Юрий Леон
Зарисовки с натуры

Предапарте

«Это руководство не есть плод единичного ума, но составляет квинтэссенцию из всех существующих оракулов, физиогномик, кабалистик и долголетних бесед с опытными … и компетентнейшими содержательницами модных мастерских…» А.П. Чехов.

Но представленную работу следует рассматривать, и как плод моих обобщений и выводов, сделанных на основании личных наблюдений за реакциями прекрасного пола, индивидуального опыта общения и ситуативных выводов по особенностям женского поведения. В процесс обобщений были также включены некоторые размышления из фундаментальных работ древних, и современные, разрозненные и спорные для меня – мыслеформы и подходы. Переосмысленные и сопоставленные с предлагаемой теорией, они встраивались в структуру работы, как яркие цветные лоскутки, придавая необычный стиль исследованию женщины и особый трансцендентный шарм мыслям по препарированию ее социального, экономического и сексуального миров.

Я пишу не для ведения ненужных споров, и, тем более, не собираюсь обсуждать мои выводы по жизни, или кого-то убеждать в однозначности и правильности моих личных взглядов на мир женщины. Я излагаю свое, в чем-то согласованное, видение этого природного явления – явления, которое достойно, не только первичного, но и, весьма глубинного исследования. Мне интересны мои женщины, с которыми свела меня благосклонная судьба, мои «визави» по нашему общему мировосприятию, по нашим телесным контактам и субъективным тактильным ощущениям.

Женщины не нуждаются в том, чтобы их поучали или разоблачали в стиле – «сам дурак». Они нуждаются в помощи, они ищут поддержки и стремятся к обретению понимания. Чувственный гений женщины должен жить и будет жить вечно. Наверно во всей обозримой вселенной нет такой мало изученной сферы, как мир женщины и такого, в целом непознаваемого явления, как женская душа и ее сознание. По своей таинственности и недосказанности – с интимным миром женщины не могут сравниться ни глубины мирового океана, ни бескрайние космические дали.

Материал изложен в трёх книгах: Lady-in, Lady-on, Lady-aut.

Иррациональность любви и рациональность женского секса

«Мы очаровываемся представлением на сцене этого мира до такой степени, что начинаем любить и ненавидеть актеров»

От нашего сознания ускользает то, что так называемые противоположности – свет и тьма, звучание и тишина, объекты и пространство, наличие и отсутствие, внешнее и внутреннее, появление и исчезновение, причина и следствие – суть взаимосвязанные полюсы или аспекты одного и того же. «Мудрец властвует над звездами», а умная женщина властвует над партнерами, благодаря тому, что преобразовывает их колебания в себе, гармонизирует их, сглаживает их грубые движения и разрушает собственные грубые материальные образы для того, чтобы ее сознание действовало только через утонченные чувства и формы. В мире полового разделения она знает, что каждая одинокая женщина лишь половина целого. Она – мастер познания. Она видит во всем проявление единой совместной жизни. Ей остается только этого единственного найти и с ним соединиться и забыться.

Забыться! В этом желании источник всех пристрастий – религиозных, имущественных и сексуальных. Гонор, заносчивость, апломб, алкогольный ступор, бутики и шопинг, желтая пресса и дешевые детективы – в настоящее время все это необходимо для облегчения жизни тем, кто живет в постоянном напряжении желаний. Ведь жизнь, в том числе и интимная, основывается на межличностных или внутренних противоречиях – гендерных принципах, которые исключают друг друга.

Сексуальное различие имеет великий смысл, ведь разнообразие – хоть и «виньетка ложной сути», но в то же время неизбывное украшение нашей жизни. И, потом, различия совсем не подразумевают отделенности. Половые противоположности природно обусловлены, но они, в сущности, суть одно. Мужчина и женщина отличаются по внешнему виду и по функциям, но не существуют при этом сами по себе и природно связаны удивительно сложными физическими связями.

Китайская философия разъясняла эти взаимопроникающие и взаимосвязанные космические принципы, и назвала их «ян» и «инь». То, что «женское» и «мужское» начала предстают в облике и качестве интернациональных богов во всех древних мировых религиях, говорит о том, что эти естественные энергии очень могущественны. И это подтверждается ежечасными, ежеминутными фактами зачатия и порождения жизни. Нет противоположностей, а есть – вверху и внизу.

В природе мы найдем постоянное стремление к дифференциации, к разнородности. Однако, человечество, как и все сущее, дифференцируется до тех пор, пока не достигает крайней границы разности в женской и мужской индивидуальности, а затем обратно, но уже попарно, интегрируется в первичное божественное состояние целостности в межгендерном, кросс-культурном слиянии.

Между мужчиной и женщиной, интимные отношения которых, спаяны воедино природным и индивидуальным бессознательным, между сферой разума и рамками телесного мира, к которым духовно и чувственно, но, все-таки, в разных пропорциях, привязаны и мужчина, и женщина, постоянно царят противоречия. Проблемы интимной жизни выражают полярность полов и неразрешимы в своей основе. Они никогда не будут разрешены полностью, а могут быть только оставлены на нижних первичных уровнях общения, – благодаря росту взаимной привязанности, уже познанному и неизменному удовольствию от секса, с находящимся рядом партнером, ожидания телесной чувственности и утончению осознания происходящего.

Земные тела стремятся к соединению, но скрытые в наших душах постулаты этики, и огни, горящие в женских «туннелях» интимной близости, не всегда гармонируют друг с другом, поэтому зачастую между парами очевидной гармонии нет. Но, не будь этих основ и различающего огня, – межгендерные отношения превратились бы в весенний гон собачьей своры, всей стаей облизывающей «на все согласную» групповую самку.

Некоторые психологи считают любовь – болезнью с примерным периодом протекания в несколько лет. Наверно это утверждение справедливо для людей среднего уровня энергетической диффузии. Уровня эмоционально-физической привязанности и проникновения. Волна волшебного чувства вздымается, летит, опадает и откатывается назад, достигнув своего предела – береговой черты, – черты завершения любовного жизненного цикла. Или же высокие чувства банально разбиваются о скалы бытовых проблем и отношений. То есть эмоции сексуальной романтики рождаются, умирают и, наконец, – возвращаются к своему источнику. И их время не сопоставимо с человеческой жизнью – они умирают гораздо раньше. На нижней – физической волне «органолептического» слияния время физического притяжения летит быстротечно.

Не подкрепленное высшим уровнем эмоций такая «любовь» не проживает дольше нескольких минут эрекции, ну или в случае с умелым партнером – максимум несколько часов. Соединение половых органов в безэмоциональном «экстазе» инстинктов не приводит даже к недельной привязанности. Она рассыпается как прах: «Уснул, не попрощавшись… Развожусь!». Люди разбегаются по индивидуальным судьбам разово «перепихнувшись», иногда даже не запомнив друг друга: «За лето было столько, что и не помню их имен». И это сущностно отличается от верхнего уровня уже не привязанности, а опасной (и к всеобщему счастью редкой) чувственной и ментальной зависимости. Опасной для индивидуальной жизни, в случае потери валентности отношений верхнего уровня. Потому что такая зависимость подчиняет себе все: от путей общего развития и дальнейших судеб партнёров, – до свивающихся в противоречивое единство интимных ценностей и жизненных кредо, попавших под взаимное магнетическое влияние мужчин и женщин. На таком уровне отношений время не властно над чувствами. Они вечны. Взаимная зависимость, отлитая в золотой слиток высшей любви как бы «останавливает мгновенье».

К основным предпосылкам возникновения настоящего чувства относятся признаки внутренней независимости и возможность свободы личного выбора, а скромность в желании материальных благ и самодостаточность являются фундаментом полных, гармоничных любовных связей. Женщина, которая чувствует себя зависимой от материальных факторов, сексуальных или общественных притязаний, судорожно впивается, цепляется за обеспечивающего партнера, т.к. не уверена в завтрашнем дне, – она ищет финансовой подпитки и социальной безопасности. Кто «любит» из зависимости и по этой причине держится за адюльтер или официальный брак, не найдет большой любви. Зависимая женщина не может жить ни в соответствии со своими истинными интересами, ни открыто и искренне по отношению к партнеру. Если она внутренне независима – то она истинно свободна. Тогда она живет в атмосфере самодостаточности, которая нивелирует накопившуюся неприязнь или даже ненависть к своему, без иронии, благодетелю, мужу или «другу». А чистая атмосфера скромности и достаточности – и является первопричиной рождения в женской душе и в теле незамутненных материальностью чувств и искренней любви.

Самодостаточность и скромность желаний – предпосылки для чувства удовлетворения собой и открывающаяся способность безоглядно любить. Это не подчинение и самопожертвование, а интеграция, – стремление к единству. Оно дано женщине от Создателя, в отличие от стремления к дифференциации или разделению, что характерно для Искусителя. Его космический эксперимент – Ева, первой вкусившая плоды познания, сексуально прозревшая и глубинно познавшая отличие своего тела от тела Адама. Этот библейский факт женского любопытства и первый примитивный сексуальный опыт вышел далеко за пределы Эдема и положил начало цивилизации гендерной разделенности, формированию интимных ценностей и культуры сексуальных отношений. Животный секс дан для разделения. Человеческая Любовь дана для слияния, обратного единения и совместного возвращения мужчины и женщины в божественно прекрасные райские сады.

