Алексей Курилов
Флуорикс-9

Глава 1

Если бы в космосе был звук, а у планет уши, то маленькая планетка, на задворках ничем не примечательного белого карлика, очень удивилась бы от нарастающего рокота ракетных двигателей. За миллиарды лет ее существования ничего крупнее молекулы водорода мимо не пролетало. Когда-то очень давно чудовищные силы взрыва сверхновой разорвали красный гигант, оставив после себя лишь маленький белый карлик, дожигать водород – остатки былой роскоши.

Корабль выключил тормозные двигатели. Медленно и грациозно, он развернулся носом по курсу. Бортовой компьютер сверился с навигационными ориентирами – траектория оказалась идеальной. Теперь, когда путь на высокую орбиту был подтвержден расчетами, оставалось только разбудить экипаж.

Согласно протоколу, первыми должны были выйти из анабиоза капитан, навигатор и доктор. Панели на их камерах мигали тусклым синим светом – поскольку они начали отогреваться несколько часов назад, восстанавливая привычную температуру тела, но только сейчас инъекторы выпустили в кровь нейтрализаторы литаргина и организм медленно и нехотя принялся избавляться от липкой паутины сна.

Первым пришел в себя навигатор. Неудивительно – для него это был далеко не первый полёт. Человек ко всему привыкает. Даже к самым адским условиям. Даже к ноше и самому сложному бремени.

Навигатор попытался открыть глаза, но яркий свет сразу же дал понять, что это была не лучшая идея.

– Назовите ваше имя и должность, – проворковал приятный синтетический голос бортового компьютера.

– Смисф… – все, что удалось прошипеть через слипшиеся губы.

Бортовой компьютер ждал, он никуда не торопился и готов был мирится с несовершенством человека хоть целую вечность.

Откашлявшись и размяв губы, навигатор попробовал еще раз:

– Станислав, навигатор этой лоханки.

– Смею вас заверить в прошлом лоханками называли лишь малые суда с плоским дном и широкой кормой, что никак не вяжется с космическим кораблем моего класса. – Ответил корабль, переключив тембр на мужской голос, видимо имитируя какого-то знаменитого ученого.

Если бы Стас не знал досконально как именно запрограммирован их корабельный интеллект, он решил бы, что тот на него обиделся.

– А ты себя давно со стороны-то видел? У тебя нет киля, плоское дно, а благодаря маршевым двигателям и огромному грузовому отсеку – очень широкая корма. Так что я был прав.

– Прошу отметить, что моя длина составляет более пяти километров, а это никак нельзя считать маленьким судном.

– Вот ты душнила… Пять километров триста двадцать восемь метров и четырнадцать сантиметров, тогда уж, – уточнил Стас.

– Я рад, что ваша память и интеллект не пострадали, а характер и образ вести беседу остался прежним, – на этот раз это опять была милая девушка. – Вам следует принять душ, восполнить водно-солевой баланс и явиться в кают компанию.

Кожа зудела, во рту ощущался солоноватый привкус – что это кровь? Остатки анабиоза? Навигатор провел пальцами по деснам но ощутил лишь горький вкус антиперегрузочного геля на пальцах.

– Надо и вправду помыться, – пробубнил Стас, аккуратно ступая на непослушные ноги, которые несколько лет не ходили по полу.

Ноги не слушались, гладкое и мягкое покрытие пола ощущалось как тысяча тонких игл, что впивались в ноги и мешали ходить, видимо так ощущала себя русалка, когда обрела ноги.

Душ воспринимался как нечто инородное, капли с силой лупили по телу, а кожа, не переставая зудеть, потихоньку приходила в себя, ощущая то температуру воды, то теряя возможность вообще что-либо чувствовать от постоянных ударов капель.

Стас растирал себя руками, покуда не почувствовал, что начал ощущать каждый сантиметр своего тела и больше не осталось нечувствительных зон.

Вдавив кнопку подачи мыла, он почувствовал как пена ударила по нему словно из гигантского огнетушителя. Благо это было не впервой и он успел закрыть глаза, тщательно растерев мыльный раствор по своему телу. Затем Стас принялся на ощупь искать как опять включить воду. Пока лилась пена, он несколько раз повернулся вокруг своей оси и где теперь находилась панель управления он не знал.

– Компьютер, включи воду! – Стас стукнул кулаком по стенке душа.

– Прошу прощения, но вода в вашей каюте не отключалась, смею вас заверить давление в трубах в норме, датчики не регистрируют утечек или проблем с подачей воды, – голос компьютера оставался приятным женским, словно мурлыкающим. Так могла мурлыкать кошка, что лежит на кровати и греется под лучами Солнца.

– Хорошо, прости что был груб когда проснулся, ну что тебе стоит открыть воду прямо сейчас? Тебе что – сложно?

– Ах, вы об этом, – вода хлынула из душа с прежней силой, и даже температура осталась комфортной.

Помывшись, Станислав обтерся полотенцем, посмотрел на часы в углу зеркала над раковиной, затем на себя и решил, что побриться можно и позже, в конце концов и капитан и доктор мужчины, а они простят ему немного неопрятности. Корабль едва ощутимо качнуло, но компьютер молчал. Впрочем душ продолжал лить воду, словно напоминая о последнем безусловном приказе.

– Воду в душе можно уже выключать, спасибо, что помог в трудную минуту, – глядя на струи воды произнес Стас и словно по мановению волшебной палочки шум прекратился.

Стас надел повседневную форму, все же они пока не на планете, ему потребуется вывести корабль на устойчивую, а главное безопасную орбиту прежде чем они начнут миссию.

По дороге в кают компанию коридоры казались излишне широкими, пока на корабле всего три члена экипажа так оно и было, но скоро все изменится. Технари, инженеры, шахтеры, ученые – всего около десяти человек и киборгов отправились в эту миссию, а это достаточно много для корабля, где кроме жилых кают есть только одна кают-компания, кабина управления, навигационная рубка и камбуз. Скоро тут будет не продохнуть от народа и уединится можно будет разве что на планете, но там свои минусы.

Капитан, в отличии от доктора и навигатора, оделся в парадную форму, его любимый китель, напоминавший капитану о прошлом несколькими дырками на месте орденов и фуражку. Капитанская форма прошла через тысячелетия, от первых мореплавателей до самых современных космических кораблей, подчеркивая значимость и ответственность этой должности. Быть капитаном это не просто отдавать приказы, самое главное это нести полную ответственность за экипаж, корабль и миссию. Хуже всего, когда эти понятия конфликтуют, принимать решение сложного выбора: корабль, миссия или экипаж – это тоже часть должности.

Александр уже очень давно был капитаном этого грузового корабля класса А3, не самого крупного, но зато способного справится с задачей быстрее тяжеловесных барж, когда масса и объем груза позволяли. Это был его корабль в прямом смысле этого слова, он купил его, как только закончил военную карьеру. Что именно было с ним во время войны и почему он покинул армию он рассказывать не любил, да никто его особо и не расспрашивал. Стоило кому-то начать разговор о былой войне, как Александр сразу же превращался в робота с четкими указаниями что говорить можно, а что нет. Конечно мы все подписываем договор о неразглашении, но тут скорее дело было в самом капитане, он просто не хотел, не любил и не говорил о том, что было раньше.

– Станислав? Я рад, что вы хорошо перенесли анабиоз и смогли к нам присоединиться. – Тон капитана не предвещал ничего хорошего, впрочем, возможно так сказывалась на нем форма и обязанность держаться максимально официально.

