Владислав Гончаров
Битва за Днепр. Штурм «Восточного вала». 1943

© Гончаров В. Л., составление, 2025

© ООО «Издательство „Вече“», 2025

От редакции

Битва за Днепр стала одним из трех крупнейших сражений 1943 года. Под Сталинградом немецким войскам было нанесено жестокое поражение, под Курском они лишились последней надежды переломить ход войны в свою пользу – а сражение на Днепре показало, что германская армия уже не в состоянии задержать наступление противника, даже пользуясь удобным естественным рубежом.

В настоящий сборник вошли исследования, посвященные Днепровской наступательной операции и выпущенные Военно-историческим управлением Генерального штаба Советской Армии вскоре после окончания войны. В первую очередь, это краткий оперативный очерк «Наступление 1-го Украинского (Воронежского) фронта на киевском направлении в 1943 году» (М., 1946). Несмотря на подзаголовок, данная работа до настоящего времени является наиболее полным и подробным описанием борьбы войск 1-го Украинского фронта за плацдармы у Лютежа и Букрина в сентябре – октябре, Киевской наступательной операции (первая половина ноября) и отражения контрудара противника в районе Житомира и Брусилова (вторая половина ноября).

Кроме того, в сборник включены две работы, посвященные действиям войск 2-го Украинского (бывшего Степного) фронта и взятые из 12-го выпуска «Сборника военно-исторических материалов Великой Отечественной войны» (М., 1953). Во-первых, это описание форсирования Днепра 37-й армией севернее Кременчуга и борьбы за стратегический плацдарм. Позднее, уже в конце октября, советские войска нанесли с него танковый удар на Кривой Рог – начав еще одно крупное наступление осени 1943 года на Правобережной Украине. Другая статья посвящена менее масштабной операции – форсированию Днепра войсками 52-й армии в ноябре 1943 года и боям на окружение в районе города Черкассы. Эта операция интересна в первую очередь тем, что была начата заведомо слабыми силами (в армии имелось всего три дивизии, а общая ее численность составляла около 25 тысяч человек) для отвлечения внимания противника с криворожско-кировоградского направления. Однако неожиданный успех придал ей самостоятельное оперативное значение, а в начале следующего 1944 года прямым продолжением этой операции стал Корсунь-Шевченковская битва. Характерно, что Черкасская операция велась при отсутствии численного превосходства над противником, который вдобавок имел здесь танковые соединения – которых у 52-й армии не было. Таким образом, опровергается распространенная легенда о том, что для успешного наступления требуется превосходство в танках.

Точно так же помещенные в сборнике работы развенчивают модный в последнее время миф о «тяжелой» переправе советских войск через Днепр, обернувшейся огромными людскими потерями. На самом деле войска Воронежского и Степного фронтов вышли к Днепру раньше, чем противник успел занять позиции по правому берегу реки. Поэтому переправа и захват плацдармов осуществлялись вышедшими к Днепру передовыми отрядами: либо вообще без боя, либо с преодолением слабого и разрозненного сопротивления. Наиболее тяжелые бои развернулись чуть позже – за удержание этих плацдармов после прибытия вражеских резервов, а далее за их «распечатывание» для ввода в прорыв танковых соединений. 2-му Украинскому фронту для этого потребовался месяц, 1-му Украинскому – почти полтора месяца, причем здесь пришлось осуществить маневр ударными силами с одного плацдарма на другой.

Публикуемые работы подверглись некоторой литературной обработке, а также незначительным сокращениям – в первую очередь коснувшимся малоинтересных ныне описаний партийно-политической работы, а также неумеренных славословий в адрес Верховного Главнокомандующего – впрочем, последних было на удивление немного. Можно отметить, что приведенные в работе данные по группировке и численности войск противника на удивление точны и в целом подтверждаются как современными исследованиями, так и немецкими архивными данными (в первую очередь это касается боевого состава танковых соединений).

Как всегда, сборник сопровожден комментариями, подборкой документов и статистических материалов, а также обширным комплектом схем, взятым из исходных работ. Мы также сочли нужным поместить в качестве приложений подборку документов и таблиц, а также две дополнительные авторские статьи. Одна из них посвящена малоизвестному эпизоду – воздушному десанту, выброшенному для усиления Букринского плацдарма. Вторая разбирает ход и результаты немецкого контрнаступления на Киев в конце ноября – начале декабря 1943 года. Этот контрудар много и хвастливо описывается в мемуарах германских военачальников (в частности, у Меллентина) – но на деле он лишь ухудшил положение немецких войск перед началом Житомирско-Бердичевской операции, уведя танковые соединения с направления главного удара.

Составитель благодарит Алекандра Томзова за оказанную помощь.

Действия 1-го Украинского фронта на киевском направлении в сентябре – ноябре 1943 года

Введение

Наступление войск 1-го Украинского (Воронежского)[1] фронта на киевском направлении в сентябре – ноябре 1943 года, проведенное под командованием генерала армии Н. Ф. Ватутина, занимает важное место в исторической битве Советской Армии за Днепр.

Главным военным событием летней кампании 1943 года явилась грандиозная битва под Курском. Эта битва, продолжавшаяся с 5 июля по 23 августа, завершилась поражением основной ударной группировки гитлеровской армии. После разгрома врага под Курском немецко-фашистское командование не могло уже помышлять о возобновлении наступления против Советской Армии. Контрнаступление советских войск под Курском переросло в августе 1943 года в общее наступление на огромном фронте от Великих Лук до Черного моря.

В сентябре – октябре Советское Верховное Главнокомандование приступило к осуществлению крупных наступательных операций с целью нанести поражение немецко-фашистским войскам, действовавшим на западном и юго-западном стратегических направлениях. Глубина задач, стоявших перед советскими войсками в этом грандиозном наступлении, составляла 250–300 км при ширине общего фронта боевых действий 1000–1200 км.

Гитлеровское командование пыталось упорной обороной остановить дальнейшее наступление Советской Армии на рубеже Велиж, Дорогобуж, Брянск, Сумы, реки Северный Донец и Миус. Одновременно противник вел оборонительные работы по западным берегам рек Десна, Сож, Днепр, Молочная, рассчитывая использовать их для обороны в случае прорыва советских войск. Эти рубежи имели крупное оперативное значение, так как они перехватывали пути наступления Советской Армии на запад. Особенно большое значение фашистское командование придавало рубежу Днепра. Широкий многоводный Днепр труден для форсирования, его высокий правый берег с крутыми, обрывистыми берегами господствует над левым берегом и дает возможность организации сильной обороны. Левый берег пологий, большей частью открытый, неудобен для подхода и сосредоточения войск, наступающих с востока.

Фашистские пропагандисты после неудачного для гитлеровцев исхода сражений под Орлом, Белгородом и Харьковом усиленно рекламировали укрепления на Днепре как неприступный рубеж. Несмотря на жестокие уроки, полученные на советско-германском фронте в кампаниях 1941, 1942 и 1943 годов, гитлеровцы считали, что Советская Армия не сможет осуществить большое наступление в летних условиях. Планы фашистского командования и в 1943 году оказались авантюрными. Они, как и прежде, базировались на переоценке своих сил и недооценке сил противника.

Битва за Днепр состояла из ряда операций фронтов и групп фронтов, объединенных общим замыслом Верховного Главнокомандования. По ходу развернувшихся событий и последовательности выполнения задач битва за Днепр может быть разделена на три этапа.

Первый этап (август – сентябрь 1943 года) характеризуется разгромом немецко-фашистских армий на левобережье Днепра и в Донбассе, выходом наших войск к Днепру, форсированием Днепра и захватом первых плацдармов на его правом берегу. Одновременно на западном стратегическом направлении советские войска нанесли поражение центральной группе немецко-фашистских войск и овладели Смоленском и Рославлем.

Второй этап охватывает октябрь – декабрь 1943 года. В течение этого времени шла ожесточенная борьба на правом берегу Днепра, юго-восточнее Кременчуга, в районах Днепропетровска, Киева и Речицы. Она завершилась образованием крупных плацдармов, имевших важное стратегическое значение для развертывания последующих наступательных операций советских войск. Была также разгромлена оборона противника в районе Запорожья и на реке Молочная, блокирована с суши крымская группировка немецких и румынских войск, освобождена вся южная часть Левобережной Украины до устья Днепра, за исключением участка местности в районе Никополя, где немцы удерживали небольшой плацдарм. В это же время шло сосредоточение резервов Советской Армии на правобережных плацдармах Днепра и подготовка к решительному наступлению с этих плацдармов. На западном стратегическом направлении советские войска вели бои на подступах к Витебску и Орше.

Третий этап (конец 1943 года – март 1944 года) характеризуется успешными операциями советских войск на Правобережной Украине. Немцы, потерпев жестокое поражение, были отброшены от Днепра на огромном фронте от устья реки Березины до Херсона. Советские войска продолжали успешно развивать наступление к государственным границам Советского Союза. На этом этапе была проведена Корсунь-Шевченковская операция, в ходе которой разгромлена вторая по величине после Сталинграда группировка противника. На протяжении всей битвы за Днепр и Правобережную Украину войска Воронежского (1-го Украинского) фронта действовали на главном направлении.

Далее весь ход борьбы фронта в районе Киева разделен на следующие этапы:

1. Форсирование Днепра и захват плацдармов на правом берегу реки во второй половине сентября 1943 года. Наступательная операция фронта в октябре 1943 года.

2. Ноябрьская наступательная операция фронта и освобождение Киева (первая половина ноября 1943 года).

3. Оборонительная операция фронта во второй половине ноября 1943 года в районах Житомира и Брусилова. Развитие наступления правого крыла фронта на овручском и коростеньском направлениях.

* * *

С конца августа 1943 года (то есть с момента окончания Курской битвы) войска Воронежского фронта в тесном взаимодействии с левым крылом Центрального фронта (наступал на черниговском направлении) и с войсками Степного фронта (наступал на кременчугском направлении)[2] вели непрерывное наступление. К 22–24 сентября 1943 года они вышли к Днепру южнее города Переяслав-Хмельницкий и севернее Киева, форсировали с ходу реку и захватили плацдармы в этих двух районах.

С выходом на Днепр перед войсками Воронежского фронта встала чрезвычайно большая и ответственная задача. Необходимо было расширить захваченные плацдармы, решительным ударом разгромить киевскую группировку немцев и освободить Киев – столицу Советской Украины. Образование крупного плацдарма в районе Киева ставило советские войска в выгодное положение перед противником и создавало предпосылки для успешного развертывания борьбы на Правобережной Украине. Киевский плацдарм нависал с севера над всем южным крылом германских армий и позволял вести с него наступление в трех важных направлениях: на запад – на Ровно, Львов, выводящем в южные районы Полыни и к верхнему течению Вислы, на юго-запад – на Могилев-Подольский и на юг – вдоль правого берега Днепра. Эти направления выводили советские войска на вражеские коммуникации и ставили немецко-фашистские армии в условия полуокружения. Кроме того, первые два направления обеспечивали нашим войскам выход к Карпатам, позволяли рассечь германский фронт на две части и затруднить взаимодействие двух крупных стратегических группировок врага – центральной и южной.

Ставка Верховного Главнокомандования придавала большое значение району Киева для предстоящих действий. Товарищ Сталин в ходе наступления войск Воронежского (1-го Украинского) фронта дважды указывал, что киевский плацдарм является важнейшим и наивыгоднейшим плацдармом на правом берегу Днепра.

Несмотря на некоторые неудачи войск фронта в октябре, в период боев на букринском плацдарме, Киевская операция была завершена блестяще.

После освобождения Киева советскими войсками немецкое командование сосредоточило на этом участке значительные силы и предприняло во второй половине ноября и в декабре 1943 года контрнаступление с целью остановить продвижение Советской Армии, а затем, уничтожив киевскую группировку наших войск, ликвидировать плацдарм на правом берегу Днепра в районе Киева. С этой целью противник снимал войска с различных участков советско-германского фронта, направлял их в район Киева, а также перебрасывал сюда резервы из оккупированных стран Европы – Норвегии и Франции. Были взяты войска и из Италии, несмотря на то, что в это время англо-американские армии высадились на юге страны и вели там боевые действия.

Однако, затратив огромные силы и средства, немцы не смогли достичь своих целей и ликвидировать киевский плацдарм.

В конце декабря 1943 года и в начале 1944 года на житомирско-бердичевском, ровенском и черновицком направлениях войска 1-го Украинского фронта вели успешные наступательные действия, сыгравшие важную роль в развитии операций второго сталинского удара.

Боевые действия наших войск на киевском направлении осенью 1943 года представляют большой практический и теоретический интерес благодаря их исключительной динамичности и быстрой смене форм борьбы в весьма сложных боевых условиях.

Наиболее важными вопросами при изучении наступательных действий войск фронта являются форсирование крупной водной преграды с ходу, овладение плацдармами и последующие действия с этих плацдармов. Если наступление главной группировки фронта в октябре с букринского плацдарма не дало положительных результатов, то ноябрьское наступление с лютежского плацдарма, проведенное на основе нового оперативного замысла, указанного в директиве Ставки Верховного Главнокомандования, увенчалось успехом.

Большой интерес представляет также перегруппировка войск фронта с букринского на лютежский плацдарм, проведенная в сжатые сроки и в очень трудных условиях – стройной переправой войск через реки Днепр и Десна.

Поучительным является выбор направления главного удара в ноябрьской наступательной операции и его развитие, а также искусные действия войск фронта при отражении контрнаступления крупной танковой группировки врага во второй половине ноября.

Решающим условием для успеха боевых действий фронта являлось твердое и постоянное руководство им Ставки Верховного Главнокомандования, которая направляла действия фронта, оказывая в решающие моменты необходимую помощь силами и средствами.

Наступление Воронежского (1-го Украинского) фронта в период битвы за Днепр развивалось в условиях организованного Ставкой Верховного Главнокомандования тесного оперативного и стратегического взаимодействия с Центральным (Белорусским) и Степным (2-м Украинским) фронтами.

Войска Степного (2-го Украинского) фронта, захватив в конце сентября плацдармы на правом берегу Днепра юго-восточнее Кременчуга, в октябре и ноябре нанесли противнику сильные удары на криворожском и кировоградском направлениях. В результате этих ударов войсками Степного фронта был освобожден крупный железнодорожный узел Пятихатка. После освобождения Юго-Западным (3-м Украинским) фронтом городов Днепродзержинск и Днепропетровск в этом районе был образован, так же, как и в районе Киева, плацдарм большого оперативного значения.