Написавшая «Сказки про Принцессу», по-женски очаровательно подчеркивает женскую же не уверенность – какую любовь себе придумать, и ее любовные смятения: «Когда Принцессе было очень грустно, она придумывала себе любовь. Любовь была трех видов: «как в книжках», «как у людей» и «до гроба». Любовь до гроба была почти как в книжках. А как в книжках – была не как у людей…

– Все, тупик, – вздыхала Принцесса. – Можно расслабиться. Любви нет».

К любви нельзя принудить. Самоотрицание женщины означает сознательную реакцию, с помощью которой она добровольно принуждает себя к любви или благодарности и какой-либо зависимости. Фраза: «Я делаю для тебя все, чтобы ты меня любил!» – подобна давлению, продиктована пафосной нескромностью и губит любовь, как в партнере, так и в ней самой. «Каждый хороший поступок, который подчеркивается словами о жертвенности, происходит ни из скромности, ни из истинной любви». Любовь – не ожидает вознаграждения. Если же, в противоположность этому, женщина «жертвует собой», то она втайне расчетлива, т.к. требует благодарности за предоставленное тело и услуги, и ответного вознаграждения в каком-либо виде.

Наверно, мы все-таки движемся к пониманию, что существует закон любви, который находится за пределами законов земной природы. Любовь – это тот философский камень, который превращает глину примитивного секса – в благородные чувства золотого отлива, и превращает низший закон совокупления для продолжения рода – в высший закон взаимной идентификации. Hо вот только мало кто из женщин, да и из мужчин, знает об этом законе и, тем более, – живет в соответствии с ним, и поэтому мало, кто из них имеет ту родниковую душевную силу, способную превращать низшее – в высшее.

Когда любовь влияет на близкие отношения, ее действие не ограничивается только романтикой или сексуальностью. Платоническая любовь, духовная связь, глубокая дружба, взаимопонимание, сопереживание – все это выражения любви. Это – и неповторимые ощущения глубокого и нежного погружения кисточки эмоций в раскрытые створки нового осознания действительности, и – эластичное принятие телом женщины чувственно-астрального состояния мастера. Каждое движение в глубину сюжета, каждое прикосновение, каждый красочный мазок любви – будоражит перспективу, возбуждает мысли о совершенстве и завершенности картины настоящего.

Цветовые переливы красок, оживляющие древние инстинкты и, отзывающиеся в телах причастных к таинству такими же переливами тончайших эмоций, – пробуждают яркие чувственные потоки, воздействуют на сознание через точки и поверхности общих соприкосновений. Они приобщают тела и чувства к миру запредельно прекрасного, миру инферно-впечатлений и эмоционального соучастия в этом феерическом волшебстве.

Этот иррациональный чувственный поток бесформенных образов, запахов, звуков и волнующих интимных страстей, – порождается творческой силой женской души, и преобразуется ею в реальные тела и лица, в знакомства, в увлечения и тайные связи.

Секс, порожденный любовью, является вечно чистым, бессмертным и божественным. По своей сущности любовь едина с Богом, ведь, по словам Великих Книг: «Бог есть любовь!». Но пока любовь не заполнила собой сердца, тела и мысли, и не стала единой с формой, в которой и достигается именно самосознание, а затем сверхпонимание, – она не сознает себя самостоятельной и единой со своим истоком. Hе понятые, и потому не принятые платонические чувства, влюбленность, симпатия или либидо разума – стекают вниз, чтобы проснуться в физической природе и уже сознательно исполнить телесную миссию земных.

Всякий раз, в состоянии влюбленности начинается рост и взросление эмоций, тела и сознания, развиваются потенциальные возможности. Вспышка творчества в процессе интимного сближения означает, что здесь – присутствует любовь, намагничивая, вынося за пределы небес взаимную страсть, и, привлекая людей друг к другу.

Таким образом, в анализ сексуального опыта вовлекаются целиком обе личности – и сознательные, и бессознательные элементы в партнерах глубоко затронуты, сочетаются и сливаются воедино. Как заметил К.Г. Юнг: «Для двух личностей (интимная) встреча подобна смешиванию двух различных химических веществ: если существует какое-нибудь сродство, преобразуются оба».

Женщина выступает в качестве предмета «сексуального труда». Именно на изменение ее сознания направлен и сам «трудовой» процесс, и «средства труда», и интимные эмоции тела. Жизнь чувственного тела и осознанное влечение часто выражается световой символикой в женских образах и ощущениях. Тело эмоций, можно отождествить с экстенсивностью и выразить символом воды – всепроникающими и всеобъемлющими средствами формирования сознания. А работу и жизнь женского тела можно отождествить и выразить символом интенсивной, ни на минуту не прекращающейся земной трудовой деятельностью.

Некоторые откровения из писем пациенток К.Г. Юнгу: «Я заметила, что во время секса во мне одновременно идет несколько процессов. Я поглощена ощущениями и впечатлениями от действий и слов моего партнера, в руках которого мое тело и на которого направлено все мое внимание. В то же самое время моя голова активно работает, мысленно анализируя прочувствованное или услышанное. В памяти всплывает то, что я уже знаю о человеке – прошлый сон, сведения о нем, предшествующий случай, события в его жизни. Иногда всплывает какой-нибудь образ или сама собой возникает фраза или вырывается звук удовольствия или боли. Я могу почувствовать свой собственный, отмечаемый мною чувственный отклик то ли на размер, то ли на способ его введения. Когда мы занимаемся сексом, между нами возникает эмоциональное поле, достаточно сильное, чтобы затронуть и трансформировать нас обоих. И мой ум, стимулированный погруженностью в меня другого человека, работает активно, но не в «передающем», а в «воспринимающем» режиме. А тот опыт, который я приобретаю, и то, на что я отзываюсь в половом акте, лишь часть большой мозаики. Важной, но, все-таки, лишь детали в более крупном, еще не завершенном портрете человека, с которым я провожу время и которым я вовлечена в процесс взаимодействия».

«В процессе я постепенно стала сознавать, что в дополнение к восприимчивому осознанию интимного взаимодействия, облегчающему изменение эмоционального фона, развитие вихревого потока света от тела к бессознательному состоянию и достижению оргазма, я должна соблюдать оптимальную эмоциональную дистанцию. Если я слишком сопереживаю или отождествляюсь со своим партнером, мне не хватает сиюминутного проживания и объективности процессов, происходящих во мне самой и накала собственных телесных ощущений. Если я эмоционально дистанцируюсь от партнера и испытываю недостаток желания, то теряю ту эмпатическую связь, без которой не возникает волна трансформационной чувственной энергии, необходимая для проживания оргазма и осуществления опыта глубоких бессознательных переходов и внутренних изменений».

Меняется среда и требования к сексу, меняются цели партнеров по адюльтеру, вносятся изменения в технологию интима и в сам процесс, и вместе с ними изменяется сексуальная культура. Факторы «новинок» могут рассматриваться как комплекс формальных начал изменения, которые формируют готовность к интимным новациям и их реализуют. Изменения сексуальной культуры и приоритетов интимных ценностей могут запаздывать и протекать с различной скоростью: быстрее или медленнее. Эти изменения могут абсолютно не осознаваться, быть незаметными или проводится сознательно и даже планомерно.

Хотя жизнь полна не зависящих от нас обстоятельств, всегда существуют моменты принятия решения, – узловые точки, определяющие дальнейшие события или меняющие характер. В процессе жизни женщина становится личностью, которая принимает решения. Становится актрисой и героиней собственной жизненной сцены, формирующей будущую себя. Она может отыскать смысл своей жизни, развить характер, пережить любовь, экстаз и научиться мудрости. Она или развивается, или деградирует благодаря тому, что делает или не делает. Развивается «эво-или инво-лютивно» в зависимости и посредством социальных, сексуальных и жизненных позиций, которые она занимает. Благодаря ее способности к вере и любви, готовности обучаться на своем опыте и быть обязательной – её личность формируется необходимыми и верными решениями. «Если при возникновении трудностей она анализирует и оценивает, что можно сделать, решает, что именно будет делать, и ведет себя согласно своим ценностям и чувствам, значит, она действует как главная героиня своей личной легенды».

Чувства девушки на первом этапе взросления относятся к осознанию и формированию ее интимной личности, к ее ведущим силам и основным чертам характера. Они выражают ее собственные личные качества и формируют их как устойчивый психологический тип.

На втором – формируется отношение к дому и домовитости, отношение к влиянию и требованиям родителей и будущим семейным отношениям. Энергетическое восприятие родителей и детей, других людей – сливаются в единый эмоциональный поток ее отношений. Поле женских эмоций, таким образом, сформировано, расширено, но все еще относительно закрыто. Необходимо отметить, что в этом возрасте постоянная готовность матери занизить способности девочки в дальнейшем приводит к ее неуверенности в своих силах. А поиски «идеального отца» часто приводят молодую женщину к мужчине, который заботится о ней, о ее здоровье. И который, вне зависимости от его возраста, может стать объектом ее любви.

