Цветение души
Олег К.

Оформление обложки tealsick (https://vk.com/tealsick)

© Олег К., 2025

ISBN 978-5-0065-7721-3

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Безработный и новое начало

Утро работника ночной смены начинается в полдень. В то время, когда остальные люди наконец приходят в себя и включаются в рабочий ритм, кто-то только продирается сквозь сон. Именно поэтому Робин, несмотря на то, что часы показывали двенадцать в будний день, позволил себе ещё пять минут сна.

Не высокий и не низкий молодой человек, после второго звонка будильника, скатился на пол, попутно утащив с собой держащуюся за диван на честном слове простыню. Его тёмно-каштановые волосы стояли торчком. В три неловких движения он нащупал на полу телефон и отключил его. Похоже выспаться ему сегодня не удалось, впрочем как обычно. Успешно притворившись, что проснулся и готов встречать новый день, он поднялся с пола и зашагал в сторону ванной.

Умывшись, он наконец смог прийти в сознание. В зеркале отразились усталые глаза и огромные мешки под ними. Лицо выглядело как будто вместо сна он только что пришёл с рабочей смены. Как и всегда, впрочем. Робин взял с полки расчёску и попытался распутать образовавшееся на голове гнездо. Провалив все попытки одну за другой, он кое-как поправил их, чтобы выглядели более-менее прилично, после чего вздохнул:

– И так сойдёт.

Он заглянул в холодильник. Внутри всё, как обычно, было довольно печально. Пустая на три четверти, а то и больше, бутылка молока, огрызок сливочного масла и множество завёрнутых в пакеты кусочков, слишком маленьких для полноценного завтрака. Пробежав глазами по всем полкам три раза, Робин наконец нашёл что-то более-менее подходящее. Он выхватил из глубины холодильника яблоко. Он лежало там уже давно, у него съёжилась кожура и в некоторых местах оно стало очень мягким. Положив завтрак в зубы, Робин побежал одеваться. Похоже лишние пять минут сна вылились в целый час, и теперь он опаздывал. Быстро выхватив из шкафа первые попавшиеся вещи, он на бегу натянул их на себя и выбежал из квартиры.

Первой остановкой на его пути была подработка. Помимо основной работы, Робину, чтобы сводить концы с концами, приходилось подрабатывать.

Робин быстро забежал в плохо проветриваемый маленький офис на втором этаже, нацепил рабочий костюм и пошёл раздавать листовки. К счастью это был не один из ростовых костюмов, которые летом превращают носящего их в варёного краба, а всего-навсего две картонки с рекламой магазина детской одежды.

Раздавать листовки обычно работа неблагодарная. Людям не нравится, когда незнакомец обращается к ним на улице, да ещё и пытается всучить им то, что иначе как мусором и не назвать. Но Робин с присущим ему энтузиазмом принимался и за эту работу. От этого дела шли у него лучше, чем у многих. Его добрая улыбка и честность, с которой он обращался к людям, располагала к себе, и многие были готовы облегчить его ношу, взяв хотя бы одну листовку из стопки. Несмотря на это, к концу смены листовок всё равно осталось больше половины.

Закинув остатки листовок и свой картонный костюм обратно в офис, Робин отправился обедать. Есть он предпочитал в парке неподалёку. Здесь можно не торопясь в тишине скушать приготовленный им с вечера обед, а после отправиться на свою основную работу, которая тоже находилась недалеко.

Робин с размаху влетел на кипящую от работы кухню. На плите стояло по две-три сковородки на повара, официанты убегали с заказами и возвращались с пустыми тарелками. Как результат, в раковине скопилась целая гора посуды. Неприятный признак того, что он опять опоздал на работу. Это начало входить у него в досадную привычку. Он тут же мысленно себя отругал.

– Долго ты там стоять будешь! – Крикнул менеджер Майкл, который на другом конце кухни помогал разгребать заказы, и вообще делал всё, чтобы кухня как можно спокойнее прошла через час пик. – Предыдущий мойщик смылся полчаса назад, у нас тарелки кончаются!

Робин без разговоров запустил руки в мыльный раствор.

Вечер сменился ночью, а после и ранним утром. Ресторан «Звёздный свет» наконец закрывался. Это означало начало уборки. Официанты протирали столы, барную стойку, все остальные поверхности, подметали и мыли пол. На маленькой кухоньке ресторана уборка тоже шла полным ходом. Замасленные конфорки должны были быть начисто оттёрты, а все рабочие поверхности должны быть прибраны к началу следующего рабочего дня.

Менеджер Майкл подошёл к Робину, склонившемуся над горой грязной посуды:

– Давай помогу, – сказал он, засучивая рукава.

– Не стоит, я и сам справлюсь! – ответил Робин, пытаясь перехватить его к соседней раковине.

– Не стесняйся, я всё равно на сегодня закончил, – убеждал его менеджер, опуская посуду в мыльную воду. – Или ты думаешь я буду тебе только мешать?

– Нет, конечно, – ответил Робин извиняющимся тоном.

Решив, что сопротивляться бесполезно, он вернулся к своей части. Вдвоём работа шла намного быстрее. Огромная гора посуды таяла на глазах, пока в конце концов полностью не исчезла на полках с чистой посудой.

– Прости, что накричал на тебя сегодня, – вдруг нарушил тишину Майкл. – Со мной такое бывает в стрессовой ситуации.

– Ради бога, – наигранно усмехнулся в ответ Робин. – Я в стольких разных местах работал, со столькими разными людьми, что мне тяжело это даже грубостью сложно назвать. Кстати, – вспомнил он вдруг, – Боб так и не пришёл. Ты знаешь, что с ним?

– Понятия не имею. Я пытался ему дозвонится, но он не берёт. Надеюсь он просто захворал.

Майк вытер руки, набросил на плечи плащ и уже собрался уходить, как вдруг обернулся.

– Чуть не забыл, тебя босс искал. Не заставляй его долго ждать.

Закончив убираться на рабочем месте, Робин направился к кабинету босса через обеденный зал. Пара официантов до сих пор мыла здесь пол.

– Эй, нужна помощь? – спросил Робин, подходя ближе.

– Не подходи, Робин! – неожиданно резко закричал один из них.

Робин удивился настолько, что даже невольно сделал шаг назад.

– Извини! Что я такого сказал?

– Действительно. Пусть поможет, он ведь сам предложил, – сказал второй. Он положил подбородок на рукоять швабры. Судя по его расслабленному виду, именно он был причиной того, что мытьё полов занимало так много времени.

– Потому что опять получится, что ты до утра с нами будешь здесь прибираться, – ответил первый официант Робину. – Ты и так уже за двоих отработал. Иди отдыхай, мы тут сами разберёмся. А ты! – он обернулся на второго официанта, – Давай работай. За тебя полы никто не помоет.

Он пожал плечами и таки начал отмывать грязные разводы с пола. Робин попрощался с обоими и направился в глубь ресторана к кабинету босса.

Робин постучал в хлипкую деревянную дверь, и после того как услышал низкое «Войдите», тихонько протиснулся в кабинет хозяина ресторана. Комната эта была больше похожа на каморку, которой она может раньше и была. И так слишком узкая для людей, она была по периметру заставлена шкафчиками, набитыми, скорее всего, скопившейся за годы документацией и другими тому подобными продуктами ведения бизнеса. Места из-за такой планировки в итак небольшом помещении почти не оставалось. Помещение это проветривалось только когда кто-нибудь использовал дверь, от чего все неприятные человеческие запахи накапливались, поэтому пахло здесь как в забитой раздевалке. Окон здесь не было. Солнечного света, соответственно, тоже. Эта невероятная комбинация придавала кабинету сходство с зарытым где-то в подвале институтским архивом.

По середине комнаты стоял хлипкий стол, который грозился сломаться с минуты на минуту уже наверно лет пять. За столом, зарывшись в бумажную работу, сидел грузный мужчина средних лет. Он был хозяином ресторана «Звёздный свет» и пары других заведений поменьше. Его работники звали его просто Босс.

Человек он был весьма строгий и требовательный. Ему ничего не стоило отчитать любого из своих работников, даже если он просто подозревал, что они отлынивают. Также ему совершенно ничего не стоило задержать своих подчинённых после смены насколько ему заблагорассудится.

С другой стороны, платил он всегда исправно и честно. За все переработки и другие сложности. Ходил слух, что из-за отсутствия какой-либо бухгалтерии, всей управленческой работой Босс занимается сам, поэтому двадцать четыре часа в сутки сидит в своей каморке. Слухи – это, конечно, всего лишь слухи, и к реальности отношения не имеют. Что было, однако, реальностью, так это то, что работники приходившие первыми, чтобы открыть ресторан, заставали его у себя, а те, кто уходили последними оставляли его в здании одного. Один этот факт у многих вызывал уважение.

Ещё один факт вызывающий у многих уважение состоял в том, что на работу к нему мог устроится каждый, вне зависимости от наличия или отсутствия опыта, компетенций или каких-нибудь «осложняющих факторов», которые могли повлиять на трудоустройство в другие места. Об этом факте знали все в городе, на уровне городской легенды. Робин знал, что когда-нибудь ему придётся воспользоваться этой возможностью. Поговаривали, что такое его отношение к своим работникам происходило из личного опыта. Возможно, в своё время он отсидел в тюрьме и после возвращения ему было тяжело найти себе место. Хотя, опять же, это были всего лишь слухи.

Оказавшись лицом к лицу с боссом, Робин не мог найти себе места и тупо стоял у самого входа. Он всегда чувствовал себя неловко в таких ситуациях. Он сменил много разных работ, но так и не смог привыкнуть разговаривать с начальниками. Что-то совершенно необъяснимое каждый раз затыкало ему рот и опустошало его голову. Босс бросил на него угрюмый взгляд. Заметив, что Робин межуется у двери, молча показал ему на стул, стоящий прямо напротив стола. Робин покорно сел.

– Так, не буду ходить вокруг да около. Ты знаешь мою политику, я предпочитаю всем давать второй шанс. Как они этим шансом распорядятся это уже их дело. Ты своим шансом распорядится не смог. Поэтому, завтра чтобы здесь не появлялся. Оплату за отработанное время получишь в ближайшие пару дней.

Робин опешил. Ему понадобилось пару секунд, чтобы прийти в себя и осмыслить сказанное. Он попытался что-то возразить, но слова застряли в горле. Босс попытался сказать что-то ещё, но прежде чем он успел это сделать Робин сорвался со стула и выбежал из ресторана.

Робин бежал домой по укрытым ночью улицам. Дождь начавшийся ещё пока он был на работе залил сильнее. Робин шлёпал по образовавшимся лужам, разбрызгивая повсюду грязную воду.

Поворот. Поворот. Поворот. Ещё один.

Под непрекращающимися дождём знакомые улицы, по которым он каждый день возвращался домой в течение шести месяцев, казались чужими. Он старался не смотреть вокруг и упёрся взглядом в вымокший асфальт. Только мышечная память не позволяла ему сбиться с пути домой.

Налево. Направо. Снова Направо.

Он успел проработать на многих работах. Он работал курьером, грузчиком, официантом, оператором кол-центра, работал на стройке, несколько раз, но с каждой работы его непременно увольняли, иногда меньше чем через месяц. В такие моменты полагается злится: на людей, на судьбу, на всё. Но Робин никогда не злился. У него не получалось. Но обида была. Чтобы компенсировать отсутствующую агрессию она вцеплялась в него с двойной силой. Что он делает не так? Как он должен поступить, чтобы этого больше не происходило? Что с ним не так?!

Во двор и вверх по лестнице. Осталось совсем немного.

Каждый раз одно и то же.

Робин наконец подошёл к двери снимаемой им квартиры. Он вставил ключ в замок, но его опять заклинило. Пришлось потратить целую минуту, открывая его. Пройдя наконец в единственную комнату, он прямо в одежде плюхнулся на кровать. Только тут он осознал, как на самом деле вымотался. Он решил лечь спать прямо так, в мокрой одежде на чистой простыне. Со всеми проблемами будет разбираться завтрашний Робин. Сейчас он просто хотел отдохнуть. Ни прошло и минуты, как он провалился в сон.

Робин проснулся на холодном полу. Вокруг больше не было ни знакомой комнаты, ни пейзажей за окном. Только мокрая от дождя одежда до сих пор липла к телу. Он с трудом смог открыть глаза. Веки были настолько тяжелы, что казалось на них навесили гири. Или как будто он не спал три дня подряд. Робин, однако, привык бороться с недосыпом, поэтому смог выдержать давление своих неожиданно отяжелевших век.

С трудом поднявшись, он оглядел помещение, в котором находился. Смотреть, правда, было не на что. В комнате, или скорее в зале, было жутко темно. Даже когда его глаза привыкли к темноте, он не мог разглядеть, как далеко от него были стены. Пол был обычный голый бетон. Единственной уликой была стоявшая у одной из стен большая деревянная сцена, которая выдавала в этом помещении бывший театр или какой-нибудь другой концертный зал. Порушенное состояние сцены и пола говорило о том, что выступлений здесь не было давно. Но самое главное…

У его ног лежало десять человек. Похоже они просто спали. Первая мысль, которая пришла ему в голову – похищение. Кто-то по какой-то причине похитил одиннадцать человек из своих домов и собрал их в заброшенном театре. Руки их не были связаны. Они не были ни избиты, ни выглядели так, как будто их притащили силой. Скорее всего, подумал Робин, их усыпили или как-то отравили, а потом принесли сюда.

«Значит и со мной сделали тоже самое», – подумал он.

Первой реакцией после подобных мыслей должна быть паника. Мозг должен избавиться от усталости и сонливости, чтобы спасти себя из опасного положения. Но этого не произошло. Наоборот, когда он начал лихорадочно думать, усталость наступила с новой силой, веки потяжелели на пять килограмм.

Борясь со сном, он оглядел лежащих на полу людей. Он вглядывался в их лица, пытаясь хорошо запомнить их, вплоть до мельчайших деталей. Получалось, правда плохо. Уже после первого усталость начала сказываться на его памяти. Разнообразные лица сливались в однородную мутную кашу. Никого из них он не узнал, пока не наткнулся на одного старого знакомого.

– Ник?

Когда он увидел его, гипотеза о похищении стала иметь в его глазах намного больше смысла, даже осталась единственной и непоколебимой. Конечно, его усталая голова толком не соображала, иначе он бы задумался, зачем похищать ещё десять человек, ну или хотя бы девять.

– Я могу вам чем-нибудь помочь? – голос эхом разлетелся по всему залу.

Перед Робином стоял молодой мужчина. Он был одет в кремовый костюм и на первый взгляд казался серьёзным работником, но не заправленная рубашка цвета древесной коры показывала его пренебрежительное отношение к образу. На пиджаке висела позолоченная круглая брошь с светло-голубой молнией на ней. У него были блондинистые, неухоженные волосы, а его острые глаза и улыбка в купе с плохим освещением придавали ему зловещую ауру.

Робин опешил. Мужчина появился как будто из ниоткуда. Он несколько минут пялился перед собой, пытаясь осмыслить происходящее, но стоило ему моргнуть, как он оказался перед ним. Но это было сейчас не так важно, как то, что этот человек из себя вероятно представлял.

