних сцен, я приходил на берег, садился на большой булыжник и смотрел. В никуда. Тот берег был местом восстановления моего душевного равновесия.

– Я ухожу на смотровую площадь.

– Где я нашёл тебя?

– Да.

– Красиво там… Значит, это твоё место восстановления душевного равновесия.

Мы молчали. Это был тот самый момент, когда слова только бы всё испортили. Я закрыла глаза и наслаждалась прохладным ветром, ласково касающимся моего лица.

Какой же счастливой я была, чувствуя (никогда после у меня не было этого чувства) на себе взгляд Руслана.

– Пошли, – прервал он тишину.

– Куда?

– Твои губы нуждаются в прикосновении пиццы. Кстати, ты ведь можешь немного выпить вина?

– Я никогда не пробовала, – наморщила я нос.

– Ты попробуешь под моим строгим контролем, – улыбнулся он, – ведь Иисус не для того умирал, чтобы мы отмечая нашу долгожданную встречу, сидели трезвыми.

***

– Значит, он всё-таки приехал к тебе, – склонив голову набок, улыбнулась доктор, глядя снова поверх моей головы – огромный шаг в виртуальных отношениях.

– У нас не было отношений, – поправила я её и обернулась. Дверь в кабинет была закрыта не полностью, но я никого не увидела.

– Как скажешь, Аврора. Сколько дней он был в твоём городе?

– Неделю.

– Вы были вместе 7 дней, – сказав это, она как-то странно посмотрела на меня, словно заглянула внутрь меня, – было ли что-то важное для тебя в те каникулы, кроме, естественно, самого его приезда, впервые попробованного алкоголя и ночных прогулок?

Я задумалась, вспоминая те каникулы.

– Поговорим об этом в следующую нашу встречу, – закончила сеанс доктор, понимающе улыбаясь.

Глава 4

Я проснулась от поцелуя Маргоши и её смеха.

– Доброушро, – прокричала она, с набитым ртом.

– Мартышка, – жалобно простонала я, – почему ты вскочила в такую рань?

– У тебя телефон звонил, мамуля!

– И ты не разбудила меня? – Тут же вскочила я, остатки сна как рукой сняло.

– Не-а, я хотела доесть конфеты, – засмеялась малышка и убежала в кухню.

Сделав грозный вид, я пошла за ней.

– Маргоша!

– Держи телефон, мамуля!

– Убирай все фантики, быстро!

Действительно был 1 пропущенный звонок с неизвестного номера. Хоть обычно я так и не делаю, но сейчас решила перезвонить.

– Слушаю, – отозвался серьёзный молодой женский голос.

– А… алло? Вы звонили мне?

– Уточните Ваше имя?

– Аврора.

– Ага, вижу, – в трубке послышался шелест переворачиваемых страниц, – вы приглашены на пробы в фильм Константина Енцева. Завтра в 13:35.

– Спасибо! Спасибо большое! – Я чуть не задохнулась от переполняющей меня радости. – Что мне с собой взять?

– Талант, – сухо ответила женщина и повесила трубку.

– Маргоша! – Радостно воскликнула я. – Мар-го-ша!

– Мамуля, ты чего прыгаешь?

– Радуюсь. Давай со мной!

Мы прыгали и кружились по кухне, пока у обеих не закончились силы. Пригласили… Меня пригласили!

– А чего мы прыгаем? Папа ругаться будет!

– Плевать, мартышка! Если у мамули всё получится, то мы никогда больше не услышим его ругань!

Как кстати зазвонил телефон, на экране высветилось – Павел.

– Да?

– Проснулись?

– Ну?

– Сегодня вечером мама зайдёт, приберись немного и испеки чего-нибудь к чаю, – огорошил меня он.

– Вообще-то об этом нужно говорить заранее, у меня на сегодня планы!

– Какие, Аврора? – Устало вздохнул он.

– Да какая разница? Планы и всё!

– Так не делается! Мама скучает по Маргоше, – я слышала, что он начал злиться.

– Что ж, моя мама тоже соскучилась по нам. Мы уедем к ней с ночёвкой. И, да, кстати, у меня кое-какие дела завтра, так что, возможно, мы пробудем там 2 дня.

