Кирстен Модглин
Западня

Copyright © Kiersten Modglin, 2021

© Н. Б. Буравова, перевод, 2025

© Г. Д. Стукалин, перевод, 2025

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2025

Издательство Иностранка®

* * *

Посвящается Итану – очаровательному малышу и настоящему герою – и всей его семье. Я не припомню человека смелее тебя.

Это художественное произведение, все имена и персонажи вымышлены. Любые совпадения с географическими местами, событиями, названиями учреждений и реальными людьми – живыми или мертвыми – совершенно случайны.

Глава 1. Слоан

Помните эти сцены из фильмов ужасов, когда героиня входит в незнакомый дом и у нее тут же возникает нехорошее предчувствие, так что даже волоски на руках встают дыбом?

О, как бы мне хотелось иметь такую развитую интуицию!

Я всегда считала это красивым, но пустым художественным приемом, и скорее всего, так оно и есть; но я точно помню тот момент, когда подобная реакция организма могла бы меня спасти.

Хотя теперь это не более чем домыслы.

Воспоминания.

Сожаления.

Размышления о том, насколько иначе могла сложиться моя жизнь, если бы в тот день мне хватило ума повернуть назад.

Мелькни у меня в голове хоть на секунду подозрение или предчувствие, что в итоге всё обернется таким кошмаром.

Но, увы, не мелькнуло.

Я не почувствовала опасности. Волоски на моей коже пребывали в полном покое, ничего меня не насторожило, и я продолжила путь, не ведая о том, что меня ожидает за поворотом.

Размеренным шагом, без малейшего промедления и сомнения, я приближалась к тому, что в итоге стало самой страшной страницей в моей жизни.

Последний участок дороги вдалеке от оживленных трасс весь зарос могучими деревьями, их ветви тянулись высоко в небо, закрывая солнечный свет. Машина поднимала с сухой грунтовки клубы белой пыли, и на первый взгляд дом вдалеке – цель моего путешествия – показался грязным пятном в сером тумане.

По правую руку на крутом пригорке стояло массивное серое здание с единственной вывеской «Дирекция Водопада Вдовы» и нарисованной стрелкой, которая указывала на дверь.

Под парковку отвели лишь две небольшие площадки, которые обе оказались забиты машинами. Слева, у небольшого павильона, два парня в форме инструкторов разговаривали с галдящей толпой туристов.

Другие отдыхающие с важным видом шествовали по направлению к дирекции. У каждого на голове – сияющий белый шлем, в руках желтое весло, на лице – дурацкая счастливая ухмылка. На въезде мне пришлось резко затормозить, когда через дорогу промчался ребенок. Вслед за ним спешила переполошившаяся мать. Одной рукой она махала мне, извиняясь за свое непослушное чадо.

В ответ я лишь пожала плечами, подняла вверх большой палец и поехала дальше, высматривая свободное местечко. Наконец оно нашлось между старым голубым фургончиком с наклейкой на заднем стекле, гласившей «Нет, уж лучше в поход!», и маленьким желтым «Фольксвагеном-жуком».

Жаркое и влажное теннессийское лето было в разгаре. Я сдвинула на макушку дешевые солнцезащитные очки и поднялась на пригорок, оглядывая округу. Вокруг все суетились: проводники, перекрикивая толпу, объясняли своим группам, куда идти. Под вывеской дирекции фотографировалось семейство, все в новеньких сувенирных футболках с надписью «Я ВЫЖИЛ на Водопаде Вдовы!».

Мелодично звякнул колокольчик над стеклянной дверью, и стайка нахальных подростков вырвалась наружу, чуть не растоптав меня.

Внутри за стойкой стояла женщина с пепельными волосами, собранными в пучок, и ярким салатовым козырьком на лбу. Руки у нее были длинные, худые, с сильно обвисшей кожей, в которой они «болтались», словно в растянутых рукавах разношенного свитера. Увидав меня, она поспешно запихнула под голубую майку выпавшую лямку белого лифчика.

– Чем могу помочь?

– Здравствуйте, меня зовут Слоан, – нерешительно промямлила я, надеясь, что мое имя ей о чем-нибудь говорит. – Вообще-то, я должна приступать к работе завтра, но женщина, с которой мы договаривались… Кимберли… сказала, что лучше приехать сегодня.

Администратор кивнула, лизнула палец и принялась тщательно перебирать стопку бумаг справа. Наконец она обнаружила нужный листок, вытащила его и быстро пробежала глазами.

– Слоан Маршалл, – громко объявила она. Мое согласие ей, похоже, и не требовалось. – Угу. Нужно сделать копию удостоверения личности. – И протянула вперед костлявую ладонь.

Я вынула бумажник из сумочки, которую носила на животе, и вручила ей права. Женщина положила документ на стекло огромного допотопного копира, закрыла крышку и нажала на кнопку «Пуск». Аппарат тут же натужно зажужжал.

– Здесь чудесное место! – сказала я громко, пытаясь перекричать шум аппарата, но он умолк как раз на середине моей фразы, и вышло, будто я заорала на собеседницу.

Она протянула мне права и еще раз посмотрела на копию, прежде чем сунуть ее в общую стопку. Снова лизнула палец и вынула из кучи бумаг еще один листок.

– Тебя предупредили, что плату за жилье высчитывают из жалованья?

– Да, – согласно кивнула я. Крыша над головой за двадцать долларов в неделю – это просто даром, к тому же не нужно тратить время и деньги, чтобы добираться до работы. – Судя по всему, это ведь стандартные условия, да?

Женщина кивнула.

– А про зарплату тебе уже объясняли?

– Кимберли сказала, тридцать долларов за группу плюс чаевые, верно?

– Уж она наговорит, – буркнула администратор, слегка дернув бровью. – Пойдем, покажу тебе наше хозяйство.

После чего деловито сняла с руки ключик, заперла кассовый аппарат и закрыла древний ноутбук. Потом дотянулась до полочки над головой, сняла оттуда связку ключей и заперла все ящики слева. Положив связку в карман, моя собеседница, наконец, вышла из-за стойки регистрации.

– Здесь мы встречаем гостей. Теперь туристы в основном регистрируются онлайн, но все равно должны приходить сюда, чтобы подписать уведомление об ответственности за свое здоровье, арендовать шкафчики и забрать сувенирные фото, если они заказывали фотосессию. А я всем этим заведую, – с важностью разъяснила она, округлив глаза. – Ах да, не помню, я представилась или нет? Меня зовут Барбара. Пока я на посту, обо всей бумажной волоките можешь не беспокоиться.

Толкнув стеклянную дверь, Барбара вывела меня на улицу и перевернула табличку с «Добро пожаловать!» на «Скоро вернусь!».

Мы прошли к большому крытому ангару, где вперемешку лежали надувные плоты, спасательные жилеты, шлемы и весла. Там в глубине тихо переговаривались две девушки и при этом зачем-то окунали весла в бочку со странной голубой жидкостью.

– Знакомься, это двое наших инструкторов. Вот Клаудия, – Барбара показала рукой на девушку с оливковой кожей и заплетенными в длинную косу угольно-черными волосами, – а это Кайла.

Вторая девушка, с непослушной копной рыжих волос и веснушками по всему лицу, приветливо помахала мне рукой.

– Девочки, это Сара.

– Слоан, – тихо поправила я, виновато улыбнувшись. Барбара смерила меня таким взглядом, будто это я ошиблась.

– Слоан, да. В общем, девушки чистят снаряжение после очередного сплава. Ничего сложного. Они тебе покажут, что к чему, когда ты устроишься. – Барбара махнула рукой, и мы продолжили обход здания.

В дальнем конце фасада я увидела одинокую металлическую дверь и массивные деревянные ступени, которые вели к такой же двери на втором этаже.

– А это твои апартаменты. – Мы поднялись наверх. Барбара останавливалась после каждого шажочка, а когда мы дошли до верхней площадки, дышала так тяжело, что я перепугалась, сможет ли она спуститься самостоятельно.

– Да ладно, не переживай, это всё чертова аллергия, – женщина махнула рукой и громко высморкалась в припрятанный в кармане платок. – Теннессийское лето, ничего не поделаешь. В общем, располагайся.

Мы шагнули внутрь, и в лицо мне тут же пахну́ло застоявшимся влажным воздухом. Барбара щелкнула выключателем, и комната осветилась тусклым светом единственной лампочки, висящей под потолком. Стены, пол и потолок были деревянные или фанерные, абсолютно голые, но сплошь утыканные крупными шляпками гвоздей.

На стенах напротив друг друга располагались два больших окна. В форточки были вделаны вентиляторы, от потока воздуха шторы (которые, похоже, представляли собой разрезанные старые простыни) развевались по комнате. На полу лежали шесть матрасов – три с одной стороны, два с другой, и еще один в дальнем углу как раз под окном.

Половина комнаты представляла собой девичью: множество резинок для волос, тюбиков с кремом от прыщей, флакончиков с духами, – все это было ровным слоем разложено на полу. На стене висело единственное пожелтевшее зеркало, а на деревянной вешалке одиноко болтался выпрямитель для волос. Я пробежала глазами по стопкам книг и фотографиям в рамках, а потом повернулась к другой стене.

Три матраса напротив явно принадлежали парням. Стена над ними осталась голой, внизу валялись журналы про спорт и автомобили, несколько мужских трусов, игровая приставка и незакрытый тюбик с гелем для волос.

Подле каждой постели лежали стопки одежды и белые сетчатые мешки для грязного белья. И без того небольшая, комната была забита вещами так, что в ней и повернуться-то толком негде. Когда я соглашалась на эту работу, меня предупреждали о бытовых условиях – смешанное проживание и все такое. Впрочем, меня это не смутило, я долго жила в общежитиях и привыкла, что о каком бы то ни было уединении там можно только мечтать. Однако мне и в голову не приходило, что жилье окажется таким… совсем уж примитивно-деревенским.

Комната напомнила мне о детстве на ферме: жара, запахи и голые стены – все то же самое. Только в детстве у меня, по крайней мере, был ковер на полу.

В дальнем правом углу к потолку крепился кусок белой трубки из ПВХ, с которого свисала матовая голубая шторка – попытка хоть как-то отгородиться.

– Зато постель у каждого своя. А стену рядом ты можешь украсить на свой вкус. Как видишь, некоторые проявили фантазию. У нас тут всё очень компактно, поэтому просто разложи вещи так, чтобы были под рукой. Клади куда хочешь, лишь бы они никому не мешали. Но если что-то пропадет – сама виновата.

То, как Барбара произнесла последнюю фразу, навело на мысль, что раньше с вещами уже случались подобные неприятности.

– Здесь есть шкафчики, – она указала рукой на серые металлические ящички слева. – Если у тебя есть что-то ценное, то можешь держать там, а вот замок придется купить самой. Твой шкафчик, кажется, номер два, но остальные придут и скажут точно.

Я прошла вслед за Барбарой вглубь комнаты к дальнему матрасу под окном. Похоже, это теперь мое место: только здесь не было ничьих вещей и украшений на стенах. Лишь застиранная желтая простыня и маленькая белая подушка. Неплохо бы, конечно, иметь чуть больше личного пространства, но я терпеть не могу чувствовать себя отрезанной от общества. Все матрасы лежали почти вплотную, друг против друга, а я, значит, отделена от других обитателей комнаты шкафчиками и занавеской. Нет уж, хватит и того, что я приехала в середине сезона и к тому же новенькая. Теперь мне чудилось, что меня специально загнали в дальний угол.

В конце концов, со стороны парней три матраса, почему со стороны девушек только два? Ладно, наверное, скоро я начну ценить и эту возможность побыть в относительном одиночестве.

– Можешь разложить вещи здесь или положить в шкафчик, как хочешь. Ребята договариваются и раз в неделю по очереди отвозят грязные шмотки в прачечную. В свое время тебе покажут, где она. А эту тряпицу мы повесили, – Барбара указала рукой на занавеску, – чтобы можно было спокойно переодеться, но, если честно, тут все такие привычные ко всему, что даже не знаю, пользуется ли ею кто-нибудь. Мы тут как врачи: если видела хоть одну голую задницу – считай, видела их все.

Меня аж оторопь взяла от такой непосредственности, но я старалась не показать виду и, отвернувшись, спросила Барбару:

– А где уборная?

– Здесь есть служебная с душем и унитазом, дверь внизу, ты ее видела. Душ не стоит занимать надолго, на него претендуют и остальные. Есть еще два туалета для посетителей, ими тоже можно при необходимости пользоваться. Они внутри, в задней комнате за офисом. Но есть и второй вход с улицы. Кухня тоже там, готовить можно что угодно. Кондиционеров, понятное дело, нет, – Барбара отерла пот со лба, – но ты будешь проводить весь день на улице. Когда доберешься до постели, будешь уже выжата как лимон. В этой комнате вентиляторы включены круглосуточно, но приготовься, что за лето потеряешь пару килограммов.

Она посмотрела на мою талию так, что я покраснела. Но Барбара быстро отвела взгляд, делая вид, что ничего такого не имела в виду.

– Ну, я думаю, на этом всё. Кайлу и Клаудию ты уже видела. Еще есть Гейб, Роб и Джош. С ними ты познакомишься чуть позже вечером. Все очень милые и компанейские, ты быстро найдешь с ними общий язык. Ах да, чуть не забыла…

Барбара отодвинула оконную занавеску и показала на розетку.

– Если хочешь, можно зарядить телефон или будильник. В комнате всего четыре розетки, те, что заняты вентиляторами, я не считаю. Так что на них большой спрос. Ребята почти не заряжают свои телефоны, потому что здесь сложно поймать сеть, но, если надо, пользуйся. Особенно для будильника. Хотя, – Барбара нахмурилась, – если проспишь смену, я тебя разбужу, так что не волнуйся. Есть еще вопросы?

– Пожалуй, нет, – мягко отозвалась я. – Думаю, мне стоит заняться вещами.