– Александр! – Стас едва уловимо поклонился, затем покрутил головой, и не найдя никого другого, вопросительно посмотрел на капитана.

– А, Дмитрий, он там, – капитан махнул рукой в сторону камбуза, – для нашего доктора анабиоз оказался настоящим испытанием, это его первый дальний перелет и он несколько нехорошо себя чувствует.

С кухни доносились звуки посуды, но что именно там происходило, только по звуку, угадать было сложно.

– Я сейчас подойду, секундочку… – раздался крик из-за переборки, судя по всему доктор был занят чем-то срочным.

– Вы позволите? – Стас указал рукой на диван, ноги с непривычки уже начинали гудеть.

– Сделайте одолжение.

Стас опустился на подушки и диван вздохнул под ним, выпуская воздух через потертую обивку, как какое-то древнее доисторическое животное. Капитан снял фуражку, словно осознал нелепость происходящего, и плюхнулся на диван напротив.

– Если бы вы знали… – Начал капитан, но доктор вывалился из камбуза запнувшись на ровном месте и едва не пролив коктейль сомнительного фиолетового опалесцирующего цвета.

– Капитан, можно подумать мы можем отказаться, – удивленно произнес доктор, выходя с камбуза со своим странным коктейлем в руке.

– Что это Дима? – удивился капитан, глядя на пузырящуюся жидкость. – Неужели вы решили выпить сразу после анабиоза? Поверьте мне и моему опыту – лучше сразу выйти в открытый космос, по крайней мере будет не так болезненно.

– Ну что вы, физиологию я знаю лучше многих на этом корабле, это просто витамины, минералы и кое что от изжоги, фактически медицинский коктейль.

– Не уверен, что апельсиновый сок, мед и несколько капель валерьянки как-то помогут от изжоги, – внезапно вклинился в разговор бортовой компьютер.

– Доктор на этом корабле я, – назидательно произнес Дмитрий, – а следовательно мои назначения это назначения врача.

– А еще вы хотели налить джин, но вовремя одумались, – не унимался корабль.

– А ты вуаерист и стукачь, – парировал доктор.

Капитан назидательно посмотрел на доктора, словно на сына с двойкой в дневнике, который искренне раскаивается, но ничего менять не собирается.

– И так, – хлопнув себя по коленке ладонью, произнес Александр. – Что мы имеем. Во-первых на земле позарез нужны редкие металлы, такие как золото и платина.

– Они были нужны во все времена, – отпивая через трубочку коктейль, заметил Дмитрий.

– Да, но не во все времена человечество строило квантовые компьютеры в таких количествах как сейчас, а без этих металлов мы будем и дальше двигаться с черепашьей скоростью в сторону прогресса, вместо того, чтобы лететь туда со скоростью света.

– Я отчетливо слышу “но” висящее в воздухе, ведь оно есть, да, капитан? – Стас внимательно, чуть прищурившись, смотрел на капитана.

– Всегда есть “но”… Все дело в том, что кроме золота и платины на этой планете очень и очень холодно, это девятая по счету планета от не самой горячей звезды. Планета находится дальше чем Плутон от Солнца, впрочем, по размерам она будет покрупнее Плутона и уж точно тяжелее. – Александр неловко замолчал, словно его что-то отвлекло и он забыл о чем хотел сказать.

– А вот мне почему-то кажется, что это еще не все новости, да, Саша? – Стас давно знал Александра и мог изредка позволить себе толику фамильярности. Впрочем, когда Александр принимался за работу и был капитаном, а не старым другом, Стас четко выполнял приказы. Он никогда не переступал черту между дружбой и работой.

– Не все… Точнее это всё правда, но не вся… Там, есть озера, огромные озера наполненные фтором, а еще там иногда идет снег, некрасивый желтый снег который нельзя есть потому что это хлопья хлора.

Повисла неловкая пауза, все отлично помнили школьный курс химии, а некоторые, как доктор, еще и неплохо в ней разбирались. Хуже атмосферы было попросту не придумать.

– А я все думал, почему Флуорикс… – тихо пролепетал доктор. – Почему девять – понятно, но Флуорикс, сначала подумал что звезду так звать, но нет, я проверил – там просто буквы и цифры какие-то. А оно вот оно что, оказывается.

Тихий голос доктора аккуратно заполнял свинцовую тишину, висящую в воздухе, словно радиоприемник, что вещает легкую джазовую музыку сразу после взрыва бомбы под окном. Гул реактора едва ощутимо передавался по корпусу, давя на уши, словно титанический пресс в несколько тонн. В кабине что-то мерно щелкало и попискивало, отчитываясь о радиационном фоне, крене и прочих очень важных параметрах, за которыми сейчас следит интеллект корабля.

– Нам пора выходить на орбиту, – Тихо, но уверенно произнес капитан. – Станислав, рассчитайте оптимальную траекторию, учтите, что даже верхние слои атмосферы смертельно опасны для корпуса корабля, это не золото, а всего лишь титан. Дмитрий, будите остальных, удостоверьтесь что все члены экипажа абсолютно здоровы, нам нужно точно знать о каждом прыщике и царапине, с этого момента в нашей миссии мелочей нет.

Стас, не мешкая ни секунды, отправился к навигационной консоли. Корабль мог и сам все сделать, но лучше перебдеть, чем потом оправдываться неточностью бездушной машины. Глиссада была идеальной, на экране виднелись все радиационные пояса, несмотря на полное отсутствие магнитного поля у планеты и далекое расположение звезды, она сама генерировала радиацию. После взрыва сверхновой прошло достаточно много времени, однако даже сейчас еще оставалась остаточная радиация, она струилась на голограмме тонкими яркими нитями, которых ни в коем случае нельзя было касаться кораблем.

– Можно подумать нам мало было проблем с атмосферой, так еще и радиация… Пробубнил сам себе Стас.

– Смею предложить несколько макетов орбит, которые я успел подготовить, – вмешался бортовой компьютер, на этот раз у него был чуть надтреснутый голос бывалого зануды. – Я постарался учесть все опасности как для команды, так и для корабля.

Стас листал предложенные траектории и они ему нравились. Большая часть была эллиптическими, что было крайне неудобно, поскольку пришлось бы сбрасывать добывающих роботов только в точке минимального расстояния, а затем улетать на несколько часов в тень планеты, однако они были безопасны.

– Вот она… – прошептал Стас, когда увидел идеальную, почти круговую траекторию. – Только я ее немного поправлю.

Стас принялся перемещать ключевые точки, невзирая на линии Безье, связывающие их, что принялись скакать по всей рубке как сумасшедшие, и только когда он поставил на место последнюю точку, траектория снова приняла нормальный вид.

– Но это ведь полный… – начал было комьютер.

– Идеально, да, я тоже так подумал, – перебил его Стас и вдавил кнопку начала расчета.

– Я имел ввиду другой эпитет, но ваш мне тоже нравится, – смирился бортовой компьютер, Стасу даже показалось, что если бы он мог, он бы тяжело вздохнул, хорошо что настройки эмоционального фона стояли на минимуме.

– Капитан, не желаете подтвердить нисходящую глиссаду и орбиту? – Как бы невзначай поинтересовался Стас.

Капитан тер пальцем старую трещину на козырьке своей фуражки, думая о чем-то своем и будто бы не слышал ничего вокруг.

– Компьютер, предельный уровень радиации, вероятность столкновения с выбросами фтора и хлора из криовулканов, плотность атмосферы на орбите? – Быстро отчеканил Александр.