Робин попятился назад. Адреналин стучал в голове. Все возможные мысли пропали из его головы. Осталось только желание сбежать. Только он хотел развернутся, чтобы пустится наутёк, как чья-то рука мягко остановила его. Жуткий страх пробрал Робина. Он понял, что его окружили, что бежать больше некуда.

– Неужели, даже ты ошибаешься? – обратился блондин к стоящему сзади сообщнику.

– Получается, что так, – раздался из-за спины Робина женский голос.

Прежде чем тот успел что-нибудь сделать, палец сообщницы аккуратно коснулся его уха. В тот же момент он свалился на пол и потерял сознание.

Когда он открыл глаза, перед ним предстал знакомый потолок. Трещинка в правом углу комнаты, ещё одна над окном. Кровать была сырой от впитавшейся в неё дождевой воды. Одежда была подозрительно сухая. Он оказался дома.

В первые минуты после пробуждения сон, который ты только что видел кажется наиболее реальным. С Робином же случилось совершенно противоположное. Всеми силами, которые у него были, он пытался убедить себя, что то что он так отчётливо помнил – всего лишь сон. Ему не хотелось даже думать, что кто-то может так просто пробраться в его, пусть и не самую безопасную, квартиру, похитить его, а потом, видимо, ещё и вернуть обратно. И что они могли с ним сделать, пока он спал.

Робин сел на кровать. В сидячем положении ему думалось лучше, но мысли всё равно не лезли в голову. Место их занимал какой-то непонятный зуд. Ему чего-то невероятно сильно хотелось, но он толком не мог понять что. Поднявшись с кровати, он позволил ногам отвести себя куда надо.

Ноги принесли его на кухню. Почти машинально молодой человек взял в руки нож. Не понимая сам, что делает, он провёл им от ногтя указательного пальца до ладони. Под ножом появилась тонкая струйка крови. Робин отнял нож от пальца, чтобы посмотреть на результат своих бесконтрольных действий. Он содрогнулся. Не от боли или крови, а того, как спокойно он порезал себя. Ему страшно захотелось, чтобы эта рана поскорее зажила. Вдруг ранка на пальце начала затягиваться, а кровь, даже та, что была на ноже вернулась в капилляры, как будто ничего и не было.

– Какого чёрта происходит?

После того, как Робин упал без сознания, блондин в костюме и его сообщница остались наедине. Это была смуглая невысокая девушка с длинными чёрными волосами, собранными в конский хвост. Иронично, чёрная футболка сливалась с фоном лучше, чем камуфляжные штаны.

– Теперь точно не проснётся? – спросил мужчина с интересом разглядывая Робина.

– Не должен, – ответила девушка. – А если проснётся – усыплю снова. Чем беспокоится о таких пустяках, давай лучше поскорее закончим с этим.

– Как скажешь? – беззаботно ляпнул в ответ блондин.

Он протянул руку, которую до этого держал в кармане пиджака, и аккуратно высыпал девушке в ладонь какие-то кристаллы, сияющие в темноте неземным жёлто-фиолетовым цветом.

– Куда их ставить-то? – крикнула девушка в камуфляжных штанах, склонившись над блондинкой в рубашке, лежавшей около самой сцены.

– На любой открытый участок кожи – ответил блондин, – предпочтительней, конечно, чтобы было незаметно, но я надеюсь ты не хочешь этих бедолаг раздевать?

– По-ня-ла, – проигнорировала шутку своего коллеги девушка.

Она подставила кристалл под подбородок лежащей на полу девушке и слегка надавила. Кристалл быстро впитался в кожу, как крем. Через пару минут, проделав тоже самое с остальными спящими, коллеги закончили.

– Это последний, – поднялась на ноги девушка. – Я тебе здесь ведь больше не нужна?

– Ну, мне осталось только отправить их по домам, так что да, и правда не нужна. Но мне будет без тебя очень скучно.

– Так позвони своей ненаглядной, – холодно парировала сообщница.

– Так, а что насчёт него? – блондин показал большим пальцем за спину, где валялся Робин.

– Ты до сих пор беспокоишься?

– Он видел наши лица.

– Ничего, на нас это никак отразиться не должно. А если он будет мешать, ничего страшного. У нас есть ещё десять. А теперь прекрати тянуть и отправь меня домой, я хочу вздремнуть.

– Ага, так я тебе и поверил.

Блондин махнул рукой, девушка в чёрной футболке исчезла и он остался наедине с одиннадцатью бессознательными телами.

Вдруг из кармана брюк зазвонил телефон.

– Я же вроде его на вибрацию ставил.

Как только он снял трубку, из динамика донёсся раздражённый женский голос.

– Ай-ай-ай! Не кричи пожалуйста! – Он держал телефон на приличном расстоянии, чтобы не оглохнуть. – Да. Извини. Мы только закончили. Да, я скоро вернусь, осталось только отправить их обратно по домам. Кстати, – вдруг вспомнил мужчина, – не помнишь я говорил тебе, сколько их должно быть?

Голос в телефоне снова начал ругаться, в этот раз громче.

– Нет, я не издеваюсь. – глубоко вздохнул блондин – Ладно хорошо, хочешь пойдём куда-нибудь? – голос в трубке почти мурлыкал – Конечно я знал. Так сколько? Десять? Я так и думал. Тогда почему их здесь одиннадцать?

Николас Робесс и Фиолетовые рыцари

На следующий день Робин сидел в приёмной ближайшей больницы. Не потому что вдруг заболел, хотя было очень похоже. Вчера он получил способность исцелять. И не только себя. Как только он это понял, пришёл в больницу почти не задумываясь, как будто только этого и ждал. Но теперь он колебался.

Без сомнения, эту способность он получил от тех людей. Но зачем? Почему ему? Эти вопросы не давали ему покоя. Допустим, похитители не могли дать эту способность самим себе или кому-то из своих союзников, но тогда зачем было отпускать его? Если способность им нужна, логичней и проще было бы запереть его где-нибудь и заставить использовать способность для них, чем отпускать его. Возможность, что она им не нужна даже не рассматривалась Робином. Слишком уж много усилий для благотворительности. К тому же столь странной.

Но вопросы по поводу мотивации похитителей он решил оставить на потом. Куда важнее подумать, как они отреагируют, если Робин начнёт распоряжаться «своим» даром как ему вздумается. Робин мог только предполагать, на что могут быть способны люди, которые могут запросто похитить человека из его кровати и остаться незамеченными. И он совершенно не хотел представлять, что они могут с ним сделать, если он будет поступать не так как им нравится.

Размышлял он долго. За это время мимо него успело пройти множество людей. Наверное, половина из них или даже больше нуждалась в лечении. Стоило Робину протянуть руку, он мог бы срастить сломанные конечности, исправить самые страшные дефекты тела и даже, возможно, вылечить самые тяжёлые болезни. Но обе его руки была крепко прижаты к телу. И ничто до этого не приносило ему стольких страданий.

– Вам нехорошо? Мне позвать врача?

К Робину подошла медсестра. Видимо, выглядел он совсем плохо.

– Нет. Я в порядке, – ответил Робин, натягивая улыбку.

– Вы пришли проведать кого-то?

– А… Да, что-то вроде того.

– Подходите к стойке регистрации, как будете готовы, – мягко пригласила она.

Медсестра ушла, оставив Робина вновь наедине со своими мыслями. Чтобы отвлечься он достал телефон. Монотонные движения и пёстрые цвета успокаивали, но совсем немного. Если он хотел избавиться от гнетущего чувства вины, ему нужно было сделать что-то. Что-то существенное.

После нескольких минут бездумного листания, он наткнулся на одну статью.

– Вот оно. Но сам я с этим…

Сам он с этим не справится. Благо он знал, к кому обратится.

На третий день после ночного инцидента, Робин шагал вверх по крутом холму. Он шёл справа от дороги, пустой как будто сейчас было четыре утра. На холме, возвышающемся над городом, который, наоборот, находился в низине, жил Роберт Робесс, один из богатейших людей планеты. Это вызывало беспричинную гордость у некоторых жителей по всем остальным признакам непримечательного небольшого города. Дошло до того, что одно время на гору ходил туристический маршрут, и за забором особняка ежедневно можно было найти десятки человек, желающих краем глаза взглянуть на красивую жизнь элиты общества или может даже на самого Роберта. Но, поскольку, особняк выглядел богато, но непримечательно, а самого богача дома было не застать, поток туристов постепенно иссяк. Кроме баснословно богатого бизнесмена на вершине холма никто не жил, поэтому дорогами пользовались только немногочисленная прислуга, работавшая в особняке.

Изредка на холм приходили люди, занимающиеся спортивной ходьбой или велосипедисты, решившие испытать себя в подъёме на крутой склон. Он действительно был довольно крутым и считался достаточно сложным для долгого подъёма. Робин, к его счастью, проработавший одно время пешим курьером, где ему приходилось много и часто бегать, не испытывал затруднений при подъёме.

Робин естественно шёл в особняк к известному миллиардеру не поглазеть на богатую жизнь или застать дома его хозяина. Он хотел нанести визит своему давнему другу – Николасу Робессу.

Николас, или коротко Ник, был единственным сыном Роберта Робесса. Немногие знали о его существовании, а те немногие, кто знали имели веские причины желать, чтобы это информация оставалась сокрытой. Робин был одним из тех, кто знал. Робин часто преодолевал гигантские расстояния от своего дома до особняка, чтобы увидеть друга, которого не выпускали за забор. Но это стоило того. Каждый день мальчишки играли с утра до вечера пока не падали от усталости.

Но это было тогда. Сейчас, они не общались уже десять лет. И виноват в этом был Робин. В любой другой ситуации он не посмел бы появится на пороге его дома, но в этот раз, для того чтобы свершить задуманное, ему нужна была помощь. И Ник единственный, кто мог ему помочь.

Наконец поднявшись наверх, Робин стоял перед изящным забором особняка. По ту сторону решётки зелёным ковром стелился ухоженный газон. От ворот к дому вела выложенная каким-то дорогим камнем дорожка, по периметру которой тянулись клумбы с уже распустившимися цветами. В определённый момент дорожка разветвлялась на три. Первая шла непосредственно к особняку. Вторая уходила вправо, в тень от раскидистые ветви трёх высоких дубов. Там располагалась просторная беседка. По задумке архитектора она должна была использоваться для чтений на природе или чаепитий, но, в итоге, не использовалась вообще. Третья дорожка обходила дом слева и уходила за него. Вела она к открытому бассейну и уличному тренажёрному комплексу. Сам особняк был огромен. В нём было всего два этажа, но если его правое и левое крылья положить друг на друга, то получится просторная шестиэтажка. Приятного на глаз голубого цвета с белой отделкой, он смотрелся хорошо и на фоне листвы летом, и заснеженных гор зимой.

Подходя ближе Робин насторожился. Он не мог заметить привычных признаков присутствия охраны. Даже будучи ребёнком ему приходилось часто с ними встречаться, пока они к нему не привыкли. Особняк Робесса всегда очень усердно охранялся, и то, что его появление осталось незамеченным выглядело подозрительно. Робин осторожно позвонил в выделяющийся на фоне роскошного и утончённого богатства особняка звонок. Пару минут из динамика доносилась размеренная мелодия, которую сменил усталый голос:

– Да.

– Здравствуйте! – выпалил он сразу же, как только услышал голос из динамика. – Это Робин, помните меня? Я… мы с… Я пришёл к Николасу, мне нужно с ним поговорить.

Ответа не последовало. Робин испугался, что на этом его визит и закончится. Может его не узнали или, что хуже, узнали и поэтому двери перед ним никогда не откроются. Тем не менее, он ждал. Через пару минут в подвешенном состоянии, металлические двери медленно открылись, приглашая Робина внутрь. Он уже успел потерять надежду на то, что его пустят, к тому же так легко. Но раз ему дают шанс, отказываться он не будет. Отбросив ненужные мысли, Робин направился по каменной дорожке к особняку.

Двери Робину открыл дворецкий. Мужчина за пятьдесят с усталым взглядом и доброй улыбкой. Большинство его волос давно уже были седые, но кое-где оставались одинокие чёрные волоски. Поверх белой рубашки был кирпично-красный жилет. Точно также он был одет, когда Робин видел его в последний раз.

– Здравствуйте! – не задумываясь сказал Робин, как только увидел, что кто-то встречает его у двери.

– Здравствуйте, Робин. Давно не виделись, – ответил ему дворецкий.

Робин облегчённо выдохнул, увидев знакомое лицо. Его собственное растянулось в улыбке.

– Лукас! – воскликнул он. – Действительно давно. Ты постарел. Время тебя, смотрю, совсем не жалует.

Обычно Робин не позволил бы себе так фамильярно обращаться со старшим, но Лукаса он знал давно. Он руководил всем здесь ещё когда Робин был совсем ребёнком, тогда же у них и сложились такие неформальные отношения. Хотя Лукас всё же продолжал разговаривать формально.

– Действительно, – усмехнулся дворецкий. – А вы сильно подросли за это время. Действительно хорошо быть молодым. Раньше вы были едва выше моей ноги.

Они потратили какое-то время, чтобы вспомнить то далёкое время, когда всё было хорошо.

Изнутри дом был похож на его наружное обличие. По крайней мере прихожая. Голубые стены с белым оформлением здесь были намного холоднее, чем снаружи, от чего создавалось впечатление больничной стерильности. Прихожая была скорее похожа на большой зал. Повсюду стояли золочённые столики из мрамора, на которых стояли дорогие вазы и разные другие украшения для дома. Почти от самого входа, дугой шли лестницы на второй этаж, который балконом нависал над проходом вглубь дома.

Если пройти через просторный коридор налево, можно оказаться в библиотеке. В отличие от грустной прихожей дома, была намного более приветлива. Она была отделана деревом, сливаясь со стеллажами полными книг, в два яруса наполнявшими помещение. Внизу, в основной читальной зоне, всё было застелено коврами, повсюду стояли резные деревянные кресла и читальные столики, на которых в дополнение была нанесена шахматная доска. Если пройти в дверку, спрятанную между стеллажами, можно попасть в игровую комнату. Приглушённый красный свет на одной половине и синий на другой помогали погружаться в противостояние, визуально разделяя противников. Помимо обычного биллиарда и дартса здесь в ряд выстроились разного рода аркадные автоматы. Робин и Ник проводили здесь огромное количество времени, бросая друг другу вызов, несмотря на то, что у Николаса было огромное количество других игр.

Если из прихожей пойти направо, попадаешь в обеденный зал, пусть и не сразу. Огромный мраморный стол на позолоченных ножках мог вместить до пятидесяти человек. Окно во всю стену открывало красивый вид на лес. В этом зале Ник и Робин будучи детьми обедали после долгих игр. С кухни на втором этаже приносили блюда, достойные подавать в лучших ресторанах мира. До того, как познакомился с Ником, Робин никогда не ел ничего подобного. Когда он тем же вечером рассказал об этом родителям, они изрядно забеспокоились, но после долгих и очень возбуждённых размышлений согласились, что миллиардер вряд ли пожалеет еды для ребёнка. Так Робин ел как в ресторане каждый раз, когда приходил к Нику поиграть.

