Светлана Суханова
Отравленный ненавистью

Пролог

Дорогие мои, это история Игоря, из нашей четвёрки. Она будет завершать этот цикл. Полюбившиеся герои будут тут встречаться.

Напоминаю, что цикл включает в себя истории каждого из четверых друзей. У каждого самостоятельная история – однотомник.

Все книги цикла бесплатны!

Приятного чтения!

Адреналин бьёт по висках, но мне это даже нравится! Потому что я хочу забыть, забыть всё! Особенно её! И наш последний разговор. Я ведь, правда хотел долго и счастливо, как у всех. Только с ней. Ради неё, я готов перевернуть свой мир и изменится. Ради неё я похерил дружбу. Ради неё, ради нас! Ради нашего ребёнка!

Бездумно выжимаю педаль газа. Погода не радует, асфальт мокрый и скользкий. Но мне всё по#уй!

Она убила меня своими словами. Перед глазами встаёт её образ. Красивое лицо с улыбкой. Блеск в глазах. Так она всегда смотрела на моего друга – Матвея Соколова. И лишь в моменты страсти на меня.

Но образ сменяется на девушку в гневе. Она кричит, смотрит с пренебрежение. Именно таким был наш последний разговор.

Я ведь хотел по – хорошему. По любви.

Люблю её давно, но дружба с Соколовым не давала мне продвигаться дальше. Если бы я знал изначально, что она для него ничего не значит. Что он просто бросит её. Если бы я только знал…

Хватаю с соседнего сидения бутылку с водкой и делаю жадный глоток. Внюхиваюсь в рукав дублёнки. Закусывать неохота. Я хочу всё забыть.

Если бы я сразу знал про ребёнка! Если бы я знал…

Я уже давно за нашим городом. Мчу по трассе, мимо сел и посёлков. Мой маршрут построен в неизвестность.

Я просто еду. Подальше от всех.

Родители не понимают меня. Вечно помогают всем, кроме собственного сына. Вот и сейчас они заняты работой. Они не знают про внучку. Не знают, что я люблю жену друга. Не видят как разрушилась моя жизнь. Они просто улетели вместе по делам. У них сложный процесс на работе, важное дело. Они не знают что происходит с моей жизнью и душой.

Друзья, все живут счастливо со своими тёлками, забив на дружбу и своего друга. У всех любовь.

Кроме меня!

А ей я был нужен лишь, когда он уходил от неё. Я был её утешением.

Её спасением от одиночества.

Только для меня она – весь мир.

А я для неё – никто.

ГЛАВА 1

Игорь

Пьяный еду по трассе без ограничений.

Давно я не пил. Особенно так.

Ведь я искренне хотел быть лучшим для неё.

Но Соколова мне не переплюнуть.

Я даже ребёнка ей зачал, но я все равно ей не нужен.

В голове всплывает наш недавний разговор.

Последний разговор.

И я вспоминаю каждую секунду того времени.

Я пришёл к ней, не впервые.

Особенно после теста ДНК. Я ходил каждый день, даря любовь и поддержку. Она принимала. До определённого момента!

– Кариш, не стоит так убиваться! Всё будет хорошо, милая моя! – обнимаю, утешая, – Тебе вредно так переживать.

– Мне всё равно! Он ушёл! Он бросил меня! – шепчет она, смотря в одну точку.

– У тебя есть малыш! – пытаюсь подбодрить.

– Зачем он мне, без него! – кричит она.

– Как зачем? Это наш с тобой ребёнок. Ты не одна! У тебя есть я и наша дочь! – объясняю ей логические мысли.

В ответ молчание.

Я глажу её по волосам, целую в висок и макушку.

– Я люблю тебя! Очень сильно! Я для тебя сделаю всё, что хочешь! Для вас мои девчонки. Я вас больше жизни люблю! У меня есть работа, квартира, машина. Сделаем детскую! Каринка, люблю тебя!

– Ты не понимаешь! Я его хочу! Я хочу Матвея! – рыдает она, – А он бросил меня. И отец дурой назвал! Я не хотела разводиться.

– У тебя ребенок от меня, девочка моя! Как вы можете продолжать жить? Нахрена тебе Матвей? Он не любит тебя. Никогда не любил! При любом удобном случае заменял! Обижал, унижал! А я весь мир положу к твоим ногам, любовь моя!

Она резко поднимается с пола, отталкивая меня.

– Да как ты не поймёшь! Я люблю его! Его, а не тебя! – шипит она змеёй.

– Это не мешало тебе спать со мной! – произношу в ответ с обидой.

– Я хотела сделать ему больно. Отомстить за Марину. Я думала, что ребёнок укрепит наш брак! А ты все испортил! Зачем ты влез? Зависть взяла?! – вытирая слезы, выговаривает она.

– Нет! Любовь! – произношу спокойно.

– А я тебя не люблю! – кричит она в ответ.

– Прекрати истерику! – произношу на последних силах терпения, – Тебе его не вернуть. Он уже с Мариной. У них всё взаимно! А у нас с тобой дочь. Это подтверждено ДНК тестом. Почему бы нам не попробовать быть вместе! Карина, моей любви хватит на вас двоих.

– Игорь! Я не люблю тебя! Понимаешь!? Я использовала тебя, чтоб он ревновал. И ребёнка я не люблю, потому что он твой! А не его! Мы не будем семьёй никогда! Понял. Я никогда не буду с тобой. Даже ради дочери. Хочешь, я рожу и заберёшь её! Она не нужна мне! Мне нужен Матвей и его дети! А ты и эта дочь не нужна. Я не люблю вас!

– Сука! – бью кулаком в стену, – За что ты так со мной!?

– Я сама разберусь с этим ребёнком. Ты никто! Понял!? Можешь жить дальше своей жизнью! Ты перестал пить, гулять, даже бросил курить! Ради меня? Зря! Можешь смело начинать. Мы не будем вместе! Никогда! Да, ты неплохо трахаешься! Мне понравилось! Но не более! Я не хочу быть с тобой! Жить с тобой! Любить тебя!

– Когда ты успела стать такой стервой? – качаю головой.

– Это он сделал меня такой. После его ухода я уже не буду прежней. Нам никогда не быть с тобой, потому что он всегда будет с нами. В моих снах, мыслях.

– Ты ведь сама упустила его! Он попытался даже дать вам шанс. Ты же хотела кутить, танцевать, пить, курить!

– Это я делала специально! Я подсчитала, что ребёнок твой! Хотела спровоцировать выкидыш. Тогда бы не стали делать днк тест! Матвей бы меня пожалел. Потом мы бы завели с ним деток и жили бы вместе, – произносит она.

– Ты безумна! Ты говоришь страшные вещи! Карина твою мать, что значит спровоцировать выкидыш? – смотрю на неё огромными глазами.

– Потому что мне не нужен ребёнок от тебя Игорь!!! Я ненавижу тебя! Это из – за тебя все разрушилось. Из – за тебя и твоего ребёнка! – выкрикивает она.

В комнату вбегает её отец.

– Игорь уйди по-хорошему! – цедит он, – Не любит она тебя! Не ходи больше сюда. Дай ей время!

– Но этот ребёнок мой! Наш! – произношу отрешенно.

– Ради ребёнка, оставь в покое её пока! Пусть немного успокоится! – произносит он подталкивает меня к выходу из комнаты Карины.

Уже перед самыми дверями из дома, отец Карины хлопает меня по плечу.

– Оставь её! Не будет она с тобой! – произносит он.

– А дочь? – смотрю растерянно.

– Посмотрим! Как успокоится, вместе всё обсудим. Сейчас важно эмоциональное состояние матери!

– Но я ведь не делаю плохо. Любой каприз! Почему так? – возмущаюсь, не понимая абсурдности данной ситуации.

– Дай время! – бросает он и уходит.

Выбегаю и сажусь в машину. Еду домой.

Знаю что родителей дома нет, они в рабочей командировке.

Я ведь даже не сказал им про то, что стану отцом. И про любовь к Карине тоже. Они считают меня мажором, способным лишь кутить и прожигать деньги и здоровье. Они не знают, что сейчас я не пью и даже бросил курить. Стараюсь вернее.

А ведь ради неё я готов быть взрослым, ответственным любящим мужем и отцом.

Но меня послали нахер, мягко говоря.

Со всеми моими чувствами, желаниями и планами.

Три дня я провел дома в заточении.

Думал, сопоставлял, мечтал.

Ночами не спал, расхаживая по дому.

От Карины или её семьи не было вестей. Телефон она тоже не брала. Когда ездил, меня не пускали.

А потом сорвался.

Я просто ушел в запой…

Каждый день – как день сурка! Встал, умылся, выпил, выпил…

Пью пока мозг не перестаёт гнать мне мысли о моих девочках…Карине и дочери.

Лишь в беспамятности я могу уснуть.

На звонки друзей не отвечал. Дверь никому не открывал.

Правда, Соколу один раз ответил. Высказал всё, что думаю о нем. Как он разрушил Карину, что теперь мне приходится собирать эти осколки, которые режут по живому!

Соколов не остался в долгу, обматерив меня в ответ. Уверяя, что ему насрать на Карину и её чувства. Ему есть кого ценить, любить и оберегать.

От его слов стало ещё хуже..

У Архипова – Полина, у Лукьянова – Вика, у Соколова – Марина. А у Нечаева – никого.

Потому что я нахер никому не нужен!

Закрываю глаза в отчаянии.

Боль.

Внутри меня боль выжигает мою душу и тело.

Одиночество давит сверху, боль жгёт изнутри.

Открываю глаза, мутно смотря на дорогу.

Я проезжаю какой посёлок или городок.

Я даже не обращаю внимание.

Главное я хочу уехать подальше от неё, родителей, друзей.

Всех тех, кому я не нужен.

Уже темнеет, дорога скользкая, потому что идёт дождь.

За окнами мелькают дома, машины, вывески магазинов.

Я отпиваю новый глоток из бутылки и опять зажмуриваюсь.

Ненавижу их всех!

