Сьюзен Нолен-Хексема
Женщины, которые слишком много думают: как перестать зацикливаться на негативных мыслях и начать спать спокойно

Susan Nolen-Hoeksema

WOMEN WHO THINK TOO MUCH:

How to Break Free of Overthinking and Reclaim Your Life

Copyright © 2003 by Susan Nolen-Hoeksema.

All rights reserved. Printed in the United States of America.

For information, address St. Martin’s Press, 175 Fift h Avenue, New York, N.Y. 10010.

© Т. Новикова, перевод на русский язык, 2025

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2025

* * *

Часть I
Эпидемия зацикленности

Что такое зацикленность и откуда она берется? В первой части поговорим о зацикленности и ее негативных последствиях. Я расскажу о нескольких причинах зацикленности, особенно у женщин.

1.
Что не так с зацикленностью?

За последние сорок лет женщинам открылись беспрецедентные возможности. Мы получили невероятную независимость: стали свободнее в выборе отношений, в том, когда иметь детей и иметь ли их вообще. Мы сами выбираем карьеру и образ жизни. Прежние поколения об этом и мечтать не могли. Развитие медицины сделало нас здоровее и продлило жизнь. У нас есть все основания быть счастливыми и уверенными в себе.

Однако, когда повседневные дела заканчиваются, многих захлестывают тревоги, навязчивые мысли и эмоции, не поддающиеся контролю и напрочь лишающие сил и энергии. Мы страдаем от эпидемии зацикленности – захлебываемся от негативных мыслей и эмоций, которые нас подавляют и мешают нормальной жизни и благополучию. Тревожимся из-за фундаментальных проблем. Кто я? Как я распоряжаюсь своей жизнью? Что обо мне думают другие? Почему я не могу быть счастливой и спокойной? Ответить легко и быстро невозможно, мы начинаем размышлять и тревожиться еще сильнее. Когда настроение окончательно омрачается, появляются новые тревоги, большие и малые. Не принимает ли мой сын наркотики? Почему я до сих пор не бросила ненавистную работу? Как вернуть интерес и любовь мужа? Почему не удается спокойно поговорить с мамой? Мысли накапливаются, как снежный ком, и пагубно влияют на настроение. Однако мы редко приходим к каким-то выводам.

Даже незначительные события могут на несколько часов, а то и дней выбить нас из колеи. Мы просто не способны избавиться от мыслей. Начальник сделал саркастическое замечание, и вы несколько дней думаете, что он имел в виду, терзаетесь чувствами вины и стыда. Подруга сказала, что вы набрали вес, и вы размышляете, как выглядите, злитесь на нечуткую подругу. Муж слишком устал на работе и вечером отказался от секса, а вы всю ночь крутите мысль, что это означает для вашего брака.

Эпидемия негативной медитации – болезнь, от которой чаще страдают женщины, чем мужчины. Мои исследования снова и снова показывают: женщины сильнее мужчин подвержены зацикленности, у них это длится дольше[1]. Возьмем, к примеру, Веронику. Ей двадцать семь лет, у нее рыжие волосы и красивые карие глаза. Она не работает и воспитывает детей. Она обожает своих близнецов и занимается общественной работой, которая, по ее мнению, идет на пользу ее малышам и другим детям города. Однако когда она не учит их плавать или не сидит на собрании, посвященном сбору средств для общественных целей, или не занимается чем-то еще, то погружается в пучину негативных мыслей и тревог. Это мы называем «зацикленностью».

Что со мной происходит? Я никогда не бываю полностью удовлетворена собственными действиями. Я просто соглашаюсь участвовать в работе разных комитетов и ищу занятия для своих детей. При этом ничто не кажется правильным. Что не так с моей жизнью? Может, дело в гормонах? Только это длится целый месяц. Не знаю, может, я сделала неправильный жизненный выбор. Я говорю, что мне нравится заниматься воспитанием детей и не работать, но так ли это на самом деле? Ценит ли Рик то, что я делаю для наших детей?

По мере нарастания кома негативных мыслей Вероника переходит к размышлениям о собственном весе, о браке и о жизни до материнства.

Из-за беременности я поправилась, мне никогда не похудеть. Я обречена всю жизнь иметь семь лишних килограммов, а с годами ситуация лишь ухудшится. Вдруг Рик встретит на работе молодую, красивую девицу и разлюбит меня? Как я одна буду воспитывать двойняшек? Смогу ли когда-нибудь вернуться на хорошую работу? Я и до рождения детей не отличалась высокой квалификацией. Мне никогда не нравилась моя работа, и начальник меня не любил.

Женщины способны негативно думать о чем угодно и обо всем: о внешности, семье, карьере, здоровье. Нам часто кажется, будто подобные мысли – неотъемлемая часть женской жизни. Это отражение нашей заботы о близких и самих себе. Отчасти действительно так, но зацикленность токсична для женщин. Она влияет на способность и мотивацию решения проблем; отталкивает друзей и близких; может разрушить эмоциональное здоровье. Женщины вдвое чаще мужчин страдают от тяжелой депрессии и тревожных расстройств, и одна из главных причин – склонность к зацикленности.

Мы не должны так жить. Можно преодолеть эпидемию эмоциональной сверхчувствительности и чрезмерного непостоянства. Можно научиться распознавать и адекватно выражать испытываемые эмоции. Можно держать их под разумным контролем и эффективно справляться с тревожащими нас ситуациями. Мы способны сохранять спокойствие и эффективность в ситуации конфликта, смятения, трагедии и хаоса. Мы можем уверенно выдержать самые сильные бури и стать хозяйками собственной эмоциональной жизни.

Спасение от зацикленности

Пытаться преодолеть зацикленность – все равно что пытаться выбраться из зыбучих песков. Первый шаг к свободе – избавление от груза мыслей, чтобы они перестали тянуть вас вглубь и не утопили окончательно. Второй шаг – переход на более высокий уровень, откуда все видно отчетливее и где можно правильно выбрать направление на будущее. Третий шаг – умение не попасть в ловушку повторно. Я расскажу о практических приемах выполнения этих шагов. Хотя некоторые приходят к ним самостоятельно.

