Алла Бородина
Безусловный рефлекс

Пролог

От алой розы, розы любви,

Увы – остались одни шипы!

Шипы сухие в сердце впились,

В младое сердце вошли они,

Мои зеленые, красные дни

Повиты трауром любви.

Все, все, что есть от дней весны, —

Вы, вы, колючие шипы!

Аветик Исаакян 1915г (перевод Александра Блока 1916-1917гг)

Глава1

Если долго лежать без сна и прислушиваться к шорохам и всхлипам уставшего за ночь города, то можно услышать много интересного: едва различимый монотонный перестук колес на далекой железной дороге, испуганные вскрики дремлющих в кронах деревьев птиц и даже пульсацию собственного сердца. Разум при этом немного затуманен и картинки искажены дрожащим на стеклах лунным светом, но главное за день ты все равно помнишь, и никак не можешь забыть, и снова и снова прокручиваешь в своей, отяжелевшей от бессонницы голове, как будто немой черно-белый фильм.

Последние полгода Алина практически не спала. Каждую ночь она мысленно возвращалась в тот злополучный день, когда все в ее жизни разом перевернулось с ног на голову, и уставшее от бессонницы сознание снова и снова заполнял бесконечный липкий страх, а вернее сказать животный ужас, от которого холодело все внутри и от которого хотелось кричать. Но девушка сдерживала себя, успокаивала, как могла, и монотонно прокручивала в голове произошедшие с ней жуткие события медленно и последовательно минута за минутой.

Теперь ее интересовали только отдельные детали случившегося. Главное для Алины было вспомнить как можно больше ускользнувших из ее памяти в ту страшную ночь мелочей и найти его, во что бы то ни стало найти и убить. Потому что только после этого она, наконец-то, сможет спокойно уснуть.

А ведь еще совсем недавно все в жизни Алины было так просто и понятно: тусовки, учеба, работа, надежная подруга и любимый человек.

С Тимом она познакомились на одной из тех шумных вечеринок без особого повода, которые то и дело случаются среди молодежи. Он был высоким, мускулистым, загорелым, с темными вихрами на голове и бесконечными занимательными рассказами о жизни и о людях. Этот обаятельный молодой человек мгновенно покорили ее сердце и в первую же их встречу весьма недвусмысленно предложил Алине продолжить знакомство в постели. И она без оглядки и раздумий согласилась, погрузившись в водоворот новых отношений и ощущений, и в дальнейшем ни разу об этом не пожалела.

Тимофей был заботливым и умным, всегда и во всем ее поддерживал и никогда ни в чем не упрекал. К тому же он оказался достаточно опытным и нежным любовником, что согласитесь, для стабильных отношений в паре весьма немаловажно.

Да и сама Алина умела с радостью принимать и ценить все то, что дарила ей судьба, при этом, сильно не углубляясь в философские размышления, типа: «А за что мне это все привалило?» или «А на сколько это этично?»

Она просто брала и отдавала, и была счастлива. А почему нет? Разве она этого не заслужила? И когда еще, если не в двадцать лет можно так жить? Ведь именно в этом возрасте твой разум все еще свободен от условностей этого мира, в крови бушуют гормоны, и целая вечность у тебя впереди. По крайней мере до последнего времени она думала именно так.

И была действительно счастлива, ровно до того момента, пока не решила познакомить Тима со своей лучшей подругой.

Девушки заранее встретились в кафе, в котором подрабатывал барменом Тимофей. Они удобно расположились за одним из дальних столиков и, неспешно потягивая из стаканов ледяную «Колу», наблюдали со стороны за тем, как молодой человек мастерски смешивает коктейли и, лучезарно улыбаясь, подает их посетителям, разместившимся вдоль барной стойки.

– Ох, Алинка, отчаянная ты! Не боишься, что он тебя бросит?

– Это с чего бы? – Алина только пожала плечами и недовольно хмыкнула в ответ.

Девушки дружили еще со времен начальной школы. Они были очень разными, но именно это их и сближало.

Более ответственная и спокойная Оксана давала Алине списывать у себя домашние задания, а Алина в свою очередь защищала, порой даже с кулаками, застенчивую подругу от грубых нападок одноклассников.