В третьей четверти – формируется оболочка эмоций, как приемо-передатчик ее будущего отношения к внешнему миру по ее роли в нем и статусу, и большего или меньшего уровня реализации ожиданий и равноправия. Брак, партнерство, дружба, вражда и простое общение – это только варианты раскрытия и взаимодействий сформированного поля эмоций.

Чувства последнего этапа формирования женской личности, выражают ее расширенное отношение к миру по опыту осознания женщиной социального и сексуального равновесия или неравенства – в иерархии превосходства, власти, славы, успеха, эксплуатации ее тела, в отношениях адюльтера, – и итоговую оценку женщиной собственного значения в социуме и сексе.

Следует признать, что стремление женщины к духовности, самосовершенствованию и самопознанию способствует восстановлению жизненной гармонии и является одной из форм активности правого полушария, которое связано с образным мышлением. В женщине самым тесным образом сочетаются между собой творчество и поисковая активность.

У некоторых людей существует психологическая потребность в такой активности и в обычных условиях жизни. Это любители риска и опасностей жизни. Но женщины, как правило, стремятся избегать риска и исключить его влияние не только на секс, но и на другие сферы ее жизни. Ей необходимо рассмотреть, какие выборы существуют, какова может быть эмоциональная цена, куда возможные принятые решения ее приведут. А подлинной ценой чего-либо является то, от чего она готова отказаться ради получения желаемого. И все эти мысли, желания и достижимые эмоции имеют очень большое интуитивное значение для женщины.

Чувства предопределяют путь женщины и то, кем она, в конце концов, становится. Исходя из того, кто она есть и что она знает, в том числе и о самой себе, – женщина принимает решение. Она выбирает путь, предварительно его обдумав, но, не всегда согласовав принятое решение с выбором своего сердца. И здесь, во весь рост, поднимаются вопросы: необходимо ли женщине сопротивляться собственному внутреннему побуждению, и насколько рискованно принимать необдуманные решения? И может ли она быть мудрой, и стоит ли ей «вестись» на уговоры и аргументы «искусителей», если сердце говорит: «Нет!», меркантильность говорит: «Да!»,– а логика в замешательстве и не способна обеспечить ответ?

Любовь, с ее дыханием вечности, – песнь, подхватываемая миллионами живых существ, – надстраивается над единым великим природным мотивом под космической нотой торжества продолжения жизни. И эта песня, пряча свое физиологическое однообразие под калейдоскопом тысячи форм и цветовых отражений, – вечно и без устали обновляется в «улетающем» женском теле – в сексуальной реинкарнации ее души – в циклопических волнах чувственного цунами. Но вся эта красота любви и магнетика секса справедлива и доступна для цельных женственных натур, сложно скомпонованных Творцом и обладающих высоким уровнем «интимного интеллекта». Встречаются и такие женщины, которые ценят совместные эмоциональные, не обязательно интимные, переживания и приключения с мужчинами – больше, чем «сейсмические волны», чем личную независимость или постоянство сексуальной связи с ними. Ну а для того, чтобы узнать глубину чувственности и духовный уровень женщины, которая «не просто глупа, а глупа витиевато», можно и не тревожить вопросами Создателя – достаточно несколько понаблюдать за ней при ее играх и «беседах» с фаллосом.

«Интимный интеллект» имеет типовые признаки. Они формируются ее «органолептическими» стремлениями, уровнем понимания и восприимчивостью к сексу. К ним можно отнести:

1. Эгоизм желания – односложные эгоцентрированные личности, которые способны и хотят в сексе прочесть и понять только самих себя.

2. Изменчивость эмоций, не прекращающейся «химии» половых слияний – личности сложной эмоциональной волны, стремящиеся к сращению с телом партнера с эмоциональным «выпадением в осадок» из однородной чувственной взвеси. Такие люди – способны понять животные инстинкты односложных, но не способны понять людей, завершивших свой «сексуальный марафон».

3. Круговой вектор завершенных циклов – конечный пункт назначения. Завершившие свой полет стрелы сексуальных и чувственных привязанностей. Люди ментального уровня способны понять путь и эмоционально развитых, но склонных к «склеиванию» и «выпадению в осадок», и односложных личностей «низшего пола» – того «сексуального планктона», который руководствуется по жизни лишь животными инстинктами.

Таким образом, признак развитости интимного интеллекта – в развитости его ментального корня. Он является признаком измененного отношения конкретного человека к сексуальной жизни. Закономерна способность ментального корня к наполнению и расширению интимного познания, – чем более гибок, разнообразен и развит в познании интимный интеллект – тем более высокого уровня достиг человек в своей сексуальной эволюции.

Интимный интеллект природной женщины представляет в сексе односложную личность, ценностями которой являются неосознанные сексуальные инстинкты ее неразвитого или молодого ЭГО.

«Когда покидаешь уютное тепло, безмятежную зелень кущ, розовые рассветы и берега детства, и въезжаешь на своем экипаже в скользкие, лживые и жесткие будни стадного трафика, – не забудь сменить летнюю резину на зимнюю, дабы не попасть в жизненную аварию, иногда с печальным исходом. Жизнь и сама не забудет заменить твои наивные очковые «стекляшки», впускающие в мягкую глубину окуляров все перевернутое образие юности – на избирательные, защитно-непроницаемые трусы опыта и интеллекта, уже познавшей жизнь».

В процессе познания физики своего тела и печальных раздумий над жизненным предназначением – ее посещают смутные догадки о собственной судьбе. При условии, что женщина обладает некоторым сознанием и хотя бы слегка обучаема – меняется направление вектора использования физического тела, что неизбежно приводит к изменяемости физического корня интимного интеллекта. Сочетание векторных перемен ее физики с этапом познания истинных чувств и развития эмоционального корня интимного интеллекта – ведет к утончению женских эмоций, углублению и расширению их поля действия. Это этап осознания троичности и возможности полной изменяемости интимного интеллекта. Мера сексуальной просветленности выступает как критерий не только женского, но и социального прогресса, – состоящего в росте осознания важности межличностных отношений и ценности половой «солидарности» – в процессе «корпоративной вечеринки» половых органов. Так, помятая жизнью, осознавшая границы «дозволенного», и свои ошибки – повзрослевшая блудная женщина переходит в мир зрелой личности, к разумному подходу – к «здесь и вся» предлагаемому интиму. Развитая сексуальность в женщине насыщает тело, насыщает сердце и насыщает ее чувственное сознание. Окончательное прибытие в «порт приписки», освобождение и возвращение к истине уже зрелой и познавшей жизнь женщины, – сопровождается ее почти монашеским отходом от сексуальных забав и снижением либидо ниже уровня «рубежа возврата». Такое личное познание мирового закона возврата к Истоку – ведет женщину к окончательному завершению развития и роста всех корней интимного интеллекта и перевод его под контроль разума.

«Человек может научить другого точным наукам, но не обязательно женщине, как прилежной ученице, безгранично верить своему первому «учителю «жизни». Потому что то, что он объясняет, – было и до нее и до него, и он не имеет – ни особых прав, ни полномочий – рассказывать женщине, как она должна жить, вести себя в сексе и любить, т.к. таких чувств, которые она впервые испытала, – по ее индивидуальным телесным ощущениям и чувственному проникновению в удовольствие, – никто, кроме нее – не испытывал. Их просто не было в ее образах, в ее сексуальном «багаже». Такие «учителя» не сознают ни эмоциональной развитости и глубины «объекта» обучения, ни глубокого знания самого «предмета», которому учат и о котором так красиво говорят.

В мужских умах возвышаются храмы вселенской любви к Женщине. Религия поклонения пролегает по линии «водораздела» между женщиной и мужчиной, по границе наших базовых сексуальных ценностей. В мужчине господствует религия конкретной любви, От внутреннего – мы движемся к внешнему. Мы ищем зыбкий астральный образ, некий идеал и склоняемся ниц перед стройными женскими ножками, перед красотой женщины – великолепием ее форм, музыкальной обворожительностью ее голоса и сексуальностью ее повадок. Женщина же ищет в мужчине твердое основание в прямом и переносном смысле. «На что он намекал, когда любить божился?». Ей не важна форма «особи», она рисует образы подготовительной к сексу медитации и картины фаллического погружения, ее божество пребывает, прежде всего, внутри сакральных частей тела. От внешнего – женщина движется к внутреннему. То, что мы обычно недооцениваем или скрываем, то – для женщины – священный символ. Мы знаем о цикличности и конечности процесса сексуальной близости, – женщина же верит – в вечную незавершенность этого процесса, в бесконечность пребывания в нем. Наша практика сексуальных «побед» – начинается с приятных для слуха женщины слов, уважения, выгодного для нее сравнения, иногда с обожествления и превознесения над остальными женщинами.