Войска Центрального (Белорусского) фронта форсировали Днепр в районе Лоева, разгромили противника в районах Гомеля и Речицы и также образовали крупные плацдармы на правом берегу рек Днепр и Березина.

Успешное осуществление замысла Ставки Верховного Главнокомандования по разгрому киевской группировки немецко-фашистских войск, освобождение столицы Советской Украины – Киева и создание крупного стратегического плацдарма на правом берегу Днепра связано с именем командующего 1-м Украинским фронтом генерала армии Николая Федоровича Ватутина – одного из талантливейших молодых полководцев, выдвинувшихся в ходе Великой Отечественной войны.

Полководческий талант Н. Ф. Ватутина проявился при обороне Воронежа летом 1942 года, в разгроме немецко-фашистских войск под Сталинградом, в стремительном наступлении советских войск от излучины Дона до Донбасса и разгроме гитлеровских полчищ в битве под Курском.

Успешные действия войск, которыми командовал генерал Н. Ф. Ватутин, много раз отмечались в приказах Верховного Главнокомандующего Генералиссимуса Советского Союза товарища Сталина.

Генерал армии Н. Ф. Ватутин умер в ночь на 15 апреля 1944 года после тяжелого ранения и был похоронен в Киеве, освобождение которого неразрывно связано с его именем. По постановлению советского правительства на могиле генерала Ватутина сооружен памятник. В день похорон Н. Ф. Ватутина Верховный Главнокомандующий Генералиссимус Советского Союза товарищ Сталин отметил в своем приказе, что армия и флот Советского Союза склоняют свои боевые знамена перед гробом Н. Ф. Ватутина и отдают честь одному из лучших полководцев Советской Армии.

Краткая военно-географическая характеристика района боевых действий[3]

Район боевых действий 1-го Украинского (Воронежского) фронта в Киевской операции ограничивался с севера линией Чернигов, Ельск, с запада железной дорогой Ельск, Овруч, Коростень, Житомир, Бердичев, с юга линией Черкассы, Белая Церковь, Бердичев и с востока линией Чернигов, Нежин, Прилуки, Пирятин, Черкассы. Общая площадь района составляла 65 000 кв. км. Боевые действия протекали на территории Киевской и Житомирской областей Украинской ССР и южных районов Полесской области Белорусской ССР.

Строение поверхности

Левобережье Днепра представляет собой плоскую лесостепную равнину. Грунт в этом районе суглинистый. После дождей грунтовые дороги и местность вне дорог покрываются глубокой вязкой грязью и становятся труднопроезжими. Поймы рек большей частью заболочены.

Правобережье реки Днепр в описываемом районе захватывает часть южного Полесья и Приднепровской возвышенности.

Южное Полесье представляет собой плоскую низменность с невысокими песчаными буграми. Реки текут в низких берегах. Грунт песчаный, местами супесчаный. В сухую погоду рыхлые пески становятся труднопроходимыми. Имеется много небольших, преимущественно торфяных болот, поросших лесом, особенно в поймах рек. Лесистость и болотистость района резко возрастают к северу от реки Уж (на некоторых картах Уш).

Приднепровская возвышенность – равнина, расчлененная густой сетью глубоких речных долин, оврагов и лощин. Высоты обычно не превышают 200 м над уровнем моря. В излучине Днепра на его правом берегу, южнее города Переяслав-Хмельницкий, местность резко отличается от всего остального района. Этот участок сильно пересечен очень глубокими оврагами и долинами с крутыми обрывами. Местность здесь не позволяет применять сколько-нибудь массированно подвижные войска (особенно танки) и затрудняет наступление для всех родов войск.

Реки

Большинство рек течет в меридиональном или близком к нему направлении и пересекает все пути, идущие с востока на запад. Большинство рек имеет болотистые, труднодоступные долины. Все это затрудняет наступательные действия войск в западном направлении и создает благоприятные условия для обороны.

Река Днепр. Участок от устья реки Припять до устья реки Десны. Долина реки до устья реки Ирпень имеет ширину более 20 км, ниже сужается до 4–8 км. Правые склоны долины, достигая высоты 60–95 м, одновременно являются берегом реки. Пойма, сильно изрезанная протоками, озерами и местами заболоченная, всюду имеет ширину более 3 км (у устья реки Десна до 12 км). Движение по пойме вне дорог затруднительно: русло реки извилистое, часто делится на рукава. Ширина реки 400–500 м, в некоторых местах доходит до 1000 м; преобладающая глубина 1,7–2,0 м. Средняя скорость течения 0,8–0,9 м/сек. Дно и берега реки песчаные, в районе Вышгорода – глинистые.

Участок от устья Десны до Осокорки. Река течет в широкой долине, прижимаясь к правому берегу, высота последнего у Киева достигает 70 м. Пойма реки имеет ширину от 2 до 18 км, сильно изрезана протоками, старицами и озерами. Русло реки извилистое и изменчивое; ширина 170–1200 м, преобладающая 300–400 м; глубина 4–5 м; дно песчаное; скорость течения 0,7–0,8 м/сек.

Участок от Осокорки до Ржищева. Долина имеет ширину 6–30 км. Почти на всем протяжении участка командует правый берег, особенно он высок у Триполья (50 м); от Витачев правый берег представляет собой высокий кряж, расчлененный ущельями. Левый берег более низкий и пологий, постепенно снижается к концу участка, переходя в отлогие пески. Ширина поймы 2–11 км. Сильная изрезанность поймы протоками, озерами и болотами делает ее труднопроходимой. Река извилиста, часто разделяется на рукава, среди которых трудно найти главное русло. Ширина реки 500–600 м, глубина 4–5 м, скорость течения 0,8 м/сек, дно песчаное. Высота берегов реки 1–2 м, в некоторых местах достигает 5 м.

Участок от Ржищева до Черкасс. Долина реки широкая. Командует правый берег, имеющий высоту 60–80 м, у Григоровки – 150 м; почти на всем протяжении участка берег круто спускается к реке. Левый берег низменный. Пойма, шириной от 1 до 15 км, поросла кустарником, изрезана озерами и старицами. Грунт супесчаный, в некоторых местах имеются участки открытых, незакрепленных песков. Русло извилистое и делится на рукава, образующие большое количество островов. Ширина реки 500–600 м, глубина 4–6 м; скорость течения 0,7–0,8 м/сек.

Река Тетерев. Долина реки расширяется к устью до 3 км. Высота берегов долины 10–20 м, в некоторых местах достигает 25–40 м; левый берег ее выше правого; песчаные и суглинистые склоны изрезаны оврагами. Широкая пойма реки покрыта лугами, местами заболочена, в низовьях изрезана озерами и старицами.

Русло реки извилистое, в среднем течении порожистое, изобилует островами, заливами и протоками. Преобладающая ширина реки 30–40 м, а в нижнем течении до 70 м. Глубина в верхнем течении 0,6–1,0 м, в нижнем 1,5–3,0 м. Берега реки высотой 1,5–2,0 м, местами 3–4 м, преимущественно крутые и обрывистые. Скорость течения 0,2–0,5 м/сек; дно песчаное.

Броды от Коростышева до устья реки имеются в среднем через каждые 5 км, глубиной от 0,2 до 1,0 м. Дно берегов песчаное, спуски преобладают удобные.

Река Ирпень. Ширина долины 0,5–1,5 км; высота берегов 4–20 м, в некоторых местах достигает 40–60 м; командование берегов переменное. Пойма реки большей частью заболочена и труднопроходима; русло извилистое. В верхнем течении ширина реки 2–15 м, глубина 0,7–1,5 м; в среднем течении ширина 10–20 м, местами 70–100 м, глубина 1,5–3,0 м и в нижнем течении ширина 9–15 м, глубина 2–3 м. Дно песчаное и илистое. Броды встречаются в среднем через 8–9 км, глубиной от 0,3 до 0,7 м.

Река Ирпень вследствие заболоченности поймы и илистого дна является в верхнем и нижнем течении значительным препятствием для переправы войск. Берега реки служат хорошими оборонительными рубежами фронтом на запад и на восток.

Нижнее течение реки Припять. Долина широкая, низменная. Правый берег высокий (8–30 м), крутой, местами обрывистый; левый берег низкий и пологий. Пойма имеет ширину огг 2 до 10 км, заболочена, местами заросла кустарником; изрезана протоками и старицами. Глубина реки на плесах 3–8 м, на перекатах 1 м. Скорость течения 0,4–0,7 м/сек. Дно реки песчаное, засоренное камнями, карчами. Подходы к реке затруднены большим количеством заливов и протоков.

Река Уж. Долина реки шириной 1–6 км, на некоторых участках болотистая, залесенная, труднопроходимая. Русло неустойчивое, часто образует новые протоки. Ширина реки 15–30 м, наибольшая до 80 м; глубина 0,8–2,0 м, наибольшая до 5 м. Берега реки на участке Каганович, Замошье низкие, местами топкие, на остальном протяжении сухие. Скорость течения 0,1–0,8 м/сек. Дно песчаное, твердое. Броды глубиной 0,2–1,0 м.

Леса

Наиболее облесен район к северу от линии Киев – Житомир, где расположены крупные массивы лесов. Леса преимущественно чистые, с густой сетью просек, в значительной степени разрежены вырубками и легко проходимы пехотой и кавалерией. К югу от этой линии массивы лесов встречаются редко. По болотам имеются густые заросли кустарников и мелколесья.

Населенные пункты

Сельские населенные пункты весьма различны по своим размерам. Наряду с очень мелкими, в 10–20 дворов, встречаются и крупные, до 300–600 дворов и даже более. Крупных городов всего два – Киев, столица Украинской ССР, и Житомир. Строения в сельских населенных пунктах и мелких городах преимущественно деревянные.

Пути сообщения

Железные дороги. Временно оккупируя территорию, немцы все магистральные железные дороги перешили на европейскую колею. При своем же отходе они значительно их разрушили: взорвали мосты, в частности уничтожили все мосты через Днепр (у Киева три, у Канева один мост), на которые опирается вся железнодорожная сеть района, сожгли депо, станции, разрушили полотно дороги, уничтожили связь, сожгли или угнали в Германию подвижной состав.

В описываемом районе имелись следующие железные дороги: Нежин – Киев (двухпутная магистраль), Лубны – Киев (однопутная), Киев – Коростень (двухпутная), Киев – Фастов – Казатин (двухпутная магистраль), Фастов – Житомир (однопутная) и Золотоноша – Канев – Фастов (на участке Золотоноша – Мироновка однопутная и далее двухпутная). Все указанные дороги идут с востока на запад.

Рокадные дороги имелись следующие: Нежин – Прилуки – Гребенка – Черкассы (однопутная), Овруч – Коростень – Житомир – Бердичев – Казатин (одно- и двухпутная).

К числу важных железнодорожных узлов нужно отнести: Бахмач, Гребенка, Дарница и Нежин на левобережье и Киев, Фастов I и II, Житомир, Коростень, Овруч, Бердичев, Казатин, Мироновка на правобережье Днепра.

Пропускная способность этих дорог у противника была невысокой и далеко не доходила до довоенных норм. На территории, освобожденной советскими войсками от немцев, пропускная способность зависела от степени восстановления дорог и особенно железнодорожных узлов и мостов.

Автогужевые дороги. Левобережье Днепра обеспечено грунтовыми и улучшенными дорогами. Густота дорожной сети позволяла выбрать один сквозной маршрут на каждые 5–6 км фронта. Улучшенные грунтовые дороги имелись на каждые 12–17 км фронта. Имелось одно шоссе Киев – Чернигов.

В правобережной части района дорог с каменной одеждой всего две: Киев – Житомир и Киев – Белая Церковь. Один сквозной фронтальный маршрут приходился на каждые 4–6 км, а грунтовая улучшенная дорога – на каждые 10–14 км фронта. В ненастную погоду дороги труднопроходимы.

Для речного судоходства мог быть использован прежде всего Днепр. Однако в связи с подрывом плотин Днепрогэса в 1941 году условия навигации на реке резко ухудшились. Река Десна могла быть использована для судоходства на участке от города Остер до места впадения в Днепр.

Связь

Территория района была обеспечена достаточно густой и разветвленной сетью постоянных линий связи, преимущественно телефонных. Однако вследствие разрушений, которые произвели немцы при своем отходе, требовалось провести крупные восстановительные работы.

Аэродромная сеть

Характер местности, за исключением Полесья, в общем благоприятен для развития аэродромной сети.

Аэродромы первого и второго класса (аэропорты и постоянные аэродромы) имелись на левобережье в Прилуках, Лубнах, Остре, Броварах, Борисполе и на правобережье – в Киеве, Коростене, Житомире, Бердичеве, Василькове, Белой Церкви. Имелась также густая сеть полевых аэродромов, однако в условиях осенней распутицы использование последних было затруднено.

Состояние погоды

Погода в районе боевых действий во второй половине сентября была преимущественно сухая и ясная. Дожди выпадали редко, средняя температура колебалась от 6–8° тепла ночью до 15–20° днем.

В октябре погода также удерживалась сухая, с хорошей видимостью, за исключением периода с 16 по 19 октября, когда моросил слабый дождь, резко понизивший видимость и испортивший дороги. Температура в начале месяца была сравнительно высокой: ночью 8–12° и днем 18–20° тепла. Во второй половине октября произошло некоторое понижение температуры: ночью до 0° и даже несколько ниже, днем 8–10°. В последние дни месяца температура днем не превышала 2–4° тепла. Весь месяц по утрам стояли туманы, резко ограничивавшие видимость.

Ноябрь стоял пасмурный, с частыми осадками (дождь, мокрый снег, морось). Средняя температура в начале месяца днем была от +10°, до –3°, а к концу месяца – от +2° до –4°; ночью колебалась от +6° до –5°. Ясных дней было всего лишь два, все остальные дни были пасмурные, с облачностью от 100 до 400 м; ночью, по утрам, а часто и днем были туманы. Осадки выпадали в течение 17 дней. Видимость колебалась в пределах от 4 до 10 км, при тумане 1–2 км и меньше. Грунтовые дороги были труднопроходимы для всех видов транспорта, особенно к концу месяца.

