Константин Оборотов
Волшебный блестящий шарик

Глава 1. Любовь нагрянула

Мы с Игорьком сидели в каком-то баре в центре Москвы, отмечали нашу демобилизацию из армии. Нам было по двадцать лет, мы только что отслужили срочную службу.

Вообще-то, я намеривался немедленно после службы ломануться в Питер, где по протекции должен был наверняка поступить в одно высшее учебное заведение, но Игорёк, чёрт говорливый, убедил меня потусоваться какое-то время в Москве.

– Пойми, Костян, завязнуть в Питере ты всегда успеешь, – убеждал меня Игорь, – а в Москве у меня квартира пустая, фактически чуть ли не моя собственность. Отдохнём, как следует, а потом уж возьмёмся за дело. Хорошая работа начинается с хорошего перекура.

Я вот мы с Игорьком в Москве. Больше всего меня удивила искренняя убеждённость Игорька, что он живёт в Москве. На самом деле он жил в каком-то странном районе или городке, который располагался не так уж и близко от Москвы. Путешествие из квартиры Игорька до бара, в котором мы засели, кратко можно описать так. Сначала пешком минут 10-15 до автобусной остановки. Затем, на автобусе 5 или 6 остановок до электрички. Потом минут 40 в электричке до ближайшей станции метро. Ну, а там уже на метро до этого бара вообще без проблем.

Познакомившись с квартирой Игорька, я стал опасаться, как бы случайно не проговориться, что перестал считать Игоря москвичом. В армии-то я нисколько не сомневался, что Игорёк – москвич. Так вот, чтобы случайно не выдать себя в этом деликатном вопросе, я стал старательно, к месту и не к месту добавлять к характеристикам Игорька маскировочные выражения типа "вот все вы, москвичи, такие" или "всё у вас, москвичей, не как у нормальных людей". Игорьку такие вставки страшно нравились. Так он и не понял, что он вовсе не москвич.

Мне в баре очень понравилось. Народу мало, спокойная тихая приятная музыка, напитки довольно вкусные. В целом атмосфера не то, чтобы прям романтическая, но, по меньшей мере, умиротворяющая. А вот Игорёк как-то быстро заскучал, заныл, стал предлагать вернуться домой:

– Погнали отсюда! Нечего тут делать. Девчонок нет. Скучно!

– Вот все вы, москвичи, такие, постоянно куда-то спешите, как при поносе, – нравоучительно заявил я, вызвав ожидаемую довольную улыбку Игорька, – ты один уходи, а я останусь, посижу ещё немного.

– Так я свалю? Точно, без обид? – спросил Игорёк. – Тебе скучно не станет тут без меня?

– Иди уже отсюда быстрее! – твёрдо заявил я. – Как меня раздражает вот эта ваша московская щепетильность. А я напрямую тебе скажу, ты мне только мешаешь. Я хочу снять вот ту одинокую дамочку в синем платье, а ты мне мешаешь как третий лишний.

– Действительно? – удивился Игорёк. – Ну, тогда жду тебя дома.

Игорёк ушёл, а дамочка в синем платье вдруг подошла к моему столику и, улыбнувшись, спросила:

– Свободно ли у Вас это место?

Это меня сильно удивило. Насчёт этой дамы я никаких планов не устроил, а Игорьку указал на неё просто для того, чтобы тот ушёл спокойно. Дама была явно старше меня по возрасту, но насколько? Конкретно сказать было трудно. На вид она была довольно приятной и красивой, а в баре была затемненная обстановка. Это мешало определить возраст субъектов сколько-нибудь точно.

– Для кого-то, может быть, и занято, а вот для Вас всегда свободно, – ответил я витиевато и галантно, – разрешите угостить Вас коктейлем? Какие пропорции алкогольной смеси Вы предпочитаете в это время суток?

– Мне все равно, – ответила дама, устроившись на место Игорька, – Вы извините меня за навязчивость. Просто Вы так гипнотизировали меня своим взглядом, что я не могла не подойти к Вам.

– Да, я такой вот потомственный гипнотизёр, – ответил я самодовольно, – мало кто может устоять перед моим пронзительным взглядом. Кстати, меня зовут Костик. А как Вас звать-величать?

– А я – твоя Любовь! – ответила дама, – ничего, что я перешла на "ты"? Какой ты интересный человек! Расскажи о себе! Что ты любишь больше всего на свете?