– Как думаешь, Ник всё ещё злится на меня – неловко спросил Робин.

– Перед тем, как впустить вас, я спросил у него разрешения, – отвечал Лукас, – если бы он не хотел вас видеть, вы бы так и остались за забором. Может это ничего и не значит, но у вас по крайней мере есть шанс.

Робин немного приободрился.

– Ты всё-таки пришёл, – раздался голос со второго этажа.

На втором этаже, опираясь на перила, стоял Николас Робесс, единственный сын Роберта Робесса. Его лицо во всех чертах было какое-то острое, уголки его глаз и губ сужались так сильно, что казалось превращались в иголки. Его чёрные волосы росли без какого-либо порядка и лежали как им вздумается. Чёлка была зачёсана набок, иначе она закрывала бы ему глаза. Было видно, что ему часто приходится её поправлять. Он был бледен. Бледен настолько, что не зная его можно было подумать, что он не здоров. На фоне своих волос, он выглядел особенно бледно, от чего походил на призрака.

От озорной улыбки, которую помнил Робин, не осталось и следа. Вместо неё на его лице была холодное и строгое выражение, невероятно похожее на выражение его отца. Только в отличие от него, который скорее был похож на робота, неспособного выражать какие-либо эмоции, в глазах Николаса можно было разглядеть едва различимую злость. Или презрение. Робин не мог понять.

Надежды Робина испарились, как роса на солнце.

– Здравствуй, Ник – осторожно ответил Робин.

– Иди за мной, – приказал он.

Николас развернулся и направился по коридору в глубь дома. Робин, повинуясь, взбежал по лестнице и отправился за ним.

Робин думал, что они отправятся в комнату Ника, огромное помещение с высоким потолком. Там помещалось пианино, на котором он уже в восемь умел играть виртуозно, стеллажи с книгами и его королевская кровать, на которой в то время он мог поместиться тринадцать раз. Помимо всего этого, у него была собственная просторная ванная комната и даже его личная кухня. В холодильнике всегда были прохладительные напитки на любой вкус, как в мини баре отеля.

Вместо этого Ник, почти сразу войдя в коридор, свернул направо, к одной из дверей гостевых комнат, в которых Робину приходилось останавливаться, когда он оставался здесь на ночь.

В отличие от белоснежной комнаты Николаса, в которой казалось пятна пропадали через секунды после их появления, эта комната была, мягко говоря, не прибрана. Кровать не заправлена, одеяло скомкано в углу, подушка была похожа на комок пластилина. На всех нерабочих поверхностях лежал приличный слой пыли, на стоящем рядом со шкафом стуле валялись, тоже собирая пыль, какие-то, похожие на парадные, одежды.

Ник упал в стоящее по центру комнаты кресло. Здесь, когда они остались вдвоём, что-то в его лице изменилось. На первый взгляд его выражение было столь же холодно как и прежде, в этот раз Робину показалось, что сквозь лёд пробивалась едва заметная улыбка. Ник жестом показал Робину начинать говорить.

Но юноша не мог ничего из себя выдавить. Он думал, что подготовился к их разговору, учёл все варианты, даже отрепетировал свои реплики. Но теперь, когда пришло время говорить, он не мог даже слово произнести. Чувство вины сдавило связки, перекрыло ему горло. Казалось что чтобы просто дышать ему нужно было больше сил, чем у него есть.

Но Робин не мог позволить себе сдаться сейчас. Ему нужна была помощь Николаса. От этого могут зависеть жизни людей, а значит, ему во что бы то ни стало придётся пересилить себя.

– Здравствуй, Ник, – по его шее потекла капелька пота. – Давно не виделись.

– Десять лет. Примерно так? – ответил вопросом Николас.

По его виду – по его скрещенным рукам и тому, как он стучит указательным пальцем по руке можно было понять, что он раздражён. Как будто Робин отнимает его драгоценное время своим присутствием. По крайней мере Робин не мог предположить другой причины.

Он глубоко вздохнул, собираясь с силами, напустил на лицо уверенное выражение и проговорил чётко:

– Ник, мне нужна твоя помощь.

– Разве не стоило начать с извинений? – спросил Ник. – Или прошло столько времени, что ты позабыл, на чём мы разошлись?

Робин и правда не помнил. Всё, что осталось от его размытых детских воспоминаний – когда они виделись в последний раз то сильно повздорили. Вроде, дошло даже до драки. С тех пор, Робин жил с пониманием, что сделал что-то настолько плохое, что не посмел бы назваться другом Ника, но как бы сильно не старался, не мог вспомнить что.

– Да, конечно. Прости меня. И ты совершенно прав. Я действительно не помню, что сделал. Но я всё равно сожалею.

Ник резко вскочил со стула. Он приблизился вплотную к Робину. Выглядел он намного злее, чем раньше.

– То есть для тебя страдания других ничего не значат? Пока я вынужден был хранит в памяти каждую секунду этого момента, ты забыл, как будто для тебя это был обычный вторник? И ты ещё смеешь просить меня о помощи? Наглости тебе не занимать.

Примерно этого Робин и ожидал. Ожидать помощи больше не имело смысла. К счастью, у него был запасной план.

– Тогда, как насчёт сделки? – спросил Робин.

– Прошу прощения? Сделки? Сделка предполагает, что тебе есть, что предложить. Скажи мне, что такого ты можешь предложить мне в обмен на мою помощь?

– Я расскажу всё, что знаю о способностях, которые у тебя появились три дня назад.

Робин не был уверен, что его план Б сработает. Для начала, не было подтверждения, что у Ника тоже есть похожая способность. Возможно, пусть и маловероятно, что её получил только Робин, или может только несколько из присутствующих в том зале людей, но не Ник. Тогда его предложение просто бессмысленно. С другой стороны, что он вообще мог предложить? Он и сам почти ничего не знал. Со стороны Ника было бы правильно отказать ему в помощи, особенно учитывая характер его просьбы. Робину оставалось надеяться на великодушие Ника, которого ожидать не стоило.

Ник наклонился вперёд и начал пристально вглядываться в Робина. В его глазах отразились удивление и неподдельных интерес.

– Значит ты действительно не случайно появился именно сейчас.

Николас одобрительно закивал самому себе, хваля себя за правильную догадку.

– Значит, ты хочешь, чтобы я помог тебе, прежде чем ты расскажешь мне всё, что знаешь?

Вот он. Единственный шанс Робина. Если Робин умолчит, то Ник не будет знать ценности той информации, а значит у него не будет причин отказывать Робину в помощи.

– Нет, – ответил ему Робин. – Я расскажу тебе всё, что знаю, а ты решишь, хочешь ли ты мне помочь или нет.

Но Робин не мог так поступить.

Николас откинулся на спинку стула. Он долго молча всматривался в Робина.

– Я ведь могу отказаться помогать тебе после того, как ты мне всё расскажешь. И у тебя нет способа меня заставить.

– Знаю.

Николас снова принялся разглядывать Робина, как будто он какой-то новый вид животного, а после тяжело вздохнул:

– Ладно, – сдался он, – я выслушаю тебя. Но помогать тебе или нет я решу только после того, как ты мне всё расскажешь.

Робин согласно кивнул.

– Ладно, давай послушаем, что тебе есть сказать.

Вдруг раздался звук похожий на взрыв. В глазах Робина Николас он увидел те же шок и недоумение, которые испытывал сам. Молодые люди, не обменявшись и словом, выбежали из комнаты.

Когда они добежали до лестницы, их взору открылась разруха в парадной. Входная дверь лежала на полу, как будто её выбили тараном. Вокруг неё валялись огромные куски бетона – остатки окружавшей её стены. В воздух поднялась бледно-серая пыль.

В эпицентре разрухи стоял мужчина. Его растрёпанный и где-то даже порванный костюм был покрыт бетонной пылью. На лице проступала какая-то нездорово широкая улыбка. Но самое главное, что выделялось больше всего. В правой руке он держал странного вида копьё. Фиолетовое, но в тоже время прозрачное, по своей толщине больше похожее на колонну. В левой руке у него такой же фиолетовый щит, только намного выше чем сам мужчина, а в ширину за ним могли комфортно поместится три человека.

Не трудно было сразу же догадаться, они – результат способности мужчины. Такой же, как у Робина.

Робин попытался вспомнить, не видел ли он вторженца в разрушенном театре. Но, когда он пытался обратится к своим воспоминаниям, они казались расплывчатыми и далёкими. Он даже удивился, как запомнил, что видел Ника в том зале.

– Дааааааааа!! – прокричал мужчина, так что его было слышно на весь особняк. – Вот это я понимаю!

Мужчина стал лихорадочно оглядываться, как будто ища, чего бы ещё разломать. Тогда он заметил Лукаса, лежащего под одним особенно большим обломков. Видимо, он так и стоял у дверей и попался под удар, когда вторженец пробивал дверь.

Его лицо в момент прояснилось от радостного наваждения. Он убрал свои орудия, откинул кусок бетона, под которым лежал дворецкий, поднял и аккуратно уложил его к стенке. «Извини, не хотел, чтобы тебя задело», – сказал он, так что мальчики едва услышали. После, его взгляд наконец поднялся на стоящих наверху лестницы парней.

– Эй! Кто из вас двоих сынок Робесса? Или вы оба? – обратился вторженец с угрозой, – Ведите сюда своего отца!

Николас выпрямился и выступил вперёд.

– Меня зовут Николас Робесс. К сожалению мой отец занят и не может вас принять. У него много работы. Можете записаться на приём. Ближайшее свободное время через два года.

– Работает? Да что вы, богачи, вообще понимаете в работе? – он пропустил мимо вторую половину речи Николаса, – Вы же либо притворяетесь, что работаете, либо сидите на бесконечных совещаниях. Скажи мне, знаешь ли ты, что такое настоящая работа?

– Понятия не имею, – признался он. – Мне ни разу в жизни не приходилось работать.

Вторженец вскипел. Орудия вернулись ему в руки. Он перехватил «копьё» и швырнул в них.

Они успели пригнутся и спрятаться за перилами. «Колонна» просвистела у них над головами и пробила огромную дыру в потолке. Там и застряла.

– Это ещё кто?! – спросил с некоторым беспокойством Робин.

– Вероятно, один из недоброжелателей отца, – спокойно ответил Ник. – Рано или поздно стоило ожидать, что кто-то из них объявится.

– Что будем делать? Бежать? – спросил Робин обеспокоенно.

– Пришёл он за мной, вернее за отцом. Я побегу в библиотеку, это даст тебе время выбежать через дверь.

– Подожди, позволь мне помочь, я ведь тоже…

– Позволь? – Почти раздражённо, но всё ещё довольно сдержанно спросил Ник, – десять лет я про тебя не слышал, а теперь ты заявляешься на следующий день после того, как во мне пробудилась неизвестная мне сила, а сразу после того, как пришёл ты, ко мне в дом выламывает дверь этот безбашенный. Надо быть последним идиотом, чтобы подумать, что я доверю тебе… – Николас замялся на секунду, – Что я доверю тебе свою жизнь. Убирайся отсюда! А то будешь под ногами мешаться.

Робин замешкался. Он не хотел уходить. Даже если Ник другом его давно не считал, Робин не хотел, чтобы он пострадал. А он наверняка пострадает.

Хуже этого было только то, что Ник вероятно был прав. Робин и правда скорее всего мешался бы под ногами. Он не мог позволить Нику пострадать из-за себя.

– Ладно, – обречённо вздохнул Робин, – только не умирай, пожалуйста.

– Не волнуйся. У меня есть план.

Николас встал из-за перил и направил свой взгляд на вторженца.

– Закончили наконец? – крикнул мужчина, так что Николас даже поморщился от громкости.

– Да. Спасибо. Можем продолжать.

В ответ мужчина улыбнулся от уха до уха. В его руке снова появилось копьё, которое он швырнул в Ника. Тот уклонился вправо и вбежал в библиотеку через дверь на втором этаже. Позади послышался звук крошащихся бетонных стен.

В библиотеке один он был недолго. Через стену сразу же прорвался огромный фиолетовый щит.

– Испугался, богач? – окликнул вторженец убегающего Ника.

– С чего бы? – ответил вопросом на вопрос Николас. – Разве мне сейчас что-то угрожает?

Вместо того, чтобы ещё раз бросить копьё, вторженец бросился на Ника и сделал замах сверху.

«Колонна» была достаточно длинная, чтобы достать Ника, и, если бы он не уклонился, раздавил бы его на месте. Вместо этого она разметала в щепки дорогую древесину.

Николас спрыгнул на длинный стол, но копьё и щит безустанно преследовали его. Удар, в этот раз наотмашь, разбил стол напополам и отправил остатки в полёт.

Ник попытался перепрыгнуть фиолетовый щит, пока его владелец замешкался, чтобы напасть на него сзади, но тот быстро успел сгруппироваться и закрылся щитом. Ник быстро отпрыгнул, чтобы не попасть под следующий удар.

Мужчина погнался за ним. Он провёл серию уколов копьём, но Ник аккуратно уклонялся от них. Копьё ударило в стену. Вторженец силой рванул его в сторону, в которую отскочил Ник, разрушил большую часть стены и отправил летать куски бетона и пыль.

Так продолжалось ещё некоторое время. Мужчина колол и бил своим копьём Ника, а тот в последний момент избегал ударов, которые в итоге попадали по комнате. Они разбивали и стекло и бетон с одинаковой лёгкостью. После пары минут их битвы, изысканная библиотека превратилась в свалку или стройку с летающими в воздухе пожелтевшими книжными листами. Окно и стена выходящие на сад были полностью выломаны. У Николаса теперь был путь к отступлению, и он в любой момент мог попытаться сбежать.

Но зачем?

Сейчас он был на вершине мира. С того самого момента как у него из ниоткуда появились невероятные силы, он был уверен, что способен на всё. Поэтому он позволял себе танцевать с ним по всему дому, испытывать своего противника. Ему не было смысла сбегать. Прямо сейчас, для него ничего не представляло угрозы. Когда он закончит испытывать себя, он быстро разберётся со своим противником.

«Ещё немного», – думал Ник, пока уворачивался от десятков, а то и сотен выпадов копьём. – «Он уже начинает расслабляться».

Вторженец и правда начал чувствовать себя более уверенно. По началу он опасался Ника, который каким-то образом уходил ото всех его выпадов, но по ходу боя решил, что Ник, при всей его вёрткости сделать ему ничего не может. От этого удары его становились более широкими и небрежными.

Николас отскочил в угол, к одной из немногих ещё не до конца разрушенных стен. Вторженец вонзил копьё в стену слева, а справа перекрыл щитом, отрезая Нику путь к побегу. После чего замахнулся, так что Ник не смог бы увернутся.

– Бежать некуда, – громко заявил он, и обрушил «колонну» на Ника.

Тот, вместо того чтобы быть расплющенным, поймал её. И даже не дрогнул.

– Какого?..

Вторженец пытался забрать обратно своё копьё, но Николас держал его мёртвой хваткой, – как бы вторженец не старался, копьё с места не сдвинулось.

