Альберт Верховен
Трудный путь попаданца 5. Армия мертвецов

Глава 1

Глава 1 Закария

– Повторяю ещё раз! Наш главный козырь – внезапность. Времени на всю операцию, не более получаса, а в идеале – четверть.

Я давал последние наставления, прохаживаясь перед строем одоспешенных воинов, глядящих на меня, будто на Бога войны, не меньше. И без ложной скромности скажу: не так уж они неправы.

Насчёт Бога я, конечно, пошутил, но разработанный мной план операции… Пожалуй, до такого, в Легорре никто ещё не додумался. Да! Я просто невероятно скромный, чёртов, гений, хе-хе!

Всё происходящее – часть моих договорённостей с отцом. Когда я взялся помогать вернуть власть в герцогстве, то потребовал кое-чего взамен. Теперь пришла пора ему исполнять обещания и помогать мне.

Пока я разбирался с гренейскими шпионами, восстанавливал Магическое Ядро принцессы Милодоры, после чего, благополучно, по-английски, дал тягу из замка «Орлиное гнездо», герцог тоже баклуши не бил.

Через доверенных людей, чтобы никто не смог связать их с Мейзервеллами, он собрал полсотни толковых наёмников. Я к ним добавил нескольких проверенных охранников, ставших основой моей будущей гвардии, плюс ещё кое-кого из старых знакомых и личного снайпера – юного лучника Сту. Вооружил всех арбалетами, кроме малолетнего стрелка – тот презрительно смотрел в их сторону и не расставался с любимым луком.

Провели тщательную разведку на местности, даже тайно вывозили туда, под хорошей охраной и прикрытием, Кикибота. Мастер-артефактор покрутился около нужных объектов, произвёл известные, лишь ему, манипуляции и с важным видом сообщил, что можно отправляться обратно.

После я разработал отличный, как мне кажется, план. Затем довёл до каждого бойца его задачу и указал место в общей картине. Несколько дней нещадно гонял своё, недовольно бурчащее воинство, пока они достигли необходимой слаженности и перестали выглядеть как отара беременных овец. Тогда-то парни и прониклись красотой идеи, но окончательной уверенности, что всё сработает как надо, у них пока не наблюдалось.

Мне даже не нужно было столько людей, наверняка хватило бы и половины. Но то лишь первая часть марлезонского балета. Этот трюк, нам необходимо будет провернуть дважды и как можно быстрее.

И всё ничего, кабы не одно «но». За мною хвостиком ходил белобрысый, кудрявый, насупленный «адъютант», с опухшими, красными глазами и в первоклассной экипировке.

Лёгкая, но очень качественная кольчуга, шлем-шапель, наплечники типа «рачий хвост», наручи, поножи, короткий меч и небольшой кавалерийский арбалет. Ну прямо бравый вояка, правда, ростом мелковат для наёмника-штурмовика и голос звонкий, словно хрустальный колокольчик. К тому же упрямая как баран!

Последние три дня, я провёл в жестоких спорах с Эбигейл. До хрипоты доказывая, что ей там нечего делать. Но она упёрлась, точно карабахский ишак на горном перевале. В ход пошли мольбы, просьбы, крики, слёзы, истерики, уговоры. Короче – полный ассортимент женских уловок и приёмов, вплоть до запрещённых.

Дурында припёрлась ко мне ночью и предложила отдаться, за разрешение отправиться с нами. Говоря честно, приди она просто так, без всяких условий, я бы, возможно, и не удержался – очень красива, чертовка. Да и моя неприязнь к ней, столь сильная поначалу, давно уже улетучилась, после того, что нам довелось пережить вместе.

К тому же она сильно изменилась, причём в лучшую сторону. Повзрослела, превратилась в молодую привлекательную девушку. Рассудительную, смирившую свою непомерную гордыню и буйный нрав… Ну почти…

Я постепенно перестал воспринимать её как избалованного, капризного ребёнка. И вдруг – отчебучить такое! Тоже мне, торговка телом, на минималках.

Пришлось разок шлёпнуть её по аппетитной, обтянутой тонкой ночной рубашкой попке, и отправить восвояси.

Если честно, девушку можно понять – в её желании есть резон. Она там знает каждый закуток, потайные места, людей, слуг. Кроме того, имеет моральное право поучаствовать – отомстить тем, кто лишил её всего, включая собственного отца. На этом обстоятельстве она особо настаивала, а я, старался всячески её отговорить.

Просто сильно за неё боялся, не желал подвергать хоть малейшему риску. К тому же не хотел, чтобы такая молодая девушка, запачкала свои руки кровью, пусть и ради благородной мести. Но эта последняя «ночная атака с голой грудью», добила меня окончательно.

Для самоуспокоения заставил её экипироваться по полной программе. Приказал никуда не лезть, а просто стоять в стороне и не мешать. Приставил троих суровых, надёжных воинов-охранников, которых она с ловкостью потомственной аристократки, тут же взяла в оборот. Вскоре Эбигейл уже бодро командовала ими, гоняя туда-сюда, как собственных слуг.

«Ну ничего, пускай развлекается – под охраной, оно всё-таки вернее будет. Девочка ещё не совсем представляет, чего она хочет. Но если так уж рвётся отмстить, я предоставлю ей эту возможность. Посмотрим, на что у неё духу хватит».

Время выбрал самое удачное, для диверсионных операций – за два часа до рассвета. Закончил напутственную речь, проверил оружие и с криком: – Вперёд! – открыл портал.

В него друг за другом, словно десантники с аппарели самолёта, понеслись обнажившие мечи воины. Каждый чётко знал, что делать и куда бежать.

Я входил в числе последних, смещаясь в сторону и стараясь рассмотреть в темноте, как проходит штурм. За мной следом шла Эбигейл, замыкали вторжение трое её личных охранников.

Наконец, вся наша компания ступила на мощённый булыжником, до боли знакомый внутренний двор, замка Тосвальд. А ещё через пару секунд, портал закрылся.

Пока всё шло по плану: первая полудюжина, стараясь не шуметь, стремительно помчалась к донжону, возле которого стояли двое дремавших охранников. Это важная часть плана – застать врага врасплох и, не позволить вир Крейвенам, закрыться в главной башне.

Приближаться к стражникам вплотную, атакующие не стали. Как только дистанция оказалась оптимальной, двое первых бегущих, встали на колено и вскинули арбалеты. Тренькнули тетивы, и охранники повалились на землю, наделав при этом больше шума, чем вся моя небольшая армия, разбегающаяся группами в разные стороны, занимая предписанные планом позиции.

Шестеро бежали к воротам, чтобы находящиеся там стражники, не подняли раньше времени тревогу. Две дюжины приближались к казарме, с целью взять под контроль все выходы и окна. Столько же неслись к караулке. Остальные занимали позиции во дворе и, карабкаясь по крутым ступеням, поднимались на стены, чтобы уничтожить находящихся там дозорных.

К счастью, основное внимание стражников было обращено не внутрь замковых стен, а наружу. Они ходили парами, с горящими факелами в руках, чем выдавали себя с головой.

Меткий Сту, двумя быстрыми выстрелами, умудрился снять двоих, находящихся от него на приличном расстоянии, высоко на замковой стене.

В момент, когда кто-то из охранников, наконец, разобрался, что происходит и, поднял тревогу, было слишком поздно – мои бойцы уже заняли позиции. Это означало лишь одно – атакуемый замок обречён.

Слаженно в помещения караулки и казармы, забросили несколько алхимических гранат, созданных мною, с помощью малышки Ритольды. Ничего, вроде бы сложного, но талантливая алхимичка из клана гробальтов, подсказала мне пару изящных, действенных решений.

Теперь газ, выделяемый гранатами, дарит противникам настолько непередаваемые и незабываемые ощущения, до которых знаменитой в нашем мире «Черёмухе», как пешком до Эрберы.

Вскоре начала раздаваться громкая ругань, заглушаемая нестерпимым кашлем, и во все щели, как тараканы после дезинсекции, полезли полуголые, едва живые защитники замка.

Мне было пофиг – Конвенцию по запрещению химического оружия я не подписывал. Тем паче, моя придумка, куда безопаснее Иприта или легендарного «новичка». Так, что бедолаги, покашляют-почихают, прослезятся, и никто не помрёт. Но это не точно.

Дело было вот как: Эбигейл настояла, чтобы выжившие дружинники вир Крейвена, чей старший сын стал хозяином в замке её отца, не обязательно должны быть казнены. Там будет разбирательство. А вот те, кто раньше служил Рихарду вир Тосвальду, а после переметнулся на службу к врагу, жалости не заслуживают и должны быть повешены на воротах замка.

Меня слегка удивлял такой излив феодальной психологии, но спорить я не собирался. В конце концов, Тосвальд её родовой замок, ей там быть хозяйкой. Я лишь закрываю гештальт: выплачиваю последний долг её мёртвому отцу, за моё спасение – возвращаю замок его дочери. Это осознанное решение, мои личные тараканы. Теперь я окончательно свободен. Прощай Эбигейл – у тебя есть чем заниматься – вот-вот ты станешь владетельницей целого баронства.

Отвлёкся от не вовремя нахлынувших размышлений, окинул взглядом происходящее вокруг: вроде всё по плану. Бойцы связывают сдающихся защитников и добивают не пожелавших бросить оружие. Как ни странно, такие идиоты всё же имеются.

Вот какой-то здоровяк, в одних подштанниках, с большим двуручным мечом вывалился из окна. Отчаянно кашляя, практически вслепую, из-за дико слезящихся глаз, принялся размахивать своим рельсоподобным оружием.

«Безумству храбрых поём мы славу! Безумство храбрых – вот мудрость жизни! О смелый Сокол! В бою с врагами истёк ты кровью… – вспомнил я цитату пролетарского классика, но тут же, мысленно добавил от себя: – а идиотам, могилы роют».

Я оказался прав – получив сразу два болта в грудь, он, как подкошенный, рухнул на землю. И таких вот «храбрых безумцев», уже немало валялось вокруг здания караулки, казармы и по всему двору. Но здравомыслящих, не спешащих на суд богов за понюшку табаку, всё же было гораздо больше.

Поняв, что моё присутствие здесь не обязательно, поспешил в донжон, вспоминая, на каком этаже находятся лучшие комнаты, которые тогда занимал барон. Эбигейл в сопровождении бдительных охранников заторопилась следом, но не привыкшая таскать на себе столько железа, безнадёжно отстала, чему я лишь порадовался. Хуже нет, когда в бою должен думать не только за себя, но и постоянно следить ещё за кем-то.

Ворвавшись в большую спальню, застал картину: в углу комнаты, мои бойцы вязали сзади руки высокому, статному парню, в серых холщовых подштанниках и босиком. На вид не больше двадцати пяти лет. Надменное лицо с небольшой, аккуратной бородкой, можно было бы назвать приятным, но сейчас оно выглядело маской, искажённой лютой ненавистью. Парень очень напоминал барона вир Крейвена – в том, что это его отпрыск, не оставалось никаких сомнений.

На широкой кровати, стоя́щей посреди комнаты, сидела совсем юная девушка – лет семнадцати-восемнадцати на вид. Поставив босые ноги на расстеленную на полу волчью шкуру, одетая в полупрозрачную, расшитую красивыми золотыми узорами ночную рубашку, она тяжело дышала, глядя на всё огромными, зелёными глазами. Рыжие растрёпанные волосы, в беспорядке разлеглись по плечам и, небольшим, острым грудям. Бледное, словно фарфоровая маска – лицо, имело испуганное выражение, а по щекам пролегли широкие дорожки слёз.

– Ты кто такой? – сквозь зубы процедил парень.

– Это не важно, твою судьбу буду решать не я. Хотя… ваш прокля́тый род мне тоже, кое-что задолжал, – ответил ему, указав рукой на входящую в спальню, тяжело дышащую Эбигейл. – Твоя жизнь в её власти!

Тот подслеповато прищурился, поскольку света в комнате было недостаточно. Но как только узнал баронессу, кроме злости, на его лице появилось удивление. Не могу ручаться, но мне показалось, что помимо этих чувств, на секунду промелькнул ещё и страх.

– Эбигейл?! – парень явно был ошарашен, – откуда ты взялась? Мы тебя везде искали… Значит, ты не погибла?

– Как видишь, Ройстон! – зло сверкнув глазами, ответила она. – Вам не повезло, я смогла выжить. Теперь я здесь, чтобы вернуть своё и рассчитаться за отца и наших людей.

Она немного помолчала, глядя в упор на Ройстона. Наконец, он не выдержал и снова заговорил: – Ты знаешь, что мой отец когда-то сватал тебя за меня? Если бы бароны не рассорились и не расторгли договор, сейчас мы были бы супругами.

– Знаю, и я очень рада, что этого не случилось. Такой самовлюблённый, спесивый индюк, мне не по душе! – зарубила хитрую попытку сближения баронесса. Перевела взгляд на сидящую тихонько, как мышка и затаившую дыхание девушку, спросила: – А это что за шлюха?

На лице Ройстона промелькнула совершенно непонятная гамма чувств, но он тут же взял себя в руки и с напускным равнодушием ответил: – Служанка… никчёмная и бестолковая. Кстати, может, стоит выгнать её отсюда? Незачем черни вникать в дела господ.

Девушка, услышав эти слова, округлила глаза и удивлённо взглянула на него. Но в следующий момент спохватилась, опустила взгляд и закивала головой, намереваясь подняться и шмыгнуть за дверь.

– Не считай меня дурой, Ройстон! – хищно усмехнулась Эбигейл.

Сейчас она напоминала опасную дикую кошку, поймавшую мышь. – Думаешь, я не знаю, что это твоя жена? Вторая дочь барона вир Торнола, вассала и верного пса твоего папочки. Неужели ваши дела столь плохи, что для тебя вир Крейвен, не смог найти партию получше? Отлично помню, что несколько лет назад, все Вольные Баронства смеялись, обсуждая, как эта шлюха лишилась девственности на Зимнем Балу, в какой-то каморке для слуг, сразу с тремя кавалерами?

Лицо рыжей девушки исказилось злобой, но она быстро взяла себя в руки и молча уселась на место.

Молодой барон скрежетнул зубами, резко рванулся, но его удержали. Видимо, он любил свою жену, несмотря ни на что, и пытался всеми силами, её защитить.

Наступила тишина, и баронесса, выразительно посмотрела на меня. Я же, понимая, к чему идёт дело, вытащил из ножен дагу, крутанул в руке и протянул ей, эфесом вперёд.

«Вот и пришла пора взрослеть, девочка. Хотела мести – пожалуйста! Бери всё в свои руки».

Эби немного помедлила, собираясь с духом. Видимо, взять и убить безоружного, связанного человека, да ещё знакомого с детства, оказалось не слишком-то просто – куда труднее, чем она себе представляла.

В красивых, серо-голубых глазах, скользнула растерянность. Она с надеждой, почти с мольбой, посмотрела на меня. Но увидев что-то в моём лице, медленно кивнула. Взгляд тут же засветился ледяной решимостью – баронесса смогла справиться с эмоциями. Она протянула руку, взмахнула клинком, поудобнее обхватив рукоять. Закусила губу и шагнула к дёрнувшемуся в руках наших воинов парню.

