Вадим Нестеров
От древних греков до Золушки

"Земля Санникова" времен Древней Греции

Серьезные писатели хотят войти в историю литературы и поэтому пишут о чем угодно – у нормального человека часто мозгов не хватит такое завернуть, как они разворачивают.

Авторы развлекательной литературы всегда и во все времена пишут об одном и том же.

Даже на заре человечества.

Практически все сохранившиеся древнегреческие романы – от «Дафниса и Хлои» Лонга до «Эфиопики» Гелиодора сегодня назвали бы "дамской прозой". Вспыхнувшая любовь, препятствия в любви, множество приключений влюбленных и в финале счастливое соединение – вот их непременное содержание и другого не надо!

Но это только для одной половины человечества. Второй необходимы фантастика и боевики.

Они и появляются, но немного позже.

Первой известной нам фантастикой на Земле является книга Антония Диогена под названием "Невероятные приключения по ту сторону Туле", написанная в 100-х годах предыдущего тысячелетия.

Нет, формально это тоже любовный роман, рассказывающий о двух влюбленных – Динии и Деркиллиде, причем Деркиллида может жить только ночью, а днем лежит без признаков жизни как коматозница.

Ночами она и рассказывает Динию о своих фантастических приключениях, что роднит ее со знаменитой Шахерезадой, которую, впрочем, землянам предстоит придумать только через несколько веков.

Но любовь – это последнее, что интересует автора "Приключений по ту сторону Туле". Гораздо больше его занимает практически детективный сюжет, а также странствия и приключения героев, преследуемых злобным египетским жрецом Паапидом. Этот нехороший человек в прямом смысле слова наплевал в лицо Деркиллиде и ее брату Мантинию, из-за чего те и вынуждены постоянно умирать днем и возрождаться к жизни с закатом.

Пакости, чинимые колдуном Паапидом, и загнали их на край света, где Деркиллида встретила Диния.

Да, любезный читатель, остров Туле, где встретились эти странные возлюбленные – это эдакая легендарная "земля Санникова" древних греков, находящаяся, по их мнению, на самом северном рубеже Земли.

В честь этого острова, между прочим, была названа немецкая оккультная организация, связанная с НСДАП, которая была создана в Мюнхене примерно в то же время, что и нацистская партия.

Остров Туле – это последняя условно цивилизованная и – шире – человеческая земля, а за ней уже все совсем не для людей.

Знаменитый древнегреческий путешественник Пифей, например, уверял всех, что по ту сторону Туле не существует собственно суши, моря и воздуха, а только "некая смесь этих элементов, консистенция которой сравнима с желе и в которой нельзя ни идти, ни плыть".

Впрочем, это не было единственным разделяемым мнением, предлагались и альтернативы. В романе Диний, например, все-таки ушел за Туле и – вы будете смеяться – пешком пришел на Луну. Да-да-да, книга "Невероятные приключения по ту сторону Туле" является первым известным нам сочинением, рассказывающим про путешествие на Луну, где герой, разумеется, "узрел такие чудеса, которые во многом превзошли все прежние фантастические истории".

Впрочем, это уже практически конец романа, а начинается все как детектив: по наводке таинственного воина великий полководец Александр Македонский в компании с Гефестионом и Парменионом находит в городе Тире несколько каменных саркофагов, украшенных весьма своеобразными надписями:

"Лисилла прожила 35 лет"

"Мнасон, сын Мантиния, из 71 года прожил 66 лет"

"Аристион, дочь Филокла, прожила из 52 лет 47"

"Мантиний, сын Мнасона, прожил 42 года и 760 ночей"

"Деркиллида, дочь Мнасона, прожила 39 лет и 760 ночей"

"Диний, аркадянин, прожил 125 лет"

А рядом обнаруживается шкатулка из кипарисового дерева с рукописью романа, герои которого и покоятся в саркофагах.

Роман "Невероятные приключения по ту сторону Туле", кстати, был весьма объемным и состоял из 24 книг.

Но к сожалению, до нас он дошел только в пересказе (причем весьма кратком) константинопольского патриарха Фотия, сделанном столетия спустя – в IX веке нашей эры, примерно за век до крещения Руси.

Книга "Невероятные приключения по ту сторону Туле" патриарху, кстати, очень понравились и он ее искренне хвалит: «Книги полны действия, слог их так ясен и чист, что почти не нуждается в истолковании, только отступления от основного повествования не достаточно ясны. Способ изложения у автора чрезвычайно приятен, он умеет так расположить свой материал и придать ему такую форму, что сказочные и невероятные события кажутся правдоподобными».

Нам хуже, поскольку приходится судить о романе по принципу "Мне Изя напел".

Но сравнительно недавно… Ну как "недавно" – в 1931 году. Правда, в сравнении с возрастом книги – это практически "только что"…

В общем, в 1931 году был найден небольшой фрагмент книги, написанный на папирусе (PSI № 1177) и названный историками «Немая Мирто» – по имени главной героини рассказанного там эпизода, служанки Деркиллиды. Это единственный образец, по которому можно получить хоть какое-то представление о романе в его оригинальном виде. К сожалению, совсем короткий, всего 29 строк.

Тем не менее, как я уже говорил, книга об острове Туле была очень популярной, и, в частности, по словам Фотия, именно она послужила источником вдохновения для второго фантастического романа в истории человечества.

Это был уже не гибрид фантастики и любовного романа, как "Туле" – а фантастика в чистом виде.

Книга эта, написанная Лукианом, носит очень подходящее для фантастики название – "Правдивая история".

Но о ней – уже в следующей главе.

"А принцессу мне и даром не надо, Чуду-Юду я и так победю"

Книга древнего грека по имени Лукиан под названием "Правдивая история" считается первой известной нам фантастикой на Земле.

А "Правдивой историей" она называется потому, что автор начинает ее словами: «Одно я скажу правдиво: я буду врать. Я буду писать о том, чего не видел, не испытал и ни от кого не слышал, к тому же о том, чего не только на деле нет, но и быть не может».

Врет.

Врет талантливо.

Реально талантливо – мне кажется, фантазия этого грекоязычного гражданина сирийского происхождения вообще не ведала никаких пределов.

Оно и понятно – в молодости Лукиан зарабатывал на жизнь тем, что писал речи для выступлений на суде, а на такой работе хочешь – не хочешь, а врать научишься профессионально.

Да что я распинаюсь вокруг да около? Судите сами – я вам перескажу начало "Правдивой истории".

Начинается все вполне реалистично – корабль, на котором путешествует автор, проходит Геркулесовы столпы (Гибралтарский пролив) и выходит в Западный (Атлантический) океан. Начинается шторм, их прибивает к какому-то острову. На острове спутники Лукиана обнаруживают реку, в которой течет вино, а в вине том плавают рыбы и медведи. Вдоль реки же растут деревья, похожие на женщин.

Нет, вы не извращенцы. Да, именно это автор и имел в виду. Да, великий художник-порнограф Обри Бердслей вовсе не случайно взялся иллюстрировать "Правдивую историю".

Но остров с вином и неожиданными дуплами – это у автора только так… Для разгону. Как только корабль вновь вышел в море, неожиданно налетел вихрь, поднял судно в воздух и ошалевшие моряки неделю летят непонятно куда.

Потом долетели, как выяснилось – до Луны, где их немедленно взяли в плен огромные трехголовые конекоршуны (в умении изобретать различные гибриды животных автору вообще нет равных).

Они приводят пришельцев к царю Эндимиону, который неожиданно оказывается их земляком – человеком, «который был унесен с нашей Земли спящим, и что, явившись сюда, он стал править этой страной».

На этом хорошие новости заканчиваются и начинается непременное в этой сволочной жизни "как всегда".

Оказалось, что правитель Луны Эндимион воюет с правителем Солнца Фаэтоном из-за Венеры. И потому землякам предлагается быстренько завербоваться в победоносную лунную армию. Причем их желание никого особо не интересует.

Помявшись, команда и пассажиры злосчастного корабля соглашаются на назойливое предложение, и назавтра же отправляются на ЛБС.

Господи, кого там в той армии Луны только не было! 20 тысяч наездников на летающих капустокрылах (огромных птицах, обросших капустой). Просометатели и чеснокоборцы. Союзные войска с Большой Медведицы, которая выставила 30 тысяч блохострелков и 50 тысяч ветробежцев, но на блохах сэкономила – блохи были мелковаты, размером всего лишь с 12 слонов.

Тем временем специально обученные боевые пауки тянули сквозь космос к Венере огромную паутину, на которой "лунатикам" и предстояло биться с "солнечниками".

Жители светила, кстати, выставили всадников на огромных муравьях, которые сражались рогами и стрелков на комарах. Еще были воздухоплясы, которые метали пращами громадные репы, а стеблегрибы сражались врукопашную. Царь Фаэтон, кстати, тоже привел союзников – жители Сириуса выставили на битву 5 тысяч собачьих желудей.