– Отлично, тогда неси сумки и располагайся. Мне надо возвращаться в контору. Если захочешь еще что-нибудь спросить, найди кого-нибудь в красном спасжилете. Оранжевые для клиентов, вы все в красных, – Барбара кивнула сама себе. – Ладно, я пошла, устраивайся.

Она удалилась восвояси, а я осталась стоять посреди жаркой комнаты, дивясь ситуации, в которой оказалась. До сих пор я думала, что легко справлюсь. Это же работа мечты: беззаботное лето, необременительные обязанности, дешевое жилье и куча новых друзей. Но теперь меня начали терзать нехорошие сомнения.

Смогу ли я влиться в компанию, которая уже давно сложилась? Они оттарабанили уже полсезона, сдружились и пообтерлись, вдруг я им не понравлюсь? Не исключено, что они нарочно оттащили мой матрас подальше от своих лежбищ.

Я потрясла головой, отгоняя тревожные мысли. Нет, я обязательно им понравлюсь. Я ведь дружелюбная и веселая. Такое лето – моя давняя мечта, последний шанс насладиться жизнью перед тем, как взрослые проблемы накроют меня с головой. Это как последняя вечеринка после выпускного.

У меня все получится, твердила я себе. Справлюсь.

Я обязана.

Ради родителей. И ради себя.

Я заслужила немного хорошей и беззаботной жизни.

Добро пожаловать домой, Слоан.

Как мне в тот момент не хватало предупреждающего знака! Раз уж судьба не намекнула мне об опасности по пути сюда, что ей стоило хоть сейчас послать мне тревожный сигнал. Что-то вроде ужасного предчувствия или пугающего происшествия, от которого волосы на затылке встают дыбом: хоть секундочку отрезвляющего страха.

Чтобы бежать отсюда опрометью и никогда не возвращаться.

Но ничего не произошло. А если что-то и было, то тревогу заглушил дурацкий оптимистичный голос в голове, твердивший, что все будет прекрасно. Мне хотелось зацепиться за что-то в жизни, и я настроилась использовать здешнюю счастливую возможность на полную катушку.

Сейчас, вспоминая эти дни, я бы всё отдала, чтобы заглушить все прочие голоса и услышать зов интуиции. Как жаль, что нельзя вернуться в этот миг, прыгнуть в машину и сбежать, чтобы никогда больше не вспоминать о Водопаде Вдовы и его тайнах.

Но я осталась.

И с этого начался мой ночной кошмар.

Глава 2. Слоан

Я распаковала уже почти все вещи, что привезла с собой – да их и было-то немного, – когда дверь в комнату открылась в первый раз. Я обернулась и увидела парня едва ли старше тридцати, с густой темной шевелюрой и удивительно зелеными глазами. Его правую щеку пересекал ярко-розовый шрам.

– Эй, слушай, тебе нельзя здесь находиться! – воскликнул он, переступая порог. – Эта комната только для персонала.

Я завороженно смотрела, как шрам растянулся, когда парень начал разговор.

– Тебе повезло, она теперь тоже персонал, – послышался женский голос. К моему облегчению, в двери показалась рыжая девушка, та, которую Барбара представила как Кайлу.

Следом вошел лысый мужчина с седеющей бородой.

– Что тут у вас происходит?

– У нас новенькая, – послышался еще один голос из-за двери, и секунду спустя в проеме появилась Клаудия. Последним зашел парень с непослушными светлыми волосами, кажется, самый юный из всех.

– Слоан, – я устремилась к ним навстречу, протягивая руку для рукопожатия, совершенно не представляя, чем заполнить неловкую паузу.

– Гейб, – представился парень со шрамом, пожимая мою ладонь. Кожа у него на руке сморщилась от долгих часов, проведенных в воде, он весь пропах потом и кремом от загара. Я чувствовала этот запах, даже когда стояла возле своей постели.

– Это Роб, – Кайла указала на лысого, и тот поприветствовал меня коротким кивком головы.

– А это Джош. – Блондин криво улыбнулся, пристально глядя на меня.

– Всё норм?

– Рада знакомству, ребята.

– Ладно, не отвлекайте новенькую. Да и нам всем надо бы переодеться, – холодно заметила Клаудия. Присев возле своего матраса, она принялась копошиться в горе одежды.

Все ребята были загорелые, с выбеленными солнцем и ветром волосами. Они принесли с собой особенный сладковатый аромат трудового пота, озерной воды и спрея от насекомых.

Чувствуя себя отвергнутой, я вернулась к своей лежанке и продолжила раскладывать одежду по стопкам. Телефон заряжался у меня на подушке, хотя, как и говорила Барбара, сеть здесь практически не ловила. Ладно, пусть зарядится, на всякий случай.

– И откуда ты прибыла, Слоан? – поинтересовалась Кайла. Держа в руках стопку одежды, она зашла за занавеску и задернула ее. В щель между занавеской и полом упали ярко-желтые шортики. Я зачем-то отвернулась.

– Ну, вообще, из Колорадо. Но сюда перебралась несколько лет назад, когда поступила в университет, а потом решила, что перемена мест всегда к лучшему. Мне нравится такой образ жизни. Это ведь так круто.

– А что за университет, где? – поинтересовался Гейб. Он стянул с себя грязную футболку и обтирался полотенцем, которое поднял с пола. Я отвела глаза, надеясь, что не покраснела до корней волос. Да возьми же ты, наконец, себя в руки, Слоан!

– В Теннесси.

– Да ну? – удивился он. Гейб глядел мне в глаза, вытирая полотенцем подмышки. – Роб тоже там учился. Верно, Роб?

Тот снова ответил коротким кивком, а потом хихикнул:

– Еще до того, как все вы родились.

– Не обращай внимания, – объяснил Гейб. – Роб любит всем напоминать, что годится нам в дедушки.

По комнате прокатился смешок. Он действительно выглядел гораздо старше всех – думаю, что остальные были примерно мои ровесники: лет двадцать или двадцать пять, ну максимум тридцать с хвостиком, но я решила не уточнять.

– Это хороший университет, – я решила чем-то заполнить внезапно возникшую паузу. – Я только в прошлом месяце диплом получила.

– А сюда-то тебя что привело? – Занавеска отъехала в сторону, и из закутка показалась Кайла, одетая в безразмерную футболку и свежие шорты. Джош направился было к занавеске, но Клаудия его опередила, задернув ее прямо у него перед носом. Джош закатил глаза. Жест выглядел враждебным, но парень, похоже, совсем не расстроился, а наклонился и заглянул под занавеску.

– Давай уже, начинай, – подколол он Клаудию. – Я тут целый день ждать не намерен.

– Устраивайся поудобнее, извращуга, – зашипела она в ответ. Джош засмеялся и отошел от раздевалки раньше, чем ее шортики оказались на полу.

– А раньше ты уже работала проводником? – продолжила допытываться Кайла, и тут я поняла, что так и не ответила на ее предыдущий вопрос, слишком увлеченная перепалкой между моими новыми знакомцами.

– Нет, – смущенно пробормотала я.

Гейб, не отходя от своего матраса, скинул шорты и теперь с подчеркнуто невозмутимым видом вытирал нижнюю часть тела.

Меня кинуло в жар, наверное, я покраснела, как рак в кипятке. Зацепившись взглядом за Кайлу, я быстро заговорила:

– Дома я сплавлялась по рекам, и мне нужна была подработка на лето, чтобы выдохнуть и решить, чем заниматься дальше. Так что, когда я увидела эту вакансию, все сошлось, – я изо всех сил старалась ненароком не взглянуть в сторону Гейба, который стоял в чем мать родила всего в паре метров от меня.

Увидав мое смущение, Кайла махнула рукой в его сторону.

– Не смущайся так. Раньше Гейб работал стриптизером. И теперь ему трудно смириться с тем, что все остальные не горят желанием получше рассмотреть его причиндалы.

В ответ Гейб игриво шлепнул себя по заднице.

– Ох, Кайла, я же чувствую, ты меня хочешь, – он подмигнул собеседнице, потом одарил меня широкой улыбкой и наконец-то натянул шорты. Кайла осуждающе покачала головой, но я заметила у нее в глазах озорной огонек.

– Мог бы хоть ненадолго притвориться нормальным, пока новенькая попривыкнет к нашей обстановочке.

– Я отвернулся, – парировал он. – Поэтому все лучшее она пропустила.

– По-моему, «лучшим» это можно назвать с некоторой натяжкой, – подала голос Клаудия, выходя в чистой одежде из-за занавески. Пройдя через комнату, она небрежно бросила вещи в кучу грязного белья, подобрала с пола расческу и, усевшись на постели, занялась своими волосами.

Наладить контакт с нею, вероятно, будет куда сложнее, чем с остальными. Она то и дело бросала едкие замечания, но никто вроде бы не обращал на них внимания. Может, характер такой. А еще она единственная ни разу не обратилась ко мне напрямую, а нас ведь уже дважды представили друг другу. Я терялась в догадках: неужто уже успела в чем-то накосячить? Или ей просто требуется некоторое время, чтобы привыкнуть к новому человеку, – это тоже вполне понятно.

– В любом случае круто, что ты приехала. Тебе здесь понравится. Сплав на плотах по Водопаду Вдовы – самый классный из тех, что мне доводилось проводить, – торжественно объявила Кайла.

– Я ужасно удивилась, когда увидела открытую вакансию. Везде уже набрали инструкторов на этот сезон, – ответила я, наблюдая, как Клаудия заплетает волосы в косу.

Внезапно все в комнате погрузились в напряженное молчание. Эта тишина вывела меня из оцепенения, я подняла взгляд и вопросительно посмотрела на Кайлу, потом на Гейба.

– Что-то не так? – удивилась я. Неужели я их чем-то невольно обидела?

– Нет, всё в порядке, – уверила меня Кайла, но ее интонация говорила об обратном.

– Ну да, обычно у нас посреди сезона нет вакансий, – заметил Гейб.

– А что произошло-то?

Повисла гнетущая тишина, которую никто не решался нарушить. Джош вышел из закутка, уступая дорогу Робу.

– Была тут у нас одна девушка-инструктор, – услышала я. К моему удивлению, Клаудия наконец-то заговорила со мной. – Ее звали Лэндри.

– Но она нас покинула, – подхватил Гейб, вздыхая с явным сожалением, а когда я посмотрела в его сторону, в глазах у него промелькнула какая-то злоба и разочарование. Заметив, что я за ним наблюдаю, он тут же изменил выражение лица. Бросив грязную одежду на пол, Гейб растянулся на матрасе. Солнце зашло за горизонт, за окном стремительно темнело, и голая лампочка под потолком оставалась единственным источником света. На лицах у всех проступили резкие тени.

– Пропала, – уточнила Клаудия.

Меня внезапно пробил озноб, а в горле встал ком. Я как будто оказалась ребенком у костра, где взрослые рассказывают страшные байки о привидениях.

– Как пропала?

– Работала по контракту, как и все мы, но однажды после неудачного дня сбежала, оставив нас разгребать все последствия, – горько пояснил Роб из-за занавески. И это была самая длинная фраза, которой он меня удостоил за весь вечер. Он вышел на середину комнаты в чистых шортах, но без футболки. На обнаженной груди гордо курчавилась густая поросль.

– Ужасно.

Он пожал плечами.

– Мы привыкли. Такая работа не всем подходит.

Я уставилась на него, не понимая, что он имел в виду этим своим «мы привыкли».

– Тут что, большая текучка?

Гейб скорчил Робу непонятную гримасу – что-то среднее между ухмылкой и предостережением, я не уловила.

– Ну, типа того. Как я говорил, эта работа не каждому по вкусу.

– Но, как бы то ни было, – перехватила мое внимание Кайла, – мы рады, что ты здесь.

Я улыбнулась в ответ, но в голове теснились тревожные мысли. Я замещаю пропавшую девушку? Она сбежала? Возможно, все действительно объясняется банально, как и сказал Роб: работа трудная, и не каждый способен ее выдержать. Но внутренний голос твердил мне, что они чего-то недоговаривают. Я заглушила в себе это беспокойство. Скорее всего, я просто сильно расстроилась из-за того, что Клаудия, похоже, невзлюбила меня с первого взгляда.

Да, к сожалению, я ужасно мнительна и склонна себя накручивать, но на этом стоит остановиться.

– Надо бы подымить, – предложил Джош. Он потянулся к стопке своей одежды и ловким движением вытянул пакетик с косяками. Я остолбенела, поскольку ожидала увидеть пачку сигарет. – Кто-нибудь еще будет?

– Да, я в деле, – Гейб встал с матраса и потянулся. – Все равно собирался вниз, надо забрать хавку из холодильника.

– И я, – добавила Кайла.

На какую-то секунду я понадеялась, что они хоть ненадолго оставят меня одну и дадут мне время прийти в себя после всех новостей. Но вместо этого Роб расслабленно улегся на свое место, закинув руки за голову, а Клаудия, закончив заплетать косу, взяла из стопки книжку и уселась на подушку спиной к стене. Судя по обложке, это был детектив, назывался «Убийство в Маленьком Египте». Выбор книги, признаться, выбил меня из колеи. Я бы не смогла читать ничего страшного, живя у черта на рогах в избушке, затерянной посреди леса.

Но, повнимательнее присмотревшись к книгам в ее стопке, я поняла, что там сплошь детективы или триллеры.

Нет уж, премного благодарна, такого мне не надобно, это для меня уже слишком. Я бы предпочла романтическую повесть, если уж на то пошло. На мою долю и так столько дерьма выпало, что теперь меня до конца жизни будут преследовать кошмары.

Гейб, Джош и Кайла вышли из комнаты, захлопнув дверь. Внезапно я особенно остро затосковала по соцсетям, которые заполняют голову однообразным шумом и отвлекают от дурных мыслей. По привычке повертела в руках телефон, хотя и понимала, что здесь он бесполезен. Лента соцсети была девственно чиста, три точки посередине показывали: контент в процессе загрузки. Погасив экран, я положила мобильник на пол, улеглась в постель и очень удивилась, когда заметила, что Клаудия внимательно на меня смотрит.

Она мгновенно отвернулась, демонстративно не обратив внимания на мою улыбку. Да что она о себе возомнила, что ей надо?

