Омут
Полина Михайловна Алипченко

© Полина Михайловна Алипченко, 2025

ISBN 978-5-0067-1319-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

«Продрогший мозг роднит с остывшей бездной…»

Продрогший мозг роднит с остывшей бездной,
Весь дом дрожал, треща и рушась.
Добротой свою безвозмездной,
Ты сокрыла в душе своей ужас.

Завращаются назад стрелки глупых часов

Завращаются назад
Стрелки
Глупых
Часов.
Кто-то ночью будет распят,
Кто-то узнает
На вкус
Мир каков.
Кто-то глупым своим существом
В неловкое
Положение
Ставит.
Кто-то ломится напролом,
Кто-то
Словами
Ранит.

Я загнал себя в тупик

Я загнал себя в тупик.
Нет сил,
Желания,
Счастья.
С моих губ срывается крик,
Я хватаю
Свои же
Запястья.

И, быть может, гореть мне в аду
Самым ярким
И жарким
Пламенем.
Я не святой. Имею ввиду,
Обозначен
Я
Грешным знаменем.

Я хочу незаметно и тихо
Прострелить
Свою глупую
Голову.
Уйти так нелепо и лихо,
Уйти
Новшеством
Обществу.

Хотя никто не заметит потери,
Ведь я
Всего-навсего
Тень.
Предо мною закрыты все двери,
Даже путь
В следующий
День.

Бренность. Рутина. Обыкновенность

Я в плену совершенно прекрасных,
Но до жути безрадостных дней.
Я тону в игривых и страстных
Чувствах, что делают лишь больней.

Я теряюсь в слезах тёмной ночью,
Я потерялся в тумане рутины.
Сам себя разорвал я на клочья,
На капли росы на паутине.

День – противная бренность,
Ночь – лишь тяжёлый груз,
Грусть – для меня обыкновенность,
А счастье – всего лишь конфуз.

А раньше ведь все было лучше,
Я был счастлив и радостен дням.
Но сейчас все значительно худше,
Я стал холоден даже к друзьям.

Ну насколько я стал ничтожен,
Словно муха в большой стае птиц.
Жаль, путь назад уже невозможен,
Я стал единицей среди единиц.

Как же грустно стать таким же, как все…

Куда катится этот мир?

Куда катится этот мир?
Почему так жестоки люди?
Мир стал горьким, будто чифир
В грязной кружке, в разбитой посуде.

Все вокруг стали будто гнилые,
Будто куклы. Там нет души.
Все противны, как боли зубные,
Всех волнуют лишь только гроши.

Пусть и я стал таким же уродом,
Но во мне есть кусочек души.
Я не хочу быть этим же сбродом,
И не буду, хоть задуши.

Пусть я буду вороной белой
Среди этих пустынных душ.
Пусть я буду листвой пожелтелой.
Пусть внутри меня будет плюш.

Все меркантильны в гнилом этом веке,
Все бездушны, пропали душой.
Все – не люди. Все – человеки,
И никто не будет собой.

Изнутри разъедает мрак пеленой,
И всё стало так глупо и дурно.
Все имеют грехи за собой.
У всех не души. У всех там урны.

Как же грустно, мы всё это видим.
Мы – пропавшие, мрачные туши.
Мы вокруг лишь всех ненавидим,
Хотя сами же продали души.

Мы попрекаем других их грехами,
Хотя сами тем же грешны.
Мы пропахли тлена духами,
И все наши мотивы смешны.

Меркантильный и мрачный сброд —
– Это людей сего века значенье.
За униженьем не полезут в рот,
Но все сами собой – униженье.

Внутри у всех – задубевший снег,
На языках – лишь мёртвая грязь.
Двадцать первый – пропавший век.
Мы грешим, раз за разом смеясь.

И пускай нам гореть всем в аду,
Но даже черти нам ужаснутся.
Мы – утопшие в полном бреду.
Мы, уснув, захотим не проснуться.

Мир прогнил. Да и черт с ним, плевать.
Мы – лишь бренны, но вновь и вновь
Каждый век, что сгнил уж, спасать
Будет чья-то немая любовь.

Тривиальность

Моя жизнь достигла тривиальности.
Спасибо всем, кто был со мной рядом.
Я достиг самой глупой крайности,
И душа налилась моя ядом.

Так противно на себя смотреть,
Видеть в зеркале это ничтожество.
Мир вокруг успел потускнеть,
И печалей огромное множество.

Бренные дни

Завязалась в петлю рутина,
Нет теперь ничего, что люблю.
Надоела сей жизни картина,
Я себя на сей мысли ловлю.

Эти мысли приходят так часто,
Что, казалось, я ими живу,
Что, казалось, все просто и ясно;
Я как будто бы сон наяву.

Я стал пленником бренных скитаний,
Самым глупым, несчастным хвостом.
Во мне лишь куча страданий
И проблем, что оставил тогда на потом.

Сердце моё работает только от кофе

Сердце моё работает только от кофе,

А раньше рвалось от прекрасных идей.

Оно затихло, будто в катастрофе,

Устало от бренного мира людей.

Так холодно стало и тихо

Так холодно стало и тихо
На душе моей, там будто зима.
Не найти туда вход или выход,
Всё сошло как будто с ума.

Там капает нечто, как слёзы,
Так тесно и мрачно внутри.
Растворились там будто грёзы,
Там заметают собой декабри.

Всё стало объято туманом,
Словно дождь там прошёл, ураган.
Всё окутано стало обманом,
Душа стала опустевший карман.

Почему-то так тихо и глупо
Там надежда жила на любовь.
Всё болело противно и тупо,
Но чего-то ждало вновь и вновь.

Там надеялось свет увидеть,
Любовь ощутить и тепло.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.