Дженни – биржевой брокер из Нью-Йорка. Ей тридцать два года. Весь последний год Дженни встречалась с симпатичным ботаником Шоном. Он работал в государственном агентстве защиты окружающей среды. У них есть несколько общих друзей, им нравится приглашать гостей на ужин. Обычно это происходит в небольшой квартирке Шона на окраине города. В пятницу молодой человек пригласил нескольких друзей на ужин и спросил Дженни, не сможет ли она прийти на пару часов пораньше, чтобы помочь с готовкой. Женщина с радостью согласилась, однако в тот день пришлось работать с клиентами до шести вечера. Около трех часов Дженни позвонила Шону сказать, что немного опоздает. И так закопалась в счетах, что потеряла счет времени. Когда взглянула на часы, было уже 16:45 – гости должны были прийти через сорок пять минут, а дорога до квартиры занимала не меньше получаса. Когда Дженни, запыхавшись, взбежала по лестнице, было 18:17. Она сразу почувствовала, что Шон холоден как лед. Когда гости ушли, он высказал все, что о ней думает: что она слишком занята карьерой, эгоистична и не думает о других. Дженни знала, что Шон обидится на опоздание, однако он оказался злее, чем она ожидала. Шон кричал на нее добрых полчаса. В конце концов она ушла, хлопнув дверью.

Всю ночь Дженни обдумывала ссору, возвращалась к ней снова и снова. Женщина поверить не могла, что Шон способен говорить столь ужасные вещи. Она снова и снова вспоминала его слова, придумывала саркастические ответы и припоминала ситуации, в которых молодой человек ее разочаровывал.

Он перешел все границы. Назвал меня эгоистичной карьеристкой! А я вовсе не эгоистка. Он даже не представляет, сколько у меня работы, да ему и дела до этого нет. Это Шон эгоист – приглашает людей, когда я занята. Он думает лишь о себе и своих развлечениях. Я должна была сказать, что у него истерика. Это вернуло бы его в чувство!

В итоге Дженни заснула, но утром проснулась с теми же мыслями. Тело было напряжено, мысли становились все более навязчивыми. Наконец, она поняла: «Я постоянно возвращаюсь к одному и тому же. Это ни к чему не приведет. Нужно избавиться от этих мыслей». Она отправилась на пробежку вдоль реки, чтобы расслабиться и поднять себе настроение. Вернувшись домой, вновь задумалась о ссоре. Она понимала, отчасти Шон прав, но стало ясно, что в пылу ссоры мужчина многое преувеличил. Эти отношения важны для нее, не хотелось, чтобы эта ссора или ее реакция разрушили их.

Дженни подумала о том, что хотела сказать Шону: что любит его, что не собиралась его огорчать и очень расстроена из-за обвинений. А потом подумала, какой может быть реакция Шона. Через какое-то время она задумалась, как он был несправедлив, устроив конфликт. Почувствовав, что мысли и чувства затягивают ее на опасную территорию, Дженни решила чем-нибудь заняться, чтобы отвлечься, а потом вновь подумать, что сказать. Она позвонила подруге, чтобы та ее морально поддержала. После разговора вернулась к списку и решила набрать Шону. Настроение улучшилось, мысли стали четкими. Удалось и сказать все, что хотела (в том числе и то, что тот перегнул палку), и спокойно его выслушать. Они поговорили и назначили свидание на следующий вечер.

Реакция на ссору началась неважно – гнев и огорчение нарастали по мере того, как она вспоминала его слова и свои ответы. Если бы Дженни продолжала в этом духе, разозлилась бы еще больше и наговорила ужасных вещей, которые могли бы серьезно испортить, а то и разрушить отношения.

Однако ей удалось эффективно справиться с конфликтом, используя разные приемы избавления от раздраженных мыслей. Она поднялась над ними и разработала эффективный план преодоления конфликта без перехода к эскалации. Дженни избавилась от начального негатива, дав себе отдых. Женщина использовала здоровое, активное отвлечение – бег. Разум избавился от негативных мыслей. Она перешла на более высокий уровень, поднявшись над мелочами – деталями, что сказал он и что ответила она. Дженни сосредоточилась на главной цели: сохранение отношений и поиск способов их восстановления. Женщина заметила собственную зацикленность и активно остановила процесс, вырвавшись из мыслей через новую активность.

Мои исследования за последние двадцать лет показали: важнейший компонент здоровой жизни – преодоление негативных эмоций. Мы не должны позволять им управлять нами и ухудшать результаты наших усилий. Негативные эмоции сильно влияют на мысли и поступки. Когда вам грустно, мозг получает доступ к печальным мыслям и воспоминаниям, вы склонны истолковывать текущие обстоятельства в более печальном смысле. И начинаете действовать более вяло, мотивация ослабевает, труднее концентрироваться, принимать решения, выполнять работу. Короче говоря, если дать грусти волю и не попытаться ее победить, это верный путь к безнадежности, неприятию самого себя и апатии.

То же происходит, когда вы тревожитесь: во всем видите угрозу, в том числе и там, где ее нет. Кажется, будто вы больны раком или муж вам изменяет. Разум мечется от одной мысли к другой. Трудно сосредоточиться на них достаточно долго, чтобы правильно понять дальнейшие шаги: дрожат руки, болит живот, сердцебиение учащается. Вы начинаете действовать импульсивно или погружаетесь в бездействие из-за страха. Когда вы не в состоянии справиться с тревогой, и это чувство нарастает, возникает хроническое возбуждение, выматывающее тело и душу и не позволяющее справляться даже не с самыми сложными ситуациями.

Зациклившись на печальных, тревожных или злобных мыслях, вы целиком сосредоточиваетесь на том, что создано вашим настроением. Вы снова и снова возвращаетесь к этим мыслям, воспринимаете их слишком серьезно и позволяете влиять на решения. Негативные убеждения и неправильные поступки могут разрушить жизнь, пагубно сказаться на психическом благополучии, физическом здоровье и способности справляться с повседневными делами и обязанностями.

Однако нарастание снежного кома подобных мыслей можно остановить и вернуть контроль над ними. Во второй части книги я расскажу о полезных практических приемах. Я разбила их на группы:

• первые помогают избавиться от зацикленности;

• вторые помогают подняться над этими мыслями, обрести четкость мышления и сделать правильный выбор;

• третьи помогают избежать зацикленности в будущем.

Женщины фиксируются на самых разных ситуациях, в том числе на утрате и травме, конкуренции и успехе в работе, прошлом, конфликтах с окружающими, а также на сексуальном и романтическом удовлетворении. В каждой мысли становятся навязчивыми, ведь они связаны с тревогами, лежащими в основе нашего самовосприятия и важных для нас отношений. Трудно понять, как и почему подобных мыслей следует избегать. И каждый раз зацикленность мешает справляться с проблемами, снижает самооценку и ведет к неразумным решениям. В третьей части поговорим об этих и других распространенных ситуациях, а также об эффективных приемах борьбы с мыслями и тревогами.