В школе Оксану многие не любили, слишком уж она была правильной и даже откровенно занудной, но Алину это нисколько не смущало, напротив, она частенько прислушивалась к советам своей более рациональной подруги и главное, – бесконечно ей доверяла. И именно по этой причине решила познакомить Оксану поближе со своим парнем и выслушать ее мнение на его счет.

– Во-первых, Тим красавчик, девушки на него явно сами вешаются.

– А, во-вторых? – Алина беззаботно болтала соломинкой у себя в стакане.

– Ну, не знаю, – Оксана потерла нос и скривилась, – ненадежный он какой-то. Все эти бары, вечеринки…

– Ой, только не начинай! Это просто работа такая. Ну, да, бармен. Но он же не всегда по кафешкам работать будет. И вообще, Тим сам спиртного не пьет и даже в универе, вроде, как учится.

Оксана только хмыкнула в ответ.

– Вроде как. Ты о нем даже ничего толком не знаешь!

– Все, Оксан, закрыли тему! Я просто его люблю, и этого вполне достаточно, поняла! – Алина состроила смешную мордочку и показала подруге кончик языка.

В следующую минуту к ним подошел Тим и, радушно улыбаясь, протянул Оксане руку:

– Насколько я понимаю, это та самая лучшая на свете подруга, о которой мне столько рассказывала Алина. Разрешите представиться, Тимофей.

Девушка вспыхнула от смущения и застенчиво улыбнулась ему в ответ.

Начиная с этой безобидной на первый взгляд встречи в кафе, Оксана действительно больше никогда не спрашивала у Алины про ее личную жизнь, ровно до того момента, пока у подруг не состоялся неожиданный и очень неприятный разговор, запустивший роковую цепочку последующих событий.

Глава 2

А началось все с того, что, однажды вернувшись с работы, Алина не застала дома Тимофея, зато обнаружила на кухонном столе его прощальную записку, в которой он перед ней неуклюже извинялся и без обиняков сообщал, что между ними все кончено.

– Какого черта! – только и смогла выдавить из себя шокированная подобным поворотом дел Алина, и конечно же сразу понеслась за помощью и поддержкой к своей лучшей подруге, в прихожей которой неожиданно для себя обнаружила сумку с вещами своего бывшего возлюбленного.

Когда шквал эмоций от осознания случившегося немного утих, девушки нехотя уселись за «стол переговоров».

– Для тебя он просто очередное увлечение, а для меня – любовь всей жизни!

– Ах, вон оно как! – девушки сидели у Оксаны на кухне, и крохотное пространство ее типовой советской «хрущевки» своими низкими потолками давило на Алину сильнее обычного. – А Тим тоже так думает, или ты совершенно случайно забыла у него об этом спросить?!

Вроде бы все было между подругами как обычно: кухня, чай, разговоры по душам, но при этом безвозвратно изменилось и теперь уже навсегда. Алина смотрела на свою давнишнюю школьную подругу и просто ее не узнавала.

С нескрываемым отвращением она рассматривала жидкие бесцветные пряди волос, обрамляющие круглое слегка одутловатое лицо Оксаны, ее крохотные темные глазки и вздернутый кверху нос картошкой. Но сильнее всего ее раздражал любимый синтетический халатик Оксаны с идиотским цветочным принтом «а-ля вырви глаз», неопрятно подвязанный перекрученным и замасленным тонким пояском.

И почему только раньше она всего этого не замечала?

Но больше всего Алину бесило осознание того, что вот эта серая мышь в домашнем халатике, которая всегда была лишь ее бледной тенью, сейчас нескладно, но очень высокомерно пытается ей объяснить, что каким-то волшебным образом увела у нее парня.

Раскрасневшийся от ветра Тим стоял на пороге с бутылкой дорогого вина в руках.

