Ханна Леншер, Таня Кель
В объятиях некроманта

Внимание!

Книга содержит откровенные эротические сцены, совершение сексуальных действий между героями без наличия явного согласия, преследование и похищение людей.

Герои – не образец поведения.

Глава 1

Максимилиан

– Да! Да! Глубже! – бодро скакала на мне Мишель.

Движения ускорились. Мы были уже все мокрые. Девчонка действительно горячая, да и она полностью в моём вкусе.

Мишель попыталась поцеловать, но я ловко увернулся – не любил этот вид ласк. Вместо этого оттянул ей волосы и оставил парочку засосов на шее.

Рукой скользнул к клитору, надавил, и она уже в третий раз кончила, сжав стенками мою плоть.

В момент экстаза я всегда держал себя в руках. Не потому, что не мог дойти до финала, а потому, что финишная черта для меня была опасной зоной. Некромантия – искусство тонкое, и её нити сплетаются с каждым моим движением. В такие моменты моя магия словно просыпается, готовая вырваться наружу вместе с последним вздохом удовольствия.

Одно неверное движение, один шаг за грань – и девушка окажется в ловушке между жизнью и смертью. Это чувство всегда преследовало меня, как тень, делая каждую близость скорее рутиной, чем наслаждением.

Секс в последнее время стал настолько скучен, что я использовал его лишь по привычке. Милые девицы, что засыпали сообщениями телефон, готовы были с разбега кинуться в постель. Однако ни одна из них не способна удовлетворить мои тёмные фантазии.

Мишель отказать не мог. Она моя невеста. Ну как невеста… Должна пройти инициацию. Но это всё формальности.

Опять мысли куда-то ушли, и я механически продолжал двигаться внутри пульсирующего лона. Девушка без сил упала на меня.

Может, хватит всех мучить? Сейчас точно не кончить. Да и не стоит пытаться.

Я остановился, обнял скользкое от пота тело.

– А ты? – вдруг поднялась Мишель и окутала взглядом нежно-голубых глаз.

– Голова забита другим, – вылез я из-под неё в раздражении.

– Но…

Я дотронулся до мокрой спины девушки, и она тут же судорожно втянула воздух. Зрачки сузились, а хрупкое тельце затряслось от страха. Именно так на обычных людей действовала моя магия. Когда дыхание Мишель стало совсем прерывистым – я отпустил.

Скукота. Она такая же, как все. Не сможет принять мою сущность.

– Не люблю, когда со мной спорят.

Мишель, схватившись за горло, глубоко выдыхала.

– Придурок!

– Рад, что мы понимаем друг друга, дорогая будущая жена. Если я говорю, что мы закончили, то мы закончили. Всё ясно?

Она кивнула, закашлялась.

– Зачем только я с тобой сплю?

– У меня тот же вопрос. Хотя мне всё равно.

Я встал и пошёл в ванную.

– Ты же завтра придёшь? – Тонкий голосок прозвучал злобно, но я уже не смотрел.

– А у меня есть выбор? – крикнул из ванны.

Вода струями потекла по моему горячему телу. Татуировки блеснули слабо-зелёным светом.

Чёрт! Надеюсь, после свадьбы, эта девчонка даст мне больше сил. Пока их очень мало. Может, хоть этим компенсирует то раздражение, что я сейчас испытывал.

До ушей донёсся звук закрывающейся двери. Даже не попрощалась. Ну и хорошо. Меньше слов. Не любил говорливых.

Я не хотел ни свадьбу, ни Мишель, хоть она и была миленькой, ни ребёнка от неё, которого нам обязательно надо родить, чтобы предотвратить катастрофу из проклятия. От неё мне нужна сила. Её мог дать только представитель рода магов жизни, к коим она относилась.

Почему со мной? Вот что не так с этим миром? Мои способности по-дурацки ускользали, растворялись, и я ничего не мог сделать.

Засыпал с трудом. Всё размышлял, что с завтрашнего дня в моей чудесной мрачной обители будет звенеть надоедливый голосок Мишель. И так изо дня в день.

Хотел заглушить неприятные мысли, накинув сверху подушку, но они не уходили. И только на рассвете незаметно подкрался сон.

Трель будильника заставила почти подскочить. Как будто и не спал.

Твою мать! Я же некромант! Общаюсь с миром мёртвых, но сейчас чувствовал себя не лучше их.

Из гардероба достал чёрную рубашку и штаны. Галстук решил не завязывать. Обойдутся! Это их косяк, что некроманты моего рода теряли силу.

Растрепав волосы, осмотрел себя в старинном, но очень пыльном зеркале.

– Мердок! – заорал я.

Тут же на пороге появился мой бледнолицый дворецкий. А следом ворвались два добермана. Всех их я воскресил. Много было беготни и бумажных проволочек, но мне всё-таки выдали разрешение.

– Какого хрена всё в грязи?

– Слуги все поувольнялись.

– Клининг?

– Они отказываются ехать. Говорят, отсюда веет плохой аурой.

– Не плохой, а аурой смерти. А им платят за ауру или за чистый дом?

– Эм. Не знаю, что ответить.

– Найти того, кто сможет всё привести в порядок. Мы зарастём в грязи, если никто не будет убираться. Дай больше денег. Не знаю… реши как-то эту проблему.

– Как скажете, господин Морфэйн.

Позавтракав, я вскочил на свой мотоцикл и рванул в поместье Витлайнов. Сейчас по-быстрому проведём инициацию и я даже успею на работу.

Интересно, у этих жизнелюбивых магов будет кофе? Вот он бы меня сто процентов воскресил.

Я въехал в шикарные ворота. Сад ухожен. Не то что мой, заросший и пугающий. Меня провели в чистый и просторный холл. Там уже стояла арка для ритуала и стекались все члены семьи Витлайнов. На лицах недовольство. Конечно. Я тоже не в восторге от происходящего.

Только Мишель светилась. И это понятно. Теперь можно будет официально сколько угодно скакать на моём члене, не боясь осуждения строгих родителей.

На ней сегодня лёгкое белое платье до колен. Жемчужное ожерелье. Она – олицетворение самой невинности. Даже и не скажешь, что несколько часов назад стонала от оргазмов. Сумасшедшая девица. Я обращался с ней ужасно, но она всё равно продолжала приходить. Всё-таки двадцатилетние девчонки излишне сентиментальны. Им кажется, что плохие парни – это романтично. И они обязательно их исправят, вот только надо поднажать.

В целом мне плевать на Мишель и её планы на меня. Она нужна для другого.

– Макс. Мы рады видеть вас в нашем доме, – подошла ко мне мама девушки и протянула руку, которую я не пожал.

Всё так наиграно. Если очистить речь до правды, Мелоди Витлайн бы меня прокляла.

– Максимилиан. Прошу, называйте меня так.

– Простите, – сконфузилась она, убрав ладонь.

– И давайте без лицемерия и пафоса. Мы все знаем, что здесь происходит. Пусть Мишель уже пройдёт через чёртову арку, и я её заберу. Времени, знаете ли, нет на реверансы.

– Конечно, – промямлила женщина и махнула головой дочери.

Мы подошли к арке, я порезал руку и окропил белые цветы кровью, девушка же шагнула сквозь неё.

Ничего не произошло и все в ступоре замерли на несколько мгновений, а потом начали осматривать артефакт.

– Сломалась, что ли? – бубнил глава семейства.

Действительно. Что за чёрт? Ведь все условия соблюдены: Мишель двадцать, она Витлайн, а арка не пашет.

Мишель снова прошла и ещё раз. Её мать забегала туда-сюда, начала кому-то звонить, чтобы прислали замену. Видимо, на другом конце стали спорить, что всё в рабочем состоянии.

Я усмехнулся про себя. Вся эта суета не из-за того, что они хотят побыстрее выдать дочурку замуж, а потому что им придёт охренительный штраф за нарушение постановления суда.

Вторая сестра, Лолита, такая же темноволосая красотка, скучала на кресле, попивая кофе. Но её мы проверить на совместимость со мной не могли. Только на следующий год, когда ей стукнет двадцать.

Началась какая-то суматоха. Мишель ходила и выходила из арки, нервно теребила подол. Отец осматривал артефакт и предлагал мне ещё раз забрызгать его кровью, мать договаривалась о новой арке. Но там что-то шло не по плану и меня это напрягало.

Наконец, бросив телефон на стол, Мелоди подошла к Мишель и что-то громко зашептала. Я слышал лишь обрывки.

– …девственница? Они сказали… – дальше не было не разобрать.

– Конечно, мам! – нагло соврала девушка, при этом обильно краснея.

– Поклянись!

– Да отстань! – Мишель вырвала руку из цепкого захвата и боязливо переводила взгляд то на меня, то на мать, то на Лолиту.

Но на сестру смотрела более раздражительно. Резко выпучила глаза, а та просто виновато пожала плечами.

Не знаю, что между ними всеми происходило, было больше похоже на глобальный заговор. Меня это совершенно не интересовало. Одно бесило – ещё год ждать. Из-за нетерпеливой девки теперь я снова балансировал на грани. Попробую тогда на следующий год с Лолитой.

Мелоди обернулась ко мне и натянуто оскалилась:

– Не волнуйтесь, Макс… имилиан. Сказали, будет на неделе. Тогда всё и решится!

Я глубоко всосал воздух через зубы, понимая, что просрал свой шанс. Если я правильно понял, на Лолиту надо повесить железные трусы, чтобы никто даже не подумал к ней приближаться. Это напрягало больше всего. Кажется, семейка Витлайнов делала всё, чтобы отравить мне жизнь. А может, это их хитрый план?

Я уже развернулся и направился к выходу, как вдруг мимо меня в комнату прошла невзрачная девица, задев плечом. Мы с ней переглянулись и она, не смотря вперёд, просто споткнулась о порожек и полетела. Аккурат через арку.

А дальше случилось то, что заставило нас снова застыть. Все цветы вспыхнули ярким светом, а вверх поднялась блестящая пыльца. Она ручейком достигла моего запястья, а потом запястья распластавшейся на полу девчонки.

– Нет! Нет! Нет! – привёл нас всех в чувство истошный вопль Мишель. – Это не может быть правдой. Арка сломана. Мама! Снова звони артефакторам!

– Дорогая… но.