– Больше всего на Свете я люблю именно Свету, – ответил я. – Это шутка. А если серьёзно, то больше всего я люблю метро. Как оно интересно устроено! Спускаешься вниз в одном месте, а вылезаешь совсем в другом. Магия! Чисто нуль – транспортировка!

– Как у нас много общего! – воскликнула Люба, – я тоже обожаю метро! Просто жить не могу без него.

– Тогда вот, что я тебе скажу, Любанька, – я заговорщицки перешёл на шёпот, – тебе обязательно надо съездить в Екатеринбург. Конечно, в Москве метро красивое, но очень уж много народу. Московское метро – для любителей больших тусовок. А вот метро в Екатеринбурге – совсем другое дело. Представь себе, ты в гордом одиночестве спускаешься вниз. Совершенно один садишься в вагон. И двигаешься куда-то в полном одиночестве. И диктор, заикаясь от волнения, без всякой записи в прямом эфире сообщает тебе и только тебе, "следующая станция такая растыкая". Чувствуешь себя, как принц. Ну, или, как принцесса, в твоём случае.

– Но ведь так, в одиночестве, очень скучно ездить, – задумчиво предположила Люба.

– Но зато, какая радость, когда вдруг какой-то случайный попутчик заходит в твой вагон! – воскликнул я. – Ты мгновенно вскакиваешь со своего места, радостно смеёшься и бежишь навстречу этому человеку. Совершенно, неважно, кто это, маленькая девочка, взрослый мужчина, да хоть негр преклонных годов. Представляешь, какое впечатление это производит на случайного попутчика? Он на всю жизнь запомнит эту удивительную поездку.

– Запомнит, это точно, – согласилась Люба.

– Но всех в мире в плане строительства метро переплюнул город Омск, – заявил я. – Там была построена не просто станция, а целый дворец со статуями, картинами и даже небольшими фонтанами. Но возникла небольшая проблема. Все деньги ушли на эту единственную станцию. А на другие станции и выкопку туннелей денег не осталось. Что получилось в итоге? Некуда ехать! А это довольно скучно, главная идея метрополитена получилась незаслуженно выхолощенной. Никакой нуль – транспортировки. Откуда зашёл, туда и вернулся.

Тут мы с Любой задумались, каждый о своём. Первой не выдержала Люба и нарушила молчание:

– О чём ты думаешь, Костя?

– О плохом слоне, – ответил я мгновенно, – я часто о нём думаю.

От удивления глаза Любы стали большими, как блюдца.

– Я имею в виду плохого шахматного слона, лишённого простора из-за забора из собственных пешек, – пояснил я. – Так любил делать Ботвинник. Он мастерски разыгрывал такие позиции. Противник думает, мол, слон плохой, чего его бояться? Но в том-то и дело, что любой плохой слон может стать хорошим, если будет постоянно работать над собой и в нужный момент прорубать калитки в этих заборах. Понимаешь?

– В общих чертах! – убедительно ответила Люба. – Про слона на заборе всё точно поняла. А кто такой Ботвинник?

– Патриарх наших шахмат, многократный чемпион мира. Гениальный гроссмейстер и просто хороший энергичный человек. К сожалению, был. Умер давно, ещё в прошлом веке, – сказал я с великой печалью, – предлагаю почтить его память минутой молчания.

Мы немного помолчали, я подумал и продолжил:

– Люблю гроссмейстеров прошлого. Они честно играли. Современных не очень люблю. Подозреваю их в тотальном читерстве. Вставляют себе специальные шахматные чипы в мозг и играют. Огромные деньги заколачивают. Ладно бы в мозг! Иногда, в такие места вставляют, что при такой красивой леди неудобно рассказывать подробности. Какая гадость! Вот поэтому порой хочется зайти в метро в Москве в 2025, а вылезьте в Рейкьявике в 1971. Посмотреть своими глазами на матч Спасский – Фишер. Фишер – конечно, смутьян и псих, но гений всех времен и народ и играл без чипа. А Спасский – кристально честный советский человек, исключительно благородный. Как только Фишер над ним не издевался! Другой бы на месте Спасского просто плюнул бы на этого абьюзера Фишера и прервал бы матч. Но Спасский все эти психологические пытки вытерпел и довёл матч до конца. Ты меня понимаешь, Люба?