– А я тут мимо проходил и внезапно вспомнил, что здесь живет лучшая подруга Алины. И вот на свой страх и риск решил заглянуть без приглашения. Понадеялся на то, что ты меня не прогонишь, – и он просто обворожительно улыбнулся, обнажая ряд ровных белых зубов, – И кстати там дождь собирается, поэтому выгнать человека в такую погоду, не напоив его горячим чаем – будет очень-очень жестоко с твоей стороны!

Но Оксана не собиралась его выгонять, наоборот, с первого дня их знакомства, она не находила себе места, все время думала о нем и мечтала увидеться снова.

– Проходи, конечно, сейчас поставлю чайник и достану бокалы.

Девушка засуетилась, накрывая на стол. А потом они вместе пили вино, и Тим рассказывал ей глупые, но до жути смешные истории, и она смеялась. В какой-то момент он нежно взял ее за руку, и Оксана его поцеловала жадно, с неуемной страстью, так, как обычно целуют любовника.

– Тебе, уже говорили, что ты очень сексуальная?

Оксана молча развязала пояс на своем стареньком шелковом халатике, и он легко соскользнул с ее голых плеч.

Как будто считав мысли соперницы, Оксана неспеша поправила сбившуюся на бок прядь жидких волос, гордо выпрямила спину и с вызовом посмотрела Алине прямо в глаза.

– Короче, вчера Тим сделал мне предложение, – Оксана на минуту притихла, и судорожно сжала побелевшими от напряжения пальцами чайную чашку с дурацкими красными цветочками.

– Что?! – только сейчас Алина заметила на руке у подруги золотое колечко с огромным искрящимся на свету граненым камешком.

– А еще мы решили официально расписаться, и еще я беременна, – этим неожиданным заявлением Оксана поставила в их разговоре жирную финальную точку и снова с вызовом взглянула бывшей подруге прямо в глаза.

– Да вы, да ты! – Алина невольно сжала кулаки, а лицо Оксаны внезапно искривилось в злобной усмешке.

– Что не ожидала, да?! Привыкла быть королевой, да? Привыкла, что я у тебя на побегушках? – лицо девушки исказилось от искренней ненависти и злобы, – Никогда меня не замечала, ноги об меня вытирала! Ну, что теперь скажешь? Съела?! Тим меня любит, а не тебя, поняла! Меня! А на тебя ему наплевать! Он мне сам рассказывал, как ты к нему в постель запрыгнула и потом проходу не давала. Шлюха!

Все внутри Алины сжалось комом от обиды, боли и предательства двух самых близких для нее людей. Ей не хватало воздуха, она начала задыхаться в этой убогой старой квартирке, на глаза невольно навернулись слезы.

– Знаешь Что?! Да пошли вы, оба!

Она выскочила из-за стола, безжалостно расплескивая по белой скатерти, чай из чашки с безвкусными яркими цветами и метнулась в прихожую. Там, с трудом застегнула трясущимися от злости и обиды руками молнии на сапогах и сорвала с вешалки свою шубку.

– Чтоб вам пусто было! Чтоб вы сдохли! – Алина выскочила на лестничную площадку и с силой захлопнула за собой входную дверь. Затем, то и дело спотыкаясь, сбежала вниз по разбитым выщербленным местами ступенькам лестницы и распахнула подъездную дверь.

В лицо ей ударил морозный промозглый ветер и запах талого снега, безжалостно помеченного бензином и гарью от машин. Где-то впереди за деревьями словно улей гудел вечерний город, переливались огни витрин, и люди спешили по своим делам. А здесь, возле чужого плохо освещенного подъезда навсегда оставалась спокойная и счастливая часть ее жизни.

Алина задрала голову кверху и долго смотрела в темное, холодное небо, с которого медленно кружа, падали ей прямо на лицо и таяли редкие снежинки. Она закрыла глаза и попыталась собраться с мыслями. Ей надо было решить, как жить со всем этим дальше, но у нее ничего не получалось.

Тогда она чисто по-детски прямо ладонями стерла с лица слезы и талый снег, утопила замерзшие руки в карманах шубы и просто зашагала куда-то вперед по утрамбованной прохожими узкой дорожке.