– Я сама! – Девушка злобно выхватила у Мелоди телефон и начала судорожно набирать.

– Это кто? – полностью развернулся я к незнакомке.

Неотрывно смотрел на неё, изучал.

– Да это… племянница наша. Тоже Витлайн… Агнесс. Только сирота она. Дочь покойного брата мужа… Да вы не обращайте внимания. На следующей неделе…

Ох, сколько же облегчения сейчас было в её голосе. Кажется, девчонку в доме не жаловали.

Я оборвал женщину жестом, показав запястье, на котором красовалась очередная татуировка. Только уже брачная. Немой вопрос повис в воздухе.

Девушка тем временем встала на ноги, подняла разбросанные книги, положила их на столик и поправила очки. Она совсем не походила на сестёр. Никакой грации. Светлые волосы связаны в неказистый пучок. Личико симпатичное, но не в моём вкусе. Я любил роковых красоток, а эта явно к ним никакого отношения не имела – не мой тип. Да и одета в джинсы и какую-то мешковатую бесформенную тряпку. Эстетическим вкусом здесь и не пахло. Её зелёные глаза непонимающе бегали от меня до татуировки.

– А что, собственно…

– Молчи, Агнесс, – зашипела старшая Витлайн.

– Как нельзя отменить! – доносились издалека крики Мишель. – Невозможно. Вы понимаете…

Этот цирк порядком надоел.

– Двадцать лет есть? – спросил я у Агнесс.

Она кивнула.

Вернон, глава семейства, бегал вокруг нас, что-то бубнил и воздевал руки к небу. Он словно о чём-то рассуждал, только про себя. Скорее всего, тоже радовался, что такое бремя свалилось с их плеч.

– Дар магов жизни? – продолжал я.

Снова утвердительный кивок.

Я подошёл, схватил её за руку и повёл за собой.

– Вещи жены привезите завтра! – крикнул я на прощание обезумевшей семейке.

– Подождите… какой жены… Эй! – попыталась сопротивляться Агнесс. – Вы, может, объясните что-то?

Я подвёл её к мотоциклу, вручил шлем, который она неуклюже рассматривала со всех сторон. Тогда я одним движением надел на неё и пока застёгивал, постарался максимально быть кратким и убедительным.

– Ты теперь моя жена. Знаешь же, что ваша семейка сделала некромантам?

Девушка кивнула.

– Должна была Мишель быть, но стала ты. Не знаю почему, хотя догадываюсь. Да и мне плевать. Одна, другая… Твои вещи привезут завтра в мой особняк. Садись.

Но я лукавил. В глубине души я отчаянно радовался тому, что не надо ждать год и трястись над девственностью Лолиты. А ещё теперь можно отпраздновать то, что моё тело не зачахнет в ближайшие годы.

Я оседлал мотоцикл и завёл его.

– Постойте. Но… Но я не согласна… Это же… Боже… Это не Средневековье. Вы совсем… Как вас? Макс?

– Максимилиан. Садись.

– Я не поеду.

Она стала пятиться назад, но я перехватил её руку, рывком дёрнул на себя.

– Садись, кому говорят. Это не обсуждается.

– Да не сяду я никуда.

– Сядешь по-хорошему или по-плохому. Мне всё равно. Но по-плохому будет очень больно.

– Это какое-то безумие. Максимилиан. Так нельзя. Мы же…

Я пустил по её рукам свою магию, и пухлые губки скривились в ужасе, дыхание застыло, а девушка склонилась очень близко ко мне.

Так же резко я прекратил, дав ей отдышаться.

– Срать мне на Средневековье и что так нельзя. Ты совсем не въезжаешь? Либо ты сейчас садишься, либо я буду пугать тебя смертью до тех пор, пока ты по-настоящему не помрёшь? Поняла?

Агнесс тяжело дышала. В её глазах плескалась злость. Нет. Не злость. Бешенство. Она ненавидела меня.

Как быстро мы перешли на новый уровень. Даже забавно.

– Ну! – посмотрел на часы я. – Если через десять секунд ты не сядешь, я отменю все свои дела и буду только с тобой развлекаться до конца этого дня.

Ждать не пришлось. Агнесс медленно поставила ногу на подножку и уселась сзади. Чтоб дурёха не упала, я схватил её руки и обнял ими свою талию. Девушка попыталась убрать их, но я так резко рванул с места, что она тут же вцепилась в меня мёртвой хваткой.

Ну что… Не одна, так другая. Хотя как же её трахать? А это придётся сделать. Мне нужен наследник.

Подумаю обо всём вечером. Сейчас в особняк, а потом на работу. Трупы ждать не будут. Дараг уже несколько сообщений написал, что нашли около озера новое тело и надо срочно туда подъехать.

Я снова взглянул на часы. Не успевал. Значит, сразу на работу. Жену тоже прихвачу. Пусть знает, чем занимается муж. Нам придётся много времени проводить вместе.

Чёртова арка. Подсунула мне не пойми кого. Эта ещё и сопротивляется. Сложно с ней будет. Но ничего. Разберусь. Половина пути пройдена.

Глава 2

Агнесс Витлайн

Я прижималась к спине некроманта и, уткнувшись носом, вдыхала запах его кожанки. Встречный ветер сорвал бы меня с мотоцикла, но я намертво вцепилась в мужа.

Как же так произошло, что я вышла замуж?! Ещё утром, за завтраком, я была свободна, а одно неудачное падение – и вот уже мчусь с этим ненормальным некромантом. Весь в чёрное одет, волосы и глаза тёмные. Словно не свадьба у него, а похороны. Траур по свободной жизни. А между прочим, это он зачинщик, а пострадала я.

Даже не знаю, кто меня убьёт раньше: родственники, Мишель или этот. И что теперь делать?! Я же ещё не доучилась, диссертацию не защитила! Приехала всего на несколько дней, нужны были книги из семейной библиотеки и родовой артефакт. Я бы сегодня вечером уже отбыла обратно в Лорон.

Задумавшись, я не заметила, что мы остановились, так и сидела, вцепившись в Морфэйна. Ему пришлось с силой разжимать мои пальцы.

Не оглядываясь, он пошёл к группе полицейских и спокойно перешагнул жёлтую ленточку. Я поспешила за ним. Удивительно, но меня пропустили без вопросов.

На берегу лежало тело в чёрном мешке, над ним суетились эксперты. Максимильян поздоровался за руку с высоким блондином и расстегнул молнию, скрывающую покойника. Я приблизилась.

Ну что сказать, любопытство сгубило кошку, и меня когда-нибудь сгубит. Увидеть, как некромант вызывает мнеморию – не каждому удастся хотя бы раз в жизни! Но теперь у меня безлимит в первом ряду, пока Мишель меня не прибьёт. Она грезила женихом и так много про него говорила, что даже я знала его имя. Хотя никогда не жила с ней под одной крышей больше пяти дней подряд. Я, вообще, эти двадцать лет приезжала только на каникулы, и то, не на каждые. Зато Тётя Мелоди и дядя Вернон теперь спокойны, за жуткого некроманта сплавили меня, а любимая дочурка не пострадала.

Пока я размышляла, мой новоявленный муж наклонился над телом девушки, уже начавшей разлагаться. Начертил несколько рун у неё на лбу и запястьях, пробормотал заклинание себе под нос. Символы загорелись зелёным, таким как ночью светятся гнилушки в лесу. Его татуировки, которые выглядывали из-под воротника на шее, тоже так сияли. Интересно.

Неожиданно рот жертвы распахнулся с громким чмоканьем, и из него выплыл белёсый сгусток. Через секунду он сформировался в красивую призрачную девушку.

Мнемория. Посмертное воспоминание человека, крупица его сознания.

Она безмолвно шевелила губами и заламывала руки.

– Кто тебя убил? – задал вопрос Морфэйн.

М-да, прям в лоб. А вдруг ей неприятно осознание, что она умерла?

Девушка и правда заметалась, но он щёлкнул пальцами, и она остолбенела, смотря в одну точку.

Раздался безжизненный голос:

– Никто… Я не помню…

– Неужели сама? – задал вопрос полицейский, я уже и забыла, что он стоит рядом.

– Ты сама прыгнула в реку? Хотела покупаться? Плавала на лодке?

– Нет… Я не знаю…

– Не повезло, тупенькая попалась. – Блондинчик тоже не жалел умершую.

С другой стороны, ответить ему дух не мог, да и не слышал он живых. Единственный, кто держал связь между живыми и мёртвыми – некромант.

– Тебя нашли в реке, вспоминай! – рявкнул он.

Призрачная девушка, дрожа, кусала несуществующие губы. Ярко-алые, помада, что ли, такая? А глаза не накрашены.

– Я спала… Я не плавала…

Кстати, да, она в пижаме. Значит, точно не красилась. Но губы. Я присмотрелась повнимательней.

– Всё время вышло, зря силы тратил. – Морфэйн скривился.

– Подождите!

Я сама не поняла, почему закричала. Бросилась к телу, и, быстро нацепив латексные перчатки, убрала волосы утопленницы за уши. Потом осмотрела голову, склеры глаз и вытащила язык.

– Что ты делаешь?!

– Она ела грибы? Такие остренькие, похожие на мраморную волнушку.

– Что?

– Морфэйн, не тупи, спроси про грибы.

Он повторил мой вопрос для мнемории.

– Нет, я не ела грибы…

– А что последнее ела?

– Я тебе, что секретарь? – вспыхнул некромант, но вопрос передал.

– Лили, моя лучшая подруга, принесла пиццу… Домашнюю…

– Лилиан Вассер, – пробормотал блондинчик, листая записи.

– Эта Лили её отравила. Проверьте её. Если она тоже того, то по незнанию. А вот если нет… то это убийство.

– Как ты определила яд? Что за гриб? – Полицейский смотрел серьёзно.

– Дордунайский мираж, редкий ядовитый гриб, не произрастающий в наших краях. Мираж – потому что не обнаруживается в желудке. Но перед смертью он делает свою жертву привлекательной для противоположного пола, так передаётся яд в природе. У девушки яркие губы, глаза, румянец, а она не накрашена. Ещё заметно по ушам, вискам, половым губам. И грудь тоже набухла.