Николас поднял за копьё вторженца над головой, после чего со всей силы ударил его о стену, которая была у него за спиной. Мужчина вскрикнул от боли. По его лицу струилась кровь. От такого удара должны были сломаться несколько рёбер, а может и других костей. Лицо его вместо злобы или задора теперь было болезненное, страдальческое выражение.

Не останавливаясь, Николас, так же держась за копьё, бросил своего противника осколкам на противоположной стороне зала, к одной из полностью разрушенных внешних стен. Тот жёстко упал в кучу бетона.

Николас медленно подошёл к лежащему на полу противнику. Фиолетовые оружия исчезли. Он был совершенно беззащитен. Николас молча поднял мужчину за воротник и занёс кулак, чтобы прикончить его. Вторженец, залитый кровью, смотрел Нику в глаза. Не со злостью и даже не со страхом, а с какой-то странной комбинацией печали и презрения.

Вдруг, юноша пошатнулся и рука его обмякла. Вторженец аккуратно приземлился на ноги. Он достал из заднего кармана брюк мятую пачку сигарет и закурил от пластиковой ядовито-зелёной зажигалки.

– Все вы богачи одинаковые, – вторженец выдохнул дым. – Всегда думаете, что вы лучше простых людей.

Николас не слушал. Его ноги дрожали, ему едва удавалось стоять. Все его силы уходили на то, чтобы не упасть.

Прямо по центру груди, там где должно быть сердце или очень близко, торчал фиолетовый полупрозрачный меч. Футболку пропитывала тёплая кровь. Под ногами образовалась кроваво-грязная лужа.

Позади него стоял человек в фиолетовых доспехах. Вернее так только казалось. На самом деле, это был всего лишь призрак, такой же прозрачный, как и меч, который он сжимал в руке. По молчаливому указанию своего господина, рыцарь вырвал меч из нанесённой им раны.

– Ты ведь совсем не понимаешь, каково это, жить как нормальные люди.

Он выдохнул новую порцию дыма, Николас упал на колено.

– Каждый день ты встаёшь так рано… Потом ты заталкиваешь себя в переполненный автобус или вагон метро. И едешь целый час, а то и больше. Всё, чтобы не опоздать на работу, которую ненавидишь, иначе тебе сделают выговор, а это означает лишение премии. А без неё просто не выжить! А потом восемь часов подряд заискиваться перед начальником, который либо некомпетентный идиот, скидывающий работу на своих подчинённых, либо самодур, который будет унижать тебя при каждом удобном случае. Тебе же придётся терпеть его, терпеть с улыбкой, иначе можно лишиться работы. И когда ты заканчиваешь свои восемь часов, если конечно тебя не заставят остаться дольше, снова забиваешься в переполненный автобус. И когда ты приходишь домой, сил хватает в лучшем случае, чтобы купить ужин в магазине, дешёвый и безвкусный. Эти восемь часов пять дней в неделю тянутся как бесконечная пытка, а единственные острову свободы – выходные, проносятся скоростным поездом.

– Знаешь ли ты какого это тратить большую часть своих дней ради того, кому наплевать на тебя?

Он бросил окурок на пол и затушил его ботинком.

– А ты беззаботно живёшь в огромном доме за счёт сотен и тысяч таких как я. Ешь лучшую еду, живёшь в лучшем доме и при этом ни секунды не работаешь. Думаешь, это справедливо?

Николас выглядел совсем плохо. Небольшая живость, которая ещё оставалась в его лице, исчезла из-за потери крови. Каждый вдох звучал как будто ему приходилось поднимать гирю одним вдохом. Каждый выдох – булькающим звуком попавшей в лёгкие крови.

Несмотря на всё это и дыру в груди, которая до сих пор кровоточила, он начал подниматься с колен.

– Знаешь что… – сказал Ник слабым голосом, – тратить по полдня на работе, есть еду супермаркета… – Он схватил мужчину кровавым руками за шиворот, подтягивая себя ближе к его лицу.

– Звучит невероятно здорово!

Хозяин фиолетового рыцаря никогда в жизни не слышал ничего более абсурдного. И не видел ничего более жуткого.

Молодой человек, весь в крови, держится за него, чтобы не упасть. Он уставился на него, не мигая. Его глаза были самые живые, из тех которые он когда-либо видел. Он никогда их не забудет…

– Давай меняться… – продолжал Ник. – Ты оставайся здесь, делай что хочешь, живи мою жизнь, а я пойду работать допоздна и есть дешёвую еду.

Мужчина испытывал жуткое отвращение, смотря в эти глаза.

– Отвали! – попытался оттолкнуть он Ника, но тот держался мёртвой хваткой. Со второго раза ему удалось оторвать его от себя. Тот, пошатываясь, с трудом остался на ногах.

– Пора с тобой заканчивать.

Вторженец призвал фиолетовый меч. В этот раз он держал его сам.

Вдруг он отвлёкся на звук падающих обломков стен. На горе из кусков разрушенных стен стоял Робин.

– Ты вернулся? Хочешь быть следующим? – оскалился на него вторженец.

Но Робин его не замечал, только протянул руку к Николасу.

– Ей, я с кем?..

Прежде чем он успел закончить, что-то твёрдое врезалась ему в лицо. Николас, теперь совершенно здоровый, как только смог нормально передвигаться, рванул к своему противнику и отправил его в полёт в ближайшую стену.

Николас едва мог прийти в себя после пережитого ужаса. Он ещё хорошо помнил холод своих обескровленных конечностей, то как его тело не слушалось его, то как жизнь медленно утекала из его тела. Пусть его теперь целое тело успокаивало его, нехорошие мысли лезли в голову.

Николас недооценил своего противника. И переоценил себя. Если бы Робин не был здесь, чтобы спасти его, он бы погиб. У него не было бы никаких шансов, если бы он не решил прийти именно сегодня. Обычно подобные мысли насторожили бы его, но сейчас Ник и подумать не мог, что Робин мог пожелать ему зла, не то чтобы сговориться с тем мужчиной.

Видимо, действительно, прошло уже очень много времени.

Он тупо пялился на Робина. Тот был уставший, тяжело дышал. По сравнению с Ником, казалось, что именно Робин только что вышел из битвы насмерть.

Единственное, что Ник додумался ему сказать было:

– Спасибо.

– Пожалуйста, – ответил Робин.

Ник направился к вторженцу, Робин спустился с обломков бетона и последовал за ним.

– Мёртв? – С опаской спросил Робин.

Ник приложил два пальца к его шее.

– Жив. Просто без сознания.

Ник вгляделся в лицо своего недавнего противника. Он был слаб и беззащитен. Ник отвёл локоть назад. Одного удара будет достаточно, чтобы покончить с ним. Но он не торопился его нанести. Прямо сейчас вторженец был никакой угрозы не представлял. А когда он проснётся, Ник надеялся уже быть очень далеко. Тогда зачем ему это делать?

Ник опустил руку. Он обернулся на Робина, чтобы спросить его мнения, но в его глазах он прочитал только удивление. Он так и не понял, что Ник хотел сделать.

Смотря на Робина, с губ Ника вдруг сорвался неожиданный вопрос:

– Зачем ты вернулся?

Ник сразу же пожалел об этом.

– Я решил… – отвечал Робин совершенно спокойно. – Решил, что лучше уж ты на меня рассердишься, чем с тобой что-нибудь случится. Не стоило?

– Иди ты.

Робин усмехнулся.

– Пойдём, – сказал Ник, направляясь к выходу, – не хочу здесь больше оставаться.

Робин пошёл за ним.

– Кстати, – Ник снова развернулся к Робину. – Тебе же вроде нужна была помощь?

Робин спохватился, как будто совсем забыл, зачем на самом деле пришёл. Он достал из кармана телефон. Пару раз чиркнув по экрану, он направил экран в сторону Ника.

На телефоне была открыта статья. Заголовок читался: «Тройное убийство у пруда: Убийца Полумесяц наносит неожиданный удар».

Эмилия Гинзель и Жадный океан

– Ты же говорил, что умеешь водить.

– Нет, я сказал, что мы можем взять машину.

Парни стояли внизу холма, на котором стоял дом Роберта Робесса. Добрались они до сюда чрезвычайно быстро, взяв одну из машин, стоявших в гараже. По виду она была одна из тех, цену которых довольно трудно представить обычному человеку, или тем более заработать на неё.

Сейчас эта машина стояла плотно уперевшись в дерево, и, похоже, даже немного дымилась.

– Ничего, что?.. – Робин указал на разбитую Ником машину.

Для него подобное небрежное отношение к чему-то настолько дорогому было невообразимо. Он даже боялся представить, что с Ником сделает отец, если узнает.

– Нет. От одной машине он не обеднеет, – Ник беспечно отряхнул с себя пыль. – Денег у него столько, что он может купить все машины этой марки, завод по производству этих машин, все заводы, которые производят сопутствующие материалы, и у него ещё останется на чай, – говорил Ник, не оборачиваясь.

В это было несложно поверить.

– Что ж, получается остальной путь пешком!

Сказав это, Ник направился в сторону города, Робин поспешил за ним.

Через некоторое время они вышли на центральную улицу города. В это время здесь было совсем немноголюдно. Согласно распорядку дня приличных людей, большинство торчали на работе или в школе или хотя бы прогуливали. Идеальное время для неспешной прогулки.

Ник разглядывал каждую попадающуюся ему витрину, вглядывался в каждую вывеску, попадающуюся на пути. От этого продвигались они довольно медленно, но Робин не возражал. Дело может и казалось срочным, но по большому счёту торопится было некуда.

Как будто вспомнив, что он здесь не один, Ник обратился к Робину:

– Так, а куда мы идём?

Робин тоже очнулся от задумчивости, которую на него нагнала прогулка, и вспомнил, что они не просто гуляют, а идут куда-то с определённой целью.

– В полицейский участок. Я поведу.

– Большое белое здание?

Робин удивился. По тому, как Ник бегал от одного магазина или кафе к другому и радовался каждой незначительной мелочи, попадавшейся ему на пути, он предположил, что Нику редко удается побывать в городе. И тем не менее он знал, как выглядит полицейский участок.

– Да, – ответил Робин.

– Я знаю где это.

Ник развернулся на девяносто, или около того, градусов и быстро зашагал в сторону участка.

Молодые люди стояли перед высоким зданием из белого камня. Или скорее выглядящим, как будто построено из белого камня. Необычно высокое для государственного, оно нависало над любым приходящим. Обычно полицейские участки вызываю уважение и страх своей принадлежностью к органам внутреннего правопорядка, но это здание вне зависимости от пользователя, вызывало бы те же чувства.

– Зачем мы здесь? – спросил Ник. – Ты ведь не надеешься, что тут просто так рассказывают каждому встречному о любом преступлении? Не говоря уже о таком странном.

В статье, которую Робин показал Нику, рассказывалось об убийстве троих человек. На следующий день, после того как Робин и Ник получили свои способности, в городском парке около пруда были найдены трое мужчин. Их тела были истерзаны, как будто над ними постарался дикий зверь. Большинство их ран были похожи на следы от острых зубов, в некоторых местах не хватало целых кусков плоти. Конечно, было трудно представить, что дикие животные могли напасть в центре города. Самая правдоподобная версия – их загрызли бездомные собаки. Но собаки обычно на людей не нападают, да и бродячих собак столько в городе нет не говоря уже о том, что раны на телах убитых были чересчур большими и глубокими для собачьей пасти. Несмотря на эти противоречия основная версия оставалась таковой. Никто не стал бы рассматривать другие, когда первая казалась единственной возможной.

Тогда почему автор статьи так упорно настаивал, что произошло убийство? И почему Робин был согласен с этим заключением?

У всех трёх жертв на теле был вырезан полумесяц. Этот знак оставлял после себя печально известный серийный убийца с тем же именем. Около двадцати лет назад он забрал жизни пяти или шести человек, а после исчез без следа. Автор статьи похоже всерьёз считал, что именно он причастен к этому преступлению, несмотря на то, что похожие отметины мог оставить кто угодно и не было никакой возможности узнать, кто именно.

Но Робин точно знал, кто стоит за этим. Он не сомневался, что это дела рук одного из десяти человек, которых он видел в той комнате. Такое происшествие почти в то же время, что и похищение Робина, и атака на Ника, не могло быть простым совпадением.

Насчёт того, что это был Полумесяц Робин не был уверен. Его больше интересовали необычные обстоятельства смерти жертв, чем известное имя, которому преступление было приписано. Конечно, если за убийством действительно стоит маньяк, тогда было ещё важнее поймать его как можно скорее.

– А ты уверен, что это точно убийство? – спросил Ник.

Похоже он тоже сомневался.

– Да, уверен, – ответил Робин, не отрывая взгляда от высоченного здания.

Тогда в больнице он решил, что должен остановить убийцу любой ценой. Правда сам он вряд ли смог бы справится с тем, кто может нанести такого рода повреждения. Для этого ему нужен был человек, который имеет более боевую способность. К счастью, единственный человек к которому он мог обратится оказался именно таким человеком.

– О чём это вы шепчетесь?

Оба парня подпрыгнули от неожиданности.

Позади них стояла довольно молодо выглядевшая девушка, но всё равно была заметно старше Ник и Робина. Её блондинистые волосы доходили всего лишь до плеч, но были достаточно объёмные. Она носила белую рубашку с кремовыми брюками с подтяжками, хотя они были совершенно точно были только для красоты.

– Если вы что-то замышляете – помните – чистосердечное признание облегчает наказание.

Её добрая с хитринкой улыбка подсказывала, что она шутит.

Стоило Робину обернуться, он сразу же понял – это была она. Эту девушку он видел той ночью.

Робин направил в глаза девушки немигающий взгляд.

– На самом деле мы пришли, чтобы встретиться с вами.

Робин застал девушку врасплох. Она точно не ожидала услышать чего-то подобного.

– Со мной? Интересно. Что же вам может быть нужно лично от меня? – спросила она.

Но Робин не ответил. Вместо этого он отвернулся от участка и куда-то пошёл. Остановился только, чтобы объясниться.

– Найдём более уединённое место, – сказал он.

Она перевела глаза на Ника, но увидела в них тоже недоумение. Он пожал плечами в ответ на её немой вопрос и последовал за Робином.

Несмотря на то, как странно всё выглядело с её стороны, девушка всё же решила пойти следом.

Робин привёл Ника и блондинку в незаметную аллею через пару домов от участка.

– У вас должна быть серьёзная причина, чтобы приводить кого-то в подобные места, – высказалась девушка.

Говорила она также игриво, как и раньше, но теперь она была более насторожена. Она старалась держаться на приличном расстоянии и не сводила с них глаз.

Робину была понятна такая настороженность.

– Давайте в первую очередь уточним. Вы работаете в полиции? – спросил Робин.

Он был почти на сто процентов уверен, что это было так, но всё равно решил спросить.

– Верно.

Робин выдохнул. Даже если у него почти не было сомнений, точно знать было приятно. Он тут же задумался, как ему спросить, если у неё похожие на их способности. Нужные слова всё никак не приходили в голову.

– Я думаю, нужна небольшая демонстрация, – наконец решил он, – Ник, не мог бы ты…

– Положись на меня, – тут же ответил Ник.