– Мне нравится, как ты украсила стену. И зеркало классное, – пролепетала я, стараясь сгладить неловкость.

Но она лишь кивнула, не утруждая себя ответом.

Хорошо, значит, мне не показалось, что я ей не по нраву.

Чтобы переключиться и перестать себя накручивать, я занялась сортировкой своих вещей. Оглушительная тишина давила на уши. Из головы не шли мысли о девушке, которая работала тут до меня.

Они сказали, что ее звали Лэндри.

Пропавшую девушку…

Девушку, чье место я заняла.

Куда же ты делась?

Глава 3. Слоан

Первый день дался мне легко и не потребовал каких-то особенных усилий. Хотя у меня и был некоторый опыт и даже лицензия инструктора по сплаву, мне еще не доводилось спускаться по этой реке, поэтому в течение первых двух недель предстояло поработать в связке с другим проводником, чтобы всё хорошенько усвоить.

Меня подрядили в экипаж к Гейбу, с которым у меня сложились нормальные отношения. Хотя я бы предпочла учиться у Кайлы, с которой мы, кажется, по-настоящему поладили.

Гейб, дружелюбно посмеиваясь, показывал мне все тонкости профессии, пока я привыкала к распорядку и следила за тем, чтобы гости не скучали. Он на удивление легко умел расположить к себе людей в первую же секунду знакомства.

Как я быстро выяснила, у него в запасе имелся отработанный набор шуток и подколов, которые он использовал на каждом сплаве. На инструктаже он обычно говорил: «Пожалуйста, предупредите нас об особенностях своего здоровья. Если у вас проблемы с сердцем, со спиной, с коленями, с женой, с детьми…» Его заглушал дружный взрыв хохота, а Гейб всегда бывал неимоверно доволен своим остроумием, даже когда повторял шутку в четвертый раз на дню.

Он обязательно предупреждал, что весла следует держать за Т-образную рукоять, иначе можно ненароком отрихтовать лицо соседу.

– С вами, сэр, такое уже случалось, верно? – между делом спрашивал он у случайно подвернувшегося клиента. И снова звучал дружный смех, причем улыбался даже тот несчастный, которого только что иносказательно обозвали уродом.

Если на борту были дети, он обычно предлагал им ненароком забыть родителей на берегу и вернуться за ними после сплава.

Когда к нему на плот попадали школьницы, он старался сделать так, чтобы все брызги летели на них.

Меня очаровывала та легкость, с которой Гейб ладил с клиентами. Он словно превратил общение в точную науку, со своими законами и алгоритмами, и я легко впитывала его уроки. Река оказалась достаточно несложной для маневров, и я решила, что уже через несколько дней смогу работать самостоятельно.

В нижнем течении речка была совсем предсказуемой, она степенно несла плоты вдоль берегов, так что бо́льшую часть пути мы просто весело болтали с гостями.

К концу дня, однако, я еле волочила ноги от усталости. Нам постоянно приходилось перетаскивать туда-сюда бо́льшую часть снаряжения, и от этого у меня адски разболелись руки, да еще к тому же подташнивало. К вечеру хотелось только поужинать поплотнее, принять душ погорячее и завалиться в постель.

Как только мы разложили все снаряжение и проводили последнюю группу туристов, я мигом взбежала наверх по лестнице.

– Эй, а есть ты разве не хочешь? – остановил меня Гейб прямо у двери нашей комнаты.

Я обернулась и в задумчивости посмотрела на него, придерживаясь за перила. Только сейчас я поняла, насколько же проголодалась. На обед мне удалось проглотить только пару протеиновых батончиков. Но вчера у меня не было возможности закупить продуктов, значит, дома – шаром покати.

– Умираю от голода. А что?

– Пойдем поужинаем, – тут же предложил Гейб.

Я судорожно сглотнула, глядя на напарника. Идея звучала заманчиво, но я побоялась, что это слишком уж личное предложение. Возможно, он проявляет вежливость, но если это приглашение на свидание, то все развивается слишком быстро.

– Не знаю. Мне надо в душ.

– Да всем надо в душ, – ответил он, указав подбородком куда-то вправо.

– А-а-а, – я поняла, что ошиблась. Это не было романтическим приглашением, просто вся компания собралась поужинать, и он предлагал присоединиться к ним. Ф-ф-у-ух!

– Отлично! Сейчас, только ключи захвачу.

– Мы пешком пойдем. Там трудно припарковаться, к тому же это не так уж далеко, – не дожидаясь меня, Гейб повернулся и вместе с приятелями начал спускаться с холма к грунтовке.

Я трусцой догнала их.

– С почином! – приветливо воскликнула Кайла. Она шла спиной вперед, глядя на меня через ряд парней. – Ну как твой первый день на реке, понравилось?

– О, все было чудесно, – залепетала я. – Теперь понимаю, почему вы так привязались к этим местам.

– Это – лучшая работа на свете, – тут же согласился Роб. Он вытянул руки вверх и с наслаждением потянулся.

– А ты давно тут? – поинтересовалась я.

Он посмотрел на меня каким-то отрешенным взглядом, и на мгновенье мне показалось, что он откажется отвечать.

– В прошлом месяце исполнилось тридцать два года. Есть над чем задуматься, – протянул он.

– Ничего себе, – выдохнула я. Целая жизнь.

– Что в сумме с предыдущим периодом составляет пятьдесят один год, если ты пытаешься посчитать, сколько мне лет, – расхохотался он.

– То есть ты не настолько стар, чтобы быть нашим дедушкой, – пошутила я, припомнив вчерашнее замечание Гейба.

– Слегка недотягиваю, да.

– А вы, ребята? Кто сколько тянет лямку на Водопаде Вдовы?

– Мы с Джошем – новобранцы, – откликнулась Кайла. – Начали в этом сезоне вместе с Лэн… – она умолкла на середине предложения.

– Лэндри? – уточнила я. – С девушкой, которую я замещаю?

– Угу, – хмыкнула она, не разжимая губ; впрочем, быстро поправилась. – Клаудия тоже старожил этих мест, двенадцать лет. Гейб здесь уже… – она задумалась. – Лет десять?

– Восемь, – поправил он. – И я публично выражаю негодование по поводу того, что ты забыла такой важный факт про меня.

– Извини, просто все в голове перепуталось.

– Поверить не могу, что вы тут так долго.

Сложно себе представить, чтобы человек согласился провести бо́льшую часть жизни в лесу без кондиционера, элементарных удобств и мобильной связи. Конечно, местная вольница на какое-то время могла вызвать восторг, но оставаться здесь постоянно? Это было выше моего понимания.

– Как-то постепенно засасывает, – пожал плечами Гейб.

– Ну да, куча людей приходит и уходит, зато никаких драм. Дешевое проживание, непыльная работенка, встаешь с утра и чапаешь получать удовольствие от жизни… Чего еще желать-то? – спросил Роб.

Семьи? Собственного дома? Личной жизни? Риторический вопрос не требовал ответа, но в голове у меня роились сотни очевидных вариантов. Нет, невозможно представить, чтобы я провела здесь больше пары сезонов, какое бы безграничное удовольствие это ни приносило.

– Ну вот и пришли, – объявила Кайла, указывая рукой на ресторан впереди. До нас доносился запах сочного жареного мяса, и уже можно было разобрать надпись на вывеске.

– «Фриттеры» [1], – прочитала я вслух.

– Лучшая жратва во всей округе, – порекомендовал Роб.

– Конечно, ведь это еще и единственная жратва во всей округе, – сухо уточнила Клаудия.

– Ресторан держат те же владельцы, что и Водопад, так что у нас тут пятидесятипроцентная скидка. Персонал – просто улет. Мы тут в основном по вечерам зависаем.

Место выглядело как маленький домик по типу ранчо, превращенный в ресторан. Перед ним всего три парковочных места, еще с десяток – напротив через дорогу. Все места, естественно, заняты.

Мы миновали высокие кованые ворота и оказались во дворе. Чего бы я ни ожидала увидеть внутри, я ошиблась.

Весь участок вокруг дома украшали китайские фонарики и гирлянды, натянутые между деревьев. Несколько больших столов прятались под тентами, но большинство стояло под открытым небом, а все стулья были сделаны из увесистых пней.

Мы выбрали огромный стол под тентом. За ним могло бы уместиться и тридцать человек, но мы сгрудились у одного края. Меню было написано мелом на большой черной доске у забора, там же стоял большой гриль и касса.

– Весь ресторан под открытым небом? – удивилась я, оглядываясь по сторонам.

– Ага. Внутри у них кухня, но туда вход только для персонала. Тео умеет готовить все, что можно поджарить на гриле, – Кайла указала рукой на тучного мужчину за кассой.

– А если пойдет дождь?

– На этот случай у них есть брезентовая крыша, которую они натягивают над всем двором, – просветил меня Гейб, указывая пальцем вверх.

Прежде чем я задала следующий вопрос, к нам с дружелюбной улыбкой подошел мужчина. Его длинные волосы были убраны в пучок, лицо украшали модные хипстерские очки. К моему удивлению, он уселся рядом с Кайлой, положив локти на стол.

– Ну что, как дела, чуваки? Свежее мясо привезли? – он кивнул в мою сторону.

– Это Слоан. Она будет работать вместо Лэндри.

– О, отлично! Рад познакомиться, Слоан. Красивое имя.

– Спасибо, это был подарок на день рожденья, – улыбнулась я. Папа постоянно так шутил. Меня сразу накрыло тоской по дому.

Мужчина не сразу уловил шутку, но когда он понял, то щелкнул пальцами и указал на меня пальцем:

– Зачет!

– Слоан, это Арчи, – представила его Кайла.

– Наш самый отвратительный официант, – с каменным лицом добавила Клаудия. Прошла секунда, прежде чем она все же улыбнулась, а Арчи театрально прижал руку к воображаемой ране в груди и застонал.

– Ах ты, негодница! – воскликнул он, а потом быстро наклонился и чмокнул ее в щеку.

– Отлично, если вы закончили обмен любезностями, то нам нужна жратва! – закричал Роб, громыхнув кулаком по столу. – Я подыхаю с голоду.

– Прекрасно, ты зашел в правильное место.

– Единственно правильное, – ухмыльнулся Гейб.

– Справедливо. Ну что ж, чего изволите? – спросил Арчи.

Все начали выкрикивать заказы, пока я пыталась рассмотреть, что написано на доске с меню. И, наконец, остановилась на индюшачьем бедрышке с деревенской картошкой. Я заказывала последней и очень удивилась, заметив, что Арчи ничего не записал в блокнот.

Когда мы закончили, он встал и картинно отдал честь.

– Вернусь через мгновение.

Когда официант ушел, вся компания погрузилась в оживленную беседу. Они с жаром обсуждали сегодняшних клиентов: кто понравился, кто нет, тех, кто был зануден и туп, мужика из группы Роба, которого вырвало на полпути, и женщину, которая, как показалось Кайле, могла родить, не доплыв до финиша.

Я немного расслабилась, пока мои новые знакомые болтали о своих текущих делах и на время забыли про меня. Они наслаждались обществом друг друга, перебивали, подкалывали, и было заметно, что им действительно хорошо вместе.

Как я и боялась, было довольно неприятно оказаться посторонней в такой сложившейся компании. Хоть я и была благодарна за то, как тепло меня приняли, но все же с нетерпением ждала того дня, когда, наконец, почувствую себя своей.

Мне уже не раз приходилось бывать в шкуре новичка то на работе, то в общежитии, но сейчас, когда новыми оказались и работа, и компания одновременно, да еще и без доспехов в виде соцсетей, было очень сложно соответствовать ожиданиям.

В который раз почувствовав на себе недружелюбный взгляд, я посмотрела в ту сторону, где сидела Клаудия. Она пристально на меня глядела, но стоило мне повернуться, тут же отвела глаза.

– А ты из этих краев, Клаудия? Ты здесь родилась? – я попыталась втянуть в беседу единственного человека, который не проявил ко мне никакого дружелюбия.

Не обращая внимания на мои слова, она громко поинтересовалась у остальных:

– Вы сегодня утром видели Бэбс? Что у нее с рукой?

Не хотелось думать, что она нарочно проигнорировала мой вопрос, но все указывало на это. Что я такого уже успела сделать, что она меня возненавидела?

– Наверное, купоны стригла да и порезалась, – хмыкнул Джош, и все засмеялись. Увы, я не поняла шутки, не зная контекста.

Я сидела одна.

Молча.

Я ведь правда старалась. Всю жизнь боролась с застенчивостью, но после смерти родителей стало только хуже. Теперь я еще больше боялась стать обузой для окружающих, вызвать у них неудовольствие. Пожалуй, именно поэтому и из родного города уехала, решив начать жизнь с чистого листа.

Я пинками гнала себя прочь из своего привычного мирка, когда поступала в университет, записывалась в кружки по малоинтересным для меня темам и почти не посещала их, и, наконец, когда устраивалась на эту работу. Но не вполне представляла, что меня здесь ожидает.

Я отчаянно желала, чтобы меня хоть куда-нибудь приняли, оказаться в кругу друзей, ощутить принадлежность к коллективу, к семье. К тому, чего у меня давно уже не было.

Я вновь поймала взгляд Клаудии. В ее глазах промелькнул какой-то зловещий огонек. Она точно перебила меня преднамеренно. Видно, решила заткнуть. Оставить в изгоях.

Я почувствовала, как внутри вспыхнула злость, а страх сменился негодованием.

Нравится ей или нет, но я уже здесь и никуда не собираюсь уезжать. Нам принесли еду, и я принялась набивать рот вожделенными ломтиками жареной картошки, пообещав себе до конца трапезы не глядеть в сторону Клаудии.

В этой игре участвуют двое, и я вполне могу отвечать ей тем же.