«Если мы вообще хотим понять женщину, то пытаться это делать – необходимо. Но и способны мы к ее пониманию, – только по-мужски. Верно, что женщиной многое постигается ее открытым сердцем, качеством и объемом ее интуитивной восприимчивости. И нашему разуму трудно угнаться за ней с линейкой, циркулем и угольником интеллектуальных выводов и формулировок, чтобы придать неуловимому и смутно понятому – подобающий вид и форму». Чтобы вышеприведенное не было слишком сладко для женских ушей и глаз, надо отметить, что имеются очень высокие понятия и космические категории, производимые не сердцем, а головой. И эти понятия порождаются научным умом и отточенным мужским интеллектом, которые бывают и вовсе непостижимы для женского сердца. К сожалению, при этом у мужчин отсутствует ясное понимание, как женской, так и своей внутренней природы и, часто, – вообще непонимание бытовой природы явлений вокруг себя.

Женщина способна научить нас иному, более широкому, глубокому и высокому пониманию смысла сексуальной близости, а именно пониманию через проживание и растворение в этом захватывающем дух процессе. Она даже не подозревает о том, что в сексе, ежепостельным, и важнейшим ее ментальным упражнением – является закрепление в памяти той сладкой микросмерти тела, к которой женщина приходит с помощью механизма улетного секса с разнообразными видами оргазма и их эмоциональная интеллектуализация. При их протекании и погружении женщины в глубины этих процессов происходит дезинтеграция женской личности с дальнейшим бардо – переходом в иное пространственно-энергетическое измерение. Это вневременное состояние женщины, в отличие от примитивизма мужских ощущений, можно сравнить с аннигиляцией тела, и пребыванием женской души в бесформенном, обезличенном состоянии распада, слияния и растворения в нирване, в раю. Состояние женского оргазма сравнимо с физиологическим ядерным взрывом, атомарным распадом мыслей и чувств женщины, и временным коллапсом ее двигательных функций. Она погружается в состояние, которое можно назвать бессознательным, но которое сама женщина ощущает каждой клеткой своего тела, как состояние наивысшего сознания. С одной стороны, сексуальная близость, завершающаяся бурным оргазмом, – это самое выразительное чувственное проявление женской сущности. С другой стороны, женское тело выступает, как сам инструмент, с помощью которого и достигается это состояние.

Хотелось бы предостеречь тот пограничный слой «как бы мужчин», от попыток подражания женским практикам (ныне столь частых). Как правило, это искусственное отступление от мужского естества и рассудка. Конечно, кто готов во всем отказаться от

мужских атрибутов и действительно сделаться женщиной, – со всеми вытекающими этическими и практическими последствиями, – за таким можно, да и то с натягом, признать, что он понял жизнь – на женский манер. Но тому, кто отвергает этот нелепый путь познания, – не следует и делать вид, будто он понимает суть женской психологии, женского секса и оргазма. Это в полной мере относится и к моим опытам – рассудочным, и довольно безуспешным попыткам их понять. Мы не можем – и не должны отрекаться от мужской жизни и привычек, от своего мужского рода и рассудка, и даже, напротив, – укреплять его, чтобы дальнейшим опытным путем, «без подражательства и обезьянничанья», понять женщину настолько, насколько это возможно для нашего линейного ума и разумения. Попытаться своим разумом вычленить хоть какой-то «не природный» и не животный смысл – из почти религиозного женского поклонения сексу и их сверхчувственному растворению в вихрях интимной «пляски».

Мы не должны недооценивать и не можем принимать за заблуждения эти странные для нас женские представления о сексе, их поведение при слиянии, и практики женского оргазма. Тем самым мы лишь закроем себе доступ к разумному их пониманию. Духовное содержание проживания ими недолгих мгновений пика сексуальной близости, – духовные озарения при бессознательном подчинении каждой клеточки женского существа, обрушивающимся на них в эти минуты чувственных «водопадов», да и сама роль и место сексуальной эмоциональности в жизни любой женщины, скрыты от нас – туманом «просвещенческих» книг о сексе, содержанием интимных трактатов и собственного – сугубо индивидуального опыта. А далее – и содержание духовных озарений, и обоснование жизненной необходимости сексуальной эмоциональности в женщине – все теряется в лабиринтах рациональных «загогулин» наших мыслительных процессов.

Однако и то, чем женщины действительно мыслят, и что они называют «умом», соответствует скорее «бессознательному», нежели уму в нашем понимании, который накрепко привязан и, более или менее, приравнен сознательности и рациональности. Но в высшем состоянии сексуальной диффузии, при ее растворении в волнах оргазма – «рацио» женщины (и без того слабо сформулированное) напрочь исчезает. По-видимому, рациональность ума можно ослабить, лишив, например, ощущения контроля над действиями и движениями тела. Но состояние, лишенное рациональности ума – может быть только бессознательным. Несколько интерпретируя психологические установки, – можно говорить о том, что из-за нашей мужской интеллектуальной самоуверенности мы весьма сомневаемся в существовании в интимной жизни женщины подобных состояний. Состояние сексуального «полета» – это то состояние, которое знакомо эмоциональному телу женщины, которое для нее очевидно и реально.

В подобных и в других формах проживания интимной близости – все это живо в душе женщин. Пронизывающая их и расчлененная на мельчайшие детали мысль о сексе – такая образная и красочно насыщенная внутренняя жизнь, совершенно чужда нам. Женская интимная сущность, ее ценности и сексуальные наклонности формируются и воспитываются не фаллицизмом, а оргазмом. Само – поклонение фаллосу, женские медитации на сексе и оргазме – и есть источник, и порождение чувственной женской души. Этот фетишизм намного старше предисторической Реформации, осуществленной гендерным разделением, а сексуальная религия является тем универсальным приложением, «учебным пособием» по продолжению жизни, по которому живет природа.

В наш век все чаще появляются сексуально бездарные, «параллельно-перпендикулярные» и сугубо рациональные «железные леди»: «…Здесь, в чреве сумрачных кварталов, стальные женщины живут. Нет нежных душ – работой стал им рациональный койко-труд…». Они являются тем самым устрашающим предостережением – за всей новизной маскулинизации с ее материалистически-технической и коммерческой успешностью – женщине не стоит забывать о потребностях души. Таким женщинам грозит быстрый упадок их духовных и чувственных богатств, а то, что придет на освободившееся место, не всегда может быть причислено к цвету духовности.

Такую женщину не одолевают ни собственные эмоции, ни чужие страдания, на нее не влияют ни родственные отношения, ни сексуальные перемены. Она становится эмоционально черствой и «непроницаемой», а значит, – никто эмоционально не «проникает» и в нее. Эта женщина даже не подозревает о том, что такое эмоциональная близость. И нет никого, кто в жизни имел бы для нее хоть какое-то значение. Поэтому такая женщина чаще всего одинока, в ее жизни нет значимого «другого», кроме нее самой. Она может быть неразборчивой в средствах и двигаться к цели, расталкивая и соперниц и любящих ее людей локтями. Ей присуще коварство, а главным критерием для нее является эффективность. Ей не свойственно использовать такие оценки, как «справедливо» или «несправедливо», «хорошо» или «плохо». Поэтому ей «трудно понять, почему людей возмущает ее безнравственное поведение, даже когда это не касается их лично. Она не понимает, почему кого-то беспокоит выбор средств, используемых для достижения желаемого результата». «Выбирая мужскую профессию, обучаясь и работая как мужчина, женщина совершает нечто такое, что не соответствует, если не вредит прямо, ее женской природе».

Другой девиантный тип – представлен многочисленным сообществом несчастных женщин, потерявших связь с глубинной мудростью и гениальностью собственного организма. За изучением пособий, книг и научных наставлений они забыли, что свойственное природе важнее приобретенного и свойственного социальным обычаям. Женщина, отторгнув и отмежевавшись от природного хитросплетения телесных сил, которые ее породили и питают, хочет, чтобы ею восхищались за банальные знания чужих афоризмов и мудрых мыслей. За те интеллектуальные «фокусы» или хорошо поставленные имиджевые и речевые навыки, которые она приобрела и научилась – с их помощью – манипулировать окружающими, и уводить мужчин от нехитрой истины сексуальных отношений. Для нее характерна реакция, когда «ты говоришь девушке, как она прекрасна, а в ответ слышишь: «Ты похож на остальных мужчин. Вы думаете только о теле! Ну, допустим, я хороша собой, но я хочу, чтобы люди восхищались мной, а не моими ножками».

Американский психиатр Джин Болен считает, что многие женщины чувствуют себя ущербными лишь потому, что предпочли сделать карьеру, а не родить ребенка. Она в своих выводах душевно центрирует поведение женщины, в отличие от телесной, фаллос-центрированной и, по ее мнению, унизительной для женщин теории Фрейда. Фрейд описывал ущербность женского мышления скорее в терминах того, что у них отсутствует анатомически, чем в терминах того, что присутствует в их душе. Но и К.Г. Юнг также полагал, что женское мышление по уровню и глубине осознания объективно уступает мужскому. Отличие лишь в том, что Юнг не рассматривал женщин как дефективных мужчин. Тем не менее, он полагал, что они мало духовны. Он считал, что мужчина – это творец, и отводил женщине лишь роль помощницы в мужском творческом процессе.