Полицейский сделал несколько указаний и вернулся к нам, некромант в это время закончил ритуал и отпустил девушку. Мёртвое должно быть мертво.

– Итак, спасибо за помощь леди…

– Витлайн. – Я улыбнулась. – Агнесса Витлайн.

– Уже Морфэйн. Мы сегодня поженились, – зло напомнил некромант.

– А точно, совсем забыла об утреннем инциденте.

Наша пара явно не выглядела счастливыми новобрачными, и полицейский растерянно переводил взгляд.

– Э-э-э… Поздравляю? Максимилиан и Агнесса.

– С таким не поздравляют, – чётко проговорила я. – Можно подать заявление на удержание насильно в заложниках, принуждение к браку и на пытки магией смерти?

– Ты сама свалилась в арку! И Витлайны согласились, мне плевать, какая из вас будет моей женой.

– Ты должен был жениться на Мишель. Я на такое не подписывалась!

– Боюсь, что в этом случае долг семьи выше буквы закона, но ненормированное применение магии смерти можем рассмотреть. – Полицейский аккуратно снял перчатки и протянул мне руку. – Меня зовут Питер Дараг. Вы разбираетесь в ядовитых грибах?

– Я биолог, моя специализация – токсины, поэтому ядовитые грибы входят в круг интересов.

– Хватит, поехали! – Морфэйн дёрнул меня за рукав и потащил к мотоциклу.

– Не смей так со мной обращаться! Я тебе не Мишель!

– Вот именно вместо красотки получил синий чулок.

– Да как ты смеешь! – Я с размаху ударила его ладонью по плечу.

Вообще, я целилась в лицо, но достала только сюда. Он недоумённо обернулся, и я занесла руку для второй попытки.

Максимилиан перехватил мою ладошку и больно сжал, процедил сквозь зубы:

– Никогда так не делай!

По венам потёк страх, этот мудень опять применял некромагию.

Сердце бешено колотилось, я чувствовала себя мышкой перед кошкой, вот-вот жизнь оборвётся, адреналин выделялся в неимоверных количествах.

А потом он отпустил. И тело расслабилось.

Какое наслаждение, чувствовать себя на этом свете.

Морфэйн сел на мотоцикл, я уже привычно устроилась сзади и обхватила мужчину за талию. А мне начинает нравиться его некросила, отдача доставляет удовольствие.

Я бросила взгляд на место преступления. Вот какая у него работа. Интересно.

Полицейский Дараг поднял руку и махнул нам вслед, когда взревел мотор и мотоцикл понёс нас по заполненной улице. Максимилиан Морфэйн предпочитал рисковать. Оказывается, я тоже.

Глава 3

Максимилиан

Я въехал в ворота, и навстречу сразу же вылетели мои доберманы. Увидев гостью, оскалились, зарычали. На их телах вспыхнули руны.

– Ноксус! Шадорн! Фу! – подошёл я к ним.

Тут же раздался жалобный скулёж, и собаки легли на землю, недовольно облизываясь. Их взгляды всё ещё были прикованы к Агнесс, но свечение на телах погасло.

– Можешь идти, – бросил я через плечо, направляясь в дом. – Они не тронут.

– Макс! Макс! Стой! Не оставляй меня с ними! Мне страшно.

Я остановился, глубоко вздохнул и опустил голову.

Да за что мне это?

Медленно развернувшись, подошёл к мотоциклу, на котором всё ещё сидела девушка. Она даже шлем не снимала. Не шевелилась.

А это забавно.

– Гав! – сделал я резкий выпад в её сторону.

Агнесс вздрогнула всем телом и чуть не упала. Её пальчики вцепились в сидение.

Я, не спеша, снял с девушки шлем, посмотрел в глаза, в них плескался нескрываемый ужас.

– Ещё раз назовёшь меня Максом, натравлю их на тебя. И они с радостью разгрызут это прекрасное горлышко.

Я провёл пальцами по её шее. Немного задержался. Ощущение от прикосновения понравилось. Что удивительно: эта девчонка совсем мне не подходила.

Наши взгляды пересеклись. Она заметила мгновение слабости, и я резко отдёрнул руку.

– У тебя какой-то пунктик на имени? – почти дрожащим голосом спросила Агнесс.

– Да. Меня так называют только самые близкие. Ты точно не в их числе.

– Я же твоя жена, – скривила она губы в натянутой, ехидной улыбке. – Ты сам меня забрал из дома. Мог бы дождаться, пока Мишель не починит артефакт.

– Он был рабочим. И мне без разницы, будешь это ты или Мишель. От тебя нужно только зачать и выносить наследника.

– О нет! На это я не согласна. Точно нет. Определённо. Даже не мечтай.

– Ноксус! Шадорн! – позвал я, и тут же в мои ноги уткнулись горячие тела собак.

Агнесс стала бледной, как полотно. Вообще перестала дышать.

– Хочешь сопротивляться, давай, но знай…

Договорить я не смог, глаза девушки закатились, а сама она бы полетела вниз, если бы я не подхватил.

Пришлось стаскивать её с мотоцикла и нести в дом.

И правда, как настоящую невесту. На руках. Но никто же не говорил, что невеста должна быть в сознании.

Ногой почти выбил дверь.

– Мердок! – рявкнул я.

Тот тут же выплыл из комнаты.

– Что… угодно?

– Приготовь ужин. И познакомься. Это моя жена.

Я прошёл мимо него к лестнице.

– Вы… мёртвую решили взять? Как… по-некромантски.

– Нет, тупиздень. Она живая в отличие от тебя.

– В этом доме будет ещё… кто-то живой… Удивительно.

Кажется, я даже слышал улыбку в его голосе.

Я тем временем донёс новоиспечённую жену до кровати и почти бросил на неё. Нежничать не хотелось.

Хотя собак к себе в комнату не пускал, но в этот раз сделал исключение. Ноксус и Шадорн забежали внутрь и улеглись по двум сторонам от постели.

– Вот и правильно. Сторожите. А мне она нравится. Если будет всегда валяться в бессознании, вообще отлично.

– Кажется… вы нашли себе… идеальную женщину, – заковылял в комнату Мердок.

Его тело слегка тряслось, а глаза налились ещё большей зеленью.

– Будешь так нервничать – сдохнешь второй раз.

Я стал скидывать одежду, а дворецкий подошёл к девушке и долго её рассматривал.

– Что? Понравилась?

– Краси-и-ивая.

– Она просто живая, Мердок. Я в душ. Как налюбуешься, приготовь ужин.

С этими словами я ушёл в ванную. Долго мылся там, собирая мысли по кусочкам. С Витлайнами покончено. В их интересах было отдать нелюбимую племянницу и откреститься от меня, что они и сделали.

А Агнесс оказалась совсем непростой. Уж лучше бы была Мишель. С ней хотя бы можно спокойно трахаться и она на многое согласна. А с этой как?

Чёртово проклятие! О нём я знал с самого детства. Потому что скандалы не утихали ни на минуту. Началось всё с моего отца Конрада Морфэйна, который сперва ужасно долго добивался девчонки из рода Витлайнов – Мейв. Все им ставили палки в колёса, но безумная любовь победила. Однако не до конца. Некроманты непостоянны в любви и достаточно полигамны. Поэтому разочек отец сходил налево. На этом его и застукала жена.

И тут случилось самое интересное. Мейв обратилась к тёмной магии и прокляла отца. Сама померла, чтобы исполнить проклятие.

Это как же надо так любить, чтобы потратить собственную жизнь на месть? До сих пор для меня загадка.

По идее наш род должен был на отце и прекратиться, только Мейв немного промахнулась. Любовница, а именно, моя мать – Энида, уже носила под сердцем меня. Чтобы я выжил – тоже пожертвовала жизнью.

Вокруг некромантов всегда кружит смерть, и мы к ней приучены.

Я последний Морфэйн. Отец умер, когда мне стукнуло девятнадцать. А проклятие можно снять, только женившись на ком-то из рода Витлайнов, но это не основное. Надо, чтобы жена принесла наследника.

К этому ещё и списочек условий: девушка должна быть не моложе двадцати, судя по сегодняшнему – девственницей. Полную инструкцию к нему не приложили.

Разумеется, Витлайны не хотели никого отдавать. Им это присудили. Я три года с ними бодался за это право. Скоро мне тридцать. Отличный подарок будет на день рождения.

Из спальни донёсся звериный крик, переходящий в скулёж. Похоже, кто-то зарубил свинку. Но я точно знал, что это Агнесс. Она, видать, проснулась и увидела моё творение – Мердока. Я им гордился. Поднял из могилы несколько лет назад и до сих пор он жив. Хотя нет… не жив. Лучше сказать, до сих пор он не развалился.

Собаки – мой второй эксперимент.

Возможно, всё это объясняет, почему у меня нет слуг. Но и терять свои шедевры мне не хотелось просто ради того, чтобы дома было чисто.

Сам иногда всё мою. Под настроение.

Кстати, теперь у меня жена!

Я даже как-то воспрял духом. Вытираясь, стал присвистывать.

Трусов здесь нет, поэтому повязал полотенце на бёдра и вышел. Как и предполагал, Агнесс забилась в конец кровати и почти срослась с моей креативной спинкой. Я туда наручниками любовниц пристёгиваю, а она схватилась за кованые прутья и пыталась по ним залезть… ещё выше?

– Что ты делаешь, дурилка? – спросил я, уперев руки в бока.

– Это же… – Она тыкала пальцем на Мердока. – М-м-мертвец. Он же… т-т-труп.

– И заметь, даже не воняет, – с гордостью похлопал я дворецкого по плечу.

– Максимилиан. Я прошу вас… его…

Она посмотрела на доберманов. Собаки сидели молча. Облизывались и наблюдали за девушкой.

– И их тоже уберите.

– Что ещё сделать, принцесса?

Её взгляд стоил того. Бешенство, ненависть и уничтожение – это искрилось и зелёным вихрем пыталось разорвать меня на части.

– Я просто уйду. Закрою глаза и уйду. Мне посрать на все договорённости. Со мной никто не договаривался.

Агнесс глубоко, прерывисто вдохнула, сжала и разжала пальцы, явно набираясь смелости, и бодро пошагала по кровати.

– Ведь слетишь же, глупая, – усмехнулся я.

– Три шага и спуск. Я всё просчитала.