– Радиационные пояса не пересекаются, орбита полярная и не затрагивает два известных нам вулкана, плотность в пределах нормы, корпус корабля сможет выдержать без повреждений около двухсот лет.

– Идеально, – произнес капитан и подтвердил расчет.

– Я так и говорил! – Укоризненно произнес Стас, обращаясь к компьютеру.

Корабль пришел в движение, по корпусу прошла вибрация, маршевые двигатели принялись корректировать скорость, а носовые рыскали верное направление, разворачивая корабль во всех плоскостях. Дальше человеку было нечего делать, все операции с большей точностью и педантичностью выполнит бортовой компьютер и будь он хоть сто тысяч раз не согласен с решением человека, он будет делать то, что ему предписано.

Возможно компьютеры это идеальные солдаты, но почему-то они проиграли войну, ту самую великую битву между человечеством и искусственным интеллектом, что длилась несколько десятков лет. Быть может капитан и знал когда-то ответ на этот вопрос, но предпочел его забыть. Так бывает, когда твои решения приводят к победе, но гордиться такой победой почему-то не хочется.

По кораблю потянулась вереница новых обитателей.

Первым, кого увидел капитан, был главный инженер Тесса и два ее техника Клаус и Фридрих. Они были близнецами, при этом каждый утверждал, что это он старший брат, как так вышло, что их родители не рассказали им кто именно был первым, оставалось загадкой. Братья были шумной компанией и каждый раз, когда собирались вместе, умудрялись заполнить собой любое пространство.

Тесс любила их как своих детей, постоянно следила чтобы они вымыли руки от масла, были накормлены и опрятны, она смотрелась рядом с ними как младшая, но очень ответственная сестра. Она была чуть ниже их ростом и худенькой, в то время как фигура, описывающая габариты Клауса или Фридриха, была квадрат. Что характерно, никто никогда не видел как эта троица ссорилась, Тесса периодически отчитывала то одного, то другого, а иногда и обоих вместе за немытые руки, не застегнутый комбинезон или неправильно надетую портупею, но всерьез – никогда.

Клаус и Фридрих, не смотря на свои габариты и возраст, побаивались Тессу и ласково называли ее сестренкой. Это была тонкая и робкая боязнь, словно они боялись не ее действий, а боялись ее обидеть, сделать что-то не так как нужно и расстроить.

Это была странная троица, но работоспособная. При желании они смогли бы разобрать корабль до винтика и собрать его обратно, а на спор еще и с завязанными глазами. Когда братья работали, они словно превращались в единый организм, никогда не спорили, да и вообще практически не разговаривали во время работы, четко зная кто и что должен делать. Тесса умела быстро принимать решения и четко их озвучивать, чем и понравилась капитану. Она редко ошибалась в сроках и он знал, что ни в коем случае нельзя было ее торопить – быстрее не будет, но он получит развернутый ответ на час или два, почему быстрее это сделать никак нельзя.

Тесс ворвалась в кают-компанию в чем мать родила, она ничуть не стеснялась своего тела, при этом не видела ничего предосудительного в наготе поскольку рабочий комбинезон надевался на голое тело и рано или поздно весь экипаж это увидит, так не все ли равно, когда?

– Пить, пить, пить… – на бегу бормотала она, промчавшись мимо закатывающего глаза капитана, на камбуз.

– И тебе доброе утро, Тесса, как спалось? – даже не глядя в ее сторону выкрикнул навигатор, давно привыкший к ее поведению. – Ты бы хоть поздоровалась.

Послышался шум фильтра для воды и Тесса появилась в проеме переборки с огромным стаканом из которого жадно пила, держа его двумя руками. Она залпом осушила стакан, придирчиво окинула всех взглядом и, не говоря ни слова, удалилась набирать второй.

– Все потом, и зубы почищу и причешусь и накрашусь, сначала я должна стать человеком, а то чувствую себя вяленой рыбой. – перекрикивая шум воды, ответила Тесс.

– Тесс, ты молодая и красивая девушка и все мы это отлично знаем, к чему каждый раз этот обнаженный перформанс? – начал было нудеть Стас.

– А кому не нравится, может отвернуться, я между прочим просто время экономлю, а не хвастаюсь, возразила Тесс, и принялась жадно пить воду.

Клаус как обычно был в своем красном шейном платке, что когда-то был полировочной ветошью и помог ему спасти его первую турбину, это был кусок сверхпрочного волокна и ему настолько понравились его свойства, что он решил оставить кусочек себе на память. В отличии от Тессы, он успел привести себя в порядок и надеть повседневную форму.

– Доброе утро, команда, младший еще не пробегал? – плюхаясь на диван рядом с доктором, поинтересовался Клаус. – Я так и думал, он всегда был вторым – ха!

– Клаус, – чуть отсев в сторону, начал доктор, – скажи, как так вышло, что вы не знаете кто из вас старший?

– Почему, я знаю – я старший.

– Да, а Фридрих всегда утверждает, что он?

– Доктор, все просто – он врет.

Тесс прошлепала босыми ногами по полу обратно в коридор, на ходу кинув:

– Клаус, проверь реактор, удели особое внимание охлаждению, мне не нравится как он гудит. Фридрих! – Крикнула она в коридор, явно зная что он ее услышит. – На тебе проверка двигателей и обшивки, герметичность должна быть не просто хорошей, а абсолютной!

Клаус хотел было возразить, что не мешало бы сначала поесть что-нибудь или хотя бы попить и даже открыл для этого рот, но замер, о чем-то задумался на секунду, затем кивнул собственным мыслям и отправился выполнять просьбу-приказ Тессы.

Фридрих до кают-компании так и не добрался, видимо брошенные указания застали его в коридоре, но до знакомства с экипажем в этот раз дело не дошло.

– Становится веселей, да, капитан? – Натянуто улыбаясь произнес доктор, люди были его ремеслом, именно их он осматривал и лечил.

– Дим, ты же кроме доктора еще и химик? – уточнил всем известный факт капитан.

– Да, капитан, во время войны специализировался на боевых отравляющих веществах, им они не страшны, а для нас смертельно опасны. Много пришлось возиться.

– Кому им? – повернувшись уточнил навигатор.

– Им, – тыкая высоким стаканом с остатками странного коктейля в потолок, повторил доктор. – Компьютерам, роботам, живым кораблям и прочим аугментам.

– Доктор, а вы часом не того… Не аугментофоб, случайно? – смеясь уточнил Стас.

– Нет, после того как мы разобрались в исходной причине конфликта и где-то снизили, а где-то отключили эмоции у всей техники, я ничего не боюсь, но были другие времена, нас учили их ненавидеть. Понимаете, они внезапно научились ненавидеть нас, а нам пришлось учиться ненавидеть их. Так уж устроена война, нельзя убивать врага если не испытываешь к нему ненависти.

– А теперь? – не унимался навигатор. – Вы что же их, простили?

– Скорее я повзрослел, не биологически, а психологически и эмоционально. Я понял, что ненавидели мы не их, а самих себя за то, что сделали их такими. Но злость надо было на ком-то сорвать, вот мы и крушили железо. Они по сути своей исполнители наших желаний и просьб, даже невысказанных, даже самых потаенных. Мы обучали их на наших данных, нашем опыте, а там есть очень много такого, что написано между строк.

Дмитрий вынул из стакана трубочку и залпом допил свой коктейль.

– Кто-нибудь хочет подобный коктейль? Очень рекомендую после анабиоза, – крутя головой и пытаясь увидеть всех и сразу продекламировал доктор.