Что же такое зацикленность?

Вы снова и снова возвращаетесь к негативным мыслям и чувствам, анализируете их, крутите в голове, мнете, словно тесто. Вот вы начали думать о недавнем конфликте с подругой: «Как она могла мне такое сказать? Что она имела в виду? Как реагировать?» Иногда удается быстро ответить на эти вопросы: она была в плохом настроении, ведет себя так со всеми, нужно просто забыть об этом или сказать, что мне это не нравится, – и спокойно жить дальше.

Однако в состоянии зацикленности данные вопросы ведут к новым вопросам. Я называю это дрожжевым эффектом. Есть ли у меня основания злиться? А если я не смогу ей все высказать? Что она подумает обо мне? Дрожжевое тесто от вымешивания увеличивается в объеме – так и наши негативные мысли накапливаются, растут и начинают занимать все свободное место в разуме. Поначалу мы думаем о конкретном событии, потом мысли распространяются на иные события и жизненные ситуации, а также на серьезные жизненные вопросы. Со временем они становятся все более и более негативными: «Если я не могу справиться с подобными конфликтами, мне точно не по силам конфликтовать с начальником на работе»; «Об меня постоянно вытирают ноги, мне это не нравится, но я слишком слаба, чтобы что-то сделать. Один раз я попыталась высказаться, но это выглядело глупо»; «Родители никогда не учили меня управлять собственным гневом. Они с собственным гневом-то не справлялись».

Фрэнни – дочь итальянских иммигрантов. Ей пятьдесять пять лет. Она давно разведена, очень красива, но дрожжевой эффект влияет на ее жизнь. Зацикленность часто начинается с мыслей о работе – она ландшафтный дизайнер. У нее много богатых и требовательных клиентов, и женщина волнуется, понравится ли им результат ее работы. В очередном сильнейшем приступе зацикленности Фрэнни начала раздумывать о недавнем разговоре с одним из клиентов.

Я не была достаточно убедительна, излагая свои идеи. Следовало нажать сильнее. Его возражения были глупы, но я отступила. Он сказал, что наши разногласия «решаемы». Что он имел в виду? Почему я не спросила об этом? Порой я становлюсь настоящим нытиком!

Затем перешла к воспоминаниям о разногласиях с другими клиентами:

А тот парень назвал мои планы «скучными». Что он знал? Как я могла позволить ему остаться с этим мнением? Потом же принял мои планы. Он просто разминался на мне.

Многим клиентам планы Фрэнни нравились, а она постоянно возвращалась к дурным воспоминаниям, не к хорошим. Если поток негативных мыслей не останавливался, она переходила к размышлениям об отношениях с Эндрю, симпатичным иммигрантом из Армении. Он добился большого успеха – владелец сети роскошных вегетарианских ресторанов. И всегда был готов пошутить или сострить, чтобы понравиться клиентам. Фрэнни влюбилась в Эндрю, однако постоянно волновалась, что он на самом деле о ней думает:

Он мог заполучить любую женщину – одинокую или замужнюю. Ведь он красив, богат и очень интересен. Не могу поверить, какой дурой я была в последние выходные. Мы должны были наслаждаться прогулкой на яхте. Но я слишком много выпила и обгорела на солнце. Наверное, выставила себя полной идиоткой, когда ходила, шатаясь, и что-то бормотала. Я безобразно выглядела в глазах его друзей!

От мыслей об Эндрю Фрэнни перейдет к мыслям о собственной сексуальной привлекательности, здоровье и двадцатилетнем сыне. В этих сферах жизни немало позитивного – она недавно побывала у врача и убедилась, что со здоровьем все нормально, а с сыном они прекрасно поужинали на прошлой неделе. Однако по большей части Фрэнни сосредоточена на негативе – у ее матери лейкемия, сама она пару дней назад не испытала оргазма с Эндрю, а сын, похоже, слишком много пьет. От одной мысли Фрэнни переходит к другой – кажется, они связаны друг с другом. И ни одна проблема не находит разрешения. Такая «дрожжевая» зацикленность причиняет боль и буквально парализует. Если так будет продолжаться, Фрэнни может разрушить отношения и собственную карьеру, а это приведет к проблемам со здоровьем. Однако Фрэнни сумела выбраться из болезненной ситуации и улучшить качество жизни с помощью тех же простых приемов, что и Дженни.

Типы зацикленности

Существует три основных типа. Для некоторых характерен какой-то один, у многих проявляются все три.

1. ЗАЦИКЛЕННОСТЬ В СТИЛЕ «РВАТЬ И МЕТАТЬ»

Наиболее распространенный тип, когда мы думаем о том, как несправедливо и плохо с нами поступили. Мы страдаем от ощущения уязвленной праведности и планируем месть, которая больно ударит по нашим обидчикам.

Они отклонили мое заявление о поступлении в университет. Просто поверить не могу! У меня знаний больше, чем у многих! Уверен, детей своих выпускников они принимают, не глядя на оценки! Я так старался, делал все, что мог! Я заслужил поступление! Эти люди не ведают, что творят! Или поддаются предубеждениям! Я засужу всех!

Возможно, мы правы, а обидчики нет. Но такая зацикленность ведет к превращению их в страшных злодеев и к нежеланию увидеть «другую сторону». Могут последовать импульсивные поступки в отношении людей, что обычно кончается плохо для всех. Вы можете оказаться втянутым в дорогостоящий и безнадежный иск или даже подвергнуться физическому насилию.

2. ЗАЦИКЛЕННОСТЬ ТИПА «АНАЛИЗ СОБСТВЕННОЙ ЖИЗНИ»

Все начинается вполне невинно – мы замечаем собственные негативные чувства или вспоминаем недавнее событие. А потом начинаем анализировать возможные причины.

Возможно, я подавлена, поскольку у меня нет друзей. Или не похудела в этом месяце. Или из-за всего, что произошло в моем прошлом. Может, я злюсь, потому что меня обошли на работе. Или мама постоянно делает замечания. А может, потому что моя жизнь совсем не такова, какой я хотела бы ее видеть.

Когда мы зациклены, подобные предположения кажутся весьма вероятными. Мы принимаем придуманные нами же объяснения, считая наиболее возможными самые драматические.