– Я против! Аврора, ты слышишь?

– Мне плевать, у меня дела, – хихикнула я, пожав плечами.

– Тогда моя мама посидит с Маргошей. И что вообще у тебя за дела?

– Когда станет ясно – сообщу.

– Это не нормально, Аврора!

– А у нас с тобой вообще нормального мало. Пока.

Господи, как же надоело… Будь я мужиком давно бы уже ушла от такой вот женщины, а этот тюфяк всё сидит… Будь я смелее тоже давно бы ушла, а не строила из себя ту, каковой не являюсь. Какой же бред… Ладно, если меня утвердят на роль – начну зарабатывать и уйду.

Телефон снова зазвонил, на этот раз я ответила на звонок с улыбкой.

– Привет!

– Привет, мелкая! Как настроение? – Руслан ехал в машине и широко мне улыбался.

– Я не говорила тебе, но недавно я заполнила анкету на кастинг в фильм. Сегодня меня пригласили!

– Стоп! – От удивления он даже остановил автомобиль. – Рори, ты шутишь?

– Не-а! – Довольно ответила я.

– Рори, я горжусь тобой! У тебя всё получится, я знаю. Ничего не бойся, ты всех покоришь.

– Я буду представлять, что ты рядом и поддерживаешь меня.

– Я и так всегда рядом, мелкая.

– Да, я знаю…

Несколько минут мы молча смотрели друг на друга и по-глупому улыбались.

– А что насчёт отпуска? Павлику сказала?

– Нет ещё.

– Надо сказать, Рори! Не добавляй себе проблем.

– Я скажу потом.

– Потом ты просто поставишь его перед фактом. Ты или старайся уже признать, что ты его жена, или не морочь никому голову и просто покончи с этим!

– Как будто всё так просто!

– Проще, чем тебе хочется думать, Рори. Но знай, я это не поддержу. Павел любит тебя.

– Но я…

– Не надо! – Перебил меня друг. – Ты сама себя не любишь оттого и не способна полюбить кого-то другого.

– Это было очень грубо с твоей стороны, Руслан.

– Что ж, – он пожал плечами, – зато я сказал правду. Мы же оба знаем правду, верно?

Я нажала на красную трубку, ничего ему не ответив.

Спешно собрав вещи на 2 дня, я отвезла Маргошу к маме, а сама поехала на сеанс к психологу.

Сегодня я должна вспомнить, чем закончились наши каникулы.

***

– Аврора, – дружелюбно улыбнулась доктор, – продолжим экскурсию по твоей памяти?

– Да, я как раз дома готовилась к этому, – честно призналась я.

– Ты выглядишь взволнованной. Что-то случилось?

– У меня завтра пробы на роль в фильме. Я очень волнуюсь.

– Думаю, ты справишься. Ты ведь уже давно играешь роли: счастливого ребёнка, любящей жены для окружающих, благодарной дочери, стервы для мужа. Аврора – это и есть твоя главная роль. А я твой верный зритель.

Руслан

Утром я сильно поругалась с мамой. Вечером отчим привёл домой своих друзей с завода и заставил меня готовить для них ужин, а когда я высказала матери об этом своё недовольство, которая накануне была на работе до глубокой ночи, та обвинила меня в лени.

– Ты обязана готовить, Рора! В этом нет ничего такого!

– Что? Ты вообще себя слышишь, мам? Я обязана готовить пятерым пьяным мужикам?

– И ты ещё смеешь мне отвечать? – Она даже кричала с издевательской улыбкой, чем просто сводила меня с ума. – Ты обязана готовить мужчинам. Ты – баба! Это, блин, твоя прямая обязанность!

– Это ты баба! – Впервые закричала я в ярости. – А я – девушка, ясно? И готовить жрать своему мужу-алкашу обязана ты!

Хлопнув дверью, я выбежала из квартиры, столкнувшись в подъезде с Русланом.

– Куда ты, ураган? – Он сдавил меня в своих медвежьих объятиях.

– Хорошо, что ты тут. Я так погано себя чувствую. Ты как знал!

– Да ты всегда себя погано чувствуешь, тут и знать ничего особо не надо, – пожал плечами он и улыбнулся.