После того как он произнёс эти слова, он тут же, с размаху, ударил в ближайшую кирпичную стену. Со стеной ничего не случилось, только потрескалась пара кирпичиков, а вот по руке Ника текли пару струек крови.

Он протянул повреждённую руку к Робину, как бы чего-то ожидая.

Робин стоял в шоке. Он почти сразу понял, что от него хочет Ник, но никогда бы не подумал, что он может сделать что-то настолько радикальное.

Он наклонился к нему и прошептал, так, чтобы девушка их не услышала.

– Я не могу.

– Почему? – говорил всё также громко Ник.

– Я могу лечить только раз в день, – с трудом признался Робин.

– А ты почему сразу не сказал?

Пока они спорили, со стороны главной улицы послышался вздох облегчения.

– Эй, парни! – окликнула их девушка. – Вы это мне хотели показать?

Она указывал большим пальцем позади себя. Там появилось что-то похожее на зеркало. Поверхность была серебристая, но больше похожая на ртуть, чем на серебро. Рамка зеркала была толстой, примерно равна длине указательного пальца. Того же цвета, что и зеркальная поверхность. Она как будто была целиком выточена из камня, точнее из кристалла. В некоторых местах торчали ответвления, похожие на образующиеся в природе кристаллы.

Блондинка подобрала с асфальта пару камушков и бросила их в зеркало. Вместо того, чтобы отскочить от него, камешки погрузились в него, оставив на поверхности зеркала концентрические круги, как если бы упали в воду. Из-за спин послышался слабый звук падающих камней. Обернувшись, парни обнаружили такое же зеркало – камни выпали из него.

– Да, это именно то, что мы хотели показать, – подтвердил Робин, – по крайней мере что-то подобное.

Оба зеркала мгновенно схлопнулись и исчезли.

– Не думала, что есть кто-то ещё с похожим даром. Хотя, если подумать, этого стоило ожидать.

Она пожала плечами, как бы удивляясь самой себе.

– Так, вы получается занимаетесь тем, что ищете похожих на нас людей, или я не так поняла?

– Не совсем. Мы здесь по другой причине.

Робин вкратце пересказал историю его похищения и статью, которые рассказал Нику пока они ехали в машине.

– Знаешь, в это довольно трудно поверить, – высказалась по окончании Лиза.

– Сложнее, чем в сверхспособности? – парировал Ник.

– Не злись. Я ведь не сказала, что не верю. Это конечно всё объясняет, – она почесала затылок, всю эту информацию было тяжело переварить. – Вы уверены, что нам стоит отвлекаться на преступление, которое может быть со всем этим и не связано? Мне кажется, что гораздо важнее уделить внимание нашему похищению.

– Пока у нас кроме того, что видел Робин, никакой информации нет. А если мы найдём остальных похищенных, может сможем узнать больше, – попытался объяснить свою логику Ник. – Может кто-то из них что-то знает, или проснулся, как Робин, только раньше или позже.

– Окей, окей, уломал, – девушка взметнула вверх руки. – Пока займёмся этим делом.

Ник казалось хотел сказать что-то ещё. Ему хотелось продолжить, но ему не позволили. Обидевшись, он фыркнул и отвернулся.

– Тогда скажите, – вернулся к интересовавшей его теме Робин, – вы что-нибудь знаете об этом преступлении?

– Ты.

– А? – удивился Робин.

– Меня зовут Лиза. Можно на ты, обойдёмся без формальностей.

– Я Робин, – он выдержал паузу, как бы чего-то ожидая. – А это Ник.

Ник до сих пор дулся, поэтому даже не потрудился представиться.

– Очень приятно познакомиться! – Лиза специально обратилась особенно к Нику, но тот так и не повернулся к ней.

– Вы… Ты что-нибудь о нём знаешь? – спросил снова Робин.

– Не больше вашего. Я уже день как в отпуске, а приходила только за кое-какими вещами. Я, конечно, тоже заинтересовалась этим делом. Мои коллеги пытаются списать это дело на атаку диких зверей, но ваша версия мне нравится больше. Не в смысле, что она лучше, а что она звучит логичнее, как бы странно это не звучало.

– В статье, которую мы читали написано о тройном убийстве, – вставил Ник.

Лиза немного опешила, тяжко вздохнула, пробормотала что-то вроде: «Конечно написано». После чего сказала уже вслух:

– В общем, я сейчас пойду, подтяну свои связи и выясню, что смогу, а вы пока подождите меня где-нибудь.

– Тебе не нужна помощь? – поинтересовался Робин.

– Извини, но вы двое мне ничем не поможете. Более того, если я вдруг ни с того ни с сего приведу с собой двух подростков, у моих коллег могут появиться ненужные подозрения. Не волнуйся, я справлюсь. Дайте мне час, максимум два.

– Хорошо. Тогда мы пойдём в парк, – заявил Робин.

Лиза насторожилась.

– В тот парк?

– Он просто ближе всего отсюда, – оправдывался Робин.

– Не предпринимайте ничего без меня. Дождитесь пока я вернусь, и, если понадобится, мы сходим на место преступления вместе.

– Хорошо, хорошо. Договорились.

У Робина не было у шанса противостоять такому напору. В ответ Лиза лишь кивнула, и они разошлись в противоположные стороны. Уходя, Лиза ещё пару раз обернулась, чтобы убедиться, что парни идут туда, куда заявляли.

Молодые люди нашли одинокую скамейку под маленьким деревцем и решили подождать именно здесь. Сначала они дошли до места инцидента, описанного в статье. Территория была огорожена полицейской лентой и тщательно охранялась стражами правопорядка. Поняв, что ломится смысла не имеет, они решили дождаться Лизы.

Прошло двадцать минут, но они так и не заговорили друг с другом. Тоже самое было по пути с горы и во время их прогулки по городу. Как только тема разговора иссякала, наступала неловкая тишина. Десять лет не прошли бесследно. Они уже совершенно другие люди, и по большому счету совершенно незнакомы. И кажется ни один из них не решался попытаться воссоздать эти отношения заново.

В конце концов, Робину удалось найти новую тему для разговора.

– Послушай, Ник.

– Что такое?

– Я подумал, раз мы будем работать вместе, может мне стоит знать о твоей способности? Судя по тому, что я видел, это ведь не просто какая-то суперсила, я прав?

Робин ожидал сопротивления, но не похоже, что Ник собирался его оказывать.

– Как бы это объяснить? – задумался Ник. – знаешь какую самую большую скорость, которую может развить человек?

– Сорок километров в час? – ответил Робин неуверенно.

– Меньше. Тем не менее, чтобы достичь такой скорости нужно много тренироваться, плюс иметь некоторые таланты. Но что если предположить, что я всю свою жизнь тренировался. Или может я самый талантливый человек в мире. Или и то и другое сразу. Вероятность небольшая, но и полностью отрицать её нельзя. Тогда почему я не могу, в теории, побежать также быстро? Или например, когда ты смотришь фильм, ты ведь не удивляешься тому, что герои в нем бьют так сильно, что их противники улетают на другой конец комнаты, или если они выживают при падении с огромной высоты. Из-за того, что ты постоянно видишь подобное на экране, начинает казаться, что это норма. Поэтому не будет удивительно, если кто-то в реальности сможет сделать что-то подобное.

– То есть, ты можешь делать вещи, в которые легко поверить?

– Именно так. Поэтому, если я вдруг захочу допрыгнуть до луны допустим, я не смогу, потому что всем известно, что это невозможно.

– А что будет, если твой противник знает, что это невозможно? – спросил Робин.

– Честно сказать – не уверен, – пожал плечами Ник, – Быть может достаточно, чтобы хоть один человек сомневался, может моя способность станет бесполезной, не знаю, а может достаточно даже одного человека, чтобы она перестала работать.

Робин задумался. Но не о способности Ника. Его интересовало кое-что другое.

– Не думал, что ты мне расскажешь, – признался он.

– Почему нет? – спросил в ответ Ник.

– Я просто думал, из-за того случая…

– Давай не будем об этом, – перебил его Ник. – Я действительно злился на тебя из-за того, что тогда произошло, но после того как ты спас мне жизнь, у меня больше нет ни права ни желания злится на тебя.

Посмотрев в глаза Ника, Робин увидел искреннюю заботу. Он понял, что тот действительно простил его. Несмотря на это, простить он себя не смог, и вряд ли смог бы.

Ника этот неловкий разговор совершенно не устраивал, поэтому он поторопился сменить тему:

– По поводу той статьи. Тебе ничего не кажется странным?

– Что ты имеешь ввиду?

– Ну, история об убийце Полумесяце, ей сколько лет? Двадцать? Зачем сейчас о ней вспоминать? Не интереснее было бы читателям услышать, что посреди города троих человек искусало нечто с огромной пастью? Зачем зацикливаться на старой истории про маньяка?

Робин задумался.

– А я и не подумал об этом с такой точки зрения.

– Но это просто размышления. Нас сейчас не должна волновать озабоченность автора Полумесяцем. А то, что появился убийца, который может раздирать своих жертв на куски.

Тут вдруг перед парнями появилась девушка. Ростом не более полутора метров. Волосы были небрежно собраны в пучок. Носила она одежду самую простую и самую удобную, и похоже редко её меняла. Лицо у неё было невероятно уставшее, как будто она никогда в жизни не спала. Даже Робин, который видел похожее выражение в зеркале почти каждый день, про себя пожалел её. Шорох травы подсказывал, что она могла выбежать из ближайших кустов.

– Ха! Я всё слышала!

Она достала из кармана толстовки потрёпанный блокнот и ручку.

– Выкладывайте, что вы знаете про Полумесяца. И не смейте ничего отрицать. Я слышала, как вы его обсуждаете.

Ник, который сразу же напрягся при появлении незнакомки, грозно ответил:

– Ничего мы не знаем.

– Мы прочитали статью о недавнем случае, больше ничего не знаем, – робко вставил Робин.

– А ну неврите мне, поганцы, – отчитала их девушка. – Я чую, что вы что-то знаете.

Ник и девушка грозно перепирались, пока со спины не прозвучал чей-то рассерженный голос.

– Ты опять за своё?

Это была Лиза. И обращалась она к девушке.

– Если бы ты сама отвечала на мои вопросы, мне бы не приходилось донимать случайных людей, – ответила она так быстро, как будто продолжала давно начатый разговор. – И потом, с каких пор тебе позволено запрещать мне задавать вопросы случайным гражданам?

– Эти двое молодых людей проходят свидетелями по одному важному делу, поэтому им запрещено разглашать конфиденциальные сведения всяким… газетным пиявкам.

– Это кто ещё тут пиявка?! – закипела «пиявка». – Люди заслуживают знать правду! Из-за таких как ты, люди остаются в неведении!

– Извини, я сейчас немного занята. У меня нет на тебя времени. Хотя, если ты настаиваешь, я могу поступить как в прошлый раз.

Лиза достала из-за спины пару сияющих, почти светящихся на майском солнце, наручников.

При виде наручников, у девушки заметно поубавилось энтузиазма. Изрядно позлившись, девушка быстро удалилась, бормоча что-то себе под нос.

– А мы правда являемся свидетелями? – спросил Робин.

– Нет, конечно, – бросила Лиза. – Я ведь даже не на работе.

– Ну? – нетерпеливо поинтересовался Ник, после того как «пиявка» ушла.

Лиза подняла помахала тоненькой папочкой, которую всё это время держала в руке.

– Может сходим перекусим?

По сильному настоянию Ника, группа отправилась обедать в ближайший фастфуд. Стоило им войти, как он тут же пристроился на скамейку у столика рядом с окном. Робин, который беспокоился о своих финансах, взял маленький бургер и картошку. Зато перед Ником на большом подносе лежала гора свёртков разных размеров и формы, обёрнутые в цветастые бумажные обёртки. Замком позади подноса стояли самые большие стаканы с газировкой, всех видов, которые здесь подавали. Глаза у Ника сияли, но начинать первым он не решался. Лиза взяла только кофе.

– Итак, что вы можете нам рассказать, – спросил Робин, пока Ник набивал рот.

– Что я могу сказать, – удручённо начала рассказ Лиза, – есть хорошая новость и плохая.

– Начнём с плохой, – на секунду отвлёкся от завёрнутой в лаваш курицы Ник.

– К сожалению, хорошая и плохая новость – эта одна и та же новость.

Лиза раскрыла папку и достала две фотографии. Развернув их к парням, она продолжила:

– Взгляните на вот эту фотографию, – она постучала пальцем по фотографии, на которой вблизи был запечатлено плечо жертвы со шрамом в виде корявого полумесяца. – Это отличительный признак убийцы Полумесяца. Он вырезает на теле своей жертвы знак в виде полумесяца, так помечает свои преступления. Проблема в том, что все предыдущие разы разрез был сделан гораздо более точно, почти хирургически, а этот совсем небрежный.

– Значит всё-таки подражатель? – тут же предположил Ник.

– Наверное. – ответила Лиза, отпивая кофе. – С одной стороны, хорошо, что такой опасный человек не получил сверхспособности в довесок, а с другой, подражатели могут быть опаснее их кумиров. По крайней мере, они более… Пылкие, что ли. Но это только пол беды.

Она подвинула вторую фотографию. На ней был запечатлён один из укусов, оставленных на теле жертвы.

– Это точно не собака, – подтвердил Робин.

Судя по следам, оставленным зубами, пасть была слишком широкая, а сами раны чересчур глубоки для зубов любой собаки.

– Какой зверь может оставить следы такого размера? – спросил Ник, который держал фотографию одной рукой за верхний угол.

– Понятия не имею. Я в этом не разбираюсь, – пожала плечами Лиза, – Что я точно могу сказать – никого подходящего в парке в тот вечер быть не могло. Никаких сообщений о сбежавших из зоопарка животных, никаких экзотических животных поблизости, легальных или нет. Ничего подобного.

– Значит сомнений у нас не осталось? – уточнил Ник, – Это точно кто-то со способностью, похожей на нашу.

– Надо его остановить, – высказался до сих пор молчавший Робин.

Его слова тяжело упали на стол. Как будто в первый раз сидящие вокруг поняли, насколько серьёзной была ситуация на самом деле.

– Согласна, – Лиза отпила глоток кофе. – Не хотелось бы, чтобы по городу разгуливал маньяк. Каков план? Вы ведь не надеетесь наткнуться на него, прогуливаясь по городу?

– Я… Я пока не знаю, – ответил Робин, уставившись в стол.

– Отличный план. Мне нравится, – сострила Лиза.

– У тебя у самой есть идеи? – бросился на защиту Ник, который за время разговора опустошил все цветастые обёртки.

– Есть, – Лиза сделала глоток кофе. – Правда не скажу, что вероятность успеха высока.

– А конкретнее? – выпытывал Ник.

– Если нашему преступнику так нравится Полумесяц, то нам тоже стоит разузнать о нём побольше. Может так у нас появятся зацепки.

– Звучит логично, – кивнул Ник. – И где мы найдём эти знания?

– У той девушки, с которой вы столкнулись в парке. Моей старшей сестры, Эмилия. Сколько себя помню, она была помешана на Полумесяце.

Робин и Ник поперхнулись.