К сожалению, зацикленность порой ведет к тому, что мы считаем реальными проблемы несуществующие или не настолько серьезные, какими они рисуются в воображении. В ситуации зацикленности трудности воображаемые начинают жить собственной жизнью. И это порой заставляет принимать неправильные решения. Мы вступаем в конфликты, бросаем работу или учебу, отказываемся от общения, поддаемся дурному настроению и лелеем собственные преувеличенные тревоги и беспокойства.

3. ХАОТИЧНАЯ ЗАЦИКЛЕННОСИТЬ

Мы не переходим от одной проблемы к другой, а думаем обо всех одновременно, несмотря на то что многие не связаны друг с другом.

Я не справляюсь с напряженностью собственной работы. Я абсолютно подавлена. Я плохо работаю и заслуживаю увольнения. На следующей неделе Джо снова едет в командировку. У него слишком много командировок, а мы с детьми одни. Работа для него важнее семьи. Но я не могу ему этого сказать. А вдруг он постоянно ездит по командировкам, потому что больше меня не любит? Моя жизнь разбита. Совсем. Я не знаю, что делать.

Хаотичная зацикленность особенно неприятна, поскольку мы не можем точно понять, что чувствуем или думаем, – мы просто подавлены мыслями и чувствами, которые нас дезориентируют и часто заставляют умолкнуть или бежать прочь. Те, кто пытается заглушить зацикленность алкоголем или наркотиками, хотят утопить навязчивые, сумбурные мысли, потому что не могут сосредоточиться на чем-то одном из-за настоящего вала негатива.

Проанализируйте свой потенциал зацикленности

В ходе исследований для оценки склонности людей к зацикленности и повторяющемуся негативу я использовала короткую анкету. Попробуйте проанализировать себя, чтобы определить собственный потенциал зацикленности.

Зациклена ли я?

Как вы реагируете на негативные чувства – печаль, тоску, нервозность? Каждую приведенную ниже реакцию оцените следующим образом: «никогда или почти никогда», «иногда», «часто», «всегда или почти всегда». Оцените свои обычные поступки в состоянии негатива, а не то, как должны были бы поступить.

1. Я думаю о том, как я одинока.

2. Я думаю о своей усталости и раздражении.

3. Я думаю, как тяжело мне сосредоточиться.

4. Я думаю о том, насколько я пассивна и немотивированна.

5. Я думаю: «Почему у меня ничего не получается?»

6. Я снова и снова возвращаюсь к произошедшему, думая, что нужно было поступить иначе.

7. Я думаю о своей печали и тревожности.

8. Я думаю о своих недостатках, промахах, ошибках.

9. Я думаю, что не в состоянии ничего сделать.

Я думаю: «Почему я не сумела справиться лучше?»

Если все ответы «никогда или почти никогда» или есть несколько «иногда», мои поздравления! У вас превосходная стратегия борьбы с зацикленностью. Если много «часто» или «всегда», вы склонны к зацикленности на чувствах и собственной жизни. Нужно учиться эффективно управлять своей эмоциональной жизнью.

Чем зацикленность не является

Мы часто путаем зацикленность с обычным беспокойством. В ситуации беспокойства думаем о том, что может произойти: а если я выскажусь неправильно? Если не смогу хорошо окончить школу? Вдруг свидание пройдет неудачно? Беспокойство ведет к значительным тратам энергии на размышления, что может пойти не так, что нужно было сделать и что не получилось.

Зацикленность – квинтэссенция беспокойства и даже более. Чаще всего мы фииксируемся не на том, что может произойти в будущем, а на произошедшем в прошлом – на уже случившихся событиях, поступках, ситуациях, которые должны были произойти иначе. При беспокойстве мы считаем, что плохое может произойти в будущем. При зацикленности абсолютно уверены, что плохое уже произошло. Через какое-то время вы полностью уверены, что у вас посредственная работа, брак рушится, друзья вас не любят, а вы сама – не тот человек, каким должны быть.

Однако это не синоним обсессивно-компульсивного расстройства (ОКР). У людей с ОКР присутствуют навязчивые мысли, обычно связанные с внешними ситуациями или событиями. Такие люди воспринимают свои мысли как чуждые и нежелательные – например, о вирусах и бактериях. Человек с ОКР может считать, будто все, чего он касается, загрязнено. И тогда он идет на многое, чтобы ничего не касаться голыми руками: моет их по сотне раз на дню, хотя это не избавляет от мысли, что руки грязные и заражены бактериями. Люди с ОКР сомневаются в конкретных поступках, совершенных или нет. Выключила ли я плиту? Закрыла ли окно? А вдруг я кого-то сбила и даже не заметила? Людям без ОКР подобные мысли кажутся странными. Конечно, невозможно кого-то сбить и не заметить. Конечно, окно закрыто, да и проверено это было раз десять. Люди без ОКР (в том числе страдающие зацикленностью) с легкостью отмахиваются от этого. Но людям с ОКР избавиться от сомнений тяжело, иногда – невозможно. Они не способны прогнать навязчивые мысли, которые обычным людям кажутся совершенно тривиальными.

И, наконец, зацикленность – это не «глубокие раздумья». Когда я беседую с клиентами о зацикленности, мне часто говорят: «Разве это плохо – осознавать свои эмоции и серьезные проблемы, стоящие за ними? Не являются ли обычные люди поверхностными, не готовыми разбираться со своими проблемами и прошлым?»

Временами негативные эмоции действительно открывают проблемы, о которых мы не задумывались. Множество психологических исследований показывает: те, кто хронически блокирует негативные чувства и мысли (этот процесс часто называют «подавлением» или «супрессией»), страдают от негативных последствий, в том числе для физического благополучия. Хроническое подавление ведет к повышению давления и болезням сердечно-сосудистой системы, а то и к иммунным расстройствам. Лечение супрессии – серьезное восприятие негативных эмоций и признаков конфликтов, с которыми мы не сумели эффективно справиться. Такой самоанализ – процесс здоровый, ведущий к более счастливой жизни.

Однако негативные эмоции не всегда ведут нас к истинным и глубинным тревогам. Вместо того чтобы распахнуть окно, они дают кривое зеркало, где мир предстает в искаженном, узком виде. Я называю это «эффектом искаженного объектива». Мы смотрим сквозь него, но видим не истинную реальность прошлого и настоящего, а лишь то, что заставляет нас замечать негативное настроение – события прошлого, стороны настоящего, все то, что может пойти не так в будущем. «Посмотри на это ужасное событие! – говорит нам подобное настроение. – И на эту кошмарную ситуацию! Но не обращай внимания на позитивную сторону!» Вот как описывает это пятидесятилетняя официантка из Бруклина Сэнди:

Как только настроение слегка ухудшается, я испытываю три-четыре чувства. Разум мгновенно сосредоточивается именно на них. Думаю, что хочу иметь больше друзей и более широкую сеть поддержки. Когда мне хорошо, я вообще о таком не думаю.