– Едем на набережную?

– Карета у подъезда к вашим услугам!

По дороге я ещё тяжело дышала от злости, а Руслан тактично молчал, позволяя прожить весь спектр моих эмоций в полном объёме. Припарковавшись, он вышел из машины, достал из багажника рюкзак, и только тогда открыл мне дверь, протягивая руку.

Успокоившись, я увидела, что он постелил плед прямо на асфальтированной набережной и достал бутылку вина.

– Мне в прошлый раз вино совсем не понравилось, – призналась я.

– Тебе напомнить о смерти Иисуса, который…

– Да поняла я! – Замахала я руками. – Только надеюсь, что это будет не таким противным, как то…

– Понимала бы чего в винах, – засмеялся он.

Отпив немного из предложенного мне стаканчика, я неохотно призналась, что вкус мне понравился.

– Жуткий ветер сегодня. Наверно, погода грустит, что каникулы заканчиваются, и ты уезжаешь.

– Давай закроем глаза и представим, что мы на море.

– Главное не смотреть по сторонам, а то увидим, что сидим мы на асфальте вместо пляжа.

– Ну, да, песка в трусах, конечно, очень не достаёт для полноты картины, – с усмешкой признал он.

– О, кажется, мы проезжали мимо песочницы!

– Знаешь, Рори, возможно однажды мы поедем на море, кто знает…

– Не смотри назад, – прошептала я, – там высотки… Мы на берегу моря, а это дует морской бриз… Не смотри вокруг…

– Даже не собирался… Я смотрю только на тебя…

В этот момент его взгляд был совсем другим, и впервые я смутилась рядом с ним. Будто почувствовав это, он отвернулся, пряча улыбку.

– Можно вечером останусь у тебя? Дома мама…

– Можно и без вот этих объяснений, – кивнул он.

– Спасибо.

– У тебя скоро экзамены, поступление в колледж. Ты ведь съедешь в общагу?

– Не знаю, честно.

– Это отличный вариант – съехать от родителей. Думаю, тогда ваши отношения станут лучше.

– Из зоны фантастики…

– Всё могло быть и хуже…

– Я знаю, что живу не хуже всех!

– В общем, будучи в колледже тебе надо будет съехать и начать взрослую жизнь.

– Я постараюсь.

– Если не получишь комнату, я помогу тебе первое время с арендой.

– Не надо мне помогать, – пробубнила я.

– Каждому существу в этом мире нужен кто-то, кто будет его любить и помогать.

– И я – твоё такое существо?

– Рори, – громко засмеялся он, – вино на тебя так забавно действует.

– Налей мне ещё, – протянула я ему быстро опустевший стаканчик.

– Тащить тебя пьяную домой я не планировал, – продолжал он смеяться.

– А ты не тащи! Будем ночевать под открытым небом. Звёзды будут нашими светильниками, а асфальт мягким матрасом.

– Романтика?

– Так все бомжи живут, знаешь? – Заглянула я в его карие глаза.

– Романтика по понятиям бомжей? – Мы громко рассмеялась до боли в животе и до слёз из глаз. – У меня тост. Давай выпьем за будущих нас. Я буду известным адвокатом, ты просто известной… Сколько бы я не фантазировал, так и не смог остановиться на чём-то одном, чем бы ты могла заниматься. Но какой бы путь в будущем ты ни выбрала – ты станешь известной, я знаю. Мы оба любим свободу и потому я до 40 лет буду жить один, лишь в компании своего кота Батона, а ты тусить по городам и странам… Задержишься на несколько лет в Бразилии. И вот на пятом десятке мы встретимся вновь и уже останемся вместе доживать нашу жизнь. Я к тому времени буду прекрасным морщинистым дедом атлетического телосложения, а ты всё той же мелкой, но уже с весёлой россыпью морщинок вокруг глаз и с красным цветом волос, как у любой порядочной дамы за пятьдесят. Будем брюзжать по поводу несовершенства мира, лепя по воскресеньям пельмени, а потом кормить ими Батона – ведь повара из нас так себе.

– Подожди, – вытирая слёзы от смеха, сказала я, – мы, что же, не увидимся почти до 50 лет?