– Хорошо. Дойдёшь до выхода из поместья – можешь быть свободна. Даю тебе только один шанс уйти. Не получится – прикую к кровати.

В этот момент она открыла глаза и молнией рванула мимо меня. Я следом. Топот собачьих лап за спиной.

Она почти добежала до конца лестницы, но я сумел ловко перепрыгнуть через перила и, оказался рядом с ней. Схватил, и мы оба упали на пол.

Полотенце, разумеется, слетело с меня, пока я бежал. И теперь я голый прижимал её к дорогому паркету.

– Ты мне соврал!

– Я не говорил, что не буду тебя останавливать. И наконец, мы окончательно перешли на ты. Это прогресс.

Она елозила подо мной, пыталась вырваться. Тяжело дышала. Иногда прерывала дыхание, чтобы отпихнуть меня. Но я же в два раза больше её.

– Я обещал, что прикую тебя, – шепнул я на маленькое ушко.

– Я не рабыня, Макс.

– Ты доигралась, – рявкнул я, встал и взвалил на плечо.

– Макс! Макс! Макс! Макс!

Она продолжала выкрикивать моё имя. Специально злила. Видимо, мы сделаем жизнь друг друга абсолютно невыносимой.

Её ручки били по спине. А когда она увидела, что это не помогает, начала меня царапать.

– О да! Дорогая! Делай мне больно. Я от этого прихожу в дикий восторг.

– Извращенец!

– Как и ты! Чувствую, как бьётся твоё сердечко.

Я захлопнул дверь комнаты прямо перед собаками.

– Точно не от тебя. Да что ты?..

Агнесс не успела договорить, я перекинул её на кровать, вытащил из тумбочки наручники и сразу же оседлал, приковал две руки.

И только сделав это, понял, что стою перед ней на коленях, а мой член почти упирается в её ротик. И он был достаточно твёрд.

Она… возбуждала меня?

Девушка на удивление не боялась. Рассматривала его с любопытством. Признаюсь, я ожидал иной реакции. Думал, она будет забитой и боязливой. А при виде мужского органа снова упадёт в обморок.

– В ротик возьмёшь? – усмехнулся я, когда пауза затянулась.

Тут же получил злобный взгляд. А её губы сжались в узкую линию.

Тогда я наклонился, поправил съехавшие набекрень очки.

– Вот видишь, зато мы сразу же избавились от всех твоих страхов. Смотри, какой я крутой коуч: ты больше не боишься собак, ходячих мертвецов и даже полюбовалась на мой прекрасный орган.

– Да пошёл ты! – дёрнулась она.

– Но-но. Посиди здесь до вечера, подумай над своим поведением. И подружись с Мердоком. Он будет стряпать тебе еду. Если сильно попросишь – принесёт даже свежую. И готовься к брачной ночи, жёнушка.

– К чему? – фыркнула она.

– Хорошо. На ботанском, как ты любишь. У нас будет акт соития и зачатия. Для другого ты не нужна. Один разок оба потерпим.

– Только через мой труп.

Я хищно улыбнулся:

– Могу это устроить, солнышко.

Вскочив с постели, я стал одеваться. Проверил телефон. Несколько пропущенных от Питера. Надо снова ехать. На этот раз в лабораторию.

– Макс… Максимилиан… Ну пожалуйста. Я не смогу так сидеть до вечера.

– Вставить вибратор в твою киску, чтобы было веселее?

– Урод!

Я уже накинул рубашку и застёгивал последние пуговицы.

– Что мне за это будет?

– Не знаю… не убегу я.

– Этого мало. Придумай что-то ещё. Жду, что к вечеру ты перейдёшь от стадии отрицания к стадии принятия. А я пошёл.

– Максимилиан! Нет! Стой! Макс!.. – орала она, но я уже спускался по лестнице.

– Покорми её, – бросил я Мердоку и выскочил на свежий воздух.

С этой бестией будет интересно. Я даже перестал чувствовать бесконечную скуку.

Глава 4

Агнесс

Некромант ушёл, весело насвистывая мелодию, а я осталась в этом огромном затхлом особняке одна в окружении мертвецов.

Как я его ненавидела!

Утром я не собиралась замуж, но отнеслась к неожиданному браку довольно легко. Всегда догадывалась, что мне не дадут спокойно жить, а любви у меня не было, если с некромантом можно договориться, то какая разница? Смущал только обязательный наследник, ведь детей я пока не планировала заводить. В будущем обязательно, но не сейчас. Хотя мне двадцать пять и я уже задумывалась о создании семьи. Но Максимилиан оказался психопатом, и ни о каком договоре речи не было. Затравил меня этими мертвецами, так ещё пристегнул к кровати!

Вот почему мне не достался обычный мужчина? Пусть не такой красавчик накаченный, а адекватный и стандартный мужик! Меняю его пресс кубиками и большой член на нормальное поведение и умение договариваться.

Перед закрытыми глазами всплыло воспоминание о голом Максимилиане, некромант был хорошо сложен, не смазливый, но гарантировано у него много поклонниц, даже несмотря на привычки. Его член был у моего лица, и я успела отлично разглядеть: ровный и довольно большой. В принципе, мне не с чем сильно сравнивать, это первый пенис в моей жизни. До сегодняшнего дня я его только на анатомии проходила и в атласе видела.

Мысль с живого Морфэйна перескочила на его мёртвого слугу. Я приоткрыла глаз, зомби стоял рядом и немигающе смотрел на меня. Стало совсем не по себе. На полу возились собаки. Тоже неживые. Я смежила веки и вздохнула.

За что мне это всё?!

Собралась силами и опять открыла глаза.

– Как тебя зовут?

– Мердок.

– Э-э-э-э… Мердок, ты можешь отстегнуть меня?

Зомби-слуга кивнул.

– Тогда отстегни!

– Господин приказал накормить, а не отстёгивать.

– Но чтобы есть, мне нужны руки, так что это взаимосвязанные приказы.

– Я могу кормить тебя сам.

Меня передёрнуло.

– Спасибо, Мердок, но я лучше сама. Просто расстегни. Я и еду приготовлю сама… Пожалуйста.

В голове мертвеца щёлкали переключатели. Он просчитывал и пытался решить сложную задачу.

– Господин приказал накормить.

– Но и не запрещал расстегнуть!

Зомби наклонил голову. Он думал. Я готова была поспорить на мой гербарий, что мозги его скрипели и свобода воли у этого существа присутствовала. Хоть и ограниченная.

– Я освобожу тебя, ведь господин Максимилиан сказал, что ты жена. А жена – это госпожа, значит, тоже можешь приказывать.

Я поражённо захлопала глазами. Неужели мертвец оказался умнее меня и дал ключ к спасению? Сама должна была додуматься до такого красивого решения!

Мердок наклонился, от него и правда не пахло разложением, и пальцами разогнул наручники. Вот это силища!

– А этих милых собачек можешь увести?

– Да, – кивнул зомби-дворецкий.

Вскоре я осталась в одиночестве.

Облегчение накрыло меня с головой, как в детстве пуховым одеялом. Сколько времени я провела прикованная? Вряд ли много, но страха натерпелась жуть. Сейчас явно уже послеобеденное время, судя по солнечным лучам, проникающим сквозь затемняющие шторы.

Я вскочила с постели и заперла дверь. Только после этого огляделась. Спальня Максимилиана была в тёмных тонах, огромная кровать с балдахином. Массивный стол и кресло у камина. Абсолютно мужская комната. За другими дверьми находились гардеробная и ванная.

Просидела бы здесь весь день, прячась от Морфэйна и его экспериментов, но это меня не спасёт, да и есть уже хотелось. Осторожно выглянув в коридор, жутких собачек не наблюдалось, и я спустилась в холл.

Пока искала кухню и столовую, раздался удар в дверной молоток. От неожиданности я чуть не закричала. Почти сразу же мимо меня прошёл Мердок и открыл дверь.

Курьер передал коробку.

О, это же мои вещи.

Небольшой рюкзачок, с которым я приехала. Там ещё одна футболка, бельё, ноутбук и документы. В принципе, если я сейчас возьму его и быстро покину особняк Морфэйна, то могу попробовать сбежать…

Недолго думая, я перехватила из рук посыльного рюкзак и вылетела за дверь.

– Пока, Мердок! – махнула я ладонью и спешно отправилась к воротам.

Курьер бежал быстрее меня: некромантов не сильно любили в народе, хотя пользы от них много. Но жуткие до ужаса, вот Максимилиан завёл зомбаков, пристёгивал к кровати и пугал своей магией.

– Постойте, не подбросите до центра? Я заплачу!

Только мой план провалился, парень смог выйти за территорию, а вот мне преградили дорогу знакомые пёсики. Рыча и скалясь, они заставили меня вернуться в особняк.

Я захлопнула дверь перед мордами адских созданий и готова была разрыдаться.

– С возвращением, госпожа! Скоро подам ужин, – раздался голос позади, я обернулась к зомбаку.

Мне кажется или Мердок улыбался?

– А где моя спальня?

– Вы в ней уже были сегодня. Вас проводить?

– Нет, мне нужна моя комната, а не Максимилиана.

Но дворецкий не понимал, и мы так переругивались ещё добрые десять минут. Потом я сама ходила по особняку и выбирала комнату. Везде лежала невероятная пылища, я аж зачихала.

Мог бы и больше мертвецов поднять для уборки. Хотя я потом поняла, что Мердок не справляется с этой функцией.

Ещё один стук в дверь и вскоре я наблюдала, как порог переступила Мишель. В самом обворожительном образе. Кузина была очень красива.

Увидев меня на втором этаже, она поднялась и застыла, презрительно поглядывая. По сравнению с утром я стала намного растрёпаннее и покрылась вековой пылью. Уверена, что где-то есть и паутина. Рядом с Мишель я смотрелась как гном возле Белоснежки.

– Думаешь, что тебе удастся забрать Макса?

– О нет! Он мне не нужен, если поможешь сбежать, то я сегодня же уеду в Лорон и больше ты обо мне не услышишь.

– Макс любит меня!

– Конечно, именно поэтому он притащил меня сюда, – согласилась я, чем вызывала недовольное шипение у Мишель.

Поскорее бы это всё закончилось.

– Ты не встанешь между нами!