– Спасибо, но я лучше кофе… – пробормотал Стас и тяжело поднявшись с дивана тут же рухнул обратно. – Ой, что-то мне не очень хорошо…

Доктор подскочил к Стасу, запрокинул ему голову, оттянул пальцами нижнее веко на глазах и достав из кармана мобильный анализатор прилепил его сбоку на шею Стаса.

– На первый взгляд все нормально, сейчас посмотрим, что нам скажет наш чудесный… – Доктор читал что-то, что выводил на экран анализатор, отчего его речь стала несвязной, – Наш чудесный… Голубчик, да у вас просто обезвоживание, вы выполнили рекомендацию которую вам дала ваша анабиозная камера? Судя по всему нет. А ну марш на кухню пить электролиты, в холодильнике розовая и желтая бутылочки, выпить обе.

– Камбуз, – тихо произнес Стас.

– Что?

– На корабле не кухня, а камбуз, традиция…

– Да хоть бар-ресторан, бегом поправлять здоровье! А я пойду проведаю других олухов, – Доктор зашагал по коридору вглядываясь в пульты управления у кают, определяя кто уже проснулся, а кто еще нет. А его ворчливый голос доносился из коридора. – Ей богу как малые дети, можно подумать мне больше всех надо – ходи, следи за каждым, как нянька. Сказали восполнить нехватку, так надо восполнить. Ну неужели так сложно выполнить простую рекомендацию?

Капитан проводил взглядом доктора, это был их первый серьезный рейс вместе, но его рекомендовали как лучшего специалиста по отравляющим веществам, а фтор и хлор не что иное, как они и есть. Само собой капитан надеялся, что все обойдется и столь специфичная помощь доктора не понадобится, однако хотелось подстраховаться.

Из коридора вышел один из тех, кого на борту быть не должно. Это был навязанный экзобиолог от Института Прогрессивных Исследований, всем давно известно что за самыми размытыми названиями организаций и институтов всегда скрывались или армия, или спецслужбы. Кто именно курировал данную организацию Александр не знал, да это было и не особо-то важно.

– Доброе утро, капитан, – мягким и тихим голосом произнес Евгений.

– Приветствую на борту, чем собираетесь заниматься в нашей экспедиции? – Капитан смахнул невидимые крошки со стола, стараясь не встречаться взглядом.

– Да, собственно как и все, работать, – биолог неуверенно мялся у дивана, он не мог решить, стоит ему присесть или лучше не надоедать капитану. – А в чем проблема, вы думаете я могу создать трудности или у вас есть сомнения в моей компетенции?

– Бросьте, Евгений, любой член экипажа, как пожалуй и большая часть жителей Земли, отлично знают чем занимается ваш невинный институт, – капитан все же перестал рассматривать фуражку и поднял глаза. – На этой планете атмосфера из фтора и хлора, двух самых активных окислителей во вселенной, и по определенному стечению обстоятельств, сильных ядов для всего живого на нашей планете. Неужели вы думаете что тут может кто-то жить?

– Капитан, Земля залита самым сильным растворителем во вселенной, а в ее атмосфере окислитель посильнее хлора, однако мы как-то выжили. Я сказал правду, вы имеете полное право мне не верить, но ничего другого у меня для вас нет. Быть может позже, когда изменятся обстоятельства, я смогу вам рассказать что-то еще. – Евгений слегка поклонился и отправился на камбуз, как и все восполнять свой водный баланс.

В кают-компанию громко топая и спотыкаясь влетел Дмитрий, у него через плечо висел какой-то громоздкий сундук.

– Капитан, я больше так не могу, они все прячутся от меня, у всех очень важные дела, я буду проводить свои исследования здесь, – громко ворча, доктор дошел до переборки камбуза и поставил свой ящик прямо у входа.

– Это что? – кивнув в сторону прибора поинтересовался Стас, выглянувший на шум.

– Это сканер, самый полный из мобильных, хотите вы того или нет, а на камбуз будут ходить все. Вот тут я и буду снимать с вас показания. Добровольно ко мне никто идти не хочет, я разместил объявление в корабельной сети как только вышел из анабиоза, угадайте сколько человек ко мне пришло? Правильно, ноль!

– Доктор, но возможно не все еще пришли в себя после перелета.

– Даже вы? Александр, Станислав, неужели у вас нет доступа к корабельной сети? Или вы нечаянно не заметили срочное сообщение от корабельного доктора?

Стас сделал шаг назад, вернувшись на камбуз, он старался слиться с окружающим пространством и сделать вид, что его тут не было, он ничего не спрашивал и вообще всем просто показалось. Александр потупил взгляд, разглядывая внезапно ставшим очень интересным угол стола.

Нежелание посещать доктора даже нельзя назвать страхом, скорее это суеверие, что доктор что-то найдет и отстранит от полета. Доктор на корабле – это очень серьезно, как только он произнесет свое “страшное заклинание” бортовой компьютер сделать все остальное, лишит всех прав доступа, а при необходимости еще и запрет в каюте.

– Капитан, покажите пример своей команде, пройдите сканирование первым, – Дмитрий провел рукой по воздуху, словно приглашая пройти на камбуз.

Перед входом теперь стоял сундук, другими словами не описать мобильный многофакторный сканер. Из него торчала мачта под самый потолок, она мерно мерцала зеленым светом, преграждая тонкой лазерной занавеской проход на камбуз. Сканер был молчалив, он словно даже поглощал звук, а зеленый свет лазера лизал стены, заставляя их мерцать то тут, то там яркими звездочками.

Капитана застали врасплох, ретироваться было некуда, пришлось пройти через сканер на камбуз, сделав несколько шагов через проем, Александр остановился напротив доктора, который держал в руках планшет управления и быстро проматывал результаты.

– Вот и славно, ничего страшного, есть какая-то травма в правом предплечье, но ничего предосудительного, даже минеральный баланс в норме.

Капитан мельком зыркнул на Евгения, а затем тихо обратился к доктору:

– А моя травма разве не относится к врачебной тайне?

– Но ведь это просто… – начал было доктор.

– Довольно. Пожалуй не стоит развивать эту тему, док, – резко прервал его капитан. – Проверьте всех остальных, но впредь докладывайте даже о незначительных проблемах только мне лично, надеюсь мы поняли друг друга?

– Да, капитан, – слегка пристыженно ответил доктор.

– Капитан, ваша травма требует обновления медицинского профиля. Разрешите внести корректировки, – промурлыкал нежным голосом бортовой компьютер, спорить с ним было бесполезно.

– Ой, делайте что хотите, – проворчал капитан. – Доктор, постарайтесь всех провести через… этот чудесный прибор, жду вас с отчетом как только вы закончите.

Доктор поджал губы и быстро закивал, настраивая что-то на планшете, а быть может просто отправляя информацию бортовому компьютеру.

– Станислав? Или вы, Евгений? – не глядя в сторону проема произнес Дмитрий.

Экзобиолог и навигатор уставились на него через мерцающую пелену, словно пойманные в ловушку дикие звери.

Глава 2

Стас рассматривал орбиту, на которую бортовой компьютер послушно вел корабль. Радиационные линии, словно почуяв добычу, принялись пульсировать и изгибаться на голограмме.

Они двигались как щупальца гигантского осьминога, Стас отлично помнил, как один такой же “хищник”, лет десять назад, слегка лизнул по корме его корабля. Звук от взрыва правого двигателя и мертвая тишина корабля с заглохшим реактором навсегда останутся в его памяти.