Встав перед ним, она какое-то время смотрела своему врагу в глаза, словно не решаясь нанести удар. Наконец, взяла кинжал обратным хватом, приставила остриё к груди Ройстона. Упёрлась в навершие раскрытой ладонью и резко навалилась всем своим невеликим весом. Этого хватило, чтобы клинок пробил сердце и вышел из спины на два пальца.

Пронзительно закричала рыжая девица, тело младшего вир Крейвена выгнулось дугой, дёрнулось и обмякло, повиснув на руках держащих его людей.

Баронесса выдернула кинжал, задумчиво глядя на бездыханное тело, затем на серебристое лезвие, покрытое ярко-алыми каплями крови. Нагнулась, вытерла дагу об его штанину и вернула оружие мне.

Внешне Эбигейл оставалась абсолютно спокойна. Лишь мертвенная бледность, шальной взгляд и небольшая капелька крови на прокушенной нижней губе, говорили о том, что ей сейчас пришлось пережить.

– Пощадите, пощадите меня!! – залепетала рыжая жена Ройстона, впадая в истерику и переходя на крик. – Я беременна! Пощадите моего ребёнка!! Я же ничего вам не сделала!!

Вот тут проняло даже меня… Нет, я всё понимаю – другой мир, другие понятия, иная цена человеческой жизни. Нельзя оставлять врага за спиной, это попросту глупо. Ребёнок может вырасти и однажды точно так же придёт в самый неподходящий момент, чтобы предъявить к тебе свой счёт. Нельзя оставлять даже гипотетический шанс врагу, но…

***

Если Вам понравилось, пожалуйста поставьте хорошую оценку, оставьте комментарий и подпишитесь на автора, чтобы не пропустить выход новых книг. Это мотивирует работать быстрее и лучше. СПАИБО!!

Глава 2

Глава 2 Закария Вольные Баронства

Молодая жена, а теперь уже вдова Ройстона, в ужасе заметалась по кровати. Наконец, зарылась в подушки, свернулась калачиком и, накрывшись с головой одеялом, тихонько оттуда подвывала.

Я не знал, что делать, чувствовал уверенность лишь в одном: убивать её мне не хочется. Но, принимая во внимание ситуацию в целом, стало ясно: хорошие решения абсолютно не просматриваются.

В растерянности глядя на эту груду воющего постельного белья, неосознанно, перешёл на Маговзор. Пользоваться им я наловчился в совершенстве. Но сейчас, просто разглядывал Зелёные потоки энергии Жизни, циркулирующие в теле молодой женщины, раздумывая, как же с ней поступить.

Через пару мгновений, в голову, словно шуруп, ввинтилась посторонняя мысль: что-то тут не так. Начал вглядываться пристальнее, анализировать увиденное, и, наконец, понял: рыжая сучка нагло врёт! Ну, либо срок её беременности, от силы – минут сорок! Похоже, наш неожиданный визит, оторвал их от очень приятного занятия.

Осознав это, я немного воспрянул духом. Облегчённо улыбнулся и вдруг, поймал себя на мысли: до какой же степени цинизма, я докатился?

Ведь и правда – не странное ли дело? Как будто от знания, что её беременность выдумана, гипотетическое убийство молодой женщины, становится не таким ужасным деянием. Может, конечно, не благим делом, но вполне нормальным, соответствующим ситуации и требованиям целесообразности.

На Земле я бы и подумать о таком не мог, ну разве что, в прямом боестолкновении – либо ты, либо тебя. Когда жизнь в опасности, в крови бурлит адреналин и противник – хоть мужик, хоть девка, с оружием. Тогда вопросов нет – постараюсь уничтожить врага любым способом.

Но здесь-то иное дело – больше похоже на казнь, или на банальное убийство человека, который тебе вообще ничего плохого не сделал. Просто так карта легла – не повезло этой рыжей. От неё в будущем возможны проблемы, поэтому – вот такая превентивная мера.

И никто из местной аристократии, баронессу в данном случае не осудит – она в своём праве. Особо и заморачиваться с расследованиями не будут, всё в порядке вещей. Разве что, родственники могут возмутиться, и то, от многих обстоятельств зависит. Но лучший выход, по местным понятиям – пустить весь вражеский род под нож, чтобы уж точно, спать спокойно.

Нет, всё-таки Легорра куда более жестокий и кровавый мир, и к этому нужно привыкнуть, если хочу здесь выжить. А высокие идеалы гуманизма и человеколюбия, свернуть в трубочку и засунуть… Кхм, ясно в общем…

От подобных мыслей настроение снова поехало вниз, будто на скоростном лифте.

Только собрался сообщить баронессе о том, что я увидел, как вдруг, события понеслись по совершенно непредсказуемому, чудовищному сценарию.

Эбигейл подошла и сдёрнула с воющей рыжей одеяло. Та лежала, уткнувшись в подушки, обхватив их руками. Баронесса, видимо, хотела повернуть молодую вдову лицом к себе и что-то сказать.

Но как только взяла её за плечо, та резко подскочила с совершенно безумным взглядом, коряво и неловко, отмахнулась сверкнувшим в её руке, коротким кинжалом. Видимо, прятала его в подушках.

Я как чувствовал, недаром позаботился об экипировке Эбигейл и всё сделал правильно. Вот только по какому-то дикому стечению обстоятельств, эта неумелая, обезумевшая от страха истеричка, смогла нанести филигранный по точности удар.

Из рассечённого горла баронессы фонтаном брызнула кровь. Прямо на лицо и огненные волосы, дико визжащей, полуголой девки, заливая ярко-алыми пятнами, белоснежные простыни.

Стоя́щий ближе всех охранник среагировал мгновенно, но это уже ничего не решало. Сделав длинный выпад, мощным ударом в сердце он пригвоздил прокля́тую рыжую тварь к высокому изголовью кровати, как бабочку к доске.

Она бесшумно раскрывала искривлённый агонией рот и мелко подёргивала ногами, но быстро затихла, сидя среди подушек, свесив голову на тощую грудь.

Рядом, зажимая руками хлещущую из артерии кровь, медленно начала заваливаться на кровать, бледная, как сама смерть, Эбигейл.

В голове словно взорвалась бомба, меня, будто бы реально контузило. Я заорал, но совсем не услышал собственного голоса. Все звуки вокруг затихли, точно уши забиты ватой и залиты горячим воском.

Цвета померкли – мир стал чёрно-белым… Лишь кровь на постели, на руках и горле Эбигейл, была такой ярко-красной, что делалось больно глазам.

Время превратилось в вязкий, тягучий сироп, в который я влип, как пчела, с трудом перебирая лапками, в попытке освободиться.

Внутри бушевал вихрь мыслей и эмоций, но ярче других, проступал ужас осознания, что я теряю вторую любимую девушку. Лишь сейчас понял, как много она для меня значит, и насколько сильно я к ней привязался.

И когда только успел? Ведь началось наше совместное путешествие далеко не так радужно – мы едва не поубивали друг друга. К тому же ни разу не имели близости, да что там – толком даже не целовались.

Но теперь всё это оказалось совершенно неважно. Я понял – если сейчас потеряю Эбигейл, как когда-то, не смог уберечь Тишу, то никогда себе этого не прощу.

Вдруг перед глазами, в яркой вспышке света, появился полупрозрачный образ молодой, красивой девушки, в которой я сразу же узнал свою первую любовь.

Тиша молча смотрела на меня. Светлая, трогательно-беззащитная, с лёгкой полуулыбкой и такой нежностью и любовью во взгляде, что в груди защемило сердце.

Мысли вдруг начали обретать порядок, появилось спокойствие, и первое, что сорвалось с губ – это слова раскаяния. Я умолял простить за всё: что не успел, не примчался вовремя, не спас…

Она протянула руку и погладила меня по щеке. От этого прикосновения, вся моя боль и чувство вины, разъедающее душу, растаяли, как кусок льда под жарким солнцем, наполняя таким теплом, что на глазах невольно выступили слёзы. Я понял – она не считает меня виноватым, и никогда не считала.

Девушка наклонилась и поцеловала в губы, затем негромким, приятным голосом сказала: – У меня всё хорошо… Не вини себя и знай: я всегда буду помнить и любить только тебя. А ты должен жить! Жить полной жизнью, любить без оглядки на прошлое. Поспеши, времени мало. Спаси эту девушку, возможно, она принесёт тебе счастье.

– Я не смогу! Тут поможет только Великое Исцеление. Оно слишком сложное, сколько ни пробовал, конструкт разваливается, мне не хватает умения, чтобы его удержать. – С болью в голосе ответил я.

– Попробуй снова, я помогу тебе, – мягко улыбнулась Тиша, – сделай, что должен и прощай… будь счастлив, любимый…

Свечение померкло, и образ девушки рассеялся в полумраке спальни. Я порывисто вздохнул, настраиваясь на создание сложнейшего плетения. Подошёл к лежащей неподвижно, поперёк широкой кровати, Эбигейл.

Кровь уже не так обильно вытекала из раны, я попытался пальцами нащупать артерию, чтобы пережать её и уменьшить кровопотерю. Одновременно с этим представил в пространстве, перекрученное жгутами Силы, невероятно сложное тело конструкта, и начал плетение.

Не знаю, сколько времени я работал, но, когда дошёл до места, где обычно у меня всё срывалось, узлы не выдерживали и почти готовое заклинание распадалось в прах, словно чья-то заботливая рука помогла мне. Я закрепил узлы в критически опасных точках, дальше уже было полегче.

«Спасибо тебе, моя маленькая тихоня… – едва слышно шепнул я, – когда-нибудь мы снова встретимся».

Как только всё было готово, я с восхищением посмотрел на своё творение и отчётливо понял: теперь смогу повторить его, уже без чьей-либо помощи.

Стал торопливо вливать в него Энергию Жизни, разогнав работу Пентакля на самый максимум. Истратив почти весь Резерв, с внутренней дрожью смотрел, как заклинание наливается Силой, ярко сияет в Магическом зрении. Словно птица Феникс, охваченное со всех сторон неистовым светло-зелёным пламенем. Потрясающе красиво!

Закусив от волнения губу, направил своё творение на баронессу и активировал заклинание. Оно обволокло её полупрозрачным, зеленоватым коконом и медленно внедрилось в тело умирающей Эбигейл. Как только последний язычок пламени втянулся внутрь, завораживающее сияние тут же прекратилось.

«Волшебство закончилось, ёлочка погасла…»

В диком волнении, не отрываясь, смотрел на неподвижное тело, но ничего не происходило. Секунды тянулись, сердце колотилось так сильно, что могло выскочить из груди, а меня начало накрывать глухое, холодное отчаянье.

«Неужели не получилось? Неужели всё это напрасно? – мне стало нестерпимо страшно. – Только не умирай, слышишь? Девочка моя, только живи!».

Не помня себя, я упал на колени, повернул безвольно лежащее тело, приподнял голову и впился поцелуем в её синеющие губы. Они были холодными, но я продолжал ласкать их, с обречённой страстью.

Внезапно почувствовал, что мне робко отвечают. Затем всё смелее, откровеннее и наконец, чей-то наглый язычок по-хозяйски пролез и уже вовсю орудовал у меня во рту.

Я округлил глаза, чуть отстранился и в упор встретился с лукавыми, серо-голубыми глазами, в которых, как мне показалось, задорно заплясали бесенята.

– Ну вот, давно бы так… – тихо промолвила бледная, но счастливо улыбающаяся баронесса, – а то уж думала, что не дождусь внимания, от одного бесчувственного чурбана.

Я посмотрел на её шею. Кроме следов подсохшей крови, там едва-едва, виднелся тонкий, белёсый шрам.

– Эби… как ты себя чувствуешь? – с трепетом спросил я, пытаясь найти в себе силы, чтобы собраться и не выглядеть бесхребетной медузой.

– Герцогиней! Рядом с тобой, я всегда так себя чувствую, – хитро улыбаясь, ответила она. – Только вот слабость и.. кушать сильно хочется.

– Всё так и должно быть, – успокоил её я, но тут же спохватился: – Это я про аппетит. После магического лечения нужно очень хорошо и сытно питаться. А вот насчёт герцогини – тут дело плохо! Возможно, это навязчивые идеи или галлюцинации, после пережитого стресса. Нужно срочно провериться у лекаря-менталиста.

Баронесса скорчила обиженную гримаску и ткнула меня кулачком под рёбра.

– Какой ты противный и жестокий, Закария! Бедной девушке даже помечтать не даёшь! Жалко тебе, что ли? – но тут же снова нежно заулыбалась и прикрыв глаза, негромко продолжила, – ну тогда хоть поцелуй меня, ещё раз…

Я хотел было возразить, что далеко не у каждой «бедной девушки» имеется собственное баронство, но её пухлые, порозовевшие губки манили куда сильнее желания вступать в пикировку.

Пока мы целовались (а поражённых происходящими событиями охранников, я предусмотрительно выставил за дверь) в голове назойливо крутилась одна мысль: что-то неуловимо изменилось в девушке, но никак не мог сообразить – что именно.

Да, немного похудела и осунулась, побледнела, с этим всё ясно – последствия кровопотери. Но было что-то ещё!! И наконец, я понял: голос!!! У Эби изменился голос!

Раньше он был чистый, высокий и звонкий. Даже когда мы ругались и орали друг на друга, это не походило на скрип несмазанного колеса или вульгарный визг, как у базарной хабалки. А теперь, в нём словно зазвенели серебряные монетки. И эти новые обертона, с ходу, прибавляли ей плюс сто очков к сексуальности.

Мне вспомнилась история певца Демиса Руссоса. У него был такой же серебристый тембр, только голос – мужской. И получил он его не с рождения. В молодости, ему в драке, нанесли удар ножом в горло и повредили связки. К счастью, будущий всемирно известный певец выжил, перенёс несколько операций и получил свой уникальный тембр. А все мы, с радостью, наслаждаемся бессмертными хитами: «Сувенир», «Mammy blue» и другими.

Видимо, даже столь мощное заклинание, не смогло убрать все последствия. Но, ради правды – эта лёгкая, сексуальная хрипотца, мне нравится гораздо больше. Её голосок теперь будил в глубинах сознания, таки-и-е фантазии… Ох, дайте Боги сил удержаться.

И этой чертовке, нельзя ни в коем случае сообщать, какое сильное оружие против меня да, наверное, и против всех мужчин, она получила. Если только пронюхает – туши свет! Тут же примется жилы из меня тянуть, и на локоть наматывать. Уж я-то её знаю!!

Жаль, но долго обниматься, времени не было.

Из-за ранения Эбигейл, дальнейшие планы покатились под хвост Верховному Демону преисподней – Шандобулу. А ведь вторым этапом плана, является такой же молниеносный захват родового замка вир Крейвенов, естественно, с уничтожением всей клановой верхушки. Когда с Крейвенами будет покончено, мы с Эби, станем считать этот долг выплаченным. За смерть Тиши, барона Рихарда – отца Эбигейл, и, за всех погибших, в тот день в Тосвальде.

Замок Крейвен, кстати, предназначается лично для меня. Поскольку представляться Мейзервеллом, я пока не могу, по известным причинам, заполучить хотя бы титул вольного барона и владение, тоже весьма неплохо.