Глава 4. Слоан

Вернувшись в комнату, мы мгновенно растянулись на матрасах. Тусклый лунный свет слабо освещал нашу каморку, в которой было все так же непривычно жарко и душно. Мой матрас оказался весь в комках и ямках, а теперь еще и стал влажным от пота. Вентилятор развевал оконные занавески, и они задевали мое лицо каждый раз, когда я погружалась в сон – раз за разом я просыпалась, думая, будто по моему лицу ползет паук.

Кто-то храпел, но в темноте было не понять, кто именно. Я так надеялась, что после выматывающего рабочего дня засну мгновенно, но усталость, наоборот, мешала погрузиться в блаженную дремоту.

Голову переполняли тревожные мысли, я прислушивалась к каждому шороху за окном. Конечно, мы находимся посреди леса, где вокруг ни единого человека, но неужели соседи и правда чувствуют себя настолько в безопасности, что спят с окнами нараспашку?

Как оказалось, я понятия не имела, во что ввязываюсь, когда решила подработать на Водопаде Вдовы, и теперь понимала это еще яснее. Но теперь уже поздно отступать, и я была настроена решительно.

Укусы насекомых, палящее солнце, отсутствие возможности нормально помыться и все прочее – да, конечно же, я смогу все это пережить.

Я перевернулась и положила одну ногу поверх одеяла в надежде, что равномерное гудение вентилятора убаюкает меня. Провела рукой по грязным доскам пола, размышляя, не проще ли уснуть на холодном дереве, а не на скомканном горячем матрасе. И старалась не думать, сколько людей до меня уже мучилось на этом потном неудобном лежбище.

Эта мысль снова вернула меня к размышлениям о Лэндри, загадочной девушке, которую я заменила. О девушке, которая пропала. Что-то я слишком много о ней думаю, но в том, с какой неохотой все остальные вспоминали о ней, было что-то подозрительное.

Чем она им не угодила? А если дело не только в том, что она сбежала без предупреждения в разгар сезона, оставив остальных разбираться с группами, которые были записаны на нее? Меня настораживало и удивляло, с каким сарказмом и с горечью мои новые соратники произносили ее имя.

Проведя рукой по краю матраса, я нащупала какой-то острый предмет и непроизвольно отдернула руку.

Что там такое?!

Медленно подняв голову, я убедилась, что все спят. В неверном лунном свете из окна я различила светлые прямые линии матрасов и неподвижные горбики на них.

Тишина.

Я аккуратно снова потянулась к тому месту, где, по моему мнению, скрывался некий загадочный предмет, и попыталась понять, что же это может быть.

Из-под матраса слегка выпирал плоский прямоугольник. Я осторожно нажала на него пальцем. Листок бумаги? Я вытащила его.

Передо мной оказалась фотография двух девушек, они стояли на фоне водопада и обнимали друг друга сильными загорелыми руками. Я перевернулась на живот и поднесла фото к глазам, пытаясь различить детали.

Первая девушка с длинными светлыми волосами, в беспорядке свисающими на красный спасжилет, держит у пояса белый шлем. У второй шлем на голове, и лицо толком не рассмотреть. Я прищурилась, стараясь понять, кто же это.

Кайла?

Да, девушка в шлеме оказалась Кайлой. Но почему ее фотография оказалась под моим матрасом? Наверное, после исчезновения Лэндри Кайла перешла спать на другое место. Мне об этом ничего не рассказали, но, с другой стороны, с чего они должны были это сообщать? Сейчас я понимала, что мое место, где луна светит в глаза, а занавески норовят смазать по лицу, было самым плохим в комнате, особенно когда поднимался ветер.

Когда я подумала об этом, по телу разлилось удивительное спокойствие. Почему-то мне стало проще оттого, что я не сплю на месте исчезнувшей девушки.

Посмотрев на фотографию с другого ракурса, я ощутила, как меня снова пронзил страх. На заднем фоне маячило что-то странное. Я присмотрелась, пытаясь сфокусировать взгляд почти в кромешной темноте. Среди деревьев за спинами девушек виднелась размытая, неверная фигура. Я мгновенно поняла, кто это.

Клаудия, слегка скрытая ветвями, напоминала привидение. Черные волосы так же заплетены в косу, голубые глаза скрыты тенью и похожи на безжизненные глазницы в черепе. Если не присматриваться, ее можно и не заметить – размытое пятно среди зелени. Но я узнала ее. Она смотрела на девушек так же, как на протяжении этих двух дней смотрела на меня. Злое выражение на ее лице было мне уже знакомо.

Кто-то из соседей зашевелился, и я попыталась спрятать фотографию обратно под матрас. В спешке задела костяшками пальцев за пол и занозила палец щепкой, от неожиданности и боли я приглушенно вскрикнула. Фотография застряла стоймя в щели между досками. Я протянула к ней руку, но было поздно. Будто в замедленной съемке, волна воздуха от занавесок мгновенно сдула ее, и небольшой прямоугольник беззвучно провалился в пустоту под досками.

Я вздрогнула, не только от боли в пальце, но еще от безнадежности, с которой я наблюдала, как быстро и бесследно исчезла фотография – так же, как пропала Лэндри.

Я ведь собиралась вернуть ее Кайле утром, но теперь мои планы потеряли смысл. Чувствуя себя виноватой, я хотела было спуститься вниз и поискать пропажу, пока меня никто не видит. Если фото потерялось, не хотелось, чтобы кто-нибудь догадался, по чьей вине. Наша комната располагалась прямо над складом, но, услышав, как кто-то закашлялся, я поняла, что незаметно заняться поисками ночью не выйдет.

Нет, придется подождать до утра. Оставалось лишь надеяться, что я найду фотографию раньше, чем кто-нибудь спросит о ней, или что Кайла про нее не вспомнит.

Я приложила кровоточащий палец к губам, ощутив металлический привкус, и попыталась унять сердцебиение. Насколько я хотела найти это фото ради Кайлы, настолько же, кажется, это нужно было и мне самой. При всем желании я не могла избавиться от воспоминания о зловещем образе Клаудии, которая наблюдала из-за деревьев за Кайлой и ее безымянной подругой.

Девушка была в красном спасжилете, а красные только для сотрудников. И Кайла сказала, что начала работать в этом году, а значит, не встречалась с прошлогодними проводниками.

Возможно, я тороплюсь с выводами, но очень похоже, что безымянная девушка на фотографии – это Лэндри. И, судя по всему, ей Клаудия оказала такой же холодный прием, как и мне.

Я закрыла глаза, но постоянно возвращалась мыслями к увиденному.

Клаудия, прячущаяся среди деревьев.

Клаудия, которая наблюдает и ждет.

Глава 5. Слоан

Снаружи донеслось оглушительное «би-би-биииип!», сообщая о прибытии Барбары, или Бэбс, как все здесь ее звали. Я перевернулась, с отвращением ощущая холодный пот на всем теле. За окном щебетали птицы, солнце только показалось из-за горизонта. Я села и потянулась.

В противоположном конце комнаты Клаудия протирала глаза. Я мгновенно насторожилась, вспомнив о фотографии. Наклонившись к стопке одежды, я достала маленькую пластиковую косметичку, где лежали зубная щетка, паста и дезодорант. Встав, я поспешно пересекла комнату и вышла. Когда народ проснется, у меня уже не будет возможности заняться поисками втайне от всех.

Снаружи оказалось чуть прохладнее, чем в помещении, но воздух уже наполнился влагой. Спустившись по деревянной лестнице, я повернула за угол и, вместо того чтобы зайти в уборную, повернула в сторону склада. Ворота склада располагались в торце здания. Я взялась за массивную ручку, чувствуя, что сердце от волнения готово выпрыгнуть из груди.

Вряд ли у меня возникнут серьезные неприятности, если меня обнаружат на складе, но и внятного оправдания насчет того, что я там забыла, не приготовила. Почему-то мне было жизненно необходимо отыскать эту фотографию. Я надеялась, что она упала примерно под моим матрасом, но склад представлял собой большое загроможденное пространство, которое сложно было прочесать в одиночку.

Я уж подумывала забыть о странной находке: в конце концов, это обычный летний снимок, ничего ценного. Но все же я помнила, как, потеряв родителей, стала дорожить всем, что хоть немного напоминало о них. Сейчас, когда Лэндри пропала, эта картинка могла оказаться очень важной для Кайлы.

Меня угнетала мысль, что она потерялась именно по моей вине.

Я отодвинула ворота и заглянула в темный зал.

– Что ты здесь делаешь? – внезапный голос заставил меня подпрыгнуть от неожиданности. Обернувшись, я увидела Барбару. Голубой напульсник, о котором вчера говорила Клаудия, ярко выделялся на фоне оранжевых баскетбольных шорт и фиолетовой футболки с надписью «Водопад Вдовы». Эксцентричная женщина, однако.

– Я… – я подняла руку с косметичкой, пытаясь придумать отговорку, – искала уборную.

Барбара не обратила внимания на эту ахинею и показала пальцем за угол.

– Ты дорогу перепутала.

– Да, точно, просто спросонья всё позабыла.

Барбара дождалась, пока я уйду, и задвинула ворота склада. Как я тут что-то найду в одиночку?

Наверное, придется об этом забыть.

Пожалуй, так и стоит поступить.

Глава 6. Слоан

Когда прибыла первая группа туристов, мы с Гейбом и Джошем направились на склад. Стараясь не привлекать внимания, я, как могла, осмотрела все открытые поверхности, но фотографии нигде не было. Гейб передавал мне спасжилеты и шлемы, а я молча выносила их на улицу, внимательно глядя под ноги в надежде увидеть пропажу.

Подняв голову, я рассмотрела очертания предметов в комнате наверху, видимые сквозь щели между досками. Вот, кажется, матрас, на котором спит Роб. Где же лежит мой?

Кажется, там…

Я пошла в том направлении, стараясь оказаться прямо под своим спальным местом.

– Куда тебя понесло? – рявкнул Гейб, балансируя на стремянке возле шкафа с грудой снаряжения в руках.

– Черт, прости! – Я подбежала к нему. – Мне показалось, я увидела гнездо под потолком.

Гейб нахмурился, но ничего не сказал. Впервые ему пришлось на меня прикрикнуть, и я знала, что заслужила это. Какая разница, что привлекло мое внимание? Работа есть работа, и ее надо выполнять. Фотография может и подождать.

Вытащив всё наружу, мы вернулись к гостям, помогли им примерить шлемы и жилеты и погрузились в автобус.

По дороге Гейб давал обычные инструкции касательно безопасности – сверх того инструктажа, который мы проводили в офисе. Благодаря этому мы могли рассесться по плотам сразу, как только вышли из автобуса.

В этот раз он заявил, что теперь я должна буду командовать участникам, когда и в какую сторону грести. То, что он мне доверяет, обнадеживало, но из-за постоянной тревоги и недостатка сна мне было сложно сосредоточиться, и я путалась в том, что он объяснял мне вчера.

Наш экипаж составляли четверо мужчин средних лет. Гейб вел с ними непринужденную беседу.

– Вы все из этих краев, чуваки?

– Из Алабамы, – характерно растягивая слова, ответил один из клиентов. – Малыш-братиш жениться надумал.

Мужчина наклонился и потрепал по голове самого младшего из группы.

– Не отпускайте весла! – напомнила я, увидев, что Гейб расслабился.

Мужчина искоса взглянул на меня, но вернул ладонь на рукоять весла.

– Готовьтесь, сейчас надо будет грести вперед, – скомандовала я, следя за потоком.

– Так вы все братья? – Гейб обвел клиентов взглядом.

– Мы трое – да, – ответил новобрачный.

– Вперед! – воскликнула я. Мужчины погребли вперед, не особо налегая на весла.

– Следите, чтобы все гребли одновременно, хорошо? Еще вперед!

– А я их лучший друг, – добавил четвертый; внешне он сильно отличался от остальных.

– Что, устроили небольшой мальчишник? – усмехнулся Гейб.

– Типа того, – ответил один из клиентов. – Сегодня оторвемся по полной, а завтра нам надо попасть в Гэтлинбург.

– Прикольно, – отозвался Гейб. – По пути будет классный ресторанчик «Фриттеры», рекомендую. Лучшая жратва во всей округе.

Как мне рассказали, ресторан устраивает соревнование между инструкторами, кто приведет им больше клиентов. Победитель недели получает бесплатный ужин.

– И что, нормально кормят? Нам же надо где-то пообедать, – задумался один из мужчин.

– Мы туда почти каждый вечер ходим, да, Слоан? – заметил Гейб, подмигнув мне.

– Ага, – промычала я, не отрывая взгляда от реки. Течение в этом месте ускорялось. Гейб несколько секунд глядел на меня, а потом резко придвинулся и улегся спиной мне на ноги.

Он улыбался, но я понимала, что сейчас получу выволочку.

– Всё в порядке? – спросил он.

– Кажется, да, – ответила я. – А что?

– Ты отлично справляешься с веслами, – объяснил он, продолжив чуть тише, – но тебе нужно еще и развлекать их. На самом деле, основная работа заключается именно в этом. Если по-честному, то Чейз платит нам гроши, поэтому зарабатывать надо на чаевых.

Он кивнул в сторону клиентов.

– Поболтай с ними, сделай так, чтобы они не заскучали на реке.

Я понимала, что это тоже часть работы, но сейчас, под надзором Гейба, который словно бы экзаменовал меня на наличие навыков общения, сложно было вести себя непринужденно. Я словно стояла перед всем классом и отвечала на вопрос, не выучив урока.

Я прочистила горло.

– Ну и что, ребята, привело вас на Водопад Вдовы? Кроме желания устроить мальчишник, я имею в виду. Почему именно сюда?

Мне ответил жених:

– Все из-за того, что я фанат передачи «Документальный детектив» и всяких неразгаданных историй. Честно говоря, давно мечтал здесь побывать.

Мне показалось, что я ослышалась.

– Документальный детектив? – обратилась я к напарнику. – А что здесь произошло-то?

Все повернулись ко мне в изумлении.

– Хочешь сказать, ты не в курсе, почему это место называют Водопад Вдовы? – спросил один из братьев с недоверчивой улыбкой.

– Э-э, нет. Кажется, не знаю, – я выдавила из себя смешок и с надеждой посмотрела на Гейба.