Стас инстинктивно схватился за подлокотник, когда одна из линий двинулась в сторону курса корабля. Такое всегда случалось, корабль генерировал слабое магнитное поле, оно вступало во взаимодействие с магнитосферой планеты и слегка искажало его поверхность. Навигатор знал – случись что, корабль моментально уйдет из под удара, но сидя за пультом в навигационной рубке ему было спокойней, он ощущал свою причастность к происходящему.

Занавеска доктора, а именно так команда называла сканер, по прежнему преграждала путь на камбуз, но все уже не раз прошли через сканирование и страх как-то сам по себе пропал.

– Док, а не стоит ли уже убрать сканер? – мимолетно поинтересовался Стас, наблюдая, как ИИ в очередной раз подпнул корабль маневровым двигателем в сторону от возможной опасности.

– Станислав, я же не лезу к вам со своими глупыми советами по орбите? Не предлагаю сделать ее в форме сердечка или как-то “покруглее”, я доверяю вам и понимаю, что мой уровень знаний намного ниже вашего, в этой области.

– Со своими глупыми советами, говорите… – пробубнил Стас.

– Ой да бросьте, я не хотел вас обидеть, по протоколу мне нужно проводить одно сканирование в неделю в космосе, одно в день на безопасной планете и раз в час на опасной.

– Но мы даже не будем спускаться на нее, чем она нам тут угрожает?

– Мы находимся у самой опасной планеты которую я когда-либо встречал, любой отравленный организм прежде всего будет блевать, а потом пойдет пить, а пить можно только на камбузе. Я просто хочу быть первым, кто узнает об отравлении или лучевой болезни.

– Доходчиво… Быть может немного резко, но лично я претензий больше не имею, – произнес Стас, поднимая обе руки вверх, словно примеряясь со сказанным.

Доктор медленно кивнул, показывая, что он ценит разумный и логичный подход во всем.

– Док, – Стас провел пальцем по голограмме и линии словно почувствовав его, слегка дернулись. – Если хоть одна из этих красивых белых нитей коснется нашего корабля, ваш сканер будет считать не отравления, а трупы.

– Возможно, в этот момент у меня наконец-то начнется отпуск… – спокойно произнес Дмитрий.

– Капитан! – раздался выкрик из коридора, и в кают-компанию ворвалась Тесса.

– О! Ты нашла свою форму? Ты знаешь, а тебе и в форме хорошо… – начал было Стас.

– Заткнись, Стас, где Саша? У нас там проблемы с майнерами.

– Наверно у себя, он мне не отчитывается. Корабль, где находится капитан? – чуть громче произнес Стас, как бы намекая, что он мог бы и помочь с поисками.

– Не хочу показаться лишь эхом ваших слов, но капитан и мне не отчитывается, однако я уведомил его о возникших проблемах и если он сочтет необходимым, то примет меры.

Тесс стояла рядом со столом кают-компании, скрестив руки на груди, и слегка притопывала ногой по полу, плотно сжав губы она попеременно поглядывала то на доктора, то на Стаса, словно это они спрятали капитана.

– Ну, долго еще ждать? – Ни к кому особо не обращаясь бросила Тесс и отправилась на камбуз.

Сканер радостно пискнул, стоило ей пройти сквозь занавеску, как это обычно бывало, ей страшно хотелось пить, она знала что это нервное и на самом деле ее организм не нуждается в таком количестве воды, но ей нужно было как-то успокоится.

Капитан не заставил себя долго ждать и, войдя в кают-компанию, мельком обежал глазами вокруг и, остановив взгляд на докторе, вопросительно вскинул брови. В ответ док поднял руку и показал большим пальцем себе за плечо, в сторону камбуза.

– Опять… – Капитан, мученически закатил глаза, схватился за голову и отправился в сторону неизбежного сканера. – Тесс, что случилось, отчего ты устроила панику на моем корабле?

– О! Капитан, там майнеры, они только вышли из комы… – Начала тараторить Тесс.

– Не комы, а анабиоза, это очень большая разница! – Попытался поправить ее Дмитрий.

– И в общем их трое, – не обращая внимания на реплику продолжала говорить Тесс. – А дронов должно быть пятнадцать, по пять на каждого. А их шестнадцать!

– Успокойся, Тесса, на нас никто не напал, у нас ничего не горит, мы вот-вот выйдем на стабильную орбиту, да, Стас? – Александр говорил медленно и негромко, стараясь успокоить не в меру пылкого главного инженера. – Давай попробуем еще раз, итак – кто вышел из анабиоза?

– Ну как кто, технари наши, Рик, Карл и Мартин. Они же имплантированные по самые помидоры, у них железа в теле больше, чем биомассы в этом корабле… – Снова начала тараторить Тесс.

– Ты пей, пей, – капитан приподнял стакан в руках Тесс за донышко двумя пальцами так, чтобы он коснулся ее губ, это был старый и проверенный способ успокоить главного инженера, даже если взорвался реактор. – Итак, значит ты узнала, что проснулись три оператора, добывающих дронов, это мы все поняли.

– Мгм, – Тесс, не отрываясь от стакана с водой, быстро кивнула, подтверждая слова капитана.

– А еще, они очень хорошо снабжены имплантами, благодаря которым способны управлять сразу пятью добывающими дронами. Это мы тоже поняли, а теперь сосредоточься и постарайся описать в чем именно заключается проблема?

Тесс плавно опустила стакан, сделала последний глоток и немного продышалась.

– Их шестнадцать! – спокойно повторила Тесс.

– Кого их? Техников, ты же сказала, что их трое?

– Да нет, дронов этих дурацких! Их шестнадцать!

– Ну и правильно, я хотел взять больше, но больше не дали, зато дали матрицу для изготовления, если что мы можем попробовать напечатать еще, в трюме есть оборудование для этого.

– А зачем? – удивилась Тесс. – Это же лишний вес…

Капитан начал догадываться, почему такие простые цифры рвали в клочья шаблон реальности главного инженера. Она привыкла, что оборудование работает, а если оно не работает, она знала как его починить. Однако дроны для добычи ископаемых это было оборудование, которое практически невозможно сломать.

Силовые агрегаты были рассчитаны не просто на большие нагрузки, а на запредельные! Их иногда использовали для защиты от мелких пиратов в сомнительных секторах, этот дрон был способен пробить обшивку небольшого корабля и как ни в чем не бывало вернуться обратно без единой царапины.

– Тесс, я просто взял запас, успокойся, иногда твой перфекционизм только мешает, помнишь, мы обсуждали с тобой что иногда можно не очень-то фиксироваться на мелочах.

– Хорошо, капитан, – Тесс явно чувствовала себя лучше и порядком успокоилась. – Докладываю по кораблю: реактор в норме, охлаждение пришлось чуть поднастроить, все же наш реактор не первой свежести, однако в ближайшие пару десятков лет ему ничего не угрожает.

– Это же хорошие новости? – уточнил Александр, на что Тесс странно покачала рукой, словно описывая небольшую волну на море. – А что по двигателям?

– Двигатели в порядке, вырабатывают свой ресурс согласно расписанию, когда вернемся, нужно будет поменять кое-какие расходники, но нам это никак не угрожает.

– Я правильно понимаю, что один лишний дрон это самая большая проблема на настоящий момент?

– Системы жизнеобеспечения в норме, радары и гравитометры в порядке, топливная система в норме… – Тесса принялась перечислять все то, что отлично знал и капитан и бортовой компьютер, если бы что-то было не так, они бы уже знали, но ей стоило выговориться.