Конечно, сидеть в этой глуши я не собираюсь. Как только замок окажется в моих руках, а все прежние владельцы переселятся на ПМЖ за грань мироздания, оставлю там часть моего воинства, как замковую дружину и приглашу толкового управляющего. А сам, буду появляться, от случая к случаю – портальный камень теперь есть.

Можно было бы там поселиться и хоть каждый день, как на работу, туда-сюда ходить, но жаба душит. Уж слишком много Синей Энергии требуется, а это весьма ценный ресурс. Гробальты, что угодно готовы отдать, для них наполненные кристаллы – стратегическая ценность.

Эбигейл тоже накопителями нужно обеспечить. Я-то уникум, могу напрямую из Источника ключ-кристалл запитывать. А для всех неодарённых, как и магов, не имеющих такого Источника, пришлось особый артефакт делать – портальный камень, кристалл-накопитель и механизм активации, в одном флаконе.

У Эбигейл теперь будет портал в собственный замок, пусть порадуется девчонка. По местным реалиям такая фитча – крутота неимоверная, даже для герцога и графа, тем более для баронессы. Как личный самолёт по нашим меркам, вот только «керосин» к нему дороговат, хе-хе. Но я с ней буду делиться по-свойски.

Отцу тоже нужно несколько штук подогнать – огромное подспорье и усиление для нашего рода. Только секретность нужно строгую соблюдать. Конечно, со временем, про это узна́ют, но чем позже, тем лучше.

Кроме них, ещё есть целая куча всяких планов, а Источник-то у меня один. Уже чувствую себя дойной коровой. Поэтому бездумно растрачивать такой ресурс не стану: «Наши люди, в булочную на такси не ездят!». Вполне могу и на лошадке, куда нужно, прокатиться.

«Что-то я размечтался, а замок сам себя не захватит!».

Поймал себя на том, что в мыслях, замок уже считаю своим, а с этим как раз наметились проблемы.

Во-первых, из-за последних событий, мы оказались в жесточайшем цейтноте. Во-вторых, я почти полностью слил Резерв, когда оттаскивал Эби от Грани, из-за которой уже нет возврата. Теперь нужно время, на его восстановление.

А времени-то у нас и нет! Если кто-нибудь из людей Ройстона уцелел в сегодняшнем нападении, сумел сбежать и сейчас мчится в замок старшего вир Крейвена, чтобы предупредить своих – дело дрянь!

План, прекрасно показавший себя здесь, в Тосвальде, превратится в смертельную ловушку в замке Крейвен. Вместо фактора внезапности нас будут ждать во всеоружии и перестреляют из луков и арбалетов, как куропаток, при выходе из портала. Остальных тупо добьют копьями и мечами.

А у него там, помимо всего прочего, имеется маг. Пусть относительно слабенький, но и такого достаточно, чтобы наши шансы на благополучный исход, стремительно откатились к нулю.

Нет, бездумно положить людей в «мясном штурме», я не собираюсь. К сожалению, взять замок в долгосрочную осаду тоже, совершенно не вариант, по множеству причин.

Остаётся только одно: рискнуть и попробовать атаковать немедленно, несмотря на мой почти пустой Резерв. Опасность в том, что, если меня или кого-то из моих людей серьёзно ранят, помочь в ближайшее время, ни себе, ни им, я не смогу. Вот такой сложный выбор, а решение нужно принять прямо сейчас…

Глава 3

Глава 3   Закария, Вольные Баронства

Я спустился во двор и увидел, что всё интересное уже закончилось. Замковых дружинников связали и отправили в подземелье. Тюремных камер там, конечно, меньше, чем пленников, придётся им немного потесниться. Ничего страшного – в тесноте, да не в обиде, как учит народная мудрость. Лучше живым немного посидеть, чем мёртвым полежать.

А вот мёртвых стаскивали в сторону, к стене большого, каменного хозблока, и складывали рядом. К моей радости, не увидел там никого из наших. Значит, мы всё сделали правильно.

Махнул рукой, подзывая к себе Михвальда, командующего нашими парнями. Они наводили порядок на территории замка и проводили тотальную зачистку, выискивая спрятавшихся врагов.

Да-да, тот самый Михвальд Бриск, бывший капитан дружины в этом замке, при покойном бароне Рихарде. И я уверен, Эби предложит ему снова занять эту должность, только уже при ней – баронессе Эбигейл вир Тосвальд.

Вир Крейвен, когда захватывал этот замок, выбрал очень удачный момент. Точнее, провёл информационную диверсию: заслал, под видом крестьянина, человека к барону, с сообщением, что какая-то банда напала на его дальнюю деревню. Разбойники засели в ней, терроризируют крестьян, портят девок, жрут запасы провизии и хлещут сивуху в три горла. А ещё собираются спалить там всё, к шандобуловой бабушке, перебить оставшихся, и после, идти грабить следующую деревню.

Ясное дело, Рихард вир Тосвальд возмутился таким беспределом и разгулом преступности на собственных землях. Немедленно отправил Михвальда с частью дружины, восстановить справедливость и покарать подлых агрессоров. Пока капитан с дружинниками мотался по баронству, пытаясь найти и уничтожить несуществующих бандитов, двое предателей, ночью перебили стражу, открыли ворота и впустив врага внутрь.

Когда Михвальд с бойцами вернулся, всё уже было кончено. Замок захвачен, барон мёртв, а Эбигейл пропала. Вир Крейвен даже предлагал им поступить к нему на службу. Несколько человек так и сделали, но большинство отказались.

Они посовещались и решили держаться вместе, организовав отряд наёмников. Кое-какое оружие и экипировка у них осталась, опыт и мастерство не пропьёшь, эти качества всегда при них. Вот и выбрали Бриска снова главным.

Молодому, подающему большие надежды коллективу солдат удачи, остро понадобился начальный капитал. Чтобы оформить патент в Гильдии наёмников, докупить необходимое воякам оборудование, создать отрядную кассу, да и просто на жизнь. Почти у всех имеются жёны и дети.

Для этого начали совершать регулярные рейды в Земли Нежити, искать артефакты древних и охотиться на Демонических тварей, ради магических ингредиентов.

Хотя подобное ремесло было им знакомо, как и многим, живущим в Вольных Баронствах – на границе с про́клятыми землями – отряду сильно не хватало мага. Он нужен, чтобы заниматься правильным отбором и обработкой органов демонических животных, распознаванием магических ловушек, предупреждением всяких аномалий, блуждающих порталов и прочих опасностей. Отряды без магов, сильно рисковали и теряли бо́льшую часть доходов, не умея правильно сохранить и обработать трофеи.

Родовой маг Тосвальдов, обитавший в замковой башне, не пережил тот штурм и погиб, защищая сюзерена. А вот старый лекарь Абель Сигнатер выжил, но на службу к Крейвенам тоже не пошёл. Поселился в городке неподалёку и жил, принимая больных крестьян и горожан.

Короче, пару раз отряд привозил кое-какие трофеи, но однажды, парни попали в жёсткий переплёт, потеряли двоих искателей и ещё, было несколько раненых. Серьёзная неудача охладила пыл и желание так рисковать, парни ломали головы, как быть дальше. Тут-то на них и вышли мои разведчики, а потом я сам.

Когда они узнали, что леди Эбигейл жива, и собирается вернуть свой родовой замок с моей помощью, все с радостью согласились в этом поучаствовать. А после победы имеются неиллюзорные шансы, снова стать дружинниками – на старом месте при новой хозяйке.

Михвальд мне нравится своей честностью, верностью, да и бойцы его уважают. Но то, что он проспал под собственным носом измену – огромное пятно на репутации. Он очень расстраивался из-за этого, винил себя и даже говорил, мол, недостоин теперь занимать такую должность, просился простым дружинником.

Я ему сказал, что все ошибаются, и пообещал помочь. Позже, проведу с его бойцами несколько занятий политинформацией, расскажу средневековым воинам, что такое секретность и устав караульной службы, а ему – как нужно проверять своих людей на благонадёжность.

Сейчас подозвал его спросить о наших потерях.

– Убитых нет, раненых всего пятеро! – с радостью в голосе докладывал капитан. – Четверо легко, один – похуже. Парни наши поверить не могут, что столь малой кровью удалось замок взять. Вообще, без погибших! Зак, как ты смог такое придумать и устроить? Портал этот… Ты маг, что ли?!

– Мих, давай об этом позже. Сейчас нужно к Крейвенам в гости идти, но опасаюсь, как бы там уже не проведали о нас. Ловушку могут устроить.

– Не думаю. Даже если и сбежал кто-нибудь… Пока лошадь найдёт, пока доберётся… Разве только, если голуби тут у них есть, тогда возможно.

Михвальд задумчиво почесал щёку и продолжил, – другое плохо: рассвет скоро, челядь в замке уже наверняка встала, по двору носится. Будут под ногами путаться, не выйдет неожиданно напасть.

К нам подбежал один из дружинников и доложил: – Наши ребята допросили пленных. Они сообщают, что там, в замке сейчас, не больше двух дюжин охраны осталось и старший вир Крейвен с младшим сыном.

Эх, если бы не эта досадная случайность с Эбигейл, то сейчас бы мы уже заканчивали штурмовать их замок. А теперь вот, стою и думаю: «Не слишком ли велик риск – как же не хочется своих людей терять».

Взгляд упал на поверженных стражников, которых продолжали стаскивать к сараю и укладывать в ряд.

«А почему бы не использовать мёртвых? – сверкнула шальная мысль. – В конце концов, мой секрет теперь много кто узнал, скоро и вовсе, каждая собака пронюхает. Этим убитым уже не помочь, а своим ребятам, возможно, жизни спасу».

– Позови-ка сюда двоих бойцов, да покрепче… – обратился к капитану, прохаживаясь вдоль разложенных на земле трупов.

Внимательно осмотрел мёртвые тела и понял – материал для поднятия просто экстра-класс! Всё свежачок! Выбрал наиболее крупных и целых, с минимальными повреждениями.

– Возьмите вот этого, ещё того, того и вон тех троих, – приказал подбежавшим воинам, указывая пальцем на наиболее подходящие трупы. – Волоките их в тот пустой сарай. Да аккуратнее, не тащи ты его мордой по брусчатке! Вдвоём берите, олухи! За руки, за ноги и несите!

Когда шесть трупов уложили в сарае, выгнал всех и приказал прикрыть двери.

– Михвальд, слушай меня внимательно: собери наших людей и на время заприте где-нибудь всю прислугу. Сами отправляйтесь дальше прочёсывать замок и подвалы. Мне нужно, чтобы ближайший час, во дворе не было ни одного любопытного, и даже из окон никто не глазел. Ко мне сюда направь баронессу и Сту.

Капитан умчался выполнять распоряжение. Я принялся готовиться к серьёзной, тяжёлой работе.

Вспомнил, что, когда обучался у Мортограна, мог более-менее свободно управлять шестью низшими умертвиями. Больше дюжины уже с трудом – внимание сильно рассеивалось, и эффективность падала – то и дело, два-три норовили остановиться, упасть или уткнуться мордой в стену, продолжая пытаться пройти сквозь неё, как Абдулов в кино «Чародеи». Вот и сейчас решил, что излишнее рвение ни к чему, нужно знать меру.

Опустошённый Резерв, не дал бы мне работать даже с одним умертвием, но я же теперь обладатель настоящего Некромантского жезла! А в нём встроен такой огромный накопитель, что хватит на целую армию мертвецов, и он сейчас полон.

Когда подошли Сту и Эбигейл, оглядел опустевший к этому моменту двор и обратился к ним: – Вы двое самых близких мне людей, поэтому вам первым я хочу доверить свою тайну. Скоро о ней узнают все, но сейчас, вы будете оберегать мою жизнь. Сту, встанешь у входа и никого посторонних сюда не пускай, а ты, следи за мной – если потеряю сознание, приведи меня в чувство. И не бойтесь того, что сейчас будет здесь происходить – всё под моим контролем.

Судя по лицам, они здорово прониклись оказанным доверием и были полны решимости, исполнить поручение.

Я обратил внимание, что девушка, хоть и сильно бледна, из-за большой кровопотери, но выглядит уже гораздо лучше. Передал Эби ключ-кристалл с накопителем и велел по команде активировать портал. Девушка уже имела представление, что это такое, и с готовностью зажала артефакт в ладошке.

Жезл висел у меня на поясе, в особом футляре, скрывающим его Некротическую Суть. Расстегнул ремешок, снял крышку и положил руку на навершие в виде черепа, настраивая связь с магическим предметом. Сознание скользнуло в него, сливаясь с артефактом, обостряя все чувства, ощущения, устанавливая прочную связь, чтобы воспользоваться его потрясающими возможностями.

Когда шестеро лежащих покойников зашевелились и начали вставать, краем сознания я ощутил вспышки страха у обоих моих помощников.

Сту, нужно признать, быстро справился с эмоциями и стал напряжённо наблюдать за происходящим. Эби громко взвизгнула, забежала мне за спину и прижалась всем телом, тяжело дыша и испуганно выглядывая оттуда. Но мне было не до её мягких выпуклостей, я полностью погрузился в процесс.

Все шестеро мертвецов развернулись, прошли во двор к огромной куче трофеев, из которой, немного покопавшись, вытащили своё оружие и выстроились в шеренгу, ожидая приказов.

Работать через артефакт оказалось так легко, ощущение власти над умертвиями приводило в восторг. Единение со стихией Смерти пьянило и окрыляло настолько, что я почувствовал себя чуть ли не всесильным. Разделил сознание на ещё большее количество потоков и поднял трупы сразу всех погибших врагов, лежащих во дворе замка – кого было возможно.

Через пару минут, в пустом сарае абсолютно бесшумно выстроился отряд – двадцать восемь мертвецов, полностью взятых мною под контроль. Умертвия стояли в два ряда, друг за другом, сжимая в давно остывших руках мечи, щиты, секиры, готовые по команде ринуться и нести смерть кому угодно, покорные моей воле.

– Открывай портал, – с трудом отвлекаясь от контроля своей армии, приказал Эбигейл, которая судорожно сглотнула, но тут же выполнила команду.

Лавина мёртвых воинов, громко топая и гремя доспехами, ухнула в серебристое марево перехода и вскоре, в сарае воцарилась гробовая тишина.

Но я уже не замечал этого, полностью погрузившись в пучину сражения. Одновременно я был каждым из двадцати восьми воинов, смотрел их глазами, разил неприятеля мечами, которые держали их руки, ревел и хрипел, издавая чудовищные звуки их мёртвыми глотками. Видел дикий ужас на лицах врагов, их трясущиеся руки, едва не роняющие оружие. На моих глазах какой-то молодой парень поседел от страха, а через несколько секунд его пронзил копьём один из бойцов.

Несмотря на жуткий страх, наводимый моими умертвиями, некоторые противники упорно сопротивлялись, но таких было меньшинство. Главное – я успел захватить донжон и теперь, с несколькими своими бойцами, шаг за шагом, очищал коридоры и лестницы от врагов.