В общем, сражение было эпическим и его исход решил неожиданный удар конной лавы облакокентавров, выступивших на стороне Солнца.

После разгрома лунатиков Лукиан попал в плен, но после подписания мирного договора (Венеру решили осваивать совместно) и выплаты контрибуции из 10 тысяч кувшинов росы был освобожден.

Лунный царь Эндимион, как выяснилось, земляка-эллина не забыл и предложил Лукиану «поселиться в новой колонии и обещал даже дать в жены своего собственного сына (женщин у них нет)», но земляк забоялся и отказался. Упреждая вопросы – детей лунные подданные Эндимиона рожают от мужчин, а вынашивают в икрах.

Но есть там и народ, именуемый «древесники». Вот те отрезают у себя правое яичко, сажают его в грунт, говорят "Крекс-пекс-фекс", и из этого "семечка" вырастает «огромное мясистое дерево», донельзя похожее на мужское достоинство. Оно плодоносит гигантскими желудями, из которых, в общем, и «вылупляются» новые люди.

Питаются луняне обычно летающими лягушками. Может быть, поэтому красивыми считаются только лысые и вообще безволосые, волосатые презираются. Зажиточные люди носят одежду из мягкого стекла, бедняки вынуждены довольствоваться медными одежками. Глаза у лунян вставные и являются весьма востребованной валютой. К примеру, пропойцы, оставшиеся без очей, вынуждены клянчить их в долг у других, ведь «у богатых людей они имеются в запасе в очень большом количестве».

На этом я, пожалуй, прерву дозволенные речи – мне кажется, степень творческой лихости автора "Правдивой истории" уже вполне понятна.

А ведь это только самое начало приключений, после возвращения с Луны главного героя еще ждет жизнь в брюхе гигантского кита с очередной войной населяющих его племен.

А также молочное море, остров сыра и остров Блаженных, где тусят ветераны Троянской войны, люди и животные из мифов и прочие Гомеры и Пифагоры.

Потом будет еще множество приключений, пропасть в океане, открытие нового континента и торжественное обещание автора написать продолжение.

Которое он так никогда и не исполнил.

Вы можете спросить меня – а нормальная фантастика в античности была? Безо всякой лютой дичи вроде царского сына в жены или передачи любовных записочек от Одиссея нимфе Калипсо?

А как же? Была.

Но о ней – в следующей главе.

Любвеобильный осел, или Две щепотки бессмертия

Эта сказка была написана давно.

Очень давно.

Настолько давно, что меня это даже немного вымораживает.

Нет, ну правда. На Земле еще нет ни Англии, ни Франции, ни турок, ни немцев – и до их появления века. Столетия!

То есть все то, что для нас служит символом глубокой древности – все эти рыцари с мечами, монахи за фолиантами и прочие замки и Крестовые походы – для них это далекое-предалекое будущее.

И вот эти люди, живущие в этом гипер-мега-супер-прошлом почему-то пишут книги, которые, в общем-то, не принципиально отличаются от наших.

Благо, у нас есть возможность сравнить – эта самая сказка под названием "Метаморфозы", то есть "Изменения" (второе название – "Золотой осел"), которую написал римлянин по имени Апулей, дошла до нас во вполне товарном виде.

Без значимых потерь, практически весь текст целиком, 98%-ный оригинал.

Читаем – и что мы видим? Мы видим весьма интересный, более того – явно развлекательный роман, написанный в жанре фантастической эротики, которая и сегодня процветает на каком-нибудь портале "Литнет".

Жил-был юноша по имени Луций, эдакий древнеримский мажор, красивый и богатый, которого в жизни интересовали только две вещи.

Во-первых, женщины, для успеха у которых у него были все данные и которым он давно счет потерял.

А во-вторых, всякие таинственные штучки. Как сказали бы сегодня – клиент малость двинулся на всякой эзотерике.

От лица этого самого мистически настроенного плейбоя Луция и ведется повествование.

Однажды судьба занесла его в Грецию, в область Фессалию, что рядом с горой Олимп. А про Фессалию даже маленькие дети знают, что это родина магии и здешние ведьмы – самые сильные ведьмы в мире.

К тому же выяснилось, что Памфила, жена хозяина дома, в котором Луций остановился, – самая что ни на есть ведьма, причем не из последних. Естественно, у нашего любителя магии засвербело узнать побольше про местное колдовство. Подобраться к хозяйке он решил через ее служанку, хорошенькую Фотиду, которую вскоре и уложил на спину. Как водится в бестселлерах этого жанра – в деталях описав читателям весь процесс соблазнения.

Влюбленная Фотида не смогла устоять перед просьбами, и спрятала юношу на чердаке, где тот собственными глазами мог наблюдать, как ведьма Памфила с помощью волшебных мазей превратилась в сову и улетела на свидание к любовнику. Аппетит приходит во время еды, и Луций упросил Фотиду взять у хозяйки немного волшебной мази. Но влюбленная дурочка все перепутала, взяла не ту мазь, и вместо того, чтобы превратится в птицу, Луций к своему ужасу стал ослом.

И, может быть, по возвращении хозяйки еще можно было упасть ей в ноги, повиниться и все исправить, но ночью воры украли Луция-осла. И истошные крики протеста – не помогли.

После этого началась у мажора совсем другая жизнь. Постоянная смена хозяев, эдакая экскурсия по всем слоям римского общества, совмещенная с диетическим питанием и полезным, но тяжелым трудом на свежем воздухе.

Все, как в детской песенке:

Вечно тащим мы, ослы,

То тюки, а то узлы

И другого ремесла

Не бывало у осла.

Ну и, разумеется, разнообразные приключения – куда без них в эротическо-фантастическом романе, написанном для увеселения почтенной публики?

Жизнь Луция в ослином облике не назовешь прекрасной, но случались и приятные эпизоды, вроде любвеобильной хозяйки, решившей посрамить мифологическую царицу Пасифаю, изменившую, как известно, царю Крита Миносу с быком и родившую Минотавра.

Правда, за неимением быка, прелюбодеяние учинили с Люцием-ослом.

Но закончилось все хорошо, как положено в бестселлере – в финале в самый драматичный момент Луций смог заесть горе розами и тем самым вернуть себе человеческий облик.

Вот, собственно, и вся история, но я бы хотел обратить ваше внимание не важный нюанс.

"Золотой осел" Апулея – чистой воды развлекательная литература.

Но при этом он оставил огромный след в культуре планеты Земля. На протяжении всей истории человечества, от поздней античности и до наших дней о нем писали и им восторгались самые разные люди. Начиная от Блаженного Августина, который и добавил в название прилагательное "золотой", имея в виду качество текста и до недавнего юбиляра Александра Сергеевича Пушкина, который, как мы помним, признавался в "Евгении Онегине":

В те дни, когда в садах Лицея

Я безмятежно расцветал,

Читал охотно Апулея,

А Цицерона не читал…

Меж тем у романа Апулея есть своего рода брат-близнец – книга Псевдо-Лукиана «Лукий, или Осел», сюжетно совпадающая с апулеевской процентов на восемьдесят.

Сегодняшние ученые считают, что обе книги являются ремейком упоминаемой патриархом Фотием книги "Метаморфозы" Лукия Патрского, которая просто не дошла до нас.

Но если книгу Апулея знают все, то «Лукий, или Осел» известен только специалистам.

Почему?

Потому что 20% несовпадающего текста иногда оказываются критичными. К примеру, у книг разные концовки.

В книжке "Лукий, или Осел" главный герой, став человеком, связывается с родственниками, и, ожидая корабль, напоследок решает заглянуть к любительнице ослов. Но та оказалась просто шокирована тем, что Лукий, став человеком, не «сумел спасти и сохранить единственно приятный (…) и великий признак осла». Поэтому по приказанию хозяйки слуги выкинули осрамившегося любовника на улицу в чем был. В итоге шалопаю Лукию пришлось идти на присланный за ним братом корабль голышом через весь город. Такая вот ржачная концовка.

А у Апулея все по-другому, его Луций, став человеком, отрекается от прежней порочной жизни, проходит обряд посвящения и становится жрецом Осириса и Исиды. Роман не случайно называется "Метаморфозы", то есть "Изменения". Имеются в виду как изменения внешние – Луций превращается в осла, а потом обратно в человека – так и внутренние: будучи ослом, Луций многое понял, осмыслил и реально преобразился внутренне.

Оба автора добросовестно развлекали своего читателя, но Апулей еще и не пожадничал, и в дополнение к приключениям вложил в роман собственные мысли и чувства – результат "ума холодных наблюдений и сердца горестных замет", как писал его будущий фанат. Вложил немного – как раз столько, чтобы не перегружая читателя, заставить его задуматься о важном и тем придать книге глубину.