Он похлопал меня по колену. Розовый шрам растянулся от улыбки.

– Слоан у нас не местная.

– Ну так расскажите же мне, наконец, – потребовала я, отнюдь не уверенная, хочу ли слышать правду.

– Да так, байка одна, старики рассказывают, – отмахнулся Гейб. – Нечего бояться.

– Это ты нас сейчас стариками обозвал? – делано возмутился один из клиентов, и все четверо засмеялись.

Гейб кивнул вперед, указывая на приближающийся порог.

– Сосредоточься! – приказал он мне, но меня слишком огорошили мрачные новости о водопаде. Что же там за история? Задумавшись, я не успела вовремя отреагировать, и мы на огромной скорости подлетели к порогам. Всё, сейчас перевернемся.

– Слоан! Назад! – прыгнул ко мне Гейб и принял командование на себя. Гости тоже изо всех сил гребли назад.

Зажмурившись, я ожидала удара холодной волной в лицо, но каким-то чудом нас пронесло.

– Прошу прощения, – промямлила я, ужасно злясь на саму себя. Глаза горели, и я отвернулась, не желая показывать своих слез. Гейб молча отодвинулся, не прерывая разговора с клиентами.

Больше я не услышала ни слова про загадочную детективную историю, связанную с водопадом, и остаток сплава провела, погрузившись в самые невероятные догадки, и совершенно забыла о фотографии.

Глава 7. Слоан

После первых двух сплавов мы с Гейбом зашли на кухню на первом этаже, чтобы перехватить что-нибудь. В маленьком закутке помещались только барная стойка, пара высоких стульев и холодильник, где мы оставляли остатки вчерашнего ужина.

Я открыла холодильник в поисках пластикового контейнера, подписанного моим именем. Порылась на полках и с недоумением осознала, что его здесь нет.

Но я же совершенно точно оставляла его в холодильнике, когда мы вернулись с ужина. По очереди я проверила каждый контейнер, читая имя на нем.

Джош, Клаудия, Роб, Кайла, Гейб…

Где же мой? Он единственный пропал, а мы с Гейбом пришли на обед первые.

– Всё в порядке? – уточнил напарник, ожидая своей очереди. Я протянула ему его контейнер и снова принялась рыться на полках.

– Да куда-то подевалась моя еда.

– В смысле? – он подошел и тоже наклонился, поглядев внутрь холодильника. – Ты точно оставляла контейнер здесь вечером, да?

– Уверена. Может, кто-то его забрал?

Гейб покачал головой.

– Сюда никто не заходит, кроме персонала. А никто из нас взять не мог. Может, Бэбс его случайно выкинула? У нее в последнее время проблемы со зрением.

– Почему только мой?

– Не знаю, – признал он. – Можешь съесть половину моего ланча, если хочешь.

– Нет, наверно, не стоит… – Но я не знала, есть ли у меня какой-то выбор: я не успевала добежать до ресторана и вернуться вовремя, а желудок сжимался от голода. Придется опять питаться протеиновыми батончиками.

– Уверена? Мне все равно. Хочешь забрать половину бургера? Все равно я его один не осилю. Не люблю наедаться перед сплавом, потом на воде тошнить начинает. Или ты имеешь что-то против бургеров?

– Нет, я люблю бургеры, но как-то неудобно…

– Забей, – Гейб уселся за стол и разломил бургер пополам. – Мы все берем с собой с ужина лишнее на ланч, но в основном никто не съедает своей порции. Набивать желудок перед сплавом не лучшая идея.

Он блаженно замычал, вонзив зубы в котлету. Видя, что я по-прежнему стою в нерешительности, он продолжил:

– На крайний случай в ящике есть печенье, батончики и всякая фигня, если ты предпочитаешь их. Они общие, я тебе вчера уже говорил.

Пожалуй, не стоит обижать его своим отказом. Я уселась рядом, взяла у него вторую половину бургера и сосредоточилась на еде.

– Да, прости, что я так облажалась, – произнесла я, не поднимая глаз. Мне было необходимо извиниться за свой провал на утреннем сплаве. – Из-за меня мы чуть не перевернулись.

– Не парься, – промычал Гейб с набитым ртом и похлопал меня по плечу. – Серьезно, ты тут второй день, невозможно мгновенно выучить все пороги. Ты отлично справляешься.

– Спасибо, – пробормотала я. Хорошо, что он не злится. Какое-то время мы ели в тишине, пока я собиралась с духом, чтобы задать мучивший меня вопрос. В конце концов я решилась:

– Кстати, а о чем они толковали? Что за страшная история с этим водопадом?

Наконец, управившись с едой, Гейб вытер губы салфеткой.

– Да ничего особенного. Старые сказки про привидения.

– Ну так расскажи уже, не тяни! – Я положила ладонь на его руку, и умоляюще поглядела на него, захлопав ресницами. Господи, какой дешевый флирт! Но я уже устала теряться в догадках. Неизвестность сводила меня с ума.

Это, должно быть, настоящая детективная история, если память о ней сохранилась так надолго. И не обычная житейская неурядица, как то, что они рассказали о Лэндри. Нет, теперь я ожидала какого-то настоящего хоррора. Для подобающего антуража не хватало только костра.

Гейб устало вздохнул, скорчил недовольную мину, но в конце концов придвинулся ко мне, почти предвкушая историю, которую перед этим так не хотел рассказывать.

– Ладно, короче, это легенда об одном из отцов-основателей города, его звали Авраам Голдман. У него был большущий дом на главной площади. Он вообще был очень богат и считался одним из самых влиятельных людей в штате. Но был у него секрет… – Гейб выдержал театральную паузу, и я поняла, что он еще и прекрасный рассказчик. – Короче, он крутил роман с женой своего друга и партнера по бизнесу. В городе ходили слухи, что она забеременела, а друг прознал про измену и в приступе ревности застрелил Голдмана. А потом, вне себя от горя из-за того, что натворил, покончил с собой.

– О господи! – ахнула я.

– Вот, а беременная любовница Голдмана – и жена его друга – считала себя великой грешницей, в общем, тоже страдала от того, что натворила. В городе ее все презирали, и никто с ней не разговаривал. Несколько месяцев спустя она родила ребенка – ребенка Голдмана – и в ту же ночь, отдав его вдове Голдмана, бросилась с вершины водопада прямо в бурный поток. И вот с тех пор… та-дам-м-м, – собеседник изобразил барабанную дробь пальцами по столу, – это место и называется Водопадом Вдовы!

От всей этой жуткой истории у меня пересохло в глотке.

– Это… так ужасно.

– Нет, это просто старая сказка, бояться нечего, – беспечно отмахнулся Гейб.

Я нехотя кивнула. Правда это или миф, но кто бы додумался назвать свой бизнес в честь таких трагических событий? Но, с другой стороны, наши утренние клиенты приехали сюда именно благодаря этой истории, так что расчет нашего босса, возможно, оказался верен.

– Так или иначе, ходят слухи, будто здесь обитает привидение той самой вдовы. Иногда к нам прибегают люди, особенно поздно ночью, и говорят, что встретили призрака. Но, должен сказать, я весь окрестный лес исходил вдоль и поперек и ни разу ее не встретил.

Он расплылся в широкой улыбке.

Пока он рассказывал, я как-то совершенно забыла о бургере.

– Доедай быстрее, – заметил Гейб. – Следующая группа уже через десять минут.

Уже не чувствуя голода, я через силу снова принялась жевать, но бургер встал в пищеводе тяжелым комком.

– Слушай, Гейб… – Я решилась задать еще один вопрос, на который мне требовался ответ. Я надеялась, что причина была не столь очевидна.

– Да? – он ковырялся в остатках жареной картошки в контейнере.

– Если я уроню что-то через щель в полу у нас в комнате, куда это упадет?

Гейб в недоумении поднял кустистую бровь.

– Тебе это к чему? Что случилось?

– Просто интересно.

Он неуверенно ответил:

– Это может быть только очень маленький предмет. Щели гораздо меньше, чем ты думаешь.

– Ну, ты… представь, – настаивала я.

Гейб вздохнул, поправляя шнурок на шортах.

– Ну, все зависит от того, в каком месте ты это уронила. А что? Что за предмет?

– Да пока ничего. Вчера вечером я чуть не упустила в щель одну фотографию и теперь тревожусь. Думаю, если я что-нибудь оброню, где потом это искать.

– И что это ты там за картинки ночью рассматриваешь? – игриво спросил он, скорчив смешную рожу.

– Ничего интересного. Это была фотография моих родителей, – с ходу соврала я.

Напарник сложил салфетку в несколько раз и снова протер губы.

– Ну, с моего матраса либо с места Роба, Джоша или Кайлы снимок, скорее всего, упадет на склад. Там под досками нет другого покрытия. Под твоей постелью и под матрасом Клаудии только потолок уборной. Ваши матрасы как раз над ней, и думаю, достать что-то оттуда будет непросто. Подложи коврик или простыню под матрас, если боишься, что это повторится.

Что ж, фотография пропала. Что бы она ни говорила о Клаудии, какое бы значение ни имела для Кайлы, я потеряла ее.

Гейб встал из-за стола.

– Пора идти. Картошки хочешь? – он придвинул мне контейнер, но я отрицательно покачала головой.

– Тогда пошли, – он выкинул контейнер и салфетки в мусорный бак и махнул рукой, дав знак, что пора подниматься.

Я последовала за Гейбом навстречу группе взволнованных туристов, которые уже поджидали нас, нетерпеливо прохаживаясь туда-сюда. И тут меня вдруг осенило: надо срочно проверить две жутковатые догадки, назойливо вертевшиеся в голове.

– Погоди, я сбегаю в туалет, пока мы не отчалили.

– Да уж, лучше здесь, чем на плоту, – не оборачиваясь, сострил Гейб. Он уже натянул на лицо профессиональную улыбку. Я развернулась и побежала обратно к зданию, но вместо уборной поднялась в нашу комнату.

Вдруг под бывшим матрасом Кайлы есть еще фотографии? Тогда я смогу вернуть остальные и понадеяться, что она не заметит пропажи. Сейчас, пока никого нет, единственная возможность это узнать.

Распахнув дверь, я вихрем ворвалась в комнату. У меня всего пара минут перед тем, как нам нужно будет усаживать гостей в автобус. Я быстро подняла матрас.

Ничего, никаких больше фотографий. Я села на колени и склонилась над досками, пытаясь рассмотреть, куда могла упасть та карточка. Схватив телефон, который все так же стоял на зарядке, я включила фонарик.

Слабый луч света осветил пыльный промежуток между полом и, вероятно, потолком уборной. Я заметила фотографию в первую же секунду: белая прямоугольная изнанка хорошо отражала свет.

Казалось, что до нее рукой подать. Если вооружиться чем-то длинным и тонким, у меня были бы все шансы достать фото. В задумчивости я провела фонариком дальше, и тут мне ударил в глаза отраженный луч. Я зажмурилась, ослепленная этим неожиданным светом.

Что за…

Стекло?

Нет, зеркало! Маленькое карманное зеркальце с открытой крышкой. Под ним лежал какой-то прямоугольный предмет, что-то вроде книги. Услыхав шаги на лестнице, я вскочила и выключила фонарик. Матрас упал на пол, и в то же мгновение открылась дверь.

Клаудия стояла на пороге и смотрела на меня, прищурив глаза.

– Что ты здесь делаешь? – спросила она.

Кровь бешено стучала в висках, я пыталась придумать внятный ответ. Какая причина могла привести меня в комнату посреди рабочего дня? Я посмотрела по сторонам. И вдруг остолбенела, увидев ящички.

Шкафчик под номером два стоял с дверцей нараспашку – и пустой.

– Кто-то украл мои вещи, – пробормотала я, сообщая новость одновременно и себе, и Клаудии.

Кто-то украл мои вещи.

Глава 8. Слоан

Нет времени на переживания: снаружи ждал Гейб, а здесь на меня вопросительно смотрела Клаудия. В конце концов, в шкафчике не было ничего ценного. Все важные предметы на месте, кошелек хранился в сумке под стопкой одежды, а фотографии родителей в рамочках стояли у изголовья. В шкафчике лежали только пара блокнотов, шампунь, гигиеническая помада, прокладки, еще что-то по мелочи.

И все же, что за черт, почему именно мои вещи пропали? Это какой-то ритуал посвящения для новичков?

На следующем сплаве я старалась быть более сосредоточенной, хотя теперь у меня было гораздо больше поводов для рассеянности.

– Успокойся, наверное, какой-нибудь придурочный пацан прокрался в комнату и нахулиганил, – вполголоса уговаривал Гейб. – Мне жаль, что так произошло.

– Я думала, гостям запрещено туда заходить.

– Ну да, запрещено, но мы же не запираем комнату. Я когда тебя впервые увидел, тоже решил, что ты туристка. К нам не в первый раз кто-то забирается, и поверь мне, не в последний.

– Следите за ним, чтобы не вывалился за борт! – напомнила я родителям, чей малолетний отпрыск все время норовил сползти с надувного борта в реку. Потом я снова переключилась на Гейба, спросив полушепотом: – Но почему взяли только мои вещи? Сначала куда-то подевался мой ланч, а потом обчистили именно мой шкафчик?!

– У нас тут есть постоянные посетители, возможно, они поняли, что ты новичок, и решили подшутить. Уверен, Бэбс все уладит. Да не волнуйся ты так, хорошо?

Я кивнула, поджав губы. Это нелогично – откуда случайные шутники могли знать, какой шкафчик мой? Зачем им мой ланч? Тем не менее спорить с Гейбом не было ни сил, ни желания. Мысленно я возвращалась то к пропавшим вещам, то к неожиданным находкам под полом. Чем больше я думала о фотокарточке, тем больше сомневалась, что она вообще принадлежала Кайле.

А если это был матрас Лэндри и она оставила фото намеренно? В конце концов, этот снимок – единственное, что напоминало о ней. Вдруг фотография является ключом к тому, что с ней произошло? Теперь я была уверена в том, что мне необходимо добраться до злосчастного артефакта, чтобы понять, так ли зловеще выглядит на снимке Клаудия.