– Мишель! Ты меня слышишь? Я не хотела за него замуж и готова поменяться хоть сейчас!

– А через арку прыгнула!

– Упала! Я мечтаю попасть обратно в университет, мне не нравится здесь.

– У него на тебя не встанет!

– Хорошо бы. Реально хорошо бы.

Но тут же вспомнила его стояк у моего лица. Думаю, проблем с эрекцией у него нет. Может, обеспечить? Есть некоторые травки, что уменьшают потенцию…

Мишель откинула копну волос за спину и прошла в спальню Максимилиана. Я потопала за ней. Она такая ненормальная, что даже интересно посмотреть на её действия.

Девушка разделась до белья и, приняв сексуальную позу, застыла в ожидании Морфэйна.

Наверное, надо ревновать, ведь он мой муж, но мне стало смешно.

Оставив Мишель в виде прекрасной статуи, я ушла на кухню, там Мердок реально приготовил ужин, но я бы так не рисковала.

Не уверена, что не получу бонусом к спагетти порцию трупного яда.

Найдя в холодильнике запечатанные упаковки ветчины и сыра, я сделала горячие бутерброды. А потом обнаружила хороший запас алкоголя и порадовала себя явно дорогой бутылкой коллекционного вина. Это будет плата за мои сегодняшние страдания. Право имею.

Ближе к полуночи хлопнула входная дверь и раздались шаги.

– Господин вернулся! – Мердок порывался встречать Максимилиана с тапочками в зубах, но я уже пила не первый бокал, поэтому его тормознула.

– Пей вино! Это приказ. Мне нужна компания, а то пить в одиночестве – алкоголизм, а я не такая.

Когда раздались крики, то я сама, вперёд Мердока понеслась смотреть шоу.

– Какого чёрта, ты здесь делаешь?!

– Максимилиан, но мы же любим друг друга! Эта дура ничего не значит!

Полуголая Мишель скакала по лестнице в одних туфлях.

– Где моя жена?! – надвигался на неё некромант.

– Зачем она тебе нужна? Я же красивее и лучше!

Морфэйн с ней не спорил, стало жутко обидно.

– Зато я госпожа. Да, Мердок?

– Да, госпожа. Краси-и-ивая.

Максимилиан услышал нас и нашёл глазами, зрачки сузились, видимо, ему не понравилось, что я разграбила его винный шкаф.

– Мердок, уходим! Не будем мешать влюблённым! – скомандовала я верному дворецкому.

– Да, госпожа.

И размахивая полупустым бокалом, я удалилась в сопровождении зомби. А он ничего такой, соглашается со всем и не спорит по пустякам. Я ему свою диссертацию пересказать уже успела.

– Агнесс! Стой! – раздался рык сзади.

Упс.

Надо быстрее сматываться от недовольного супруга, пусть вот брачную ночь с Мишель проводит.

Глава 5

Максимилиан

Думал расслабиться после тяжёлого дня, но нет. Дома меня ждали две сумасшедшие бабы. Одна из них напилась, другая разделась. Уж лучше бы было наоборот.

– Максимилиан! Постой. Надо поговорить, мерзкий ты ублюдок!

Я развернулся и схватил Мишель за горло.

– Если не хочешь испытать весь ужас смерти – проваливай! – прошипел я, сдавливая пальцы.

– Ты не можешь так со мной поступить. Я… из знатной семьи! – хрипела она.

– Да мне как-то посрать.

– Ха! Теперь я понимаю Мейв. И я очень рада, что твой род закончится!

– Это спорно.

– Думаешь… Несс родит тебе ребёнка? Я знаю свою сестру. Она и близко с таким, как ты, не ляжет.

– Посмотрим. Ты всё сказала?

– Зря ты со мной так… у тебя был бы шанс. А теперь… – Мишель сдавленно рассмеялась. – Я бы тоже тебя прокляла. Только на такое дерьмо не хочется жизнь тратить.

– Вот и катись! – придвинулся я к ней, а потом резким движением оттолкнул.

Она побежала наверх, а спустя минуту пулей метнулась вниз, натягивая одежду.

Уже в дверях развернулась, поправила шёлковые каштановые пряди и прошипела:

– Ты ещё пожалеешь, Максимилиан. Я тебе обещаю. Со мной так нельзя!

– Дверь там! – указал я на выход.

И лишь только Мишель скрылась, я рванул на кухню.

Агнесс раскупорила вторую бутылку вина и уже выпила половину.

Я был зол. Нет. Взбешён. Что она творила? Во-первых, это дорогущая коллекция, а во-вторых…

Выхватив у неё бокал, я вылил его в раковину.

– Совсем с ума сошёл? Иди с Мишель чпокайся. Не лезь ко мне. Я тут прощание устраиваю по своей нетронутой девственности.

– Я не буду с тобой спать, когда ты пьяная.

– О! А это идея! Ик! Или нет… Не-е-ет, Макс. Я так сопьюсь, – жалобными пьяными глазами посмотрела она на меня. – Но я готова стать алкоголичкой во имя спасения своего чресла.

Агнесс схватила бутылку и начала пить прям из неё.

А я… я кипел. Во мне горело всё, что только могло гореть.

Одним размашистым движением я выбил бутылку из рук, и она улетела к стене.

– Сейчас ты пойдёшь проспишься, а завтра мы с тобой поговорим!

– Я тебе не подчиня-я-яюсь! – вскинула она указательный палец.

Девушку уже вело, и она слегка раскачивалась на стуле.

– И вообще… – Агнесс встала и, пошатываясь, подошла ко мне. – Кто сказал, что я буду твоим инкубатором? Ик! Я. Не. Хочу. Иметь. Детей. Сейчас. Это понятно? И спать с тобой тоже не буду. Давай просто ты оставишь меня в покое, дашь учиться, а я обещаю не доставать тебя. Ик! По рукам?

Она протянула ладонь. А я несколько мгновений смотрел на качающееся пьяное тело.

– Уже торгуешься. Это хорошо! Принятие близко, Агнесс.

Не дожидаясь ответа, я закинул её на плечо и под пьяные вопли понёс наверх.

В который раз за день бросил на кровать. Выпрямился и упёрся руками в бока.

– О! Значит, отказываешься от сделки? – не сдавалась девушка. – Ну хорошо. Тогда придётся бухать.

– Я спрячу все бутылки в этом доме.

– Всё равно найду, чем себя травить.

– Привяжу к постели, всуну кляп, который буду убирать только на время еды.

– Но как же быть, Максимилиан? – расхохоталась она. – Я могу раздвинуть ноги, только пока я пьяна. На трезвую голову ты меня не получишь.

Она сняла очки, положила на тумбочку. После этого распустила волосы и они каскадом упали на плечи.

– Что ты делаешь, дурилка?

– Пытаюсь раздвинуть ноги. Давай только по-быстрому. Чтобы не затягивать.

Агнесс попыталась снять кофту, но запуталась. Потребовалась минута, чтобы она наконец от неё избавилась. Следом начался бой с джинсами. С ними сложнее. Сначала застряла одна нога, потом вторая. В конце концов они тоже полетели на пол. Девушка осталась в смешном нижнем белье в горошек. Совсем не эротичном.

Я попытался сдержать улыбку. Не останавливал эту сумасшедшую. Было интересно, что же у неё в пьяной голове.

– Вот! – Она закрыла глаза и распласталась на кровати.

А в полуголом виде Агнесс очень даже ничего. Стройная фигура и грудь есть, которую под бесформенной одеждой совсем не видно. Аппетитные ножки расползались по постели.

– А… не так же, – подняла голову Агнесс. – Мне надо соблазнять тебя? Ну хорошо. Даже на это согласна.

Пока она пыталась подняться на кровати, её рот не затыкался.

– А ты знаешь, что женщины… никогда не испытывают… вагинальный оргазм. Ха-ха-ха. А вы-то, мужики, думаете, что такие крутые. Наяриваете там своими поршнями. А всё… в пустоту.

– Ты хоть какой-то испытывала? Говоришь так, как будто перетрахалась с кучей мужиков.

– Твой мозг ограничен. Можно знать многое. Не обязательно это применять. Вот… как с ядами.

Она, спотыкаясь о простынь, подошла и рухнула на меня.

Её губы оказались слишком близко от моих. В нос ударил запах алкоголя и малины.

– Ну… с чего начнём? – спросила она, скользя изучающим взглядом по моему лицу.

– С трезвости, Несси. С трезвости. – Я всё так же упирал руки в бока, не трогал её, не шевелился.

– Не-е-е. Ты сегодня просил готовиться к брачной ночи! Я готова!

Агнесс смешно вытянула губы трубочкой и закрыла глаза.

– Я ни с кем не целуюсь, – ухмыльнулся я.

Тут же зелёные океаны раскрылись, и в них мелькнуло что-то хищное.

Она с силой притянула меня и неумело, грубо впилась в губы. На секунду я опешил. Не ожидал такого. Да ещё и от неё. Но потом понял…

Ах так! Решила выбесить меня окончательно?

Одна моя рука прижала её талию, второй я впился в затылок. Так, чтобы девчонка не смогла убежать. Если хочет поиграть, я согласен.

Мой язык ворвался в маленький ротик. И конечно же, Агнесс заверещала. Открыла глаза и попыталась отстраниться. Но я наблюдал и не давал свободы. Трахал своим языком её, не позволял отдышаться.

Хотела разбудить зверя – получай.

Она попыталась сжать челюсти, но я тут же всосал её язык и угрожающе стиснул зубы.

Это была не любовная игра. Чистая борьба. И пока побеждал я.

Агнесс решила просто повиснуть в моих руках, в надежде, что я отпущу, не стану долго держать. Но для меня она пушинка. Поэтому я насиловал её рот до тех пор, пока не заболели губы.

Наконец отстранился.

– То, что я ни с кем не целуюсь, не значит, что я не буду это делать с тобой. Хочешь ещё поиграть?

Она молчала. Только хлопала своими зелёными бездонными глазами и усиленно пыталась втягивать воздух носом. А моя рука уже скользнула к ней в трусики. Отчего девушка выгнулась и задержала дыхание.

– М-м-м. Да ты течёшь вся, – прорычал я. – Может, ты и права. Стоит трахнуть тебя прямо сейчас.