* * *

Немцы громко разрекламировали укрепления, названные ими «Восточным валом» (линия «Оствалл»), или «линией обороны 1943 года». Первым и сильнейшим барьером «вала» они считали оборонительный рубеж по реке Днепр, западнее которого оборудовали промежуточные полосы обороны – главным образом по западным берегам водных преград. Немцы переоборудовали и использовали также старые укрепления, построенные Советским Союзом в этом районе еще до войны.

В общем район позволял вести широкие маневренные действия всеми родами войск. Однако необходимо учесть, что организация тактического прорыва обороны врага в октябрьской и ноябрьской наступательных операциях проходила на наименее благоприятных в военно-географическом отношении участках. Излучина Днепра южнее города Переяслав-Хмельницкий представляла собой наиболее пересеченный и изрезанный глубокими оврагами участок, что почти исключало возможность массированного использования в наступлении танковых войск и создавало весьма благоприятные условия для обороны. Участок севернее Киева как очень лесистый тоже создавал значительные трудности для наступательных действий всех родов войск.

Если в сентябре и октябре погода благоприятствовала ведению боевых действий, то в ноябре она резко ухудшилась, испортились дороги, значительно уменьшилась видимость, – все это ограничивало боевые действия наземных и воздушных сил.

После выхода к Днепру войска Воронежского фронта действовали одновременно на нескольких операционных направлениях. Овручское и коростеньское операционные направления, проходившие по лесисто-болотистой части южного Полесья, в течение всего времени оставались вспомогательными. Эти направления не имели дорог с каменным покрытием, что затрудняло действия подвижных войск (танков и конницы). С другой стороны, в этом районе широко развернулось партизанское движение, и партизаны в значительной мере сковывали действия немецких войск. Объектами для Воронежского фронта на указанных направлениях являлись крупные железнодорожные узлы Овруч и Коростень, расположенные на важной для немцев стратегической рокаде Невель – Витебск – Жлобин – Казатин – Жмеринка.

Житомирское операционное направление, осью которого было шоссе Киев – Житомир – Ровно, позволяло развернуть крупные силы войск и широко использовать подвижные войска. Это направление было одним из главных для фронта, так как выводило к крупному железнодорожному узлу Житомиру и далее, при наступлении вдоль южной границы Полесья, в пределы Западной Украины и Южной Польши.

Фастовско-Казатинское операционное направление было важнейшим операционным направлением, так как после овладения Киевом выводило советские войска к ряду крупных железнодорожных узлов на Правобережной Украине (Фастов, Казатин, Жмеринка, Проскуров), что в свою очередь разрезало фронт немецких войск и создавало угрозу для всей группировки противника в южной Украине. Это направление позволяло широко использовать все роды войск.

Белоцерковское операционное направление при действиях войск фронта из излучины Днепра южнее Переяслав-Хмельницкий позволяло обойти Киев с юга и также выводило к важным районам Фастова и Казатина. Являясь главным в начале операции, это направление в последующем имело вспомогательное значение. Условия местности не позволяли эффективно использовать подвижные войска и облегчали оборонительные действия немцев.

Общая стратегическая обстановка

Летом и осенью 1943 года события Второй мировой войны развивались в условиях, когда основные силы немецко-фашистской армии и армий сателлитов Германии были по-прежнему сосредоточены на востоке. В 1943 году Советской Армии вновь пришлось выносить на своих плечах всю тяжесть борьбы с немецко-фашистскими захватчиками. Англо-американские войска в мае 1943 года закончили боевые действия в Тунисе, окончательно ликвидировав немецко-итальянские войска в Северной Африке. Ничто не мешало открытию второго фронта в Европе путем вторжения на континент основных сил английской и американской армий. Однако снова, как и в 1942 году, правительства США и Англии продолжали оттягивать выполнение своих обязательств в общей борьбе по разгрому немецкого фашизма. Руководствуясь не столько интересами скорейшего разгрома фашистской Германии и освобождения народов Европы, сколько стремлением затянуть войну и этим максимально ослабить Советский Союз, а также опередить Советскую Армию в выходе на Балканы и в Центральную Европу, Черчилль добился отмены вторжения в северную Францию летом 1943 года. Вместо решающего удара по кратчайшему и наиболее выгодному направлению по жизненным центрам Германии англоамериканским командованием был принят план операций на юге Европы, начинающийся вторжением на остров Сицилию, а затем на Аппенинский полуостров. Это, естественно, не могло отвлечь сколько-нибудь значительных сил немцев с востока и вело к затягиванию войны.

В 1943 году, когда Советская Армия вела гигантскую борьбу на Курской дуге, закончившуюся сокрушением немецких войск на широком фронте, англо-американские армии и флот были заняты операциями второстепенного значения, не изменившими сколько-нибудь общей стратегической обстановки в Европе. Так, в июне они легко захватили в Средиземном море острова Пантелерия и Лампедуза, в июле произвели высадку десанта на острове Сицилия, в августе очистили этот остров от немецких и итальянских войск. В сентябре англо-американские войска, форсировав узкий Мессинский пролив, высадились на Аппенинском полуострове на «носок» итальянского «сапога» и у Салерно.

Все, на что оказались способными англо-американские стратеги – это медленное методическое вытеснение немцев из Италии. Начав боевые действия в самых южных районах страны, англо-американское командование позволило немцам закрепиться в центральной и северной ее части. После взятия в октябре 1943 года Неаполя наступательные операции англо-американских войск в Италии затихли, борьба здесь приняла затяжной характер практически до самого конца войны.

Что касается распределения сил немецкой армии между фронтами на 1 октября 1943 года, то ко времени, когда Советская Армия добилась крупных стратегических результатов и вышла на огромном фронте к среднему течению Днепра, больше ²/₃ всех сил немецко-фашистской армии вело боевые действия на советско-германском фронте. В Италии в это время находилось только 12 дивизий, или немногим больше 4 % всех сил немцев, причем непосредственно боями на юге Италии с англо-американскими войсками было связано всего лишь несколько дивизий. Пользуясь этим, немецкое командование осенью 1943 года перебросило из Италии значительное число войск на советско-германский фронт.

Наряду с этим на восточном фронте войны развертывалась величественная борьба Советской Армии, принесшая ей в 1943 году крупные стратегические успехи. После сокрушительного разгрома немецких армий под Сталинградом зимой 1942/43 года германское командование попыталось взять инициативу в свои руки и начало большое наступление летом 1943 года под Курском. Как известно, наступление это провалилось уже в начальной своей стадии, а последовавшие за этим мощные удары Советской Армии, перешедшей в наступление, потрясли фронт немцев на огромном протяжении от Великих Лук до берегов Азовского и Черного морей. Боевые действия одновременно велись на западном, юго-западном и южном стратегических направлениях. Советская Армия стремительно продвигалась на запад, громя многие десятки отборных дивизий врага, уничтожая и захватывая большое число его военной техники.

Враг яростно сопротивлялся, цепляясь за выгодные рубежи местности, используя для этой цели прежде всего водные преграды. В ряде случаев противник наносил короткие, но сильные контрудары своими оперативными резервами. Этим немцы рассчитывали нарушить планы советского командования и в общем итоге не дать ему в полной мере использовать стратегический успех, наметившийся после разгрома основных группировок противника в июле – августе в районе Орла, Белгорода, Харькова и в Донбассе.

Советское Верховное Главнокомандование, искусно организуя оперативно-стратегическое взаимодействие и непрерывно руководя боевыми действиями фронтов, не позволило противнику стабилизировать фронт на киевском направлении. Во второй половине сентября 1943 года советские войска вышли к среднему течению Днепра на огромном протяжении от устья реки Сож до Днепропетровска и на ряде участков с боем форсировали Днепр и захватили плацдармы на его правом берегу. На западном стратегическом направлении бои шли на подступах к Смоленску и Рославлю, а на южном советские войска вышли к укрепленному рубежу немцев на реке Молочной.

Немецкое командование стало лихорадочно стягивать силы к Днепру и развивать на его правом берегу ранее начатые оборонительные работы с целью отсидеться за этой мощной преградой и затянуть войну в расчете на изменение политической обстановки и раскола антигитлеровского блока свободолюбивых народов. Ведомство Геббельса постоянно заявляло на всех языках по радио и в печати о неприступности их оборонительного «вала» на Днепре. Этим оно пыталось поднять дух своих войск и обмануть общественное мнение мира в отношении действительного положения дел на советско-германском фронте.

К концу летней кампании 1943 года перед Советской Армией встала новая задача: используя захваченные плацдармы, разгромить врага, лишить немецкую армию такого выгодного и мощного оборонительного рубежа, каким являлся Днепр, и этим создать выгодные предпосылки для окончательного изгнания фашистских захватчиков с советской земли.

Оперативная обстановка в полосе Воронежского фронта[4]

Центральный, Воронежский и Степной фронты в сентябре 1943 года развивали наступление на юго-западном стратегическом направлении с задачей выйти к среднему течению Днепра. Наиболее успешно шло наступление на киевском направлении левого крыла Центрального и правого крыла Воронежского фронтов. Войска левого крыла Воронежского фронта и Степной фронт продвигались медленнее, ведя ожесточенные бои с полтавской группировкой немцев. Общая обстановка требовала всемерного развития успеха на киевском направлении, с тем чтобы уничтожить отходившие на запад немецкие войска ранее того, как они успеют организовать оборону на правом берегу Днепра. Необходимо было форсировать с ходу Днепр и захватить на его правом берегу плацдармы, позволявшие развернуть крупные ударные группировки сил фронта для дальнейшего развития наступления на Правобережной Украине.

Схема 2. Ход наступления войск Воронежского фронта на левобережье Днепра 9–22 сентября 1943 г.

Овладев в начале сентября городом Сумы, войска Воронежского фронта в составе 38, 40, 47, 52, 27-й, 4-й гвардейской, 6-й гвардейской армий и 2-й воздушной армии развивали наступление в общем направлении на Ромны, Переяслав-Хмельницкий. В середине сентября Ставка Верховного Главнокомандования усилила фронт мощными подвижными соединениями – 3-й гвардейской танковой армией и 1-м гвардейским кавалерийским корпусом.

К 9–10 сентября войска правого крыла фронта подходили к реке Хорол и войска центра к реке Псел, т. е. находились в 190–240 км от Днепра.

К этому времени штаб фронта в соответствии с указаниями Ставки Верховного Главнокомандования разработал план наступательной операции с задачей выхода на реку Днепр.

Общей целью операции являлось уничтожение противника на левобережье Днепра, выход на реку Днепр и захват подвижными соединениями плацдармов на его правом берегу на участке Ржищев, Черкассы и в дальнейшем продолжение наступления на Правобережной Украине.

Выход к Днепру подвижных соединений планировался к 26–27 сентября, а главных сил общевойсковых армий к 1–5 октября.

На киевском направлении противник оперативных резервов не имел. Немецкое командование могло оперировать лишь войсками, которые к этому времени уже были связаны боями с наступающей Советской Армией, либо же привлеченными с других участков советско-германского фронта или переброшенными из Западной Европы – к чему немцы и вынуждены были прибегнуть. Когда стало ясно, что остановить наступление Советской Армии на Левобережной Украине немцы не в силах, противник, стремясь максимально сохранить боеспособность своих войск, стал отводить их на правый берег Днепра с целью использовать их в первую очередь для обороны реки.

Наступление войск Воронежского фронта с 9 по 22 сентября

Наступление войск Воронежского фронта до момента выхода их к Днепру протекало следующим образом.

13-я и 60-я армии Центрального фронта, использовав слабое сопротивление разбитого противника, развивали наступление южнее реки Десна вдоль железной дороги Бахмач – Нежин и отбрасывали немцев к югу от дороги в полосу 38-й армии Воронежского фронта, действовавшей на его правом фланге.

В направлении Ромны, Прилуки, Киев с открытыми флангами отходила группа противника в составе восьми пехотных дивизий[5]. Оба фланга этой группы были обнажены.

15 сентября определилась еще одна изолированная группа немецких войск в составе одной моторизованной и четырех пехотных дивизий[6], отходившая перед 40 и 47-й армиями к Днепру на участок Канев – Черкассы. Фланги этой группы были также обнажены.

Группа армий правого крыла и центра Воронежского фронта (38, 40, 47 и 52-я армии), развивая наступление к Днепру, до 15 сентября вела бои с противником, пытавшимся сдержать наше наступление на выгодных для обороны рубежах, в частности на реки Псел, Хорол, Сула, Ромен[7].

К исходу 15 сентября войска фронта достигли рубежа Липовое, восточная окраина Ромны, Залатыха, Луценки, Сенча, Рашивка, Б. Обуховка, Опошня, Константиновка. Левое крыло Центрального фронта – 13-я и 60-я армии к этому времени овладели Нежином, т. е. были уже на 60–90 км западнее рубежа, достигнутого 38-й армией.

16 сентября командующий Воронежским фронтом отдал приказ о выводе 27-й армии, наступавшей до этого в составе армий левого крыла фронта, во второй эшелон фронта в район Лохвицы. Целью этого мероприятия было усиление группировки фронта, задачей которой являлось форсирование Днепра на участке Ржищев – Черкассы.

С 16 сентября сопротивление противника резко ослабло. Потеряв всякую надежду сдержать напор советских войск на киевском направлении, он начал поспешно отводить свои силы к Днепру с целью организованно занять оборону на правом берегу реки. Этому безусловно способствовала общая оперативно-стратегическая обстановка на Левобережной Украине и, в частности, успех левого крыла Центрального фронта на нежинском направлении, а также Юго-Западного и Южного фронтов в Донбассе и на днепропетровском направлении. Войска правого крыла и центра Воронежского фронта, перейдя к преследованию противника, продвигались по 30–35 и более километров в сутки.

38-я и 47-я армии до 22 сентября вели преследование противника, отходившего перед 38-й армией на киевскую и перед 47-й – на каневскую переправы. 40-я армия по мере приближения к Днепру испытывала все меньшее и меньшее сопротивление противника, который свертывал свои войска к указанным выше переправам. Армии левого крыла (4-я, 6-я гвардейские и 52-я) наступали медленно, продолжая вести напряженные бои с полтавской группировкой немцев и поворачивая свой фронт на юго-запад и на юг.