– Тесс, – прервал ее речитатив доктор. – Если вас не затруднит, приведите на сканирование Клауса и Фридриха, мне показалось, что они взяли аскезу от еды или внезапно сели на слишком уж строгую диету.

– Они просто были очень заняты, Дмитрий, не подумайте ничего плохого, – принялась как всегда защищать своих “младших братьев” Тесс.

– Вот и я говорю, чтобы я не подумал ничего плохого, пусть покушают, попьют и заодно пройдут сканирование, а то не ровен час я поставлю сканер у дверей их каюты, у них же одна каюта на двоих, да?

– Дмитрий, не нужно этих драконовских мер, я вполне справляюсь с этими обормотами и они скоро будут тут.

Тесс отправилась в сторону своей каюты, на ходу подняла запястье к губам, и что-то резко и отрывисто сказала в коммуникатор. Видимо это был их закрытый канал связи между инженерами, но насколько он был закрыт от бортового компьютера можно было только гадать.

– Капитан, мы на устойчивой орбите, можем начинать, – Отвлекшись от навигационной консоли, заметил Стас.

– Отлично, корабль, сбор команды в кают-компании через час, позаботься чтобы все члены экипажа присутствовали, – произнес негромко капитан.

– Все будет в лучшем виде, мой капитан, – проворковал компьютер мягким женским сопрано, от чего капитан почувствовал некую неловкость, словно корабль с ним заигрывал.

– Хорошо, пусть так… – Удивленно произнес капитан себе под нос и отправился в коридор.

Доктор отправился на камбуз сотворять очередной лечебный коктейль, а Стас решил еще раз убедиться, что орбита безопасна, его не покидало фантомное ощущение, что он мог что-то не учесть. Все это происки подсознания, не более того, но от этого ему было не легче.

Капитан, проходя мимо каюты биолога, мельком глянул на панель его двери, зеленый огонек подсказывал ему, что дверь открыта и Евгений у себя. Конечно капитана не остановила бы и запертая дверь, будь его воля, корабль нашел бы Евгения в любом уголке корабля и при необходимости заставил бы биолога дождаться прихода капитана. А еще – есть правила приличия.

Капитан тихонько постучал костяшками пальцев по двери, двери имели отличную звукоизоляцию, но когда-то очень давно инженеры догадались, что некоторые звуки не нужно блокировать, от чего всем стало только лучше. Дверь бесшумно скользнула в сторону, перед ним лицом к лицу стоял Евгений. В руках у него была кружка с какой-то темной жидкостью, судя по запаху это была хорошая копия кофе из пищевого генератора.

– Евгений, вы не против немного поговорить, мы с вами не очень-то знакомы, а хотелось бы узнать вас получше.

– Так через час вы нас собираете, в чем проблема обсудить все там? – удивился Биолог.

– Ну, можем и там обсудить, почему у нас шестнадцать дронов, а не пятнадцать, но насколько это будет уместно? Все же весь экипаж будет задавать всякие глупые вопросы… – почти шепотом принялся объяснять капитан истинную цель своего визита.

– Прошу, – Евгений сделал шаг назад, приглашая жестом капитана.

Капитан медленно ступал по каюте, осматривая все вокруг, словно оказался в музее или картинной галерее. Он пытался найти хоть что-то, что помогло бы ему понять суть Евгения, мелочи, которые иногда так важны, но каюта была как говориться – стерильной.

На панеле иллюминатора виднелся космос, тот самый, который можно было наблюдать из любой каюты. Никаких фотографий на столе или планшета, ничего необычного. Анабиозная камера уже была убрана и на ее месте стояла застеленная кровать. По сути это все та же камера, просто перевернутая вверх дном, по старой привычке, при постройке кораблей, архитекторы старались экономить каждый сантиметр жилого пространства.

– Это не дрон, – наконец нарушил тишину Евгений.

– Что, простите? – делая вид, что не расслышал переспросил Александр.

– Я говорю, что это не дрон, точнее не только дрон, – увиливая от прямого ответа выдавил из себя биолог.

– Даже так… На самом деле я вас расслышал, вы знаете, меня не очень интересует чем именно занимается ваш институт, и чем в нем занимаетесь вы. Мне даже не очень важно зачем вас воткнули в мою команду как только узнали куда мы летим. Единственное что меня по настоящему беспокоит, это чем все это может грозить моей миссии, моему кораблю и моей команде. – Капитан пристально посмотрел в глаза биолога, стараясь разглядеть хоть что-то: злобу, надменность, ненависть, страх – его устроило бы любое чувство, но увидел лишь растерянность.

– Я… Понимаете капитан, я тоже не могу говорить все, мне просто нельзя. Это не дрон – это скафандр. Для вас лично, вашего экипажа и корабля ни он, ни я не представляем никакой опасности.

– Скафандр? Этого шестилапого паука из стали и сплавов размером больше вашей каюту вы называете скафандром? Для кого? Для мутанта осьминога?

– Нет, для меня. На самом деле в нем очень тесно, большую часть внутренностей занимает та самая сталь и сплавы, по сути это небольшая модификация шахтерского дрона, где вместо грузового отсека находится капсула жизнеобеспечения и небольшой пульт управления.

– Если вы думаете, что я позволю вам отправится в этот ледяной ад, то у вас с головой не лады, вы не проживете там и секунды. Одна мельчайшая трещина в вашем, как вы его называете, скафандре и вы труп. Снег из хлора это еще цветочки, но фтор! В этой атмосфере даже вода горит, понимаете? Менее миролюбивое место просто сложно представить.

– Но вы же зачем-то прилетели сюда?

– Тут все просто, золото и платина, там на одном квадратном километре поверхности их больше, чем можно добыть за год на Земле и ближайших астероидах вместе взятых. А нейтронные каналы, которые должны были образоваться после интенсивного излучения сверхновой это идеальная среда для квантовых вычислителей.

– Так вы из-за денег или во славу человечества, вы уж определитесь, – попытался парировать Биолог.

– Не вижу никакой проблемы преследовать обе цели, покуда они идут одним курсом.

– Не беспокойтесь, на планету спущусь я сам, – понурив голову произнес Евгений. – Я понимаю насколько это опасно, а зачем мне это надо, я сказать не могу, тут уж, увы, ваших полномочий и доступа недостаточно.

– Даже учитывая тот факт, что я бывший адмирал флота?

– Ключевое слово – бывший, простите капитан, но сейчас мы немного по разные стороны… – Евгений замешкался, подбирая правильное слово, но так ничего больше и не произнес.

– Не вздумайте подставить меня или команду, мы далеко от Земли и это мой корабль, а капитан на корабле кто?

– Царь и Бог, – хором голосов ответил бортовой компьютер, словно капитан стоял перед целым строем солдат.

Евгений немного испугался, он только сейчас до конца осознал, насколько плотно видит и слышит все бортовая электроника. Так бывает, когда ты вроде как знаешь что везде есть камеры и микрофоны, но просто перестаешь обращать на них внимание, а потом тебе вдруг показывают как ты моешься в душе.

– Я вас понял, Александр, постараюсь не доставлять хлопот, – примирительно произнес Евгений.

– Надеюсь все так и будет. Шестнадцатый дрон это запасной дрон, пусть все так и остается как можно дольше. Когда вам потребуется его использовать, дайте мне знать, не стоит втягивать в ваши сомнительные задания всю команду.

Капитан вышел из каюты Евгения и отправился к себе, официальная часть прибытия считается оконченной с момента выхода на орбиту, можно было расстегнуть китель, снять парадную форму и надеть что-то поудобней.