За то, что они все счастливы.

За то, что им нет дела до меня.

За то, что она любит его, а не меня!

Оглушающий удар и скрежет металла режет слух. Чувствую боль в шее и грудной клетке. В голове шум.

Распахнув глаза, вижу перед собой размытые очертания.

Не могу сфокусировать взгляд.

Я во что – то влетел.

Идиот!

Хотя, по мне никто не заплачет!

Моя жизнь никчемная.

Лучше один раз закопают и забудут.

Закрываю глаза.

На моем лице улыбка.

Я буду улыбаться даже на том свете, всем им назло!

ГЛАВА 2

Игорь

Открыв глаза, не могу понять где я.

Какая то фигня мешает повернуть голову.

Что за нах..?

Белые стены и аппаратура вокруг, на окнах белые жалюзи.

Запах антисептика.

Запоздало в сознании всплывает картинка.

Я попал в ДТП.

И что не умер?

Обвожу взглядом помещение.

Это точно не ад!

И не рай, ибо туда мне дверь закрыта!

Я в больнице!

Я живой.

Вот только зачем это мне!?

Нахрена я тут кому нужен?

Зря люди старались спасали меня!

Лучше бы просто постояли подождали пока прекратится последний вздох.

В дверь заглядывает пожилая медсестра.

– Очнулся! Это хорошо, сейчас доктора позову! – бросает она, прикрывая дверь.

Я пытаюсь оглядеться.

Лежу на кровати, на шее какая – то сдавливающая херовина. В руке торчит капельница. На плече манжета от аппарата давления.

Руки и ноги на месте, уже хорошо.

Под одеялом я голый.

В палату входит высокий мужик в белом халате.

– Ну что Игорь, оклемался немного? – спрашивает он, садясь рядом со мной.

– А смысл? Могли бы и не спасать! – бурчу в ответ.

– Я твой лечащий врач! А это моя клиника. Надеюсь, теперь мы быстрее пойдём на поправку, – произносит он с улыбкой.

– А родители здесь? – спрашиваю у врача.

– Нет! Их нет здесь! У них дела! – отвечает он быстро.

Я горько усмехаюсь.

Конечно, зачем им нужен сын. Карьера, вот что их волнует.

У всех друзей, в случаях беды, родители первыми бежали на помощь.

У Архипова отец бухал с дедом его девушки, чтоб помирить их.

У Лукьянова родители всегда жертвовали всем, чтобы спасти его – работой, недвижимостью.

Даже у Соколова отец всегда был ему другом и опорой.

Мои родители, даже моим друзьям успевают помочь.

Но только не мне!

От длительного молчания голос слабый и сиплый.

– Что за штука? – трогаю руками то, что на моей шее.

– Это специальный воротник, он фиксирует твою шею. У тебя компрессионный перелом отростка шейного позвонка.

– Это на всю жизнь? – перебиваю доктора, – Моя голова что, отдельно от шеи?

– Ну ты фантазер! Нет, полечимся и снимешь! Помимо этого ещё перелом рёбер, ушиб грудины, сотрясение головного мозга.

– Наборчик прям! – усмехаюсь, насколько позволяет моё состояние.

– Что ты помнишь? – спрашивает доктор, – Себя? Обстоятельства?

– Я знаю кто я! Нечаев Игорь Вадимович! Мой отец Нечаев Вадим Алексеевич, а мать..

– Понял! Хватит! – перебивает доктор, – А как ты попал в больницу, помнишь? Что случилось?

– Помню я всё! Даже то, что старался забыть! – произношу с раздражением.

– Кто ж за рулём пьёт то! – с упором произносит доктор.

– Тот кто жить не хочет! – язвлю в ответ.

– Знаешь, как говорится, за каждой чёрной полосой наступает белая! И тебе выбирать, когда будет смена цвета!

– Философию с времён института не понимаю! Не люблю! – бросаю недружелюбно.

– Странный ты! Не ценишь ничего! – вздыхает доктор.

– Да? Док может не всегда всё выглядит так как кажется! И истина намного глубже! – выдаю её.

– А говорил не любишь философию! – ухмыляется врач, ускоряя темп капель в капельнице, – Ты просто жизнь свою не любишь! Оттого и не ценишь!

– Или просто меня никто не любит и не ценит в этой жизни! За что её тогда любить? – огрызаюсь в ответ, – Я нахер никому не нужен! Где они все? Родители, друзья, любимая девушка?! Нету! Лежи Игорь – подыхай!

– Дурак ты! Думаешь только о себе! Создал проблем выше крыши и слился. Думаешь нет человека – нет проблем. Нет. Это так не работает! Вот чем заняты твои родители! – произносит врач, – Твой отец мой одноклассник и друг. И мать твою я знаю хорошо! И друзьям твоим ничего не говорят пока – так нужно!

– Какие проблемы? Вы о Карине и ребёнке? – спрашиваю заводясь, – Это их они считают проблемой?

– Про это не знаю ничего! – отвечает врач уклончиво.

– А что тогда?

– Странный ты! А говоришь, что помнишь всё! У тебя шесть красных светофоров, пару камер засняли тебя на превышении скорости, проезд по пешеходным переходом во время прохождения пешеходов. В твоей крови обнаружен алкоголь и запрещённые вещества! И вишенка на этом торте изобилия – ты снёс общественную автобусную остановку.

– Я врезался в неё! Помял или как?

– Ты почти сравнял её с землёй. Демонтировал, так сказать! – фыркает доктор.

Я молча перевариваю услышанное. Это все я не отрицаю. Но насчёт остановки..

Ее в моих планах не было.

Пытаюсь вспомнить этот момент.

Что я делал? Что видел?

Пока я стараюсь наладить мыслительный процесс в голове, доктор выходит с палаты.

– Подождите! А люди? Я их зацепил? – пытаюсь крикнуть ему вслед, но получается лишь шёпотом.

Он не услышал и ушёл.

Я пытаюсь поднять голову выше, но тут же появляется шум в затылке, вместе с болью.

Свободной рукой откидываю одеяло, пытаясь пошевелить ногами.

Фух…

Двигаются, только вяло как то…атрофировались что ли?

Обстановка угнетает мое и так не весёлое настроение.

Когда приходит медсестра, снимать капельницу, прошу у неё телефон.

– В отделении интенсивной терапии не положено! – твердит она.

– Родителям позвонить! – давлю на жалость.

– Ваш доктор сам позвонит и поставит в известность! – бросает она недружелюбно.

Да что я ей сделал?

Я проснулся и не успел ещё ничего плохого сделать…

А персонал смотрит на меня, как на врага народа.

Так проходят ещё сутки. Медсестры, особо не разговаривают. Приносят еду, воду, дают лекарства. Смотрят параметры моего организма.

Заменяют даже сколько я за день и за ночь поссал!

Умора..

Никогда не думал, что это так важно!

Стараюсь есть мало. Потому что я лежу и понимаю, что убирают за мной женщины, возраста моих родителей или девчонки молодые, которым я не своё дерьмо мог бы показать!

Это тоже угнетает моё мужское эго.

На следующий день моего врача не было, был другой доктор на дежурстве.

– Как себя чувствуете? – заглядывая в палату спрашивает молодой парень в костюме медика.

– Это я у вас хотел спросить? – офигеваю с его рожи.

– Вас ведёт сам главврач, все вопросы к нему. Если что, зовите санитарочку.

– И всё? – спрашиваю я.

– Да, у меня другие пациенты! – бросает докторишка и закрывает дверь с той стороны.

Да уж…

Главный вопрос- где я?

Что это за населённый пункт? Сколько километров от дома? Когда меня переведут в нормальную клинику?

И когда я обрету связь с внешним миром.

Мне нужен телефон!

Откидываю одеяло, спускаю ноги.

Сейчас я сам всё узнаю…

Поднимаюсь и резко встаю…

Ох бля..

Резко падаю на кровать обратно.

Все кружится, мутит и ноги дрожат.

Что они со мной сделали.

Ещё и под штукой этой на шее тянет болезненно.

– Игорь, это всё -таки ад! – говорю сам себе.

Понимаю, что сам я не смогу встать. Конечности, как ватные!

Ложусь обратно, восстанавливая силы.

Лежать из – за этого воротника тоже неудобно.

Бедные животные, которым надевают эти воротники и снимают " милые " видео. Нехрена это не мило, это жесть как неудобно.

Но даже воротник уходит на второй план.

Больше всего меня интересует вопрос с остановкой.

Ведь если есть пострадавшие, то мне грозит уголовная ответственность.

А вдруг я убил кого – кого-нибудь?

Меня вылечат, а потом отдадут под суд.

Вспоминаю Паху. В его деле всё происходило быстро. Парня забрали сразу.

А меня родители спрятали в больницу! Из разговора с доктором выходит так!

Ирония судьбы – у родителей адвокатов, сын преступник.

Сарказм это конечно хорошо, если бы не было так очково.

Я в тюрьму не хочу! Лучше сдохнуть сразу!

А как же дочь?

– Черт! – сжимаю голову руками, – Что делать?

Дибил.

Нахрена я сорвался?!

Держался ведь до последнего.

Если я и правда натворил делов, Карина не будет со мной. Ее батя тогда точно не одобрит мою кандидатуру!

А как же моя дочь?

Мысли и вопросы разрывают мою голову на части.

На смену им приходит опять злость.

– Она и так не будет со мной! – разговариваю сам с собой, – я ведь никто! Не нужен ей! Ни я, ни моя дочь!

Никто не объявляется- ни родители, ни друзья.

Наступает опять одиночество и злость.

Так проходят ещё пару дней.

ГЛАВА 3

Игорь

Сегодня меня переведут в хирургическое отделение, в палату.

С утра об этом уведомил доктор.

Лишь когда пришёл персонал, перекладывать меня на качалку, я начал сопротивляться.

– И что я там голый буду лежать? – натягивая одеяло, спрашиваю у медсестёр.

– Твои родители уже в палате ждут, с вещами.

Тогда я соглашаюсь на всё.