– Гейб?

– Да?

– Кто спал на моем месте до меня?

Он в задумчивости поиграл желваками. Розовая полоска шрама заплясала на щеке.

– Лэндри. А что?

– Расскажи мне о ней, пожалуйста.

Я почувствовала, как он напрягся и отодвинулся от меня.

– Почему ты о ней спрашиваешь?

– Ну, мне любопытно. Я же пришла на ее место, да? И сплю на ее постели. Мне стало интересно, что она за человек.

– Она… обычная девушка, что тут скажешь, – Гейб отвернулся, будто этот разговор был ему неприятен. Именно это нежелание говорить о ней вызывало у меня тревогу и, казалось, несло какую-то угрозу. Разве люди ведут себя так из-за конфликта с коллегами? Все вокруг словно боялись вспоминать о Лэндри, но почему? Я не знаю.

– Ты когда-нибудь пытался выяснить, что с ней произошло? Согласись, это странно, что она взяла да и пропала.

– Ничего не странно, – отрезал Гейб. – И она не пропала. Она уехала, и уехала намеренно.

– Мне казалось, вы говорили, что она пропала.

– Она просто свалила. А называть это можно по-разному. И ничего странного тут нет, Лэндри решила, что ей больше не нужна эта работа, не захотела больше жить в жалком сарае посреди леса, вот и смылась.

– Но откуда ты знаешь, что с ней всё в порядке? Вы как-то поддерживаете связь? Да и она могла хотя бы позвонить, чтобы узнать, всё ли у вас хорошо, раз уж вы были друзьями.

– Как выяснилось, мы вовсе не были друзьями. С друзьями так не поступают, – горько ответил Гейб. И тут же отвернулся и начал громко рассказывать группе о красотах окружавшей нас местности.

– Итак, если вы посмотрите налево, то увидите небольшой, но очень живописный овраг, который называется Вдовьим. Мелковата промоина, да? Но ходят слухи, что в ней спрятан клад, – он сделал паузу. – Говорят, это золото пиратов! – он подмигнул мальчику, который улыбался, сидя подле родителей.

Клиенты принялись живо обсуждать новую легенду, и это позволило нам продолжить разговор. Я снова спросила тихим голосом:

– А если она вернется?

– М-м? – Гейб понимал, о ком я говорю, но явно отвечать не хотел.

– Лэндри. Вдруг она вернется? – настаивала я.

– Это вряд ли, – ответил напарник. – Уж поверь мне.

– Откуда ты знаешь?

– Потому что не захочет снова столкнуться со мной.

– Именно с тобой? – я удивленно нахмурила брови. – Почему?

– Мы встречались, – признался Гейб. – Во всяком случае, я так думал. Но, как оказалось, был и другой парень. Вот она с ним и сбежала.

– Ох, – вздохнула я, жалея о том, что подняла эту тему. Если Лэндри разбила сердце Гейбу, неудивительно, что никто не хотел о ней вспоминать. Мой собеседник отвернулся.

– Гейб, прости, я не хотела сделать тебе больно…

Когда он снова поглядел на меня, у него в глазах читалась настоящая грусть.

– Знаешь, я о ней очень заботился… Мы все о ней заботились. А она нас бросила. И не думаю, чтобы кто-то из нас смог ее простить. Так что, ну, ты понимаешь, почему мы не хотим о ней говорить.

– Понимаю. Прости, пожалуйста, – окончательно смутилась я.

– А, не парься, – Гейб снова улыбнулся, закусив губу. Потом обратился к клиентам, возобновляя экскурсию. Он рассказывал небольшие истории про утесы и изгибы по пути, которые мне тоже следовало запоминать. – По правую руку вы видите…

Остаток сплава я старалась сосредоточиться и выучить те тонкости, которые мне понадобятся, когда я стану работать без напарника. Кем бы ни была эта Лэндри, что бы она ни натворила, меня это больше не касается.

Мне так хотелось прижиться здесь, влиться в компанию, почувствовать себя как дома. Эти люди теперь для меня так же близки, как собственная семья.

Если я настроена решительно, то стоит выкинуть из головы этот необъяснимый и назойливый страх, из-за которого у меня постоянно будто сосет под ложечкой.

Я изо всех сил убеждала себя, что все вокруг нормально.

Ах, если б это только было правдой…

Глава 9. Слоан

По окончании рабочего дня я решила поговорить с Барбарой, которая пересчитывала дневную выручку в конторе на первом этаже.

– Привет, – поздоровалась я.

Она бросила на меня взгляд, не отвлекаясь от купюр, и беззвучно шевелила губами, стараясь не сбиться со счета. Я подождала, пока она закончит. Вбив получившуюся сумму в таблицу на компьютере, она, наконец, обратила на меня внимание.

– Да?

– Слушай, тут такое: кто-то вскрыл мой шкафчик наверху. И мне кажется, они же украли мой ланч.

– Да ты что?

– Ну да, я не понимаю, что произошло, но ребята сказали, надо поговорить с тобой.

– У тебя там есть замок? – уточнила Барбара, вопросительно подняв бровь.

– А должен был быть?

– Ну, ты сказала что его вскрыли, не так ли?

– Нет, но ведь ни у кого из ребят нет замков.

– Полагаю, что никто так не волнуется о своих вещах, – она пожала плечами. – Но ты можешь повесить замок на шкафчик, пожалуйста. Но вообще-то я тебя предупреждала, что такое может случиться. Люди приезжают в глушь, много выпивают и творят разную дичь.

– Хорошо. – Я немного опешила от такого подхода. – Но разве ты не должна что-нибудь предпринять? У нас тут нет камер?

Барбара указала рукой на древний монитор и калькулятор у себя на столе:

– Это похоже на место, где есть камеры наблюдения?

– Пожалуй, нет.

– Прости, дорогуша, но я ничего не могу поделать. Если у тебя есть ценные вещи, за которые ты боишься, купи себе замок, – с этой фразой она вернулась к подсчетам, а я, кипя от негодования, покинула контору. Разумеется, она бессильна что-либо изменить в здешних порядках, но ее снисходительный тон вывел бы из себя и буддийского монаха.

– Куда ты так торопишься? – спросил меня Гейб, когда я, чеканя шаг, протопала мимо него.

– Спать.

– А ужинать не собираешься? – удивился он.

– Не сегодня.

– Да брось, ты же почти ничего не ела. Надо дать организму немного топлива, поверь, завтра это тебе пригодится.

Я обернулась, сжав кулаки от ярости:

– Я способна сама решить, когда мне нужно есть, а когда нет!

Гейб поднял руки, словно защищаясь от моего напора.

– Эй-эй, полегче, ты чего?

– Извини, – вздохнула я, ведь злилась вовсе не на него, напарнику просто не повезло попасться мне под горячую руку. – Я пыталась поговорить с Барбарой про шкафчик и…

– Дай-ка угадаю: она ничего не может поделать, – вмешалась Кайла, внезапно появившись у меня из-за спины. Я не слышала ее шагов.

– Ничегошеньки.

– Да, это в стиле Бэбс. У нее из обязанностей только контору открывать. И на нее ни в чем нельзя положиться. Если честно, я думаю, она нас всех искренне ненавидит.

– А мы отвечаем ей взаимностью, – добавил Гейб. – Но это такая как бы ненависть-любовь, понимаешь? Мы дразним ее, она строит козни нам. И у всех хорошее настроение.

– Ладно, – отмахнулась я. – Надо было думать лучше, прежде чем что-то туда класть. Только не могу взять в толк, почему они у вас ничего не забрали.

– Это и правда стремно, – согласился Гейб. – Вообще говоря, не дело, что мы вынуждены опасаться за судьбу своих вещей в месте, за проживание в котором платим. Но точно никто из нас этого не трогал, Слоан. Можешь нам доверять. Это идиотская шутка кого-то из клиентов, как пить дать.

От его заверений легче не стало.

Кайла кивнула в знак согласия.

– Сказать по правде, у всех нас есть тайники, где мы прячем ценные вещи. Просто на всякий случай, потому что такие штуки действительно изредка происходят.

– Какие тайники? – удивилась я.

Где-то в темноте захихикала Клаудия:

– Ну, мы тебе свои секретные места не покажем. Иначе они уже не будут тайниками, правда?

Кайла присоединилась к ней:

– В самом деле, у каждого из нас свой секрет, и ты тоже можешь найти укромное местечко. Тут миллион каких-то щелей и закутков.

Я кивнула, искренне поразившись изящному решению, и тут же вспомнила про книгу под полом. А вдруг это тоже чей-то тайник?

– Спасибо за идею.

– Ну всё, хватит о грустном. Давайте, наконец, похаваем, – Гейб нетерпеливо потер живот, а потом схватил меня за руку и потащил вслед за остальными, не терпя никаких возражений. Я покорно поплелась за ним.

Я готова была поклясться, что уловила насмешку в глазах Клаудии. Причем настолько мимолетную, что непонятно, не показалось ли мне. Однако если мне не почудилось, то неясно, было ли это вежливой улыбкой или выражением затаенной злобы?

Не она ли перепрятала мои вещи?

Или у меня опять разыгралась паранойя?

Глава 10. Слоан

Прикончив ужин, мы развалились на стульях и слушали неумолчный стрекот сверчков, ожидая, пока Арчи принесет контейнеры с нашей едой, предназначенной на завтрашний обед. Мы были сыты по самые гланды, так что даже дышали с трудом.

Несмотря на все сегодняшние неприятности, обстановка во «Фриттерах» подействовала на меня успокаивающе. Вокруг царила какая-то особенно уютная атмосфера, которой я раньше нигде не ощущала. Гирлянды освещали окружающую зелень теплым приглушенным светом. Официанты вели себя непринужденно, знали всех постоянных посетителей если не по имени, то по предпочтениям в меню, и могли, принеся заказ, остаться поболтать.

Провести вечер в этом ресторанчике было сродни визиту к родственникам, в большой, наполненный теплом и заботой дом. По углам двора стояли колонки, из которых звучали задушевные баллады авторов-исполнителей. В центре расположилось несколько столов с настольным хоккеем, вокруг которых постоянно толпились люди, выкриками подбадривавшие игроков.

– …и кстати, постоянно на тебя глазел, – произнесла Кайла, и тут я сообразила, что ее последняя реплика предназначалась мне.

– Да? – рассеянно ответила я, надеясь, что она не заметила, что я ее не слушала, увлеченно разглядывая других посетителей.

– Чувак с твоего плота. Клевый такой. Он тебя прямо глазами пожирал.

– Ну, Кайла, изменщица! – улыбнулся Гейб. – Ты же про меня говорила, что это я клевый, да?

– Размечтался! – передразнила его Кайла. – Ну, помнишь, тот парень с татушками. – Она провела по своей руке от плеча до кисти, показывая, где именно у друга жениха был набит тату-«рукав». Наверное, Кайла права, он и впрямь был симпатичным, но я не помню, чтобы он как-то по-особенному на меня смотрел. Хотя сегодня мои мысли были далеки от всяких симпатичных парней.

– Ты что, не заметила?!

– Кажется, нет, – ответила я, стараясь сменить тему и поскорее забыть об этом сплаве и о том, как лодка чуть не опрокинулась из-за моей ошибки.

– Ты серьезно?! Ну и зря, он такой обаяшка. А глаза-то как горели, – Кайла мечтательно зажмурилась и поиграла плечами.

– Некоторые приехали сюда работать, не забыла? А не выискивать вокруг горящие взгляды и крепкие задницы, – жестко прервал ее Джош. Хотя через секунду расплылся в улыбке. – Я не себя имею в виду, но кто-то же – да.

Ребята дружно захохотали, и я вместе со всеми.

– А что, Слоан, у тебя есть парень? – вдруг поинтересовалась Кайла, опершись локтями на стол.

– Да откуда? Здесь в этакой глуши даже связь не ловит. Как тут сходить на свидание или поговорить с глазу на глаз. – Меня вдруг разобрало любопытство. – А у вас?

– Господи, да конечно! – застонал Роб. – Тут же абсолютная свобода, тут так клево.

Гейб согласно кивнул.

– Все мы здесь вольные стрелки, правильно?

Он ткнул кулаком Джоша в плечо, и тот энергично ответил ему таким же тычком.

– Да, чувак!

– Абсолютная свобода и никакой возможности уединиться, – задумчиво протянула я. – Как тут можно с кем-то встречаться, даже если появится такое желание?

– О, у каждого свои способы, – Кайла хитро улыбнулась. – В лесу есть уединенные местечки. А Роб даже несколько раз устраивал романтическое свидание на плоту.

– Что?! – воскликнула я, не в силах скрыть удивление. Как такое возможно?

– Ой, да ладно, один раз и было-то, – уточнил Роб с выражением скромной гордости на лице. – А тут – делай что хочешь и не теряй времени. У мужиков как-никак есть потребности. Я прав, Гейби-пупсик?

– Да, чувак! – Гейб потряс в воздухе кулаком, и этот жест вдруг вернул меня в атмосферу студенческих вечеринок. Я внезапно поняла, что почти все мои новые знакомцы страдают синдромом Питера Пэна. Они не повзрослели – и не собираются. Стайка вчерашних выпускников, всегда готовых потусить, порезвиться, оторваться, – здесь я могла читать каждого как раскрытую книгу, кроме разве что Клаудии. Она была самой жесткой, закрытой, да и остальных в лучшем случае лишь едва терпела.

– О да, для Гейба это вообще проще пареной репы, он сделает это где угодно, и ему… положить на окружающих, – захохотал Джош.

– Вот и неправда, – возразил Гейб. – Есть куча мест, где я не стану это сделать, как бы ни хотел.

Он начал загибать пальцы на руке:

– Церковь, например. Супермаркет. Дом моего дедушки. «Макдоналдс». Кабинет доктора… хотя нет, постойте, один раз все же было…

Пока мы ухохатывались над его нелепым списком, Арчи принес наши контейнеры, запустил по гладким доскам стола каждому по коробке и, прежде чем раздать счета, поинтересовался:

– Ну, еще чего-нибудь хотите? А то мне уже пора.