Мои воины тоже несли потери, но они были несопоставимы – уничтожить умертвие, если не знаешь как с ним бороться, намного сложнее, чем простого смертного. Я потерял десяток своих бойцов, а противников осталось всего горстка. Мы вломились в зал, где спрятался полуодетый вир Крейвен, с младшим сыном. С ним были трое, один из которых маг.

Он попытался ударить по нам облаком ледяных дротиков, что безусловно, выкосило бы почти всех, будь это живые люди. Но упал лишь один мой воин, которому острые сосульки пронзили оба глаза и повредили мозг. Остальные навалились толпой и вмиг разрубили его на части. Ещё пара мгновений, и на ногах остался только барон, прикрывающий легко раненого сына – взъерошенного парня, лет шестнадцати.

Один мой мечник насел на барона, яростно атакуя, связал того боем. Двое других зашли с разных сторон и, воспользовавшись преимуществом, добрались до его сына. Без всяких изящных приёмов и красивых финтов пронзили парню грудь копьём.

Поняв, что сын погиб, барон вир Крейвен взвыл, как раненый зверь и отчаянно бросился в атаку. Но ни единого шанса я ему не оставил. С неистовой силой он пробил своим мечом доспех и грудь ближайшему бойцу, что совершенно не помешало умертвию схватить его за руку, держащую оружие. Двое других накинулись, повисли на нём и повалили барона на пол. Ещё какое-то время он пытался вырваться, но наконец, обессиленно затих.

Его поставили на колени и держали с двух сторон, заломив за спину руки. Третий, глазами которого я сейчас смотрел, подошёл, взял его за волосы, приблизил своё искажённое смертью лицо вплотную к лицу барона и прохрипел: – ты сейчас умрёшь. Я вырезал весь твой род до последнего, я забрал всё, что у тебя было…

Надо признать, барон, хоть и был напуган, старался это скрыть. Глаза пылали ненавистью, но он всё же задал вопрос: – Кто ты, некромант? Ты завладел телами моих людей, но кто ты?!

– Не важно кто я. Сейчас в замок Тосвальд вернулась его хозяйка, леди Эбигейл. Она возвращает долг за своего отца.

– Эта соплячка не подохла? Жаль, не удалось её разыскать и прикончить, – злобно оскалился барон, – но она бы никогда не смогла сделать ничего подобного. Я достаточно пожил на свете, чтобы понять: за всем этим стоит весьма серьёзный враг, у которого ко мне личный счёт… очень большой и кровавый. Вот и хочу понять – кто и почему.

– Ладно, так и быть, скажу, но едва ли ты поймёшь. Барон вир Тосвальд спас мне жизнь, выходил и дал кров. Я не успел тогда помочь ему защитить замок, но выплатил свой долг, вернув Тосвальд его дочери.

– Постой-постой, так ты этот… молодой, которого еле живого притащили из Земель Нежити… – Барон пытался вспомнить моё имя, – Зак! Так, кажется, тебя зовут?

– Да, но это не всё. Тогда при штурме, погибла девушка, которую я любил. Она была простой служанкой в замке, но это не важно.

Барон издал какой-то звук, словно сдавленный хрип, и заговорил: – Моему роду больше трёхсот лет, в нём немало храбрых воинов, гордых, уважаемых аристократов. Мы побеждали в войнах, брали на меч города и замки. Наши славные предки были частью высшей аристократии! И вот теперь, он прервётся из-за какой-то безродной служанки?! Да как такое возможно?! Мальчишка, я мог тебе дать каких хочешь служанок и любых рабынь… нет, я не могу поверить!

И он вдруг вскинул голову, начал неистово хохотать.

– Я же говорил, что ты не поймёшь, – прохрипело умертвие мои слова искривлёнными, синюшными губами и резким взмахом отсекло голову вир Крейвена.

Попробовал сотворить заклинание и поймать призрак барона, как уже не раз проделывал с другими. Но ничего не вышло, видимо, так это не работает. Ну и ладно, не очень-то и хотелось.

«Нужно порадовать Эбигейл, и сделать это как-то поэффектнее, что ли…» – подумал я, глядя на обезглавленный труп своего врага.

Баронесса, не помня себя от страха, всё плотнее прижималась к Закарии, невольно ощущая, что находится в безопасности лишь за спиной этого парня. Круглыми, словно блюдца глазами, смотрела, как из вновь открывшегося портала, в помещение шагнул измазанный кровью мертвец, в помятых, местами изрубленных доспехах. Повернув к ней бледное лицо, сделал два шага и воткнул перед собой меч. Затем резким движением он насадил на рукоять отрубленную голову и опустился перед баронессой на одно колено.

Едва не теряя сознание от ужаса, Эбигейл узнала, чья это голова. Самого злейшего врага её рода – вир Крейвена.

– Госпожа! – проскрежетало глухим, утробным голосом умертвие, – с родом вир Крейвен покончено. Ваш последний враг повержен! Замок Тосвальд отныне снова принадлежит вам!

– С-спасибо… – неуверенно пролепетала Эбигейл, которой всё происходящее казалось нереальным.

Она переводила взгляд с умертвия на Зака, а тот стоял с самым невозмутимым видом, словно вообще ничего странного тут не происходит. Наконец, она повернула его к себе, обняла и горячо поцеловала в губы.

– Спасибо тебе, Зак! – в её глазах, кроме благодарности, теперь появилась тревога. – А что будет дальше? Ты… ты оставишь меня здесь и уйдёшь?

– Ну конечно! Сейчас возьму две дюжины своих людей, и мы отправимся зачищать мой замок. У нас обоих масса работы – приводить в порядок свои владения. Пожалуй, я даже кое-что поменяю – название. Будет у меня теперь замок Приз. Как тебе, нравится?

Но девушка не приняла мой шутливый тон. Стояла, закусив губу, готовая разрыдаться.

– Эй, ну ты чего? Всё же отлично! Ключ-портал ко мне у тебя есть, дам к нему несколько заряженных накопителей. Да даже без них, между нашими баронствами – два дня езды. Нам с тобой ещё на Совете Баронов свои права предстоит подтверждать.

Но все мои слова не очень-то успокаивали расстроенную девушку. Пришлось пустить в ход тяжёлую артиллерию.

Я приобнял баронессу, нежно поцеловал и спросил: – Эби, ты не против, если я напрошусь сегодня на ужин… ну и переночевать. Надеюсь, для меня найдётся место в твоём замке? Моя старая комнатка вполне годится.

Её глаза радостно вспыхнули, на губах заиграла улыбка.

– Нет уж! Забудь про ту убогую каморку! Для тебя здесь всегда только лучшие покои, милый. Ну и, конечно, я… буду ждать!

Глава 4

Глава 4 Закария, Вольные Баронства

Весь день, с двумя дюжинами бойцов, наводил порядок в своём новом замке. Дружинники вир Крейвена, осмелившиеся сопротивляться моей нежити, полегли почти все. Четверым раненым оказали помощь и вместе с тремя сдавшимися, отправил их в подземную тюрьму. Позже решу, что с ними делать.

Из почти полусотни слуг, оставил только конюхов, истопника, бондаря с подмастерьем и кузнеца, проживающего с семьёй, на территории замка. Ещё не стал выгонять дюжину рабов и троих молоденьких горничных.

И вовсе не за смазливые мордашки, а потому, что им было некуда идти. Две сестры-близняшки, из деревни неподалёку. В том году случился пожар и их хозяйство сгорело, вместе со всеми родственниками.

Третья, тоже была сиротой, только из ближайшего городка. Но она даже знала грамоту и имела кое-какое образование. Стоит к девочке присмотреться – если не дура, может должность небольшую в замке получит.

Вот они, все трое, бросились мне в ноги со слезами умоляя, не прогонять их. Пришлось пойти навстречу – я ж не каменный, в конце концов.

Остальных, работающих при кухне, или входивших в близкий круг бывших владельцев, оставлять при себе не решился. Мало ли, ещё бухнут яду в суп, за то, что старых хозяев порешил – оно мне надо?

А вот управляющего, точнее управляющую – худую, желчную даму с недобрым взглядом и родового лекаря, вежливо попросил остаться. Посадил их пока под домашний арест, приставив свою охрану.

К сожалению, командир дружины и родовой маг вир Крейвена погибли. Если первый мне был без надобности, то вот с чародеем, я бы с удовольствием пообщался. Теперь же, придётся очень внимательно осматривать его покои и лабораторию, если таковая имеется. Надеюсь на хорошие магические трофеи – мало ли, что может найтись у опытного мага воды.

Ещё, обязательно нужно прояснить вопрос: есть ли в крепости подземный ход и прочие секреты. Не то, вот так, проснёшься утром, а враги, уже давно тут. По твоему замку шастают, как на экскурсии, и потихоньку ценности выносят.

Старательно, насколько смог, обыскал покои барона. Он занимал пять комнат, просмотреть каждую Маговзором времени не было, но пару заначек, я сумел обнаружить. В кабинете, что-то вроде сейфа и небольшой тайник в спальне. В последнем было несколько кошелей с деньгами, коробочки с женскими украшениями – видимо остались от покойной жены, и десяток артефактов.

В сейфе две тысячи далеров золотом, немного серебра, различные документы, в том числе и на баронство с замком и угодьями. Отлично. Всего на этих землях располагались восемь деревень и полдюжины хуторов.

Слишком сильно вникать во все детали я не планирую – поставлю управляющего, пусть у него об этом голова болит. Вот чуть-чуть наведу порядок и организую безопасность, чтобы «добрые соседи» не отняли всё, нажитое непосильным трудом, как только я отвернусь.

С кандидатурой уже определился – поставлю тут рулить Миранду. Да-да, ту самую рыжую лисичку. Вскоре привезу её сюда, пусть вникает. А чего? Она девушка хваткая, грамотная и мне рассказывала, вроде бы в городе, каким-то торговым предприятием занималась. К тому же, уверен, меня она обманывать не станет, дела будет вести честно, а это большое достоинство для управляющего. Ну и кроме всего прочего – она очень симпатичная и горячая в постели. Если не надумает в ближайшее время выйти замуж, то возможно, буду к ней заглядывать на огонёк, погреться.

Вот только, боюсь, Эбигейл не обрадуется. Они, друг друга, мягко говоря, недолюбливают, почему-то. Но с другой стороны – не её это дело, как я в собственном баронстве кадровые вопросы решаю. У Эби своё теперь есть, вот там, пусть и командует.

Идея с захватом второго замка возникла не случайно, а как развитие первоначального замысла. Когда я разговаривал с отцом на тему возвращения герцогства под его руку, попросил после нашей победы, помочь отвоевать замок Эбигейл. Я рассудил, что у герцога точно хватит ресурса отжать какое-то мелкое баронство. Отец же, к моему удивлению, ответил: –«Не всё так просто…»

Да, вер Редклифф в состоянии профинансировать наёмников, помочь с оружием, разведкой и прочим, но только через подставных лиц. Он не может, например: дать приказ своей гвардии иди на штурм или ещё как-то показать, что герцогство в этом участвует. Международная политика, мать её!

Нападение будет выглядеть так, словно королевство, начало войну с Вольными Баронствами. Даже если герцог, на каждом углу станет объявлять, что это только его личная инициатива. Как вассал короля, он не имеет права пускаться в такие авантюры, без его согласия. И если сюзерен не одёрнет вер Рэдклиффа, всем станет очевидно – он тоже в деле, или даже зачинщик происходящего.

Король, естественно, будет недоволен самоуправством вассала, который своими действиями,на ровном месте, осложнит ему обстановку на западных границах. Да и тамошние феодалы могут объединиться, посчитав это агрессией против Вольных Баронств. При их невероятной раздробленности, на общего врага, они поднимаются очень быстро.

Поэтому, всё должно выглядеть так, будто законная наследница собрала силы и пришла вернуть отнятое и отомстить обидчику. В этом случае, никто даже не почешется – баронесса в своём праве. Подобные ситуации в тех краях – норма жизни.

Я, когда планировал операцию, даже не думал о таком стремительном захвате. Рассчитывать приходилось либо на длительную осаду, на которую у нас нет ни времени, ни припасов, либо на быстрый, тяжёлый штурм, с лестницами, атакой тараном на ворота, и неминуемо, с огромными потерями.

Мне уже после пришла мысль: можно же и здесь попробовать, войти через портал! Если получилось с герцогским дворцом, то почему бы не провернуть то же самое в Баронствах? Схема-то рабочая!

Но когда рассказал отцу всю историю, он немного подумал и, неожиданно заявил, что для полного спокойствия, нужно забирать оба баронства.

Я сначала не понял, зачем Эби два замка, но отец покачал головой и просто ответил: – «Возьмёшь второй себе, пригодится. С этим бароном нужно покончить раз и навсегда, если не желаешь иметь за спиной очень опасного врага. К тому же, ты пока, по понятным причинам, не хочешь представляться наследником герцогства. Так может побудешь, какое-то время, бароном?».

И тут до меня дошло – а ведь это же выход! Не говоря уже про то, что будет мне запасной аэродром, плюс неплохой доход, при правильном управлении.

И в столице, буду всем представляться, как вольный барон, маг-лекарь, артефактор, Закария вир Приз. И никакая аристократическая собака не посмеет мне хамить, считая, что перед ним простолюдин.

Вот разберусь с последними делами, заберу Кикибота с Ритольдой, нескольких охранников, и двинем в Далиссу. Уж сколько времени я туда еду-еду, и всё никак не доберусь. Прямо не дорога в столицу, а кругосветное путешествие какое-то…

К вечеру расставил охранников в замке на самые критические точки, приказал, как можно скорее, найти ещё людей в дружину. Командиром сделал Мольверта.

Он, конечно, молод и неопытен, для такой должности, но зато умён, исполнителен, смел и верен лично мне. В этом успел убедиться – мы с ним немало попутешествовали и в передряги всякие, не раз попадали. Серьёзных оплошностей за ним не припомню. Вот и пускай пробует поработать на командной должности, а не справится – заменю.

Раздал задачи оставшимся слугам, чтобы не парализовать жизнь в баронстве и отбыл порталом, на ужин к Эбигейл.

Баронесса ожидала меня в большом зале, украшенном так, словно к ней должен явиться король со всей свитой. Я пожелал сперва помыться, и меня сопроводили в просторные покои с большой бадьёй тёплой воды.

Правда, ревнивая хозяйка устроила всё так, что помогать мыться, мне вызвался пожилой слуга. Естественно, от таких ассистентов я решительно отказался – сам не безрукий.

Ужинали мы вдвоём. Эби, несмотря на бледность и некоторую худобу, после ранения, выглядела превосходно. Точно хрупкая фарфоровая статуэтка, которую хотелось бережно обнять и защищать от всех опасностей.

После недавнего дикого потрясения, едва не потеряв Эбигейл, теперь смотрел на девушку другими глазами. Снова и снова прокручивал в голове мысли, вспоминал, что почувствовал, когда увидел её, истекающую кровью.

«Ну чего тебе ещё нужно? – спрашивал сам себя, – смотри какая красавица! И характер уже, не такой вспыльчивый и вредный, как был вначале, и безмерную гордыню девушка сильно поубавила. Несколько раз доказывала свою преданность, а возможно, она действительно влюблена. Да и сам ты к ней неровно дышишь, уж себе-то не ври! Чуть с ума не сошёл, так за неё испугался».