В палате укладываюсь на кровать, одеваюсь в одежду, приготовленную рядом на стуле.

С этим воротником неудобно, поэтому одеваю кофту с замком на голое тело. Чтоб не одевать ничего через голову.

– А где родители? Уехали? – спрашиваю с отчаянием.

Мои ожидания не оправдались, в палате были лишь вещи.

– У главного в кабинете! – отвечает санитарочка.

Меня размещают в отдельном крыле. Я так понимаю, что здесь находятся ВИП палаты. Потому что у меня свой санузел и душевая кабинка, телевизор, холодильник.

Уютненько.

Но я уже хочу домой.

В голове тысяча вопросов.

Наконец – то в палату входят родители.

Сегодня они не похожи на себя. У отца под глазами серые круги, да и вид в общем немного помятый.

А волосы матери не собраны в элегантную причёску как всегда, а собраны просто в хвост.

У обоих в глазах усталость.

Но моя обида на них берет верх.

– Привет! Я уже и не ждал! – язвлю в ответ.

Мать садится ко мне на кровать. Отец встаёт у окна.

– Мы вообще думали, что больше не услышим твой голос! – произносит мама и голос переходит в схлип.

Моя мать – адвокат и никогда не была склонна к слезам и истерикам.

Но видимо, что то изменилось…

– Похоронить меня решили? – усмехаюсь, пытаясь приподнять настроение.

– В рубашке родился! Видел бы ты свою машину и ту остановку! – бурчит отец в ответ.

– За машину сорян, правда не хотел ушатать ее в хлам! Это получилось по неосторожности! – произношу с иронией.

Вижу как меняется лицо отца.

Сейчас начнётся.

Он у меня и так серьёзный мужик, но когда затронешь, считай что жил, то зря!

– Смешно тебе, да? – хмуро спрашивает отец.

– Вадим, не надо! – просит мать, кидая в отца острый взгляд.

– Лен, иди водички попей, кофе купи! – произносит строго отец.

Вижу сомнения на лице матери.

– Иди мам, правда. И мне заодно купи! – подмигиваю ей.

Она нехотя выходит из палаты.

– Внимание, а теперь вынос мозга! – не могу остановить свою обиду.

– Нет, теперь разговор двух взрослых мужиков! – жёстко произносит отец, – Что доигрался?

– Нет. Ещё хочу! – заявляю в ответ.

– До тебя так и не дошло!? Совсем спился нахрен. Котелок твой, совсем не варит смотрю. Игорь! Ты когда начнёшь думать мозгами. Голова дана не для того чтобы вливать туда алкоголь, и девок клеить. Мозгами надо думать. А потом делать! – заводится отец, повышая голос.

– Чего ты заводишься? Сидели бы и дальше в своей командировке! Я вас не звал!

– Не звал он! А ты в состоянии был? Шею себе чуть не сломал нахрен, мозги встряс. И это только себе! Смотрите на него, не звал он! – орёт в голос отец, – Мать в истерике была, когда нам сообщили. Еле смогла регистрацию пройти в самолёт, чтоб мы вылетели к тебе. Меня трясло всего! Плевать на меня, о матери подумай. Хотя бы о себе подумай. Чертов эгоист.

Вижу как дрожат руки отца.

Впервые, он не владеет своими эмоциями.

– Чего не хватает тебе? – спрашивает в ярости, – Всё есть! Любой каприз! Чего тебе не хватает, что ты бесишься?!

– Любви и внимания! Не думал об этом! Так вот. Я тоже хочу чтобы меня любили. Любили меня! А не говорили, что я неплохо трахаюсь, но любит она моего друга! – выпаливаю на эмоциях.

Резко закрываю рот.

Взгляд отца меняется.

– Кто? – задает простой вопрос.

В ответ я молчу.

– Кто это Игорь? Друзей у тебя трое и у всех вполне приличные девушки. Не думаю, что девушка Архипова или Лукьянова повелась бы на тебя. А у Соколова жена. Поэтому я даже не представляю.

– Матвей разводится с Кариной! – произношу в ответ.

– Из – за тебя? Это Карина? – переспрашивает отец.

В ответ опять молчу.

– Игорь ты спал с женой друга? – спрашивает отец печально, качая головой.

– Не совсем. Они ещё не были женаты тогда! Да и Сокол не любит её, бросил ради Марины.

– А ты считаешь, что любишь Карину? – спрашивает с усмешкой.

– Люблю. Только вам всем насрать на мои чувства. Вы знали, что я не пил уже полгода, даже бросил курить. Что я люблю Карину!! Нет! Вы ничего не знаете! Потому что вы не интересуетесь моей жизнью. Вам важна лишь ваша карьера. А я старался. Старался быть идеальным. А меня все равно послали к чертям. Так в чем тогда смысл? А нет его! Я лишний! Лишний в её жизни. Лишний для вас! Было бы лучше если бы меня не стало! Я просто хотел убежать от этой нелюбви. Но судьба видимо решила закончить мои мучения. Вот я и разбился. Лучше бы я сдох сразу.

– Что ты говоришь такое сын?! Прекрати. Ты всегда нужен нам. Мы никогда не жалели ни о чём! И мы всегда поможем. Ты только откройся нам.

Отец накрывает мою ладонь своей.

– Как открыться, если вас не было рядом? Вы даже не интересуетесь мной! – отвечаю резко.

– В остановку ты не специально въехал? – переводит отец тему.

– Нет, просто выключило за рулём.

– Ясно. Это хорошо! – произносит задумчиво.

– Я хотел спросить! Это важно! На остановке были люди? – спрашиваю отца серьёзно.

– Тебе важно знать ответ? – сканирует отец взглядом.

– Конечно! Думаешь, я совсем отморозок? Да я все ночи не сплю! Я ведь понимаю, что там возможно были люди. Это значит, что я их покалечил! Из – за своих проблем создал проблемы другим. Я ведь преступник, да?

– Ты боишься больше за себя или за людей? – продолжает отец свои каверзные вопросы.

– За людей. Насчёт себя я всё понимаю! Виновен – заслужил. Сколько людей было? После больницы меня сразу заберут в СИЗО?

По лицу отца пробегает тень.

– Не было никого! – произносит он вдыхая, – И никто тебя не посадит! Если будешь делать так, как я скажу.

– Что это значит? Никого! Точно? – переспрашиваю.

– Да! Жертв нет. Так лишь убытки и нарушение ПДД. Прав придётся лишиться! И затихнуть. Пропасть со всех радаров. Поэтому ты останешься здесь! В этой закрытой клинике. Она находится не в городе, а в пригороде. Друзьям пока не говори где ты! Ни с кем не обсуждай аварию. Тем более не говори, что водитель это ты!

– Если нет жертв, для чего такие меры? – спрашиваю хмуро.

– Так надо. Сын, доверься нам – твоим родителям! Пожалуйста, выполни мои требования! Я никогда не буду действовать во вред своему ребёнку! Поэтому прошу! В твоей машине отказали тормоза – это будет официальная версия. Алкоголь был, остальное нет!

– Да не вопрос! Буду лежать, лечится! Друзьям не до меня! Вы знаете, где я! Писать, звонить можно?

– Можно! Только не говори где ты и что случилось!

В ответ я кивают. Отец улыбается в ответ.

Возвращается мама. Достаёт из пакетов домашнюю еду и фрукты с соком.

Дальше разговариваем о моем распорядке дня, лечении, о моих ощущениях в этом долбаном воротнике.

Родители обещают приезжать каждый день. Уезжают уже ближе к вечеру.

Все все-таки они меня любят.

Искренне и просто так.

Такого, какой я есть. А ведь я далеко не подарок.

Почему она не может меня любить так!?

ГЛАВА 4

Игорь

Дни летят чередом. Головные боли и тошнота почти ушли. Я даже уже размял свои конечности и теперь тихо передвигаюсь.

Хочется курить.

Да, я почти бросил, но за пару дней до аварии опять курил как паровоз, поэтому сейчас тяга великая.

Но я держусь.

Ведь быть идеальным не так сложно, если есть ради чего.

Телефон Карины по по-прежнему не доступен для меня. Она меня везде заблокировала.

Родители приезжают каждый день. Отец говорит, что разбирательства идут, по поводу аварии, но я жертва технической неисправности. Моя вина лишь в алкогольном опьянении за рулём.

Это главная причина моего выздоровления.

Я расслабился.

Потому что пока я считал себя убийцей ничем неповинных людей, меня мучили кошмары и головные боли.

С момента аварии прошло десять дней.

От друзей так и не было вестей. Хотя номер я не менял. В общем чате тишина.

Правда сразу, когда отец привез мне телефон были пропущенные по три раза от каждого друга. Это было в день аварии. А затем тишина…

Им есть на кого тратить своё время.

Любимые девушки, страсть, отношения, любовь, романтика…

Можно перечислять до бесконечности, все чувства которые происходят в паре влюблённых.

А у меня?

Я им завидую.

Потому что, я очень хотел построить своё счастье и любовь с Кариной.

Но в нашей паре лишь презрение, ненависть, злость.

Медленно брожу по коридору, к своей палате.

– Извините, не могли бы вы помочь мне? Или позвать кого – нибудь? – слышится тихий девичий голос.

Оглядываясь, вижу приоткрытую дверь в соседнюю ВИП палату.

Подхожу ближе к дверям.

– Парень, входи, не бойся, я под одеялом! – доносится из палаты.

Открыв дверь шагаю в палату.

Идентичное помещение, как и моя палата.

Только на кровати лежит девушка. Лицо бедное, но милое. Взгляд скромный. На подушке пряди каштановых волос.

В ее руке торчит капельница.

Она рассматривает меня открыто, но не вульгарно. Особенно ее взгляд цепляет мой " ошейник".

– Привет! – произношу, улыбаясь.

– Здравствуй! Извини что побеспокоила, можешь подать мне телефон, он упал случайно, а мне нельзя вставать ещё. И капельница закончилась, надо бы отсоединить, вернее позвать медсестру.

На ее щеках появляется румянец.