– Старшая?!

Им обоим было довольно трудно поверить, что Эмилия в свои полтора метра была старше чем Лиза, которая была, пусть и на каблуках, была немного выше их обоих.

– Кажется вы с ней не ладите? – спросил, оправившись, Робин.

– Она журналистка. Из настойчивых. Она разозлилась, что я отказалась раскрыть ей конфиденциальную информацию по одному делу, о котором она писала. Она кстати и написала ту статью, которую вы мне показывали.

Робин полез в телефон. Пролистав статью до конца, он увидел в графе автора имя – Эмилия Гинзель.

– Значит, та самая, знаменитая Эмилия Гинзель. Её статьи было интересно читать, пока она ещё вела свой блог.

Ник уже почти допил всю газировку, и теперь смешивал остатки в один стакан, создавая жуткую синевато-зелёную жидкость.

– Ого. Не ожидала встретить кого-то, кто знает про блог. Её ведь в то время никто почти не читал. Она хороша в расследованиях, но, боже мой, как же тяжело читать, что она пишет.

– Конечно, она часто прыгает от одной мысли к другой, не объясняет важные в контексте вещи или углубляется в не относящиеся к теме странные рассуждения, но к этому постепенно привыкаешь. Как только начинаешь понимать логику письма, читать становиться очень интересно.

– Ты наверное единственный, кто так думает, – сказала Лиза с некоторой грустью в голосе.

Она начала вставать из-за стола. Трапеза подошла к концу.

– Ладно, на сегодня хватит. Встретимся завтра в участке. Если хотим получить информацию, придётся найти чем расплатится.

Робин спохватился и полез за кошельком.

– Сколько с нас? – спросил он.

Лиза оплатила заказ за троих.

– Не волнуйся, я угощаю.

Но не успела она договорить, как Ник залез в задний карман, достал оттуда толстую стопку банкнот и шлёпнул её на стол.

– Ты что делаешь?! – удивился Робин.

Он быстро сгрёб деньги со стола, пока никто не заметил.

– Нельзя вот так просто светить такими большими деньгами!

– А? – На лице Ника читалось, – «Что я сделал не так?».

– А ты у нас богатенький получается. Может быть ты тот самый сын Робесса, о котором столько слухов ходит, – сказала в шутку Лиза.

Рот Николаса Робесса был забит чем-то очень калорийным и жирным, поэтому вместо нормального ответа он просто кивнул.

– Серьёзно что ли?

Лиза была шокирована. Впервые с их знакомства она потеряла инициативу. Она посмотрела на Робин, видимо ожидая, что он объяснит ей, что это такая шутка. Но Робин, без возможности ей помочь, просто удовлетворительно кивнул.

– Удивительно, – беспомощно выдохнула Лиза. – Хорошо, что я согнала Эмилию. Она бы в такую сенсацию зубами вцепилась.

Когда парни разошлись с Лизой, уже начало смеркаться. Солнце персикового цвета смотрело прямо в окна многоэтажек.

– Что будешь делать дальше? Пойдёшь домой? – спросил Робин, – На гору возвращаться довольно долго.

Ник шёл чуть впереди, наслаждаясь видами города, накрытого длинными фиолетовыми тенями.

– Я не хочу возвращаться, – ответил Ник, не оборачиваясь.

– А где тогда на ночь останешься? Надеюсь, ты не планируешь гулять всю ночь?

– У тебя же есть квартира?

– Ну… она не моя, конечно…

– Тогда я останусь у тебя.

– А… Подожди…

– Что, нельзя? Ты что, не один живёшь?

– Один, просто…

– Что?

– Я живу не богато, тебе наверно будет некомфортно.

– Главное, чтобы голову пригинать не пришлось. Не волнуйся, – отмахнулся Ник от беспокойств Робина.

После ещё одной долгой прогулки по городу, оба ввалились в квартиру, которую снимал Робин.

– У меня тут немного не прибрано. – сразу же начал оправдываться он.

– Ничего, нормально, – Ник плюхнулся на диван, в одежде, даже не положив простыню, – тут даже немного уютно. Сразу видно, что здесь кто-то живёт.

Ник лёг на спать кровати, не подумав даже спросить её хозяина. Робину пришлось постелить себе на полу. Он выбрал место на ковре, чтобы было хоть немного мягко. Оба долго не могли заснуть.

– Слушай, – обратился к Нику Робин, зная, что тот не спит, – чем ты планируешь дальше заняться?

– Дальше это когда?

– После того, как мы поймаем убийцу.

– Поймаем, да?

– Да. А что?

– Да так, ничего, – отмахнулся Ник. – Не слишком ли рано об этом говорить? Мы даже на шаг не приблизились к его поимке, а ты уже планируешь, что будешь делать дальше?

– Не знаю. Просто мне кажется, наверное впервые в жизни, что у нас точно всё получится.

– Это не значит, что ты можешь относиться к этому так легкомысленно.

Ник призадумался. Он размышлял, стоит ли ему делиться своими планами или нет. В конце концов, он знал Робина десять лет назад, а не сейчас. С этим Робином Ник был знаком всего каких-то несколько часов. Доверять кому-то свою жизнь это одно, а душу – совсем другое.

– Я собираюсь уехать из города, – всё-таки решился он. – Как можно дальше отсюда. Уехать и никогда не возвращаться.

– Вот как…

Немного помолчав, Робин продолжил:

– Меня здесь, в принципе, тоже ничего не держит.

Ник так удивился, что поднялся на локоть и уставился вниз на Робина.

– С работы меня недавно уволили, родственников у меня нет, друзей тоже. Так что, начать новую жизнь на новом месте звучит не так уж плохо.

– Зачем тебе делать что-то подобное для меня?

– Освоиться на новом месте в одиночку будет тяжело. Вдвоём наверняка будет проще.

Ник вернулся на подушку. Под этим углом Робин не видел его лица.

– Значит поедем вместе, – сказал Ник.

– Как только закончим с этим делом.

После этого разговора оба ещё долго не могли заснуть. Их ещё долго занимали мысли о предстоявшем расследовании и о том, что будет после.

Ник проснулся с болью по всему телу. Даже в гостевых комнатах дома его отца кровати были намного лучше чем потрёпанный временем диван на съёмной квартире. В результате Ник долго не мог заснуть и много ворочался, пока усталость окончательно не вырубила его. Тем не менее, Ник был доволен проведённой ночью.

Ник попытался использовать свою способность, чтобы избавиться от мучавшего его недосыпа. Наверняка кто-то может чувствовать себя свежим и отдохнувшим после примерно четырёх часов сна. Он не был уверен, что у него получится. Сработает ли способность, если поблизости никого нет, если никто даже не знает, что происходит. Тем не менее, у него получилось – усталость исчезла, глаза перестали смыкаться сами по себе. Похоже, врать самому себе не так уж и сложно. Ник был невероятно собой доволен. Улыбка непроизвольно растянулась от уха до уха.

Из кухни слышался какой-то шорох. Робин уже проснулся и на спех готовил завтрак.

– Проснулся? Умывайся и садись есть. Я приготовил свой обычный завтрак. С поварами не сравнить, но до обеда должно хватить, – уведомил Ника заглянувший в комнату Робин.

Стоящая на столе простая яичница в любой другой ситуации оскорбила бы человека его статуса. Но Ник долгое время так не радовался завтраку.

Робин пристально наблюдал за ним с противоположной стороны стола. Похоже его интересовала реакция Ника на его готовку. Тот не стал тянуть и проглотил оба яйца один за другим.

Робин тяжело вздохнул:

– Ты хоть наелся?

– Понятия не имею, – отвечал с набитым ртом Ник.

– Запей хотя бы.

Робин подвинул ему чай. Ник залпом осушил кружку. Во рту его встретила невообразимая горечь. Терпкий и совсем не утончённый вкус чая из пакетика был для него намного вкуснее любого напитка, который он пил до этого. Кроме, возможно, вчерашней газировки. Робин тут же налил ему ещё.

– А где твой завтрак? – удивился Ник.

– Я уже поел, – просто ответил Робин. – Допивай и пойдём. Лиза нас уже ждёт.

Ник также осушил второй стакан, а после они сразу отправились на встречу с Лизой.

Им потребовалось некоторое время, чтобы добраться до участка, и теперь они, по не зависящим от них, по мнению Ника, причинам опаздывали. Лиза стояла прямо у входа в участок. Она выделялась на фоне потока людей тем, что единственная никуда не спешила. С самого утра она была также улыбчива, как и вчера.

– Извини, что опоздали! – выкрикнул Робин вместо приветствия. – Просто…

Лиза подняла ладонь, останавливая его. «Ничего страшного», – жестом говорила она.

– Слушайте. Стоило сказать раньше, но приводить просто так посторонних и тем более показывать им конфиденциальные документы. Я проведу вас внутрь, но если нас раскроют, у нас будет куча проблем. Я буду говорить, а вы молчите, и всё будет окей.

Парни кивнули в унисон.

– Молодцы.

Вместе они прошли в приёмную. Для приёмной полицейского участка она была неприлично большой, отчего больше походила на вокзал или станцию метро. Разнообразные информационные щиты и стенды усугубляли ситуацию. У этих стендов, на скамейках вдоль стен, в небольших кучках тут и там можно было найти человек десять или двадцать людей, явно здесь не работающих. В центре зала стояла круглая будка. Внутри неё сидел полноватый мужчина в форме, со скучающим видом разбирающий бумаги, невидимые никому, кроме него.

– Лиза! – повеселел он, стоило ему увидеть её. – Я тебя два дня подряд не видел! Ходит слух, что ты ушла в отпуск.

– Да ладно тебе, ты меня что не знаешь? Думаешь я могу просто сидеть без дела? Просто нужно было уладить кое-какие дела.

– И то правда, – согласился мужчина.

Заметив, что Лиза пришла не одна, он перевёл взгляд на Робина и Ника.

– А молодые люди?

Мужчина переклонился через стойку и вытянул шею, чтобы поближе их рассмотреть. Дерево под ним предательски заскрипело.

– Свидетели. Иду брать у них показания, – не меняя выражения лица, соврала Лиза.

Мужчина прищурился, посмотрел на парней, перевёл взгляд на Лизу и обратно.

– Ладно, – мужчина сел обратно.

Лиза подмигнула вдобавок к своей привычной озорной улыбке и повела Ника с Робином к правой стороне зала, через дверь, за которой скрывалась лестница.

Втроём они прошли на третий этаж. Неожиданно для парней, они попали в помещение больше похожее на обычный офис. Ряды столов, стоявших неприлично близко друг к другу, заваленных разными всякими важными и бесполезными бумагами, создавали запутанный лабиринт в иначе просторном открытом пространстве. Большинство людей даже не носило форму.

Лиза привела парней к одному из рабочих мест. Очевидно это было её место. Она открыла закрытый на замок верхний ящик стола и достала оттуда пластиковую карточку.

– Ладно, отсюда мы пойдём в архив. Одной искать будет тяжело даже мне. Если будем действовать осторожно, проблем возникнуть не должно.

– Понятно, – подтвердил за двоих Робин, пока Ник с интересом оглядывал помещение.

Вдруг Ник что-то почувствовал. Какое-то неприятное ощущение поползло по его спине. В отлаженный механизм работы офиса вклинилось что-то инородное, но он не мог понять что. Интуиция подсказывала, что приближается опасность. Ник обернулся. Среди снующих туда-сюда людей, он заметил краем глаза знакомую фигуру. Эмилия Гинзель вошла в комнату, и её как будто никто не заметил. На ней была та же толстовка, что и вчера. В этот раз на носу сидели солнцезащитные очки, как будто это помогло бы остаться не узнанной. Она ловко лавировала между людьми, пока не дошла до кнопки пожарной сигнализации на стене. Когда она положила руку на сигнализацию, у неё на лице появилась зловещая улыбка.

Ник, движимый непонятным ему страхом, среагировал быстро. Он схватил стол одной рукой и запрыгнул на стол Лизы.

– Запрыгивайте быстрее! – крикнул Ник.

Робин растерялся. Лиза была быстрее. Она схватила Робина и забралась с ним на стол. После чего Ник накрыл всех троих ещё одним столом.

Эмилия нажала на кнопку. Громко зазвенела сирена. Пока остальные люди суетились, пытались понять, что делать дальше, Ник не сводил глаз с Эмилии.

– Что происходит, Ник?! – спросила Лиза обеспокоенно.

Но Ник не отвечал. Он не мог позволить себе отвести взгляд, даже немного отвлечься. Он пока не понимал почему.

С потолка полилась вода. Противопожарная система дождём поливала офис. На столах вымокали бумаги, люди попавшие под дождь громко жаловались, либо в панике пытались покинуть помещение в надежде не промокнуть до нитки. В отличие от них, Ник, Робин и Лиза под столом оставались сухими. Вдруг, комнату пронзил ужасающий крик. Потом ещё и ещё. Поднялась паника. Люди пытались покинуть вымокшее помещение. Ник жадно крутил головой, пытаясь понять, отчего поднялась паника. Вскоре он нашёл причину.

Между капель воды сновали трудноразличимые силуэты. Они впивались зубами в паникующих людей, отрывали от них целые куски плоти. Кровь брызгала из свежих ран и смешивалась с водой. Робин хотел сорваться на помощь, но Лиза крепко держала его под столом. Один из силуэтов летел к ним. При ближнем рассмотрении, можно было разобрать созданный из воды силуэт рыбы. Или акулы.

Прежде чем та успела впиться в какого-либо из сидящих под столом, Ник ударил её ногой, из-за чего она разлетелась на отдельные капли. Ещё одна рыба, в этот раз похожая на пиранью, напала на Робина. Тот ударил рыбу, но она уцелела. Рыба извернулась, готовясь атаковать снова, но Лиза достала пистолет и выстрелила в неё, после чего она также разлетелись на капли.

Чудовищные рыбы не ограничивались людьми. Своими огромными зубами они дробили деревянные столы, разнося их в щепки и поднимая конфетти из вымокшей бумаги. Они скучковались вокруг лежащих в воде трупов, умерших от кровопотери или самих укусов. Их плоть исчезала в прозрачных животах созданных из воды рыб.

Посередине этого ада стояла Эмилия и как-то злорадно посмеивалась.

Дождь наконец прекратился. Весь пол был залит водой вперемешку с кровью. Повсюду валялись сломанная мебель и мокрая бумага. Рыбы пропали.

– Какого чёрта ты творишь?! – закричала на стоящую в противоположном конце комнаты Эмилию Лиза.

Лиза спрыгнула на пол и твёрдым шагом направилась к сестре.

Прежде чем она успела куда-то дойти, Ник дёрнул её за воротник. Выпрыгнувшая из воды акула сомкнула челюсти там, где секунду назад была голова Лизы.

Рыбы никуда не исчезли. А может и исчезли, но это не важно. Они могли снова появится из воды в любой момент.

Ник с ужасом посмотрел на залитый пол. Они оказались в пасти зверя, даже не понимая этого.

Он запрыгнул на стол, всё ещё держа Лизу, в надежде, что высота хоть как-то убережёт их от атак. Его надежды разрушила стая пираний, выпрыгнувшая из воды за его спиной.