В этот момент, почему-то подумал о Милодоре и в душе, шевельнулась какая-то светлая грусть. В памяти всплыла наша первая встреча, той ночью, в лаборатории. Её удивлённый взгляд огромных, голубых глаз, когда принцесса только-только знакомилась с нашим миром. Прогулки по городу, в парке, походы по магазинам… сейчас всё это стало таким далёким и нереальным, будто лёгкий предрассветный сон.

А последний раз, когда увидел её в жутком состоянии, почти уже ушедшую за грань… Да, я конечно, спас принцессу, практически вытащил из могилы, но! Пришлось, против её воли, сделать девушку Некроманткой. Боюсь, она мне этого никогда не простит.

Как я понял, Милодора настолько ненавидит и презирает Магов Смерти, что предпочла бы иной, даже самый трагический выход, а я не позволил такому случиться.

Да, сделал так, как считаю правильно, более того, уверен, что многие со мной согласятся. Вот только – это её выбор и каким бы страшным или глупым, по-нашему мнению, он ни был, никто не вправе подменять его своим. Я и сам, не простил бы человека, решившего осчастливить меня насильно.

К тому же, зная недоброе отношение к Запретным Магам её отца, ничего хорошего мне не светит. Нет, собственную дочь он, наверняка не обидит, а вот какого-то обнаглевшего Некроманта, за самоуправство, может и на костёр отправить.

Поэтому, мне лучше пока от Мейзервеллов тоже держаться подальше, чтобы не подставить под удар весь род, связью с Некромантом. Высокопоставленных врагов, из тех, что окружили трон и нашёптывают советы королю Олластеру, у нас хватает. Не нужно давать им лишний повод для удара.

Стоит только подкинуть королю информацию, что некто, из самой верхушки рода Мейзервеллов, практикует некромантию – Олластер тут же отправит целый отряд Магической Стражи, с самыми широкими полномочиями. А там, служат настоящие верные псы, фанатично преданные трону и всей душой ненавидящие Запретных Магов.

Так вот: хоть и собираюсь направиться в Далиссу как можно скорее, всеми силами постараюсь избежать в ближайшем будущем, новой встречи с принцессой или Анастасией. Могут оказать слишком горячий приём – вплоть до костра на центральной площади. Это вредно для моего здоровья и привлечёт излишнее внимание толпы. А я парень скромный – такого не люблю.

Если о Милодоре вспоминаю с грустью, то увидев, как Анастасия с Джеромом смотрят друг на друга, могу лишь порадоваться за них. Я не большой эксперт в амурных делах, но не заметить, с какой любовью принц относится к Насте, может только полный осёл. И она, похоже, отвечает ему взаимностью, хотя, не упускает случая, продемонстрировать свою независимость. Феминистка доморощенная – всегда стремится доказать, что она лучше мужчин.

Они прекрасно подходят друг другу, но ситуация не простая. Надеюсь принц сможет подобрать к ней правильный ключик. Настя теперь аристократка, аж целая графиня, но некий мезальянс, всё-таки присутствует. Хорошо что Джером, не первый наследник, и официальный союз, теоретически возможен, хоть разница в статусах приличная. Тут всё зависит от настойчивости принца и упёртости короля, а невесту, надеюсь, уговорить получится.

Я обратился к своим чувствам и понял: никакой ревности или сожаления не испытываю. Напротив, буду очень рад, если у них всё срастётся.

Настя – отличный товарищ и сильный боец, ей можно доверить прикрывать спину. Сейчас я окончательно осознал, что она для меня всегда являлась, не потенциальной любовницей, женой или девушкой, к которой испытываю романтические чувства, а именно надёжной, боевой подругой.

Джером, вроде, тоже, неплохой парень, насколько я смог понять. Думаю, с иным бы Настя вовсе не стала общаться.

Ещё вспомнил про Викторию с Доком – о них вообще, ни слуху ни духу. Живы ли? И куда забросил их тот портал, в Громовой Башне?

Отвлёкся от своих мыслей, взглянул на счастливо улыбающуюся Эбигейл, с бокалом в руке и пришёл к выводу, что пора наконец, перевести наши отношения на новый уровень, о котором баронесса давно и настойчиво намекает.

Единственное, что удерживает – опасение, как бы она после близости, не решила захомутать меня окончательно. Несмотря на свой нежный возраст, хватка у баронессы, не хуже матёрого бульдога – вцепится намертво и вздохнуть не даст свободно. Моргнуть не успеешь, как в храме перед жрецом очутишься, который свадебный обряд проводит.

Нет, я-то, конечно, отбоярюсь, но зачем мне такие трудности, созданные, к тому же, собственными руками? Ну, может и не руками, а иным местом, но сути это не меняет.

Рановато мне под венец, слишком много дел впереди. Один Архилич чего стоит! Пока с ним не покончу, никаких свадеб. Не хватало ещё, молодую супругу, быстренько молодой вдовой сделать. Так, что пусть Эбигейл пока подождёт-помечтает.

– Зак! Ты меня совсем, не слушаешь? – вырвал из раздумий такой непривычный голосок баронессы.

– Я всегда слушаю тебя очень внимательно! Так что ты там говоришь, насчёт Совета баронов?

– Предлагаю на Совете заявить, что ты являешься моим женихом. Это будет серьёзным основанием, для присвоения тобою, баронства Крейвен.

– Хм, а чего это вдруг? Я по праву сильного могу так же заявить!

– Можешь-то можешь, но понимаешь… – девушка старательно подбирала слова, – тут ведь не королевство, единой власти нет… как бы. С одной стороны, всё решается на Совете – все бароны друг друга знают, через одного родственники, дети-внуки на соседях переженились. Вот и стараются договориться. Но с другой стороны – интриги, подставы, то соберутся в коалицию, то разбегутся, могут и в спину ударить. В общем, гадюшник ещё тот!

– А я-то тут причём? Думаю, везде так, где власть делят. Не удивительно, Баронства ничем ни лучше. – Ответил девушке, но та не согласилась и заявила:

– Я возвращаю своё по праву! Никто не посмеет возражать, или напасть на моё баронство, хотя бы ближайший год. Остальные не поймут – всё-таки, тут есть свои понятия о законах и приличиях. И даже то, что по моему приказу взяли на меч замок Крейвен и вырезали их род, тоже в порядке вещей. Месть – дело святое! Но оставить себе второе баронство, мне никто бы не позволил! Слишком жирно для сопливой девчонки! Если бы у меня была сильная дружина и больше одного наследника, то могла бы поступить как вир Крейвен – отдать второе баронство своему сыну. Кое-как, возможно, такое бы стерпели. А теперь получается, что какой-то чужак-наёмник, заработал у меня на контракте, да ещё и отхапал себе, не самое захудалое владение! Ты всерьёз думаешь, они тебе это позволят?

– И что они сделают? Все разом на меня накинутся?

– Тут полно баронов, у которых по два, три, а то и больше сыновей. Первый получит в наследство владение, а вот остальным, кроме доброго напутствия, меча с доспехами и коня, дать больше нечего. Некоторые могут рискнуть – попытаться указать чужаку его место и вышвырнуть наглеца из замка, завоевав баронство для своего чада. А могут и по-другому: ты про «призовое владение» слышал?

– Нет, это как? Жребий тянуть будут? – Спросил я, усмехнувшись, примерно понимая, о чём идёт речь.

– За нос тебя тянуть будут, – ехидно сверкнув глазами, огрызнулась Эбигейл, – говорю же: тут у каждого второго сыновья выросли или подрастают, а в наследство им дать нечего. Вот и соберутся такие желающие, отцы им как смогут-помогут. Пойдут толпой, тебя из замка выкинут, а после, уже между собой решат, кому он достанется.

– Как решат?

– Разные варианты есть. Да вот, хоть бы, турнир проведут, между собой… Не до смерти, конечно, а так, чтобы победителя выявить. Бароны потом, на Совете, это узаконят, и будет там новый хозяин, из своих. А не пришлый выскочка.

Глава 5

Глава 5 Закария, Вольные Баронства

Наша милая беседа продолжалась:

– Хм… а если назовусь твоим женихом, что это меняет? – задал я вопрос Эбигейл.

– Ну, вот смотри, – хитренько улыбнулась баронесса, – за наёмника, я же не стану вмешиваться – он контракт отработал, замок мой отвоевал, деньги получил и до свидания! А если мы с тобой собираемся пожениться – тут ведь, совсем другое дело! За жениха я, по-любому, вступлюсь. Пусть у меня небольшая дружина, но в стороне точно, не останусь. Придётся им силы на два замка разделять: мой, хотя бы просто, в осаде подержать, чтобы я к тебе помощь не могла послать. К тому же, меня здесь все знают. Получается и ты, уже не какой-то чужак, а будущий родственник, почти свой.

– Какой-то сомнительный аргумент, – покосился я на Эбигейл, – конечно, некоторый смысл в твоих словах есть, но…

– Естественно, это не железная защита, но уверена, так всё же лучше. Ведь у отца были и друзья, и партнёры по всяким делам и просто добрые знакомые. Поговорю с ними перед Советом. Надеюсь, многие займут нейтральную позицию, а может даже встанут на мою сторону, и тебя поддержат – жених, как-никак! А до чужого наёмника, какое им дело?

«М-да, всё сложнее, чем казалось. Мало захватить баронство, теперь ещё целая морока с ним – местная политика, интриги и прочая галиматья. Но что-то не охота мне называться женихом, как бы это не оказалось потом ещё большей проблемой, чем война с баронами…».

Я слабо разбираюсь в здешних матримониальных тонкостях, только слышал, что обряд проводится жрецами в храмах. А как тут дела обстоят с помолвками – вопрос! Вдруг это тоже какой-то магический обряд, чтобы потом жених так просто не смог дать заднюю, без последствий?

Взглянул на баронессу – ну сама доброжелательность, так и лучится вся желанием помочь, только чувствуется во взгляде, какая-то хитринка. Промолчит сейчас, а потом сделает большие удивлённые глазки: – «Ах, ты разве не знал?! Ну, теперь уж, ничего не поделаешь… муженёк».

Или это у меня паранойя разыгралась, на почве нежелания жениться, а девушка действительно хочет как лучше, без всякой задней мысли?

– Нужно подумать… честно говоря, такого расклада не ожидал. И эта идея, с женихом, мне не нравится.

– Зак, ну чего ты так боишься? На верёвке тебя в храм никто не потащит! Зато, так будет легче отстоять и узаконить твоё владение.

– Допустим я соглашусь. А что будет, если нас спросят: когда назначена свадьба? Начнут напирать, они дескать, хотят молодых поздравить, а говоря прямо – попьянствовать в три горла. Знаю я этих баронов! Пожрать от пуза да выпить на халяву, все соседи съедутся – они своего не упустят. Нам что, специально для них свадьбу устраивать?

Эби как-то сразу погрустнела, насупилась и опустила взгляд. – Скажем, что нам нужно какое-то время, привести в порядок свои владения…

– А потом? – не унимался я, – едва ли они про это забудут. Сможем мы просто объявить, что всё отменяется и никакой свадьбы не будет?

– Скажи Зак, я тебе совсем-совсем не нравлюсь? – с какой-то печалью спросила Эбигейл.

– Эби, ну причём тут это? – начал я, – нравишься…

– Тогда почему же, ты от меня шарахаешься, как от прокажённой?

– Не шарахаюсь, просто не хочу, чтобы ты потом пожалела. Я не могу обещать того, на что ты, наверняка, рассчитываешь. Вот и не перехожу определённую грань, в наших отношениях. Тебе ещё замуж выходить, не стоит портить репутацию.

– Ты про мою невинность? – кисло улыбнулась она.

– Да.

– Не волнуйся, – вздохнула Эби, – если я, со своей невинностью, не нужна потомку герцога, то какому-нибудь барону, или даже графу, в случае женитьбы, моё владение гораздо ценнее, чем десять невинностей. А на меня им будет просто плевать… – и добавила почти шёпотом, – впрочем, как и тебе.

Я поморщился – разговор выходил не слишком приятный, но он, давным-давно назрел. Пора расставить точки в наших отношениях.

– Эби, помнишь, что было, между нами, в начале? Как мы относились друг к другу? Теперь всё иначе. Скажу честно: из меня плохой романтик, но в последнее время, ты стала мне очень дорога. Я это понял, когда так сильно за тебя испугался. Но, не буду обещать жениться – по многим причинам. Есть опасные враги, которые могут тебя использовать, пытаясь добраться до меня. Поэтому, не хочу слишком сильно сближаться – боюсь подвергнуть опасности. К тому же, есть много дел, которые должен завершить прежде, чем обзаводиться семьёй и детьми. Даже не представляю, сколько времени на это уйдёт. А ты молода, красива и можешь удачно устроить свою судьбу. Владетельная баронесса – завидная партия для многих аристократов. Найди достойного, не трать свою жизнь, на пустые ожидания. Молодость – она не вечна, поверь!

Правды ради – мне очень не хотелось терять её, тут я, конечно, лукавил. Но воспользоваться её влюблённостью, а после, обнадёживать девушку пустыми обещаниями –это подло. К тому же, с моим образом жизни, в любой момент есть риск, остаться без головы, а Эби может пострадать, просто находясь рядом. Я так не хочу, хватит того, что не смог уберечь Тишу.

– Зак, я ничего не боюсь, главное, мы будем вместе! – сверкнув глазами, воскликнула баронесса.

– Насчёт вместе, я бы не был так уверен. Делами в баронстве ты собралась заняться самостоятельно, хотя бы первое время, пока не наведёшь везде порядок. Только дружину возьмёт на себя Михвальд, так?

– Да, нужно понять, что натворил тут этот мерзавец и привести баронство в порядок, как было при отце.

– А мне некогда этим заниматься. Привезу управляющую, пускай она разбирается… – сказав это понял, что ляпнул лишнего. Эби мгновенно сделала стойку.

– Управляющую? – недобро сощурившись, спросила она, – и кого же, позволь узнать?

– Э-ээ… Ну, вообще-то, собираюсь Миранду… – нехотя выдавил я.

– Вот значит, как… Рыжая шалава пошла на повышение? Теперь понятно, почему на меня не останется времени! – ноздри нервно раздувались, в глазах читался гнев и горькая обида, – а ведь я почти поверила, что у тебя есть ко мне какие-то чувства! Подумала, хоть кто-то мной дорожит… Какая же я дура!

С этими словами, баронесса вскочила из-за стола, запустила в стену серебряный кубок с вином и, рыдая, вылетела из зала.

«Чай «Беседа» – беседуйте на здоровье… – почему-то вспомнилась старая реклама. – Нечего сказать, сходил в гости. А девочка, всё-таки, молодец! Работает над собой – характер уже куда лучше стал! Раньше, она этим кубком, в голову бы мне запустила, а теперь, просто в стену».

*****

Очередное заседание малого королевского совета прервал какой-то шум за дверью. Король Олластер недовольно скривился, но тут же удивлённо округлил глаза. Сначала, в резко распахнувшуюся дверь, спиной вперёд, влетел испуганный секретарь, а следом ворвался всклоченный Джером, в запылённой дорожной одежде. За ним тихо вошла Настя, молча встала сзади и положила руку принцу на плечо.