Она смущается своей просьбе.

– Да не вопрос! Сейчас отключим, я это умею! – подхожу ближе к ее руке, на которой прикреплена игла лейкопластырем.

– Ты правда можешь? – накрывает она руку одеялом.

– Сам себе отключал! Медсестры даже похвалили! – усмехаюсь и беру за край одеяла.

Откидываю его, немного не расчитав, оголяя живот и грудь девушки. Хорошо, что она не голая, а в длинной футболке лежит.

Девчонка ойкает и тянет одеяло до подбородка.

– Да успокойся, что я девок не видел что – ли! – усмехаюсь в ответ и беру ее руку с капельницей.

От моего прикосновения девушка непроизвольно дергается. Меня самого пробивает через пальцы как разрядом тока. Но это приятный разряд.

Отрываю пластырь, беру на тумбочке спиртовую салфетку, аккуратно извлекаю иглу и прижимаю салфеткой место прокола. Делаю всё нежно и сосредоточенно. Чтобы ещё больше ее не напугать.

Пока я проводил эти действия, девушка прижимала к себе одеяло, не сводя пристального взгляда с меня.

– Не бойся, я не маньяк! – бросаю ей с улыбкой, отодвигая стойку с бутылками из под капельниц, – Я твой сосед. Моя палата через стенку.

– Понятно! – выдавливает она, еле дыша.

– Так, а где телефон? – смотрю по сторонам.

– А тебе можно наклоняться? – спрашивает в ответ.

– Не знаю! Я не спрашивал! Сказали, ходи, лежи, сиди, делай что хочешь, только не снимай! – провожу пальцами по воротнику.

– Телефон упал, где – то под кроватью! – произносит она понижая голос.

– Сейчас найдём! – наклоняюсь и заглядываю под кровать.

Телефон упал удачно.

На экране пошла диагональная трещина.

Модель простая, без наворотов.

Видно, что девушка не из мажорок. Но в тоже время лежит в ВИП палате. В другом крыле коридора, я видел обычные палаты на четырёх, а то и шестерых пациентов.

Молча протягиваю телефон девушке.

Она берет его в руки и спокойно кладёт на одеяло.

– Спасибо большое! – произносит, немного улыбаясь.

Смущение не покидает её.

– Упал неудачно, экран треснул! – произношу в ответ.

– Нет, все нормально. Он такой и был! Это во время падения на улице. Упала неудачно.

– Меня Игорь зовут, а тебя?

– Маша!

– Будем знакомы! Кстати, если надо что будет, ты кричи, зови! Помогу!

– Спасибо за отзывчивость! Думаю я справлюсь. Спасибо ещё раз, за помощь.

Киваю в ответ и иду в свою палату.

Немного подвигаешься и накатывает усталость.

Вот и сейчас, я ложусь на кровать и закрываю глаза.

В голове проносятся мгновения знакомства с соседкой по палатам.

Такая милая и нежная. Взгляд искренний, не искушенный.

Она совсем противоположная Карине.

Хотя я помню, какая Карина была, пока Сокол не лишил ее девственности. И тогда она стала превращаться в стерву. Потому что, он в туже ночь бросил ее, поменяв на пьянку с нами. Именно тогда я понял, что люблю ее. Но было поздно. Она переспала с ним.

Именно тогда она впервые мне открыла душу, обвиняя Матвея. А я утешал ее.

Но пальцем не трогал. Словами и молчанием утешал. Давал ей поддержку, опору. Не более.

В который раз набираю номер Карины.

Абонент недоступен.

На вечернем обходе спрашиваю у доктора, про свою соседку.

Доктор не многословен и ничего конкретного не рассказывает. Опять поясняя, что он ее не ведёт, так же как и меня. Очередной дежурный доктор.

Тогда я спрашиваю у более подходящей кандидатуры. Вечером мою палату убирает санитарочка, женщина взрослая и любительница поговорить.

– Тамара Петровна, а что за девушка у меня в соседях? – спрашиваю невзначай у санитарка.

– Машка что ли?! Девка как девка! Понравилась что ли? Так она не твоего поля ягода! Из бедных она. Сирота. Родных нет. Не навещает никто.

– Да? А чего тогда в вип палате лежит? – поддаю загадку для тёти Тамары.

– Так благодетель какой – то устроил! Оно и понятно. Надо же пробиваться в этой жизни. Вот и заимела наверное папика себе, – протирая тумбочку, фыркает Тамара Петровна.

Задумчиво потираю подбородок.

– Да не похожа она на содержанку! – произношу вслух.

Помню ее смущение, даже испуг, когда я прикоснулся.

– Научится! Захочет выжить в этом мире – научится! Подцепит такого как ты и будет деньги сосать! В прямом и переносном смысле! – заявляет санитарка.

Да уж…спросил так спросил.

Перед сном уже приносят бумажки для утренних анализов, медбрат. Я с ним привык общаться – вроде нормальный парень. Примерно моих годов.

– Ты там у бабки Тамары про Машу спрашивал! – заявляет он мне, – Не трогай ее пожалуйста! Не обижай!

Это уже интересно!

– Что глаз положил? Так говорят, на таких не смотрит! Побогаче надо, постарше! – усмехаюсь.

Защитник нашёлся.

– Мало ли что говорят! А я ее знаю давно! Не такая она! Ясно! – произносит он с явной неприязнью в мою сторону.

– Откуда знаешь? Был с ней раньше? – задаю быстрее вопрос, чем думаю над ним.

Нахрена мне эта инфа?

– Нет! Мы в одном детском доме были. Ей и так там досталось! Жизнь у девчонки не сахар! Да она в купальнике стеснялась ходить, в футболке всегда купалась.

– Прям такая скромная? – спрашиваю с иронией.

Но парень продолжает в своём направлении.

– Там ее один козел обижал! Приставал. Хотел опорочить! Вроде его потом усыновили богатенькие родители. Так она последний год хоть спокойно провела. Пристроилась в жизни. Так говорят, он ее даже после детского дома нашёл.

– Может влюбился! – ухмыляюсь, – Женится потом.

– Нет, хотел начатое завершить! И вот не знал я, удалось или нет. Замкнулась она. Даже сейчас особо не общается! Я спрашивал, говорит нормально всё! Я же вижу, что она не такая как была. Хотя мы после детдома общались, созванивались.

– Может ты просто драматизируешь много! Может наладилось всё у девчонки! Вот и не делится!

– Три месяца, как с радаров пропала. Да и сейчас из – за придурка какого – то пострадала. Операцию тяжёлую пережила. Последствия на всю жизнь будут. А ты говоришь налаживается! – фыркает парень.

– Ты за неё как за сестру прям переживаешь! – бросаю медбрату.

– Да росли мы вместе, как родные. Я ведь не выдержал. Узнал его контакты. Он подтвердил. Обидел! И никто не защитил! Если бы я знал раньше! Он переехал с родителями в другой город! – он открывает окно и подкуривает сигарету.

– Эй, ты чего? Я вообще то тут бросить пытаюсь! – смотрю на парня.

– Извини накипело! В общем, не трогай ее пожалуйста! Прошу тебя по по-человечески! Обидел ее уже один! Сломал ее! Не надо! Нет у неё за спиной никого. И меня не подпускает.

– Обидел в каком смысле? – спрашиваю уже серьёзно.

– Очень сильно! Через силу! – добавляет он, бросая красноречивый взгляд в мою сторону.

– Изнасиловал что ли? – переспрашиваю.

Он лишь молча кивает.

Нихрена себе поворот.

ГЛАВА 5

Маша

Лишь спустя десять дней я смогла свыкнуться с этой мыслью.

В будущем у меня не будет детей.

В ходе аварии, я упала и получила травму живота. В результате произошёл разрыв яичника. Меня экстренно прооперировали и сохранили мою жизнь.

Конечно, если бы не внематочная беременность, которая оказывается была у меня после насильственных действий этого подонка, то этого не произошло.

В общем всё совпало вместе.

Один изнасиловал, поселив семя вне матки, другой снёс меня вместе с остановкой пьяный на машине.

Уроды! Как же я ненавижу этих парней.

Второго правда я даже не знаю в лицо. Не успела увидеть. Помню лишь как он в первые минуты после аварии смеялся сидя в машине.

Чертов алкаш и наркоман.

У обычных людей такого неадекватного поведения не бывает.

Первые минуты, я подумала, что это опять он.

Тот кто взял мою девственность силой. Но оказалось, что на свете он не один такой.

Есть как минимум ещё один придурок.

Всех ненавижу!

Теперь мечты о нормальной жизни в будущем рухнули как карточный домик.

Кому я такая, сломанная нужна.

После изнасилования, я месяц приходила в себя. Шарахалась от всех лиц мужского пола. Училась выходить на улицу и не бояться.

Мне казалось, что все знают, что произошло и будут тыкать в меня пальцами.

Но знала только я, Он и двое его друзей, которые меня держали.

Хорошо, что сделал это только он. Он предлагал друзьям, но они отказались.

В тот момент, я поняла что это знак. Потому что, если бы ещё и они мною воспользовались, я бы свела счёты с жизнью.

Тогда я решила, что буду жить. Я справлюсь.

Он получил что хотел. Больше он не вернётся.

Я забуду и никому не скажу.

Встречу свою любовь, выйду замуж и рожу деток.

Но десять дней назад все перечеркнулось.

Смахиваю проступившие слёзы.

– Привет мелкая! – заглядывает мой друг по детдому.

Он всегда был для меня старшим братом. С его уходом из детдома, моя жизнь там превратилась в ад. Он старше меня на пару лет. При нём, меня никто не обижал.

– Привет Юрка! Виделись же сегодня! А ты чего это весёлый такой? – спрашиваю у парня, пряча слезы.

– Да на практике был. Сегодня последний день! Закончилась практика, остались экзамены и по распределению поеду! Вот проставился коллективу немного! – произносит он весело.

– Молодец! Рада что у тебя всё хорошо! – произношу искренне в ответ.

– Прости меня малая, что не уберег! – произносит он и обнимает мои ноги.