Так хотелось ещё поиграть с её невинным бугорком, особенно понравились вздрагивающие от накрывающих ощущений реснички. Но сейчас она пьяна.

– Нет-нет-нет! – вздрогнула Несси, будто пришла в себя. – Я передумала! Максимилиан.

Мои пальцы покинули скользкую, горячую киску, и я демонстративно их облизал. Агнесс не отрывала испуганный и в то же время возбуждённый взгляд от меня.

– Вкусно, девочка.

Я отпустил талию, и моя супруга тут же упала, быстро отползла, закрывая себя простынями. Её сбившееся дыхание выдавало волнение.

– Захочешь провернуть такое в следующий раз – я не стану останавливаться. Даже больше. Накажу тебя. Очень-очень больно. Как я люблю. И запомни: то, что не работает у меня на других женщинах, может прекрасно заработать на тебе.

– Ты псих, – прошептала она.

Я стал раздеваться. Снял рубашку, штаны. Мы всё время не отрывали взгляд друг от друга. Засверливали до дыр. С любопытством изучали.

Оставшись в боксерах, я рванул одеяло, услышал жалобный писк. Но мне было всё равно.

Скользнув к ней, я притянул девушку к себе на плечо. А её руку положил на возбуждённый член.

– Что ты делаешь? – всхлипнула она.

– Привыкай к нему.

– Не хочу я ни к чему привыкать.

– Уберёшь руку, трахну тебя прямо сейчас.

Она было дёрнулась, но явно пересиливая себя, осталась лежать в таком положении. Замерла. Напряжённое тело девушки слегка подрагивало. Её голова покоилась на моём плече, и я чувствовал этот аромат малины от белокурых волос.

– Максимилиан, давай поговорим, как взрослые люди.

– Даже так? Уже протрезвела?

– Ты не можешь использовать меня как инкубатор. Мы живём в современном мире, где нет рабства.

– Не в твоём случае. Семейка Витлайнов знатно постаралась, чтобы вернуть Средневековье.

– Просто представь, каково будет этому ребёнку… нашему ребёнку. – Её голос слегка дрожал. – Ты лишишь его родительской любви. Какой пример покажешь?

– Во-первых, с чего ты взяла, что его лишат родительской любви? Я его буду любить. Ты тоже можешь остаться рядом и дарить всё, что дарят матери детям. Во-вторых, ребёнок хотя бы будет. Других вариантов иметь детей у меня нет. Да и я могу в скором времени откинуть копыта без наследника. В-третьих, спи уже.

– Так нельзя. Мы будем всё время собачиться. Я не смогу его бросить. Поэтому ребёнок будет видеть, как мы ненавидим друг друга.

– Перестань ненавидеть меня.

– Так просто? Ты разрушишь мою жизнь, а я должна буду мило улыбаться?

– Живи своей жизнью дальше. Тебя никто не ограничивает. А я найму ему няню.

– Максимилиан! Ты дом свой видел? В нём три слоя пыли. Сюда даже слуги приходить боятся.

– Что-нибудь придумаю.

– Что?

– Спи!

– Нет! Скажи! Мы с тобой так и не поговорили.

Голова Несси поднялась, и я чувствовал, как меня окутывает её огонь, сам лежал с закрытыми глазами.

А ручку от моего члена она не убирала. Видимо, боялась угроз. Умничка! Послушная!

– Поговорим завтра! Я безумно устал!

– Я не могу ждать до завтра. Хочу сейчас. Мне нужна своя комната. Там, где я буду заниматься. Нужно личное пространство.

– Исключено.

– Почему?

– Мы должны привыкать друг другу.

– Зачем?

– Опять мы ходим по кругу. Прими уже неизбежность.

– Максимилиан!

– Ложись!

Я притянул её голову к плечу и машинально стал гладить по волосам. Уже был сонный, плохо соображал. Хотел прекратить, как почувствовал, что девушка расслабляется. Видимо, это безобидное действие её успокаивало.

Она ещё такой ребёнок.

Не прошло и нескольких минут, как Агнесс засопела.

Серьёзно? Только что толкала пламенную речь и готова была растянуть её на всю ночь, а через минуту уже дрыхла без задних ног? Эта девушка невероятна.

Я чуть повернул голову, рассматривая в полумраке её лицо. Зачем прячет красоту под всей этой безвкусицей? Милая мордашка: остренький носик, пушистые реснички и мягкие губки… Я вспомнил их вкус. Впервые поцелуи не вызвали отвращения. Наоборот. Хотелось ещё и ещё. Погружаться в маленький ротик, исследовать его, покусывать строптивый язычок.

От таких мыслей член дёрнулся.

Я осторожно убрал хрупкую ладошку с него. Она меня почему-то возбуждала.

Нет! Просто я уже давненько нормально не кончал с женщиной. Но скоро я ворвусь в девственное лоно, порву его своим размером…

Чёрт! Да что со мной не так?

Я провёл рукой по лицу, прогоняя навязчивые эротические картинки.

Так. Надо просто подумать про работу, трупы, морги и проклятую лабораторию, в которой до сих пор выясняют причину смерти взрослой женщины. Неделя уже прошла, всё никак не доделают. Бездари.

Завтра опять какие-то неопознанные тела меня ждут. Каждый день кто-то умирает.

С этими мыслями я погрузился в сон. И где-то на краешке болталась моя жёнушка в дурацком лифчике в горошек.

Глава 6

Агнесс

Я проснулась от нехватки воздуха и придавленная чем-то тяжёлым. В полумраке было плохо видно и долго провозившись, я всё-таки освободилась. А потом заорала.

Я лежала в постели с мужчиной. Ещё и с Морфэйном!

– Сколько времени? – раздался хриплый после сна голос Максимилиана.

– Почему мы в одной кровати? – Я толкнула его в плечо.

Он же довольно развалился на подушке и внимательно рассматривал меня, его глаза поблёскивали в темноте.

– Потому что ты вчера меня соблазняла.

– Я?! Не может быть! Врёшь!

– Разделась и лезла целоваться.

Хотела возмутиться, но я, и правда, была в одном белье. А вот поцелуй абсолютно не помнила. Как и всю ночь. Последнее воспоминание: это я с Мердоком чокалась бокалами… Видимо, я напилась.

– Так. Забудь всё, что вчера было. Это виновато вино. Состояние изменённого сознания.

– А мне понравилось. У тебя мягкие губы и проворный язычок.

Я покраснела и залезла с головой под одеяло. Стыдно. Очень стыдно.

– А твои пальчики на моём члене я не забуду никогда. Сегодня повторим?

Он бы продолжил меня мучить, но раздалась вибрация телефона и Максимилиан отвлёкся на него.

А я быстро схватила рюкзак и юркнула в ванную.

Успела выйти из душа и обернуться в полотенце, как зашёл Максимилиан. Голый и ничуть не смущающийся своей наготы.

– Ты нудист?

– Мне нечего стесняться, – ухмыльнулся он.

– Ну раз показать больше ничего не можешь, то остаётся только пенисом размахивать. – Я повернулась к раковине, пытаясь выдавить зубную пасту. – Приматы так самок привлекают.

– Получается?

– Не очень. Ты не в моём вкусе. И я думала ты из этих.

Я показала взглядом на серебряное колечко в его ухе.

– Из этих? – негодующе возмутился Максимилиан.

– Ну да, – спокойно пояснила я. – Из пиратов. Не люблю пиратов.

– А если проверю?

Он вжал меня в раковину и коленом раздвинул ноги. Я замерла, ощущая, что нас разделяет только одно тонкое полотенце, которое держится еле-еле.

В зеркале отражались напуганная и пунцовая я и смеющийся Максимилиан. Вот же мудень.

– Прекрати!

– А то, что? – Он развлекался, это было видно по его лицу.

– Пожалуйста. Мне некомфортно.

Неожиданно Максимилиан послушал и, отпустив меня, зашёл в душ. Включил воду и не обращал больше внимания.

Я с горем пополам умылась и сбежала в комнату одеваться. Руки тряслись. Можно было себя обманывать, что я бешусь от нарушения личных границ, только я не люблю самообман. Его выходка вызвала возбуждение, и часть меня желала, чтобы он не останавливался. Задрал бы полотенце и сделал бы это. Возможная боль совершенно не пугала, я догадывалась, что получу намного больше удовольствия.

Но сдаваться наглецу я не собиралась. Такие чувства никогда не были мне свойственны. Если бы хотела, то давно бы девственности лишилась. Просто никто не нравился. Ни один парень в окружении не вызывал таких эмоций, а Максимилиан тоже не нравился, но он бесил, пугал и возбуждал.

Нацепила джинсы и футболку, собрала волосы в высокий хвост.

– Одеваешься, как беспризорная сиротка.

– Я и есть сиротка! – фыркнула я ему в ответ.

Ещё одежду мою оценивает. Хам.

– А ты косплеишь австралопитека, ходя в набедренной повязке? – кивнула я на полотенце.

Он его демонстративно скинул и начал одеваться. Я отвернулась почти сразу, но рефлекторно косилась. Было в нём что-то интригующее.

Вдруг дверь открылась, и в комнату одновременно ввалились Мердок и доберманы.

В ту же секунду я уже вцепилась в Максимилиана, буквально повисла на нём.

– Собаки!

– Я в курсе, – невозмутимо заметил Морфэйн, ни один мускул не дрогнул у него под моим весом. – Они здесь живут. И дольше, чем ты.

– Убери собак или жена у тебя тоже будет зомби!

В его тёмных глазах промелькнул нехороший блеск, от развития темы моего убийства и воскрешения спас дворецкий.

– К вам пришёл посетитель, – торжественно возвестил Мердок. – Живой.

– Ноксус, Шадорн, место!

Собаки умчались, а я слезла с Максимилиана. Мы одновременно покинули спальню, немного толкаясь в дверях.

У входа стоял Питер Дараг. Максимилиан направился сразу к нему.

– Привет. К чему такая забота? Просто бы позвонил.

Они пожали друг другу руки.

– Привет. Вообще, я не к тебе… А к Агнесс.

Он посмотрел на меня и продолжил:

– Мне бы не помешала консультация специалиста по ядовитой флоре. Подумал, что если заеду – больше шансов, такси сюда не любит ездить.