– Прошу прощения, что отвлекаю вас всех, – с трудом сдерживая гнев начал он, – но как это понимать?

– В чём дело? – строго глянул на сына король, – принц, объясните, что происходит?

– О, я бы тоже хотел знать, что происходит! Почему мой дорогой братец – наш недавно назначенный тобою, доблестный начальник Тайной стражи, ведёт себя как вредитель и пособник врага? – указал он пальцем на сидящего тут же Доминика.

– Джером! Ты окончательно рехнулся от своих гулянок и развлекушек с девицами? – раздражённо вскочил на ноги старший брат, – иди проспись!

– Ах ты…

– ХВАТИТ! – заорал король и, в ярости, грохнул кулаком по столу. – Успокойтесь оба! А затем, потрудитесь объяснить своё поведение!

Оба принца замолчали, и сверлили друг друга злыми взглядами.

– Позвольте мне сказать, Ваше величество, – негромко произнесла Настя и дождавшись согласия, продолжила. – Как вы знаете, мы с принцем и принцессой Милодорой, отправились в пожалованное мне графство. Там обнаружили целую шпионскую сеть, развёрнутую гренейскими кураторами. Они готовили заговор, с целью посеять в графстве хаос, поднять бунты черни и спровоцировать пиратские набеги на побережье. Возможно, всё это – подготовка к вторжению и захвату королевства, армией Великого герцогства Гренейского. По крайней мере, доказательства указывают на подобное развитие событий.

Весь совет всколыхнулся от столь дикой новости, участники загалдели, поражённые услышанным.

– Почему вы не сообщили? Снова занимаетесь какими-то играми? – возмущённо воскликнул Доминик, которому сказанное, совершенно не понравилось. Поскольку было весьма прозрачным намёком, на его непрофессионализм, как главы Тайной службы.

– Играми? – Взвился рассерженный Джером, – да я трижды писал тебе, с требованием прислать людей для расследования и наведения порядка! А ты, всякий раз, ссылался на какие-то проволочки и отвечал, что нам нужно немного подождать! В итоге, мы там действовали всего с десятком моих гвардейцев личной охраны и гвардейцами графини, которых приходилось ещё проверять на лояльность!

– У вас есть доказательства? – Пришёл в себя король, пытаясь прекратить бардак, в который, моментально, превратилось почтенное собрание.

– Есть кое-какие бумаги заговорщиков, показания захваченных виновников… – начала было Настя, но её перебил принц.

– Да! мы даже везли двоих сюда, чтобы ты с ними сам побеседовал, но мой братец, дважды завёл нас в засаду! Пленников убили, мы сами не пострадали просто чудом! Я потерял четырёх гвардейцев, и хочу знать: что, Шандобул побери, происходит?

– Лжёшь! Ты писал мне, что наконец-то завалил на спину эту упрямую графиню, и развлекаешься на всю катушку, наслаждаясь морем и вином!

В наступившей внезапно тишине, присутствующие расслышали, как скрипнула зубами «заваленная на спину графиня». Но Настя быстро взяла себя в руки и, сделав успокаивающий знак принцу, стала говорить: – Ваше Величество, похоже, мы все стали жертвами какого-то недоразумения, а скорее всего – умышленной информационной диверсии. Но, если позволите, мы быстро это проясним.

Не все присутствующие поняли точное значение слов, но отметили, как чётко и грамотно, девушка излагает свои мысли. Да и тон – спокойный, уверенный, не терпящий возражений – ему невозможно не подчиниться. В феодальном, сословном обществе, услышать такое от женщины… подобное просто немыслимо, но тем не менее, это было так.

Настя же, взяла у Джерома артефакт связи – по сути, магический пейджер, и положила его на стол перед королём.

– Перед нашим отъездом принц Джером, передал главе Тайной стражи такой же, чтобы поддерживать связь и экстренно вызвать помощь, в случае непредвиденных осложнений. Если принц Доминик соблаговолит показать вам свой, то мы сравним переписку и легко найдём того, кто вводит нас в заблуждение.

Взгляды присутствующих обернулись на старшего наследника и Доменик заметно побледнел.

– В чём дело, братец? – ядовитым голосом поинтересовался Джером, – надеюсь, ты его не потерял?

– Не может быть… – произнёс старший наследник, с таким ошарашенным видом, словно ему явилось привидение, и начал нервно перебирать листки в лежащей перед ним папке. – Дело в том, что я… я передал артефакт своему заместителю, барону вир Бергару, а он, составлял мне еженедельные отчёты, вот! – Он протянул несколько листов бумаги.

– Понятно, – продолжал язвить младший наследник, – наш Доминик сильно занят, даже не имеет свободной минуты, чтобы лично пообщаться с братом! Он столь усердно трудится на благо королевства, что проспал измену прямо под собственным носом. А мы, тем временем, раскрываем заговоры, задерживаем преступников и ждём от него помощи, рискуя жизнями.

К удивлению Насти, Доминик густо покраснел. Видимо он осознал, насколько предвзято относился к брату и признал справедливость обвинений в свой адрес.

«Неплохо, если будущий король, способен признавать собственные ошибки – редкое качество для облечённых властью людей» – Мимоходом отметила Настя.

– Стража! – обратился король к стоящим около входа гвардейцам, – немедленно приведите сюда вир Бергара!

– Позвольте мне сходить с ними, Ваше Величество? – к удивлению короля Олластера, попросила Настя.

– Зачем? – удивлённо приподнял бровь король.

– Если я прав, – вклинился в разговор Джером, то его уже нет во дворце. Насколько я знаю графиню вер Фолент, лишь она, сможет выявить какие-то скрытые улики в его кабинете.

– Ваше Величество, к сожалению, я соглашусь с принцем, шпиона мы уже не застанем. Но мне важно первой осмотреть его кабинет, пока там всё не затоптали и не перевернули вверх дном. – Кивнула головой Настя.

Доминик при этом поморщился, словно хлебнул уксуса – ведь это его людей, практически открыто, обвинили в вопиющем непрофессионализме. Но крыть было нечем, слишком уж оглушительным вышло его фиаско, как начальника Тайной стражи. Да и как брат, он тоже, повёл себя не лучшим образом. Поэтому оставалось лишь молчать и кривиться.

Король молча кивнул, и Настя направилась к дверям. Мимоходом скомандовала гвардейцам: – «За мной» и, не оглядываясь, вышла. Те, безропотно, двинулись следом.

– Кхе-кхе… – мудрым, слегка лукавым взглядом, на Джерома смотрел пожилой Архимаг Мистериус, – да, мой мальчик… завоевать такую женщину, это весьма непростая задача!

Принц, знавший Архимага с самого детства немного смутился, но взгляд не отвёл и ответил фразой, услышанной как-то от Насти: – Мы не ищем лёгких путей!

Все вокруг улыбнулись, даже Олластер, который поначалу, относился к этой иномирянке весьма настороженно, не слишком одобряя тесную дружбу с его дочерью.

Когда же заметил интерес к ней, со стороны своего младшего сына, то и вовсе, решил – девушка очередная пустышка, ищущая в связи с принцем лишь собственные выгоды. Но он хорошо знал, насколько маниакально тот избегает брака. Очевидно, она станет очередной любовной жертвой в его коллекции, новым трофеем, не более того.

Когда же ему стали сообщать, что принц забросил всех своих фавориток и ведёт тяжёлую осаду, причём, без особых шансов на успех, то крайне удивился. А после того как Настя показала свои умения в раскрытии тайных дел и особенно, спасла его жизнь, убив атаковавшего их некроманта – стал относиться к ней куда серьёзнее.

Вот и теперь, он, не сомневаясь позволил ей пойти, разобраться в этой мутной истории и, как и все присутствующие, терпеливо ожидал результата.

Через полчаса она вернулась и сообщила: – Секретарь утверждает, как только стало известно, что во дворец явился принц Джером, барон вир Бергар заторопился, сослался на срочные дела и едва ли не бегом покинул кабинет. Я распорядилась выслать погоню и вестовых с его описанием, ко всем воротам. Но боюсь, время упущено – он мог покинуть столицу, либо затаиться где-то в городе. Так же, поверхностный осмотр кабинета, позволил обнаружить несколько зашифрованных писем. Скажу сразу: на расшифровку может уйти очень много времени, если вообще, удастся подобрать ключ. Ещё, обнаружился артефакт переписки – вот он.

Она положила перед королём второй, такой же предмет, как лежащий перед ним на столе и продолжила: – пожалуйста, сравните настоящую переписку принцев и то, что подавалось Его Высочеству, в виде бумажных отчётов. Все эти доказательства дают явную картину преступления. Могу уверенно утверждать: в вашем ближайшем окружении, как и близких вам людей, имеются явно враждебные элементы. Дальнейшее расследование не в моей компетенции, я лишь выявила и обозначила основные проблемы. Как использовать данную информацию, решать только вам, Ваше Величество.

И графиня скромно поклонилась, отходя за спину принца Джерома.

– Гм… ну что же… – король задумчиво посмотрел на старшего принца, затем на Джерома и, наконец, на Настю. – Графиня! Я хотел бы просить вас, помочь нашей Тайной службе с расследованием этого дела. В конце концов, это именно вы нашли первые зацепки, да и после, весь этот заговор, вскрытый вами…

Все присутствующие зашептались, кабинет стал походить на растревоженный улей. Поручать дела такого уровня женщине?! Это казалось всем каким-то безумием и полнейшей нелепостью. Подобного в истории Легорры ещё не случалось!

– Хорошо, Ваше Величество, – не обращая ни на кого внимания, кивнула Настя. – Но у меня есть два условия.

Тут и вовсе настала, что называется, немая сцена.

«Она ещё пытается ставить условия! Королю! Немыслимо!».

– Слушаю, – с удивлением поднял взор Олластер.

– Будет целесообразно, если вы доверите мне полное руководство расследованием. Отвечать за результат, стану тоже я. И ещё, прошу разрешить участвовать в этом деле принцу Джерому. Мы с ним неплохо сработались, надеюсь его участие принесёт пользу, – и тут же поймала благодарный взгляд, начавшего было нервничать, принца.

– Не возражаю! – коротко ответил король.

Глава 6

Глава 6 Закария, Вольные Баронства

Я размеренно покачивался в седле, глядел по сторонам и лениво перебрасывался фразами с парнями из нашей охраны. Чуть впереди катила карета, которую я подарил Эбигейл. Время от времени из неё высовывалась насупленная моська баронессы.

Мы помирились после того горячего разговора, даже успели объехать несколько баронств, чтобы заручиться поддержкой бывших друзей её отца.

Мне всё же удалось выведать, почему она так настойчиво предлагала назваться её женихом. При этом я здорово подозревал девушку, в какой-то хитрой интриге, направленной против меня.

На самом деле, истина, как обычно, была совсем рядом. То бишь, лежала прямо под носом. Но моя паранойя – страх за свою драгоценную свободу, не позволила здраво анализировать ситуацию. Теперь мне стыдно за себя – стыдно и смешно одновременно.

Нет, конечно, Эби совсем не против стать моей супругой, но никакого подвоха в её предложении не было. Тут всё совершенно наоборот: она опасалась того же, чего и я – свадьбы!

– Зак, ну какой же ты эгоистичный дурак! – со вздохом заявила она мне, когда я решил докопаться до сути. – Печёшься только о себе и своей драгоценной свободе. Ты бы сам всё понял, стоило хоть капельку подумать обо мне!

– Эби! Я тебе, вообще-то, замок вернул, причём совершенно бескорыстно! – собрался было уже обидеться на такие слова, – может и дурак, конечно, но уж точно не эгоистичный.

– Прости… да, ты очень много для меня делаешь, не спорю и благодарна от всей души. Но здесь – это другое!

– Поясни.

– Ну вот скажи: когда все бароны узнают, что я вернула себе владение, что они первым же делом предпримут?

– Э-ээ… Неужели захотят его отнять?

– Да, отнять! Только другим способом, – баронесса поглядела на меня как на ребёнка, не понимающего очевидных вещей, – они все примчатся ко мне свататься! Наперебой предлагать своих вторых, третьих, десятых сыновей! А если откажу – могут принять как оскорбление, с самыми разными последствиями. В их глазах я – обыкновенная юная дурочка, за которой нет ни рода, ни сильного покровителя. За меня попросту некому заступиться – лёгкая, беззащитная добыча. Нет, открыто нападать они не станут, по крайней мере сначала, но я всё равно, не желаю чувствовать себя сукой на собачьей свадьбе!

– Ну, твою ж дивизию! – теперь я взглянул на проблему с другой стороны и мысленно, залепил себе оплеуху за тупость.

Самое обидное, ведь Эби-то, оказалась права – действительно эгоист! Всё переживал за себя, а про то, что одинокую, беззащитную девушку, эти волки просто разорвут – вообще не подумал! Ведь действительно, рано или поздно, её вынудят выйти замуж, и не факт, что по доброй воле.

– Так, может, и хорошо? – попытался зайти, с противоположной стороны, хотя самому мне, это совершенно не нравилось. Я чётко осознал, что не собираюсь отдавать Эбигейл другому мужчине. Но всё равно продолжил: – Ты получаешь реальный шанс! Сама сможешь выбрать мужа! Найдёшь достойного, хорошего парня…

– Который запрёт меня, в моём же замке? Буду заниматься вышиванием, слушать сплетни служанок и рожать ему наследников? – насмешливо спросила баронесса, затем голос её стал серьёзным: – Зак! За то время, которое провела рядом с тобой, я изменилась, стала свободной! Настолько, что теперь не смогу жить старой жизнью. Для меня – это словно тюрьма. Ты научил по-другому смотреть на вещи, людей… на весь мир! Если решишь отказаться от меня, то лучше уж жить одной, чем стать покорной, безропотной куклой, не имеющей права голоса, в собственном баронстве.

Весь вид девушки выражал такую решительность, граничащую с обречённостью, что невольно улыбнулся и почувствовал, непонятно откуда взявшееся, облегчение.

– Ну хорошо… я согласен. Давай прикинемся женихом и невестой, хотя роль чучела мне не сильно по душе…

– Почему чучела? – от удивления Эбигейл, аж ротик приоткрыла.

– Буду от тебя женихов отпугивать, как чучело – ворон на огороде. – Мрачно буркнул я.

Услышав эти слова, Эби расплылась в счастливой улыбке. – Ты самое доброе, самое щедрое, самое любимое чучело, милый!

– Но учти, это просто игра! Маскировка. Ни о какой свадьбе, можешь даже не мечтать! – назидательно поднял я вверх палец и напоказ нахмурился.

– Конечно-конечно, кому нужна эта свадьба! – нежно промурлыкала она, обнимая меня. Поцеловала в щёку и лукаво стрельнула глазками, – женишок…

Вопрос о принудительном замужестве, с горем пополам закрыли, но Эбигейл не была бы собой, успокойся она на достигнутом. Пролетело немного времени, и баронесса, начала меня всячески склонять к мысли, что Миранда, в качестве управляющей, совершенно неподходящая кандидатура.