Сам Юрка садится на пол у моей кровати.

– Ты чего это? Прекращай! – произношу с непониманием.

– Знаю я все! – произносит печально, – Нашел его номер и он рассказал. Встречу, убью гада! Прости что не защитил!

Он смотрит на меня глазами верного пса. От былого веселья не осталось и следа.

На глаза наворачиваются слезы. Я понимаю о чем он говорит.

– Ты чего Юра?! Наврали тебе всё! По телефону много чего сказать можно! Не вини себя! Всё хорошо у меня. Вот немного зацепило, так поправлюсь и дальше буду бегать! – успокаиваю парня.

– Врёшь Машка! – горько усмехается в ответ.

– Нет! А смысл мне врать? – произношу с улыбкой.

Дай мне сил..

Как тяжело врать…

Но я не хочу, чтобы Юра чувствовал свою вину.

Нет вины его в этом.

Только зверя того вина, который это сотворил.

Никому и никогда не скажу.

– Маш! Я серьёзно! – произносит Юра, вставая с пола.

– Так и я серьезно! Работаю в доме малютки! Присматриваю за младенцами. Выучилась на педагога. Хорошо всё у меня, – уверяю парня, – За тебя рада. Выучился, работа почти есть уже, девушка есть. Живи, радуйся! Юрий, правда, ты наверное лишнего хватил, вот и несёшь чушь!

– Честно? – спрашивает Юра.

– Честно! А ты что разрешаешь курить соседу? – перевожу тему.

– Ты с соседом своим познакомилась, да? – спрашивает он нервно.

– Нечаянно. Да, Игорем зовут. А что? – спрашиваю настороженно.

– Он из этих, из богатых! Осторожна будь! Прошу тебя! – произносит он, смотря в мое лицо.

– Да мы просто познакомились! А вот ты сейчас вышел оттуда, вместе с облаком дыма. И пахнет от тебя табаком. Курили вместе?

– Я просто предупредил. Он вроде парень нормальный, не сильно избалованный! Кстати, он бросает курить. Это я немного пошалил! Игорь нормальный. Но ты очень доверчивая и искренняя! И уже слухи пошли, о твоём содержании здесь.

Виду как неловко ему говорить мне об этом.

– Я знаю. Говорят, что человек который оплатил мое пребывание здесь мой любовник! – произношу с горечью, – Я не буду ничего объяснять. Это конечно не так, но и кто он, я не буду говорить.

– Надеюсь, ты знаешь что делаешь! Если что обращайся! – произносит он печально, – Обнимемся.

– Конечно Юра! Желаю тебе счастья! Слышала про твою девушку, – произношу обнимаю парня, – Счастья вам.

В этот момент в дверях мелькает тень.

– Извините, помешал! – слышится голос соседа по палатам.

– А ты чего хотел? – спрашиваю открыто.

– Мне тут фрукты принесли, я столько не съем, хотел поделиться! – отвечает Игорь, сверля взглядом Юрку, – Но вы тут заняты!

– Да перестань, я же объяснил, мы с мелкой, как брат и сестра! – оправдывается Юра, отходя от моей кровати.

Я по по-прежнему лежу, так как на животе ещё заживают швы. У меня была полостная операция и теперь на весь живот будет шрам.

Хотя, перед кем мне оголяться.

Я не смогу к себе подпустить ни одного парня.

Комплексы уже прочно сформировались во мне.

Теперь ещё и шов.

– Вы что разговаривали обо мне? – спрашиваю у парней.

– Он просто тоже не верит в слухи о тебе, да Игорь! – хмыкает Юра.

– Некрасиво обсуждать людей за спиной! – отвечаю, смотря на Игоря.

– А я не за спиной! Могу и в глаза сказать! – произносит парень твердо, – Не верю, что ты спишь с тем, кто платит за твоё здесь пребывание.

Мои щеки вспыхивают румянцем.

Юрка обводит нас взглядом и двигается к дверям.

– Мне пора, пока! – бросает друг и выходит из палаты.

Мы остаёмся с Игорем вдвоём. Дверь палаты приоткрыта.

Но мне все равно не по себе.

– Почему не веришь? – спрашиваю тихо.

– Потому что ты не такая! – бросает парень небрежно и садится на край кровати у моих ног.

Я интуитивно съеживаюсь под одеялом.

– Ты меня не знаешь!

– Но я знал таких девушек. Ты не из их числа. Поверь мне, я видел много в этой жизни грешного и порочного! И ты совсем не вписываешься в этот мир.

Я лишь молча, опускаю глаза.

– Так что насчёт фруктов? Положу на тумбочку! – переводит тему сосед.

– Спасибо конечно, но не надо. Мне после операции, не всё ещё можно есть. Даже ещё не встаю, нельзя.

– Что так всё серьёзно? – хмурится Игорь.

– Немного! Уже скоро буду как все! – произношу в ответ.

– Не надо быть как все! Будь собой! – произносит он в ответ с улыбкой.

ГЛАВА 6

Игорь.

Я каждый день стал заглядывать к своей соседке.

Да, раньше такие девушки казались мне серыми и пустыми. Но тут, надо же с кем – то общаться.

Да и общение на отвлечённые темы, Машка поддерживала очень интеллектуально.

Мы никогда не касались причин нашего здесь появления. Я не говорил про ДТП. Она не говорила, что случилось с ней.

Просто, погода, самочувствие, обсуждение персонала.

За эти дни, Машу так никто и не навещал.

Родители меня навещали каждодневно.

Ей разрешили вставать, правда ещё ненадолго и в поясе.

Я продолжал носить свой " ошейник".

До Карины я так и не дозвонился. Зато позвонил ее отец и попросил не обрывать телефон. Он отправил дочь успокоить нервы. В закрытый отель медицинского назначения. Но я всё равно каждый день набирал номер, наизусть.

Про беременность Карины, своим родителям я так и не признался. Им сейчас и так есть чем заниматься.

Ко мне приходил адвокат и записывал мои показания, которые я выучил по указке отца.

Оказывается моим делом занимается Денис Егоров, адвокат международного класса, держит в Москве адвокатскую контору, но главное он папин друг.

Он родом из нашего региона, в свое время уехал жить с семьёй в Москву. Со слов отца, он виртуоз правосудия и наказания.

( история Дэна Егорова в цикле книг " Игрушка" – трилогия, бесплатный доступ)

Общение с Машей отвлекало от собственных проблем.

Ведь я знаю ее секрет, которого мы тоже не касались. То что, девчонка не искушенная бросается в глаза. Стоит мне немного пошло пошутить, как она смущается и переводит тему, либо опускает глаза в пол.

Меня это трогает.

Всегда хотел развязных и готовых на всё девиц.

Потом хотел и хочу Карину.

А Маша…

С ней просто легко общаться…скрашивает мои дни в больнице.

Как на девушку, я на неё не реагирую.

Просто соседка.

Просто собеседник.

Как обычно делаю после завтрака дозвон, на до боли знакомый номер.

– Алло, – произносит Карина.

– Карина! Ты где? – воодушевляюсь, что она меня разблокировала.

– Я восстанавливаю своё здоровье! Я не дома! – бросает она небрежно.

– Я соскучился! Давай увидимся! Скажи где ты и я приеду! – готов сорваться к ней, нарушив запреты отца.

– Нечаев прекращай! Нас больше ничего не связывает! Мы просто знакомые! Давай забудем всё и останемся друзьями! – произносит она раздражённо.

– Что значит не связывает!? У нас с тобой общий ребёнок! Какие нахрен друзья? Ты совсем охренела, Карина?! – повышаю голос.

Вижу в дверях силуэт соседки.

Видимо она хотела зайти, но теперь испугалась моего крика.

Я киваю ей, в знак одобрения. Маша тихо шагает в палату, ища опору.

Ходит она на короткие дистанции, быстро устаёт.

Я и сам был в такой ситуации.

– Это ты охренел Нечаев! Нет больше ребёнка! Понял? Нас ничего больше не связывает. Поэтому отвали от меня! – кричит в ответ Карина.

Ее слова пронзают грудь похлеще кинжала.

– Что значит нет? Куда ты его дела? – переспрашиваю в ступоре, смотря на соседку, стоящую у окна.

– Это ты его убил Игорь! Ты! Ведь ты рассказал всё Матвею! Постарался. Ты довёл нас до развода! Я не смогла это вынести. Роды начались раньше срока из – за стресса. Ребенок родился мёртвым. Сказали, что виноват стресс и расстройство матери. Ты довёл меня до этого. Ты убийца своего ребёнка, Игорь!

Карина кричит слишком громко и я понимаю, что Маша слышит её слова.

Вижу как бледнеет лицо Маши и она по стеночке продвигается к дверям.

Мне некогда ее останавливать, с ней я успею поговорить потом.

– Что ты несёшь истеричка? Где наша дочь? – рычу в ответ.

– Нет уже её! Я родила её. Так как она была мёртвая, то я не стала забирать ее из больницы. Мне надо себя теперь вылечить. Поэтому забудь про неё. Она не была на этом свете. Просто эмбрион. Которому не повезло, – произносит Карина, без печали и сожаления.

– Сука! Какая же ты сука! – кричу ей в отчаянии, – Как ты могла? Почему мне сразу не сказала?! Правильно тебя Сокол бросил! Так тебе и надо. Где дочь моя?

Я перехожу на вой.

Я жил каждый день с мыслью, что я буду отцом. Вопрос с Кариной, я уверен был, что улажу его, после рождения дочери. Типа родительские чувства, дети сближают и всё такое.

Но сейчас, я чувствую как внутри все просто оборвалось и рухнуло.

– В сырой земле, дочь твоя! – бросает Карина, – Это на твоей совести! Ты виноват! И с чем ты остался? Думал, я буду с тобой? Нет, никогда. Зато друзья твои все при девушках. Порядочные стали. Вроде как у Архипова даже ребенок уже назревает. А ты будешь один. Потому что эгоист. Потому что разрушил мой брак. Не позволил Соколову воспитать твоего ребёнка. Ты убийца. Ненавижу тебя, Игорь! Прощай! – в телефоне идут гудки, а я не шевелюсь.