Успех операции по форсированию Днепра и захвату плацдармов должны были решить подвижные войска фронта. 3-я гвардейская танковая армия, находившаяся до этого в резерве Ставки Верховного Главнокомандования в районе Курска и Тулы, комбинированным маршем следовала в район восточнее Сумы. С продвижением войск фронта на запад она к 19 сентября сосредоточилась в районе западнее Ромны. Медленность сосредоточения армии объяснялась малой пропускной способностью восстанавливаемой железной дороги, по которой следовали эшелоны армии с боевой материальной частью. Тыловые учреждения армии к 19 сентября также не успели передислоцироваться. Армейские склады горючего находились к этому времени в 300 км от района сосредоточения армии[8].

1-й гвардейский кавалерийский корпус, следуя походным порядком из района восточнее Сумы, к 19 сентября сосредоточился в районе Ромны и был оперативно подчинен командующему 3-й гвардейской танковой армией.

Еще 16 сентября командующий фронтом приказал 3-й гвардейской танковой армии[9] с 1-м гвардейским кавалерийским корпусом[10] ускорить сбор и сосредоточение частей и, двигаясь в общем направлении на Прилуки, Яготин, выйти в район Переяслав-Хмельницкого в готовности незамедлительно форсировать реку Днепр (директива командующего фронтом № 0036/оп.).

К 19 сентября 38-я и 40-я армии уже вышли на линию Макеевка, Рудовка, Крутояровка, Гребенка, Лубны и продолжали преследовать противника, отходившего к Днепру.

Выдвижение танковой армии из района сосредоточения западнее Ромны началось в ночь на 20 сентября[11]. И только 21 сентября передовой отряд 6-го гвардейского танкового корпуса завязал бои с частями прикрытия противника на реке Супой (восточней Переяслав-Хмельницкого). Темп продвижения армии за трое суток на глубину 180–200 км (до выхода ее к Днепру) в среднем составлял 60–70 км в сутки.

22 сентября войска фронта вышли на линию Летки, Гоголев, Барышевка, левый берег Днепра от Кальне до Григоровка, Чепилки, Золотоноша, Бригадировка, Степановка, Федуньки, Диканька. Передовые отряды 3-й гвардейской танковой армии форсировали Днепр южнее Переяслав-Хмельницкого и овладели районом Зарубенцы и Григоровка. Сплошного фронта противника к этому времени здесь не было. Между флангами армий и даже между флангами соединений имелись разрывы. 6-я гвардейская армия с 22 сентября была выведена в резерв Ставки Верховного Главнокомандования. 27-я армия – второй эшелон фронта – выходила в район западнее Лубны.

Центральный фронт еще в конце августа прорвал оборону 2-й немецкой армии в районе Севска и наступал к реке Десне. Наибольший успех обозначился на левом крыле фронта, и к 15 сентября 13-я и 60-я армии заняли Нежин[12]. Противник пытался остановить наше наступление на Десне, однако войска Центрального и Брянского фронтов форсировали реку и, сломив сопротивление врага, 16–17 сентября овладели городами Новгород-Северский, Брянск и Бежица. 21 сентября наши войска освободили Чернигов.

После овладения Новгород-Северским правое крыло войск Центрального фронта развивало наступление на гомельском направлении, а его левое крыло (13-я и 60-я армии) форсировало нижнее течение Десны южнее Чернигова, вышло к восточному берегу Днепра и 21 сентября начало форсировать его севернее Киева на чернобыльском направлении.

Степной фронт в течение сентября вел бои с упорно сопротивлявшейся сильной полтавской группировкой войск 8-й немецкой армии. К 22 сентября войска фронта вышли непосредственно к Полтаве по восточному берегу реки Ворскла и далее на линию М. Перещепино, Маячка. Немецкие войска, оборонявшиеся в полтавском выступе, находились под угрозой фланговых ударов армий левого крыла Воронежского и левого крыла Степного фронтов.

Глава первая. Форсирование Днепра и захват плацдармов на правом берегу реки. Наступательная операция Воронежского фронта в октябре 1943 года

1. Форсирование Днепра и захват плацдармов на правом берегу реки (22–29 сентября)

Положение войск к 22 сентября 1943 года и соотношение сил

Группировка противника (схема 2). В полосе наступления Воронежского фронта отходили правофланговые соединения немецкой 4-й танковой армии и левофланговые соединения 8-й армии группы армий «Юг». Основная группировка танковой армии отходила на Киев, где имелось два моста.

Так как противник не мог быстро перебросить на правый берег Днепра все свои силы, боевую технику и материальные запасы, его сопротивление по мере отхода возрастало. Если до 22 сентября эта группировка отходила в направлении Ромны, Прилуки, Киев с открытыми флангами и легко могла быть обойдена с севера и юга, то к исходу этого дня фланги противника оказались прикрытыми на севере рекой Десна и на юге рекой Днепр.

Неприятель усиленно прикрывал киевскую переправу, стремясь организованно перебросить все свои силы на правый берег реки. На рубеже Пуховка, Гоголев, Борисполь, Кайлов вели сдерживающие бои 213-я охранная дивизия, 68, 88, 75-я пехотные дивизии, часть сил 82-й и 327-й пехотных дивизий немцев. Бровары занимала 291-я пехотная дивизия. В районе Киева в этот день переправлялись через Днепр 183-я и 340-я пехотные дивизии, прибывали с других участков фронта 95-я и 339-я пехотные дивизии. Севернее Киева, по правому берегу Днепра занимала оборону 208-я пехотная дивизия, ранее переправившаяся через реку, а южнее немецких войск не было. Всего, таким образом, в районе Киева противник имел двенадцать пехотных дивизий, из которых шесть прикрывали переправы, а остальные переправлялись через Днепр и занимали оборону на его правом берегу. Немецкие войска в районе Киева входили в состав 7-го и 13-го армейских корпусов.

Левофланговые соединения 8-й немецкой армии отходили на переправу у Канева. К исходу 22 сентября 24-й танковый корпус в составе 10-й моторизованной, 57, 255, 112 и 34-й пехотных дивизий и 12-й штурмовой бригады (бригада штурмовых орудий) вел оборонительные бои по линии Лепляво, Глемязово, исключительно Коробовка, и спешно переправлял свои части на правый берег Днепра у Канева. На участке фронта от Кайлова до Лепляво по левому берегу Днепра войск противника не было. Вдоль левого берега Днепра с юго-востока на Золотоношу, которая в этот день была занята войсками 47-й армии Воронежского фронта, двигались отдельные части 11-й и 3-й танковых дивизий немцев. На правом берегу Днепра организованной обороны у немцев не было.

Из Киева через Кагарлык к излучине Днепра южнее Переяслав-Хмельницкого выдвигалась 19-я танковая дивизия, ранее выведенная из боя и переправившаяся через Днепр у Киева. Головные подразделения этой дивизии и части 34-й пехотной дивизии, успевшие переправиться через Днепр у Канева силой не более одного полка, во второй половине дня 22 сентября появились в излучине Днепра у населенных пунктов Григоровка и Зарубенцы и вступили в бой с переправлявшейся мотопехотой 3-й гвардейской танковой армии. Вдоль правого берега Днепра с юго-востока в направлении на Канев двигались 7-я танковая и 72-я пехотная дивизии немцев. К исходу 22 сентября головой колонны эти дивизии подходили к Черкассам. Мосты через Днепр у Черкасс прикрывались сводными частями силой до полка. Всего на участке фронта от Ржищева до Черкасс по обоим берегам Днепра у немцев было свыше пяти пехотных, одна моторизованная и три танковые дивизии, из которых непосредственно вели бой четыре пехотные и одна моторизованная дивизия.

Основная группировка 8-й немецкой армии в составе 3-го и 47-го танковых и 11-го армейского корпусов, ведя упорные бои в районе Полтавы, медленно отходила к переправам на Днепре у Кременчуга. В полосе Воронежского фронта перед его левым крылом действовал 3-й танковый корпус в составе танковой дивизии СС «Викинг», 6-й танковой дивизии и группы войск «Д», а также танковая дивизия СС «Мертвая голова» и 223-я пехотная дивизия из состава 47-го танкового корпуса. Все эти войска вели бои фронтом на север и медленно отходили на юг к Кременчугу. Таким образом, перед левым крылом Воронежского фронта противник имел полторы пехотных и три танковые дивизии.

Всего перед Воронежским фронтом к исходу 22 сентября у противника было около двадцати шести дивизий, из которых было до девятнадцати пехотных, одна моторизованная и шесть танковых. Все эти дивизии в предыдущих боях понесли большие потери.

Вдоль правого берега Днепра немцы вели оборонительные работы силами местного населения и военнопленных, рыли траншеи с открытыми площадками для тяжелого пехотного оружия. Однако ко времени выхода советских войск к Днепру работы эти не были закончены. Сплошных траншей не было, и только на отдельных участках немцы начали развивать оборонительные работы в глубину, строя вторую и третью траншеи. Наиболее интенсивно велись работы в районе Киева и в излучине Днепра южнее Переяслав-Хмельницкого. Противник заранее подготовил к обороне предмостный плацдарм на левом берегу Днепра у Киева. Здесь были отрыты траншеи и подготовлены минные поля.

Группировка войск Воронежского фронта (схемы 3, 4, 5). Воронежский фронт вел наступление по трем направлениям. Правое крыло фронта – 38-я армия наступала непосредственно на Киев. Центр фронта – его главная группировка в составе 40-й и 47-й армий и 3-й гвардейской танковой армии с 1-м гвардейским кавалерийским корпусом наступала на Переяслав-Хмельницкий и выходила к Днепру на участке Ржищев, Канев. Войска левого крыла фронта – 52-я и 4-я гвардейская армии – вели бои на рубеже Бригадировка, Кузубеевка, Степановка, Волок, Диканька и во взаимодействии со Степным фронтом наступали на юг (подробный боевой состав войск фронта дан в приложении 1).

38-я армия действовала в составе 50-го и 51-го стрелковых корпусов[13] и 3-го гвардейского танкового корпуса. К исходу 22 сентября армия вела бои с крупной группировкой противника в составе 213-й охранной, 68, 88, 75, 82, 327, 291-й пехотных дивизий, прикрывавшей киевские переправы (схема 3). Однако в непосредственном соприкосновении с противником находилось только две с половиной стрелковые дивизии армии (163-я, 232-я и часть сил 167-й стрелковой дивизии).

240-я и основные силы 167-й стрелковых дивизий к исходу дня 22 сентября вышли к левому берегу реки Десны на участке Летки, Рожны и приступили к переправе через эту реку. Дивизии не имели переправочных средств и, несмотря на то, что противника перед ними не было, переправлялись на подручных средствах очень медленно. Остальные дивизии армии (180, 340, 136 и 71-я стрелковые) совершали марш, перегруппировываясь к северу. 3-й гвардейский танковый корпус еще накануне вышел в полосу действий правого соседа в район города Остер (50 км севернее Бровары, на схеме нет). Связи с ним ни штаб армии, ни штаб фронта не имели. Против восьми стрелковых дивизий 38-й армии действовало всего двенадцать немецких пехотных дивизий. Соотношение сил на этом участке фронта было 1: 1,5 в пользу противника[14].

22 сентября 1943 года к Днепру в районе Переяслав-Хмельницкого вышла центральная группировка войск фронта (схема 4).

Первыми вышли к Днепру части 3-й гвардейской танковой армии. Еще к исходу дня 21 сентября к левому берегу Днепра в районе Зарубенцы вышли разведывательные подразделения 69-й механизированной бригады 9-го механизированного корпуса. В течение ночи разведчики подняли и отремонтировали полузатопленный крестьянский паром, и на рассвете 22 сентября батальон мотопехоты 69-й механизированной бригады 9-го механизированного корпуса переправился через Днепр и занял Зарубенцы. В 15 часов 22 сентября мотострелковый батальон 51-й гвардейской танковой бригады 6-го гвардейского танкового корпуса также форсировал Днепр и занял Григоровку. Переправа этого батальона сопровождалась 15-минутным артиллерийским огневым налетом по высотам на правом берегу реки. Действовавшие здесь партизаны оказали передовым частям танковой армии существенную помощь, выводя их в наиболее удобные для форсирования места и помогая собирать подручные средства для переправ.

К исходу дня к берегу реки на участке Андруши, Козинцы, Вьюнище подходили главные силы 9-го механизированного корпуса и в район Городище главные силы 6-го гвардейского танкового корпуса. 7-й гвардейский танковый корпус сосредоточивался в Переяслав-Хмельницком, а 1-й гвардейский кавалерийский корпус был на марше севернее и северо-западнее Прилуки.

40-я армия в составе 52-го стрелкового корпуса[15] и 47-го стрелкового корпуса[16], 10-го и 8-го гвардейского танковых корпусов к исходу 22 сентября вышла передовыми отрядами стрелковых корпусов к реке Днепр на участке Кальне, Гусеяцы, Андруши. Главные силы 52-го стрелкового корпуса вышли на линию Старое, Ковалин и 47-го стрелкового корпуса – Стовпяги, Цыбли, исключительно Хоцки. 10-й танковый корпус вышел непосредственно к Днепру в районе Яшники (корпус на 20 сентября имел в строю всего лишь девятнадцать танков и самоходных орудий)[17]. 8-й гвардейский танковый корпус сосредоточивался в Переяслав-Хмельницком.

Схема 3. Положение войск 38-й армии на 22 и 29 сентября 1943 г.

47-я армия в составе 23-го стрелкового корпуса[18], 21-го стрелкового корпуса[19] и 3-го гвардейского механизированного корпуса к исходу 22 сентября силами 30, 23 и 206-й стрелковых дивизий вышла на линию Чепилки, Богданы, Коврай-Безбородков, Ашановка, потеряв соприкосновение с противником, прикрывавшим переправу в районе Канева. Только передовой отряд 23-й стрелковой дивизии подходил к реке Супой у Глемязово и вел бой с частями 255-й пехотной дивизии немцев. 3-й гвардейский мехкорпус и 218-я стрелковая дивизия заняли Золотоношу.

27-я армия в составе четырех стрелковых дивизий[20] находилась во втором эшелоне фронта и совершала марш в район Переяслав-Хмельницкого. К исходу 22 сентября соединения армии вышли на линию Карсаковка, Хорунжиев, Несенов.

Всего на участке фронта Ржищев, Черкассы действовало шестнадцать стрелковых, три кавалерийские дивизии, два механизированных и четыре танковых корпуса Воронежского фронта. Соотношение сил было по стрелковым войскам 3: 1, по моторизованным войскам 2: 1 и по танковым 1¹/₃: 1 в пользу Воронежского фронта. Кроме того, в составе советских войск были кавалерийские соединения; у немцев конницы не было.