Женщина говорит на первоязыке – на языке аэроглифов. За ее словами кроется особый смысл, который не всегда понятен и который необходимо – перевести на мужской – петроглифический язык. Однако, воспринимать женскую речь просто, как словесный звукоряд так же непродуктивно и нелепо, как в шумерских петроглифах видеть только очевидное изображение птичек, палочек, геометрических фигур и т.д., не понимая смысла в контексте изложенного.

Речь женщины привязана к астральной оболочке, эмоциям, поэтому речь женщины зачастую – бессмысленна, но интуитивно тематична, и может даже показаться разумной. Если женщина многословна, значит она – переполнена эмоциями. Многословие у женщин – истощает и снижает накал их чувств. Мужское многословие – истощает его разум. Речь мужчины привязана к интеллекту, содержательна и наполнена смыслом, за исключением состояния глубокого опьянения, в котором разум отключен.

Женский разум нелеп и скуден на идеи и фантазии, так же, как скуден и убог мужской чувственный арсенал. Они меркурианки, под водительством и покровительством бога торговли, искусств и обмана. Они посредники между Всевышним, между другими энергиями и людьми. Женщины – производные от астрального плана, который соединяет и расположен между планами разума и физического тела, как расположены чувства между осознанием и действием. Уровень женского менталитета схож с уровнем системы чувствования мужчины – оба просты и скудны содержанием. Однако эта уровневая схожесть разных механизмов жизненного обеспечения дает возможность напрямую воздействовать на развитую фантазию и следующие за образами эмоции женщины и на разум, и последующие за осознанием, действия мужчины.

Мужчину считывают «с листа» построчно, тогда как женщину можно понять по-разному, в зависимости от ее психического состояния на момент. Только в глубине замутненных эмоций можно распознать правильный смысл сказанного.

Мужчина принимает формат не только общей культуры, но и специфику требований и правил поведения, соответствующих его природному предназначению и ожидаемым свойствам, характерным признакам и качеству. В отличие от осуждающего и презрительного отношения к мужчине – за поступки, не соответствующие принятым и традиционно узаконенным неформальным правилам, т.е. за совершённые «не по-мужски» действия, – я в жизни не встречал словосочетания – «поступила не по-женски». Это означает, что женщина менее форматирована и имеет более широкие границы в своем поведении, выражении чувств и поступках. В рамках общесредовой культуры она живет по собственным «понятиям». В ее поведении прослеживается лишь формальное соблюдение принятых норм, но реально она следует собственным неформальным правилам.

Наша логика имеет математическую интерпретацию количества факторов – для оценки случившегося, – степень и знак их влияния, и ранжирование, – при формировании отношения к происходящему, и однозначные, – резко выраженные качественные оценки явлений. У женщин – шкала образно-чувственного восприятия и оценки явления, происходит не в дуальных понятиях – холодно-горячо, хорошо-плохо, ярко-тускло, сладко-горько и т.д., характерных для нас – а является триадной и обычно – без крайних позиций. Их оценки процессов и явлений имеют уравновешивающую составляющую: больше (совсем хорошо)-меньше (тоже хорошо)-мало (не очень)-совсем мало (наверно плохо) и т.д.. Это позволяет женщине – более правильно определиться с происходящим и сформулировать более точную – количественную оценку.

Кроме того, женщина правополушарного мышления, мыслит формами и образами. И, в силу первичности образно-чувственного восприятия действительности, ее личностная культура и система ее интимных ценностей центрирована – на приоритете физических данных партнера (их форма и размерность должна быть никак не меньше увиденного женщиной в ее сексуальных фантазиях), и на приоритете эмоциональных ценностей –эстетических характеристиках мужчины, имеющих гармонирующий с женщиной цвет, запах, звук, мелодию и т.д.. То есть, ее приоритеты заключены – в гармонии собственного тела и чувств, – с телом и чувствами партнера. У нас же, с нашим неповоротливым механизмом логического мышления, приоритеты начинают формироваться с ментального уровня псевдонаучных, религиозно-философских категорий, которые затем «умно» определяются и расфасовываются по различным схемам и комплектам домысливаемых нами эмоциональных или физических женских достоинств и интимных ценностей. Поэтому ангелоподобные, – «неземные» по своей красоте женщины, и физически развитые, – «карамельно-камертоновые» мужчины – имеют успех и высокую востребованность на ярмарке желаний, и хорошие шансы на подъем в противоположном поле при встрече, как мужского либидо – в первом случае, так и женского – во втором, и высокую вероятность их слияния.

Тяготение к противоположному полу, сексуальные отношения – являются нынче большей мотивационной силой для женщины, чем собственные достижения, независимость или переживания за судьбу ребенка. Ее внимание сосредоточивается на возможности произвести неизгладимое впечатление на будущих партнеров по сексу, – а не на внешней цели, перспективах адюльтера или своем внутреннем состоянии.

Истинную женщину, конечно же, тянет под мужчин. Только мужчины видятся разным женщинам по-разному. Одной достаточно его примитивных первичных половых признаков или тяжести набитого кошелька, – и это уже в ее глазах достойный и избранный «на века» партнер. У другой – к этому простейшему пониманию мужских ценностей добавляются дополнительные и желанные требования к иным его достоинствам. Они могут быть различны. Например: душевное родство и близость, неповторимость, запредельность мышления и наполненный общими образами и мыслеформами ментальный мир, или общий эмоциональный ритм и чувственная гармония. Первый, самый простой, «кандидный» женский вариант – безгранично расхож в нашем обществе. Второй – крайне редок.

И все же, истинной женщине, пусть даже самой самостоятельной и «волевой» нужна мужская доминанта. Для душевно искаженных в самом естестве, в специфической терминологии «законо-непослушных», есть неприятно пахнущие слова и определения. По современным понятиям – это «фру-фаллоимитатор», или «мамзель-страпон». Т.е. женщина, «пристегивающая» к себе в постели несвойственную её природе функцию. Женщина, подражающая сексуальному поведению мужчины, – будь то в лесбийской паре или в отношениях с жено-подобно-ощущающим себя «мужчинками» (по терминологии лидера партийной коммуны 60-х Н.С. Хрущева – с обычными «пидарасами») – это тип женщин, стремящийся к сексуальному доминированию, желание и тяготение к которому может быть у них как врожденным, так и приобретенным (обычно выпестывает такую женщину – или школьное окружение из вялых, нерешительных и безвольных юношей, или жажда мести всем последующим – за нанесённые обиды ее «первопроходцами», грубо пользовавшимися ею и «до соплей» обидевшими ее в юности).

Так в чем же ее жизненная «прима», в чем женщина ищет гармонию? В гармонии тонкой душевной близости или в грубой гармонии сумасшедшеприятного? В слиянии душевных эмоций или сплетенной чувственности тела? Женщины, безусловно, не одинаковы. И ответ не так прост. Истинную женщину просто тянет под мужчин. И ответ надо искать – и в некоторой недоразвитости не только обычного, эмоционального, но и интимного интеллекта, и в ее сексуальной оцивилизованности – в возрастной интерпретации интимной культуры и, возможно, в уже наступившем для нее закате. В той, потерянной в «сладких «аналах» будуарных историй – прошедшей эре ее незавершенного искусства «сексуального постмодерна».

Истинная женщина хочет мужского доминирования хоть в чем-то, чтобы иметь возможность уважать себя за выбор, а иногда и преклоняться перед избранником за его превосходство над ней: либо в интимной постельной страсти и борьбе органов и тел; либо в силе воли и духа в непредвиденных, резких поворотных жизненных перипетиях. Или за доминирование в надежности отношений, чем женщина давно уже не обладает, поэтому занудно талдычит и твердит о ней, и требует от мужчины и преданности, и клятв верности, и еще, черт знает чего. Она хочет мужского превосходства в силовом, финансовом или руководящем ментальном покровительстве, либо в опережении последствий неприятных событий…

Потому что, одними первичными мужскими половыми признаками, окультуренная, т.е. «возделанная» цивилизацией, истинная женщина – уже «сыта не будет». Как не дословно говорится в одной сказке: «… Такого «добра» у нас – пруд пруди. Но нужен еще и талантливый!».

Однако размер, конечно, имеет значение. Большой и толстый «бодрячок» втыкается в женское тело, разрывает «на немецкий крест» ее арани и внутренности. Пронзает ее сердце, входит в мысли и полностью до последней клеточки серого вещества заполняет головной мозг женщины, вытесняет своим объемом и размерами из ее головы все постороннее, не связанное с сексом (если в ее мозге есть что-то, не связанное с этим удовольствием). Размер навсегда застревает в ее эмоциях и символах, полностью подчиняя ее тело и мысли впечатлению. Если все же в прелестной головке присутствуют невытеснимые идеи и фетиши, то бельфегоровский фаллос располагается по соседству, разделяя женские приоритеты пополам – между «приапом» и бытовыми, «служебными» обязанностями.