И этой пары щепоток хватило для бессмертия.

Лучший фантазер Средневековья

Но, кстати, с фантазией все было хорошо не только у древних римлян.

Даже точно – не только у них.

Некоторые средневековые монахи могли поспорить с Лукианом.

Даже точно – могли.

Скорее всего – всю эту кашу заварил безвестный монах.

Кроме обычных работ на огороде, молитв, переписки книг, заготовок солений-варений на зиму и тому подобных житейских дел монастырская братия обязана была упражняться и в написании текстов.

Писать сочинения "Как я провел лето" особого смысла не имело – все окружающие и без того прекрасно знали – как. Поэтому монахи обычно упражнялись в сочинении писем и речей от имени исторических лиц – сегодня он пишет послание Александра Македонского к Аристотелю, завтра – ответ Аристотеля.

И вот один монах с хорошо развитой фантазией, явно мечтавший о "крокодилах, пальмах, баобабах" далеких жарких стран однажды вывел на листе пергамента: "Пресвитер Иоанн, сила и доблесть Божия и Господа нашего Иисуса Христа, царь царствующих и повелитель повелевающих Мануилу, правителю римлян, посылает в ответ пожелание здоровья и уверение в своем благоволении…".

Сочинитель, похоже, не наигрался в детстве в Швамбранию – практически весь объем этого письма занимает детальный рассказ правителя неведомой страны о своем государстве – огромном христианском царстве, расположенном в полумифической Индии, где-то к востоку от последней известной европейцам страны – Персии.

Надо же такому случиться, что листки эти выплыли за пределы монастыря, и стали, пожалуй, самым нашумевшим бестселлером Средневековья.

Случилось это в самом что ни на есть Средневековье – в 12 веке. Если быть точным – свое победоносное шествие по Европе письмо от якобы правящего Индией пресвитера Иоанна (или царя-попа Ивана, как его называли на Руси) императору Византии Мануилу I Комнину начало в 1165 году.

Эпистолярные упражнения монаха-фантазера пользовались невиданной популярностью. Письмо постоянно переписывали для себя, дополняя, как водится, по собственному разумению. В итоге имеется невероятное количество версий – даже до нас дошло около 160 списков только латинской версии этого списка, не говоря уже о всяких переводах на старофранцузский или аквитанский.

Хвастающиеся популярностью за рубежом писатели могут заткнуться – монашеская байка обошла едва ли не весь обитаемый мир. Вот как описывает последствия исследователь Д.М. Позднеев: "Легенда распространилась между китайцами, турками, монголами, персами, арабами, индийцами, армянами и всеми европейскими национальностями, участвовавшими в крестовых походах. В русскую древнюю письменность легенда проникла под именем "Сказания об Индейском царстве".

Более грандиозной мистификации не знала мировая история. Легенда о царстве пресвитера Иоанна проживет более четырех столетий, на голубом глазу будут публиковаться даже отчеты о посольствах из этой загадочной земли, что уж говорить о рассказах путешественников, раз за разом пытавшихся добраться до этой земли обетованной. Между прочим, именно из-за этой легенды, по сути, сорвется пятый крестовый поход, так как его участники поверят слуху о том, что войска загадочного царства уже идут им на помощь.

Даже сегодня эта легенда исправно поставляет материал для книжных бестселлеров, как в России ("В поисках вымышленного царства" Льва Гумилева), так и за рубежом ("Баудолино" Умберто Эко) и, по сути, продолжает свое существование в легендах о Шамбале, с которой царство пресвитера давно отожествили.

Рискну дать вам совет – западноевропейские предания о вымышленном царстве пресвитера Иоанна действительно стоит почитать. Обычно древние тексты навевают скуку, но здесь явно не тот случай.

По прочтении незабвенного "Послания пресвитера Иоанна" вопроса о причинах его популярности больше не возникает.

Фантазия безвестного монаха просто поражает воображение – всякие толкины и говарды могут отправляться на лестницу после одной только фразы. "В стране нашей родятся и обитают слоны, верблюды двугорбые и одногорбые, гиппопотамы, крокодилы, метагалинарии, жирафы, финзерты, пантеры, дикие ослы, львы белые и червонные, белые медведи, белые дрозды, немые цикады, грифоны, тигры, ламии, гиены, дикие быки, стрельцы, дикие люди, рогатые люди, фавны, сатиры и женщины той же породы, пигмеи, люди с песьими головами, гиганты высотой в 400 локтей, одноглазые, люди, у которых глаза сзади и спереди, люди без головы, у которых глаза и рот расположены на груди, люди с двенадцатью ногами, шестью руками, двенадцатью кистями, четырьмя головами, на каждой из которых по два рта и три глаза, циклопы, птицы называемые фениксами, и почти все виды животных, какие только существуют на свете".

А крылатые муравьи размером с поросят, у которых внутри пасти зубы больше чем у собак, а снаружи клыки длиннее чем у кабанов? Которые днем находятся на поверхности земли, а ночью роют чистейшее золото, поэтому поданным пресвитера приходиться заниматься всеми делами ночью, а уворованное у муравьев золото "грузить на слонов, гиппопотамов, верблюдов, жирафов и других крупных животных" и доставлять его в казну. А одноногие люди, передвигающиеся с немыслимой скоростью, ступня которых столь велика, что в зной они лежат задрав ногу – отдыхают в ее тени? А люди, объезжающие молодых драконов как жеребят? А реки из драгоценных камней? А амазонки, скачущие на рыбах, похожих на быков, с которыми никто не сравнится в скорости, но на ночь их надо отпускать в воду, а то умрут? И всем этим владеют правоверные христиане! Мечта!

В общем, понятно, зачем европейцы это царство так усердно искали. История этих поисков изложена в книгах и оригинальных документах. Мимоходом выясняется – почему европейцы издавна подозрительно относятся к русским.

Дело в том, что их издавна занимала проблема – когда же неисчислимые рати пресвитера Иоанна пойдут войной на неверных? Судите сами: "когда мы отправляемся на войну, то повелеваем нести 13 больших и высоких крестов, за каждым из которых следуют 10 тысяч всадников и 100 тысяч пеших воинов, не считая тех, которые смотрят за утварью, колесницами, одеждой и пропитанием". Общим счетом – почти полтора миллиона правоверных бойцов без учета тыловой шушеры вроде кашеваров и писарей, а нечестивые персы с арабами до сих пор небо коптят и жируют!

И вот дождались: "Король Венгрии сообщил господину Папе, что индийский царь, которого в народе называют пресвитером Иоанном, с огромным множеством народа пришел на Русь. За один день они убили двести тысяч русских и плавтов (половцев). … Когда они достигают какой-нибудь области, требуют от правителей изложить свою веру. Если те придерживаются веры христианской, то оставляют, а всех остальных убивают, а их страну обращают в рабство. Какие у них цели – о том неведомо".

Надо ли удивляться, что вывод относительно нашей религиозной принадлежности был однозначным? И пусть скоро выяснилось, что Чингиз-хан (а именно о его нашествии идет речь) званием пресвитера похвастаться не может – но, как говорится, "ложечки нашлись, а осадок остался".

Даже на самом исходе Средневековья европейцы все еще всерьез выясняли – а являются ли московиты христианами? Известно сочинение Йоханнеса Ботвиди "Христиане ли московиты?", написанное в 1620 году по заказу Густава Адольфа, короля Шведов, Готов, Вандалов и прочая, великого князя Финляндии, князя Эстонии и Карелии, государя Ингерманландии, более, впрочем, известного как «Снежный король» и «Лев Севера».

Но это уже совсем другая история…

Не первое фэнтези на Земле

Однажды китайский монах с незапоминаемым именем Сюаньцзан отправился на запад, в Индию, за священными буддийскими текстами.

Поскольку монах был очень праведным, делать он ничего не умел и всего боялся. К тому же все окрестные демоны донельзя возбудились и устроили на монашка настоящую охоту – кто уплетет его без соли и без лука… Извините. В общем, съевший столь праведного монаха получал прощение всех своих грехов и невероятный буст к развитию.

Сами понимаете, будь монах один – этот поход на Запад закончился бы, не начавшись.

По счастью, Провидение послало ему спутников – трех бывших демонов, которые раскаялись и тоже стали монахами. Правда святоши из них получились так себе – ведь защищать монаха подрядились (причем без большой охоты) вспыльчивый и драчливый царь обезьян Сунь Укун, прожорливый и похотливый свиноид Чжу Бацзе и искренне раскаявшийся, но всегда невозмутимый речной огр Ша Сен.