– Что я сделал не так? – задаю вопрос вслух.

– Суки! Ненавижу всех! – бросаю в пространство палаты.

Кулаки сжимаются до боли.

Почему пострадала моя дочь?

Почему она!

Весь день я сижу в палате.

Я не хочу не видеть, не слышать.

Хочется вернуться в день аварии и сдохнуть на месте, в своей машине.

Никчемная жизнь.

Никчёмный человек.

Как я и думал прежде, я лишний!

Полина носит ребёнка Архипова.

Молодцы, у них будет дочь или сын.

Все друзья заняты своими заботами. Обустраивают свою жизнь.

Хотя я помогал каждому. Я всегда старался оказать поддержку. Просил родителей отмазать. Ездил и мирил их, как в случае с Архиповым.

Если был виноват, пытался исправить!

Но, им всем не до меня.

Любовь, дети, семья.

А у Игоря Нечаева- никого.

Ни девушки.

Ни детей.

Ни друзей.

В порыве злости, все-таки разбиваю пульт и плазму, которая давит на мозги.

Звоню родителям и прошу не приезжать. Вру, что устал и хочу отоспаться. Они верят и обещают не беспокоить.

За окном стемнело, только на душе не легче.

Лежу в тишине и темноте.

Хочется закрыть глаза и не проснуться.

Сука, я ведь так тебя любил!

Это ужасный поступок. Даже любимый человек, сделав такое за спиной, предаёт тебя.

Она просто оставила тело ребёнка в больнице.

Дверь в палату открывается, впуская полоску света.

– Можно к тебе? – спрашивает тихо Маша.

В ответ я молчу, желая поскорее остаться один.

Но девушка понимает мое молчание по своему и заходит, закрывая за собой дверь.

– Я хочу побыть один! – бросаю ей резко.

– Давай поговорим! – произносит она, подходя к моей кровати.

– Я не хочу ни с кем говорить! – произношу безжизненным голосом.

– Я могу просто побыть рядом и молчать! – не сдаётся Маша.

– Зачем? – смотрю прямо в ее глаза.

– Чтобы ты чувствовал и видел, что ты не один! – отвечает она, принимая мой взгляд.

Бесит!

Я хочу быть один.

А лучше, я хочу не быть на этом свете!

Со злости дергаю девушку на себя и впиваюсь жадно в губы поцелуем. Жадным, злым. Кусаю нижнюю губу до крови.

ГЛАВА 7

Спасибо тем, кто подписался, буду радовать вас новинками.

Впереди новые истории, после окончания этого цикла.

Маша

Он кусает мои губы, причиняя боль. И держит за руку больно. Сжимает мое запястье мёртвой хваткой.

Я свободной рукой упираюсь в его грудь.

Его поцелуй пропитан болью и злостью, но он пугает меня.

Поэтому, я пытаюсь отстраниться.

Давлю на его грудь, пытаюсь отодвинуться, но он запускает вторую руку в мои волосы, фиксируя меня за затылок.

Это пугает не на шутку. Я помню всё, что со мной сделали.

Как они так же жёстко держали меня.

Как ОН кусал мои губы и тело, во время процесса.

Я зажмуриваюсь, пытаясь взять себя в руки.

Меня начинает трясти.

Истерика обрушивается лавиной.

Слезы капают из глаз, тело дрожит.

Внезапно поцелуй прекращается, но Игорь продолжает меня удерживать.

– Пожалуйста не надо! – шепчу я, продолжая держать глаза закрытыми.

Воспоминания душат меня.

Меня сотрясает мелкая дрожь.

– Посмотри на меня, Маш! – тихо и медленно произносит Игорь.

Я отрицательно качаю головой.

– Отпусти меня пожалуйста! Я не хочу! – шепчу в ответ.

Всхлип срывается с моих губ.

Парень резко и крепко прижимает меня к своей груди.

Чувствую его прерывистое и горячее дыхание на моей макушке.

– Прости меня! Я не он! Я никогда не применял к девушкам силу! – произносит он.

Я резко выкидываю голову, ударяя своей головой в подбородок парня.

– Оу! – вздыхает Игорь, ослабляя хватку.

Я пользуюсь моментом и отхожу от его кровати.

– Что ты сказал? – сверло его взглядом.

Во мне просыпается решимость.

Откуда он знает?

Он сказал это целенаправленно!

Он знает!

– Извини говорю! – произносит он, – Я знаю всё. Юрка по пьянке рассказал. Я не обижу, правда!

– Юрка сам ничего не знает! Враньё это всё! – бросаю со злостью, – Тебе и правда, лучше побыть одному!

Быстро, насколько позволяет мое состояние покидаю его палату и захожу в свою.

Они обсуждали меня.

Вернее, то как меня поимели.

Это так мерзко.

Со злости, продолжаю ходить по палате.

Хожу пока не появляется боль в животе и слабость.

Ложусь в кровать.

Слышу как за стенкой воют.

Такое я слышала сегодня, после его разговора по телефону.

Он не плачет. Нет.

Он воет, как волк, которого предали. Как волк, который одинок.

Сердце сжимается.

Слышу, что к нему приходит персонал.

Слышны крики и отборный мат.

Да, за время нашего знакомства, я думала о нем, совсем как о другом человеке.

А он знает о тебе всё Мария!

Что тебя поимели, как дешёвую шлюху. Забрали девственность силой. Что ты сломанная игрушка.

Беру телефон и пишу гневное сообщение Юрке.

В ответ парень звонит, но я не беру.

Тогда он пишет в ответ сообщения, просит прощения.

Со злости блокирую Юру и откладываю телефон.

За стенкой слышится звук бьющегося стекла.

Осторожно выглядываю в коридор.

Персонал суетится, даже вызвали заведующего отделением, хотя сегодня не его дежурство.

Кажется Игорь разбил окно палаты.

Маты и ругань не прекращаются.

В коридоре через некоторое время появляются родители Игоря. Их я мельком видела иногда, входящими или входящими из его палаты. Напрямую мы не встречались. Мне санитарка пояснила, что они родители парня. Приезжают каждый день к нему.

Я прячусь в своей палате.

Не хочу в этом участвовать.

Мне приносят термометр, для вечернего измерения температуры и вечерние таблетки.

Изменив температуру, выхожу в коридор, чтобы отдать медсестре градусник.

Напротив палаты Игоря стоят его родители. Женщина, с недавно красивой укладкой на голове, в элегантном брючном костюме рыдает навзрыд.

– Что мы упустили? Что случилось? Вадим, что с нашим мальчиком происходит?! – рыдая, причитает женщина.

– Ксюш успокойся. Ты сильная и не должна показывать свою слабость ему! – произносит мужчина.

– Он проспит до утра. Мы сделали ему успокаивающий укол. Персонал говорит, он с обеда перестал есть, общаться! – произносит выходящий из палаты заведующий.

– Вадим, если с ним что-то случится, я не переживу. Он наш единственный сын. Наш сынок. Я не вынесу. Вадим, я устала быть сильной. Почему он так страдает? За что? Почему он не может быть счастлив? Бедный мой ребенок! – она тихо осядает по стене, прямо на пол коридора.

– Ксения Андреевна, до сегодня все было отлично. Вы же сами видели! – произносит врач, – Кстати, он с Машей неплохо ладит.

Произносит доктор, увидев меня.

Родители Игоря странно переглядываются и кидают в меня неприятные взгляды.

Мне не нравится их реакция.

– О Боже Вадим! – всхлипывает мать Игоря.

– Ксюша тихо! – сканируя меня взглядом, бросает ей Нечаев старший.

– Она не причём! – бросает доктор, – Эта не та причина!

Он уходит вдаль по коридору, взяв у меня злополучный градусник.

Родители Игоря теряют ко мне интерес!

– Мы теряем его, Вадим! Я не переживу! Мой сыночек! Он же старается! Не пьет, ни курит! Мы с тобой сделали успешную карьеру, материальную стабильность. Только вот сын наш горит в агонии. Чем помочь? Ты же видел боль в его глазах. Страдания на лице. Почему он не открывается нам!? Поговори с ним! Вадим! Что нам нужно сделать? Я приму его боль! Я не хочу чтобы он страдал. Я ещё после аварии не отошла. Теперь этот его нервный срыв! Да что произошло!? Что? – истерит женщина.

Это истинные чувства матери.

Ей плевать, что она сидит на полу, в дорогом костюме, посреди больничного коридора. Ее макияж испорчен из – за постоянных слез. Укладка не выглядит идеальной, потому что она нервно запускает руки в волосы, при всхлипах.

Она просто хочет облегчить боль своего сына.

Сердце сжимается от ее слов.

Я не помню, вернее не видела своих родителей. И за меня никогда никто так не переживал.

Мне очень жаль эту женщину.

– Думаешь я не переживаю! Он у меня тоже один! – бросает ей мужчина, показывая истинные эмоции. За секунду он как будто стареет на десяток лет.

– Извините что лезу, но я кажется знаю, что случилось с Игорем.

Родители Игоря поворачиваются в мою сторону.

– Он ребёнка потерял! – произношу печально.

– Что? – округляются глаза матери Игоря.

– Какого ребёнка? – задает вопрос Нечаев старший.

– Его ребенка! Он умер при рождении! – поясняю им.

– Вы что – то путаете, у него девушки даже нет постоянной, не то, что детей! – отвечает мама Игоря.

– Я отчётливо слышала их телефонный разговор, с девушкой! Он называл ее Кариной. А она обвинила его в смерти ребенка. Сказала, что это он виноват. Он натворил.

Вижу ошеломление на лицах родителей Нечаева.

Правильно ли я сделала, открыв им причину срыва.

Видно, что родители не знали этих новостей.

– Карина – жена его друга. Вернее бывшая жена, она изменила мужу с Игорем! – произносит мать Игоря.

О Боже.