– Не-а, – Роб ответил за всех, вытягивая из кармана кошелек. – Кассандра, наконец, вернулась в строй?

И взглядом показал на девушку за соседним столиком, задав вопрос так, чтобы она не слышала.

– Да, сегодня первый день, как вышла, – подтвердил Арчи. – И слава богу, а то мы начали бояться, что она исчезла с концами. Гэри-то с ужином уже ухайдакался.

Все закивали. Очевидно, они были согласны с тем, что Гэри, кто бы это ни был, не так хорош в роли официанта.

Он взял наши банковские карты и быстрой походкой удалился к кассе. А мы принялись собирать посуду и бросать в урну грязные салфетки и упаковочную бумагу.

Через полчаса я уже сгорала от нетерпения: меня снедало любопытство, что же за книга лежит под полом и как мне до нее добраться. Зная, что шанс у меня появится только тогда, когда все уснут, я тут же улеглась на матрас, надеясь, что остальные вскоре последуют моему примеру.

Однако, к моему величайшему разочарованию, никто и не помышлял об отдыхе. Все светились от бодрости, комната сотрясалась от смеха, пока в центральном проходе Гейб и Джош кидались мячом, всячески уворачиваясь и пытаясь обхитрить друг друга. Когда они, наконец, успокоились и уселись на постелях, в комнате ненадолго наступило затишье. Кайла, которая до этого дремала на своем месте, уткнувшись лицом в подушку, внезапно села и окликнула всех:

– Эй, чуваки! – Что-то в ее голосе насторожило меня и заставило тут же поглядеть в ее сторону.

– Что? – спросил Гейб, все еще тяжело дыша после игры.

– А давайте сыграем в «Правду или желание»! – заговорщицки прошептала Кайла, будто поведав нам какую-то горячую сплетню.

У меня моментально скрутило желудок и пересохло в горле. Играть в эту игру в окружении незнакомцев я совершенно не желала, но и возражать тоже не могла. Мне не хотелось портить всем вечер.

Я поплотнее закуталась в одеяло, выжидая, кто же ответит первый. «Правда или желание» – сущий ночной кошмар для меня. При всех тебя загоняют в угол неудобными вопросами или дурацкими заданиями? Нет уж, спасибо.

Но и отказываться нельзя.

Кто бы что ни говорил о «давлении мнения большинства», но я на собственной шкуре прочувствовала, насколько оно эффективно.

Клаудия, которая полусидела, опершись спиной о стену, и дочитывала вчерашнюю книжку, отложила чтиво и твердо ответила, скрестив ноги:

– Я в игре.

Она удивила меня. Клаудия всегда была похожа на стороннего наблюдателя и вела себя тихо. Я совершенно не понимала ее мотивов. Она всегда выбивалась из общей массы. Наверное, даже сильнее, чем я.

И, несмотря на это, к Клаудии все прислушивались, ее мнения всегда ждали. Я это постоянно чувствовала. Молчаливая брюнетка была неформальным лидером компании. Когда нужно было принять важное решение, все бросали взгляд на Клаудию. На групповом сплаве ее лодка всегда шла первой.

Гейб задорно потер ладони.

– Давай, я тоже в деле.

Джош поначалу проявил такую же нерешительность, как и я, но в конце концов молча уселся поближе к остальной компании. Теперь все взгляды устремились на Роба. Тот лежал, закрыв лицо козырьком кепки, хотя было очевидно, что он не спит.

– Ладно, шут с вами, – он сел поближе и сдвинул козырек на затылок.

– Ты с нами, новенькая? – обратилась ко мне Клаудия.

Разве у меня был выбор? Наверное, я могла бы уйти под предлогом того, что мне надо в душ, – а мне и впрямь стоило помыться, – но настойчивое желание найти свое место в компании, почувствовать себя частью команды одержало верх.

– Да, я играю.

– Отлично, – воскликнула Кайла, в задумчивости покусывая губы. – Я первая.

– Нет, первой буду я, – перебила ее Клаудия, и никто не возразил. Я уже заранее знала, что вопрос будет адресован мне, еще до того, как она подняла на меня взгляд.

– Слоан, правда или желание?

Я не решалась даже помыслить о том, какие мне могут достаться задания, если я выберу желание, поэтому тихо пискнула:

– Правда.

Она слегка улыбнулась:

– Чего ты боишься больше всего?

Всего-то?!

– Я боюсь… вообще говоря, больше всего я боюсь глубокой воды, когда не видно дна. Ну да, с таким страхом выбор профессии хреновый, – кивнула я, слыша, как разочарованно застонал Гейб.

– Пфф, ну что за тухлый вопрос.

Клаудия смерила его ледяным взглядом.

– Твоя очередь, Слоан, – напомнила Кайла.

– Хм, – я сглотнула слюну, волнуясь. – Пусть будет Гейб… Правда или желание?

Он скрестил руки на груди, и я уже готова было задать ему заранее придуманный вопрос, но он закричал:

– Желание!

О черт. У меня нет никаких идей, какое задание ему дать.

– Гейб согласен на все что угодно, – подсказала Кайла.

– В буквальном смысле все что пожелаешь, – поддержал ее Роб, стаскивая с головы кепку и выжидательно глядя на меня.

– Ну хорошо. Спой нам серенаду! У тебя есть минута.

Я сразу поняла, что задание дурацкое, но откуда мне было знать, что здесь считают достойным заданием? Мне бы не хотелось проверять это на себе.

Дружный гогот заставил меня покраснеть, но, к моему облегчению, Гейб вышел на середину комнаты и довольно талантливо изобразил Элвиса, прикольно двигая бедрами и не забывая петь томную балладу о любви. Закончив, он откланялся и уселся обратно на матрас.

– Спасибо. Кайла? – Гейб взялся за дело без промедления. – Правда или желание, детка?

– Желание, – выпалила она, не задумываясь.

– Поцелуй Слоан, – он подмигнул мне. Я почувствовала, как у меня в жилах стынет кровь. Я-то не могла отказаться, а как насчет нее? Через секунду я получила ответ: Кайла уселась подле меня на колени, убрав непослушный локон за ухо, она через плечо глянула на приятелей.

– Все смотрят?

Все, кроме Клаудии, подползли поближе. Сердце у меня ухало так, что его, наверное, было слышно даже с улицы. Я-то ожидала, что Кайла чмокнет меня в губы, но она нежно провела рукой по моей щеке, пронзая меня взглядом зеленых глаз, наклонилась вперед так близко, что лицо ее стало расплываться, и прильнула ко мне всем телом. Потом припечатала меня поцелуем, яростно, с силой проникая внутрь моего сжатого рта, и я закрыла глаза, чувствуя, как она прижимается все теснее, а мое тело каменеет.

Через несколько секунд она отодвинулась и отерла губы тыльной стороной ладони. Щеки у нее горели так, что цветом слились с рыжими кудрями, когда она обернулась и посмотрела на зрителей. Парни восторженно заулюлюкали и одарили нас аплодисментами. Кайла вернулась к своей постели, чуть игривее, чем обычно, покачивая бедрами.

– Ну что, Джош, твоя очередь. Правда или желание?

Джош поглядел на меня, потом на Кайлу.

– Правда.

Над своим вопросом она точно так же ни секунды не задумывалась.

– Ты был влюблен в Лэндри?

Из комнаты мгновенно словно выдуло все тепло. Все притихли.

– Что за дебильные вопросы ты задаешь?! – воскликнул Гейб.

– Не, ну действительно, – согласился Джош.

– Отказываешься отвечать? Ты ведь уехал на несколько дней после того, как она сбежала, разве нет?

То есть Кайла задала вопрос неспроста. Я поежилась от атмосферы взаимного недоверия и неприязни, внезапно возникшей в комнате.

– У меня был выходной, – оборонялся Джош. – И я уехал повидаться с друзьями, ты прекрасно знаешь.

– Прекрати, Кайла, – потребовал Гейб. – Ты портишь вечер.

– Все знают, что она бегала хвостиком только за тобой, Гейби, – швырнул в него кепкой Роб. – И незачем так кипятиться.

– Иди ты, – кепка полетела обратно.

– Джош не ответил, – напомнила Клаудия.

– Нет, я не был в нее влюблен. Вот так. Играем дальше, – твердо сказал тот. – Роб, правда или желание?

– Ты знаешь, что я всегда выбираю желание, – он задорно напялил кепку на затылок. – Ну и что ты приготовил для меня?

– А покажи-ка нам… ногу! – скомандовал Джош, картинно нахмурив лоб. Все напряжение мгновенно исчезло, все были поглощены Робом и мгновенно забыли о провокации Кайлы.

– О-о-ой, – заныла Кайла, прикрывая глаза рукой. Клаудия застонала, но парни придвинулись ближе, чтобы рассмотреть получше.

– Фигня вопрос! – ответил Роб, стянув с ноги серый носок. Мне было страшно посмотреть, что же там. А когда он поднял ногу в воздух, я поняла, что у него не хватает мизинца.

– Как так вышло? – невольно спросила я.

Он уже открыл рот, но вмешалась Клаудия:

– Задашь вопрос в свою очередь.

– Простите, – немного обиделась я.

Роб уже радостно потирал руки.

– Гейб, снова желание?

– Поднимаем ставки, давай! – ответил Гейб, расплываясь в довольной улыбке.

– Поцелуй… – Роб внимательно обвел всех взглядом, чуть задержавшись на мне, отчего я вновь почувствовала себя не в своей тарелке. – Джоша!

Роб резко повернулся и, довольно гогоча, указал рукой на соседа.

– Чувак, ну что за!.. – Джош рассерженно развел руками.

Гейба, однако, этим было не прошибить.

– Готовь губки, – подмигнул он Джошу и прошелся по комнате, очевидно имитируя походку Кайлы. Как и при первом поцелуе, все подошли поближе, чтобы увидеть, как это произойдет.

Передразнивая Кайлу, он потрепал Джоша по щеке.

– Джошик, малыш, как же я люблю тебя! – И смачно поцеловал Джоша в губы, а потом поднял в воздух кулаки, будто бы завоевав золото на Олимпиаде.

Роб захлопал в ладоши.

– Отличная работа! Очень трогательно.

Вернувшись на свой матрас, Гейб продолжил играть:

– Кайла, солнце, ты же знаешь, что я от тебя так просто не отстану.

– Желание, детка! – зубоскалила та.

– Окей, – Гейб постучал пальцем по плотно сжатым губам. В глазах у него промелькнул адский огонек. – Придумал. Мне надо, чтобы ты спустилась в офис к Бэбс и украла ее кофейную чашку.

В комнате поднялся такой шум, будто мы оказались на стадионе в окружении нескольких тысяч болельщиков.

– Что?! – воскликнула Кайла. – Она же меня прибьет.

– Ты отказываешься выполнить задание? – с неприкрытым удовольствием поинтересовался Гейб.

– Ты же знаешь, что нет.

– Тогда вперед, – он кивнул в сторону двери. Кайла шлепнула ладонями по матрасу и нехотя встала. – Ах да, и еще одно!

Кайла вопросительно подняла бровь.

– Мне надо, чтобы ты сделала это топлес.

– Это два действия! – закричала она в ответ, показывая два пальца.

– Они идут в паре. Не припомню никаких правил, ограничений или исключений касательно этого. Давай, выполняешь или нет?

Никто в комнате не удивился, когда Кайла через голову стянула топик. Парни одобрительно замычали, а Роб к тому же вытащил кошелек и в шутку начал осыпать ее долларовыми купюрами. Кайла зарделась. Оказалось, что она вся покрыта веснушками, с ног до головы. Не пытаясь прикрыть наготу, она продефилировала к двери.

– Сейчас вернусь, но если меня убьют в процессе, я буду преследовать тебя в ночных кошмарах, задница ты этакая!

Гейб бегом пересек комнату и перегнулся через оконную раму у меня над головой. Следом подскочил Роб. Я с трудом успела увернуться от его прыжка.

Гейб закричал в темноту:

– Эй, ты в курсе, что непристойное поведение карается по закону, да? – и громко захохотал над собственной шуткой.

Прошло несколько минут, прежде чем Кайла вернулась к нам. Она демонстративно сунула чашку под нос Гейбу и только потом снова натянула майку.

– Спектакль окончен, – расстроенно заметил Джош.

– Ну что, моя очередь. Слоан, правда или желание?

– Правда, – ответила я, надеясь, что она обойдется со мной так же мягко, как Клаудия.

– В кого ты влюблена? Из всех, кто здесь есть, – она обвела пальцем присутствующих мужчин. – Ты же гетеро, правильно?

– Это двойной вопрос, – вмешался Роб.

– Хорошо, шут с ним, – Кайла закатила глаза. – Кого ты выберешь?

Щеки тут же начали гореть, и я опустила глаза. Как можно открыто выбрать кого-то одного прямо перед лицом остальной компании? Что подумает тот, кого я выберу? Очень жестокий вопрос.

– М-м, из всех? – уточнила я, пытаясь выиграть время.

– Из всех, с кем ты здесь познакомилась.

– Думаю, Арчи, – наконец ответила я. – Он считается?

Гейб откинулся на матрасе:

– Чертов Арчи!

Роб засмеялся во весь голос:

– Человек-пончик, да, он? Ох, красивые девушки любят пончики!

Я засмеялась, чувствуя облегчение оттого, что все приняли мой ответ.

– Ладно, теперь я… – Я могла бы спросить Клаудию, но совсем не была готова с ней сталкиваться. – Пусть будет Гейб.

– Я знал, я знал! – он перелег головой ко мне. – Что ты приготовила для меня, детка?

– То же самое, что ты приготовил для Кайлы, – ответила я. – Допустим, ты возвращаешь чашку Барбары, тоже топлес?

– Ой, пфф, – он разочарованно стянул футболку. – И это всё?

– Нет! Давай, Слоан, ты должна заставить его пробежаться голышом! – пронзительно заверещала Кайла, чуть не задыхаясь от смеха. – Тогда будет честно.