Ну, бывает, что «размер», увиденный женщиной или чувственно принятый в нутряные органы «опытным путем», – и вовсе не фиксируется и не попадает в ментальный мир женщины. И не обязательно из-за ее или его физико-физиологических ограничений. Это случается: и при редко встречающемся ныне условии внутренней верности и сексуальной устойчивости женщины (только где ж такую сегодня найдешь?); при нерушимости и твердости сложившихся этических идеалов; при сильной эмоциональной привязанности к партнеру в настоящем, или свежей влюбленности (еще не омраченной перетеканием физиологических жидкостей и физическим разочарованием женщины). А также может быть связано с тайным или явным умопомрачением женщины, или с ее «смертью» для посторонних и не главных для женщины внутренних впечатлений – при погружении в светлые глубины, всеобъемлющей ее существо и истинной трехмерной монастырской Любви, раздвигающей женские пределы к принятию Создателя.

В своих мечтах, образных красочных позах и даже в требованиях к возможным партнерам на различных сайтах – женщины очень часто выказывают желание гармонии и в «душевной близости», и гармонии приятного времяпровождения. Ну, с «приятным» во всех отношениях «времяпровождением» – здесь все понятно даже первокласснику, а как насчет пресловутой гармонии «душевной близости»? Что, какой смысл вкладывает женщина в этот посыл? Где располагаются эти тайные и фантастически притягательные «закрома» женской души, желающие очень плотной и глубокой, поскрипывающей от чистоты – гармоничной близости?

С изрядной долей иронии, обильно сдобренной литературными пируэтами и пассажами, склоняя читателя к мысли о человеческой трагедии, Хемингуэй набросал в одном из романов свое видение одного очень известного рассказа «Декамерона», с некоторыми неожиданными поправками. У Хемингуэя «Солдат» болен раздвоением личности. А его «Кармен» платонически любит его первую личность, не имея возможности любить вторую, физически поврежденную на войне. Потому, утопая в чисто физических страданиях, но «чтобы не болеть» (для здоровья, так сказать) – она еженощно отдает в обладание свое тело сопровождающей их и платонически ею обиженной личности некого «мачо». Треугольник достаточно живуч. И хотя женщину раздирает душевно-плотская драма поляризации, но одолевает все-таки тяга к «свежим» мужчинам и интригам.

Аналогия романа прослеживается у множества современных женщин в каждом поколении. Драматургия подобных переживаний и периодического выбора случайного интима с каким-нибудь «мачистом» найдётся в каждом укромном углу памяти из воспоминаний о жизни у любой домохозяйки. В их переполненных «шкафах» полным-полно «скелетов» из впечатлений от разнообразно пережитого опыта вложений – и с опытными, увитыми лаврами побед «генералами секса», и с настырной, сексуально озабоченной, молодой и показательно влюбленной «сантехнической пехотой». Правда «скелеты в шкафах» принадлежат не только их возлюбленным «тореадорам», но и, (коррида – есть коррида) – тупо, без особого спроса мявшим их «тушку» и толстошкурым «хрякам-портмоне», и немытым блудодеям-насильникам.

Женщина живет в настоящей реальности чувств, тел и отношений, т.к. при первом знакомстве происходит наложение виденного в мечтах динамичного образа на реальные формы и реальную динамику партнера. Если они совпали – женщина не сомневается, да и не ошибается – в своем выборе. Мы же не имеем динамических образов в сознании. Увиденные нами возбуждающие женские формы мы пытаемся логически интерпретировать и «пришпандорить» к мертвым клише, почерпнутым из прошлых знакомств или жизни. Если сравнительной базы нет, мы теряемся в догадках. А прогноз или предвидение развития отношений – ой, как далек от реальности. Поэтому мы оцениваем и сравниваем женщину – с желательным, но не существующим набором качеств, с абстрактным наброском, ее чертежом, – в отличие от реальной оценки женщиной мужчины – по его соответствию ее идеалу или живому и красочному представлению о нем.

Легенды, доказательства и факты отличия женского мира, их мудрости, дара предвидения и интуиции – были известны нам уже многие тысячи лет – со времен гендерного разделения человечества на «каинистов» и «авелисток». Все же, о реальном знании женской философии жизни, знании их врожденной системы ценностей, истоков их влечения и следствий их натурной телесной практики – нельзя говорить до сих пор. Вот уже несколько десятилетий знания о сексе развиваются по двум различным направлениям. С одной стороны, секс – стал предметом мужской академической науки. Однако научный подход простирается на все, но его применение – адаптируется к каждому отдельному случаю. С другой стороны – он стал чем-то вроде мировой женской религии, хотя открыто и не развился в церковную организацию. В мужском понимании содержание и сам факт секса весьма трудно сравнивать с тем, что представляет собой секс для женщины в силу такого состояния женского ума, которого мужчина, как никогда не знал ранее, так не знает и сейчас. Женский секс все в большей степени освобождался от традиций, нравственных норм и правил. Отсутствие формата социальных ценностей, привело к отсутствию знаний самоанализа, самокритики и нравственного «стыда», обострило внутренний моральный конфликт в женщине и отяготило ее жизнь проблемами. Женщине осталось довольствоваться самооправданием, искусственно укороченной памятью для забытья грязных связей и позорных поступков, и зыбкой верой в самоотпущение грехов.

Наблюдаемый конфликт веры и знания вышел далеко за пределы женской сексуальной логики. Он затронул и мужской менталитет. И этот конфликт обусловлен гендерным расколом в сознании и неестественной привязанностью мужчины к научным понятиям и сторонним рекомендациям. По большому счету, «для конфликта между верой и знанием нет никакой почвы, обе стороны духовного развития необходимы, т.к. по отдельности нам недостаточно ни, только одного знания, ни одной лишь веры». Ум фанатика полностью закрыт для новых возможностей видения мира и общества, тогда как подлинная вера, прежде всего, подразумевает доверие и открытость общества неизвестному.

Однако не общество должно служить женщине, а наоборот, женщина – обществу. Ее независимая личность, ее сексуальный индивидуализм можно рассматривать в современном обществе, как двигатель сексуального прогресса. У религиозных лож и фанатиков прошлого бытовало верование, что всё тонкое, красивое, очищенное – от разума индивида, от мужчины. Тогда как всё животное, безобразное, мутное – от женщины, от неуправляемых примитивных эмоций толпы, которая выступает символом грубой материи, застоя и косности. Их символом был не красный цвет – символ крови, ненависти и насилия. И не чёрный – символ мрачной решимости и смерти, а лазурный – символ неба, воздуха и простора. Их идеалом и целью было очищение грубой силы и – совластное правление «инь» и «ян».

В противовес им – секта «нео-иршуистов», проповедует единоличную власть и правление матриархата. Она тысячелетиями (если верить источникам – со времен Рамы) призывает на вооруженную борьбу – на восстание третьего, материального уровня, против двух Высших духовных уровней, – восстания женского начала против мужского. Символами их восстания, еще в очень далеком прошлом, стали Красный цвет, Красная Голубка и Лунный Серп. Идеи «нео-иршуистов» окончательно проявились во Французской Революции, в Красном Знамени, в материализме и социализме. И хотя, наступает равновесие в противостоянии двух религиозно-политических парадигм: совластия – Синархии и Анархии, нео-иршуисты продолжают скрыто подтачивать устои Синархического правления через культы Матери-Кали и Земли.

На протяжении столетий возникал вопрос о зле в природе женщины. Однако кто из нас – в здравом уме откажется от общения и близости с обольстительной женщиной? Сколько не ищи доказательств этому вопросу средневековой глупости, но только – плоско-рационалистическими убогими аргументами церковных мракобесов времен инквизиции или интеллектуальной научной болтовней – это подтвердить нельзя. Достойным ответом на это может быть сама жизнь женщины, – избранная женщиной судьба, ее мораль и ответственность. Да, в жизни каждой можно найти не один «скелет в шкафу» и не существует чудесных рецептов ее очищения и предписаний. Поэтому каждая женщина – сама должна расплачиваться за все содеянное в жизни, оплатить долг перед самой собой – до последнего гроша. Потому что – «все вернется, обязательно назад вернется», и все совершенное – возвращается бумерангом. Лишь после очищения и покаяния под жестокими ударами судьбы женщине становится понятным и видится прозрачным основание ее жизни, – ее путь и смысл ее рождения, замутненные или преднамеренными нечистыми поступками, или непреднамеренными ошибками.

Психологи утверждают, что если женщина достигает необходимой чистоты жизненных целей и приоритетов, то образы ее глубинного понимания принимают мифологический характер. По форме и содержанию они совпадают с истоками жизни и природных представлений и имеют уже не личностную, но над личностную природу.

Поэтому женское понимание о мирообъемлющем, сверхличностном счастье появляется лишь с достижением прозрачности и осознанием, – если это возможно, – тех ошибок, той мутной череды поступков и нечистой атмосферы чувств, которой она дышала – и в которой пребывало ее тело и ее личная жизнь. Медицина отмечает, что женская сексуальная агрессия резко возрастает в период перед циклом и во время менструации. Около 62% измен с элементами неосознанного сексуального поведения совершается в течение, предменструальной недели и только 20% – в конце этого периода.