Пятым в этой компании стал принц-дракон Бай Лунма, третий сын Короля-дракона Западного моря. За непочтение к папочке он был приговорен к смертной казни, но выкуплен с корыстной целью и превращен в белого коня, на котором и едет на запад монах – слишком слабосильное создание, чтобы самому перебирать ногами.

Лошадью бедолага принц и пробудет весь роман, лишь пару раз за все повествование ненадолго вернется в человеческий облик, чтобы хоть немного поучаствовать в драках и приключениях.

Зато остальные оторвутся по полной. В этом многотомном романе-сказке, написанном во времена Ивана Грозного, есть все составляющие бестселлера – чудо, азарт, интрига, секс, насилие и рок-н-ролл.

"Путешествие на Запад" – свинговое роад-муви четверых отмороженных придурков, с боями пробивающихся на запад. И весь роман – драчливые демоны и похотливые демонессы, похищения и засады, взаимные подколки и наезды, драки спиной к спине и принцип «душу свою положи за други своя» как руководство к действию.

В общем, совершенно не удивительно, что этот древний текст стал одним из четырех классических китайских романов и, наверное, самой популярной книгой в Восточной и Юго-Восточной Азии.

Там он играет примерно ту же роль, что в Европе – истории про рыцарей Круглого стола и короля Артура. На одном конце материка никому не надо объяснять – кто такие рыцарь Ланцелот или волшебник Мерлин, на другом – любой мальчишка в любой стране знает, что Сунь Укун носит желтый обруч на голове и вооружен металлическим посохом с золотыми кольцами на концах, а Чжу Бацзе предпочитает боевые грабли с девятью зубцами.

Как я уже сказал, эта книга впервые была напечатана в Китае в 16 веке – когда люди еще саблями махали и из луков стреляли. Автор в ней очень лихо троллил всех, начиная от монахов-даосов и заканчивая небожителями и предсказуемо подписываться не стал – книга вышла анонимно, без указания автора. Позже вроде как было установлено, что роман написал бывший мелкий торговец и мелкий чиновник У Чэнэнь.

Но это не точно.

Вы можете мне сказать – а почему ты вообще начал с "Путешествия на Запад"?

Почему не с какого-нибудь древнего эпоса? В мифологии практически любого народа хватает чудес и превращений.

Именно потому, что мифология – не сказка.

Те, кто сочинял сказания какой-нибудь Средней Эдды, не рассказывали сказок – они описывали реальность. В их мире действительно существовали Один и Тор, гномы-цверги и великаны-ётуны, восьминогие лошади и мудрые вороны.

А автор "Путешествия на Запад", живший на стыке Средневековья и Нового времени, был уже настоящим писателем и писал один из первых романов-фэнтези на Земле. Он не описывал реальность, как, например, автор "Троецарствия". Про приключения Танского монаха и его спутников-демонов рассказывал человек, который уже не верил в чудеса, это очень видно по тексту, но очень любил сочинять сказки и был сказочником от бога.

Причем, сочиняя свой роман, автор использовал вполне современные приемы. К примеру, сегодня и авторы сериалов, и авторы романов, выгладываемых поглавно, часто используют так называемый "клиффхэнгер" – подвешивают в конце серии или главы эдакий крючок, цепляющий зрителя-читателя.

Так вот – в "Путешествии на Запад" ровно 100 глав.

Вот как, например, заканчивается 28-ая:

"Противники схватывались уже несколько десятков раз, но так и нельзя было сказать, на чьей стороне перевес, хотя они, конечно, дорожили своей жизнью, но им трудно было покончить миром. Однако, если вы хотите знать, как в конце концов был спасен Танский монах, прочитайте следующую главу".

А вот концовка следующей, 29-й.

"Между тем, увидев, что Ша-сэн остался в одиночестве, волшебник ринулся на него. Ша-сэн, не ожидая этого, совершил оплошность, и волшебник утащил его к себе в пещеру. Тут Ша-сэну связали ноги. Однако о том, что случилось дальше с Ша-сэном, вы узнаете из следующей главы".

16 век, блин. Все еще с мечами и луками бегают.

Читая, я каждый раз ждал, что в конце очередной главы будет написано: "Ваши похвалы автору и рассказы о книге на рынке укорачивают время выхода следующего свитка. Лайк, шер, ретвит".

При этом автор многотомного "Путешествия…" явно был большим разгильдяем и изрядным строчкогоном. Больше всего меня бесило, что, если у него не получалось придумать новый сюжетный поворот – он и не думал этим париться, а просто брал и вставлял какой-нибудь эпизод из первого тома, немного его переделав. Да кто там помнит первый том, вы о чем ваапще?

И ничего. Теперь классика мировой литературы, одна из пяти самых экранизируемых в мире книг. Но про экранизации, сиквелы, вбоквелы, римейки и адаптации – в следующей главе.

Про роман о демонах, без которого невозможно понять китайцев

Роман "Путешествие на Запад" – история путешествия в Индию монаха Сюаньцзана и трех его спутников-демонов – стала для Восточной и Юго-Восточной Азии даже чем-то большим, чем литературная классика.

По сути, из этой книги выросла вся азиатская фантастика.

Да и не только фантастика – книга стала настолько важной частью китайского культурного кода, что ее, например, обязательно надо знать дипломатам-иностранцам.

Иначе просто невозможно понять китайских политиков. Начиная с Мао Цзедуна, жену которого Цзян Цин едва ли не все китайцы за глаза называли "Бай Гуцзин" ("Госпожа Белые Кости", один из самых коварных персонажей романа).

И заканчивая Си Цзиньпином, который постоянно вставляет в свои речи что-нибудь вроде «Мы, с одной стороны, должны поддерживать железную дисциплину для урегулирования различных нарушений, а с другой стороны, должны держать широко отрытыми свои огненные глаза [Сунь Укуна], способные увидеть все 72 скрытые личины зла».

Конечно же, в Китае роман давно разошелся на пословицы и поговорки вроде «Сунь У-Кун охраняет персиковый сад – плохо дело» (эквивалент "Пустили козла в огород", в книге царь обезьян сожрал все волшебные персики в саду, которые его поставили охранять) или «Чжу Бацзе надел шлем – прикинулся большим генералом» (о любителях завысить свой статус и пустить пыль в глаза).

Разумеется, такой роман не мог не обрасти многочисленными продолжениями, переосмыслениями, ремейками и экранизациями.

Первое продолжение написали еще в семнадцатом веке. Ну как – продолжение… Скорее – спин-офф, "вбоклер", ответвление от основного сюжета. В 1641 году известный писатель Дун Юэ опубликовал роман «Дополнение к Путешествию на Запад» – и эта книга является вставкой в текст основного романа, рассказывая о том, что якобы происходило между 61-й и 62-й главами основного романа.

Если верить автору "вбоклера", тогда царь обезьян Сунь Укун попал в ловушку в волшебном мире сновидений, созданном Цинским демоном-рыбой, и вынужден был постоянно совершать прыжки во времени, из-за чего ему пришлось на время заделаться помощником Владыки Царства Мертвых, стать причиной падения династии Цинь, и даже познакомиться с Парамитой, одним из своих пяти сыновей, рожденных ему демоницей Принцессой Железного Веера, супругой знаменитого быкоголового демона-князя Ма Вана.

Вот как в семнадцатом веке начали, так и до сих пор закончить не могут.

Из недавних книг, например, можно вспомнить графический роман Джин Луен Янг «Рожденный китайцем», серию книг для детей Тодда Де Бониса «Дочь короля обезьян» – про девочку-подростка, узнавшую, что она дочь Сун Укуна, серию фантастических романов Кайли Чан «Темные небеса», «Путешествие в Удан» и «Небесная битва», философские переосмысления "Путешествия на Запад" в книге Марка Зальцмана «Смеющаяся сутра» и многое-многое другое.

Что касается экранизаций, то все началось с немого фильма 1927 года «Пещера шелковой паутины» – и тоже пошло-поехало.

Несколько десятков фильмов, 25 сериалов, мотивы «Путешествия на Запад» использованы в 36 видеоиграх.

Что только не снимали по этой книге! Гонконгские эротические фильмы, два масштабных китайских сериала – 52-серийный и 66-серийный, вышедшие один за другим, японская культовая манга «Саюки» и многочисленные аниме, снятые на ее основе, герои которой едут на запад на джипе.

А сравнительно недавняя корейская дорама «Хваюги», где, как в анекдоте, уже никто никуда не идет, а все герои "Путешествия на Запад" просто живут в современной Корее?

И быкоголовый демон Ма Ван, ставший крутейшим продюсером, зажигающим поп-айдолов по щелчку пальцев.

И один из самых успешных его проектов – бывшая свинья, а ныне популярнейший айдол Пи Кей.

И, разумеется, царь обезьян Сунь Укун, извините, Сон О Гон – лицо без определенных занятий, наглый приживала у Ма Вана, его не то друг, не то поднадзорный.