Вытянувшееся лицо Морфэйна стало лучшим подарком. Он точно не ожидал такого поворота.

– Конечно! – радостно согласилась я. – С удовольствием.

– А меня спросить? Я не сдавал в аренду жену.

– Милый, не помню, что я продавалась в рабство. Договор о замужестве выполнен, даже без моего согласия. Остальное – обращайся к Мердоку, он твоя собственность.

Я помахала ручкой опешившему Максимилиану и спряталась за довольного Питера.

– Вот и замечательно! Агнесс, какой кофе предпочитаете? Вы же ещё не завтракали?

– Стоп, я с вами, – недовольно пробурчал почти брошенный муж.

Мы с Питером переглянулись, глаза полицейского смеялись.

На улице немного поспорили, Максимилиан не дал мне сесть в машину к Дарагу. А я для приличия повозмущалась, но в предвкушении быстрой езды устроилась сзади Морфэйна. Обняла его за талию и прижалась к широкой спине.

– Мне кажется или ты не так уж и против ехать на мотоцикле?

– Тебе кажется.

Он резко выкрутил газ и молниеносно набрал скорость. Мой визг услышала бы вся округа, но вокруг был только лес и кладбище, а с мёртвыми уж Максимилиан договорится как-нибудь.

Некромант уже догадался: мне приходилось по душе ездить с ним на мотоцикле. Безумно нравилось, как мы разбиваем ветер, как резко заносит на поворотах. Сердце замирало, а потом отмирало обратно. И мир словно становился ярче.

У лаборатории мы оказались через двадцать минут, прилично обогнав машину Дарага, и теперь ожидали его у входа.

Я сняла шлем, но с мотоцикла не слезла. Максимилиан же что-то печатал в телефоне. Не сдержав любопытства, я заглянула ему через плечо. Он пролистнул кучу сообщений от Мишель и заблокировал её номер.

– Я думала, что вы любите друг друга.

– Мы должны были пожениться и завести ребёнка.

– Но разве для этого не надо любить?

– Ты же умная девочка и знаешь анатомию.

– Ладно-ладно, но… Неужели ты так сильно хочешь детей? Прости, но твоя работа, дом, зомби и мотоцикл не соотносятся с мечтами о семье.

Он глянул на меня, словно взвешивая, отвечать или нет. Но всё-таки сказал:

– Это часть снятия проклятья. Женитьба на девице Витлайн и ребёнок от неё же. Без этого я не только последний Морфэйн, но ещё и силы теряю, с такими темпами недолго протяну.

– Максимилиан, но мы же можем договориться? Как взрослые люди. Ты же не совсем отбитый. Ребёнок это серьёзно, скорее всего можно найти другое решение.

Он выразительно хмыкнул.

– Ну правда, адекватности, конечно, мало, но я так не могу…

– Мне нужен ребёнок.

– И ради этого готов меня изнасиловать?!

– Ты сама будешь не против.

– Запугать собаками и привязать – это твоё «не против»?

– Хочешь ванильных ухаживаний? Я не такой.

Наш разговор прервал подъехавший полицейский, и мы прошли в морг.

– Я же вчера с ней говорил, – недовольно выгнул бровь некромант.

– А теперь я хочу узнать мнение Агнесс. По симптомам её отравили, но яд не обнаружен. Может, опять этот мираж. Только тело пролежала дольше и никаких покрасневших губ.

– Интересно.

Мужчины обернулись ко мне.

Ой, я что это вслух сказала? Блин.

Пришлось продолжить:

– Выключите свет, и вы тоже увидите.

Дараг щёлкнул кнопкой. Морг погрузился во тьму, только слабое свечение появилось на руках и лице убитой девушки.

– Что это?

– Доказательство. Это Дордунайский мираж. Питер, вы были правы.

– На теле Галии Бронт, вчерашней утопленницы, будут такие же следы?

– Да, можете проверить. А перед нами, как понимаю, её подруга?

– Да, Лилиан Вассер. Только умерла она за неделю до Бронт.

– Тогда как она угостила её ядом?! – поражённо воскликнула я.

Максимилиан включил свет.

– Пока ответа нет, а допрос некромантом не помог, – задумчиво протянул Дараг. – Посмотрите ещё тела, уважаемая Агнесс?

– Для вас просто Несс, – искренне улыбнулась я полицейскому, мне начинала нравиться такая помощь. Интересно.

Остальные трупы были чистые.

После всего мы вышли на улицу.

– Для вас просто Несс, – передразнил меня Максимилиан.

– Я не некромант с пунктиками на имя. Можешь, тоже так называть.

Мужчина, что-то неразборчиво пробурчал себе под нос и подал мне шлем.

– Постойте, Агнесс! – сзади раздался голос Питера. – И Макс. Может, позавтракаем?

– Да, – кивнула я.

– Нет, – отрезал Максимилиан.

Ответили мы одновременно и посмотрели друг на друга.

Глава 7

Максимилиан

– Макс! Ты тут?

– А?

Я отвлёкся от помешивания сахара в кофе. Никак не мог сосредоточиться. С Агнесс всё пошло наперекосяк. Мой график, работа, даже внимание теперь разлеталось.

– Странное это дело, говорю. Из всего получается, что Лилиан воскресили, чтобы убить Бронт.

– На что ты намекаешь?

Я посмотрел на него таким взглядом, от которого Питер невольно вздохнул.

– Ни на что, Макс. Я верю, что это не ты, но вот остальные…

– А вот и зря вы ему верите, – вмешалась Агнесс. – У него дома мёртвые собаки и дворецкий.

– Как будто он не знает, – бросил я и повернулся к ней всем корпусом. – А ты, я смотрю, меня с удовольствием бы за решётку упекла.

– С превеликим, – буркнула девушка и закопалась в яблочном пироге.

Я же перевёл взгляд на Питера:

– Слушай, можешь попридержать отчёты на пару дней? Не хочется тратить время на все эти бюрократические заморочки. А пока разберёмся, что да как.

– Не вопрос. Но чисто для себя: где ты был неделю назад с девяти до двенадцати вечера?

– Как обычно. На работе, потом домой поехал.

– То есть… алиби у тебя нет?

– Конечно, нет. Если хочешь, можешь допросить моего мёртвого дворецкого. Но у него памяти хватает, дай бог, на несколько часов.

– Скверно. – Питер постучал пальцами по столу. – Надо составить список зарегистрированных некромантов в городе и всех объехать.

– Думаю, управимся за день. Их совсем немного. Но есть ещё незарегистрированные.

– Ты их знаешь?

– Ага. У нас как раз по пятницам проходят встречи анонимных некромантов. Нет, конечно!

– Что думаешь?

– Не знаю. Из нас следователь ты, а не я. Вот и следуй. Но не за мной. Мы сейчас с жёнушкой поедем к гинекологу.

– Куда? – подавилась Агнесс.

– Туда. Запись через полчаса. Поэтому… не радуйся. Перед тем как посадить меня в тюрьму, я всё равно успею сделать наследничка.

– Ты больной!

Питер усмехнулся, глядя на наши пререкания:

– А у вас настоящая семейная жизнь. Прям бурлит.

– Не то слово. – Я кинул на стол деньги и, схватив Агнесс за локоть, потащил за собой. – На созвоне. Сегодня сразу же приеду к тебе, как завершу семейные дела.

Уже на улице Агнесс остановилась, дёрнула руку, чтобы освободиться.

– Нам нужно поговорить, Максимилиан. И пожалуйста, услышь меня. Я пока не готова иметь детей. Даже не думала об этом. – Она стала рьяно жестикулировать. – Ты ворвался в мою жизнь, всё в ней перевернул вверх дном, и теперь я должна отдать долг, которого не брала? Пойми, так не строится ничего хорошего.

– Опять ты за своё, – устало потёр я переносицу. – Послушай, Несси. – Я медленно подошёл, почти вплотную. – Сейчас я пытаюсь сделать всё по-хорошему. Настолько, насколько это позволяет мой скверный характер. Думаешь, у тебя есть выбор? Нет, крошка. Его нет. В этом вопросе точно. Поэтому либо всё будет мило, чудесно и не больно для нас обоих, либо я устрою тебе ад и пекло.

Мой нос уже почти касался её, а голос стал таким низким, что переходил в рычание.

– Сейчас ты можешь договориться со мной о каких-то условиях для себя, например, о своей учёбе. Но если будешь вставлять палки в колёса, то ни о каких переговорах не может идти и речи. Ты меня поняла?

Она только сглотнула. Я чувствовал страх, смешанный со злостью. Всё её тело это показывало: гордо вздёрнутый подбородок, прямой взгляд и чуть подрагивающие кончики пальцев.

– Это не справедливо, – только и прошептала она, и глазки заблестели.

– Ещё захныкай здесь, как маленькая девочка.

– Я и есть маленькая девочка, твою мать!

– Ругаешься, значит, уже не маленькая. А теперь пошли.

Я развернулся и быстро двинулся в сторону мотоцикла. Слышал тихие шаги сзади. Покорная. Умничка.

Тонкие руки по обыкновению обхватили меня за талию. Она уже не боялась этой близости. И к остальному привыкнет.

Мы быстро домчались до перинатального центра. До приёма оставалось минут десять, и мы сели на диван. Вокруг ходили счастливые пары. Некоторые держались за руки. Я тоже взял ладонь Агнесс. Она попыталась выдернуть её, но я крепко переплёл пальцы и сжал.

– К чему это? – захлопала девушка пушистыми ресничками.

– Пытаюсь быть милым, – буркнул я.

Она недовольно фыркнула:

– Выглядит нелепо.

Но руку перестала вырывать. Я облокотился на другой край дивана, уставился в пустоту. Слегка поглаживал мягкую кожу большим пальцем.

Эта девушка не такая, как все женщины, что были у меня. Она не вешалась, не пыталась запрыгнуть ко мне в постель. Агнесс умна и открыта… Живая. Вот то слово, которое крутилось на языке. Настоящая.

Мне хотелось её трогать, быть ближе.

Пф. К чему эта лирика? Надо срочно выкинуть весь ненужный бред из головы. Она будет лишь матерью моего ребёнка. Я даже не представлял, как смогу удовлетворить все свои потребности с ней в постели. Нет-нет-нет. Она из тех, кто любит миссионерскую позу и классический секс. Явно не примет мою жёсткость. Таким, как она, подавай вялотекущие покачивания с тихим стоном в конце.