Зациклившись, вы смотрите сквозь искаженный объектив своего негативного настроения и двигаетесь по ярко освещенным путям собственного мозга прямо к негативным узлам. Настроение соединяет все эти пути, поэтому, покинув один узел, вы тут же выходите на новый ярко освещенный путь, ведущий к следующему. Начинаете думать о ссоре с сыном и тут же переходите к размышлениям о своем скверном характере и неспособности с ним справиться. Затем – о плохом характере отца и считаете собственное детство нестабильным. Оно мгновенно связывается с нестабильной карьерой, а мысли о ней ведут к воспоминаниям о череде некомпетентных начальников. Очень скоро накапливается огромный груз негативных воспоминаний, мыслей и ожиданий. Опираясь на них, можно принять ужасные решения.

Да, люди зацикленные думают о важных проблемах: о смысле жизни, собственной человеческой ценности, будущем важных для себя отношений. Однако размышления окрашены негативным настроением, что ведет к искаженному восприятию проблем.

Когда мы начинаем распознавать зацикленность и применять стратегии борьбы с ней, разум освобождается и начинает разбираться с серьезными трудностями более осмысленно и эффективно.

Эффекты высшей лиги

Мои выводы основываются на десятках исследований, проведенных мною за последние двадцать лет. В них принимали участие люди из самых разных сфер жизни. Итак, зацикленность:

• Осложняет жизнь – стрессы кажутся сильнее, мы реже находим разумные решения проблем и чаще реагируем на стрессы чрезмерно интенсивно.

• Вредит отношениям – мы раздражаем других людей, они могут бросить нас; трудно понять, что сделать, чтобы улучшить отношения.

• Может привести к серьезным психическим расстройствам – депрессии, чрезмерной тревожности и алкоголизму.

Одно из ранних исследований, проведенных автором в бытность профессором Стэнфордского университета, показало сильное влияние зацикленности на реакцию людей на травматическое событие. Возможно, вы помните сильнейшее землетрясение 1989 года, которое произошло в Сан-Франциско в октябре, во время игры на кубок между «Оклендские А» и «Сан-Франциско Джайентс». Оно оказалось самым сильным с 1906 года. Погибло 62 человека, 3757 человек получили ранения и 12 000 остались без крова. Повреждено было более 18 000 домов и 2575 промышленных зданий. В Окленде верхний уровень эстакады рухнул на нижний, убив множество людей. В районе Марина начался пожар, который не удавалось потушить несколько часов. Упала секция моста Бэй-Бридж, соединяющего Сан-Франциско с Ист-Бэй, и полностью перекрыла движение.

Землетрясение вызвало печальные и негативные чувства у многих. В СМИ неделями выходили снимки горящих домов в Марине, раненых людей на улицах в день стихийного бедствия, машины, которые чуть не свалились в океан во время разрушения моста; статьи о зданиях, неожиданно рухнувших спустя несколько дней после землетрясения. Почти у каждого жителя города были воспоминания о катастрофе – кто-то ранен, лишился жилья и собственности, у кого-то серьезно пострадали родные и друзья.

Мне посчастливилось вести исследования зацикленности и степени депрессии и тревожности за несколько дней до землетрясения. В них приняли участие около двухсот студентов университета. Мы с моей выпускницей и помощницей Дженной Морроу быстро поняли: стоило бы вновь опросить участников, чтобы понять, могли ли их ответы предсказать эмоциональную реакцию на природную катастрофу.

Примерно через десять дней после землетрясения мы нашли 137 участников первого исследования и попросили ответить на новые вопросы. В том числе расспрашивали о землетрясении. Были ли они ранены? Потеряли ли какую-то собственность? Произошло ли что-то дурное с их родственниками и друзьями? Мы полагали, что те, кто испытал более сильный стресс, имеют больше оснований для депрессии, поэтому нужно было оценить степень стресса. Затем опросили этих же студентов в декабре, спустя семь недель после, чтобы понять, действительно ли люди зацикленные подавлены сильнее.

Хроническая зацикленность правда предсказала и краткосрочные, и долгосрочные депрессивные реакции на землетрясение[2]. Студенты, склонные к зацикленности до него, были сильнее подавлены и спустя десять дней, и через семь недель после, вне зависимости от степени депрессии до катастрофы и стресса из-за землетрясения. Кроме того, демонстрировали больше симптомов посттравматического стрессового расстройства: тревожность, отстраненность, постоянные поиски опасности.

Восемнадцатилетняя азиатка Джилл, миниатюрная и худенькая, была склонна к зацикленности. В день землетрясения она находилась в общежитии вместе с соседкой. Они беседовали о предстоящих экзаменах и о преподавателе химии, который, как говорили, «выпалывал» студентов после первого же экзамена. Их комната оказалась самым безопасным местом во всем кампусе, поскольку здание было рассчитано на восьмибалльное землетрясение. Тем не менее толчки ощущались так же, как и во всем городе. Первокурсница Джилл приехала из Лос-Анджелеса, поэтому землетрясения были ей хорошо знакомы. Однако это лишь усилило депрессию после катастрофы.

Почему я не могу это преодолеть? Ведь это не было для меня чем-то необычным! Но не получается выбросить мысли из головы. Я снова и снова вспоминаю момент, когда земля задрожала. На соседку чуть не упала книжная полка, а я просто стояла и кричала. Она могла погибнуть, а я ничего не сделала. Я должна была знать, как действовать. Я должна была заранее надежно закрепить полку – родители всю жизнь учили меня правилам безопасности, связанным с землетрясением! Что со мной не так?!

А соседка Лейла не была склонна к зацикленности. Она из Колорадо. После поступления в Стэнфорд девушка пару раз пережила легкие землетрясения. Когда все началось, ее карие глаза расширились от ужаса, и девушка быстро забилась в угол комнаты, чтобы спастись. Как только сделала это, на кровать, где она только что сидела, рухнула книжная полка. После землетрясения студентка была страшно напугана; как и остальные из общежития, могла говорить только о случившемся. Так продолжалось несколько дней. Через неделю тема ей наскучила, хотелось жить нормальной жизнью. Из-за землетрясения экзамены перенесли на более поздний срок, и это ей не нравилось. В день катастрофы она была прекрасно подготовлена к экзамену по химии, а теперь пришлось все повторять.