Гейб испытующе поглядел на меня.

– Шут с ним, пускай будет голышом, – махнула я рукой. Он в мгновенье ока сбросил шорты на пол, а Джош с Робом, застонав, закрыли глаза. Я не могла сдержать смех, наконец-то почувствовав себя частью компании. По телу разлилось уютное тепло.

– Господи, я надеюсь, Бэбс помоет эту чашку с мылом, – заметил Роб.

– Мне надо глаза с мылом помыть, – промычал Джош.

Встав с постели, Кайла подбежала к окну и подцепила меня под руку, чтобы я тоже насладилась зрелищем. Мы глядели на стройный силуэт Гейба, который медленно и плавно скользил по лужайке. У него был очень смешной загар: густой насыщенный цвет везде, кроме бледного следа от плавок.

Кайла задорно свистнула.

– Давай, Гейби!

Он игриво шлепнул себя по заднице, и мы свалились на пол, хохоча как безумные. Боже, как мне этого не хватало. Друзья и беззаботное веселье.

Вернувшись, Гейб быстро оделся. Кайла так и осталась сидеть на моем матрасе, чуть приобняв меня. Сев на подушку, Гейб с серьезным видом обвел всех присутствующих глазами.

– Ну что, Клаудия, правда или желание?

– Правда, – ответила она, не отводя от него пристального взора.

– Хорошо, – он шумно вдохнул и потер ладони. – Так, придумал. Тогда «переспи-женись-убей» [2].

Он показал пальцем на Джоша, Роба и себя.

– Ну, и кого куда?

Глаза у Клаудии потемнели, а на лице промелькнуло какое-то непонятное выражение. Она молчала несколько секунд, а Гейб принялся напевать тему из сопровождения к «Своей игре».

Когда она, наконец, ответила, голос ее был таким тихим, что я не сразу поняла, правильно ли ее расслышала.

– Понятия не имею. Наверное, всех троих убила бы.

Глава 11. Слоан

…И я падала, падала, падала…

Меня подбросило от ужаса. Я огляделась по сторонам.

Падала я, конечно же, во сне. В комнате было темно и тихо, мир за окном безмолвствовал. Как я ни старалась не засыпать, чтобы посмотреть, что же скрывается под досками, но в итоге попросту отрубилась.

Несколько минут я лежала, прислушиваясь к монотонному сопению соседей. Никто не шевелился. Перевернувшись, я нащупала свой телефон. Пристроив его на полу, я включила фонарик, направив луч в щель между досками.

Еще раз удостоверившись, что за мной никто не наблюдает, я опустила голову и заглянула вниз, вдыхая запах пыли и сырости. Передо мной оказалась закрытая со всех сторон прямоугольная ниша, совсем небольшая: меньше тридцати сантиметров в глубину и примерно такой же ширины. Отблеск зеркала мешал мне рассмотреть, что же за книжка там лежит. Названия тоже было не видно – лишь темно-зеленую матовую обложку. Но как она туда вообще попала?

Мне на ум пришли слова Кайлы, что у каждого здесь в здании есть свой тайник. Может, я случайно наткнулась на чей-то секрет? Если так, не стоит его трогать. Мне не хотелось бы забирать чьи-то личные вещи, как кто-то умыкнул мои.

Право же, лучше выключить фонарик, заснуть и забыть и о злополучной фотографии, и о книге. Я убеждала себя, что это самый правильный выбор, но что-то во мне отчаянно сопротивлялось такому решению.

Любопытство меня однажды погубит, как ту кошку.

Если я пойму, как достать книгу, и выясню, что это чей-то тайник, то оставлю все на своих местах. И кстати, я ведь хотела вернуть Кайле ее фотографию.

Я провела ладонью по доске. Должен же быть какой-то способ. Возможно, снизу, из уборной добраться будет куда проще.

Обдумывая все это, я нащупала торец доски. В отличие от всех остальных, эта не доходила до стены, заканчиваясь в паре сантиметров от нее. Я запустила пальцы в щелочку, пытаясь приподнять доску, но уцепиться подушечками за конец оказалось непросто.

Сантиметр за сантиметром я поднимала ее выше и выше. Я почувствовала, как от волнения у меня вспотела верхняя губа, и молилась, чтобы половица не скрипнула.

Под конец тянуть стало сложнее. Я ухватилась за доску обеими руками и…

ЩЕЛК.

Половица громко протяжно скрипнула, и я замерла с деревяшкой в руках, надеясь, что никто из моих соседей по комнате не проснулся.

Наконец, я выдохнула и посмотрела вниз, в образовавшийся проем. Вновь включив фонарик на телефоне, я разглядела всей красе содержимое тайника. Сначала я достала фотографию, сдула с нее пыль и убавила яркость фонарика, чтобы не выдать себя бликами от глянцевой фотобумаги. Когда мои глаза привыкли к темноте, я легко рассмотрела Кайлу и Клаудию. Потом пригляделась к незнакомке, провела кончиком пальца по ее симпатичному лицу. На карточке она выглядела счастливой. Интересно, это фото было сделано до того, как она встретила мужчину, с которым изменила Гейбу, или после?

Спрятав снимок под подушку, я достала зеркальце. Абсолютно заурядное карманное зеркальце в пластиковом футляре-ракушке. Я начала беспокоиться о том, что и впрямь нашла чей-то тайник, и ничего больше. Захлопнув зеркальце, я протянула руку к книге. На ней не было ни имени автора, ни названия. Но из всех соседей по комнате читает, если я не ошибаюсь, только Клаудия. К чему ей прятать одну книгу, коли у нее их целая стопка? Я покрутила находку в руках, начиная догадываться о том, что именно нашла.

Едва открыв ее, я с первой страницы убедилась в правильности своих предположений. Скорее всего, скоро я пожалею о том, что сейчас делаю.

На первый взгляд это был обычный ежедневник, и на титульной неразлинованной страничке виднелось несколько коротких фраз. Я пробежалась по ним глазами, не зная, на чем остановить взгляд.

В самом центре было написано:

Этот дневник принадлежит Лэндри Эллиотт

Мое сердце забилось сильнее, как только я осознала, что именно только что прочла. Это не было введением к дневнику.

Это было предупреждением.

Мне кажется, я в опасности.

Если ты нашел это дневник, значит, что-то со мной случилось.

Что бы тебе ни говорили, не верь.

Я подняла голову, дабы убедиться, что никто из соседей не шевелится. В лунном свете виднелись их неподвижные силуэты. Дрожа от страха, я прочитала последнюю строчку. Лэндри подчеркнула ее тремя линиями.

Не доверяй никому на Водопаде Вдовы.

Глава 12. Дневник Лэндри

Я очень давно не вела дневник – наверное, в последний раз это было в младших классах. Но меня не оставляет ощущение, что следует записать все, что здесь происходит. Может, чтобы потом записи увидели в полиции, или кто-нибудь нашел и прочитал, или хотя бы доказать себе, что мне это не приснилось.

А то ведь порой мне кажется, что я сошла с ума, честно.

Не знаю. Возможно.

Но если ты это читаешь, значит, со мной и в самом деле что-то случилось и не такая я сумасшедшая.

Сейчас 2021 год, я инструктор по сплаву на надувных плотах по бурным рекам, работаю на базе под названием «Водопад Вдовы». Сначала мне тут нравилось. Я подружилась со всеми, и у меня даже завязались романтические отношения с одним парнем, Гейбом. Но вокруг происходят все более странные события, и, похоже, я единственная это замечаю.

Позавчера ночью я проснулась среди ночи, и мне показалось, что я осталась одна в комнате. Неужели все ушли? Вся наша компания словно испарилась. Матрасы пустые, но меня они не разбудили. До сих пор все вели себя, как будто мы большая дружная семья. Почему же сейчас меня не позвали? Мы уже гуляли пару раз по ночам, но в этот раз меня не взяли. Меня и Кайлу.

Я разбудила ее, и мы спустились вниз, обыскали ближайшие окрестности, но никого не нашли. Рыскать дальше побоялись и вернулись в комнату. Кайла даже хотела позвонить в полицию, чтобы заявить о пропаже людей, но потом нам обеим показалось, что волноваться еще рано.

Она опасалась, что ребят избили, но нигде не было никаких следов драки, да и мы бы, наверное, проснулись от шума.

Нет, дело-то в том, что нас бросили. Намеренно исключили из компании. Я пыталась не засыпать и дождаться их возвращения, но в какой-то момент все-таки отключилась.

А с утра все они мирно лежали в своих постелях, как будто мне это все приснилось. Когда я спросила, куда они уходили ночью, они отмалчивались или переводили разговор на другую тему.

И это уже не первая странная штука, которую я здесь замечаю. И я имею в виду вовсе не тупые легенды о привидениях. На Водопаде пропадают люди. Они исчезают, и никто их больше не видит. До меня доходили какие-то истории до того, как я начала здесь работать, но меня убедили в том, что это всё досужие байки, и я решила не придавать большого значения местным сплетням. Но теперь, когда я здесь, я не понимаю, чему верить. Что, если пропадет кто-то из моих знакомых?

В общем, сегодня я поехала в город, купила этот ежедневник и собираюсь записывать все, что увижу собственными глазами. Если случится то-то страшное, я отнесу этот дневник в полицию, и они смогут проследить, как развивались события.

Но если это читаешь ты и ты не из полиции, тогда, наверное, придется тебе самостоятельно докапываться до истины. Во всяком случае, я сделала для этого все возможное.

Глава 13. Слоан

Услышав шум в комнате, я вздрогнула и быстро захлопнула тетрадь. Потихоньку обернулась и вгляделась в ночной полумрак. Гейб, почесывая грудь, сидел на матрасе спиной ко мне. Не задумываясь, я сунула дневник под подушку, а дырку в полу накрыла краем одеяла.

Сквозь ресницы я наблюдала за тем, как он прошел, покачиваясь, по комнате, громко зевнул и вышел на улицу. Когда дверь за ним закрылась, у меня вырвался вздох облегчения.

Читать дальше было уже некогда. Гейб мог вернуться в любую секунду. Откинув одеяло, я сунула дневник и зеркальце обратно в тайник и аккуратно положила доску на место. В голове вихрем кружились мысли и догадки.

Что ж, не зря судьба Лэндри так меня беспокоила.

Девушка подозревала, что происходит что-то необычное, и вот она пропала.

Или это совпадение, случайность? Я посильнее натянула на себя одеяло, чтобы унять нервную дрожь, хотя понимала, что это не поможет. Меня трясло не от холодного ночного воздуха, эта дрожь исходила из самых глубин моего сердца, которое с самого моего прибытия на Водопад Вдовы замирало от ужаса.

И теперь мне этот голос не заткнуть. В затылке словно стучал маленький молоточек, ритмично и тревожно.

Здесь творится что-то странное.

Глава 14. Слоан

На следующий день, в понедельник, у нас был выходной. Я собиралась забрать дневник и улизнуть куда подальше, чтобы спокойно почитать его, но, увы, с утра мы тянули спички, и жребий отвозить вещи в прачечную достался нам с Гейбом.

Мы поехали с шестью мешками грязных шмоток, загрузившись в его побитый жизнью ржавый пикап. Как мне с самого начала говорила Барбара, этим приходится заниматься каждую неделю: двое из компании берут на себя стирку, чтобы остальные могли расслабиться и хорошенько отдохнуть.

Меня слегка задело, что пришлось ехать в прачечную, хотя я пробыла здесь всего пару дней, но возражать было глупо.

– Какая-то ты тихая сегодня, – заметил Гейб, паркуя машину на площади возле прачечной. Аккуратная кирпичная постройка была выкрашена в белый цвет, черная надпись над дверью гласила: «Автоматическая прачечная “Водопад”».

– Устала немного с непривычки, – ответила я, надеясь, что моя вялая улыбка выглядит убедительно. Каждый из нас схватил по три мешка, мы захлопнули двери пикапа и подошли к зданию.

Городок был малюсеньким, и, вообще-то, честнее было бы называть его деревней. Сейчас мы стояли на центральной площади, совершенно пустынной. Маленькая заправка, небольшой магазин с пустующей парковкой, эта прачечная. Кроме «Фриттеров», которые мы проехали по дороге сюда – ресторанчик располагался на холме на выезде из города, – почти все дома стояли заколоченные.

Гейб придержал дверь, и я вошла внутрь. В помещении пахло плесенью, обувь прилипала к полу. В центре небольшого зала сиротливо стояли три стиральные машины, позади виднелись три автоматические сушилки.

– Разложи по парам, – проинструктировал Гейб. – Один мальчик, одна девочка. Так проще потом разобрать, где чьи шмотки, и не бродить часами по комнате в поисках своих носков.

Я кивнула, взяла из кучи мешок Джоша и принялась по одной бросать его вещи в стиралку, попутно проверяя все карманы, дабы убедиться, что он ничего не забыл.

У меня за спиной Гейб, не заморачиваясь, высыпал содержимое мешков в барабан. Я про себя отметила, что доверять ему свои вещи нельзя, тем паче я только что обнаружила в кармане у Джоша пятидолларовую купюру и банковский чек.

Когда я загрузила два мешка, Гейб передал мне полупустую бутылку жидкости для стирки, и я плеснула один колпачок в отсек.

Последний мешок в моей куче принадлежал Клаудии, и я передала его Гейбу, который уже положил чьи-то мужские вещи в центральную машину.

Запустив стирку, мы уселись на деревянную скамью у стены. Гейб сполз вниз, положил голову на спинку и улыбнулся, закрыв глаза.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Сноски

1

Фриттеры – обычно нечто вроде жаренных во фритюре оладий с «припеком»: когда в тесто добавляют измельченные овощи, мясо, рыбу, креветки или фрукты. – Здесь и далее примеч. перев.

Вернуться

2

Вариант игры «Правда или желание» с готовым вариантом задания. Игрокам предлагается выбрать из трех человек, с кем бы они просто переспали, с кем бы вступили в брак, а кого убили бы.

Вернуться