Изучение мотивации женских поступков и технологии их чувств, не абстрактная цель, а повод для того, чтобы разобраться в процессах психологии. И не столько выяснить сущность психологии женщины, сколько понять, как, чем и почему их психология отличается – от нашей, а в чем можно усмотреть их сходство.

Как формулирует Юнг, «если внимательно приглядеться к образцам женского поведения (в состоянии сексуального возбуждения), то мы не увидим ни одного естественного жеста или движения». Вся картина ее манер «странна, недо- или сверх-человечна, как в индийском танце, в котором танцовщицы не ходят по-людски, – но скользят, думают не головой, – но руками. Даже их лица исчезают за голубой эмалью масок. Такого рода зрелище как бы гипнотизирует нас, переносит в мир (мультипликации) – единственное место встречи с хоть чем-то похожим».

Мы склонны перепроверять истинность убедительными фактами. Мы скептически и насмешливо дистанциируемся от женских бесплодных фантазий. Однако обе – психологически противоречивые жизненные позиции мужчин и женщин – по-своему оправданы. Оба взгляда односторонни, поскольку не в состоянии, за горизонтом обозримого, увидеть край заповеданной и такой непонятной «другой» Земли. Женский полюс недооценивает мир сознательности, мужской полюс – мир иррационального. В результате оба они лишаются познания второй половины вселенной.

Исследователи душ утверждают, что экстатическое состояние раскрывают в мужском бессознательном «осадок» всего мужского опыта относительно женщины. Этот личный демон каждого мужчины, проявляющий себя, в первую очередь, в изменении настроения и сексуального влечения. Сексуальная психология женщины зеркально противоположна – она лучше всего характеризуется словом «врожденный предрассудок». Слабо развитой – сознательной стороне женщины соответствует – слабо развитая эмоциональная природа мужчины. Архетип мужчины в сознании женщины состоит из неполноценного, но красочного суждения. Он образован – громадным количеством разнообразных и предвзятых мнений, и потому персонифицируется женщиной скорее групповым индивидом или толпой мужчин, – чем одной фигурой. Сексуальное сознание женщины на низшей своей ступени – это карикатура на развитый и избирательный мужской ум, так же, как интимные эмоции мужчины на низшей ступени – это карикатура на женский Эрос, развитый до тончайших оттенков.

Именно женщина, наделенная отточенной эротикой, превращает в себе разнообразные, но – по сути, – примитивные движения, и сексуальные вибрации партнера в «свет и цвет», в интимные «форму, образ и звук».

Мы изучаем внешний мир – на основании полноты и достоверности осознанных внутренних впечатлений, – и часто пытаемся понять мотивы внешнего поведения женщины, исходя из ошибочной оценки ее внутреннего содержания. У женщин однозначно работает связующий принцип: «нет ничего в образах (правого полушария), чего ранее не было в чувствах». Женское мышление и образность реальны в ее чувственном мире, но не конкретизируются – на ком-то из партнеров в мире физическом – по банальной причине неразвитости или постоянной оторванности ее мыслей от действительности. Из-за невозможности соответствия реальных сексуальных партнеров – ее идеалу и иррациональности ее чувственного интеллекта. Несмотря на часто поразительную чувственность женщин, по своей сущности они – бесчувственны, или, точнее, недосягаемо для нас – сверхчувственны.

Возможно, мы можем сравниться с женщиной по исходному набору и количеству эмоций. Но мы никогда не сравнимся с ними по утонченности и развитости их чувств. И наши грубые эмоции, порабощенные линейной логикой и рациональным сознанием, – никогда не достигнут в нас – ни того высокого качества, ни тех творческих высот чувственности, – которые присущи женщине.

Но, весьма парадоксально и остается загадкой то, что в отличие от мужчин, – в женщинах – при переходе из одного состояния влюбленности в другое, при смене партнера и «переползании» из под одного одеяла под другое, с одной постели на другую, – не остается и следа от прошлых чувств к оставленному «кавалеру» и памяти тех интимных переживаний. Возможно, это связано с принципиальным отличием мужской избирательной привязанности или фиксированной, почти математической связи – чувство-мысль-понимание и память – от женской эмоциональной, ни на минуту не прерывающейся, жизни. В женщине поток красок свежих эмоций быстро смывает прежние чувственные цвета, – тут же заменяя впечатления от «бывшего» сексуального партнера на палитру впечатлений от «очередного». И новая палитра красочных интимных фантазий и сексуальных эмоций – на первых порах, ничуть не хуже прежней. Она только качественно другая, но столь же количественно яркая и носит постоянно текущий – ламинарный и обволакивающий женское сознание – характер. Создается впечатление, что эфемерные женские фантазии, образы и сексуальные предпочтения живут сами по себе и совсем не связаны ни с конкретными обстоятельствами, местом и временем, ни с каким-либо конкретным мужчиной, и поэтому в реальных отношениях так бессвязны и недолговечны.

Память женщины не удерживает и не вмещает во всей полноте красочный мир частной близости, т.к. количество оттенков и сочетаний эмоций неограничено, и она не привязана лично к Васе, Коле, Илюше или Эммануилу. Ее память живет интимными образами, которые женщина примеряет, как «семейные трусы», на каждом последующем партнере. Она радуется, как младенец, – если мужчина вписывается в перфектный образ, и, с мыслью: «Будем искать…», огорчается, – если при примерке образцовые «трусы» оказываются великоваты на очередном мужике, да еще и без «перламутровых пуговиц». А, главное, что весь набор чувственных оттенков – всегда присутствует практически при каждом сексуальном общении женщины с любой примитивной особью (думаю – так и представляют мужчин – женщины, для них мы всегда обособлены от их мира, и они нас и не думают в этот мир впускать).

К формированию «дорожной карты» общей с нами системы жизненных ценностей и взглядов, женщину необходимо приводить – через логику, через достижение недоминантного полушария, а мужчин – посредством фиксации образов и картин воображения, которые весьма различно и своеобразно интерпретируются по гендерному признаку. У мужчин – образы экстраполируются на логику событий или решений, у женщин – логика изложения экстраполируется и вживляется в подсознание в виде картины событий, причем последнее двухмерно и может быть даже объемно, – если усложняется и детализируется женщиной до возведения в «третью степень» важности. Логика для нее дискретна и упрощается женщиной, которая отсекает «несущественные» аргументы – методом извлечения базовой информации «из корня» и низводит сложную логику событий до простого числа. Можно сделать вывод, – что женщины способны к формированию и энергетизации мыслеформ в большей степени, чем мужчины, т.е. по природе своего алогичного сознания и детальной визуализации образов подсознания – они демонстрируют чудеса интуиции и воплощения желаний. В реальной жизни часто складываются ситуации, когда женский «спящий разум порождает чудовищ». Т.е. чувственные волны либидо и магнетически притягательные, животные эмоции совокупления, – захлестывающие и отключающие женское сознание при половом акте, – порождают сверхчувственных «роковых женщин», сексуально ненасытных «женщин-вамп», до основания разрушающих и карьеру, и судьбу, и саму личность, соединившихся с ними, и работающих на них «в поте лица своего» – мужчин.

Изнеможение от физического труда редко встречается в современных условиях, а мозг не чувствует усталости. Мы страдаем от усталости психического происхождения.

Активное накопление столь необходимой психической энергии происходит у женщин, которые ведут себя жизнерадостно, не думают – о неприятностях и доброжелательно относятся к людям. Приветливая улыбка, искренний интерес к жизни – проверенный путь успешного развития всех начинаний и сотворению добра – ради собственной радости. При положительном эмоциональном фоне существует возможность с большим удовольствием и полнотой удовлетворить потребности. При невозможности это сделать – преобладает формирование отрицательных эмоций. Психологи отмечают – правое полушарие участвует в оценке отрицательных эмоций. Здесь бушуют неприемлемые для контролирующей роли левого полушария мотивы поведения. Левое полушарие является источником положительных эмоций, обеспечивает восприятие – приятного и смешного. При его остром отключении возникают отрицательные эмоции и женщину посещают ночные кошмары. Настроение и самочувствие женщины во многом зависят от разрешения эмоциональных конфликтов.

Мужская экстравертность и интровертность женщины – два разделенных одиночества, два противоречивых полюса сексуальной культуры, с очевидной невозможностью глубокого взаимного понимания. Но так ли это? Вопросы, на которые слишком долго не удается найти ответы, нужно всегда проверять на предмет того, правильно ли они поставлены. Хорошим примером в данном случае служит решение женщиной проблем причины и следствия. При не выгодном для нее освещении события, женщина, не задумываясь, разделяет процесс на две части. Правдиво «забывая» о первичной – причинной части события, о своем участии в нем и о том, что она сделала, женщина затем годами размышляет над второй частью – запомнившимися для нее негативными последствиями. Она ломает голову и безуспешно задает себе вопросы о том, почему так получилось, кто виноват и «зачем так со мной!?». А причинно-следственная связь потому так и названа – «связь», так как обе части: и «причина» и «следствие», неразрывно связаны между собой.