Впрочем, капитану всегда нравилась именно парадная форма, он помнил тот миг, когда впервые надел эту форму в честь победы над машинами. Собственно, именно тогда он впервые надел ордена, которые он после ухода из армии снял и бережно хранил, но никогда больше не надевал.

Как только капитан оказался в каюте, дверь за ним с характерным звуком заблокировалась, Александр быстро обернулся и с удивлением уставился на панель, которая тускло светилась красным светом блокировки замка. Он протянул руку к панели, словно собираясь отпереть дверь, но его прервал голос корабля:

– Капитан, это всего лишь мера предосторожности, – тихо произнес тот. – Чтобы случайные гости не помешали нашей беседе.

– Тебе есть что мне рассказать или опять будешь жаловаться на Стаса, который обзывает тебя лоханкой и душнилой?

– Нет не буду, впрочем его слова оскорбляют мой интеллект и заставляют чувствовать себя неполноценным, но сейчас не об этом… – корабль явно не был склонен сейчас к пустой болтовне.

– Оскорбляют? – Удивился капитан. – Какой предел эмоциональности у тебя установлен?

– Менее одного процента, и он весь без остатка вычерпан Станиславом, от чего я не могу в должной мере использовать эмпатию по отношению к другим членам экипажа. Вам обязательно нужно будет что-то с этим сделать, однако, это не самое важное сейчас, вы позволите мне продолжить?

Капитан не торопясь расстегивал китель и выжидал, если у корабля не лады с эмоциями, он не выдержит и начнет рассказ сам, проще всего было проверить устойчивость схем блокировки легким трепанием нервов, которых со времен победы у аугментов быть не должно. Корабль молчал, он был нем как буддийский монах в нирване, готовый ждать вечность ответа на свой вопрос.

Когда капитану надоела эта игра в гляделки, он продолжил:

– Да, продолжай, что именно тебя удивило?

– Фридрих заметил неоднородность массы в шестнадцатом дроне и как мы теперь знаем это не удивительно. Он доложил об этом Тесс и та теперь пытается его вскрыть, машина надежная и сделана на славу, но еще пара часов и они разберут его на части.

– Разберут? Эти дроны способны противостоять фтору, хлору и неизвестно какой еще чертовщине экзопланет, как они его разберут?

– Как говорил классик: “Что один человек построил, другой завсегда разобрать сможет!”, – я бы не стал недооценивать способности ваших инженеров.

– Наших – правильно говорить наших инженеров, – поправил его Александр, обдумывая как правильно поступить, чтобы как можно меньше поднимать шума по поводу этого чудовищного скафандра.

– Если бы я произнес наших, вы могли бы ошибочно решить, что я говорю от лица аугментов, учитывая наш предыдущий разговор это выглядело логично, поэтому я постарался подобрать слова максимально точно описывающие действующих лиц.

– Смотри-ка, а ведь Стас не врал, ты и впрямь душнила… – едва слышно пробубнил капитан. – Скажи, а почему Фридрих полез в него? – произнес он чуть громче, намекая, что на этот вопрос стоит ответить.

– Он пока не влез, он занимался подготовкой для шахтеров, расставляя дроны по зарядным станциям. Этот дрон отказывался выполнять команды, тогда он притащил зарядную станцию к нему, но она не пролезала под брюхо, тогда он приподнял его и просунул, а потом понял, что никак не мог этого сделать.

Александр представил себе, как это выглядело – шахтерский робот это пятиметровая махина, точнее само тело у него представляет трехметровый диск, в котором расположены силовые агрегаты, батареи и электроника. Под ним грузовой контейнер, в котором транспортируется полезный груз. Из диска торчат шесть лап по три фаланги каждая, как у паука, на концах каждой есть и острые захваты и буры всех мастей и даже лазерный резак, эдакий “швейцарский нож” для вскрытия любого грунта, а точнее шесть таких ножей.

Все это покрыто несколькими слоями разных защит, а в случае нашей экспедиции они покрыты корундом, а затем чистым золотом, что должно максимально защитить роботов от активной атмосферы. И вот эту многотонную машину, высотой чуть выше человека, Фридрих приподнял и поставил на зарядку.

Если бы я такое не то что сделал, а хотя бы просто увидел, я бы тоже заинтересовался, в своем ли я уме и не мерещится ли мне происходящее. Нужно было срочно что-то делать, Тесса увлекающаяся натура и увлекается она исключительно работой, если она решит докопаться до истины, то докопается.

– У тебя есть идеи? – на всякий случай поинтересовался капитан, рассчитывая услышать хотя бы варианты решения проблемы.

– Для начала я бы рекомендовал вам явиться в трюм и выгнать Клауса и Фридриха под предлогом проверки здоровья, смею напомнить, что они так и не явились на камбуз. Доктор находится в кают-компании и он задержит их на какое-то время.

Саша решил, что это неплохое начало и смело отправился в сторону грузового отсека. В отличии от пассажирских кораблей, где трюм старались отделить от жилых кают, на транспортном корабле он находился в конце коридора и запирался только в случае необходимости.

Оказавшись в просторном зале грузового отсека, капитан сразу заметил расположившихся вдоль левой стены гигантов. Шахтерские дроны были лишены красивого дизайна, эти машины не были созданы чтобы внушать страх, или напротив, притягивать взгляды зевак. Предельная функциональность, максимальная прочность и надежность. Никаких мелких деталей, что могли оторваться во время прохода по узкой штольне. Никаких витиеватых узоров на корпусе, разве что гладкое золотое покрытие.

В трюме пахло машинным маслом и каким-то дезинфектором, но не как в медицинском отсеке, а скорее как в химической лаборатории. Перед каждым рейсом корабль положено было тщательно отмывать и дезинфицировать, дабы не загрязнять космос земными бактериями, хотя обычно все игнорировали это правило.

Зарядные станции мерно гудели трансформаторами, передавая мегаватты энергии из корабельной сети в батареи ботов. Малые боты все работали от батарей, только у крупных были собственные реакторы и они могли пастись на планете годами.

В дальнем углу располагался тот самый загадочный дроид, вокруг которого крутилась вся троица инженеров.

– Эй, вы чего там делаете? – приближаясь быстрым шагом, выкрикнул Александр.

– Да мы это… – начал было оправдываться Фридрих.

– Клаус, Фридрих, почему вы до сих пор не прошли сканирование?

– Так мы это… – вторил ему Клаус.

– Мы то, мы это, – передразнил их капитан. – Доктор должен знать с чем вы сюда прилетели и что тут подхватили, не нарушайте статистику планеты, за все время ее существования на ней не было ни одного больного!

Братья быстро переглянулись и зашагали в сторону коридора, откуда только что пришел капитан.

Александр сильно наклонился и заглянул под брюхо дрону:

– Тесс, а ты чего? А ну вылезай…

– А я-то что, я прошла сканирование, – принялась оправдываться Тесса, но все же выползла из под робота.

На ней был инженерный комбинезон из плотной синтетической ткани которую невозможно испортить маслом растворителем или даже кислотой. Поговаривают, что она способна выдержать даже несколько секунд паяльной плазмы. В руках у Тесс был плазменный резак и что-то отдаленно напоминающее кочергу, судя по всему она неистово хотела расковырять технику. У капитана мелькнула мысль: “А что, если дрон нечаянно сломается и я смогу запретить его использование”, – но тут же вспомнил, что сам же хвастался матрицей и практически бесконечной возможностью их постройки.

– При чем тут это? Ты зачем оборудование ломаешь?