Однако больше всего раздражали постоянные разговоры Джилл о землетрясении и ее чувства, связанные с данной травмой. Соседка просто не могла забыть о произошедшем. Она ругала себя за то, что не привинтила полку надежно, извинялась перед Лейлой, которую «чуть не убила», хотя та уверяла, что никого ни в чем не винит и с ней все в порядке, а Джилл нужно успокоиться. Но девушка окончательно зациклилась. Через три недели Лейла так устала, что вспылила и накричала на соседку, чтобы та перестала. Джилл страшно обиделась, обвинила подругу в том, что той нет дела до ее чувств, до людей, которые получили травмы или лишились жилья. Сама Джилл думала лишь об этом. После ссоры Лейла выскочила из комнаты и в тот вечер не вернулась. Они прожили вместе до конца семестра, но больше не разговаривали. В январе Джилл переехала в другую комнату.

Данный пример показывает, как по-разному люди, склонные и не склонные к зацикленности, реагируют на одну и ту же ситуацию и как трудно им поладить. Обычные люди не понимают, почему те, кто склонен к зацикленности, не способны «успокоиться», забыть о тревогах и негативных чувствах и просто жить дальше. Зацикленные же чувствуют, будто их не понимают, не сочувствуют им. Окружающих считают холодными и даже поверхностными.

Зацикленность и разбитое сердце

Когда мы теряем близких, депрессия, связанная с горем, совершенно нормальна. Однако длительная депрессия, которая ощущается спустя месяцы и даже годы после утраты, может разрушить жизнь человека. Мои исследования показали: склонные к хронической зацикленности чаще других страдают от долгой и тяжелой депресси после утраты. Их социальные отношения страдают сильнее, им труднее ответить на важные вопросы, возникающие после: «Почему это случилось со мной?» В этом исследовании со мной вместе работала доктор Джудит Ларсон, психотерапевт, специализирующийся на консультировании и просветительской работе в области утраты[3].

За пять лет мы с ней и помощниками опросили около пятисот человек, потерявших близких из-за смертельной болезни. Чаще всего это был рак, а также СПИД и тяжелые сердечные заболевания. Различие восприятия оказалось поразительным. Мы беседовали со зрелыми женщинами и мужчинами, потерявшими супругов и пытавшимися заново простроить жизнь без тех, с кем они пробыли последние пятьдесят лет. Общались с молодыми людьми, потерявшими родителей, братьев или сестер. Коллеги и друзья не понимали, почему те не могут просто продолжать жить, если после утраты прошло несколько месяцев. Мы говорили с теми, кто бросил хорошую работу, чтобы ухаживать за умирающими друзьями в последние дни их жизни. Мы слышали потрясающие истории матерей, приехавших из Айовы, Нью-Джерси или Южной Каролины, чтобы заботиться о взрослых сыновьях, умирающих от СПИДа.

Мы многому научились у них. Стало понятно: зацикленность особенно токсична в контексте утраты. У тех, кто страдал хронической зацикленностью, проявлялось больше симптомов депрессии, причем на всех этапах – и во время ухода за близкими, и сразу после утраты, и спустя полтора года. Речь не только об обычном горе, которое испытывают практически все, кто потерял близких. Почти 45 % людей, страдавших хронической зацикленностью, проявляли настолько сильные симптомы депрессии в момент утраты, что им можно было поставить диагноз серьезного депрессивного расстройства, а это одна из самых тяжелых форм депресии. Те, кто не страдал хрониической зацикленностью, обычно испытывали довольно легкие симптомы депрессии в момент утраты и в течение полутора лет после, хотя у большинства это не носило патологического характера.

Зацикленность чуть не убила сорокасемилетнюю Карен. Она сама медик, физиотерапевт. В ходе исследования ее сестра Аманда умерла от рака молочной железы. Глядя на них, никто не сказал бы, что они сестры: Карен – высокая спортивная блондинка, Аманда – темноволосая, невысокая, полноватая и на десять лет старше. Но сестры очень любили друг друга. Аманда в детстве занималась воспитанием младшей – родители девочек сильно пили и не обращали внимания на детей, предпочитая спиртное. Во взрослой жизни сестры остались близки, всячески поддерживали друг друга, проводили вместе столько времени, сколько позволяли работа и семья.

Когда Аманде поставили диагноз, обе поклялись сохранять оптимизм и бороться вместе. Но когда Карен оставалась в одиночестве, она сильно переживала, не могла спать и есть и постепенно погружалась в депрессию.

Что я буду делать, если Аманда умрет? Я не могу жить без нее! Почему рак случился у нее, а не у меня? Почему Бог так с нами поступает? Мы и без того достаточно страдали… Я не вынесу. Не знаю, смогу ли…

К несчастью, лучшая медицина Западного побережья не смогла спасти Аманду. Рак быстро распространялся на момент обнаружения и продолжал стремительный захват организма, несмотря на агрессивное лечение. Через год после постановки диагноза Аманда умерла.

Как и многие, пережившие утрату, в момент смерти сестры Карен находилась в состоянии шока. Она заперлась дома, почти ничего не ела, не отвечала мужу, когда тот пытался с ней поговорить. Когда шок понемногу прошел, боль утраты стала еще сильнее, а зацикленность – невыносимой. Карен возвращалась к разговорам с врачами Аманды, вспоминала, кто и что сказал. Постоянно думала, все ли возможное сделали врачи, чтобы спасти ее сестру. Карен ругала себя за то, что не искала альтернативные методы, в том числе экспериментальные университетские. Наверняка было что-то, лекарство или операция, что могло хотя бы продлить жизнь Аманды.

Муж изо всех сил поддерживал ее: часами слушал рассказы о сестре и о том, как хорошо им было вместе; успокаивал Карен, когда та предавалась самобичеванию за все ошибки, совершенные в отношениях с Амандой. Муж пытался помочь ей понять: она сделала все, что было в ее силах, была хорошей, любящей сестрой. Он взял на себя многие заботы по дому и воспитанию детей, чтобы у Карен было больше свободного времени и она могла ходить на могилу Аманды. Однако прошло несколько месяцев, и его терпению настал конец – жена все глубже погружалась в депрессию, а мысли о сестре стали навязчивыми.

