Александр Антонов
Бегство Крика и Рубина

Глава 1. Тот, кто боится громких звуков

Ветер гнал по пастбищу клочья тумана, цеплявшегося за пожухлую траву. Крик, вороной жеребец с белой звездой во лбу, нервно перебирал копытами. Его уши дрожали, улавливая каждый звук: гудок поезда вдалеке, лай собак, гул машин с трассы. Он ненавидел этот шум.

Рядом мирно щипал траву Рубин – рыжий, с белой носочкой на левой ноге, вечный непоседа. Он поднял голову, почуяв беспокойство Крика, и фыркнул, будто говорил: «Успокойся, тут безопасно».

Но Крик не успокаивался.

Грохот раздался неожиданно – где-то рядом взорвалась петарда, праздник ли, чья-то глупая шутка. Крик вздрогнул всем телом, сердце колотилось, как молот. В следующий миг он рванул с места, дернув за собой привязь. Веревка натянулась, лопнула.

Рубин, увлеченный порывом товарища, бросился следом.

Алина, четырнадцатилетняя девочка в потертых джинсах и огромных резиновых сапогах, только что принесла им ведро с яблоками. Она ахнула, увидев, как кони мчатся прочь, и бросилась вдогонку.

– Стой! Крик! Рубин!

Но они уже исчезали в дымке, несясь к городским улицам, где их ждали асфальт, машины и сотни испуганных глаз.

Глава 2. Девочка, которая жла чуда

Маша стояла на балконе и смотрела вниз, во двор. Она любила это время суток – раннее утро, когда взрослые еще спят, а двор принадлежит только ей и воробьям.

Сегодня ей снился странный сон: будто по улицам города скачут два коня, огромных, как из сказки. Один – черный, как ночь, другой – рыжий, как огонь.

Она потянулась за карандашами, чтобы нарисовать их, как вдруг снизу донесся топот.

Громкий. Быстрый.

Маша высунулась через перила и замерла.

По двору неслись два коня.

Глава 3. Беглецы

Город встретил их лабиринтом асфальта.

Крик мчался первым, слепой от страха, сбивая мусорные баки, пугая кошек. Рубин скакал за ним, но уже не так стремительно – его любопытство брало верх. Он заглядывал в подворотни, фыркал на витрины магазинов, однажды даже остановился, чтобы понюхать цветы у палисадника.

Люди кричали, шарахались, доставали телефоны. Кто-то звонил в полицию, кто-то снимал на видео.

Алина бежала, спотыкаясь, сердце колотилось в висках. Она знала: если с конями что-то случится, Виктор её не простит.

А ещё хуже – она сама себе не простит.

Глава 4. Двор, который стал ареной

Маша не помнила, как оказалась внизу. Она просто стояла посреди дорожки, а кони неслись прямо на нее.

Черный конь был так близко, что она видела его расширенные ноздри, блеск испуганных глаз.

– Маша! – чей-то крик.

Удар.

Темнота.

Глава 5. След, ведущий в прошлое

Когда Елена ворвалась в больничную палату, Маша уже сидела на кровати и показывала врачу рисунок.

– Они были красивые, – сказала девочка. – Особенно рыжий.

Елена сжала кулаки. Кто-то будет за это отвечать.

А в это время Виктор, хромая, шел по улицам, всматриваясь в следы копыт. Он знал: это не просто побег.

Кто-то спугнул его коней.

И, возможно, сделал это намеренно.

Глава 6. Тот, кто знает правду

Виктор остановился у перекрестка, где следы терялись в потоке машин. Его нога ныла – старый перелом напоминал о себе. Он закрыл глаза, пытаясь представить, куда могли побежать Крик и Рубин.

– Вы их хозяин? – раздался голос сзади.

Виктор обернулся. Перед ним стояла Алина, запыхавшаяся, с красными от бега щеками.

– Я… я не уследила, – прошептала она.

Он хотел кричать, но увидел её дрожащие руки и сжал зубы.

– Где они были в последний раз?

– Возле парка. Потом я потеряла их из виду.

Виктор кивнул и зашагал вперед. Алина последовала за ним, чувствуя, как вина сжимает ей горло.

А в это время в больнице Елена разговаривала с врачом.

– Ушиб и испуг, – сказал доктор. – Но всё могло быть хуже.

– Кто-то должен ответить за это, – повторила Елена, глядя на рисунок дочери.

Глава 7. Встреча в темноте

Крик остановился, когда городские огни сменились редкими фонарями промзоны. Его дыхание было тяжелым, ноздри раздувались, улавливая знакомый запах – сена, пыли, масла.

Конюшни.

Рубин, уставший, но довольный, терся мордой о его шею, будто говорил: «Видишь, мы дома».

Но это была не их конюшня.

Старые ворота скрипели на ветру. Внутри пахло плесенью и ржавчиной.

– Так вот куда они пришли, – прошептал чей-то голос.

Из тени вышел мужчина в потрепанной куртке.

Виктор узнал его сразу.

– Сергей?

Тот усмехнулся.

– Давно не виделись, брат.

Глава 8. Тайна, похороненная в прошлом

– Ты знал, что они прибегут сюда? – спросил Виктор, оглядывая заброшенную конюшню.

– Угадал, – Сергей пнул ржавое ведро. – Они всегда возвращаются туда, где их когда-то любили.

Алина замерла у входа. Она не понимала, кто этот человек, но видела, как напрягся Виктор.

– Ты продал это место, – сказал Виктор тихо. – И всех лошадей тоже.

– А ты ушел, – Сергей закурил. – Кто из нас хуже?