– После чего они развелись! У Карины ребенок от Игоря!? Был! – так же не обращая на меня внимания, произносит Вадим Нечаев.

Зачем я влезла?

Я не хочу больше подробностей.

С каждым моментом этого дня, мое мнение об Игоре падает в район плинтуса.

Он спал с женой друга. Развел их.

Заделал ей ребенка, довёл до беды.

Ещё и меня схватил.

Точно, он ещё с Юрой говорил обо мне.

Он знает…

За эти дни, я сильно часто проводила время с ним, беседуя.

Я привыкла к нему.

Начала прикипать.

Дура.

Знаешь же, что нельзя доверять людям.

Нельзя допускать чувств к парням.

Даже если я и встречу нормального парня, это явно не про Игоря, то я ему не подойду.

Я сломанная, с кучей комплексов.

Хотя именно Игорь ненавязчиво пытался освободить меня от них.

В ходе наших бесед, мы разговаривали про социальное неравенство, общение, про чёрные полосы в жизни и предательство. Он подбадривал меня, учил верить в светлое будущее.

Однажды Игорь сказал, что он не нужен друзьям. И было время, когда он думал так же о родителях.

Я прониклась его печалью и одиночеством.

Но оказалось, я слишком многого не знаю о нём.

ГЛАВА 8

Игорь

Открыв глаза, сильно хочется пить. Во рту пустыня – не меньше!

Я помню всё, что было вчера.

Разговор с Кариной.

Приход Маши и мой поцелуй.

Ее взгляд с презрением.

А потом пошло обычное состояние.

Мне хотелось крушить всё вокруг.

Не хотелось жить.

Помню, как записал друзьям голосовое сообщение в чат, обвиняя их в предательстве. Как позвонил и оскорблял Матвея и проклинал. Но он лишь сбросил звонок, не сказав ни слова.

Это меня и взбесило.

Помню, как разбил окно.

Помню, как вызвали заведующего, а следом и моих родителей.

Успокоили – вкололи какую то медицинскую дрянь.

" Ошейник" по по-прежнему на шее.

Пытаюсь встать и не могу.

Чувствую как что – то держит за запястья.

Реально?

Меня привязали к кровати тряпичными ремнями.

Это уже край Игорь.

Ты псих ненормальный.

Кстати стеклопакет на окне уже заменили.

Сколько я спал?

– Эй, я проснулся! – начинаю говорить громко.

Но в палате я один.

– На помощь! Эй! Я уже адекватный! – кричу во всю глотку.

Да именно так адекватные люди себя и ведут.

Да я реально не могу лежать привязанным к кровати. Даже в ролевые игры такие играть не люблю.

Слышу тихие шаги у двери.

Это Маша.

Я знаю.

Она стоит у дверей. Она услышала крики и пришла.

– Маш, это ты, я знаю! – произношу громко.

Шаги отдаляются.

Она так и не открыла дверь.

А может дверь заперли?

Пока я теряюсь в загадках, приходит мой врач.

А вместе с ним и отец.

Сейчас опять начнётся…

Они переглядываются и вместе развязывают мои руки.

Потираю затекшие запястья.

– Это новая услуга по полису ОМС, или ты ещё и платишь им за это? – язвлю отцу.

– Оставь нас! – бросает отец доктору, как будто мы у себя дома.

Врач выходит из палаты.

Я сажусь на кровати поудобнее.

Сушняк во рту мучает бешено, но отец меня не отпустит.

Даже водички попить.

Лучше не отвлекаться.

– Почему ты не сказал нам про ребенка? – бьёт набатом голос отца.

В груди опять скручивается огненный шар.

– Ты о чём? – спрашиваю отца с идиотской улыбкой на лице.

– Я сейчас ударю Игорь! Прекращай! – цедит отец сквозь зубы.

– Ну да, именно так отец с сыном и должен разговаривать! – хмыкаю в ответ.

– Да, именно так! Особенно если сын скрывает, что он зачал ребенка жене своего друга. Развел их. Скрыл всё это от родителей. Чуть не убился! Разнес палату, – орёт отец, – Что там с ребёнком?

– Умер! – огрызаюсь в ответ.

Разговора по душам не будет.

– Как это произошло? – спрашивает устало.

В ответ молчу.

Упрямый обиженный баран.

– Игорь, поделись! Зачем ты держишь всё в себе?! Ты всегда сравниваешь себя со своими друзьями! Говоришь, что у них хорошие родители в отличии от нас с матерью. Но знаешь в чем причина их отношений? Я скажу тебе! Потому что они все родителей посвящают в свои проблемы! Понимаешь? Только в том случае можно помочь. Мы не медиумы! Я понятия не имел, что у тебя такой расклад в жизни! Игорь, расскажи мне всё! Думаешь мы с мамой не хотим тебе счастья? Или нам карьера дороже единственного сына? Нет. Мы ради тебя с матерью время остановим, землю перевернем, звезду с неба. Да что надо будет, то и сделаем. Потому что мы родители! Это на всю жизнь понимаешь! Дружба, любовь…бывает временна, а родительство навсегда!

– Не всегда, отец! – произношу тихо, – Я уже чувствовал ответственность, хотел быть отцом. А теперь я никто. Опять. Всё стало временным.

Отец садится рядом на кровать и кладёт руку на плечо.

Взгляд глаза в глаза.

Я спокойно рассказываю ему всё, с самого начала.

Во время рассказа про звонок, меня начинает трясти. Злость опять накатывает волной.

– Без любви, ребенок не был бы счастлив! А она тебя не любит. Лучше переболеть и отпустить! Твоей любви ей не хватит! Малыша жаль конечно.

– Я думал что на поздних сроках угрозы ребенку не бывает! – произношу задумчиво.

– А я подумал вначале, что она испугалась за тебя, после аварии это случилось!

– Она даже не знает. Как ты и просил, я ни кому не говорил. Да и ей на меня плевать.

Опускаю голову вниз.

– Просто она не твоя судьба. Уверен ты ещё встретишь свою половинку, – ласково произносит отец.

– Ты же видишь что она творит со мной! Кому я нужен, такой бешеный?! – горько усмехаюсь.

– Никакой ты не бешенный. Просто одинокий и преданный. Отчаявшийся. Но не дай себя сломать сын! Эта сука, извини, но она именно такая, не оценила твоих стараний и любви. Не останавливайся. Иди дальше. Найди свое счастье. И ещё неизвестно, кто из вас будет счастлив по по-настоящему.

– Спасибо пап, за поддержку.

– Не дай обстоятельствам сломать себя сын! Во всем остальном мы с матерью тебе поможем! Всегда! Запомни это! – произносит отец, обнимая.

Позже приходит мама. Обнимает меня, пряча слёзы.

Становится стыдно, что причиняю им боль.

Они находятся со мной до вечера.

Видимо боятся рецидива.

Извиняюсь перед доктором, за свое поведение.

К вечеру включаю телефон, который вчера отключил.

Пропущенные от друзей. Голосовые сообщения.

Даже видео.

– Ты что там, так погнал? Игореня опять перекрылся! Ты же говорил что завязал с вредными привычками. Друг, ты не прав. Я никогда не отказывался от тебя. Не предавал. Зря ты так!

Это видеообращение записал Пашка Лукьянов. На заднем фоне вижу Вику, его девушку. ( книга Принц застенчивых кровей – история Паши и Вики).

Следом открываю голосовое от Андрея Архипова.

Игорь, что ты несёшь? Кто тебя бросал? Когда? Ты сам творишь всякую дичь, а потом пишешь что мы тебя бросили? Так веди себя нормально! Вот и сейчас, ты появляешься в сети, нападаешь на всех, брызжешь ядом, а потом абонент недоступен. Отсиживаешься на хате с телками и бухлом. Если у тебя проблемы, то поделись и мы всё разрулим. А если нет, то извини. Что за пьяный бред!? В чем ты Сокола обвиняешь? Он сейчас счастлив, как впрочем все мы! Остепенись и найди себе девушку! И будет счастье. Извини, пора бежать, Полина зовёт! Набери, если есть что сказать!

Долго смотрю на голосовое от Матвея.

Нажимаю на прослушивание.

Раздаётся голос Марины, девушки Соколова.

Игорь, что случилось? Поделись с пацанами! Я понимаю, что ты не спроста начал эту ссору. Матвей психанул и сказал что заблокирует тебя. Я пытаюсь с ним поговорить! Ты ведь знаешь, что он не любил ее! Зачем тогда этот скандал!? В чем наша вина? Я думала, что после их развода, вы будете счастливы! Матвей не хочет даже слышать о ней. Она оборвала нам телефоны, соцсети. Выговаривала, проклинала. Теперь ещё и ты. Игорь, Соколов сильно обиделся на тебя. Вчера вечером пацаны приезжали, он кричал, что ты ему не друг и он не хочет ничего слушать. А я чувствую что это не с проста! После наших разговоров на их свадьбе, мне кажется что я узнала твою истинную сторону души, которую ты не всем показываешь. Поделись. Свяжись с пацанами. Матвей успокоится и я ещё с ним поговорю. Мы поможем. Только выйди на связь.

Долго смотрю на телефон.

В душе противоречивые чувства.

Никому ничего не отвечаю.

Знаю, что Сокол не виноват в том, что Карина меня не любит.

Но тогда, кто виноват?

Перестаю искать виноватых, иначе опять заведусь!

Перед уходом родителей я спросил у отца, откуда он узнал о ребёнке. Он не назвал мне своего информатора.

Но я догадался сам.

И сейчас я стою под ее дверью.

ГЛАВА 9

Игорь

Открываю дверь и захожу в палату. На кровати Маши нет. В этот момент она выходит из дверей ванной комнаты.

На ней халат, до колен ярко- зелёного цвета. На голых ногах пушистые тапочки, такого же оттенка. Влажные тёмные волосы рассыпаны по плечам.

Ее глаза округляются от удивления.

– Игорь, – произносит она с придыханием.

А я не могу оторвать глаз от неё. Ее стройные ноги, красивая лебединная шея.