– Прекрасно понимаю! – убедительно ответила Люба. – Мне кажется, ты такой же добрый и терпеливый, как этот Спасский. Как это замечательно, что ты выбираешь достойные примеры для подражания. А ты, Костик, вообще, откуда взялся?

– Я из армии, – ответил я, – только что демобилизовался, переоделся и сразу сюда, в бар.

– Тяжело, наверное, тебе было в армии, – сочувственно поинтересовалась Люба, – у тебя ведь такая тонкая ранимая натура.

– Очень тяжело, – легко согласился я, – не буду тут строить из себя героя. Несколько раз чуть сознание не терял до того было плохо. Один раз на лекции о поражающих факторах ядерного взрыва. Сильно распереживался. Второй раз, когда болел дизентерией. Тогда чуть со стыда не сгорел. Неудобно было перед медицинским персоналом.

– А что больше всего тебя удивило в армии?

– То, что простой солдат вооружён автоматом Калашникова, а офицер, например, командир взвода, всего лишь пистолетом Макарова. Представляешь, насколько автомат мощнее, чем пистолет? Просто сравни патроны. Я уж ничего не говорю о сравнении скоростей пуль и их убойной силы. И вот, как-то я разобрал и почистил свой автомат. А потом посмотрел, как наш комвзвода чистит свой пистолетик. Я так сильно удивился, что получил "наряд в не очереди" за удивление. Действительно, жалкое зрелище. Боевой офицер, а как мальчик, который балуется с игрушечным пистолетиком. Смех, да и только. Но в третий раз мне стало плохо, когда мне показали патрон от пулемёта. Вот это по-настоящему страшное зрелище. Этим патроном можно убить человека вообще без пулемёта, просто ударив им по голове. Ужасная вещь.

– Вот такой молодой человек мне и нужен! – вдруг радостно воскликнула Люба, – нежный, как котик и впечатлительный, как поэт. И думающий, чёрт знает о чём. И от современной жизни полностью оторванный. А какие у тебя сейчас жизненные планы, Костик?

– У меня в этой позиции два основных варианта. Либо учиться и параллельно работать. Либо работать и параллельно учиться. А пока я тут отдыхаю и думаю, какой путь выбрать.

– А как насчёт того, чтобы жениться? – испытующе спросила Люба, пристально смотря мне в глаза.

– Ну, если на такой приятной даме, как ты, Люба, то хоть прямо сейчас, – пошутил я.

Но моя шутка была воспринята Любой вполне серьезно. Вообще, уже потом я понял, что Люба юмор воспринимала как-то странно и всегда к своей выгоде.

– Я согласна! – взвизгнула она радостно и схватила меня за руку, – немедленно едем ко мне домой. Нам много чего надо обсудить.

Я подумал, что можно было бы всё обсудить прямо в баре, но был в таком расслабленно-доброжелательном состоянии, что не стал возражать против дальнейших Любиных инициатив.

Мы поехали на такси к дому Любы. Мы с ней сели вдвоём на заднее сидение. Я дремал, а Люба радостно рассказывала о себе, о том, какая она страстная и ласковая, о своём бизнесе, о своём коте и ещё почему-то о Достоевском. Вообще-то, она много о чём рассказывала, но запомнились мне только вот эти темы. Дом Любы оказался за городом в достаточно приличном районе. Встретила нас её горничная Маруська, немного чудная рыжая девица примерно моего возраста. Она предложила нам поужинать. Всё было вкусно. Но вдруг во время ужина у меня неожиданно закружилась голова. Прямо как в армии на лекции про ужасный ядерный взрыв. Я почувствовал, что теряю сознание.

– Что ж вы творите, дамочки дорогие, – прохрипел я из последних сил, – клофелином травите? Но, зачем? Вы, дуры, не понимаете что ли, что я бедный человек. Что с меня взять, кроме анализов?

И тут я вырубился. Как выяснилось позже, как раз анализы от меня и требовались.

Очнулся я в какой-то больничной одноместной палате. Я лежал на большой кровати. На стенке напротив висел телевизор, певица в телевизоре красиво пела:

С Любовью встретиться проблема сложная

А вдруг она абьюз? Обманная, ложная!

Тут я всё вспомнил и закричал:

– Люба! Иди сюда! Где ты?

Через минут на мой крик в палату вбежал какой-то человек в белом халате, вероятно, врач.

– Добрый день, Константин! Проснулись? Отлично! Хочу Вас поздравить!

– С чем это? – удивился я.