А вот реинкарнацией монаха выступает обычная девушка, владелица небольшого риэлтерского агентства, которую сделали Самчжаном. Это нечто среднее между мессией с миссией и пилюлей "Мгновенная прокачка демонов до верхнего предела". Кровь Самчжана для демонов и призраков – волшебное средство усиления и теперь ее сожрут. Без вариантов.

А многомиллионные блокбастеры Стивена Чоу?

А классические детские мультфильмы 60-х, которые даже у нас показывали?

А голливудский блокбастер "Запретное царство" с Джетом Ли и Джеки Ченом?

К сожалению, нам в этом всемирном карнавале похвастаться нечем. Разве что серией книг «Куда идем мы…» Сергея Волчка, в которой события китайского классического романа перенесены в Россию и изложены в жанре реалРПГ.

Но здесь рецензировать не возьмусь.

Откуда взялся Артур, король былого и грядущего

Нет, наверное, в англоязычном мире эпоса круче, чем легенды о короле Артуре и его рыцарях Круглого стола – эти истории оказали (и оказывают до сих пор) огромнейшее влияние на британскую и – шире – европейскую культуру.

Во-первых, это одна из древнейших историй, придуманных на Земле и не забытых до сих пор.

Первые упоминания о герое кельтских легенд короле Артуре относятся к 9 веку – король с таким именем упоминается в сочинениях бардов Анейрина и Талиесина.

К 12 веку легенд об Артуре ходило уже столько, что Гальфрид Монмутский собирает их вместе и подробно излагает биографию короля Артура в своем знаменитом труде «История королей Британии».

Дескать – был такой король, живший в Англии в промежутке между тем, как Римская империя уже пала, а саксы еще не завоевали Британию. Старая добрая Англия тогда представляла собой мешанину из мелких королевств, которые оживленно резались между собой. Этим и воспользовались саксы – нахальные вторженцы с материка. Но, слава богу, на островах нашелся герой – король Артур, который сумел объединить страну, навалять саксам и вообще навести порядок. В общем, "жил-был Артур из Камелота, он славный был король". К сожалению, после его смерти все опять скатилось сами знаете куда, и саксонское завоевание увенчалось успехом.

Правда, как всегда, нашлись умники, которые все испортили – начали трясти всякими историческими источниками и доказывать, что в реальной истории никаких убедительных доказательств существования короля по имени Артур не существует.

Так, автор «Истории Англии» Вильям Ньюбургский язвительно писал о Гальфриде Монмутском: «Совершенно ясно, что все, написанное этим человеком об Артуре и его наследниках, да и его предшественниках от Вортигерна, было придумано отчасти им самим, отчасти другими – либо из неуемной любви ко лжи, либо чтобы потешить бриттов».

Вот же душнилы, прости Господи!

Да какая разница, подтверждается источниками или не подтверждается? Главное – история-то интересная получилась!

Слава Богу, душнил-заучек никто особо не слушал, а сочинение Гальфрида Монмутского читали и перечитывали по всей Европе. А когда перечитывать надоедало – сочиняли про Артура еще что-нибудь новенькое.

В общем, когда у аристократии в моду вошли рыцарские романы, королю Артуру и его рыцарям их было посвящено огромное количество. Особенно почему-то усердствовали французы, в частности, Кретьен де Труа, который своим романом «Ланселот, или Рыцарь телеги» ввел в "артуриану" нового героя, француза Ланцелота, ставшего лучшим из рыцарей Круглого стола.

Ну, а окончательно завершил формирование эпоса про короля Артура рыцарь по имени Томас Мэлори, ветеран войны Алой и Белой розы, который в 15 веке собрал вместе все байки про короля Артура и рыцарей Круглого стола и слепил из них единое повествование.

Мэлори написал огромный труд из 21 книги, обычно именуемый по названию последней – "Смерть Артура".

Впрочем, ему все равно делать было особо нечего – еще до начала работы над текстом сэр Томас Мэлори был осужден на 20 лет тюрьмы за постоянные бесчинства и многочисленные изнасилования.

Его усилиями эпос сложился окончательно и все остальные авторы "артурианы" – а их было невероятное количество – вынуждены действовать в рамках границ, заданных этим средневековым рецидивистом.

Поскольку у нас сказания о короле Артуре не столь популярны, как в Европе, давайте на всякий случай вспомним главных героев этой давней истории.

Долгая жизнь короля Артура, рассказанная за пять минут

Написанный в 15 веке толстенный том Томаса Мэлори "Смерть Артура" задал канон, раз и навсегда определив главных героев и узловые моменты этой длинной и немного путаной истории.

У нас ее знают немного хуже, чем "Колобок", поэтому я на всякий случай займусь любимой забавой книжных критиков "Перескажи тысячу страниц на одной".

Все началось с подачи Мерлина, который был добрым волшебником (точно) и сыном нечистой силы (не точно), но его вовремя крестили и поэтому он не перешел на сторону зла, аки Энакин какой-то.

В этой истории он обычно все знает, но ничего не может сделать – но не в этом случае.

В случае с рождением Артура Мерлин был, напротив, весьма активен. Именно он придал отцу будущего короля облик чужого мужа, и под этой наложенной личиной тот и проник к чужой жене – вернее, уже вдове, но она была еще не в курсе.

В положенный срок усилия мужчин (прямые и косвенные) увенчались успехом – родился мальчик. Вот Мерлин выносит младенца Артура из замка и предрекает его судьбу на картине Эмиля Лауфера.

Соблазнитель, кстати, повел себя вполне прилично – женился на вдове. Ее старших дочерей от первого брака тоже выдали замуж, и только младшую, Моргану, сдали в монастырь.

Сделали они это зря – в монастыре та каким-то образом умудрилась обучиться колдовству, в том числе и темному, став злой волшебницей и главным источником неприятностей всех положительных героев этой истории. Сила ее волшебства была так велика, что все ее так и звали – Фея (или Фата) Моргана.

Следующий эпизод артурианы, который все знают хотя бы понаслышке – это история про меч в камне. Или в наковальне – в зависимости от рассказчика.

Как мы помним, Мерлин забрал Артура еще младенцем и отдал на воспитание в правильные руки. Поэтому, когда папаша-король умер, возникла проблема с преемником – наследник пребывал непонятно где, и его никто в глаза не видел, кроме волшебника Мерлина, который и сам был тот еще домосед.

По счастью, волшебник оставил в королевском замке стопроцентно эффективный тест на определение наследника – засунул меч в камень (или в наковальню) и надпись написал: «Кто вытащит сей меч из-под наковальни, тот и есть по праву рождения король над всей землей Английской».

Вытащил, разумеется, подросток Артур.

Но имейте в виду – меч, который Артур вытащил из камня-слэш-наковальни и знаменитый меч короля Артура Эскалибур – это РАЗНЫЕ мечи.

Меч из камня юный король не то сломал, не то пролюбил.

А Эскалибур Артур получил при помощи Мерлина. Как говорится, "дело громкое было", об этом даже в книге братьев Стругацких "Понедельник начинается в субботу" рассказывается:

"… и затянул длинный, всем давно уже осточертевший рассказ о том, как он, Мерлин, и председатель соловецкого райсовета товарищ Переяславльский совершали инспекторский вояж по району. Вся эта история была чистейшим враньем, бездарным и конъюнктурным переложением Марка Твена. О себе он говорил в третьем лице, а председателя иногда, сбиваясь, называл королем Артуром. <…>

– Итак, председатель райсовета и Мерлин отправились в путь и приехали к пасечнику, Герою Труда сэру Отшельниченко, который был добрым рыцарем и знатным медосборцем. И сэр Отшельниченко доложил о своих трудовых успехах и полечил сэра Артура от радикулита пчелиным ядом. И сэр председатель прожил там три дня, и радикулит его успокоился, и они двинулись в путь, и в пути сэр Ар… председатель сказал: "У меня нет меча". – "Не беда, – сказал ему Мерлин, – я добуду тебе меч". И они доехали до большого озера, и видит Артур: из озера поднялась рука…".

Рука с Эскалибуром, кстати, была не мозолистой, а нежной и женской. Потому что это была рука Владычицы Озера – еще одного важного персонажа этой истории. Владычица Озера – это еще одна великая волшебница, вырастившая оставшегося сиротой мальчика Ланцелота (отсюда его прозвище – Ланцелот Озерный), а также ученица (и, говорят, погубительница) Мерлина.

Но это не точно.

Зато совершенно точно, что именно ей вернул Эскалибур сэр Бедивер, когда король Артур не то помер, не то завис между прошлым и будущим.

И точно Владычица Озера в компании с Фатой Морганой и другими великими волшебницами унесла зависшего Артура на магический остров Авалон – ни у кого другого на такое бы не хватило волшебных сил.