Подошла издалека, потом заходы стали всё короче, но разнообразнее. Поначалу меня это забавляло, а когда утомило, я культурно, но твёрдо, поставил свою новоиспечённую «невесту» на место, пригрозив «разрывом помолвки». Вот она и дулась как мышь на крупу, укоризненно поглядывая в мою сторону, из окошка кареты.

Я же, не обращал никакого внимания на столь жалкие попытки вызвать во мне муки совести. Наконец, ей, по-видимому, самой это наскучило, и она, стала зазывать меня к себе. Я решил было повыделываться и отказался, но вскоре, заморосил мелкий, холодный дождик. Это в корне изменило первоначальный план и, привязав Тучку позади экипажа, юркнул в тёплое и сухое нутро кареты.

Серое каменное здание, где проходит Совет баронов, расположилось на центральной городской площади, по соседству с магистратом и высоким, похожим на башню, храмом. Народу вокруг собралось прилично, поскольку каждый феодал прибыл с охраной. Число сопровождающих было разным – от пары-тройки у тех, что победнее, до нескольких дюжин, у самых зажиточных.

К тому же, многие привезли в город свои семьи. Пока главы родов заседают, их жёны, дочери и сыновья, ходят по разнообразным лавкам. Посещают трактиры, кондитерские с нежной, ароматной выпечкой, разными фруктово-ягодными десертами и прочими сладостями.

Встречают многочисленных знакомых, с которыми так приятно и весело поболтать, обменяться самыми свежими новостями и горячими, пикантными сплетнями. В общем – развлекаются на полную катушку, вдоволь насидевшись в своих опостылевших, пыльных и затхлых замках.

Ну, хотя бы те из них, у кого на это есть деньги. Ибо гордый титул, далеко не всегда несёт с собой богатство, а порой, даже элементарный достаток. Многие баронства хоть и пытались выглядеть богато и респектабельно, на поверку оказывались бедны, как церковные мыши.

До заседания оставалось несколько часов, мы с Эби, решили тоже пройтись по площади, захватив всего пару дружинников. Поскольку в городе, таскать за собой шлейф охраны, нет никакой нужды. Так, я думал, но оказалось – здорово ошибся.

Эби увлечённо разглядывала какие-то безделушки, разложенные на прилавке, стоящем на краю площади, в ряду таких же, переносных торговых лотков. Оба охранника лениво семенили за ней, в небольшом отдалении.

Я шёл следом, любуясь тем, с какой детской непосредственностью и азартом, девушка разглядывает шёлковые ленты, кружевные батистовые платки и прочую галантерею.

Вдруг сзади послышался девичий крик: – «Сдохни, мерзавец», – и моё чувство опасности, мгновенно подало сигнал к действию.

Развернулся с уклонением, пытаясь уйти с предполагаемой линии атаки, одновременно выхватывая дагу. В тот же миг ощутил, как словно огнём, обожгло левое плечо.

Передо мной стояла невысокая, рыжеволосая девушка, лет пятнадцати. На вид – совсем ещё ребёнок. Но глядела с лютой ненавистью, снова замахиваясь коротким, тонким кинжалом. Можно было бы пренебрежительно сказать – «кинжальчиком», но пару мгновений назад, девушка ухитрилась им, вполне качественно, резануть моё плечо. А стоило промедлить самую малость, он бы сейчас задорно торчал у меня из спины, войдя по рукоять.

Нет, рана не была слишком опасной, но… Почти новая рубашка испорчена – довольно широкий разрез на рукаве, испачканном кровью. И лишний порез на теле – это вовсе не то, о чём я мечтал.

Перехватил её тонкую ручку с оружием, развернул так, чтобы она оказалась ко мне спиной. Прижал маленькую злюку к себе и, осторожно, упёр дагу в её горло – припугнуть, дабы не дёргалась. Но мелкая засранка, тут же, двинула мне крепким кожаным ботинком по голени. Ощущения так себе – от боли, я чуть не взвыл, но сдержался.

Сперва отвёл подальше дагу, чтобы случайно её не порезать, резко выкрутил руку, заставив уронить кинжал. Ну а после, развернул неудачливую убийцу к себе лицом, взял за ухо и задрал так, что девчонка взвизгнула, встала на цыпочки, кривясь и шипя от боли, как маленькая, но опасная змейка.

– Вот тебе первый урок: если хочешь кого-нибудь убить, – начал я спокойным, менторским тоном, – не нужно перед этим орать во всё горло. Можешь сделать это позже, уже над трупом, если останется такое желание.

– Да пошёл ты… – зашипела девчонка.

– Ах ты мелкая дрянь! – Раздался рядом возмущённый голос Эбигейл, – желаешь отправиться вслед за своей сестрицей?

Я удивлённо повернулся к ней, собираясь задать вопрос, как услышал новый крик: – Перла! Девочка моя!

Он исходил от грузной дамы, спешащей к нам сквозь толпу. С ней рядом, следовал высокий, пожилой мужчина, с окладистой, огненно-рыжей бородой – похоже, кто-то из местных баронов. Справа от него, торопливо шагала такая же, огненноволосая девушка с тревогой во взгляде.

Но впереди всех, обнажив на ходу шпагу, к нам приближался высокий, темноволосый парень. На вид – чуть помоложе меня, выражение лица которого, было весьма далеко от дружелюбного.

– Немедленно отпусти мою сестру, – как можно более грозно, попытался крикнуть юноша.

– Эби! За спину быстро! – рявкнул я.

На всякий случай, снова повернул девчонку спиной, прижал одной рукой к боку и выставил перед собой дагу – «мало ли что?».

Наши, прозевавшие всё веселье охраннички, наконец-то отдуплились, встали впереди своего господина, обнажив клинки. А вдалеке, сквозь толпу, уже пробивались четверо дружинников этого почтенного семейства.

– Юрген стой! – властно приказал юноше старший мужчина.

По-видимому, отец и глава рода. Парень остановился только перед преграждающими путь, вооружёнными охранниками и гневно уставился на подошедшего отца. Он встал рядом и, хотел было, обратиться ко мне. Но тут, из-за моей спины, высунулась разгневанная физиономия Эбигейл.

– О! Вся семейка пожаловала! – зло кричала она, – хороших же дочерей-убийц вы воспитали, госпожа Орленда!!

И тут же, обратилась ко мне: – Вот, Закария, познакомься! Семейство вир Торнолов, прошу любить и жаловать!

– Что ты несёшь, мерзавка! – визгливым голосом закричала толстуха, и, подслеповато сощурилась, пытаясь рассмотреть Эби, – ты кто такая, откуда знаешь нашу семью?

Глава рода тоже, удивлённо уставился в нашу сторону. Наступила короткая тишина. Но тут раздался спокойный, слегка насмешливый голос, принадлежавший, по-видимому, старшей дочери:

– Мама, это Эбигейл вир Тосвальд. А молодой человек пред ней, у всех на глазах, лапающий мою младшую сестру, похоже, Закария Приз. Да, тот самый, что каким-то невероятным образом захватил оба замка вир Крейвенов, вырезал весь их род, а заодно, пустил под нож и нашу Салли.

Тут эта златовласка, небрежно, словно, отмахнувшись от назойливых комаров отвела клинки охранников и шагнула ко мне, легонько уперевшись красивой, выпирающей из-под корсета грудью, в острие даги. Гордо задрала подбородок и в упор уставилась на меня огромными, ярко-зелёными глазищами.

– Господин Закария! Вы задались целью уничтожить всех женщин рода Торнолов? Тогда, может быть, начнёте с меня, а Перлу пока отпустите? Она ещё не достигла совершеннолетия, не согласитесь ли чуточку подождать? Или вы не делаете разницы между взрослыми и детьми?

Тон её был насмешлив, говорила она довольно обидные вещи, но во взгляде, совершенно не виделось ненависти. Напротив, читался интерес и любопытство, словно она рассматривала необычайно редкое, загадочное существо.

Я немедленно опустил дагу и машинально убрал руку с младшей девицы, которая тут же бросилась, чтобы поднять кинжал. Но её опередила Эби, оказавшаяся ещё шустрее, и подхватила оружие.

– Могу вам поклясться, сударыня: ни я, ни леди вир Тосвальд, не запачкали свои руки кровью ваших сестёр, скорее наоборот. Там, в замке Тосвальд, леди Эбигейл подошла к супруге барона, просто поговорить. У нас не было цели убить Салли, в отличии от её мужа, не стану этого скрывать. Но когда Эбигейл положила ей руку на плечо, та, видимо, испугавшись, нанесла удар кинжалом в шею. Леди Эбигейл выжила лишь чудом, а вашу сестру заколол охранник баронессы. Всё случилось так быстро, я не успел его остановить.

– Эби, это правда? Ведь мы с тобой были, какое-то время, почти подругами, пока наши семьи не рассорились.

– Реджина, ты вспомнила далёкие детские годы, с тех пор много всякого произошло. Но всё сказанное, чистая правда, – она подняла голову и указала на тонкий, едва заметный шрам на шее, – вот, видишь этот шрам? Салли с перепугу, чуть не перерезала мне горло, от уха до уха. Если бы не Зак, я бы сейчас тут не стояла.

Реджина снова глянула на меня – к любопытству теперь примешивалось ещё что-то, не смог понять, что. Вновь заговорила Эби, обратившись к главе рода, показала ему кинжал.

– Барон вир Руперт! Ваша младшая дочь, только что, у всех на глазах пыталась убить Закарию вир Приза! К тому же очень некрасиво, ударом в спину. Вот этим кинжалом.

Старший вир Торнол молчал, почему-то, хмуро глядя на сына. Тот недовольно засопел, взглянул на оружие и пробурчал: – да, это я ей подарил! Но не учил же нападать на людей со спины, посреди бела дня, прямо на главной площади!

Вообще, ситуация для Торнолов, вырисовывалась весьма скверная. Репутация девчонки, да и рода в целом, существенно подпортилась. Но это ещё далеко не всё – покушение на убийство, да таким «подлым» образом, среди бела дня… Ответственность за подобные преступления, тут наступает с двенадцати лет. Так что, для младшенькой, всё может закончиться и вовсе нехорошо – пусть не фатально, но весьма плачевно.

Все взглянули на несостоявшуюся преступницу, которая не выдержала, закрыла лицо руками и разревелась, причитая: – Они убили Салли, а вам наплевать! Вы её ненавидели! Она была лучше вас всех!

Видимо, в этой семейке, как и в любой другой, есть скрытые от посторонних, особые, внутренние взаимоотношения. Кто-то с кем-то более дружен, а с иным, может и враждовать.

Похоже, средняя и младшая дочери, были очень близки, раз уж Перла, решилась на подобную месть. А вот Реджина, видимо, та ещё штучка – с ней нужно ухо востро держать.

– Кхм, господин Закария, – обратился ко мне старший вир Торнол, – может, мы решим это дело миром? Ведь никто не пострадал, в конце концов! Несмотря на то, что вы всё-таки напрямую причастны к смерти моей дочери, я готов с вами договориться.

Заметил, как при этих словах, гневно вскинулись сын и младшая дочь барона, а вот жена, смотрела на меня, едва не с мольбой в глазах. Взгляд старшей дочери был отстранённым, словно речь шла о проблемах чужих людей.

Я немного подумал, взял за руку Эби, которая уже шагнула вперёд и открыла было рот, чтобы сказать какую-то колкость.

– О, вы ранены? – словно только что заметив растекающееся алое пятно на рукаве, с заботой в голосе, произнесла Реджина, – позвольте вам помочь…

Она шагнула ко мне, доставая белоснежный платок, но дорогу ей преградила, словно выросшая из-под земли Эбигейл.

– Не подходи к нему, – натурально змеёй прошипела моя подруга, – без тебя справлюсь!

– Вот даже как… – задумчиво, с лёгкой иронией протянула Реджина, делая шаг назад и подняв ладони перед собой, в примирительном жесте, – не стоит волноваться, я ни на что не претендую! Просто хотела помочь.

Пока Эби возилась, перебинтовывая пустяшную, по сути, рану, я обратился к барону:

– Что же, я готов пойти вам навстречу. Не вижу смысла портить репутацию и в целом, будущее вашей дочери. Мы с баронессой вир Тосвальд, не станем выдвигать никаких претензий роду вир Торнол. Взамен мы требуем полной поддержки меня и леди Эбигейл на этом и всех последующих голосованиях. Род вир Торнол всегда будет поддерживать род вир Тосвальд и вир Приз. Таковы наши условия, на меньшее мы не согласимся.

Наверно на всю площадь было слышно, как скрипнул зубами барон Руперт, а сын с младшей дочерью попытались что-то возразить. Но мать мгновенно отреагировала, залепив им по оплеухе.

– Я принимаю ваши условия… – со вздохом произнёс барон, опустив глаза в землю.

Глава 7

Глава 7 Закария, Вольные Баронства

На самом деле я, конечно, понимал, что ни о каком: «Род вир Торнол всегда будет поддерживать род вир Тосвальд и вир Приз», речь не идёт. Но на ближайшем совете, он нас с Эби, точно поддержит, а большего мне и не нужно. Ведь не случись этого бездарного нападения, его голос на Совете баронов, точно был бы против. Теперь из-за глупейшей выходки этой малолетней истерички, мы получили плюс один голос.

– С вами приятно иметь дело, – широко улыбнулся и кивнул барону на прощание, затем обратился к его старшей дочери: – Леди Реджина, очень рад знакомству. Надеюсь, мы с вами ещё встретимся…

Мой довольный вид и невинный флирт, с приветливо улыбнувшейся мне в ответ, старшей сестрой, окончательно взбесил Юргена. Он и без того, держался из последних сил, чтобы не проткнуть меня шпагой. В этих вопросах, похоже, он полностью поддерживал младшую сестру.

– Отец, как ты можешь с ним о чём-то договариваться? Он же смеётся над нами! Если у тебя не хватает мужества отстоять честь рода, позволь, это сделаю я!

Поборник родовой чести обратился ко мне, яростно сверкая глазами. Пока его не успели остановить родственники, гневно выпалил: – Ты негодяй! Убийца и вор! Я, Юрген вир Торнол, вызываю тебя на поединок до смерти! Призываю всех вокруг в свидетели!

Толстая леди охнула и схватилась за сердце, барон закаменел лицом, сжав кулаки, а обе сестры побледнели, опасливо глядя на меня.

Толпа, стоящая вокруг и жадно впитывающая каждое слово, радостно загудела, предвкушая кровавое зрелище.

К нам протолкались двое стражников. Узнав про намечающуюся дуэль, начали пояснять – где и, при каких условиях, можно провести поединок.

«Где ж вы были, когда меня чуть не прирезали, средь бела дня? Прямо как в моём прежнем мире – стража везде одинаковая…»

Оказалось, совсем рядом, за ближайшими домами нашлась пустая ровная площадка. Распорядителем стал один из стражников, моим секундантом наш охранник, а молодому вир Торнолу, его отец.

Ко мне подошла Эбигейл и вдруг, неожиданно чмокнула меня в щёку.

– На удачу! – нарочито громко произнесла она. – Зак, этот юноша, конечно, тебе не противник. Ты его не мучай, заколи по-быстрому, и пойдём. Я хочу пирожных и ягодного сбитня, тут недалеко отличная кондитерская…

«Ты ж моя умничка! – с уважением подумал я, – тонко всё рассчитала».