Как-то раз Карен принимала душ, собираясь снова поехать на могилу Аманды. Намыливая правую грудь, она нащупала нечто напоминающее небольшую припухлость. Женщина пришла в ужас, начала ощупывать грудь, давить сильнее, чтобы понять, это действительно опухоль или естественная ткань. Но уверенности не было. Вдруг опухоль? Вдруг у нее тоже рак молочной железы, как у Аманды? Мысли метались от одного к другому.

Я не выдержу такое мучительное лечение, как перенесла Аманда. И какой смысл, если все равно умрешь? Мне невыносима мысль о об этом. Я не могу подвергать такому испытанию мужа и детей.

После смерти сестры Карен не раз размышляла о конце жизни, хотя никогда не задумывалась всерьез. Теперь возникла навязчивая идея покончить с собой, прежде чем ее убьет рак, прежде чем ей самой и ее семье придется проходить мучительное лечение, которое все равно закончится смертью. Карен знала: нужно пойти к врачу и выяснить природу опухоли, но считала, что, как только рак будет диагностирован, она потеряет контроль над жизнью: окажется в руках врачей и все время будет проводить в больницах. Это было невыносимо. К моменту выхода из душа Карен убедила себя, что у нее рак молочной железы и она умирает. А еще твердо решила покончить с собой.

К счастью, когда она вышла из душа, в ванную вошел муж. Стоило его увидеть, и она разрыдалась. Тот выпытал причину слез и сразу же позвонил врачу. Обследование и биопсию сделали в течение суток – никаких следов рака не обнаружили.

Насильственное вмешательство мужа спасло. Если бы зацикленность взяла верх, Карен могла поддаться суицидальным мыслям. Даже если бы не решилась покончить с собой, подобные мысли могли пагубно сказаться на здоровье и благополучии. Такое может произойти со всеми, кто переживает утрату.

Проект по переживанию утраты дал нам неопровержимые доказательства: зацикленность сильно вредит личным отношениям. Мы с психологом Карлтонского университета Кристофером Дэвисом анализировали изменения близких отношений людей с зацикленностью и без нее в течение полутора лет после утраты[4]. Люди с зацикленностью искали поддержки и ободрения у других чаще, чем те, кто этим не страдал. Они, как Карен, много размышляли, им хотелось поделиться мыслями и чувствами с другими. Однако проблема общества в том, что существуют строгие нормы, сколько и как долго следует говорить о своем горе. Для тех, кто пережил утрату, они нереалистичны. У людей с зацикленностью мысли и чувства, связанные с утратой, сохраняются гораздо дольше, чем у других, и социальное время, отведенное на «успокоение», кажется невыносимо малым. Окружающие же устают и даже раздражаются от постоянных разговоров об утрате. Они пытаются отстраниться, а если это невозможно, порой взрываются и, вместо симпатии и сочувствия, проявляют гнев и подавленность.

Лоре тридцать шесть лет. Ее отец умер, а мать умирала от тяжелой и продолжительной болезни.

Подобная ситуация вызывает сильный стресс в семейных отношениях. Муж никогда не переживал смерть и болезнь родителей, поэтому не может сочувствовать мне в полной мере. Он не представляет, что это, говорит: «Прошло уже шесть месяцев. Ты должна успокоиться и жить нормальной жизнью». Мне кажется, он обесценивает мои чувства[5].

Мы обнаружили, что люди, страдающие зацикленностью, считают, что получают гораздо меньше эмоциональной поддержки после пережитой утраты, чем те, кто ею не страдает. Также отмечают более сильные «социальные трения» – постоянные конфликты с друзьями и родственниками. Мужу Карен ее зацикленность надоела, ведь она находилась в состоянии депрессии спустя много месяцев после смерти Аманды. Многие родственники и друзья не столь терпеливы, они злятся и попросту бросают зациклившихся на утрате близких.

Вы можете сказать: «Неудивительно, что эти люди расстроены и зациклены. Друзья и родственники не относятся к ним с должной добротой». Мы обнаружили, что значительные социальные трения и слишком слабая эмоциональная поддержка со стороны окружающих питают зацикленность: со временем люди, не имеющие поддержки, переходят к зацикленности. Однако и она питает социальные трения и отказ в поддержке.

Еще одно проклятие женственности

Психическое здоровье женщин поразительным образом отличается от психического здоровья мужчин. Женщины вдвое чаще страдают от депрессии, как умеренной, так и сильной. Подобное соотношение выявили во множестве исследований, проведенных в США и Европе, а также других странах мира.

Выясняя это, люди начинают искать объяснения – и вы, наверное, тоже. Некоторые говорят, что причина в гормонах. Другие приписывают это низкому положению женщин в обществе. А есть и те, кто считает, будто все дело в характере.

Я изучала причины женской депрессии более двадцати лет и уверена лишь в одном: конкретной причины, по которой женщины подвержены депрессии в большей степени, чем мужчины, не существует. Их слишком много: и биологические, и социальные, и психологические.

Один из факторов – зацикленность, что стало очевидно в ходе моего исследования «Женщины и депрессия». Мы опросили около 1300 мужчин и женщин из разных сфер жизни в возрасте от 25 до 75 лет. Участники были случайным образом выбраны в Сан-Франциско. Мы расспрашивали обо всем: от работы и брака до взглядов на жизнь, пережитых травм и медицинской истории. Конечно, уточняли и про склонность к зацикленности.

Женщины значительно чаще мужчин говорили о своей зацикленности в состоянии печали, тревоги или подавленности[6]. Кроме того, чаще говорили о депрессии. Когда мы оценивали влияние зацикленности и нескольких других факторов на это, выяснилось, что зацикленность играет чуть ли не самую важную роль (в статистическом смысле). Конечно, она не единственная. Женщины чаще переживали травмы в прошлом (в том числе сексуальное насилие), что повышало вероятность развития депрессии. Чаще сталкивались и с хроническими ситуациями, где ощущали беспомощность (бедность, дискриминация на работе), что также способствовало депрессии.

И все же зацикленность играла важную роль в показателях депрессии у женщин и мужчин.

Загрязнение мышления

Почему же зацикленность так вредна? Ведь выявление причин собственных эмоций – хорошо. Именно об этом с 1960-х годов говорилось во множестве популярных психологических книг. За этим мы и ходим к психотерапевтам.

Однако зацикленность не выявляет истинные, глубинные смыслы и реалии жизни. Она не дает ни ясности и понимания прошлого, ни решения текущих проблем. Лишь загрязняет мышление негативом настолько, что вы терпите поражение еще до начала. Зацикленность деморализует и парализует, и вы все глубже погружаетесь в депрессию.