Робин бросился стае наперерез, в попытке заслонить собой Ника. Тот быстро среагировал, оттянул Робина и сам подставился под удар. Острые зубы начали впиваться ему в тело, но он не дал им много времени. Он сбросил их с себя и рыбы разлетелись брызгами на столе. Разъярённый, Ник взял один из целых столов, положил его на тот, на котором стоял и все трое спрятались за ним.

– Какого чёрта ты творишь? – спросил Ник в гневе.

– Если я не могу справится с ними, я хотя бы…

– Ты понимаешь, если с тобой что-нибудь случится, нам конец? Благодаря тебе мы можем не боятся за свою жизнь. А если ты помрёшь, нам тоже долго не останется!

– Да, Ник прав, – вставила Лиза. – Мы справимся, а ты постарайся не попасться в зубы.

Водяные создания вгрызались в стол, за которым пряталась троица. Скоро они разломают её на части. Это подталкивало Ника к смене местоположения. Он заметил колонну ближе к стене.

– Бежим! – крикнул он.

Ник рванул к колонне. Робин и Лиза последовали за ним. Уворачиваясь от выпрыгивающих на них рыб, они добежали до колонны скрылись за ней. С боков на них вынырнули пару акул, но выпрыгивали они издалека и поэтому летели медленно, так что у Лизы и Ника не составило труда отбиться.

Вдруг наступило затишье. Они наконец могли передохнуть. Робин и Лиза тяжело дышали. Только Ник был относительно в хорошем состоянии. Его голова, однако, напряжённо думала. Что-то было не так. Во время битвы насмерть противники не дают друг другу время перевести дух. У этого затишья должна быть причина, и Ник чувствовал, что их жизни зависят от того, как быстро он её поймёт.

Шлёп. Шлёп. Шлёп. Послышались шаги по воде. Ник напрягся. Из них троих никто не двигался. Значит по воде шлёпала Эмилия. Но зачем было ей двигаться? Её способность эффективно работает издалека, и приближаться ей не только бессмысленно, но и напрямую опасно. Получается ответ напрашивается сам собой.

– Почему она не атакует? – эхом повторил его мысли Робин.

– Есть у меня одно предположение, – отвечал Ник. – Думаю, она должна видеть, куда призывает своих акул. Когда мы прятались за столом, они грызли только дерево, но не нападали с другой стороны.

– Отвлеки её, – обратилась к Нику Лиза, – мне нужно время, чтобы открыть зеркало.

Ник огляделся, стараясь не высовывать голову из-за колонны. Он присмотрел стойку для карандашей, валявшуюся поблизости. Он рванул к ней, подобрал её и швырнул в медленно приближающуюся к ним Эмилию. Из-за способности Ника пластмасса полетела быстрее, чем хорошо пущенный футбольный мяч, грозясь прикончить Эмилию. Прежде чем стойка врезалась в голову Эмилии, она успела прикрыть себя огромным китом.

Ник громко цыкнул. Эмилия в ответ отправила на него каскад плотоядных рыб. Ник перекатился за колонну, едва избежав их.

Лиза сидела на колене. Перед ней уже было открыто зеркало. Судя по изображению, второе зеркало появилось в коридоре, по ту сторону сломанной двери. В зеркале отражалась Эмилия, всё ещё медленно шлёпающая в сторону колонны.

– Извини, Эмилия, – прошептала Лиза, направляя пистолет в зеркало.

Она выстрелила. Через мгновение Эмилия резко наклонилась. Пуля попала ей в лопатку. Только крови не было, вместо этого на её спине на секунду показался силуэт черепахи, прежде чем рассыпаться на капли. Эмилия развернулась и злобно зыркнула в зеркало.

Шлепки зазвучали быстрее. Ник резко сорвался с места. Он хотел потянуть за собой остальных, но они уже следовали за ним.

– Есть здесь где-нибудь сухая комната? – спросил Ник, не оборачиваясь.

– Архив вещественных доказательств. Предполагается, что от воды они могут испортится. Поэтому там используется другая система пожаротушения.

– Значит там мы сможем спрятаться?

– Неверно. Мы должны заманить её туда. Эти существа появляются из воды, значит… А!

Что-то вцепилось Нику в лодыжку. Его правую ногу почти полностью покрыли крабоподобные существа. Он пытался стряхнуть их, но с трудом даже пошевелить ногой, как будто под водой тянула вниз целая толпа крабов. Лиза прицелилась в массу из пистолета, нажала на курок, но выстрела не последовало. Вместо этого оружие издавало звонкие кликания.

– Чёрт!

Нику пришлось наклонится, чтобы избавится от пут. Крабы лопались от ударов Ника так же легко, как и рыбы. Но как только он нагнулся, в его руку тут же вцепилась акула. Она бы откусила ему руку, если бы он не среагировал вовремя. Тут же отпрыгнув назад, он чуть не попался под целую лавину плотоядных рыб. Рядом уже Лизу зубами удерживали на месте. Пока она не могла двигаться, её покрывали существа из воды, впиваясь зубами в её плоть. Если бы Ник не подоспел вовремя, они бы возможно разорвали её.

– Робин! – крикнул Ник.

Но в этом не было необходимости. Робин уже был здесь. Он прикоснулся к Лизе и все её ранения мигом исчезли. Сам он тоже был в царапинах и укусах, но как будто не замечал их.

– Не останавливаемся! – скомандовал Ник, и они тут же продолжили бег.

Положение становилось всё более опасным. Втроём они почти добежали до архива, но возможность добраться до туда виделась слабо. Появляющиеся под ногами водяные существа тормозили их продвижение, позволяя более опасным атаковать их. Спрятаться было больше негде, они были везде на виду. Сама Эмилия следовала за ними чуть издалека. Ей больше не было необходимости сокращать дистанцию. Поэтому напасть на неё напрямую Николас не мог. Даже если он сможет прорваться к ней, некому будет защищать Робина и Лизу. Похоже у способности Эмилии не было предела на количество призываемых существ. В худшем случае, она сможет одновременно защитится от его атаки и убить его товарищей. Единственный вариант, имеющий шанс на успех, это заманить Эмилию в сухой архив за стальной дверью. Но их продвижение застопорилось, а острые зубы и когти всё большими массами набрасывались на них.

– Держитесь рядом! – приказал Ник, параллельно обдумывая возможности побега.

Неожиданно, Робин сорвался с места. Он бежал в сторону архива. Без предупреждения или какого-либо намёка он просто рванул к стальной двери. Он каким-то чудом избегал тянущихся по полу водяных существ. Резво добравшись до архива, он скользнул внутрь.

Эмилия вдруг издала звук похожий одновременно на рык и на стон, и побежала следом.

«Какого чёрта происходит?» – удивлялся Ник. Он хотел было последовать за ними, но рыбы всё ещё нападали на них. Если он оставит Лизу наедине с ними, шансов выжить у неё не будет. Ник хотел сорваться Робину на помощь, но существа всё наседали, и стоило ему немного отвлечься, как острые зубы тут же впивались ему в конечности.

Вдруг из-за двери послышался душераздирающий крик. Рыбы растворились в общую массу воды, разлитую по полу. Ника вместо облегчения охватил страх. Кричал Робин. В ту же секунду он сорвался с места, развив скорость не достижимую для обычного человека. Лиза почти не отставала.

Ник рывком распахнул дверь. Его взору предстала следующая картина: по полу были разбросаны разные не сочетаемые друг с другом предметы, как будто на барахолке. Эмилия лежала прислонившись к стене, в её груди торчал кухонный нож. Очки лежали, разломанными напополам, по левую руку. Размазанный кровавый след шёл от неё к лежащему у противоположной стены Робину. Тот продолжал отползать назад, держась руками за голову. Как будто смертельно раненная девушка пугала его гораздо больше, чем когда она была жива. Пока Ник в шоке стоял в дверях, Лиза подбежала к Робину и обхватила его за плечи.

– Я… Я не хотел… Я просто… – оправдывался Робин.

– Соберись, – подлетела к нему Лиза, – ты ведь можешь её вылечить, верно?

Глаза робина немного посветлели. Вместо всеобъемлющего отчаяния в них появилась слабая надежда.

– Да… Да, верно.

Больше не обращая внимания на Лизу, он пополз к истекающей кровью Эмилии. Ему даже в голову не пришло подняться на ноги. Он быстро подбирался всё ближе, пока пара туфель не преградила ему дорогу.

Между Эмилией и Робином появился блондин в кремовом костюме. Он выглядел чересчур чисто и сухо для этого места. Золотая брошь с голубой молнией выделялась особенно.

Робин поднял глаза на преградившего ему дорогу мужчину, страх снова появился в его глазах.

– Ты… – прошептал он.

– Добрый день. Я бы сказал, что рад снова встретиться… Да в общем неважно.

Он отвернулся от Робина и обратил свой взгляд на Эмилию. Он наклонился и взял её на руки.

– Какая жалость, – шептал он, – у неё был такой потенциал.

– Положи её на место, – Лиза вытащила пистолет и направила на блондина.

Он разочарованно вздохнул, как будто направленное на него оружие заботило его меньше, чем красный сигнал светофора.

– Обычно я бы сказал что-нибудь забавное, но боюсь сейчас не подходящее время. Не пытайся угрожать мне. Мы оба знаем, что пушка не выстрелит.

– Положи мою сестру на место, – уже намного резче повторила Лиза. – Дай Робину её вылечить.

– Она уже мертва. Если ты хотела её спасти, надо было начинать раньше.

– Что ты имеешь ввиду?! – Лиза была в смятении.

– Приятно было повидаться, – обратился блондин ко всем и к никому, – но мне пора. Удачи.

Не успели трое моргнуть, как блондин исчез вместе с бездыханным телом Эмилии.

Все трое были шокированы. После стольких стараний и встреч со смертью, всё наконец успокоилось. В нависшую в комнате тишину тяжело было поверить. Втроём они смотрели друг на друга, как будто ожидали, что сейчас произойдёт что-то ещё. Вернее вдвоём. Робину было хуже остальных. Он уставился на кровавый след, где только что была Эмилия, его лицо не шевелилось, руки мелко дрожали. Потом, он, как в прошлый раз, неожиданно сорвался с места. Ник, который до сих пор стоял в проёме, даже не подумал его остановить. Усталость, видимо, давала о себе знать. К тому же, попытки переварить произошедшие друг за другом события окончательно вскипятили его мозг.

– Эй, – Лиза толкнула Ника, который всё ещё пялился в точку, из которой исчез незнакомец. – Соберись. Робину нужна помощь. Кто знает, что он в таком состоянии ему в голову взбредёт.

Ник только кивнул, после чего последовал за Лизой, ушедшей вперёд.

Робин не убежал далеко. Они нашли его в помещении, в котором они сражались с Эмилией. Он стоял на четвереньках, запястья его рук были полностью погружены в смесь воды и крови. Он отчаянно пытался что-то сделать, но у него очевидно не получалось. Он напрягался так сильно, казалось, его глаза выпадут из глазниц, а голова попросту лопнет. Он бормотал что-то невнятное иногда срываясь на крики или стоны.

Ник догадывался, что Робин пытался сделать. Он пытался восстановить людей, погибших от зуб водяных существ. Было также понятно, что у него ничего не выйдет. Ник смотрел на своего друга и не мог понять. Почему он так сильно убивается по незнакомым ему людям? Может ли быть, что боль, которую он испытывает, смотря как убивается Робин, была по силе равна лишь эху той боли, которую испытывает его друг.

По носу Робина стекла капелька крови. Она упала в воду и смешалась с общей массой. Тогда он предпринял последнюю попытку. Он напрягся так сильно, как только мог. Он попытался заставить свою способность работать, но лужи крови не поддавались. Кровь из носа пошла сильнее. Тогда он закричал, стараясь выдавить из себя все силы без остатка. Но ничего не произошло. Все находившиеся здесь люди всё ещё не ожили. Истратив последние силы, Робин сел. Его взгляд опустел.

Ник и Лиза не решались остановить Робина, как будто находясь в каком-то трансе. Теперь, когда он остановился Лиза подбежала к нему.

– Не стой там просто так! – она подняла Робина на плечо. – Помоги нести его!

Крик Лизы вывел Ника из ступора. Он подбежал к ним, поднял Робина на плечо, и вместе они понесли его на выход из здания.

У входа в здание было тесно. Выли сирены пожарных машин и машин скорой помощи. У дверей толпились работники, которых с рабочих мест согнала пожарная тревога. То тут то там мелькали репортажные камеры.

К Лизе подбежал мужчина, полный и изрядно запыхавшийся, видимо, от быстрой эвакуации.

– Лиза, ты в порядке? Где остальные? Что произошло? – обрушился он с вопросами.

– У меня тут пострадавший, до сих пор находится в шоке, ему срочно нужна помощь. Я повезу его домой, – ответила Лиза так убедительно и с такой срочность в голосе, что мужчина даже не стал возражать, и даже не подумал, что логичнее было бы отвезти его к одному из медиков, приехавших сюда.

Лиза посадила парней в свою машину. Робина посадили на заднее сиденье, Ник сел с ним. Робин всё время до машины ни на что не реагировал, и сейчас тупо смотрел вперёд.

– Робин… – позвал Ник.

Он не знал, что сказать. Он был даже не уверен, что нужно было что-то говорить. Он знал, что в такой ситуации обычные люди попытались бы успокоить дорогого им человека, утешить и приободрить. Но Ник сделать этого не мог. Ему не хватало опыта. Даже казалось бы самые обычные слова, небрежно бросаемые люди ради вежливости казались ему тяжёлыми. Робин был настолько разбит, что любые, даже может самые удачные его попытки представлялись тщетными.

Робин повернулся к Нику. Казалось, правда, не потому что тот его позвал.

Он протянул к Нику руку и взял его за запястье.

– Подожди, не надо, я в порядке!

Но Робин не слушал. Зудящие раны Ника начали затягиваться.

– Спасибо… – прошептал он удручённо.

Робин повернулся к окну, и уставился в него тем же пустым взглядом. До конца поездки больше никто не пытался заговорить.

Лиза привезла всех к себе домой. Квартирка была пусть и небольшая, но довольно уютная. Она была хорошо прибрана, обставлена не броско, но со вкусом.

Робин, который шёл уже сам, упал на диван. Ник пристроился на кресле.

– Я скоро вернусь, – сказала Лиза.

Она понимала, что всем им сейчас необходимо немного пространства, поэтому поспешила оставить их наедине и удалилась к себе в комнату. Ей и самой нужно было время побыть одной.

Ник и Робин долго сидели и молчали. Робин смотрел куда под ноги, погружённый в свои мысли. Ник наблюдал за ним, не способный ни помочь, ни избавиться от терзающей душу грусти.

Он предполагал, что сегодня им придётся остаться у Лизы. Робин по-видимому никуда не собирался, и ни желания, ни сил заставлять его у Ника не было.

– Нужно их остановить.

Робин подал голос. Ник встрепенулся.

– А? – спросил он от неожиданности.

– Нам нужно их остановить.

– Кого?