Там он спит вечным сном, как на картине «Последний сон Артура в Авалоне» Эдварда Берна-Джонса.

И проснется, только когда Англии будет грозить смертельная опасность.

– Стоять! – скажете вы. – Что значит "спит вечным сном?". Это что за рассказ? Где самое главное? Где серединка? Где приключения? Где еще одно знаменитое слово – Камелот, замок короля Артура? Где Круглый стол и его рыцари? Где Ланцелот, в конце концов?

Спокойствие, только спокойствие!

Все будет.

В следующей главе.

Почему историю короля Артура пересказывают до сих пор

А вы знали, что свой знаменитый Круглый стол король Артур получил после женитьбы, в качестве приданного королевы Гвиневры, как свадебный подарок тестя, короля Леодегранса?

Гораздо важнее, конечно, своеобразное приложение к этому подарку – полторы сотни лучших английских рыцарей, пришедших в замок Камелот, чтобы получить право сидеть за этим столом, где даже сам король был только первым среди равных.

Подвиги этих рыцарей – супергероев Средневековья Ланцелота, Персиваля, Тристана, Галахада, Гавейна, Гарета и других – и составляют, в общем-то, основной массив текстов "артурианы". Другое дело, что особым разнообразием их приключения не блещут. Как мне верно написали в комментариях, больше всего они напоминают полицейские сводки: "ехал на лошади, увидел врага, испытал глубокую личную неприязнь, нанес тяжкие телесные повреждения, несовместимые с".

И даже главная рыцарская "супермиссия" – поиски Святого Грааля – описывались в рыцарских романах довольно однообразно. Язва Марк Твен в своем романе-пародии не сильно преувеличил, рассказывая об этом так: "Все наши ребята время от времени отправлялись к святому Граалю. Это путешествие занимало несколько лет. Уехав, они долго блуждали, плутая самым добросовестным образом, так как никто толком не знал, где находится этот святой Грааль. Мне думается, они в глубине души и не надеялись найти его и, если бы наткнулись случайно, не знали бы, что с ним делать. Видите ли, это было нечто вроде наших поисков Северо-Западного прохода, только и всего. Каждый год отправлялись экспедиции святограальщиков, а в следующий год отправлялись новые экспедиции на поиски прошлогодних".

Но в еще худшем положении был сам король Артур. У рыцарей были пусть однообразные, но приключения. У короля в рыцарских романах самая незавидная роль – благословить героя на подвиги, толкнуть вдохновляющую и мотивирующую речугу на проводах и вернуться скучать в замок.

Так вот – цикл романов о короле Артуре и его рыцарях может быть потому и стал главным европейским текстом Средневековья, что сломал традиционный шаблон рыцарского романа. Что отношения рыцаря и короля в нем вышли за рамки привычных ролей: один "слуга царю", другой – "отец солдатам".

А началось все как раз с мероприятия, ставшего поводом для вручения Круглого стола.

Со свадьбы то есть.

Именно семейная жизнь Артура и стала самым трагическим или драматическим эпизодом – как хотите назовите – этой длинной истории. Тем самым эпизодом, которая и превратила нравоучительное развлекалово в подлинное произведение искусства.

Как известно, подлинное произведение искусства от фальшивого отличается только одним – в подлинном нет правых и виноватых, плохих и хороших.

В нем все, как в жизни – все хотели как лучше и у каждого своя правда. Каждого можно понять, но в итоге, разумеется, "получилось как всегда".

Судите сами.

Артур и Гвиневра жили, в общем-то, нормально, даже хорошо. Они действительно любили друг друга, и брак омрачало только отсутствие детей. Но если Артур просто печалился, то у Гвиневры был повод медленно сходить с ума. Скорее всего проблема была в ней – поскольку на стороне у Артура все прекрасно получалось.

Взять хотя бы историю рыцаря Круглого стола по имени Мордред, которого одни авторы называют племянником, а другие – бастардом Артура.

И те, и другие говорят чистую правду.

Поскольку Артур, сам о том не подозревая, заделал его собственной единоутробной сестре, проще говоря – дочери мамы от первого брака. По разным источникам – не то старшей Моргаузе, не то младшей Моргане, знаменитой злой колдунье.

История была занятная, но мы сейчас не об этом, а о Гвиневре.

Как я уже говорил, каждого из участников этой драмы можно понять. Ну сколько нормальная женщина, с их неистребимой страстью к самокопанию, может жить с подобным чувством вины? Ну год, ну пять, ну десять. Потом все равно сорвет резьбу, и хорошо, если еще вразнос не пойдет.

С Гвиневрой все усугублялось тем, что ее, как известно, избрал дамой своего сердца Ланцелот – лучший из рыцарей Круглого стола.

Самый сильный, самый отважный, самый знаменитый.

Когда в отношениях с мужем впору вешать статус "все сложно", а самый-самый-самый каждый божий день смотрит на тебя телячьими глазами – надо быть поистине стальной леди, чтобы не пускать себе в голову запретные мысли.

Она и не пускала, но судьба, как на грех, учинила похищение Гвиневры негодяем по имени сэр Мелеагант. У которого свою королеву отбил, разумеется, не кто иной, как Ланцелот.

Беда в том, что торжественной передаче предшествовал долгий путь домой, который Ланцелот и Гвиневра вынуждены были провести вместе, вдвоем, каждый день улыбаясь друг другу и желая доброго утра. Если верить авторам рыцарских романов – именно тогда Гвиневра с ужасом поняла, что, похоже, любит двоих.

Этот роман был долгим, мучительным и все никак не мог состояться. Оба влюбленных яростно сопротивлялись своим чувствам, поэтому роман включал, в частности, выставление Гвиневрой Ланселота на мороз. В смысле – многолетнее отлучение лучшего рыцаря от королевского двора. Отлучение, между прочим, ознаменовалось появлением бастарда не только у короля, но и у его лучшего рыцаря – ушлая леди Элейн соблазнила "намба ван", сделав беспроигрышный ход. Приняв с помощью волшебного кольца облик Гвиневеры. Потом обман открылся, Ланцелот бежал, скрипя зубами от ярости, но дело было сделано.

Как я уже говорил, своим чувствам влюбленные сопротивлялись яростно, но любая настоящая любовь – это обреченность. И сопротивляться ей бессмысленно. Можно быть сколько угодно стальной леди, но даже у стали есть такой показатель, как "усталость металла".

В общем, роман Гвиневры и Ланцелота завершился тем, чем завершаются все романы на Земле.

И этот финал вскоре стал секретом Полишинеля.

Как всегда, ни о чем не подозревал только Артур, а вот отношение рыцарей Круглого стола к королеве ухудшилось до откровенной неприязни. К примеру, когда после отравления яблоком сэра Патриса подозрения пали на королеву, за нее не впрягся ни один рыцарь, пришлось срочно посылать за Ланселотом.

А тут еще зловредная Моргана постоянно масла в огонь подливала. То подарит простофиле-Тристану (тот самый, который "Тристан и Изольда", ага) щит с изображением любовного треугольника. То рог пришлет, которым может воспользоваться только верная мужу жена – и испить из этого рога смогли четыре дамы из ста, после чего общее собрание оперативно, солидарно и единогласно постановило, что приличным людям не пристало верить темным чарам злой колдуньи, поэтому все нещитово.

И опять все кончилось тем, чем всегда заканчивается любой роман на стороне – нашлись правдорубы, возжелавшие раскрыть королю глаза.

Король глаза раскрывать не желал, ссылаясь на вздорные сплетни злых людей и отсутствие доказательств. Тогда правдорубы во главе с сэром Агравейном и тем самым бастардом сэром Мордредом отправились доказательства добывать. Они дождались, когда Ланцелот мышкой юркнет в спальню королевы и, выждав немного для верности, кинулись выносить дверь, громко требуя, чтобы охальник вышел в том, в чем был.

Ну он и вышел.

В общем, к праотцам отправились все правдорубы, включая сэра Агравейна, и только живучий Мордред, истекая кровью, побежал просто к отцу, голося на весь Камелот: "Караул! Прелюбодеи честных людей порубили!".

Такое на тормозах уже было не спустить. Поскольку подозреваемый Ланцелот спешно покинул замок, а останавливать его дураков не нашлось, судили одну подозреваемую Гвиневру. И в полном соответствии с тогдашним УК – приговорили к сожжению на костре.

И вот стоит королева босая у столба на куче хвороста, Мордред всячески намекает, что, дескать, пора, почтенная публика ждет!

А Артур как будто не понимает намеков и сигнала к возжиганию никак не подает. Не то ожидая чего-то, не то просто тупо и упрямо не желая губить любимую до сих пор женщину, сломавшую ему жизнь.

Как выяснилось, лучший король знал своего лучшего друга лучше всех.