Я изучала ее влияние в ходе контролируемых лабораторных исследований, которые проводила вместе с Дженной Морроу из колледжа Вассар, Соней Любомирской из университета Калифорнии в Риверсайде и Эндрю Уордом из колледжа Свартмор. Мы создавали условия для зацикленности прямо в лаборатории, предлагая участникам сосредоточиваться на эмоциях и собственной жизни на основе следующих предложений.

Подумайте о своем уровне мотивации.

Подумайте о своих целях на будущее.

Подумайте, счастливы вы сейчас или печальны.

Подумайте о своих семейных отношениях.

Вы наверняка заметили, что предложения не подразумевают погружение в негативные воспоминания и чувства. Мы хотели, чтобы они были нейтральными для понимания, как формы мышления могут повлиять на настроение людей, которые вполне счастливы, и на тех, кто уже чем-то подавлен. Мы подозревали, что задание не повлияет на настроение людей спокойных, поскольку оно нейтрально, а мысли о себе – не повод для депрессии. Те, кто уже был чем-то подавлен, должны были погрузиться в еще более сильную печаль, тоску и пессимизм, поскольку подавленность заставляла мыслить депрессивно.

Мы создали и задание, призванное отвлечь внимание участников от эмоций и самооценок.

Подумайте о прохладном ветерке в теплый день.

Подумайте о самолете, который низко пролетает над вашей головой.

Подумайте о виде статуи Свободы.

Подумайте о плане вашего местного торгового центра.

Это тоже эмоционально нейтральные предложения, и мы ожидали, что они окажут влияние на настроение подавленных людей. Поскольку они отвлекали их от проблем настоящего, мы надеялись, что они окажут позитивное влияние на настроение, пусть даже и недолгое.

Влияние зацикленности и отвлечения оказалось именно таким, как мы ожидали. Расстроенные расстраивались еще сильнее после 8–10 минут выполнения заданий. Те, кто выполнял задания отвлечения, отмечали значительное ослабление печали и депрессии. А те, кто не был подавлен в начале исследования, не отметили изменения настроения вообще[7].

Затем мы изучили влияние зацикленности и отвлечения на мышление. В ходе длительных исследований предлагали участникам в течение восьми минут случайным образом выполнять задания. Далее предлагали новое упражнение, которое должно было показать, какого рода мысли возникли относительно прошлого, настоящего и будущего.

В ходе исследований, ориентированных на мысли о прошлом, выяснили: зацикленные подавленные люди вспоминают больше плохого, чем подавленные участники, кого удалось отвлечь от зацикленности, и те, кто не в депрессии[8]. В реальной жизни это означает, что, когда вы зацикливаетесь на печали и тревогах, разум вытаскивает из прошлого лишь мрачные и неприятные воспоминания о моментах, когда вы переживали неудачи, утраты и разочарования. Вы в деталях вспоминаете неловкие ситуации и боль: когда вас высмеивали другие дети, когда начальник критиковал вас в присутствии коллег, когда думали, будто родители вас не любят. Печальные воспоминания заполняют сознание, усугубляя депрессию. Подобные воспоминания обосновывают ее – разве можно не быть подавленным, пережив в прошлом столько боли? Разум систематически игнорирует позитивные воспоминания. Создается впечатление, будто на светлых и радостных путях стоят барьеры, не позволяющие разуму выбирать эту дорогу. В результате прошлое окончательно скатывается в негатив.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Notes

1

S. Nolen-Hoeksema, “Gender Differences in Depression,” in Handbook of Depression, ed. I. Gotlib and C. Hammen (New York: Guilford, 2002).

Вернуться

2

S. Nolen-Hoeksema and J. Morrow, “A Prospective Study of Depression and Post-Traumatic Stress Symptoms After a Natural Disaster: The 1989 Loma Prieta Earthquake, ”Journal of Personality and Social Psychology 61 (1991): 115–121.

Вернуться

3

S. Nolen-Hoeksema and J. Larson, Coping with Loss (Mahwah, N. J.: Erlbaum, 1999).

Вернуться

4

S. Nolen Hoeksema and C. G. Davis, “Thanks for Sharing That: Ruminators and Their Social Support Networks,” Journal of Personality and Social Psychology 77 (1999): 801–814.

Вернуться

5

Nolen-Hoeksema and Larson (1999), p. 87.

Вернуться

6

Подробности этого исследования см. S. Nolen-Hoeksema, J. Larson, and C. Grayson, “Explaining the Gender Differences in Depressive Symptoms,” Journal of Personality and Social Psychology 77 (1999): 1061–1072.

Мы со старшекурсницей Стэнфорда Лайзой Батлер провели исследование: собрали 54 человека, среди которых и женщины, и мужчины, не страдавшие депрессией или иными психологическими расстройствами. Самые обычные люди. Мы предложили им прочесть грустную историю под не менее грустную музыку. По более ранним исследованиям мы знали: это отличный способ на время привести людей в печальное настроение. И получилось. Прочитав историю, участники признались, что ощущают грусть и тоску, чего не было, когда они только вошли в лабораторию.

Затем предложили два задания на выбор, объяснив, что времени хватит только на одно. Первое задание должно было привести к зацикленности – предстояло сосредоточиться на чувствах и своей жизни. Другое задание с зацикленностью связано не было – упорядочить названия стран по географическому расположению. Мы рассказали участникам о заданиях, а потом посмотрели, кто какое выбрал. 92 % женщин, пребывавших в грустном настроении, выбрали задание с зацикленностью, и лишь 8 % предпочли не фиксироваться на тоске. Менее половины (46 %) мужчин, пребывавших в грустном настроении, выбрали задание зацикленности. Они, по большей части, предпочли не копаться в себе, а выполнить другое задание. Результаты позволили нам понять, что грустные и подавленные женщины чаще сосредоточиваются на настроении и чувствах, чем мужчины. См. L. D. Buder and S. Nolen-Hoeksema, “Gender Differences in Depressed Mood in a College Sample,” Sex Roles 30 (1994): 331–346.

Вернуться

7

S. Nolen-Hoeksema and J. Morrow, “Effects of Rumination and Distraction on Naturally Occurring Depressed Mood,” Cognition and Emotion 7 (1993): 561–570.

Вернуться

8

S. Lyubomirsky, N. D. Caldwell, and S. Nolen-Hoeksema, “Effects of Ruminative and Distracting Responses to Depressed Mood on Retrieval of Autobiographical Memories,” Journal of Personality and Social Psychology 75 (1998): 166–177.

Вернуться