– Тех, кто дал нам эти способности. Только от действий одного человека сегодня погибли десятки. Если так продолжится, жертв может стать намного больше. Там было ещё семь человек в той комнате. Я не могу просто проигнорировать это.

Робин наконец поднял глаза. Он взглянул на Ника теми же решительными глазами, с которыми он пришёл к нему домой.

– Извини, я вряд ли смогу сдержать данное тебе обещание. – продолжил Робин извиняющимся тоном. – Более того, я снова вынужден просить тебя о помощи. Если бы нет ты, то мы не выжили бы сегодня. Сам я почти бесполезен, тем не менее, я не могу просто притвориться, что ничего не происходит.

Робин поднялся с дивана. Он теперь возвышался над Ником, который был вынужден задрать голову, чтобы смотреть ему в глаза.

– В этот раз мне нечего дать. Всё равно, прошу, помоги мне остановить их.

Ник не мог ему отказать. Перспектива оставаться в тени дома своего отца ещё бог знает сколько не радовала его ни капли, но отказать Робину он тоже не мог. По правде и не хотел. То как он полагался на Ника сейчас наполняло его душу радостью, которой он давно не испытывал.

– Что поделаешь? – Ник встал со своего кресла. Теперь их глаза были на одном уровне. – Придержим наше обещание, пока не покончим с этим.

Робин расплылся в улыбке. Ник протянул руку и Робин с радостью пожал её.

– Значит решено!

Лиза выпрыгнула, как будто из кустов, и повисла на плечах парней.

– Как честный гражданин, я не могу стоять в стороне. – улыбнулась она.

– Что ты имеешь ввиду? – удивился Робин.

– Конечно что я тоже помогу тебе. Что же ещё?

– Спасибо.

– Никаких благодарностей. Друзья по-другому не поступают.

– Если хотите, можете остаться. Место у меня найдётся. – говорила Лиза со стоящими в дверях Ником и Робином.

– Нет, спасибо. Я всё-таки пойду домой.

Робин пусть и не был разбит как недавно, всё ещё выглядел усталым и измученным.

– До свидания, – сказал Робин, выходя из двери.

– Пока, – выходя следом бросил Ник.

– Присмотри за ним, хорошо.

Ник коротко кивнул. Дверь квартиры закрылась и они направились через весь город в сторону съёмной квартиры Робина.

Лиза Гинзель и Узор паники

Настало первое размеренное утро Робина за долгое время. С работы его прогнали, рано вставать не надо было. В обычной ситуации, отсутствие работы вызывало у него невероятный стресс, побуждало его торопится и быстрее искать новую. Но сейчас у него было намного более важное дело.

Стоило ему вспомнить вчерашний день, и беззаботное утро тут же закончилось.

Ника в комнате не было, значит он уже встал. Из кухни шёл какой-то шорох. Испугавшись, что тот решил приготовить завтрак сам, Робин поднялся и заторопился на кухню. Прежде чем он успел добраться до туда, раздался звонок в дверь. Замешкавшись не дольше чем на полсекунды, он быстро сменил курс и направился к двери.

Как только он открыл её, чья-то рука с силой толкнула его. Робин громко повалился на пол и приготовился к ещё одному нападению. Из кухни выскочил Ник. Он был в фартуке, его руки были измазаны чем-то смутно напоминавшим тесто. В правой руке он всё ещё держал деревянную лопатку.

– Ты не осторожен! Если бы это была не я, ты бы мог попрощаться с жизнью здесь и сейчас!

Над Робином возвышалась Лиза. Сегодня она была одета более по-спортивному, чем вчера. В руке она сжимала ключи.

– Если действительно намерен сражаться насмерть, то ты всегда должен быть готов к нападению, – отчитывала Робина Лиза. – Расслабишься хоть на секунду, и это может стоить тебе жизни.

– Никто же не знает, где я живу? – удивлялся Робин снизу – Чего мне опасться у себя дома?

Лиза протянула ему руку и помогла встать на ноги.

– Неважно. Нужно, чтобы у тебя вошло в привычку постоянно следить за окружением. Хорошее правило для новичка – всё может быть потенциально опасно.

– Что-то мне не нравится это правило.

– Я считаю, что Лиза права, – Нику надоело держать грязную лопатку в руке, и он положил её в карман фартука, – у тебя тут далеко не крепость. Излишняя осторожность может оказаться не излишней.

Теперь, когда было двое против одного, Робину ничего не оставалось, как согласиться.

– А ты чего здесь делаешь? – Ник спросил Лизу. – Мы ещё даже позавтракать не успели.

Лиза подняла ключи повыше.

– Не хотите сходить со мной кое-куда?

На машине Лизы они подъехали к маленькому домику, спрятанному в тени многоэтажек. Двухэтажная постройка наполовину из дерева, наполовину из бетона выглядела не к месту. Она была набита однокомнатными квартирами. Подъезда не было. Лестница на второй этаж была прямо на улице.

– Расскажешь, зачем мы сюда пришли? – спросил Ник, стараясь скрыть своё раздражение.

Лиза не стала ждать, пока Ник закончит готовить, поэтому завтракали они в дороге. Перед уходом, Робин заглянул на кухню, чтобы понять, что Ник собирался приготовить, но понять не смог.

– Мы ведь вчера договаривались, что начнём расследование сегодня. Или ты хотел остаться дома печь блинчики?

Ник действительно хотел остаться печь блинчики. В этом он никому и никогда не признается.

Робин мысленно поблагодарил Лизу за то, что она выдернула Ника из кухни.

Тем временем, Лиза продолжала:

– Поскольку, если вы конечно меня не обманываете, кроме того, что вы уже рассказали, вы ничего про них не знаете. Я собственно тоже. Значит нашей единственной зацепкой, является единственный обладатель способности помимо нас троих, о котором нам известно. Поэтому мы и пришли сюда.

Поднявшись по наружной лестнице на второй этаж, они втроём остановились перед дверью, находящейся на самом углу дома.

– Это квартира Эмилии.

Лиза повернула в замке потёртый ключ. Как только дверь открылась, из квартиры рванул затхлый воздух, как будто он был заперт там годами. Тьма коридора почти не пронизывалась лучами света.

Стоило только ступить внутрь, как под ногами послышался звук мнущегося пластика. По всему полу были разбросаны пластиковые бутылки, разного рода упаковки и другой мусор. Аккуратно пробираясь по коридору редкими пустыми местами, они шли очень осторожно, как будто, чтобы никого не спугнуть.

– А разве нам можно здесь находиться? Вернее, разве тебе можно приводить сюда посторонних? – спросил Ник, пытаясь уместить ноги между гремящих пластиковых бутылок. – Я думал это место опечатают, или что полиция в этих случаях делает.

– Официально, все кто были в тот день там числятся пропавшими без вести. Эмилия в том числе. Они даже не подумают обвинять случайную сорока пятикилограммовую журналистку в убийстве сорока четырёх человек.

Лиза казалась такой же непринуждённой, как и обычно, но всё же едва заметная тень скользнула по её лицу. Ник, конечно, не заметил её, а вот Робин, который из-за своего специфического опыта смены большого количества мест работы, научился определять людские настроения довольно точно. Он взглядом показал Нику оставить эту тему и тот, немного потупившись, замолчал.

Продравшись через замусоренный коридор, они попали в большую из двух комнат. Ситуация здесь была, впрочем, такая же. На полу всё ещё валялся мусор, но места здесь было намного больше, поэтому можно было спокойно стоять. Эта комната была почти не обставлена. У стены стоял не подходящий ни к чему диван. Видимо, он остался от предыдущего владельца. В углу стояла потрёпанная книжная полка, плотно заставленная какими-то папками. Окна были плотно занавешены и не открывались довольно давно. Если присмотреться, можно было заметить слой пыли на гардине. Лиза пощёлкала выключатель, но свет не появился. Причиной оказалось то, что в светильнике отсутствовала лампочка. Из всего этого бардака единственной приличной вещью был ноутбук, аккуратно расположившийся на столике.

Лиза открыла его и комнату наполнило его бледно-голубое сияние.

– Ты знаешь пароль? – спросил Ник.

– Неа.

– Будем гадать, – Робин подошёл с другой стороны.

– Ахаха. – усмехнулась Лиза, – Ни в коем случае. Эта параноичка придумывала такие сложные пароли, что угадать их просто невозможно. Хотя есть у меня одна мысль.

Лиза начала рыться в горах мусора. Через несколько минут, она выудила стеклянную бутылку, в остальном ничем не отличающуюся от остального мусора. Она потрясла бутылку, после чего, убедившись, что внутри действительно что-то есть, разбила её об ближайшую стену.

От неожиданности Робин подпрыгнул. Ник притворился, что не среагировал, хотя тоже дёрнулся.

– Значит ты всё-таки знала пароль? По крайней мере, где он хранился? – спросил Ник.

– Понятия не имела. Честно говоря, мне довольно сильно повезло.

– Нашла ты его подозрительно быстро.

– Эмилия не пьёт, – Лиза показала оставшееся в руке горлышко от бутылки. – Как только я нашла бутылку из-под виски, всё стало очевидно.

Лиза ввела написанное на бумаге в строку пароля. Открылся рабочий стол. Он, как и квартира, был в совершенном беспорядке. По крайней мере так казалось на первый взгляд. Рабочий стол был забит ярлыками и файлами, хранящимися прямо на нём. Текстовые документы, какие-то фотографии и даже интернет-ссылки ярлыками захламляли основное рабочее пространство ноутбука. Однако, если присмотреться к содержанию всех этих файлов и ссылок, можно было понять, что все они связанны общим смыслом.

Лиза, Ник и Робин столпились вокруг экрана. Они изучали содержимое всех файлов, открывали все фотографии. Всё они так или иначе были связаны с убийцей Полумесяцем. От старых статей и публичных заявлений до слитых в сеть полицейских отчётов и личных данных потерпевших. Перед ними красовалась впечатляющая коллекция информации, которой могли бы позавидовать лучшие расследователи мира.

– Она действительно проделала отличную работу, изучая Полумесяца, – заметил Ник. – Неудивительно, что она решила притворится именно им.

– Именно. С таким количеством информации у неё не должно было возникнуть проблем с подражанием, и тем не менее она не смогла вырезать полумесяц правильной формы. – Лиза открыла несколько документов. – Вот эти не относятся к серии убийств Полумесяца двадцатилетней давности. Это относительно свежая информация.

Лиза замолчала на секунду. Она остановилась глазами на одном конкретном ярлыке, но открывать его не стала. Тревога пробежала по её лицу. Вдруг она резко поднялась со стула:

– Кстати!

Лиза закрыла ноутбук и пошла куда-то вглубь квартиры. Вместо неё сел Ник. Он открыл компьютер обратно и начал копать. Робин остался наедине со своими мыслями.

Он оглядел квартиру. Несмотря на царящий беспорядок, комната пылала жизнью. На столе всё ещё стояла картонная миска из-под быстрой лапши. На донышке осталось немного бульона. Рядом можно было заметить высохшие кофейные круги. Их было достаточно много, можно было предположить, что именно здесь она часто работала. Приходила каждый вечер, наливала себе кофе и, не замечая времени, писала свои статьи до рассвета.

Робину трудно было находится здесь. Ему трудно было принять, что он лишил кого-то абсолютно всего. Весь потенциал человеческой жизни, мечты и амбиции, все связи, которые можно сформировать исчезли из-за него. Он убеждал себя, что это была самозащита и это успокаивало его, но не избавляло до конца от гнетущего чувства вины. Пусть виноватым было больше не перед кем. Хотя нет, было.

Лиза вынырнула из-за угла. В руке у неё была стеклянная бутылка с довольно сложным узором. Она была до краёв наполнена янтарной жидкостью.

– Ты же говорила, она не пьёт? – спросил Ник, будучи уверенным, что Лиза не могла принести такую большую бутылку с собой.

– Именно поэтому я знала, что смогу её найти. Я подарила ей её как-то раз. Думала смогу её уломать, если у неё вдруг случится какой-нибудь серьёзный прорыв в работе. – Лиза на секунду погрузилась в воспоминания, её взгляд погрустнел, но она быстро вернулась в реальность. – Вы пьёте?

– Нет, алкоголь затуманивает разум. Я всегда должен быть готов на сто процентов.

– Нет, алкоголь слишком дорогой. Даже самый дешёвый может поставить меня опять на два приёма пищи в день.

– Оу. – Лиза взгрустнула.

– Ничего ведь, если мы пьём моё. Да и нападать на нас здесь вроде никто не собирается. Так что почему бы нам не отдохнуть перед важным делом?

– Не ты ли говорила недавно, что нам нужно всегда оставаться начеку? – напомнил ей Ник.

– Я согласна с Робином. Никто даже не знает, что мы здесь, так что нападать на нас никто не будет.

Обычно Робин бы отказался от такого предложения. Пусть поехали они сюда не сразу и потратили достаточно, заехав за завтраком, на улице всё ещё стоял день, даже если было не похоже. Но Робину было понятно, что Лизе был всего лишь нужен предлог, и будет правильным для Ника и него составить ей компанию.

– Почему бы и нет, – сказал он.

Ник, видимо, собирался возразить, но Робин посмотрел на него взглядом, говорящим: «Нам нужно это сделать». Ник, который вроде бы должен был продолжать протестовать или, по крайней мере, нехотя согласиться, поменял своё мнение удивительно быстро.

Втроём они разгребли мусор вокруг стоящего посреди комнаты журнального столика и сели прямо на пол. За разговором смазанным алкоголем время шло быстрее. За пару мгновений уже повечерело. Робин, весьма непривыкший пьянеть, вдруг задал необычный вопрос:

– Какая она была? Эмилия я имею ввиду.

«Зачем я вообще об этом спросил?» – удивлялся себе Робин. Он понятия не имел, что побудило его это спросить. Из-за алкоголя, мысли с трудом лезли в голову, вместо них однако появлялось что-то другое, неподконтрольное человеку.

– Даже не знаю, с чего начать, – немного растерявшись начала свой рассказ Лиза. – Она с детства была довольно вспыльчивая, нелюдимая и терпеть не могла, когда кто-то указывал ей что делать. Раньше это всё списывали на подростковое бунтарство, но даже когда она давно выросла из этих лет, темперамент её не поменялся. Из-за него она постоянно ссорилась со всеми, в том числе с нашими родителями. А ещё не могла терпеть, когда её обманывают. Когда я училась в старшей школе, она потратила месяцы и раскрыла, что мои родители оба изменяют друг другу, – Лиза отхлебнула ещё немного виски. – Помню после этого она сказала что-то вроде: «Не могу поверить, что такие отвратительные люди смеют называть себя чьими-то родителями», после чего забрала меня и ушла. Какое-то время я жила у неё. Что интересно, после этого случая, наши родители стали намного дружелюбнее друг к другу, раньше не проходило ни одного вечера, чтобы они не начали очередную перепалку из-за какой-нибудь ерунды. А после, стали так по-дружески общаться, как будто и не было никогда ни ссор, ни ругани. Но Эмилию они так и не простили. Может, даже если для них всё сложилось куда как ни лучше, они не смогли смирится, что их собственная дочь сделала из них дураков? Как знать, я с ними нынче редко вижусь, даже спросить не удастся.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.