Во-первых, я заметил, что после её слов, мать и младшая дочь начали рыдать, барон помрачнел ещё сильнее, даже непробиваемая Реджина, нервно затеребила оборку платья. И главное – шпага в руках моего противника, стала заметно подрагивать.

Во-вторых, такой выходкой, Эбигейл старательно зарабатывает себе репутацию опасной, совершенно безбашенной оторвы. Наверное, надеется так отвадить потенциальных женихов, случись что со мною, но это вряд ли.

Ещё оценил её хладнокровие и выдержку – при всём внешнем спокойствии и беспечности, в глазах читалась сильная тревога за меня.

Я скинул камзол, взял в руки клинки и вышел на ровную, утоптанную площадку. Молодой Юрген встал напротив и, как только распорядитель дал отмашку, начал медленно приближаться, одновременно обходя меня по кругу. Я тоже не стал форсировать события, неспешно пошёл в противоположную сторону, полностью отдав ему инициативу.

Мы закружились, делая короткие, осторожные выпады и, разрывая дистанцию, как только один из нас предпринимал, хоть сколько-нибудь, опасную атаку.

Парень явно меня побаивался, хотя в решительности и благородстве ему не откажешь. Видна даже какая-то школа – наверняка папаша не пожалел денег на учителя фехтования, для наследника рода. Да, он кое-что умеет, не удивлюсь, если даже слывёт одним из лучших молодых фехтовальщиков в округе, и известным дуэлянтом, но куда ему супротив моего опыта.

Ведь одно дело сражаться на аристократических дуэлях до первой крови, с кучей правил и ограничений, против таких же неопытных недорослей, как сам. Когда вокруг, с восторгом, охают юные влюблённые девушки, а все соперники, точно на подбор – честны и благородны.

Совсем иное дело я – у меня за плечами куча схваток с сильными, опытными бойцами: профессиональными наёмниками, дружинниками, герцогскими гвардейцами. Не говорю уже о «живущих с клинка» бретёрах, умертвиях и прочей демонической нечисти.

И этот огромный опыт имеется у совсем молодого человека, что сбивает с толку многих противников. Ведь мы с этим Юргеном, на вид, почти ровесники. Уверен, вызывая меня, он рассчитывал, что как боец, уж точно не хуже, а возможно, и лучше.

Вот теперь пришла пора развеять эти иллюзии. Я немного поднял темп, начал проводить атаки, от которых Юргену пришлось уйти в глухую оборону. Пару раз он попробовал огрызнуться, в результате чего заработал лёгкий укол в левую кисть и выронил дагу.

Толпа вокруг тревожно ахнула, поскольку большинство переживало за местного. Торнолов многие из присутствующих здесь знали, а я для окружающих – пришлый, чужак, которому никто не рад. Ещё на моей стороне были те, чьи семьи не в ладах с их родом. Ну и Эбигейл, само-собой.

Через пару минут, исход стал очевиден. Парень тяжело дышал и затравленно смотрел на меня. Он получил ещё два лёгких ранения, но с обречённостью смертника, всё-таки, продолжал отбиваться. Признаюсь, этот аттракцион давно можно закончить, но в мой план, выработанный по ходу поединка, не входило убивать беднягу.

Таким образом, я готовил его семейку к тому, что собрался вскоре им предложить. И эта «кровавая драма» лишь средство, чтобы сделать их сговорчивее.

Наконец, когда даже последнему идиоту в толпе стало понятно, чем кончится дело, приступил к финальной стадии. Принял его клинок на дагу, закрутил и резким движением вырвал из руки.

Толпа взревела, тучная леди вир Торнол завыла тонким голосом, падая в обморок. Реджина что-то прокричала, сложив руки в молитвенном жесте – похоже, просила богов или меня, пощадить её братца.

Я шагнул к противнику и ударил эфесом даги в лоб. Парень закатил глаза и рухнул, как молодой дуб, подрубленный топором дровосека. Я упёр острие скьявоны ему в грудь и обратился к распорядителю:

– Прежде чем закончить поединок, позвольте кое-что сказать барону?

Получив утвердительный кивок, продолжил: – барон вир Торнол! Мне не хочется убивать вашего сына, но оставить всё так, тоже не справедливо, вы согласны?

– Что вы хотите за жизнь Юргена? – хриплым голосом спросил бледный как мел мужчина.

– Вы задали правильный вопрос… – я оглядел его семью – в глазах троих женщин читалась готовность пойти на всё, ради спасения их сына и брата.

– Вы и ваш наследник немедленно, при свидетелях, принесёте баронессе вир Тосвальд вассальную клятву. Позже оформим её по всем правилам, а пока, достаточно будет вашего слова.

В толпе начался гвалт – где это видано? Чтобы не самый последний род в Вольных Баронствах, принёс вассальную клятву баронессе… женщине… Да что там – какой-то соплюшке, весь род которой, состоит из её одной!! Такого не случалось лет сто, если не больше.

Барон сжал кулаки, неприязненно глядя на меня, но отказываться не спешил. Его тут же окружили дочери и пришедшая в себя супруга. Втроём они что-то втолковывали ему, но как видно, он сам тоже понимал – иного выхода нет, терять наследника рода, было гораздо худшим злом.

– Я согласен, – барон шагнул к Эбигейл и, став на одно колено, прочитал слова клятвы.

Сёстры в это время уже привели в себя неудачливого дуэлянта и теперь объясняли ему, что нужно сделать. Тот попробовал возмутиться, но тучная леди, не стесняясь зрителей, влепила строптивому сыну звонкую пощёчину. Затем схватила за ухо, подтянула к своим губам и что-то зашептала, размахивая перед его носом пухлым кулаком.

Младшая сестра, зашла с другой стороны – хлюпая носом, захныкала, нашёптывая мольбы, бедолаге в свободное ухо.

Мне стало его даже жалко – не хотел бы оказаться в такой ситуации. Как бы он не попросил меня проявить милосердие и добить его.

Зато смотреть на Эби, было одно удовольствие. Такая игра чувств пронеслась перед моими глазами: страх за меня, потом удивление, шок, восторг и наконец, горделиво-величественное лицо – словно королева, снизошедшая до своих подданных.

Всё же кровь имеет значение – во мне нету и сотой доли её врождённой аристократичности, хоть и числюсь тут сыном герцога, а она лишь баронесса.

Когда всё закончилось, я подошёл к барону и тихонько сказал: – Ваша милость, не расстраивайтесь. Во-первых, вам некого винить в случившемся, кроме собственных детей. А во-вторых, могу поклясться: если вы не вздумаете нарушить обязательство, станете честно и добросовестно исполнять ваш вассальный долг, не только не пожалеете об этом, а окажетесь в существенном прибытке. Так же, не могу не предупредить: если вздумаете пакостить, весь ваш род постигнет судьба вир Крейвенов.

– Господин вир Приз, – с некоторым пафосом ответил он: – если уж Торнолы дали слово, они его сдержат, можете не сомневаться!

«Да-да, знаю, чего стоит слово вольного барона, – с усмешкой подумал я, беря под руку, довольную, как накупанный слон баронессу, направляясь в ту самую кондитерскую, – надеюсь, пример его бывшего сюзерена, удержит их семейство от глупостей, а для Эби, какая-никакая, поддержка будет».

Всё дальнейшее пребывание здесь, можно выразить, одним словом – «великолепно». Погуляли, вдоволь отведали сладостей, прошлись по лавкам, где Эби накупила себе всяких, крайне нужных молодым девицам вещей.

Обменялись подарками: я купил девушке цепочку с небольшим кулоном – золото с эмалью, в виде зелёного четырёхлистного клевера. Баронесса же, в ответ, подарила мне кружевной, батистовый платочек. Очень нужная вещь, постоянно их теряю.

Совет Баронов прошёл, что называется, без сучка и задоринки, хотя, конечно, недовольные тоже были. Большей частью из приближённых вир Крейвена и тех, кто уже положил глаз, на занятые мной владения.

Благодаря проделанной работе со старыми друзьями и компаньонами отца Эбигейл, имелся небольшой перевес в нашу пользу. Хотя позиции оставались весьма шаткими – не дай боги, кто-то переметнётся и проголосует против? Неожиданный подарок судьбы, в виде идиотских выходок отпрысков вир Торнола, увеличил наше преимущество. К его голосу добавились ещё два, видимо, совсем мелкие, зависимые от него бароны. Но это нам только на руку – голос есть голос.

В итоге, в Вольных Баронствах появились два новых владетеля, точнее один новый – баронство вир Приз, и баронство вир Тосвальд возвращало себе прежнее название. Все полагающиеся документы нам торжественно вручили после окончания собрания.

***

Король Олластер направлялся в покои принцессы. Предстоящий разговор его слегка тревожил – монарх не знал, каким он будет.

Когда неугомонная троица вернулась из графства Фолент, принц с Настей устроили грандиозный скандал, прямо на малом Королевском совете, закончившийся потрясающим разоблачением.

Милодоры с ними не было. Сославшись на усталость, она сразу отправилась в свои покои, откуда предпочитала выходить как можно реже.

Когда же Олластер узнал, что дочь теперь здорова – её полностью излечил непонятный, загадочный юноша, от радости, он едва не запрыгал. Но как-то странно и скомкано об этом рассказывал Джером, будто о чём-то недоговаривал.

Графиня вер Фолент тоже, неловко отводила глаза, сообщив, что они с принцем не маги, и не могут пояснить некоторые детали. Милодоре, дескать, необходимо создать атмосферу любви и заботы, а также, со всей деликатностью и учтивостью, осмотреть придворному лекарю и магу.

Когда ему доложили о результатах осмотра, ощущения были похлеще ушата ледяной воды за шиворот.

– Ваше величество, всё просто прекрасно, – бодро докладывал румяный Королевский лекарь, – телесному здоровью принцессы теперь ничего не угрожает!

– Вергилий! Что-то вы недоговариваете? – опытный политик, он на слух уловил некую фальшь в словах лекаря.

– Ваше величество, дело в том, что принцесса… Эээ… немного грустит из-за такой кардинальной перемены в её магическом Ядре, – забегал глазами Вергилий Трант, – но это уже сфера моего уважаемого коллеги…

– Мистериус, в чём там дело? – король перевёл взгляд на придворного мага.

– Дело в том, мой дорогой Олластер, что твоя дочь, просто чудом осталась жива. Не знаю, кем был тот, кто её спас, но я готов взять у него несколько уроков. Не совсем понял весь процесс, такое впечатление, что он смог создать заново её Магическое Ядро. Вот только Огневичкой ей больше не бывать.

– В каком смысле? – король хоть одарённым не был, но в основах магии разбирался. – И кто же она теперь? Какое направление?

– Её Энергия отныне Фиолетового спектра, – маг с прищуром посмотрел на вытянувшееся лицо монарха. – Что мы будем с этим делать, мой дорогой Олластер?

– Какой ужас… – произнёс король, когда отошёл от шока, – это не опасно для неё? Такая перемена стихии?

– В магическом смысле, всё превосходно! Сделавший это, провёл просто филигранную работу! – Мистериус даже причмокнул губами в восхищении, – Ядро функционирует стабильно, Резерв весьма хороший! У твоей дочери все задатки очень сильной Некромантки!

Потрясённый король, пытался переварить свалившуюся на него новость, но получалось пока неважно.

– Великие Боги, какая издёвка судьбы! Милодора ведь с детства их на дух не переносила и даже боялась… ещё старый король, мой отец, со своими историями… Любил он рассказывать всякие страсти про Запретных магов.

– А вот тут, действительно, есть проблема, – Маг сурово глянул на лекаря, – и лежит она не в области магии, а в душевном состоянии принцессы.

– Что это значит? – спросил король.

– Она не желает принимать себя такой, какая она теперь, – со вздохом ответил лекарь, – от чего находится в угнетённом состоянии духа. Вялость, апатия, и в, общем – отсутствие интереса к жизни. Но я надеюсь, со временем это пройдёт. Даю ей укрепляющие зелья, бодрящие эликсиры…

– Которые наша умная девочка, по-тихому, выливает в ночную вазу? – не удержался от язвительного замечания Архимаг.

– Киневард, прекратите! – взвился толстячок-лекарь, – вы не хуже моего знаете, что душевное здоровье – слишком тонкая область, простым лечением тут не помочь! А рекомендовать вмешательство менталиста, я тоже не могу – возможны непредвиденные последствия, вплоть до самых плачевных.

– Но что-то же делать нужно? – король устало потёр лицо, как помочь моей девочке?

– Прежде всего, ей требуется любовь близких людей. Надо показать, что она вовсе не чудовище, и новый Дар – это не проклятье, а вполне…

– Чудовище? Проклятье… Вергилий, что вы несёте?! Кто посмеет сказать такую дерзость принцессе?

– Увы, Ваше Величество, это не мои слова, – лекарь опустил голову, – принцесса Милодора сама о себе говорит в подобном тоне. Потому и рекомендую всем близким, тем, чьё мнение имеет для неё вес, проявить максимум сочувствия и разубедить её в этом.

– Я так думаю, Ваше Величество, – Архимаг встал с кресла и подошёл к окну, – необходимо отвлечь нашу девочку от дурных мыслей. Найти ей учителя, который сможет убедить, что Некромантия – такой же раздел магии, как и прочие. Да, со своими особенностями, но всё же… Милодора прилежная ученица, она с удовольствием проходила у меня обучение. Жаль, что теперь я не смогу быть ей полезен, тут нужен иной наставник.

– И где же его взять? У нас нет Архимага Фиолетовой Силы, – озадачился Олластер.

– Так прикажи найти того молодого мага, который спас принцессу! Клянусь своей седой бородой – я сяду рядом с Милодорой и стану со всем прилежанием обучаться этому искусству! Я, как Архимаг, обязан иметь представление об всех аспектах магии. – Мистериус вдруг округлил глаза, словно поймал какую-то мысль и повернулся к королю: – Олластер! Интересно узнать, у кого же тогда учился этот парень?

Король задумчиво потёр лоб, – это… это, что же получается? Теперь придётся срочно менять старый закон о запрете Некромантии… А тебе, Киневард, устраивать перестановки и расширять королевский Совет Магов?

– Не стоит так спешить. Сначала нужно отыскать этого юношу. Не думаю, что он жаждет попасть в руки твоих любителей разводить костры на площадях. Естественно, он их боится, потому и скрылся. Опасается, что вместо награды, получит мучительную смерть.

– Да, я распоряжусь, негласно, начать розыск этого некроманта. Неплохо было бы, как-то сообщить, что мы не желаем ему зла. Напротив, собираемся щедро одарить и готовы к сотрудничеству, – закивал король. – Хорошо! Приказываю: всё надлежащим образом обдумать, и жду вас с предложениями, в начале следующей седмицы.

Проводив их взглядом, король ещё немного посидел, собираясь с мыслями. Затем медленно поднялся и направился в покои дочери, пытаясь на ходу продумать, как начать этот нелёгкий разговор.

Глава 8

Глава 8 Король Олластер, Милодора Королевский дворец, г

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.