Многим известно пророческое изречение Киплинга: «Запад есть Запад, Восток есть Восток, И никогда они не сойдутся…» Но на этом-то текст не обрывается. Дальше идет: «Но настанет время, и они повернутся друг к другу лицом и поймут друг друга». Возможно это и про наши гендерные противоречия.

Зарисовки с натуры

«Женщина – это точное отражение вселенной, маленький мир, миниатюрное изображение большого мира вокруг нее»

Всякому, кто, по какой-либо причине, заходил на страницы женских интернет-журналов, магазинов, или попадал на обсуждение вопроса в чисто женский коллектив, или на женский форум, – трудно избавиться от впечатления, что там главенствует абсолютно чуждая мужской установка сознания, иное видение с первого взгляда вроде бы понятных вещей. Конечно, если он не пришел к этой мысли еще раньше под воздействием тысячи других впечатлений от жизни женщины, от ее выводов и логических экспериментов.

«Вообще в женщинах видишь так много всего, что, в конце концов, начинаешь хотеть видеть хоть чуть-чуть меньше». Зарисовки с натуры и чудовищная пестрота форм, настроений, нарядов, жестов и фраз возбуждает у мужчин тоску по, чему-то, совсем простому. И в женщине это ровное и простое течение энергий существует. Только оно пронизывает не физическую, а душевную жизнь женщины – в виде созвездий изысканных ароматов, палитры чувственных красок и мелодий, в виде притягательных образов, нежных взглядов и тонких прикосновений. Оно в женщине неизменно, но тоже никогда не бывает однотонным, а всегда разноцветно и бесконечно разнообразно.

Цветы наполняют дом жизнью так же, как эмоции оживляют женское тело. Книги наполняют дом смыслом, – как разум, мысли и слова наполняют образным смыслом поведение и раскрывают внутреннее содержание. Эмоции в женском теле сильнее разума и играют в ее судьбе более весомую роль, чем сознание, и это следует учитывать в первую очередь. Она ждет и хочет не братского и не дружеского, а другого – интимного мужского тепла, и финальных результатов тех отношений, когда внутри, по всем норкам, уголкам и клеточкам ее безвольного и обессиленного тела, разливается «женское счастье».

Иерархию женской взаимосвязи: «разум-эмоции» – можно обнаружить и проследить в отношениях женщины к животным. К теплым и пушистым или холодным и липким. Если женщина питает слабость к пушистым и теплокровным, – то она эмоциональна, игрива и скрытна, живущая в собственных тайных интимных фантазиях, и успешно реализуемых на практике сексуальных грезах. Поведенческая модель «мимимишки» подсказывает, что женские эмоции преобладают над ее разумом.

Если женщина тяготеет к гладкокожим хладнокровным земноводным, – то она экстравертна, низкоэмоциональна и рациональна, готовая на выгодный обмен своего тела за предлагаемые блага. В такой женщине разум преобладает над эмоциями.

Справедливые наказания, осознанное отношение к «братьям нашим меньшим», режим и заботливая строгость – доказательство того, что разум женщины развивает и взращивает её чувства и частично управляет любимыми эмоциями.

Нелюбовь к животным говорит о полном отсутствии у женщины эмоциональной прослойки и переходу к прямому управлению сухой женской рациональностью ее животным телом. Тело жаждет, но подчинено рассудку и является просто инструментом, порождая бессердечного монстра или меркантильную и расчетливую суку. Такого плана женщины появляются на любых социальных уровнях – от вполне благополучных покоев отрыжки сытого богатства, до «малины» воровского мира. Примером может служить и героиня повести Н. Лескова «Леди Макбет Мценского уезда» – Катерина Львовна, и безвестная блатная шмара из тюремного шансона. Впрочем – обе плохо кончили… «Сэмэн – засунь ей под ребро. Смотри – не обломай «перо» об это каменное сердце суки подколодной…».

Женский интерес к поэзии, танцам или музыке, как и все утонченное в ее натуре, – служит загадочной эстетике и овладению неповторимым искусством интима. Она развивает способность полностью погружаться в зрительное, слуховое или двигательное переживание. Однажды пережив такое погружение, – женщина обретает способность слияния с этой эстетической средой, всякий раз порождающей нечто необъяснимо прекрасное и неуловимо новое в ее общем видении мира и в «сексуализации» ее восприятия.

Чувственную женщину привлекают искусства. Она любит органолептику тела – любит массаж, любит воспринимать глубокие прикосновения и танцевать. И неосознанно стремится овладеть грациозными движениями, изящными позами и жестами, – как инструментами обольщения, как средствами достижения легкости и свободы в теле, и получения удовольствия от выпуклых ритмичных движений. И это влечение можно оценить, – как предвосхищение и ожидание переживания интимного наслаждения во время «акта любви».

В женском существе все перевито, скрыто от нескромных взоров и слажено, но если пытаешься распутать этот клубок мыслей, эмоций и движений, – то понимаешь, что женщине, в ее ареале обитания, соответствует определенная, обусловленная средой, личная «идеология» и социальная предрасположенность:

1. Идеология рыночного маркетинга связана с ориентацией женщины на сверхприбыль при эксплуатации и реализации потребителями ее рыночного – сексуального, умственного или делового потенциала. При такой предрасположенности женщина нацелена на индивидуальный успех, конкуренцию, готовность идти на риск и – на достижение максимальной выгоды от своих уступок и действий: «Какие это деньги? Это сдача!!!».

2. Идеология женского бюрократизма связана с ориентацией женщины на ее ролевую функцию, на реализацию общих потребностей и интересов, создание индивидуального и группового психологического комфорта для интимного союза: «Сравни ее характер и мой бюст! Мой – круче!». Предпочтение отдается формальным отношениям, большое значение имеют формальные процедуры в социальной роли и интимных ролевых играх.

3. Идеология инноваций и жизненных перемен ориентирует женщину на новые задачи в разных сферах. Эта женская предрасположенность связана с одобряемыми ценностями, в полной мере использующими знание, способности, инициативу и ее творческое увлечение реализацией инновационных целей и задач: «Он так молчит, что хочется раздеться…».

4. Идеология адюльтера ориентирует женщину на смену сексуальных партнеров: «Любовник лучше, да и ест он реже», – и заключается в концентрации женского внимания на достойных ее прелестей особей, в основном, мужского пола.

Как нетрудно заметить, идеология является основополагающей ценностью в своей особой жизненной предрасположенности женщины.

Действия, фразы и повисающая в воздухе напряженность при ожидании эмоционального отклика, оказывают на женщин, не замечаемое, но чрезвычайно сильное влияние. Слово, которое говорится от «увлеченного сердца», становится для женщины речью, мириадами оттенков звуков природы – и каждый из них может быть объяснен чувственной женщиной в понятиях притягательной энергии.

Женщина, скорее всего не осознает, что ведет себя, как совершенно другой человек, – когда меняет стереотипы своего поведения в присутствии, резко отличных по своей харизме и темпераменту, мужчин…. Её либидо – лишь маятник на «качелях оголтелой любви». Их влияние перемещает женщину с одной грани личности на другую, и эта смена происходит совершенно естественно для женщины. В каждой ситуации она чувствует, что она та же самая, она верна самой себе, а точнее, тем, проснувшимся в ней сексуальным энергиям, которые сменяют прежние, чтобы по-новому выразить и преподнести мужчине саму суть женщины.

Совершенно бесполезны прогнозы поведения и предлагаемые в интернет сети бесчисленные тесты по определению психологического типа, которые забавляют многих женщин, знающих о неадекватности, приключениях и переключениях своей личности, и хорошо понимающих, что ответы зависят от их состояния. Смена любых обстоятельств: будь это сиюминутные реакции на работе или в частной жизни, когда она одна или в коллективе, проживает в себе в это время образ матери, творческой любовницы, всем недовольной женщины или всеобщей благодетельницы – все это будет влиять на ответ. Поэтому аналитику часто кажется, что женщина лукавит, в то время, как она совершенно правдива по ее состоянию на данный момент. Если вопросы формулируются представителями мужской, низко контекстуальной сексуальной культуры, а ответы даются представительницами другой, высоко контекстуальной, то это обычно вызывает непонимание и ошибочные выводы, сделанные по результатам полученных ответов. Будь то ответы на вопросы анкеты, или ответы о возможности интимной близости с женщиной, или о реальности сексуальных действий с ней. Когда в женщине доминируют несколько архи энергий, женщина не соответствует какому-либо одному определенному психологическому типу. Она может быть разной в зависимости от обстоятельств. Женщина часто сама не ведает – кто она, и какая она есть на самом деле. И ей не хватает того, кто позиционировал бы ее в обществе и поддерживал бы ее по жизни. По мнению американского психолога: «Женщины взращивали мечту для мужчин, тогда как мужчины никогда не отвечали им в этом достаточной взаимностью». Женщина, веря и образно представляя, как ее мечта осуществится, нуждается в мужчине, способствующем ее росту и развитию. В том, который принимал бы ее саму не за «городскую сумасшедшую», а поддерживал бы и ее, и ее мечту – пониманием и реальной помощью, а, главное, насытил бы эту самую мечту деньгами и материализовал.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.