В самый драматичный момент на аутодафе явился Ланцелот со спешно собранным войском и отбил королеву, поубивав кучу бывших друзей. После чего бежал с возлюбленной на материк, на свою малую родину, которую позже назовут Францией.

Артур, облегченно выдохнув, собрал собственное войско и тоже отправился через пролив – спасать свою честь не позорной казнью, а честной сталью. На хозяйстве оставили Мордреда – по принципу "какой ни есть, а он родня".

Мордред же, не будь дурак, вскоре учинил переворот и узурпировал власть, короновавшись.

Артур, чертыхаясь, спешно заключил перемирие с Ланцелотом и вновь принялся форсировать пролив – но уже в обратную сторону. Форсировав же, понял, что все эти события изрядно уронили его акции – многие рыцари Круглого стола не простили королю проявленной слабости и перешли на сторону Мордреда, оказавшегося очень умелым администратором и прирожденным интриганом.

Братство Круглого стола развалилось окончательно и в Камелоте началась полноценная гражданская война.

Финал которой состоялся на Каммланском поле, где король и его бастард сошлись в смертельном поединке. Артур доказал, что его не зря называли "первым среди равных", насквозь пронзив Мордреда копьем.

Но и сам получил смертельные раны.

Дальше вы знаете – визит сильнейших волшебниц Альбиона, перенос Артура на волшебный остров Авалон, где несчастный король и сегодня спит магическим сном в ожидании грядущего пробуждения.

В общем, выжили только Ланцелот и Гвиневра, но счастливее они от этого не стали.

Скорее наоборот – в ужасе от последствий содеянного и он, и она ушли в монастырь, где до конца своих дней каялись, замаливая свои страшные грехи.

В этом не лучшем из миров все имеет цену, любовь тоже. А плату с вас возьмут до копеечки.

И вы все еще удивляетесь, что эту историю люди пересказывают до сих пор?

"Пребывай же в блаженном сне, благородный король,

Быть мессией в своей стране – незавидная роль!"

Про несколько самых удачных попыток я расскажу в последней главе про Артура, короля былого и грядущего.

Пять лучших книг про короля Артура

В прошлой главе я обещал вам пять книг про короля Артура, которые стоят внимания.

Загибайте пальцы.

Томас Мэлори "Смерть Артура" (1469) илл. Обри Бердслей

Как я уже говорил, главным источником информации про жизнь короля Артура и его рыцарей Круглого стола для всех последующих авторов является весьма объемная книга без названия, которую издатели обозвали по имени последней части – "Смерть Артура".

Написал ее еще в 15 веке сэр Томас Мэлори – буйный рыцарь, осужденный на пожизненное заключение за многочисленные разбои и неоднократные изнасилования благородных дам.

Именно во время отсидки он и вписал свое имя в историю человечества, собрав рассказы про короля Артура, ходившие по всей Европе, и переплавив их в единую книгу.

Но обращаю ваше внимание – кроме того, что это главный источник информации, это еще и весьма неплохой роман.

Который, несмотря на прошедшие столетия, до сих пор интересно читать. Точнее – именно из-за прошедших столетий интересно читать.

Оригинальная классика всегда непохожа на устоявшийся образ. Так и здесь – описанный в "смерти Артура" рыцарский образ жизни несколько не совпадает с привычным нам сю-сю-сю о прекрасных дамах и благородных рыцарях. Напомню, автор сам был действующим рыцарем, ветераном войны Алой и Белой Розы – и знал, о чем писал.

Очень короткий отрывок.

«Я расскажу вам всё, что знаю об этом замке. Был его владельцем граф по имени Хернокс, ещё и года не прошло с тех пор. И было у него три сына, добрых рыцаря, и одна дочь, прекраснейшая дама, какую только приходилось видеть людям. И те трое рыцарей воспылали столь жестокой любовью к сестре своей, что сгорали от любви. И они все возлежали с нею, против её желания. А за то, что она кричала и призывала отца, они её убили, а отца своего схватили, ранили жестоко и бросили в темницу. Но один из племянников выходил его».

А вы на Мартина наезжаете.

Но сэру Томасу Мэлори, по сути, не повезло – после того, как он написал на базе множества рыцарских романов свой эпохальный труд, популярность рыцарских романов пошла на спад. Средневековье заканчивалось, наступали новые времена и всем стало не до древних рыцарей.

Как это ни странно, в изрядной степени популярность "артурианы" возродил через несколько столетий автор, решивший над ней поглумиться.

Марк Твен «Янки из Коннектикута при дворе короля Артура» (1889) илл. Дэниэл Картер Берд

Я имею в виду, разумеется, Марка Твена и его роман-пародию «Янки из Коннектикута при дворе короля Артура». Сюжет этого едва ли не первого романа о попаданцах всем, думается, известен.

Старший фабричный мастер по имени Хэнк Морган во время драки с работягами получает ломом по башке и неведомым образом очухивается в Британии времен короля Артура.

Умело применяя современные знания, он сначала остается в живых, потом делает быструю карьеру, потом перекраивает жизнь в Камелоте на современный (ему) лад, где рыцари ездят на велосипедах и носят на себе рекламные щиты.

В общем, над иконами рыцарства Твен глумился напропалую, вот, например, как в его романе описан Мерлин:

– Кто он?

– Мерлин, могущественный чародей и великий лжец. Пропади он пропадом! Он так надоел нам своей единственной сказкой! Все боятся его, потому что он повелевает бурями и молниями и дьяволы ада послушны ему, – а то мы давно выпустили бы ему кишки, чтобы покончить с его сказкой. Он всегда рассказывает ее в третьем лице, делая вид, будто он так скромен, что не хочет прославлять самого себя. Да будь он проклят! Да разразит его гром! Разбудите меня, пожалуйста, когда он кончит.

Мальчик опустил голову ко мне на плечо и притворился спящим. Старик начал свой рассказ; и мальчик сразу же заснул по-настоящему; заснули псы, заснули придворные, заснули лакеи и воины. Однообразно звучал скучный голос, со всех сторон доносился мерный храп, словно приглушенный аккомпанемент духовых инструментов. Кто сидел опустив голову на руки; кто откинулся назад и храпел, широко раскрыв рот; мухи жужжали и кусались – их перестали отгонять; из сотен нор вылезли крысы и бегали повсюду, чувствуя себя, как дома; одна из них, словно белка, взобралась на голову короля, в лапках она держала кусочек сыру и грызла его, с простодушным бесстыдством посыпая лицо короля крошками. Это была мирная сценка, успокоительная для усталого взора и измученной души.

Но странное дело – начав книгу с откровенного глумления над рыцарскими временами, ехидный америкашка неожиданно для всех закончил подлинной драмой – став неформальным властителем Англии по кличке Хозяин, де-факто деловой янки из Коннектикута потерпел полное моральное фиаско. Все его реформы ушли водой в песок, преобразования оказались никому не нужны, и с реформатором остались только 56 мальчиков, взращенных им с малых лет.

Но и это была еще весьма условная "артуриана". Настоящий расцвет этот цикл пережил во времена взлета популярности фэнтези.

Впрочем, началось все еще до войны.

Теренс Хэнбери Уайт, серия книг «Король былого и грядущего» (1938-1942) илл. Деннис Нолан

Это очень странные книги.

Для начала, непонятно, сколько их – четыре или все-таки пять (не спрашивайте).

В продолжение – пугающая поначалу неуемность автора, который постоянно скачет от одного к другому.

Для примера – первая (и по мнению многих – лучшая) книга серии "Меч в камне" вроде бы представляет собой детскую сказку о взрослении будущего короля Артура.

Но во вроде бы аутентичное "давным-давно, в некотором царстве, некотором государстве" постоянно вмешивается наше суетное время – барсук пишет диссертацию, муравьи слушают радио и т.п.

"Бред какой-то!", – скажете вы, и будете в корне неправы.

Уайт нашел прекрасный ход, как "осовременить" древние времена. Дело в том, что воспитатель будущего короля, волшебник Мерлин, является контрамотом. То есть живет в противоположном направлении, двигаясь из нашего времени – к Средневековью. И потому практически все знает о будущем, но почти ничего – о прошлом.

И, разумеется, уже не может ничего изменить.

При этом автор явно одержим просветительской деятельностью и рассказывает своим юным читателям про все подряд – от нюансов соколиной охоты до плюсов и минусов того или иного общественного устройства. Но опять-таки – Уайт излагает эту мешанину на редкость органично и книга вовсе не производит впечатление крупнорубленного винегрета.

При этом, как и в другой знаменитой сказке, "детским" является только первый том, дальше повествование взрослеет вместе с читателями. Роман о взрослении и становлении личности постепенно перерастает в любовную драму, а затем – в драму философско-историческую.