– А как? – Искренне удивился он. – Ты колесишь с загорелыми бразильцами, а я тут зарабатываю будущим нам миллионы.

– Так если я буду известной, то не хочешь ли ты сказать, что моя известность будет в узких кругах загорелых бразильцев? – Не могла я перестать смеяться.

– Ты посетишь много стран. Но потом всё равно прилетишь сюда, найдёшь меня в тиндере, я ж буду продвинутым дедом, и мы, наконец, встретимся.

– Хорошо, пьём за следующую встречу! – Подытожила я.

Остаток вечера мы провели, смеясь, разбирая его тост, а когда на улице стало совсем холодно, мы поехали к нему в отель.

– Знаешь ли ты, что я готовлю самые вкусные коктейли?

– О, мой любимый клубничный.

– С водкой или ромом? – Открыв холодильник, спросил он.

– С молоком, – нахмурилась я.

– Ребёнок… – Покачал он головой, пряча улыбку в недрах холодильника.

– У тебя есть молоко?

– Никакого молока в этом доме, – категорически заявил он, выныривая из холодильника, – поэтому сегодня у тебя дебют – пробуем водку! Мяту любишь?

– Я сомневаюсь. Руслан, я не буду водку.

– Виски?

– С колой?

– Отлично!

С подозрением глядя на протянутый мне стакан, красиво украшенный долькой лимона, я выдавила улыбку.

– Поверь, мне тоже страшно, – сложил он руки на груди, – кто ж знает какая ты пьяная. Вдруг в меня полетит стул или вон та сковорода с котлетами, или ещё чего опаснее – твой лифчик?!

Я засмеялась и заметно расслабилась, пригубив сладкий напиток, с удивлением посмотрела на друга, который довольно улыбнулся.

– Вкусно!

– Вот мы и встретились на тропинке начинающегося алкоголизма!

– Знаешь, – делая глоток, серьёзно сказала я, – никогда не думала, что буду пить алкоголь. Просто не хочу быть похожей на неё…

– Это всегда твой выбор, Рори. Я пью алкоголь, но я не стал от этого хуже. Я не стал, как моя мать…

– А вдруг мы станем, как они? – Озвучила я свой самый большой страх.

– Тогда мы проиграем этой жизни, – пожал он плечами, изучающе глядя на меня.

– Я всегда проигрываю…

– Нет, ты просто стараешься не замечать своих побед.

Руслан поставил свой стакан с чистым виски на стол и подошёл ко мне, взял мой стакан и поставил рядом со своим.

– Я не думал тогда, много лет назад, начиная с тобой диалог… Помнишь его?

– Да, – кивнула я.

– Так вот, я и не думал, что мы зайдём так далеко. Просто посмотри на нас, мы выросли рядом друг с другом. И это удивительно, ведь в самом начале я использовал общение с тобой, чтобы были силы пережить свой тёмный реал. А потом не заметил, как эта переписка стала необходима мне, как воздух.

А затем случилось невероятное: он наклонился ко мне и нежно поцеловал меня в губы. Сердце забилось часто-часто, дыхание участилось настолько, что, кажется, ещё немного и потеряю сознание от переизбытка чувств.

Это был не только наш первый поцелуй, а мой первый поцелуй в жизни!

Когда его пальцы стали расстёгивать пуговицы на моей блузке, я не сопротивлялась, наслаждаясь его жадным взглядом, умелыми ласками, сбивчивым дыханием.

На секунду он остановился, когда его телефон сообщил о входящем сообщении, но быстро вернулся ко мне, покрывая поцелуями мою шею. Руслан подхватил меня под ягодицы, приподнял, и я охотно выгнулась ему навстречу, прижимаясь бёдрами настолько тесно, насколько сумела.

Его телефон снова сообщил о входящем сообщении и больше не замолкал.

– Ответь, – тяжело дыша, прохрипела я.

– Чёрт! – Выругался он, доставая телефон из кармана. – Алло?!

По тому как изменялось его выражение лица, я поняла, что случилось что-то неприятное.

– И что теперь? – Спросил он кого-то на том конце провода, запуская руку в волосы. – Нет-нет, это исключено! Я приеду утром, и мы всё обсудим!