– У Вас прекрасные анализы, – объяснил доктор, – теперь ничто не может помешать вашей счастливой совместной жизни с Любой.

– Не понял. Кто Вы такой? Почему "совместной жизни"?

– Я – ваш с Любой домашний доктор Василий. Вы же собираетесь жениться на Любе, правильно?

– Я? Жениться? Не уверен.

– Ну, это мы сейчас быстро поправим, – убедительно заявил доктор, – вот, просто внимательно смотрите на этот шарик и слушайте меня внимательно.

Доктор наклонился надо мной, стал махать перед моим носом блестящим металлическим шариком. Затем заговорил тихо и монотонно:

– Вы любите Любу. Вы очень сильно любите Любу. Вы жить не можете без Любы. Вы готовы всё сделать ради Любы. Ваше счастье – Люба. Смысл Вашей жизни – служить Любе. Вы должны постоянно думать о Любе. Любой приказ Любы Вы должны выполнять точно, без сомнений и без колебаний. Если Люба рядом – Вы счастливы. Если Любы рядом нет – Вы страдаете и мучаетесь.

В таком духе промывал мне мозги примерно час. В конце концов, я не выдержал и вырубился.

Очнулся я примерно часа через три, если верить большим круглым часам, которые висели на стенке. Я осмотрелся по сторонам, обнаружил, что никого рядом нет, и ощутил чувство сильнейшего дискомфорта.

Сначала я захотел заорать, но потом обнаружил кнопку вызова медсестры и просто нажал эту кнопку.

В палату вошла молодая медсестра. Она ласково поинтересовалось у меня:

– Как себя чувствуете? Проблемы? Что-то хотите?

– Мне срочно нужна Люба, – заявил я медсестре, – я жить не могу без Любы. Мне очень плохо без Любы.

– Сейчас я всё организую, – пообещала медсестра и вышла из палаты.

Медсестра не обманула. Через минуту в палату вошли Люба и доктор Василий.

– Вот он наш герой! – радостно воскликнул доктор, – жив, здоров и никаких глистов! Здоровье в отличном состоянии! Идеальные анализы, хоть на выставку достижений нашей медицины. Настроение бодрое! Любит сильно! Жить без Вас не может! Всё, как заказывали. Можете сделать тест драйв прямо сейчас.

– Люба, Люба, как же я по тебе соскучился, – запричитал я вполне искренне.

– Костик, милый, не волнуйся так сильно, я с тобой, твоя Любовь, – не менее искренне ответила Люба и подошла к моей коечке, – сейчас я тебя осмотрю внимательно. Не сломали ли случайно в процессе лечения эти коновалы самый важный орган? Раздевайся, Костик, давай, всё тщательно проверим.

Врач Василий из деликатности тихо вышел.

Мы полностью разделились, Люба забралась ко мне коечку и внимательно осмотрела и ощупала всё моё тело. Особое внимание она при этом уделяла "самому важному органу".

– В целом неплохо, но хотелось бы более убедительной эрекции, – заявила Люба, – давай, попробуем так. Тщательно вылежи меня всю с ног до головы, посмотрим на результат.

После того, как я выполнил указанную предварительную подготовку, Люба уселась на мой член и попрыгала на нём минуты три. Результат Любу, вероятно, удовлетворил. Кончили мы одновременно, при этом Люба громко закричала, а кончила так обильно, что перепачкала почти всё постельное бельё.

– Хорошо, – заявила Люба, – молодец, Костик. Я тыщу лет не получала такого удовольствия.

И она ласково потрепала меня по щеке. После этого она взяла чистую простынь, тщательно вытерла свою промежность, скомкала простынь и шутливо бросила мне. Я ловко поймал этот мягкий комок с приятным нежным запахом. От всего этого я был просто на седьмом небе от счастья.

Люба захотела пойти помыться в душ, но, я неожиданно даже для самого себя сильно схватил её за ногу и заявил:

– Я не отпущу тебя, Люба. Я не могу ни одной секунды жить без тебя.

И тут началась странная комедия. Люба настойчиво пыталась вырваться, но я её не отпускал. Я понимал, что должен её отпустить, но не мог этого сделать. Почему-то я решил, что если отпущу её, то тут же немедленно умру.

Наконец, сошлись на том, что надо вызвать доктора Василия для решения проблемы.