Глава 3

В тот вечер Алина еще долго бродила по городу. Она порядком продрогла и устала, но в опустевшую квартиру возвращаться упорно не хотела, потому что панически боялась одиночества, которое теперь неизбежно поджидало ее у порога, словно верная собака своего хозяина.

В памяти девушки все еще были свежи воспоминания о том, как их с матерью неожиданно и безо всяких объяснений бросил ее отец. Просто однажды собрал сумку со всеми своими вещами и молча ушел из дома навсегда.

Это произошло, когда Алине едва исполнилось десять лет и с тех пор она больше никогда его не видела. Только много лет спустя девушка случайно узнала, о том, что ее отец нашел себе молодую любовницу, а после того, как та родила ему сына, сразу же развелся с первой женой, и больше никогда не интересовался судьбой своей старшей дочери.

После ухода отца, мать Алины сначала впала в депрессию и замкнулась в себе, а потом и вовсе стала регулярно пропускать пару-тройку рюмочек «горькой» особенно по вечерам после работы, когда оставалась дома одна.

Жили они в то время бедно, на небольшую зарплату матери и мизерные алименты от отца, на всем экономили и подрабатывали, везде, где только это было возможно. Мать сильно уставала и быстро состарилась, а Алина также быстро повзрослела.

Девочка рано начала самостоятельно зарабатывать себе на жизнь, постоянно чем-то приторговывая, моя полы или раздавая на улицах рекламные листовки. А когда немного подросла, начала ругать мать за ее нездоровое пристрастие к алкоголю. Но та только отмахивалась от дочери, как от назойливой мухи, тяжело вздыхала в ответ на ее упреки и повторяла, словно какое-то волшебное заклинание:

– Эх, доча, не знаешь ты, что это такое женское одиночество! Не понимаешь, молодая еще! Ничего, когда-нибудь да поймешь, тогда мамку свою непутевую и вспомнишь.

В конце концов Алине все это порядком надоело, и при первой же возможности она съехала от матери на съемную квартиру и теперь лишь изредка общалась с ней по телефону. А мать, через пару лет после этого наконец-то сошлась с каким-то разведенным мужчиной, успокоилась и бросила пить.

Но сегодня Алина почему-то сразу же вспомнила именно о тех их давнишних разговорах с матерью. Возможно, потому что сегодня поняла, что это такое женское одиночество и мужское предательство, поняла, о чем тогда говорила ей мать, слишком хорошо поняла.

Алина тихонько всхлипнула, достала из сумочки сотовый, посмотрела на время, немного подумала и набрала знакомый номер телефона.

– Привет, мамуль, не разбудила?

– Детка, у тебя что-то случилось? Ты раньше никогда так поздно не звонила.

– Нет, мам, все хорошо, просто соскучилась, – соврала Алина и тихонько, так, чтобы мать случайно не услышала, хлюпнула носом.

После разговора с матерью Алине немного полегчало, но она все равно, словно призрак продолжала блуждать по малознакомым темным переулкам и с завистью и болью заглядывать в ярко освещенные окна жилых домов.

То там, то здесь она замечала силуэты людей, занятых своими обычными домашними делами, и думала о том, как оказывается легко все это простое человеческое счастье можно разрушить или потерять, и как на самом деле сложно бывает его удержать.

Тогда она еще не знала, что судьба уже приготовила ей куда более жесткие испытания, чем потеря любимого человека. Тогда она еще думала, что хуже быть уже просто не может.

Наконец, Алина совсем замерзла и решила заглянуть в первое попавшееся ей по дороге кафе для того, чтобы немного согреться и вызвать такси.

Девушка огляделась по сторонам и поняла, что совершенно не знает района, в который случайно забрела, а ее телефон окончательно разрядился. Однако ей повезло, и одинокий сильно подвыпивший прохожий пускай и путанно, но все же объяснил девушке, где находится ближайшее кафе. Алина поблагодарила своего нежданного спасителя и быстрым шагом пошла вдоль темных заборов и засыпанных снегом кустов по указанному ей маршруту.

Дойдя до первого перекрестка, она повернула направо, чтобы срезать угол, затем сделала пару поворотов на лево и вышла из темноты переулков на ярко освещенную фонарями парковку, рядом с которой располагалась автобусная остановка, три небольших магазина, аптека и дешевое придорожное кафе.