На левом крыле фронта к исходу дня 22 сентября 52-я армия в составе пяти стрелковых дивизий[21] и 4-я гвардейская армия в составе шести дивизий[22] вели бои фронтом на юг (схема 5), 52-я армия вышла на линию Бригадировка, Кузубеевка, Пушкарево, Великая Богачка, имея четыре дивизии в первом эшелоне и одну (373-ю) без одного полка во втором эшелоне. 4-я гвардейская армия также имела во втором эшелоне одну (166-ю) стрелковую дивизию. Остальные пять дивизий первого эшелона вышли на линию Мезены, Волок, Диканька. Соотношение сил на этом участке было по стрелковым войскам 7: 1 в пользу Воронежского фронта. Однако танков 52-я и 4-я гвардейские армии не имели, и абсолютное превосходство в танках было здесь на стороне немцев, имевших три танковые дивизии.

2-я воздушная армия имела в своем составе 202-ю бомбардировочную авиационную дивизию (Пе-2), 208-ю ночную бомбардировочную авиационную дивизию, 5-й штурмовой авиационный корпус (Ил-2), 5-й истребительный авиационный корпус (Ла-5, Як-7, Як-9) и 10-й истребительный авиационный корпус (Як-7, Ла-7)[23].

В резерве фронта находились крупные артиллерийские соединения: 7-й артиллерийский корпус прорыва и 3-я гвардейская минометная дивизия (РС).

Общее соотношение сил фронта было следующим:

Примечание. Число самолетов дано по состоянию на 1 октября 1943 года.

Общее превосходство было на стороне войск Воронежского фронта. Однако необходимо учесть, что немцы, отходя за Днепр, имели свободу маневра для перегруппировки войск в любом направлении по хорошей сети дорог. Войска Воронежского фронта с захватом плацдармов имели за собой широкий Днепр, стеснявший всякий маневр. Более чем полуторное превосходство в самолетах на первом этапе борьбы за плацдармы также использовано быть не могло. Только часть сил 2-й воздушной армии успела перебазироваться на аэродромы Прилуки, Пирятин, Лубны, т. е. в 85–110 км к востоку от Днепра. Вместе с тем к этому времени авиация противника успела перебазироваться на густую сеть хорошо подготовленных аэродромов на правобережье Днепра, очень близко расположенных от своих наземных войск (Киев, Васильков, Белая Церковь, Мироновка и др.). Советская авиация совершала полеты на пределе своего радиуса действия.

Организация связи

В ходе наступления к Днепру штаб фронта отрывался от войск на значительные расстояния и не всегда имел устойчивую связь с армиями. В день выхода войск к Днепру южнее Переяслав-Хмельницкого, т. е. 22 сентября 1943 года, штаб фронта переместился из Лебедина в Гиревы Юсковцы (схема 2) и находился на удалении от войск на 185–190 км. Такой отрыв штаба в ответственный этап операции усложнял управление войсками. К штабу 38-й армии провод был подан только в Боршна (6 км восточнее Прилук), хотя войска этой армии находились в 100 км западнее и штаб армии располагался в районе Ярославка. Со штабом 40-й армии, находящемся в Харькивцы, имелась прямая проводная связь. Со штабами 47-й армии (Белоусовка) и 3-й гвардейской танковой армии (Вел. Каратуль) проводной связи не было. Со штабами 52-й армии (Зубовка) и 4-й гвардейской армии (Покровское) проводная связь поддерживалась через узел связи старого командного пункта фронта в Лебедине. Основным средством связи для штабов всех степеней являлись радио и офицеры связи. Большое внимание уделялось личному общению командования. Командующий фронтом и командующие армиями выезжали в войска и ставили задачи на месте.

Слабо была организована связь взаимодействия. Неудовлетворительно работала связь штаба 3-й гвардейской танковой армии со штабами общевойсковых армий; штаб 2-й воздушной армии не имел своих представителей в штабах наземных войск хотя бы на главном направлении и слабо был ориентирован в наземной обстановке.

Организация тыла и материальное обеспечение

По мере развития наступления войск на запад тылы фронта и армий сильно растягивались в глубину. К 3 сентября армейские базы передислоцировались и развернулись на железнодорожном участке Белополье, Сумы, Богодухов, Мерчик. Однако уже к середине сентября отрыв армейских баз от наступавших войск снова достиг 100–150 км, вызывая этим перенапряжение в работе автомобильного транспорта, который к этому же испытывал недостаток горючего. К 22 сентября этот отрыв увеличился еще больше и достигал 275–300 км.

19 сентября в соответствии с директивой фронта № 0038/оп, определявшей задачи войск по выходу их на реку Днепр, был разработан план материального обеспечения операции, утвержденный командующим фронтом.

До восстановления железнодорожного участка Нежин – Прилуки – Пирятин – Гребенка – Золотоноша базирование армий должно было остаться прежним. Вместе с тем в плане даже не были предусмотрены сколько-нибудь приблизительные сроки восстановления указанной железной дороги и, следовательно, приближения армейских баз и фронтовых складов к рубежу реки Днепр.

План предусматривал создание к 22 сентября запасов горюче-смазочных материалов в 3-й гвардейской танковой армии и в отдельных танковых корпусах – по пять заправок, в 38, 40 и 27-й армиях – по четыре заправки, в остальных армиях – в среднем по три заправки. Кроме того, в этот же срок предусматривалось создание запаса горючего в 400 т для командующего артиллерией фронта и 100 т для начальника инженерных войск фронта в связи с предполагавшимся крупным маневром артиллерийскими средствами и инженерными войсками с переправочными средствами.

Однако в связи с тем, что запланированные железнодорожные транспорты с горюче-смазочными материалами поступали с опозданием, указанные запасы образованы не были и войска испытывали острый недостаток горючего. К исходу 21 сентября общий запас бензина во фронте составлял только две заправки (в войсках 0,6 заправки, на армейских базах 0,1 заправки и остальное количество находилось в пути к армиям).

При подходе к Днепру войска были пополнены боеприпасами. Однако в ряде случаев эта обеспеченность была недостаточной. Наблюдалась также неравномерность наличия боеприпасов в армиях. По состоянию на 19 сентября обеспеченность боеприпасами в боекомплектах была следующей:

Для обеспечения продфуражом решено было немедленно развернуть в Ромнах резервный фронтовой продсклад, что значительно облегчило бы подвоз продовольствия в войска. Особое внимание обращалось на заготовку продовольствия и фуража из местных средств. Богатый сельскохозяйственный район, в котором вел боевые действия фронт, и благоприятное время года позволяли ориентироваться в значительной степени на местные продовольственные и фуражные ресурсы, что уменьшало напряжение перевозок в условиях растянутых коммуникаций. Немцы же не успели воспользоваться урожаем лета 1943 года на Левобережной Украине. Не удалось им также уничтожить неубранный хлеб на корню и в скирдах путем поджогов. Однако большой урон немецкие захватчики нанесли животноводству на Украине. За время их оккупации поголовье скота здесь резко сократилось.

В составе фронта имелись один автотранспортный полк и пять отдельных автотранспортных батальонов, которые насчитывали в общей сложности 1050 исправных автомашин разных марок общей грузоподъемностью 1943 тонн. Такого количества машин в условиях большого отрыва фронтового и армейского базирования было явно недостаточно.

Наличие госпитальных учреждений фронта и армий полностью обеспечивало потребности войск фронта. Необходимо было приблизить госпитали к линии Днепра и максимально разгрузить от имевшихся в них раненых, требовавших продолжительного лечения. Район боевых действий фронта в санитарном отношении был благополучным. В войсках и среди местного населения отмечались только единичные случаи инфекционных заболеваний (тиф, дифтерия).

Планы операции

По мере приближения войск фронта к Днепру противник стремился возможно скорее оторваться от преследующих его советских войск и уйти за реку.

Немецкое командование ставило своей целью отвести на правый берег Днепра все свои войска и боевую технику в боеспособном состоянии и, используя выгодные природные условия этой реки, занять здесь прочную оборону и остановить дальнейшее наступление Советской Армии на запад.

Еще в ходе наступления к Днепру постепенно рождался план действий фронта на правом берегу реки после захвата плацдармов. Первоначальный план фронта от 9 сентября имел в виду только захват плацдармов «в зависимости от обстановки». Оперативная директива фронта № 0038/оп от 18 сентября требовала от 38-й и 47-й армий выброски передовых частей к восточному берегу Днепра, 40-я и 3-я гвардейские танковые армии предупреждались о необходимости быть в готовности к форсированию Днепра. И только 22 сентября, когда войска уже фактически выходили к Днепру, были определены и их задачи на правом берегу.

Устными, а затем и частными письменными распоряжениями войскам были поставлены следующие задачи.

40-я и 47-я армии к исходу 26 сентября должны были выйти на фронт (иск.) Юшки, Янивка, Шандра, Синявка, Гамарня, Хмельна (схема 4).

38-й армии было приказано к 27 сентября силами пяти стрелковых дивизий форсировать реки Днепр и Ирпень севернее Киева и выйти на линию Демидово, Озеры, станция Буча, северная окраина Приорки (схема 3). В дальнейшем командующий фронтом предполагал концентрическим ударом 38-й армии с севера и 40-й армии с юга овладеть Киевом и выйти на реку Здвиж. 3-я гвардейская танковая армия должна была наступать на Кагарлык, Белая Церковь.

Однако этот план после развития боев за захват и расширение плацдарма претерпел ряд изменений. Впоследствии был принят окончательный план наступательной операции, который осуществлялся с 12 октября 1943 года.

Ход боевых действий главной группировки фронта на букринском направлении[24]

Как указывалось выше, к исходу 22 сентября 40-я армия своими передовыми отрядами вышла к левому берегу Днепра на участке Кальне, Андруши. В это же время передовые части 3-й гвардейской танковой армии (мотопехота 9-го механизированного и 6-го гвардейского танкового корпусов) на подручных средствах переправлялись на правый берег Днепра в район Зарубенцы, Григоровка.

47-я армия подходила к району Глемязово и овладела городом Золотоноша. 27-я армия – второй эшелон фронта – следовала в район Переяслав-Хмельницкий и к исходу 22 сентября была в 25–30 км западнее города Лубны. 1-й гвардейский кавкорпус, составляя второй эшелон 3-й гвардейской танковой армии, находился на марше севернее и северо-западнее города Прилуки.

Схема 4. Положение центральной группы армий Воронежского фронта на 22–29 сентября 1943 г.

В своем первом донесении Ставке о форсировании Днепра командующий фронтом 22 сентября докладывал, что будут приняты следующие меры по закреплению и развитию первого успеха:

«1. В ночь на 23.9.43 г. переправить на правый берег р. Днепр возможно больше войск 3-й гв. ТА Рыбалко и 40-й армии Москаленко.

2. Авиация фронта ночью и днем 23.9.43 г. будет содействовать переправившимся и переправляющимся частям, окаймляя их и не допуская подхода противника. Одновременно прикрывает наши войска в районе переправ.

3. Организуется артогонь для поддержки переправившихся войск».

22 и 23 сентября положение немцев в районе Букрина было критическим. Части 19-й танковой и 34-й пехотной дивизий противника, выходя к берегу Днепра и не зная обстановки, ввязывались с хода в бой с переправившимися частями 3-й гвардейской танковой и 40-й армий. Ожесточение боев нарастало. Противник широко использовал свою авиацию, которая группами до 30 самолетов наносила бомбардировочные удары по советским войскам на обоих берегах Днепра и по переправочным средствам.

Однако, несмотря на это, дни 22 и 23 сентября были наиболее благоприятными для захвата плацдарма. Лишь 24 сентября обстановка резко изменилась. В этот день противник вывел в район Букрина войска, переправившиеся с левого берега у Канева. К исходу 24 сентября здесь появились части 10-й моторизованной, 112-й и 255-й пехотных дивизий. Основные силы 34-й пехотной дивизии вышли к Днепру на участке Ржищев, Щучинка. У Канева была обнаружена 57-я пехотная дивизия. К району боев подходили также упомянутые ранее части 72-й пехотной и 7-й танковой дивизий.

26 сентября появились части 20-й мотодивизии и 27–28 сентября стали подходить части танковой дивизии СС «Рейх». Одновременно противник налаживал и управление войсками, ведущими оборонительные бои в излучине Днепра. В результате с 24 сентября все немецкие части у Букрина были объединены общим руководством – было создано управление 24-го, а с 26 сентября и 48-го танковых корпусов.

Командующие армиями в соответствии с указаниями фронта в течение 22–23 сентября отдали боевые приказы о форсировании Днепра и захвате плацдармов на его правом берегу. Командующий 3-й гвардейской танковой армией поставил корпусам задачу – к исходу 23 сентября выйти на линию Македоны, Шандра, Синявка, Степанцы, Хмельна. 40-я армия по решению командующего армией к исходу 25 сентября должна была выйти на линию Юшки, Кузьминцы, Янивка, Македоны, Шандра, а 47-я армия к исходу 25 сентября – на линию Шандра, Гамарня, Хмельна.

Командующий фронтом потребовал от 3-й гвардейской танковой армии выделения части сил для нанесения удара вдоль левого берега реки в направлении Канева, с тем чтобы не допустить отхода противника через Днепр и очистить от его частей левый берег реки. Эту задачу командующий армией возложил на две бригады 6-го гвардейского танкового корпуса – которые, однако, ее не выполнили. Противник, используя слабое давление с фронта 47-й армии, отбил атаки указанных танковых бригад и 24 сентября закончил отвод своих частей на правый берег Днепра, уничтожив за собой все переправы.

Все решения и приказы командующих фронтом и армий в эти дни (22 и 23 сентября) были проникнуты категорическим требованием скорейшего выхода войск к Днепру, немедленного его форсирования, захвата и расширения плацдармов. Войскам для этого предоставлялась широкая инициатива. Особенно характерны в этом отношении боевые распоряжения командующего 40-й армией № 897 и 898 от 23 сентября, адресованные командирам 47-го и 52-го стрелковых корпусов. Указав задачи каждой стрелковой дивизии, командующий армией в заключении пишет: «р. Днепр форсировать в наиболее выгодных местах, не считаясь с разграничительными линиями и имеющимися переправочными средствами». В тот же день командующий 3-й гвардейской танковой армией отдает командиру 1-го гвардейского кавалерийского корпуса частный боевой приказ № 0010/оп, в котором требует от последнего «силами одной кд на лучших лошадях к 3.00 24.9 сосредоточиться в районе Гусенцы, Яшники, Ковалин и с рассветом 24.9 форсировать р. Днепр на участке (иск.) Ржищев, (иск.) Ходоров, используя подручные переправочные средства».