Раньше никогда не бросалось в глаза так, ее тело.

Сегодня, я как шизик молча пялюсь на девушку.

Под моим взглядом она краснеет и плотнее запахивает халат.

– Это ты сказала родителям про ребенка? – задаю вопрос, фиксируя девушку у стены.

Мои руки по обе стороны от неё. Я подошёл слишком близко, так что она упёрлась спиной к стене.

Нас разделяет небольшое расстояние.

В ее глазах страх.

Это трогает. Вернее, болезненно реагирует в районе груди.

Я не хочу ее обижать.

Ей и так не повезло в жизни.

– Я понимаю, что не должна была. Но я не смогла пройти мимо. Твои родители очень переживали за тебя Игорь. На них больно смотреть. Но они не могли понять, что случилось с их сыном. Да, я им рассказала, что слышала ваш разговор! Можешь меня ударить, задушить, обидеть. Но я не могла иначе! Понимаешь? У меня не было родителей! У меня не будет детей! Поэтому мне больно смотреть, как они убиваются по тебе. Пожалей их. Они ведь не вечные. Да, я рассказала им!

Она шепчет это тихо и быстро.

Её голос дрожит.

Я быстро ее прижимаю к себе и крепко обнимаю.

– Спасибо! – шепчу ей в макушку.

Касаясь губами ее влажных волос.

Кайф.

Она так вкусно пахнет.

Маша замерла и кажется не дышит.

– Спасибо тебе за всё! – шепчу повторно.

– Ты не злишься? – шепчет она в ответ.

– Похоже, что я злюсь? – произношу с улыбкой, втягивая аромат ее шампуня.

Мы так и продолжаем стоять в обнимку.

– Когда я тебя увидела, думала ты меня убьёшь! Уже представила как ты меня в окно выкидываешь! – произносит она серьёзно.

И тут же замирает в моих руках

– Дурочка! Неужели в твоих глазах я такой монстр!? – спрашиваю с иронией.

Она немного отстраняется, выскальзывая из моих объятий.

– Честно?

– Давай вообще говорить честно! Всегда! – предлагаю ей с улыбкой.

– Я не знаю что думать о тебе. В один момент ты можешь из милого доброго парня превратиться в неадекватного и грубого хама.

Она произносит это и ждёт мою реакцию.

– Ты права! – произношу я, убирая улыбку с лица, – Я неадекватный псих. Меня надо изолировать от общества.

Отхожу от неё на пару шагов.

– Нет! Извини. Я не так думаю! – начинает оправдываться девушка.

Маша сама делает пару шагов вперёд и хватает меня за запястье.

В месте ее захвата разливается нежное тепло.

– А как ты думаешь? – спрашиваю в ответ

Нечаев, да тебе всю жизнь было глубоко пофиг на чужое мнение. Даже иногда на мнение родителей.

Но сейчас мне хочется знать, что Маша думает обо мне.

От ожидания ее ответа пересыхает во рту.

– Ты одинок. Поэтому ты пытаешься привлечь к себе внимание. Но на хорошие поступки твои, никто не обращает внимание. Поэтому ты прибегаешь к другим методам. Это касается родителей, друзей. Только ты не понимаешь, что поступая так, ты делаешь им больно. И это может отталкивать людей. Получается вот такой замкнутый круг. А ты в нем застрял и не можешь остановить это всё!

– Как по-твоему, это можно остановить? – спрашиваю с ходу.

– Быть более открытым. Иметь человека, с которым можно поделиться проблемами, просто тот, кто посидит и послушает! Без упрёков. Просто выговориться даст.

Говоря это всё мне в лицо, я вижу как волнуется Маша.

Как пульсирует венка на шее. Как дрожат ее руки. Сбивается дыхание.

Впервые мое тело реагирует на неё, как на девушку.

Я чувствую как кровь приливает в пах.

– А у тебя есть такой человек? – смотрю как она осторожно убирает свою руку с моего запястья.

– Нет! Но я привыкла с этим жить! У меня с детства не было родителей. Не было родных. И друзей. Я привыкла так жить. А ты имеешь это всё! Поэтому не надо их терять! Очень плохо одному, поверь на слово.

Опускает взгляд в пол.

Но я успеваю заметить печаль в ее глазах.

– Твои родители, замечательные. Очень тебя любят! – добавляет она, – Друзей не видела, не могу сказать.

Виду как сложно ей стоять.

– Тебе тяжело, ложись, а я рядом посижу! – отступаю с ее дороги.

– Да, ещё сильная слабость. Живот болит после длительных перемещений.

– А можно спросить, что случилось? Почему ты здесь? – спрашиваю спокойно, наблюдая, как она аккуратно ложится на кровать, поверх одеяла.

– Попала в аварию! – отвечает открыто, – А ты?

– ДТП! – бросаю сухо.

Отец наказал никому не распространять информацию, поэтому я не сильно разговорчив.

– Ты тоже пострадал в аварии? – спрашивает она.

– Да, ещё как! – улыбаюсь ей, вспоминая как на полной скорости влетел в автобусную остановку.

– Посмотреть бы в глаза этому мерзавцу. Говорят что родители его отмазали! А я помню, что он пьяный был, или неадекватный. Лица не видела его, а теперь говорят, что тормоза отказали, – печально произносит она.

– Сбил тебя на пешеходном?

– Нет. Я на остановку только подошла. А вместо автобуса примчался этот урод. Сбил не только остановку, но и меня, – произносит Маша, бросая в мою сторону взгляд.

Меня пробивает озноб. Хотя я чувствую как по спине побежал холодок. Под воротником вспотело всё и начало чесаться.

– Помню его смех. И музыку из машины. Там такие жуткие слова были. Это первая мысль, что пронеслась у меня в голове.

– Какие слова? – спрашиваю дрожащим голосом.

– Похер, танцуйте! Прямо на моей могиле танцуйте!

Похер, танцуйте! Прямо на моей могиле танцуйте!

Мне похер по сути. Ведь отныне меня нет и не будет, – произносит она бесцветным голосом.

А я узнаю трек из своей тачки.

( ATL – " Танцуйте" – прим автора. )

На лбу выступила испарина. Перед глазами мелькают чёрные точки.

Я не верю.

Не хочу верить!

– Тебе плохо? Голова закружилась? – слышу взволнованный голос Марии, как в тумане.

– Ты не сможешь иметь детей, после этого? – произношу по словам, отводя взгляд.

– Да! Так вышло. Лишилась последнего здорового яичника.

И тут до меня доходит.

Но этого не может быть.

Отец заверил, что пострадавших не было.

Она говорит обо мне.

Это я влетел в автобусную остановку.

Я лишил ее будущего.

– Игорь, а ты тоже тогда был на остановке? – спрашивает она.

Пауза затягивается.

Я теряюсь.

Родители отмазывают меня всеми способами.

Мне нельзя с ней общаться.

Это плохо для меня.

Но чувство вины разъедает грудную клетку.

Дыхание становится шумным и прерывистым.

– Не, я был за рулём, в момент аварии.

Растерянность не покидает меня.

– Бывает. Дураки везде найдут свою жертву. Говорят, что скоро тебе снимут шейный корсет! – улыбается она, переводя тему к моему счастью.

А я не могу теперь поднять на неё взгляд.

Кажется, что лишь взглянув в мои глаза, она поймёт, что именно я, тот кто лишил ее здоровья, мечты.

– Поздно уже, я пойду! – бросаю ей и дохожу до дверей.

– Конечно, тебе тоже нужно отдыхать. Береги себя Игорь. И своих близких, – произносит она вслед.

– Слишком поздно. Некоторых уже не сберег! – бросаю ей и спешно покидаю палату.

В своей палате на меня накатывает злость и истерика.

Почему мир так тесен?

Почему она?

Сука, почему именно она?

Прижимаюсь лбом к стеклу, стоя у окна.

Какой же я идиот.

Я монстр.

ГЛАВА 10

Игорь

С утра жду родителей. Вернее ждал всю ночь, когда наступит день. У меня один большой вопрос к отцу.

Почему он соврал?

Ведь сейчас очевидно, что Маша моя жертва.

Вернее пострадавшая моего ДТП.

Черт! Я даже мысли сформулировать не могу правильно.

Родители входят как всегда с улыбкой на лице.

Но сегодня, в который раз я стираю ее своими словами.

– Почему ты мне соврал? – задаю вопрос вместо приветствия.

– Доброе утро сын, для начала! – бросает отец и становится серьёзным.

– Игорь ты о чём? – спрашивает мама, доставая из пакетов сок, фрукты и домашнюю еду.

– Она знает? – спрашиваю у отца.

– Да что происходит опять? – нервно восклицает мама.

– А то, что я убийца! Я сбил девчонку на остановке! – восклицаю в ответ.

– Ты никого не убил! Она жива! – гремит голос отца, – Сам же видишь!

– На что вы надеялись? Ещё и в палаты соседние поместили? Почему сразу правду не сказали? – смотрю на отца.

По молчанию матери, понимаю, что она тоже была вкурсе.

– Потому что так надо! А ты что ей сказал? – отец смотрит в упор.

– Она не поняла, что это был я. Мне так кажется! – произношу неуверенно.

– Потому что она не знает, что это был ты! И не узнает! – гремит голос отца сталью.

– Это ты её богатый покровитель? – осеняет меня.

– Нет. Мы с матерью нигде не засветились. Ей оказывают квалифицированную помощь. Плюс ещё материальная поддержка. Чтобы она не писала заявление. Она даже оформлена, по-другому случаю. В момент аварии она тебя не видела. Ты её тоже! Поэтому держи рот на замке! В твоём случае пострадавших нет! – цедит отец.

– Это вы так порешили? И что она согласилась? – спрашиваю хмуро.

– У неё нет другого выхода. Она нам не конкурент. Она сирота, вступиться за неё некому. Да и за душой не гроша. Это ее шанс наладить свою бедную жизнь, – произносит отец.

– Как ты можешь говорить так цинично, о бедной девчонке! – грубо перебиваю отца.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.