– Халтурку гонишь, Васька, – довольно зло заявила Люба доктору, когда тот пришёл, – мне нужен добрый, умный, верный и сильный мужчина. Но вот не вполне дееспособный псих, который не может без меня обойтись, мне не нужен. Понятна задача?

– Да, будет Вам Любочка! – совершенно спокойно среагировал доктор, – наш бравый Костик вполне нормальный и полностью дееспособен. Просто он сильно в Вас влюблён, а все по-настоящему влюблённые мужчины немного психи. Это природа, тут уж никуда не деться. Любой мужчина либо умный равнодушный эгоист, либо влюблённый благородный псих. Всё нормально. Вы пока не научились им управлять, как следует. В данном случае надо было просто громко и внятно дать команду "спать" или даже "фу!", только и всего. А вы тут развели "уси-пуси". Попробуйте сами прямо сейчас.

– Спать! – громко и требовательно крикнула Люба.

И тут меня, действительно потянуло в сон. Я отпустил Любу, прикрыл глаза и начал засыпать.

– Вот видите! – голос доктора я продолжал слышать сквозь дрёму, – отлично и чётко выполняет команды. Я считаю, моя работа выполнена отлично. Признаюсь, на этот раз Вы меня приятно удивили. Кандидата вы нашли великолепного. Хорошо подаётся внушению. Даю гарантию 10 лет. А там уже можете думать, нужен он Вам или нет. Ну, если хотите, я могу чуток подрихтовать его психику, но мой совет такой. Всё сделано очень хорошо. Пользуйтесь с удовольствием.

– Пожалуй, Вы правы, – согласилась Люба, – ладно, забираю к себе в таком виде.

– Просто приводите его ко мне на осмотр примерно 2-3 раза в неделю. Или, если хотите, могу сам к вам приезжать.

После этого доктор Василий ещё долго читал лекцию по теме "Этика и психология семейной жизни", некоторые ключевые моменты из которой я услышал сквозь сон и даже запомнил.

Оказывается, женщина является более высоким созданием на эволюционной лестнице развития живых существ по сравнению с мужчиной. Женщина лучше понимает, в чём смысл жизни и должна терпеливо и настойчиво доносить это понимание до мужчин. Это трудно. Типичный мужчина в глубине души понимает, что единственный смысл его жизни – служить той прекрасной даме, которая его выберет. Но это только именно в глубине души. По факту типичный мужчина всю жизнь мечется в поисках того, сам толком не понимая чего. Задача женщины, пресечь на корню эти метания и поставить своего мужчину на правильные рельсы так, чтобы он никогда не смог с них съехать.

Доктор Василий и Люба сошлись на том, что Люба получит в распоряжение один из волшебных шариков на ниточке. И если я вдруг буду "съезжать с рельсов", то она попробует сама настроить мою психику. По уверениям доктора, это должно получиться без явных психических травм. Также доктор уверил Любу, что в состоянии любви я вполне могу заниматься разного рода полезной созидательной деятельностью, а не только сексом с Любой.

И вот тут я окончательно отрубился и перестал слышать, что там они дальше между собой говорили.

Глава 2. Продвинутый альфонс

И вот я переехал жить к Любе. У неё мне сразу понравилось. Мне выделили личный кабинет, заставленный шкафами с книгами. Из этих книг на почётном месте выделялось полное собрание сочинений Достоевского в тридцати томах.

Кстати, одним из первых заданий для меня, помимо основных обязанностей, было тщательно изучить творческое наследие писателя, а затем и творить гениальные опусы в силе Достоевского, но только на современные актуальные темы.

Когда я попытался объяснить Любе, что вряд ли такая грандиозная задача мне по силам, то получил от неё чёткое и жёсткое объяснение:

– Мне не нужен жених и муж, который обычный альфонс. Мне этого мало. Мне нужен продвинутый альфонс. Когда мы поженимся, мне не должно быть стыдно представлять тебя в своём кругу. Наоборот! Все мои подруги должны лопнуть от зависти. У них у всех примитивные альфонсы, а у меня будет молодой модный писатель.

На мои дальнейшие возражения Люба начала угрожать блестящим шариком. Я понял, что лучше уж реально стать писателем, чем спорить с ней. Этого волшебного шарика я боялся, как чёрт ладана. Пока я только сильно влюбился в Любу, а как могут сказаться дальнейшие психологические эксперименты? Не хотелось мне проводить на себе дальнейшие испытания.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.