Предоставление широкой инициативы войскам в создавшейся обстановке было правильным и целиком оправданным. Однако фронт и армии не могли обеспечить войска переправочными средствами, надежно прикрыть их от авиации противника и, слабо зная обстановку, рассчитывали только на широкую инициативу и находчивость командиров дивизий и полков.

Задачи, поставленные войскам армий, не только в назначенные сроки, но и в ходе всей операции выполнены не были.

23 сентября 3-я гвардейская танковая армия имела главные силы корпусов на подходе к Днепру, и вдобавок растянутыми на большую глубину. На правом берегу Днепра у сел Зарубенцы и Григоровка продолжали вести бой малочисленные подразделения мотопехоты. Противник настойчиво контратаковал танками и пехотой силой до батальона при поддержке авиации, которая сосредоточила свои усилия в букринской излучине.

40-я армия начала в этот день форсирование Днепра на подручных средствах на сравнительно широком фронте: части 52-го стрелкового корпуса переправлялись северо-западнее и юго-восточнее Ржищев у Стайки, Гребени[25] и Щучинка, 47-й стрелковый корпус переправлялся у сел Трактомиров, Зарубенцы, Григоровка. Однако переправлялась только пехота, без средств усиления и очень медленно.

47-я армия в этот день медленно продвигалась к правому берегу Днепра на каневском и черкасском направлениях. Противник упорно сопротивлялся, прикрывая свои переправы в этих районах и обеспечивая организованный отход своих войск на правый берег.

Первоначальным планом наступления войск фронта к Днепру, разработанным еще 9 сентября, предусматривалось использование для обеспечения захвата плацдарма воздушно-десантных войск. Для этой цели в распоряжении командующего фронтом имелись три воздушно-десантные бригады. Но несмотря на то что с момента принятия такого решения и до начала форсирования прошло две недели, организована эта операция была плохо. Ночную высадку трех воздушно-десантных бригад планировалось произвести в течение двух ночей. Такая сложная операция требовала тщательной подготовки. Однако на деле получилась недопустимая импровизация, выразившаяся прежде всего в поспешном сборе транспортных самолетов со слабо подготовленными экипажами.

Выброска двух воздушно-десантных бригад в первую ночь[26] должна была производиться в районах Пии, Грушево, Потанцы и Тростинец, Литвинец, Копани (в 10–20 км к западу от линии Днепра) с задачей не допустить подхода частей противника к букринской излучине Днепра с запада и юго-запада. Штаб фронта считал, что в намеченных районах высадки войск противника нет. На самом же деле здесь уже находились части 19-й танковой дивизии, а в день высадки подходили части 10-й моторизованной, 112-й и 255-й пехотных дивизий немцев.

В ночь на 24 сентября были выброшены 3-я и часть 5-й воздушно-десантных бригад[27]. Однако слабая техническая подготовка десанта привела к тому, что десантники выбрасывались в очень широком районе. Часть из них была выброшена на боевые порядки своих войск, часть прямо в Днепр, а часть – даже на его левый берег. Основная же масса десантников, севшая в назначенных районах, неожиданно оказалась в центре расположения немецких войск. В результате десант понес значительные потери и не смог выполнить возложенных на него задач.

Уцелевшие подразделения десантников ушли в леса в район Черкассы и впоследствии действовали в тылу противника методом мелких диверсий. Оставшиеся неиспользованными полторы воздушно-десантные бригады Ставка Верховного Главнокомандования вывела в свой резерв.

24 сентября обстановка существенно не изменилась. Продолжались упорные бои с контратакующим противником во всех районах высадки. 3-я гвардейская танковая армия почти не увеличила числа войск на правом берегу реки, и только у Трактомирова был достигнут заметный успех: в этот день здесь полностью переправилась 161-я стрелковая дивизия 40-й армии. Переправился также один стрелковый полк 38-й стрелковой дивизии той же армии у Григоровки. 1-я гвардейская кавалерийская дивизия своими передовыми подразделениями вышла к левому берегу Днепра у Гусенцы, Яшники. 47-я армия также вышла к левому берегу реки в своей полосе, не сумев, однако, помешать переправе немецких войск на правый берег. Мелкие разведывательные группы 206-й и 218-й стрелковых дивизий этой армии форсировали Днепр юго-восточнее Канева.

25 сентября во всех армиях продолжалось медленное наращивание сил на правом берегу. У Зарубенец переправлялась 337-я стрелковая дивизия и у Григоровки – второй полк 38-й стрелковой дивизии. Переправившаяся накануне у Трактомирова 161-я стрелковая дивизия совместно с 69-й механизированной бригадой, имевшей в своем составе только десять танков, переправленных на паромах, в этот день начала наступление в южном направлении и овладела селами Великий и Малый Букрин. Хотя Малый Букрин в результате контратак противника и был вскоре потерян, однако можно считать, что в этот день был создан букринский плацдарм свыше 6 км глубиной и до 10–12 км по фронту. 47-я армия переправила на правый берег часть сил 206-й и 218-й стрелковых дивизий (до трех стрелковых полков). Кроме того, силами 23-й и 30-й стрелковых дивизий был образован небольшой плацдарм у Селище (севернее Канева).

26 сентября была закончена в основном переправа пехоты 40-й армии. 3-я гвардейская танковая армия имела на букринском плацдарме три механизированные бригады (22-ю и 23-ю гвардейские и 69-ю) и четыре мотобатальона различных танковых бригад. Переправа артиллерии и танков шла по-прежнему чрезвычайно медленно. К исходу дня на букринском плацдарме было всего лишь двадцать семь 76-мм орудий, двадцать девять 120-мм минометов, тринадцать танков 40-й армии и тринадцать танков 3-й гвардейской танковой армии. В районе Щучинка было переправлено за все дни только пять танков 10-го танкового корпуса.

27, 28 и 29 сентября на плацдармах правого берега Днепра на участке Стайки, Ржищев, Ходоров, Вел. Букрин, Григоровка, Селище, Канев, устье реки Россь шли ожесточенные бои. Обе стороны ставили перед собой активные задачи: войска Воронежского фронта стремились сломить сопротивление противника и выйти на линию Юшки, Македоны, Хмельна и этим расширить плацдарм по глубине до 30 км и по фронту до 75 км, который позволил бы развернуть главные силы центральной группировки войск фронта и перейти в решительное наступление в западном направлении.

Командующий фронтом в своей телеграмме № 2/к от 28 сентября на имя командующих 27, 40, 47 и 3-й гвардейской танковой армий поставил перед ними задачу:

«Общая ближайшая задача всех войск перемолоть возможно больше живой силы противника на правом берегу реки Днепр, выполнить полностью задачу по расширению плацдарма и подготовить необходимые условия для дальнейшего наступления».

Немцы, разгадав направление, где Воронежский фронт прилагал главные усилия, наращивали здесь свои силы и стремились активными контратаками пехоты и танков при сильной поддержке авиации опрокинуть переправившиеся советские войска в Днепр и прочно закрепиться на его правом берегу. Медленное наращивание сил 40, 47 и 3-й гвардейской танковой армий на захваченных плацдармах, а в особенности же медленная переброска на плацдармы артиллерии и танков вкупе с недостатком боеприпасов не позволили этим армиям в намеченные сроки (25–26 сентября) соединить в один плацдарм все захваченные на правом берегу отдельные участки.

27 сентября командующий фронтом принял решение о вводе в сражение 27-й армии, которая 25 сентября сосредоточилась в районе Переяслав-Хмельницкого. Армия получила задачу к утру 29 сентября переправиться на букринский плацдарм и 30 сентября сменить части 40-й армии на участке Янивка, Шаидра. Имелось в виду, что если 40, 47 и 3-я гвардейская танковая армии не сумеют сломить сопротивление противника и выйти на указанный им рубеж, войска 27-й армии вступят в бой и ранее намеченного срока. Ниже приводится полностью директива командующего фронтом 27-й армии.

«КОМАНДУЮЩЕМУ 27-й АРМИЕЙ

Копия: КОМАНДУЮЩЕМУ 40-й АРМИЕЙ

КОМАНДУЮЩЕМУ 47-й АРМИЕЙ

НАЧАЛЬНИКУ ГЕНШТАБА КА

Опердиректива № 0041/оп.

Штаб Воронежского фронта 27.9.43.

Карта 200 000

40 и 47-я армии совместно с 3-й гвардейской танковой армией имеют ближайшей задачей захватить плацдарм на правом берегу р. Днепр и выйти на рубеж: Халеиье, Стритовка, Шандра, Ржавец, Гамарня, устье р. Россь.

Приказываю:

1. Командующему 27-й армией незамедлительно начать переправу через р. Днепр на участке 3-й гвардейской танковой армии и левого фланга 40-й армии.

Переправу войск армии закончить к утру 29.9.43.

После переправы вслед за 40-й армией незамедлительно выдвинуться на рубеж (иск.) Янивка, Шандра, куда выйти не позднее 30.9.43 и сменить здесь части 40-й армии.

Быть готовым к наступлению с указанного выше рубежа. В случае необходимости быть также готовым по особому моему приказу развернуться и вступить в бой и до выхода на указанный рубеж.

Обратить особое внимание на организацию ПВО и ПТО.

С момента вступления в бои иметь в виду следующую разгранлинию: справа с 40-й армией – (иск.) Кулаженцы, Козинцы, Мал. Букрин, (иск.) Яниека, (иск.) Гребенки, (иск.) Бертники; слева, с 47-й армией – Свечкова, (иск.) Хоцки, Бучак, (иск.) Трощин, Шандра, (иск.) Лубянка, Ракитно, (иск.) Володарка.

2. Получение подтвердить, план переправ и выполнение задачи: донести.

№ 18702/ш

Ватутин, Хрущев, Иванов».

Войска 27-й армии переправлялись медленно – причем только одна пехота, без артиллерии. 28 сентября у Григоровки переправилась 147-я стрелковая дивизия, а 29 сентября часть сил 100-й и 155-й стрелковых дивизий. В связи с тем, что противник непрерывно контратаковал, переправлявшиеся части армии сразу же вводились в бой.

В тот же день 27 сентября командующий фронтом принял другое важное решение: 1-й гвардейский кавалерийский корпус был выведен из оперативного подчинения 3-й гвардейской танковой армии в резерв фронта с оставлением его в занимаемом районе[28]. Переправа основных сил корпуса на правый берег была приостановлена. Разрешено было переправить не более одного сводного кавалерийского полка. Последний в течение нескольких дней вел бой на плацдарме у Щучинки в полосе 52-го стрелкового корпуса 40-й армии. Это решение было вызвано тем, что открытая местность на правом берегу Днепра в районе Ржищева могла поставить кавалерийский корпус под удар авиации противника.

В итоге боев с 22 по 29 сентября центральная группа войск фронта не выполнила основную задачу фронта – захват на правом берегу Днепра такого плацдарма, который по своей величине позволял бы развернуть на нем главные силы для последующего наступления. Удалось лишь захватить семь небольших разрозненных плацдармов на участке от Стайки до устья реки Россь. Наиболее крупным из их оказался букринский плацдарм. Здесь концентрировались основные усилия обеих сторон.

Войска фронта не смогли помешать переправе на правый берег прижатой к Днепру каневской группировки противника. Слабая по численности 47-я армия разбросала свои силы на двух направлениях – каневском и черкасском, причем наиболее подвижное соединение армии – 3-й гвардейский механизированный корпус – вело бои в полосе левого соседа. Сама армия действовала медленно и нерешительно. Попытка использовать часть сил 3-й гвардейской танковой армии для уничтожения каневской группировки противника еще на левом берегу оказалась безуспешной. Считая каневское направление для себя второстепенным, командующий армией выделил для действия здесь недостаточные силы. В результате немцы успели уйти через каневскую переправу на правый берег Днепра и использовать все свои силы для дальнейшей активной обороны букринского плацдарма.

Положение сторон к исходу 29 сентября на фронте Триполье, Ржищев, Канев, Черкассы было следующим (схемы 4 и 7).

• 52-й стрелковый корпус 40-й армии вел бои за расширение двух плацдармов северо-западнее и юго-восточнее Ржищева. Первый из них в районе Юшки, Гребени имел по фронту 16 км и в глубину 4 км, второй плацдарм в районе Щучинки имел 11 км по фронту и 4 км в глубину.

• На букринском плацдарме, имевшем 11 км по фронту и 6 км в глубину, вели бой 47-й стрелковый корпус (без 38 сд) и 8-й гвардейский танковый корпус 40-й армии, 100-я и 147-я стрелковые дивизии 27-й армии и мотопехота 7-го гвардейского танкового и 9-го механизированного корпусов 3-й гвардейской танковой армии.

• На плацдарме у Григоровки шириной по фронту 5–6 км и глубиной до 2 км вели бой 38-я стрелковая дивизия 40-й армии, один полк 155-й стрелковой дивизии 27-й армии, мотострелковая бригада и один танковый батальон 6-го гвардейского танкового корпуса 3-й гвардейской танковой армии.

• На плацдарме в районе Селище шириной по фронту 5–6 км и глубиной до 2 км вели бой 23-й стрелковый корпус 47-й армии и начавшие переправу части 7-й гвардейской механизированной бригады 3-го гвардейского механизированного корпуса, имевшие задачу расширить плацдарм и соединиться с войсками левого крыла 40-й армии.

• 21-й стрелковый корпус 47-й армии юго-восточнее Канева овладел двумя незначительными прибрежными участками местности. Две бригады 3-го гвардейского механизированного корпуса продолжали вести бой за левой границей армии южнее Золотоноши.

Противник основными силами 34-й пехотной дивизии сдерживал наступление советских войск с плацдарма у Юшки, Гребени. В этот район к исходу 29 сентября подходили части танковой дивизии СС «Рейх». 10-я моторизованная дивизия вела бои юго-восточнее Ржищева. В районе Великого Букрина и Григоровки находилась наиболее плотная группировка немецких войск. Здесь действовали две трети сил 72-й пехотной, 19-я танковая, 20-я моторизованная дивизии, боевые группы 112-й и 255-й пехотных дивизий (всего пять дивизий на фронте 18–20 км). На участке 47-й армии действовала 57-я пехотная дивизия немцев. В районе Пии противник имел в резерве 7-ю танковую дивизию. В районе Бобрицы сосредоточивалась боевая группа 3-й танковой дивизии. Всего немецкие войска имели на этом участке фронта три и две трети пехотных, две моторизованные и три с половиной танковые дивизии[29].