На обочине дороги стояли два огромных большегруза, а над припорошенными снегом ступеньками кафе горела яркая неоновая вывеска и дружелюбно подмигивала Алине знаком бесконечности, приглашало войти во внутрь.

«Дурацкое название какое-то, – почему-то пронеслось у девушки в голове, в тот момент, когда она уже взялась за металлическую ручку двери кафе, – «Восьмое небо», а почему не седьмое или девятое, например?»

Но пускаться в дальнейшие размышления на эту тему Алина не захотела, ее зубы стучали от холода, пальцы на ногах совсем одеревенели, а мысли в голове путались от усталости, она просто открыла дверь и шагнула в теплое фойе дешевого придорожного кафе.

В небольшом и душном зале, несмотря на позднее время, были заняты практически все столики, а на танцполе отплясывали несколько хорошо подвыпивших возрастных пар, поэтому Алина уселась на свободное место у барной стойки и заказала себе порцию грязного мартини просто для того, чтобы немного расслабиться и согреться.

Суетливый, но обходительный бармен подал ей спиртное, Алина сделала один большой глоток из своего бокала, забросила в рот оливку и неспеша огляделась по сторонам.

В огромных зеркалах, украшавших стены кафе, отразились ее стройная фигура, обтянутая зеленым трикотажным мини платьем и копна рыжих, ярких как огонь волос. Большие голубые глаза и пухлые губы достались девушке в наследство от отца, а правильной формы аккуратный носик от матери.

Алина внимательно пригляделась к своему отражению в зеркале и с удовольствием отметила, что даже после всех сегодняшних злоключений выглядит весьма привлекательно. Она довольно улыбнулась и, незаметно подмигнув девушке в зеркале, переключила свое внимание на посетителей заведения.

Надо сказать, что народ в кафе собрался весьма разношерстный: трое дальнобойщиков, остановившихся по-быстрому что-то перекусить, пьяная компания, отмечающая чей-то юбилей, и несколько страстно зажимающихся и целующихся прямо на глазах у всех пар.

Наблюдая за тем, как влюбленные что-то тихонько шепчут друг другу на ушко и смеются, Алина почувствовала, как к ее горлу снова подкатывает ком, а на глаза невольно наворачиваются слезы. Она тяжело вздохнула и достала из сумочки свой сотовый.

Глава 4

Девушка уже собиралась вызывать такси, когда неожиданно прямо рядом с ней за стойку уселся худощавый молодой человек и в упор уставился на нее своими холодными, как лед серыми глазами.

– Такой бриллиант, в таком навозе!

Алина только пренебрежительно взглянула на него в ответ. Однако парнишка не унимался.

– Прекрасная незнакомка, признайтесь, Вы явно не местная. Нет, подождите, ничего не говорите, сейчас попробую угадать! – и он, словно верный пес, задумчиво склонил голову на бок.

Алина только хмыкнула в ответ, но тем не менее уже с некоторым интересом взглянула на своего незваного ухажера.

Парнишку никак нельзя было назвать симпатичным, он был среднего роста, с редкими светлыми волосами, немного заостренными чертами лица и слегка скошенным подбородком.

– Я понял! – наконец наигранно радостно сообщил ей новый знакомый и даже подпрыгнул от нетерпения, – Вы ехали из Парижа в Милан, но по какой-то роковой случайности были вынуждены заглянуть в эту дешевую забегаловку. Ну, что? Я угадал?

Алина невольно хихикнула в ответ и заулыбалась, хотя и прекрасно понимала, что это была откровенная лесть, с помощью которой парень неуклюже пытался к ней подкатить.

– Нет, не угадал!

– Ну, надо же! – на лице ее нового знакомого читалось искреннее разочарование, которое тут же сменилось неким секундным озарением. Парень громко хлопнул себя по лбу ладонью и заулыбался, – Ну, конечно же! Как же я мог так ошибаться! Вы, несомненно, выше всей этой бренной суеты!