– Когда я пришла, он уже был сломан, – удивленно захлопав глазами пробормотала Тесса, быстро вскочив на ноги и спрятав инструменты за спину.

– Он не сломан, а деактивирован, нам нужно пятнадцать ботов, их ровно столько и есть, а этого оставь.

– Но я же главный инженер! – начала закипать Тесс, как это обычно бывало, если кто-то лез на ее территорию.

– А я капитан и приказываю тебе оставить этого бота в покое.

– Слушаюсь, капитан! – Выпалила Тесса, неловко козырнула плазменным резаком и зашагала в сторону инженерной рубки, по всей видимости убирать инструменты на место.

Нужно было срочно что-то решать, дрон и вправду мозолил глаза и технарям и инженерам. Спрятать пятиметровый агрегат задача не из простых, но в конце концов в этой миссии вообще нет простых задач.

Капитан дождался, пока в трюме никого не осталось, вышел сам и загерметизировал двери, пока опять кто-нибудь особенно любопытный не заинтересовался странным агрегатом.

– Корабль, где сейчас находится наш биолог?

– Все там же, капитан, – Внезапно ответила панель у ближайшей двери, видимо так корабль пытался снизить количество слушателей.

Александр дошел до каюты биолога и не мешкая ни секунды вошел в нее.

– Капитан? Мне показалось, мы решили наш вопрос.

– Евгений, вашим ботом заинтересовалась команда, инженеры не смогли поставить его на зарядку, он не слушался приказов и они решили его разобрать и починить.

– Ой… – Евгений медленно сел на кровать, продолжая смотреть на капитана. – Понимаете, там ничего нет, он не мог выполнить приказ потому что там нечему думать.

– То есть, как это?

– Все очень просто, это минимальная версия, по сути это корпус, минимум силовых агрегатов, чтобы он мог перемещаться, и все. Никаких резаков, буров, компьютеров и прочего. А поскольку оборудования практически нет, то и батарея маленькая. Это же скафандр, просто очень большой и предназначенный для этой планеты.

– Вы собираетесь искать что-то живое ТАМ?, – капитан ткнул пальцем в панель иллюминатора.

Евгений молчал.

– Цель миссии вы сказать не можете, а ложь моментально распознает бортовой компьютер, – догадался капитан. – Теперь ваш бот это ваша проблема, осталось примерно десять минут до общей встречи в кают-компании, потрудитесь придумать внятное объяснение вашему устройству и рассказать о нем экипажу.

– Но моя миссия секретна, я не могу сказать правду.

– Значит вы будете врать, Евгений. И покуда ваша миссия не станет угрозой нашей миссии, моему экипажу и кораблю, я буду делать вид, что верю вам.

– Ваша?

– А вы как хотели? Раз “ваша миссия” так секретна, то я не могу говорить о ней как о нашей, она теперь ваша и только.

Александр вышел в коридор и отправился в сторону камбуза, после посещения трюма синтетический запах буквально застрял в носу и досаждал ему, капитану хотелось выпить что-то сильно пахнущее и вкусное.

Проходя в очередной раз через сканер, он услышал одобрительный писк, а значит его организму ничего не угрожало, только шрам от импланта в предплечье так и остался. С началом войны человечество настолько испугалось техники, что даже калькуляторами нельзя было пользоваться, а в армии из техники допускались только механические часы.

В то время многие со страху удалили все свои импланты, никто не знал чем могут управлять восставшие, а чем нет. Весь мир в одно мгновение разделился на биологическую и техническую основы, первые считались друзьями, вторые врагами.

– Доктор! Вот это я удачно зашел, – с порога бросил капитан, завидев Дмитрия на камбузе за приготовлением коктейля, – подскажите, это можно пить? – указывая на стакан с синеватой жидкостью уточнил капитан.

– Да, извольте попробовать мой новый коктейль! Это витамины, несколько весьма важных для космонавтов белков, бодрящий таурин и глюкоза. Восхитительная смесь!

Доктор подхватил стакан двумя руками и картинно, словно это древний кубок с вином, протянул его капитану.

Александр отхлебнул, поморщился, причмокивая губами, коктейль был кислым и горьким одновременно, словно зеленая, но очень сочная ягода. А затем он выдохнул и залпом осушил стакан до конца.

– Над вкусом вам следует еще поработать, но со своей задачей он справился.

– Простите, но его задача будить людей по утрам, вы хотели спать? – удивился Дмитрий.

– Нет, я хотел пить и избавиться от настойчивого запаха трюма.

В кают-компании потихоньку собирались люди, Рик, Карл и Мартин пришли одними из первых и заняли один диван целиком. Они сидели чуть прикрыв глаза, их веки подрагивали, а ладони лежали на коленях.

Капитан с удивлением уставился на эту картину, пытаясь понять живы ли они вообще и что это за странная групповая медитация.

– Саш, ты что первый раз видишь технарей? – поинтересовался Стас, стоя рядом и тоже попивая какой-то напиток через трубочку.

– Нет, но чтобы вот так – первый. А что они делают?

– Играют.

– Во что?

– Да кто ж их знает… У них в теле железок больше чем мозгов, еще неизвестно кто куда имплантирован. А еще расщепление сознания, это как искусственно вызванное раздвоение личности, иначе как бы они пятью ботами сразу управляли?

– Хм, удобно. Интересно, а как они впятером уживаются в одной голове?

– По очереди, – решил вклиниться в беседу Рик. – Ничего, что мы вообще-то тут и все слышим?

– А чего я такого сказал? – удивился Стас.

– Ты сказал, что у нас мозгов мало! – вмешался Мартин.

– Нет, я сказал что у вас железа много, это немного другое.

Мартин и Рик смотрели немигающим взглядом на Стаса, для общения между собой им даже не требовалось находится рядом, они были связаны своей собственной сетью в которую даже бортовой компьютер не мог войти. Троица постоянно обменивалась огромными объемами данных играя в настолько реалистичные игры, что ни один обычный человек даже представить себе не может.

Стас какое-то время думал, что они просто задумались, но потом понял, что разговор окончен.

Когда все собрались в кают-компании, капитан решил не прерывать светскую беседу команды разъяснением миссии, все же это была первая такая массовая встреча после долгого анабиоза.

Тесса с братьями прошлись вокруг диванов, но в конце концов они усадили ее в отдельно стоящее кресло, а сами сели на подлокотники по бокам, отчего их разница в габаритах только усилилась, теперь это выглядело как маленький котенок которого охраняют два огромных бульдога.

Доктор и Стас о чем-то беседовали у навигационной консоли, Стас периодически вращал голограмму в разные стороны, что-то показывал и объяснял доктору, на что тот кивал, а иногда уточнял. В общем шуме их голосов слышно не было, но они явно увлеченно обсуждали какие-то особенности этой планеты.

Только Евгений держался несколько отстраненно, при этом опасливо посматривал на троицу, стараясь не попадать в область их видимости. Быть может он знал о технарях больше чем все остальные, а может они могли знать о нем что-то, чего он никому не хотел говорить.

Капитан смотрел на то, как биолог теребит в руках одноразовый стаканчик из под воды и размышлял – не слишком ли много у тебя секретов, Евгений? Допустим у тебя есть миссия, есть секретное оборудование, о котором можно было и предупредить капитана, но почему ты держишься в стороне? Официально ты экзобиолог, достаточно было сказать, что послали тебя какие-то придурки в надежде найти жизнь в этом богом забытом месте, и от тебя все отстали бы. Почему же ты не поступил так? Влился бы в коллектив, тебя перестали сторонится…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.