Общее соотношение сил к моменту завершения боев за захват плацдармов на правом берегу Днепра, т. е. к 29 сентября, складывалось в пользу советских войск по стрелковым соединениям 3,2: 1, по мотопехоте 1: 1 и по танковым соединениям 1,3: 1. Однако необходимо учитывать, что 3-я гвардейская танковая армия все свои танки имела еще на левом берегу Днепра. Стремясь уничтожить советские войска на захваченных ими плацдармах, немецкое командование вместе с тем поспешно вело оборонительные работы, стремясь развивать их в глубину.

Войска фронта после стремительного наступления к Днепру в течение сентября добились большого оперативного успеха, но вместе с тем находились в очень сложных и трудных условиях, вызванных недостатками в материальном обеспечении (в первую очередь недостатком горючего и боеприпасов), отставанием артиллерии, переправочных средств и аэродромного перебазирования авиации. В период борьбы за первые плацдармы (22–29 сентября) командующий фронтом, командующие армиями и их штабы сделали очень много для преодоления всех трудностей, возникавших в ходе наступления к Днепру. Однако эти трудности еще давали себя чувствовать и требовались дальнейшие энергичные мероприятия для обеспечения успеха в действиях войск на плацдармах.

Следует отметить, что штаб фронта и штабы армий слабо изучили группировку противника и совсем не знали его замыслов и намерений. Все виды разведки работали недостаточно эффективно. Штаб фронта пользовался в основном теми сведениями о противнике, которые добывали войска в ходе боев, захватывая пленных и документы противника. В результате штаб исходил из предвзятого представления о равномерном распределении сил противника вдоль правого берега Днепра. В действительности же враг не имел такого кордонного расположения войск, а крупные силы сосредоточивал в тех районах, где проявляли наибольшую активность советские войска. На остальных участках немцы своими наиболее слабыми частями занимали оборону на широком фронте.

Огромная растяжка всей артиллерии привела к тому, что наши войска, переправившиеся на правый берег Днепра, в первые дни боев были лишены действенной поддержки артиллерийским огнем.

Учитывая важность поддержки мощным огнем артиллерии соединений, форсирующих Днепр и ведущих бои за захват плацдармов на правом берегу, командующий фронтом в своей директиве № 0038/оп от 18 сентября, определявшей задачи выхода войск на реку Днепр, требовал от командующего артиллерией фронта создания сильной группировки артиллерии в полосе наступления главных сил фронта, в частности вывода в полосу 40-й армии 7-го артиллерийского корпуса.

По указанию командующего фронтом 13-я артиллерийская дивизия к 19 сентября должна была сосредоточиться в районе Лубны и западнее (100–110 км восточнее Переяслав-Хмельницкого), 17-я артиллерийская дивизия в районе Пирятина и восточнее (90–100 км восточнее Переяслав-Хмельницкого). К исходу 22 сентября 3-я гвардейская минометная дивизия также должна была сосредоточиваться в районе восточнее Пирятина (110–120 км восточнее Переяслав-Хмельницкого). Артиллерийская разведка обеих дивизий имела задачу с утра 23 сентября начать работу в боевых порядках наступавших войск 40-й и 47-й армий. Артиллерийские дивизии должны были двигаться на удалении не более 8–12 км от передовых частей указанных армий. Однако недостаток средств тяги и горючего сразу же нарушил намеченный план. К исходу 25 сентября, когда войска 40-й и 3-й гвардейской танковой армий вели ожесточенные бои на плацдармах, 7-й артиллерийский корпус только подходил к Днепру, растянувшись на восток на 150–220 км.

Как войсковая, так и армейская артиллерия из-за недостатка переправочных средств перебрасывалась на правый берег медленно, основная масса ее вела огонь на пределе с огневых позиций на левом берегу реки. К исходу 28 сентября почти вся армейская артиллерия 40-й армии (два гаубичных и два пушечных полка, четыре минометных полка, две истребительно-противотанковые бригады и четыре истребительно-противотанковых полка) еще находилась на левом берегу Днепра. Только часть сил 27-й истребительно-противотанковой артиллерийской бригады была выдвинута в район Зарубенцы и восемь минометов 493-го минометного полка – в район Щучинки. Два истребительно-противотанковых полка 3-й гвардейской танковой армии к исходу 29 сентября находились еще на левом берегу, а один минометный полк даже в районе Яготина. Только один 272-й минометный полк этой армии был переброшен в район Григоровки. Переброшенная же на плацдармы войсковая артиллерия испытывала острый недостаток в боеприпасах.

Артиллерийский огонь в указанный период был организован неудовлетворительно. Часть дивизионной и вся армейская артиллерия, ожидавшая очереди у переправ, огонь не вела. Наблюдательных пунктов на плацдармах артиллерийские начальники имели мало. 28 сентября командующий фронтом был вынужден лично вмешаться в это дело. Он потребовал, чтобы вся артиллерия, сосредоточенная у переправ, была расположена на огневых позициях для ведения огня на левом берегу, выбросив наблюдательные пункты на плацдармы в боевые порядки переправившихся войск. Командующему артиллерией фронта было приказано организовать централизованный массированный артиллерийский огонь перед фронтом наших войск, ведших бои на букринском плацдарме и в районе Щучинка.

Несмотря на то что авиация фронта по численности в полтора раза превосходила авиацию противника, использование ее в период форсирования реки и боев за захват и расширение плацдармов было неудовлетворительным. Авиационная разведка с опозданием вскрывала перегруппировку войск противника на рубеже Днепра, свидетельством чего является, в частности, выброска воздушного десанта в ночь на 24 сентября на боевые порядки немецких войск. Прикрытие своих войск с воздуха также было слабым, причем следует отметить, что активность немецкой авиации сильно возросла. 24 сентября было отмечено 683 самолето-пролета, 25 сентября – 528, 27 сентября – 1061 и 28 сентября – 544 самолето-пролета немецкой авиации. Противник группами в 40–50 самолетов наносил сильные авиационные удары по переправам и переправлявшимся войскам, а также поддерживал контратаки своих наземных войск.

Причинами неудовлетворительной работы авиации являлись: медленное перебазирование 2-й воздушной армии на передовые аэродромы; недостаточная обеспеченность армии горючим и боеприпасами и, наконец, оторванность авиационных штабов от штабов наземных войск, слабое знание наземной обстановки и отсутствие должного взаимодействия – даже штабы армий не имели у себя в этот период представителей авиации.

Противовоздушная оборона войск и районов переправ в первые дни боев фактически отсутствовала. В состав 40, 47, 27-й армий и 3-й гвардейской танковой армии входили три зенитные артиллерийские дивизии и восемь армейских зенитных артиллерийских полков. Однако зенитные части отстали и выходили к Днепру со значительным опозданием. Переброска их на плацдармы в связи с недостатком переправочных средств шла очень медленно. Важную роль должно было сыграть применение маскирующих дымов для прикрытия переправ – однако химические части также отстали, а запасов дымовых средств во фронте не было. 23 сентября начальник штаба фронта отвечал на просьбу командующего 40-й армии: «Подразделения для дымопуска, дымшашки, ручные дымовые гранаты подать не могу, так как их во фронте не имеется». 24 сентября штаб фронта сообщал Главному военно-химическому управлению Красной Армии, что имеющиеся в распоряжении фронта 30 000 дымовых шашек и 74 тонн дымсмеси находятся в пути в глубоком тылу и что приближение дымередств к линии фронта крайне затруднительно из-за оперативных перевозок.

Основной причиной неуспеха боев за расширение плацдармов является опоздание с подтягиванием к Днепру переправочных средств. Ширина русла реки у букринского плацдарма достигает 600 м. На этот плацдарм были нацелены 40, 47, 27-я армии, 3-я гвардейская танковая армия, крупные кавалерийские и артиллерийские соединения. Обстановка требовала переброски их на плацдарм в короткие сроки для того, чтобы не дать противнику возможности организовать оборону на правом берегу реки. Переправочные средства в этих условиях должны были следовать буквально за первыми эшелонами наступающих войск, не задерживаясь на промежуточных водных рубежах, сравнительно небольших на данном направлении. В своем донесении от 24 сентября штаб инженерных войск фронта отмечал:

«Фронтовые понтонные части были перегруппированы и подводились к реке Днепр в сроки, предусмотренные директивой Военного совета Воронежского фронта. Однако ввиду того, что фактический темп выдвижения наших войск оказался выше запланированного, войска вышли к реке Днепр без понтонных частей».

Переправочные средства подолгу задерживались на промежуточных водных рубежах (реки Псел, Хорол, Удой и др.), а инженерные войска, занятые на ремонте дорог, вовремя не заменялись дорожными частями. Командующий фронтом еще 10 сентября отдал распоряжение о быстрейшем продвижении за войсками переправочных парков, однако распоряжение это не выполнялось, а штаб фронта не проверил и не настоял на его выполнении.

Штаб инженерных войск фронта разработал план инженерного обеспечения форсирования реки Днепр в соответствии с указаниями командующего фронтом. План этот предусматривал изготовление в период до 23 сентября 50 саперных деревянных лодок или плотов на каждую переправляющуюся стрелковую дивизию, изготовление в 40-й и 47-й армиях 21 пары паромов грузоподъемностью 30 т каждый, 7 пар паромов грузоподъемностью 16 т, 36 пар грузоподъемностью 9 т, а также изготовление деталей трех мостов грузоподъемностью одного в 30 т и двух по 6 т. В плане совершенно не учитывались потребности 3-й гвардейской танковой армии.

Однако этот план был составлен с опозданием и выполнен не был. Выходя к Днепру 22 и 23 сентября, войска 3-й гвардейской танковой и 40-й армий никаких переправочных средств не имели. Переправа частей происходила только на подручных средствах, собранных по инициативе командиров частей.

Положение с переправочными средствами на 25 сентября было следующим.

В 40-й армии прибыло на места переправ и частично было использовано 2 ¹/₃ парка Н2П, 2 парка НА-3, 31 лодка СДЛ, 10 лодок А-3, 3 комплекта ТЗИ, 1 парк НЛП. Находилось на подходе (не ближе Пирятина, в 115 км восточнее Днепра) одна треть парка Н2П, 1 парк НА-3, 10 лодок СДЛ, 8 венгерских полупонтонов и 1 парк НЛП.

3-я гвардейская танковая армия к тому же времени имела действующими два парома в 60 и 30 т, три понтона, два катера и две штурмовые лодки.

47-я армия к 27 сентября имела всего 19 лодок А-3.

27-я армия, начав переправу 28 сентября, пользовалась переправочными средствами 40-й и 3-й гвардейской танковой армий, что создавало для последних еще большие трудности.

Все эти наличные переправочные средства ни в какой мере не обеспечивали своевременной переправы войск, их боевой техники и снабжения боеприпасами, горючим и продовольствием. До 29 сентября армии не имели ни одного понтонного моста.

Ход боевых действий в полосе 38-й армии на Киевском направлении[30]

38-я армия, наступая с 9 сентября на киевском направлении, готовилась к форсированию Днепра непосредственно южнее Киева и в соответствии с этим главные свои силы имела на своем левом крыле. Однако когда войска армии были уже в двух-трех переходах от Днепра, командующий фронтом приказал ей в ходе наступления перегруппировать свои силы на правое крыло с задачей форсировать Днепр севернее Киева. В связи с этим 22 сентября армия была вынуждена осуществить маневр по рокировке своих основных сил вдоль фронта с юга на север. Только две дивизии армии вели бой с противником, оборонявшим дарницкий плацдарм на левом берегу Днепра. Имевшийся в составе армии 3-й гвардейский танковый корпус также не принимал участия в бою, так как к этому времени он ушел на север в полосу правого соседа. Не испытывая серьезного давления со стороны наступавшей 38-й армии, противник спешно закреплялся на линии Пуховка, Гоголев, Борисполь, Кайлов и одновременно переправлял свои войска и боевую технику на правый берег Днепра.

38-я армия имела перед собой задачи: во-первых, форсировать Днепр севернее Киева и выходом своих войск на реке Ирпень образовать плацдарм на правом берегу Днепра; во-вторых, уничтожить дарницкую левобережную группировку противника. В оценке обстановки и решениях как командующего фронтом, так и армией особое внимание уделялось первой задаче – немедленному форсированию Днепра и захвату плацдарма севернее Киева. Однако наличие крупных сил противника на дарницкой предмостной позиции привело к тому, что силы армии были фактически разделены поровну. Четыре стрелковые дивизии 51-го корпуса (240, 180, 167 и 340-я) должны были форсировать Днепр севернее Киева. 232-я дивизия, также входившая в этот корпус, прикрывала его левый фланг, обороняясь фронтом на юг на рубеже Пуховка, Бол. Дымерка. Три стрелковые дивизии 50-го корпуса (163, 71 и 136-я) имели задачу уничтожить дарницкую группировку противника и очистить от него левый берег Днепра непосредственно у Киева.

22 сентября командующий фронтом приказал командующему 3-й гвардейской танковой армией выделить одну танковую бригаду с задачей нанести удар из района Ерковцы в направлении на Бровары и Предмостную Слободку, с тем чтобы не допустить отхода противника через Днепр в этом районе и очистить от него левый берег реки.

23 сентября все дивизии 60-го корпуса были введены в бой. К району Борисполь подошла также 56-я гвардейская танковая бригада 3-й гвардейской танковой армии. Враг был выбит из Гоголева и Борисполя. Однако дальнейшее продвижение наших частей было приостановлено противником, который упорно оборонялся и часто переходил в контратаки.

До 28 сентября включительно 50-й корпус и 56-я гвардейская танковая бригада вели упорные бои с немцами в районе Бровары и Дарница, однако прорваться непосредственно к берегу Днепра и сорвать переправу неприятельских войск не смогли. Авиация 2-й воздушной армии, сосредоточив свои силы для действий в полосе центральной группировки войск фронта, существенной поддержки 38-й армии не оказала. Поэтому к исходу 28 сентября противник смог закончить переброску своих войск на правый берег Днепра и уничтожил за собой все переправы. В это время 50-й корпус всеми своими силами вышел к берегу Днепра у Киева[31].