И, театрально подкатив глаза, он начал на распев декламировать стихи:

«И медленно, пройдя меж пьяными,

Всегда без спутников, одна

Дыша духами и туманами,

Она садится у окна».

Алина нервно заерзала на своем табурете, она со школы не любила стихи, и слишком заумный случайный собеседник начинал ее откровенно раздражать.

К тому же парень ей категорически не нравился. Он был «никаким» в полном смысле этого слова, и на завтра она бы ни за что не вспомнила, как он выглядел и сколько ему на самом деле было лет: двадцать, тридцать или сорок.

Даже вещи на ее собеседнике были такими же безликими, как и он сам: потертые джинсы, водолазка то ли синего, то ли серого цвета и сбитые старенькие кроссовки. Единственное, что в нем привлекало к себе внимание – это холодные серые глаза, какие-то немного странные глаза…

Как будто считав ее мысли парень тут же умолк, и уставился на девушку, ожидая ответа.

– Пушкин, наверное, да? – Алина крутила в руках сотовый и всем своим видом показывала, что он ее сильно утомил.

Парень загадочно улыбнулся ей в ответ и утвердительно кивнул головой.

– Точно! Угадала! А я смотрю, ты неплохо разбираешься в поэзии. Это сейчас такая редкость!

– Ну, ни так чтобы очень, – Алина недовольно поморщилась, припоминая уроки литературы в школе и пурпурное от злости лицо Валентины Ивановны, когда та кричала на нее из-за очередной двойки. – Я больше музыку люблю.

– Боже, как же это хорошо, это просто замечательно! – молодой человек отхлебнул немного из своего стакана и снова улыбнулся, обнажая белые острые как у хищника зубы. – И танцевать, наверное, любишь?

– Люблю, – от глотка спиртного на голодный желудок Алина постепенно начала расслабляться и терять контроль.

– Могу поспорить, что ты невероятно красиво двигаешься, – молодой человек снова склонил голову набок и мечтательно продолжил, – Хотел бы я взглянуть на то, как ты танцуешь хотя бы одним глазком. После такого и умереть не страшно!

Алина внимательно посмотрела на своего нового знакомого, потому что до конца не понимала шутит ли он или говорит серьезно. Но парень молчал и больше не ерничал, а в его холодных серых глазах читался самый что ни на есть искренний интерес.

«Ну, тебе, мальчик, здесь в любом случае ничего не обломиться. Даже и не мечтай!» – подумала Алина и красивым жестом поправила волосы.

– Зачем же сразу умирать? – она снисходительно улыбнулась парнишке и, грациозно спорхнув со своего табурета, неспешно пошла к танцполу.

Заиграла музыка и девушка поплыла вслед за ней, выпуская из себя всю злость и обиду, которую она сегодня испытала. С каждым новым ударом сердца, с каждым новым вдохом и движением ей становилось немного легче, и она все танцевала и танцевала, с каким-то остервенением, полностью отключившись от реальности, как будто погрузившись в глубокий транс.

Все вокруг нее на время исчезло, остались только ритм, свет и движения тела. Вдох, выдох, поворот. Она физически ощущала, как вместе с музыкой из нее выходит боль и где-то в самой глубине души снова просыпается нестерпимая жажда жизни.

Наконец музыка стихла, Алина остановилась и медленно вернулась на свое место за стойкой. Теперь она была по-настоящему довольна собой.

– Ну, и как тебе? Надеюсь, не разочаровала? – девушка с жадностью отхлебнула из своего бокала, потому что в горле у нее все пересохло.

– Божественно! Это было просто божественно! – молодой человек с нескрываемым восхищением и даже обожанием смотрел на раскрасневшееся от танца лицо Алины.

– Верю, – коротко ответила она и сделала еще один глоток из своего бокала. – Однако, уже поздно, я устала, и мне давно пора домой.

Алина взглянула на сотовый, часы показывали пол третьего ночи.

Внезапно цифры перед ее глазами запульсировали и поплыли, а в ушах противно зазвенело. Она попыталась встать с табурета, но у нее тут же перехватило дыхание и сильно закружилась голова. Девушка зашаталась и едва не упала.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.