Ветер донес отдаленный вой сирены.

– Полиция, – прошептала Алина.

Сергей бросил окурок.

– Если хочешь найти того, кто спугнул твоих коней, спроси у Елены. У неё давно память короткая.

Виктор побледнел.

– Что ты имеешь в виду?

Но Сергей уже растворился в темноте.

Глава 9. Лицо во тьме

Маша проснулась от стука в окно.

На подоконнике сидел ворон.

Она подошла ближе и вздрогнула – в отражении стекла за её спиной стояла тень.

– Мама?

Но Елены в комнате не было.

Тень шагнула вперед.

– Ты нарисовала их, – прошептал голос. – Теперь они в опасности.

Маша обернулась.

Комната была пуста.

Но на рисунке, лежащем на столе, кто-то кровавым пальцем провел линию через изображение Крика.

Глава 10. Кровь на рисунке

Маша закричала, но звук застрял у нее в горле. Она схватила рисунок, испачканный красным. Палец дрожал, когда она провела по листу – краска была еще влажной, липкой.

Не чернила. Не акварель.

За дверью послышались шаги.

– Маша? – Елена распахнула дверь. – Что случилось?

Девочка судорожно сжала рисунок, пряча его за спину.

– Ничего… просто плохой сон.

Мать прищурилась, но не стала допытываться.

– Ложись спать. Завтра тебе нужно отдохнуть.

Когда дверь закрылась, Маша развернула лист снова.

Кровавая полоса теперь вела от Крика к краю бумаги, где кто-то вывел дрожащие буквы:

«ОНИ ИДУТ».

Глава 11. Тот, кто стучится

Виктор и Алина шли вдоль забора промзоны, освещая путь фонариком.

– Кто этот Сергей? – спросила Алина.

– Брат, – коротко ответил Виктор. – Бывший.

Он не хотел говорить, но тень в его глазах говорила сама за себя.

Внезапно фонарь выхватил из темноты следы копыт, уводящие вглубь заброшенного склада.

– Они здесь, – прошептала Алина.

Но прежде чем они сделали шаг, сзади раздался скрип тормозов.

Полицейская машина.

Из нее вышла Елена.

– Вы знаете, что ваши лошади чуть не убили мою дочь? – ее голос дрожал от ярости.

Виктор медленно повернулся.

– А вы знаете, кто их спугнул?

Елена замерла.

– Что?

– Кто-то бросил петарду. Намеренно.

Ее лицо исказилось.

– Вы… вы думаете, это я?

Но Виктор не успел ответить.

Со склада донесся душераздирающий ржанье Крика.

За ним – чей-то смех.

Детский.

Глава 12. Кукловод

Маша сидела на полу, окруженная рисунками.

Черный конь. Рыжий конь.

Кровь на бумаге.

Она не помнила, как рисовала это.

Но теперь перед ней лежал новый лист.

На нем была девочка в сапогах. Алина.

А над ней – огромная тень с горящими глазами.

И подпись:

«ОНИ ВЕРНУЛИСЬ».

За окном завыл ветер.

И что-то поскреблось в стекло.

Глава 13. Тот, кто шепчет во тьме

Крик бился в углу старого склада, задевая копытами ржавые бочки. Его грива была мокрой от пота, глаза бешено метались, словно он видел что-то, чего не замечали остальные.

Рубин стоял неподалеку, настороженный, но не испуганный. Его уши повернулись к дальнему углу, где тьма казалась гуще.

– Кто здесь? – Алина шагнула вперед, но Виктор резко схватил ее за руку.

– Не надо.

Елена замерла у входа, ее лицо бледнело в свете фонаря.

– Это… это голос ребенка.

Из темноты донесся смех – звонкий, как колокольчик, но почему-то леденящий.

– Они боялись громких звуков… – прошептал кто-то.

Виктор резко развернулся.

– Маша?

Но это был не голос девочки.

Тень зашевелилась, и на свет выползла фигура – маленькая, сгорбленная, в платье, покрытом пылью.

– А ты помнишь, Виктор? – шепнуло существо.

Он отступил назад.

– Ты… ты не можешь быть здесь.

Алина почувствовала, как по спине пробежал холод.

– Кто это?

Существо подняло голову.

Глаз не было. Только черные дыры.

– Я та, которую вы забыли.

И тогда Рубин, тихий и послушный Рубин, внезапно вздыбился и рванул к выходу, сбивая Алину с ног.

Крик рванул за ним.

А тьма за их спинами сомкнулась, как пасть.

Глава 14. Девочка, которая помнит

Маша проснулась с криком.

Ее комната была завалена рисунками.

На каждом – черный конь.

На каждом – рыжий.

И на каждом – девочка в платье, стоящая между ними.

Но самое страшное было в углу.

Там, в тени, сидела она.

– Ты нарисовала нас, – прошептала гостья.

Маша сжала пододеяльник.

– Я… я не хотела.

– Но теперь мы здесь.

И тогда девочка поняла.

Это не сон.

Это воспоминание.

Глава 15. Правда, спрятанная в земле

Виктор стоял перед старой конюшней, сжимая в руках фонарь.

– Ты знал, – прошипел он, глядя на Сергея.

Тот молча курил, глядя в ночь.

– Она умерла десять лет назад.

– Но вы не дали ей покоя, – раздался шепот из темноты.

Алина дрожала.

– О чем вы говорите?

Виктор закрыл глаза.

– Была девочка…

– Девочка, которая боялась темноты, – закончила за него Елена, появившись из-за угла.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.