В таких же медленных темпах развивались события и на правом крыле 38-й армии при форсировании Десны и Днепра частями 51-го корпуса. К исходу 22 сентября, как уже указывалось выше, 240-я и основные силы 167-й стрелковых дивизий вышли к реке Десна на участке Летки, Рожны, не имея перед собой противника. В этот день к правому берегу Днепра от устья реки Ирпень и до Киева подходили части 208-й пехотной дивизии немцев. Задачей 240-й и 167-й стрелковых дивизий, естественно, являлось скорейшее форсирование Десны и захват плацдармов на правом берегу Днепра, пока противник не успел организовать там прочную оборону.

38-я армия вышла к Десне и Днепру также без переправочных средств. Для форсирования Десны и выхода к восточному берегу Днепра (расстояние 15–16 км) даже при отсутствии противника 240-й и 167-й стрелковым дивизиям понадобилось двое суток. Лишь к исходу 24 сентября 240-я дивизия вышла в район Сваромье, а 167-я дивизия – в район Староселье. К этому времени противник успел усилить свои войска, организовал систему огня и вел окопные работы. На участке Козаровичи, Лютеж оборонялись 208-я немецкая пехотная дивизия, южнее до устья Десны – часть сил 82-й и 327-й пехотных дивизий, отведенных с дарницкого плацдарма.

51-й корпус медленно выходил к восточному берегу реки. 180-я дивизия вышла к Днепру 25 сентября, а 340-я дивизия – еще позже, причем войска могли ориентироваться только на подручные переправочные средства, а последние давали возможность переправлять лишь одни стрелковые подразделения, в ограниченном числе и без артиллерии. Табельные переправочные средства остались далеко в тылу.

Положение с переправочными средствами на 26 сентября было следующим. Переправа через Десну в районе Летки (единственная переправа) производилась на местных переправочных средствах (50 обывательских лодок и 7 паромов, из них один грузоподъемностью до 12 т и остальные 1,5–2,5 т). К исходу 26 сентября у Летки был построен через Десну мост для автогужевого транспорта. Для форсирования Днепра мог быть использован полупарк (шестнадцать полупонтонов) 108-го понтонно-мостового батальона, который в 17.40 26 сентября выступил из Семиполки (34 км восточнее Сваромье). С этой же целью к Днепру перетаскивались обывательские лодки из района Летки. В населенных пунктах по восточному берегу Днепра собирались лодки, бочки и другие материалы. Имевшиеся же в армии один переправочный парк, 62 лодки А-3, 16 венгерских полупонтонов и вторая половина парка 108-го понтонно-мостового батальона отстали. За частью этого имущества на станции Белополье (250 км восточнее Днепра) только 26 сентября были посланы автомашины из армии.

Артиллерия армии также растянулась и далеко не вся была готова к действию. К 8 часам 27 сентября положение артиллерии было следующим. Переправились через Десну и заняли огневые позиции артиллерийские полки 240, 180 и 167-й стрелковых дивизий, 491-й и 492-й минометные полки, по два дивизиона 16-го и 6-го гвардейских минометных полков (РС) и 868-й истребительно-противотанковый артиллерийский полк. Оставались восточнее Десны вследствие отсутствия горючего часть дивизионов 16-го и 6-го гвардейских минометных полков (РС), 1950-й пушечный артиллерийский полк, 895-й гаубичный артиллерийский полк, 1666, 1244, 1660 и 222-й истребительно-противотанковые артиллерийские полки.

Переправы через Десну прикрывались 978-м и частью батарей 848-го зенитно-артиллерийских полков (МЗА). 1065-й и часть батарей 848-го зенитно-артиллерийского полка вследствие недостатка горючего остались восточнее Десны.

Артиллерийских боеприпасов было недостаточно. К утру 27 сентября в дивизионной артиллерии 51-го корпуса 76-мм снарядов было около 0,7 боекомплекта и 122-мм снарядов – 0,24 боекомплекта; в 491-м и 492-м минометных полках имелось 0,55 боекомплекта 120-мм мин, в 868-м истребительно-противотанковом артиллерийском полку – 0,6 боекомплекта; снарядов РС – 2,3 залпа.

Армейские и войсковые тылы к этому времени растянулись и не могли обеспечить войска всем жизненно необходимым для боя. Командиры корпусов 26 сентября докладывали, что питание людей идет за счет местных ресурсов и поставлено неудовлетворительно.

Организация форсирования Днепра частями 51-го корпуса при помощи подручных средств проходила медленно. Противник же лихорадочно перегруппировывал свои войска, отводимые с левого берега, организовывал систему огня, развертывал инженерные оборонительные работы и организовывал управление войсками.

В ночь на 26 сентября войска 38-й армии предприняли первую попытку форсировать Днепр, но она была отбита артиллерийским и пехотным огнем противника. Тем не менее к исходу 26 сентября все же удалось переправить на восточную окраину Ново-Петровцы разведывательную роту 180-й стрелковой дивизии. Один батальон 167-й дивизии переправился на остров восточнее Вышгорода[32]. 27 сентября одна рота 240-й стрелковой дивизии переправилась на правый берег у Сваромье.

Медленно наращивая усилия и расширяя фронт форсирования, отбивая ожесточенные контратаки противника на уже захваченных плацдармах, 51-й корпус к исходу 29 сентября занимал следующее положение:

• 240-я дивизия, занимая главными силами Сваромье, имела на правом берегу до трех стрелковых батальонов и отбивала контратаки противника со стороны Лютежа;

• 180-я дивизия двумя ротами вела бой на северо-восточной и двумя батальонами у юго-восточной окраин села Ново-Петровцы;

• 167-я дивизия одним полком вела бой на северо-восточной окраине Вышгорода и занимала острова восточнее и юго-восточнее Вышгорода;

• 340-я дивизия была сосредоточена в лесу восточнее Сваромье и начинала переправу головных частей в районе Сваромье;

• 232-я дивизия все еще находилась на восточном берегу Десны в районе Пуховка.

Группировка противника в полосе действий 38-й армии на 29 сентября была следующей. На участке Козаровичи, Лютеж продолжала обороняться 208-я пехотная дивизия. От Лютежа до Приорка противник увеличил свои силы: здесь оборонялись 82, 327 и 68-я пехотные дивизии. Непосредственно Киев обороняла 75-я пехотная дивизия. Южнее Киева до Триполья занимали оборону 213-я охранная и 88-я пехотная дивизии. Таким образом, против четырех стрелковых дивизий 51-го корпуса оборонялись четыре пехотные дивизии немцев; против трех дивизий 50-го корпуса оборонялась одна немецкая дивизия. Всего против восьми стрелковых дивизий 38-й армии на 29 сентября действовало семь пехотных дивизий противника, те, которые отходили перед 38-й армией в течение всего сентября. Дивизии немцев были ослаблены в предыдущих боях и насчитывали каждая в среднем от 2000 до 4200 чел. Стрелковые дивизии 38-й армии имели в своем составе от 5000 до 8500 чел., кроме 71-й стрелковой дивизии, которая имела 3750 чел. 3-й гвардейский танковый корпус имел всего лишь 6 танков и к 29 сентября был выведен в район Бол. Дымерка.

Сосед 38-й армии справа – 60-я армия Центрального фронта – вел бои за захват и расширение плацдармов на правом берегу Днепра в районе Дымера и севернее.

Несмотря на настойчивые и неоднократные требования командования фронта о скорейшем выполнении основных задач – форсировании реки Днепр севернее Киева и уничтожении дарницкой группировки противника на левом берегу Днепра – 38-я армия до 29 сентября этих задач не выполнила. Немцы успели вывести за Днепр свою главную группировку, отходившую через Ромны, Прилуки на Киев, занять оборону по правому берегу реки и не допустить создания советскими войсками сколько-нибудь значительных плацдармов.

Ход боевых действий на левом крыле фронта[33]

52-я и 4-я гвардейская армии наступали фронтом на юг, преследуя отходящего противника в этом направлении. Продолжая наступление, 52-я армия могла выйти к Днепру на участке Градижск – Кременчуг, а войска 4-й гвардейской армии при выходе на линию Решетиловка, Полтава должны были неизбежно перемешаться с соединениями правого крыла Степного фронта. Наступление 52-й и 4-й гвардейской армий в южном направлении приводило к большому разрыву между этими армиями и 47-й армией. К 22 сентября разрыв между флангами 47-й и 52-й армий уже достиг 70 км. Вместе с тем было совершенно очевидно, что энергичное наступление 52-й армии в направлении на Семеновку, Градижск, Кременчуг создавало угрозу окружения полтавской группировки противника, так как лишало ее подготовленных переправ на Днепре у Кременчуга. Интересы оперативного взаимодействия Степного и левого крыла Воронежского фронтов безусловно требовали ускорения наступления 52-й армии.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

20 сентября директивой Ставки Воронежский фронт был переименован в 1-й Украинский, а Степной фронт – во 2-й Украинский.

Вернуться

2

Действия 2-го Украинского фронта по форсированию Днепра в районе Черкасс и Кременчуга будут описаны далее. (Примеч. ред.)

Вернуться

3

Схема 1 (не публикуется). Список схем см. на с. 621–622.

Вернуться

4

Схема 2.

Вернуться

5

183, 340, 327, 208, 68, 88, 75 и 82-я пехотные дивизии.

Вернуться

6

10-я моторизованная, 57, 255, 112 и 24-я пехотные дивизии.

Вернуться

7

13 сентября были освобождены Лохвицы, 16 сентября – Ромны. (Примеч. ред.)

Вернуться

8

3-я гвардейская танковая армия после пополнения и отдыха была передана в состав Воронежского фронта 6 сентября. Таким образом, запоздав на несколько дней с ее переброской и введением в бой, командование фронтом упустило крупный успех. (Примеч. ред.)

Вернуться

9

В состав армии входили 6-й и 7-й гвардейские танковые и 9-й механизированный корпуса. Всего в армии насчитывалось 39 716 человек, 686 танков и САУ, 154 бронеавтомобиля, 582 орудия и миномета (вместе с зенитной артиллерией), 524 мотоцикла. См.: 3-я гвардейская танковая. М.: Воениздат, 1982. С. 89. (Примеч. ред.)

Вернуться

10

В состав корпуса входили 1, 2 и 7-я гвардейские кавалерийские дивизии.

Вернуться

11

Боевой приказ на наступление был отдан командующим армией в 14.00 19 сентября. (Примеч. ред.)

Вернуться

12

О действиях 13-й армии см. Приложение I, документ 2. (Примеч. ред.)

Вернуться

13

Состав 50-го СК – 163, 136, 232 и 71-я стрелковые дивизии, 51-го СК – 240, 167, 180 и 340-я стрелковые дивизии.

Вернуться

14

При исчислении соотношения сил не принимается во внимание 3-й гвардейский танковый корпус 38-й армии, который ушел к северу, в полосу соседа, и в боях в районе Киева в этот период не участвовал.

Вернуться

15

42-я гвардейская, 237, 309 и 68-я гвардейская дивизии.

Вернуться

16

253, 161, 337 и 38-я дивизии.

Вернуться

17

С 9 сентября корпус находился на отдыхе и пополнении в районе Лебедина, 15 сентября он был передан в 40-ю армию и направлен в район Андреевки (в 15 км северо-западнее Лохвицы), а 16-го получил приказ наступать к Днепру. На этот момент корпус имел 300 мотострелков, 48 танков и САУ (30 Т-34, 20 М3 «Генерал Стюарт», 10 Т-70 и 12 тяжелых СУ-152). 18 сентября корпус после тяжелого боя вместе с 309-й стрелковой дивизией занял Пирятин, 19-го – станцию Гребенка, 20-го – Яготин, 21 сентября – Переяслав. На 24 сентября в корпусе имелось 19 танков и САУ (очевидно, за счет восстановленных машин) и 270 активных штыков. См.: Десятый танковый Днепровский. М.: Воениздат, 1986. С. 122–125, 130. (Примеч. ред.)

Вернуться

18

23-я и 30-я дивизии.

Вернуться

19

206-я и 218-я дивизии.

Вернуться

20

100, 147, 155 и 241-я дивизии (армия не имела в своем составе управлений стрелковых корпусов).

Вернуться

21

93, 138, 254, 294 и 373-я дивизии.

Вернуться

22

69, 80, 166-я стрелковые дивизии, 5, 7 и 8-я гвардейские воздушно-десантные дивизии.

Вернуться

23

Кроме того, в состав 2-й воздушной армии входила 291-я Воронежская штурмовая авиадивизия генерал-майора А. Н. Витрука, 50-й разведывательный и 8-й транспортный авиаполки. См.: От Воронежа до Берлина. Очерк о боевом пути 2-й воздушной армии. Воронеж, 1986. С. 27. (Примеч. ред.)

Вернуться

24

Схема 4. Также см.: Приложение I, документы 3–5. (Примеч. ред.)

Вернуться

25

Не путать с городом Гребенки, находящимся между Фастовом и Белой Церковью. (Примеч. ред.)

Вернуться

26

Первоначально высадка планировалась на 21 сентября, однако из-за задержки с сосредоточением воздушно-десантных бригад в районе богодуховского аэроузла была перенесена на 24 сентября. (Примеч. ред.)

Вернуться

27

На самом деле высадка производилась в ночь на 25 и на 26 сентября. Всего за две ночи было высажено около 6000 человек – приблизительно тысяча человек из 5-й вдбр в первую ночь и 4575 человек из 3-й вдбр во вторую. 1-я вдбр, высадка которой планировалась на 3-й день операции, выброшена так и не была. Подробнее о воздушном десанте см. Приложение III. (Примеч. ред.)

Вернуться

28

1-й гвардейский кавкорпус к этому времени главными силами заканчивал сосредоточение в районе Гусенцы, Яшники, Войтовцы, Рогозов, Старое.

Вернуться

29

При подсчете сил немецких войск боевая группа дивизии принимается за половину состава нормально укомплектованной немецкой дивизии.

Вернуться

30

Схема 3.

Вернуться

31

По донесениям 50-го стрелкового корпуса, на дарницком плацдарме было уничтожено 6000 солдат, 69 танков и 78 орудий противника. (Примеч. ред.)

Вернуться

32

Это произошло еще 25 сентября. (Примеч. ред.)

Вернуться

33

Схема 5.

Вернуться