Я же привык, что мои женщины кричат от удовольствия и боли.

– Госпожа Агнесс Морфэйн? – вышла из кабинета симпатичная медсестра. – Прошу.

Несси встала, бросила презрительный взгляд в мою сторону и проследовала за работницей.

Минут через пятнадцать томительного ожидания, девушка позвала и меня.

– Ну что ж, – начал доктор Финлиан – отличный гинеколог и мой хороший знакомый. – Присаживайся, Максимилиан.

Он дождался, пока я расположусь на стуле рядом с раскрасневшейся Агнесс. Та сидела тихо, как мышка, нервно одёргивала одежду.

– Визуально, всё у твоей жены в порядке. Никаких патологий я не вижу. Сделаем ещё пару анализов. Кстати, спермограмму тоже неплохо сдать. Можешь даже сегодня. И если всё будет хорошо, то можно уже начинать работать над этим. – Он что-то параллельно записывал у себя в карте. – Не пить, не курить, вести здоровый образ жизни. Начать работу надо за пять дней до овуляции. М-м-м. Этот период как раз сейчас.

– Доктор, а если я не… – начала было Агнесс, но я перебил.

– На спермограмму я могу пойти с женой?

– Конечно. Но никакого полового акта. Только мастурбация. Вот, держи контейнер.

Она снова начала:

– Я с ним не…

– Спасибо, Ник. С меня причитается.

– Не забудь сдать эти анализы. – Он протянул ей список. – Кабинет пять и шесть.

Я быстро подхватил за руку свою жену, пока она не наговорила, чего не следует, и повёл за медсестрой. Агнесс попыталась сопротивляться, но я больно сжал её пальцы.

И вот мы зашли уютную комнату с диваном. Напротив огромный экран, на столике перед ним разные порнушные журнальчики.

– Отдыхайте, расслабляйтесь. Здесь хорошая звукоизоляция. Доктор вам всё рассказал?

– Да.

– Тогда я вас оставляю. Не спешите.

Она улыбнулась и тихонько выскочила за дверь. Я тут же закрыл замок и убрал ключ.

– Зачем ты сюда меня притащил? – накинулась Агнесс. – Сам не справишься? Мало того что всё происходящее выглядит диким, так ещё и это. Дай ключ, я ухожу. С меня хватит!

– Хочешь, чтобы я отпустил тебя на учёбу, Несси? – протянул я, разваливаясь на диване. – Тогда будь хорошей девочкой и постой рядом.

– То есть был вариант, что ты меня вообще никуда не отпустишь?

– Конечно! Могу привязать на цепь. Девять месяцев посидишь.

– Немыслимо, – провела она нервно рукой по волосам.

Я же взял пульт и начал выбирать.

Посмотрим, понравятся ли ей мои вкусы.

Агнесс демонстративно встала спиной ко мне. Но, получается, лицом к экрану.

А это будет забавно.

– Не посмотришь на меня? – улыбнулся я.

– Даже не подумаю. Делай свои дела и пошли. Хочу побыстрее уйти отсюда.

Я выбрал и включил понравившееся видео. На нём связанная девушка слегка висела над полом. Верёвки опутывали большую часть её тела. Ноги разведены так, что их невозможно свести.

Мужчина хлестнул девушку плёткой по попе, и она выгнулась. Агнесс же слегка вздрогнула, но взгляд не отрывала.

Я представил, как делаю с ней то же самое, и член затвердел.

Нежная и светлая кожа, наверное, чуть бы порозовела. А я бы это облизал, даря ласку после грубости.

Я вынул ствол из штанов и провёл по нему вверх и вниз.

Мужчина в кадре продолжал доставлять приятную боль девушке, та вскрикивала, а потом стонала. Он приставил мощный вибратор к её киске и заставил кончить несколько раз подряд, без передышки. А когда она взмолилась о пощаде, он опустил девушку вниз и рывком вошёл сначала в лоно, а спустя какое-то время, стал растягивать своим членом анальное колечко. Не оставлял истерзанный клитор ни на секунду. У него был целый арсенал игрушек, которыми он ублажал девушку до криков.

Несси сложила руки на груди, внимательно смотрела. Я видел, как возбуждённо она дышит, как старается сдерживаться.

Закрыв глаза, нарисовал в воображении те же действия и с ней. В голове разносились громкие стоны. Она таяла, распадалась на кусочки раз за разом, а я медленно собирал её обратно.

Верёвками я бы связал ей руки сзади и натягивал бы упругую попку до конца на член. Не давал бы шевелиться, пока она не кончит раз пять.

Несколько движений и я с хриплым стоном излился в небольшую баночку. Невероятно. Я получил оргазм, и женщине не пришлось ничего такого делать. Лишь в мыслях.

На экране мужчина продолжал трахать девушку. А я пытался отдышаться. Смотрел на Несси. Она слегка прикусывала губки. А её ноги были плотно сведены. Кажется, моя жена забыла про меня. Я же полностью загорелся желанием попробовать всё, что она видела сейчас.

Осторожно подошёл, притянул резко к себе.

Агнесс взвизгнула, явно испугалась.

– Хочешь тоже так? – тихо спросил я.

Провёл губами по шее. Её глаза буквально на мгновение закрылись, пропитывая девушку удовольствием. Ещё чуть-чуть и она сдастся. Упадёт ко мне в пропасть.

Но Несси вдруг опомнилась, выпуталась из моих рук и, прочистив горло, почти стала заикаться:

– Т-ты всё? Пошли тогда. Мне… мне… где же этот листок. Анализы. Доктор сказал…

Я выключил телевизор, подошёл ближе и заправил выбившуюся прядку. Пришлось слегка нагнуться, чтобы быть на уровне с ней. Агнесс не смотрела на меня, её щёчки пылали, взгляд бегал, а сама девушка явно нервничала. Я увидел в ней возбуждение. Клянусь, она сейчас безумно мокрая и горит. Но так испугалась, потому что от меня не ускользнули её желания, которые она не успела спрятать.

– Тебе понравилось?

– Вовсе нет! Как такое может нравиться?

– Маленькая, грязная лгунья.

Я провёл кончиками пальцев по её губам.

– За это я оттрахаю тебя в этот лживый ротик.

Одним поцелуем я поймал нарастающее возмущение. Но она всё же оттолкнула меня и выставила ладонь.

– Ключ, Максимилиан!

– Сначала посмотри на это. – Я провёл перед её глазами баночкой, почти до краёв наполненной моей спермой. – Некроманты очень любвеобильные. Жду не дождусь, когда накормлю свою изголодавшуюся жёнушку. Представь, сколько нужно будет проглотить.

Агнесс, кажется, взяла себя в руки. Подняла на меня уже спокойный взгляд.

– Ты, вроде как, детей хотел. Это другое место кормить надо.

– Меня хватит на все твои места, – улыбнулся я.

– Придурок!

Она шагнула вперёд, залезла мне в карман и достала ключ.

Какая пугливая. Меня это заводит, малышка.

Я наблюдал, как она нервничала, не попадая в замок. А когда справилась, почти пулей выскочила из комнаты и сразу же пропала в туалете.

– Контейнер давайте сюда! – подошла ко мне медсестра. – Завтра будут готовы результаты.

Я молча кивнул. В коридоре сел в кресло и стал ждать. Несси вышла минут через пятнадцать. Её лицо уже не пылало. Она сразу же направилась по кабинетам. И только закончив, подошла ко мне.

– Ты обещал отпустить меня на учёбу. Я выполнила твои условия.

– Поедешь через две недели.

– Максимилиан!

– Могу сам тебя отвезти, но не раньше.

– Ты не можешь меня так обманывать!

– Никакого обмана, милая. Сначала я получу своё, потом уже перейдём к твоим условиям.

– Да ты…

Разгорающуюся ссору прервал телефонный звонок от Питера:

– Приезжай. Тут очередной трупак. По твоей части.

– Скоро буду.

Я встал, погладил её по голове.

– Хорошая девочка. Поговорим обо всём через две недели!

– Нет!

– Даже спрашивать не буду!

– Как мне учиться?

– Что-нибудь придумаю.

Мы вышли на улицу, продолжая спорить.

– Вызову тебе такси. Мне надо срочно на работу.

– Сама справлюсь. Максимилиан! Прошу! Ты не можешь…

– Я всё могу, сладкая. – Поцеловав её в макушку, я надел шлем.

Она ещё что-то пыталась сказать, но я резко рванул вперёд.

В боковое зеркало видел, как Несси от злости топает ногой по асфальту. Да. Я безжалостный и эгоистичный ублюдок, готовый разрушить чужую жизнь ради собственной. И мне плевать. Эта женщина будет моей, желает она этого или нет.

Но теперь добавилось то, что я хочу Несси. А это для неё страшнее всего. Сладенькая девочка от меня не уйдёт.

Глава 8

Агнесс

Морфэйн невероятно бесил. Только я начинала думать, что Максимилиан не так плох, как он выкидывал максимально дебильный поступок.

Этот мужчина настоящий ред флаг: принуждение, насилие, абьюз и ещё чёрти знает что.

Мне надо найти способ от него избавиться. Максимилиан не собирался отпускать меня сейчас на учёбу, но я не обязана ему подчиняться. Вернусь в Лорон и там найму хорошего юриста.

Я заехала за рюкзаком и купила билеты на ближайший рейс.

– Госпожа, вы надолго уезжаете? – Мердок провожал меня у ворот.

– Надеюсь, что навсегда.

– Жаль. Этому дому не хватает любви.

– С Максимилианом это невозможно. Прощай, Мердок.

Дверь в такси захлопнулась, и машина резко отъехала. Людям сложно выдерживать ауру смерти. Меня же почему-то она не пугала. Наверное, если Морфэйн не был таким придурком, то у нас бы появился шанс. Но увы.

Я задумалась о некроманте, так резко ворвавшемся в мою жизнь, что совсем не смотрела за дорогой. А машина внезапно остановилась, отъехав относительно недалеко.

– Что-то случилось?

– Ничего. Сейчас все исправят.

– Хорошо.

Я откинулась на спинку.

А потом до меня дошло.

Кто исправит?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.