Он резко кинул телефон на кровать и закурил, не открывая окно.

– Всё хорошо? – Тихо спросила я.

– Похоже на то, что у меня всё хорошо? – Грубо ответил он. – Чёрт, Рори, прости меня!

– Ничего страшного, что случилось?

– Помнишь, я говорил тебе о Дине?

– Эта та, с которой у вас современные отношения? Помню.

– Дина беременна. Мне нужно вернуться. Прости.

***

– Не случившееся начало бьёт сильнее, чем предвиденный конец, – тихо подвела итог доктор моим воспоминаниям, ставя передо мной чашку ароматного кофе.

– Вспомнив всё, спустя столько лет, я будто с новой силой это пережила. Он спешно собирался, а я сидела на его кровати и наблюдала за ним. Тогда я ощутила сразу два новых чувства: возбуждение и боль от расставания. Прощаясь, я знала, что это точка в наших даже не начавшихся отношениях.

– Руслан выбрал семью с той девушкой, а ты бы хотела, чтобы он выбрал тебя.

– Через 2 месяца он вышел на связь, сказал: «Вспоминаю наш вечер. Скучаю по тебе. Обещаю, что мы будем вместе».

– А что ты?

– Согласилась, ведь до 50 лет у нас было много времени, – с грустью улыбнулась я.

Глава 5

Несмотря на то, что всю ночь я не сомкнула глаз, утром в зеркале меня встретило вполне сносное отражение. Хотя Руслан всё равно остался бы не доволен. Он всегда требовал слишком многого: просыпаться свежей и отдохнувшей, тут же бежать и делать укладку, а потом тратить час минимум на макияж, который будет выглядеть, как натуральная красота.

Я же в свою очередь шла умываться только после второй чашечки кофе, чем доводила друга до седых волос, как он сам и говорил.

Пробы на роль в фильм шли уже несколько часов, и чем больше времени проходило, тем сильнее люди волновались.

– Мы не успеем посмотреть всех, – громко заявила девушка с потрясающей стрижкой пикси, о которой я так давно мечтала, – кто следующий? А потом кто?

Таким образом, она отсчитала 12 человек, в их число попала и я. Остальные человек 20 пошли домой.

Сейчас ещё сильнее ощущалось общее волнение, нависшее в воздухе, словно вот-вот обязано случится нечто, которое перевернёт наши жизни.

В маленьком коридоре царила напряжённая тишина, редкие перешёптывания и нервные смешки. И перед тем как зайти в просторный зал, мне пришло сообщение: «Я взял выходной. После проб созвонимся по видео, будем пить вино, отмечать твой успех. Если тебя не утвердят – я уже записал тебя на новый кастинг. Не построили ещё такой Голливуд, который бы ты не покорила при моей поддержке!»

– Здравствуйте, – робко начала я, встав перед режиссёром, – меня зовут…

– Тебя зовут Лиза, ты вот совсем недавно вышла из детского дома. Сейчас ты узнала о своей незапланированной, но всё же желанной беременности. И тебя бросил твой парень.

– Какой козёл, – не подумав выпалила я.

– Что? – Засмеялся мужчина, покачиваясь на стуле.

– Козёл он, говорю! – Отступать было некуда. – Потом он об этом пожалеет…

– Или нет, – пожал он плечами.

– Пожалеет, если я из детского дома это не значит, что останусь незаметной, – вскинув подбородок, заявила я.

– Дайте же ей сценарий! – Крикнул мужчина, взмахивая руками. – Читай-читай!

– Ты думаешь, что это сойдёт тебе с рук? Но вот тебе пища для рассуждения на досуге: где бы ты был, если бы не все мои сбережения? О, нет, не смейся, я же говорю совсем не о финансах. Господи, нет… Где бы ты был без моих слов, взглядов, поддержки? Моих чувств к тебе, моих идей? Где бы ты был без девушки, которой вы в итоге так цинично воспользовались? Да, сейчас ты на вершине этого мира, а я лечу вниз… Без денег, работы, выделенную квартиру и ту твоя мать отобрала! Больно ли мне падать? Безусловно… Но когда я встану… Смотри мне в глаза и услышишь: не «если», а когда

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.