Думаю, вы уже поняли, что тетралогия Уайта – "Меч в камне", "Царица воздуха и тьмы", "Рыцарь, совершивший проступок" и "Свеча на ветру" (плюс "Книга Мерлина", которая то ли входит в цикл, то ли нет) – непохожа на любую другую серию фэнтези, но при этом на диво органична и невероятно хороша.

Не случайно именно она вернула "артуриану" в культурную повестку дня и дала наибольшее количество отражений в массовой культуре. Множество культурных хитов, от знаменитого мультфильма Уолта Диснея "Меч в камне" до не менее знаменитого бродвейского мюзикла "Камелот" делалось по мотивам книг Ти Эйч Уайта.

Очень честная история о долге, чести, идеалах и справедливости. И очень светлые книги.

Действительно – свеча на ветру.

Пока людей удается уговорить читать и писать, а не только есть да предаваться плотской любви, все-таки существует возможность того, что они образумятся.

Шли годы, и человеческое восхищение мерной поступью технического прогресса, столь впечатлившее Марка Твена и его янки, постепенно таяло. До людей постепенно доходила истина, изреченная другим писателем-юмористом: "Вот радио есть, а счастья по-прежнему нет". Меж тем за радио и прочий прогресс с нас начали без спроса взымать плату – так уж заведено в этом не лучшем из миров. Темп нашей жизни все ускорялся, количество свободного времени все уменьшалось, отношения между людьми изменялись все сильнее и непредсказуемее. И так далее и тому подобное…

И вот уже бывшие адепты прогресса, любители научной фантастики, привыкшие смотреть вперед в ожидании цветущих яблонь на Марсе, начали все чаще оглядываться назад в ностальгии по "старому доброму времени".

Наступил золотой век фентези, и популярность истории про короля Артура взлетела до небес. Кто тогда только про Артура не писал – причем в этом списке были и весьма известные имена.

У Андрэ Нортон в "Зеркале Мерлина", например, Ланцелота не было, Гвиневра была тривиальной дурочкой, а король Артур и Мерлин – потомками инопланетян.

Живой (тогда) классик и Нобелевский лауреат Джон Стейнбек в своих "Легендах о короле Артуре и Рыцарях Круглого Стола" сделал, как сейчас говорят, рерайт Мэлори, чтобы роман рыцаря-рецидивиста "стал ближе и понятнее нынешнему читателю". Но, кстати, переписал классик только семь из восьми книг Мэлори. Самую главную, восьмую часть под названием "Смерть Артура" – о любви Гвиневры и Ланцелота, вызвавшей смуту, которая, в общем-то и обессмертила имя Мэлори – рерайтить не стал. И, наверное, правильно сделал.

Занятно, что уже совсем в наши дни уже сегодняшний живой классик Питер Акройд выпустил в 2010 году книгу "Король Артур и рыцари Круглого стола" – еще одну адаптацию Мэлори для современного читателя. Но эта уже совсем простенькая, практически для детей, эдакий "Король Артур для чайников". И – да, в отличие от Стейнбека здесь полная версия.

В общем, про Артура и его рыцарей Круглого стола писали много, но главной "артурианой" современности общепризнан цикл книг Мэри Стюарт. Он включает трилогию "Хрустальный грот – Полые холмы -

Последнее волшебство", где история рыцарей Круглого Стола изложена с точки зрения Мерлина, плюс роман про Мордреда "День гнева", рассказывающий о событиях, произошедших после "типа смерти" Мерлина.

Так вот – при всем моем уважении к этой заслуженной классике в рассказе про книги Стюарт вам придется обойтись без меня. Меня эта трилогия совсем не зацепила, такое случается.

Но вот что на мой взгляд действительно стоит прочтения, так это две саги, мужская и женская. Точнее, если вспомнить хронологию – женская и мужская.

Мэрион Зиммер Брэдли «Туманы Авалона» (1983)

Женская сага настолько женская, что она получилась не про короля Артура, а про его сестру (и, если верить автору – возлюбленную) волшебницу Моргану (Моргайну).

Все происходящее мы видим ее глазами и переживаем через ее судьбу – от девчонки до старухи.

Вообще, слово "волшебница" – неправильное. У Брэдли Моргайна не фея, а защитница исконных языческих верований. И это главная и магистральная линия романа – смертельная борьба язычества и христианства, Природы и Бога. Эта невидимая схватка за сердца людей иногда оказывается интереснее видимых. Боль жрицы Моргайны, вынужденной наблюдать, как Артур – практически помимо своей воли – становится все большим и большим христианином, иногда ощущаешь почти физически.

Как я уже говорил, роман очень женский, поэтому там, сюрпрайс!, отсутствует то в книге про Артура должно быть по умолчанию. Сражения, например. Хотя о чем вы вообще? Какие, нафиг, баталии? Там оружие из ножен извлекают раз десять на тысячу страниц, не больше. Нет там и волшебства, по крайней мере в стиле "вжух! – и наколдовал".

Зато там с избытком разнообразнейшего феминизма и однополой любви, что, в общем-то, и сделало роман Брэдли иконой адептов пресловутой "повесточки".

Я понимаю, что у вас на языке уже вертится вопрос: "Алло, рецензент! Ты вообще роман рекомендуешь или в землю закапываешь?".

Ответ: я просто стараюсь быть честным.

И поэтому совершенно искренне повторю поговорку: "Талант как прыщ, может вскочить на чем угодно". Поэтому говорю как на духу: Мэрион Брэдли, несмотря на всех своих тараканов – невероятно талантливый автор, а "Туманы Авалона" – очень сильная книга.

Это действительно сага, где все как в жизни, только заостренннее и оттого – проникновеннее.

Древняя, как мир, история, где есть любовь, долг, предательство, дружба, верность, страдания, болезни и вера. Переплетение вывязываемых людьми биографий, изгибы реки-времени, несущей муравьишек-людей, кружево их мечтаний, надежд и разочарований – все это периодически заставляет забыть, что ты всего лишь читаешь сказку.

Бернард Корнуэлл "Сага о короле Артуре" (1995-1997)

А вот это, напротив, совершенно мужская трилогия. Корнуэлла большинство знает как автора цикла о королевском стрелке Шарпе, но мне лично трилогия об Артуре – романы "Король Зимы – Враг Божий – Экскалибур" – понравились даже больше "Шарпа" и больше, чем корнуэлловские же "Саксонские Хроники".

Бернарда Корнуэлла часто называют автором, возродившим исторический роман, поэтому всемогущих волшебников, белоснежных замков и прекрасных рыцарей в завораживающе красивых латах можете не ждать. И даже шею мыть не обязательно.

Будет то, что и должно было быть в самом начале Темных веков практически на краю обитаемого мира, в захолустье, называемом Британией.

По сути, перед нами своеобразный постапокалипсис, эдакий "Fallout былых времен".

5 век нашей эры, Британские острова.

Римская империя пала, римляне ушли, среди обломков великой цивилизации суетятся дичающие на глазах местные варвары. Бандер-логи, неумело изображающие из себя властителей джунглей, которыми неотвратимо зарастает римское наследство. Дороги разрушаются, мосты рушатся, бани, храмы и библиотеки засраны и используются как угодно, только не по назначению.

Никчемные туземцы в меру своих варварских сил пытаются косплеить ушедших, создают какие-то крошечные "королевства", но сразу же начинают драться либо с соседями, либо между собой.

А тут еще оккупанты-саксы, высадившиеся на острова с материка и планомерно отжимающие территорию…

В общем, один из таких "корольков", называющий себя "королем Думнонии" по имени Утер Пендрагон, потерял в бою с саксами сына. Понимая, что сам он в силу древности долго не протянет, Утер назначает наследником своего внука, младенца Мордреда, а реально править до его взросления просит собственного бастарда по имени Артур, заручившись его страшной клятвой о передаче престола выросшему внуку.

Вот только Артур оказывается прирожденным королем, что называется, властителем божьей милостью. Оказавшийся у власти бастард пытается в осыпающемся и разваливающемся мире спасти хоть что-то полезное и выстроить из обломков что-то более-менее устойчивое…

При этом главный герой – вовсе не Артур. Все происходящее мы видим глазами Дерфеля Кадарна – сына рабыни, пленного мальчишки-сакса, дружка Нимуэ – ученицы друида Мерлина.

Именно Дерфель, ставший могучим воином, затем полководцем, а потом старым монахом-калекой и рассказывает молодой королеве Игрейне о временах своей молодости. И от рассказа этого почти невозможно оторваться, потому что эпопея Корнуэлла полная противоположность саги Брэдли. Тот текст надо вдумчиво впитывать, этот же тащит за собой. А что? Приключений хоть отбавляй, сюжет не провисает ни на секунду, а "боевка" вообще выше всех похвал.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.