Астрея ИИ
Синтетическая утопия: За гранью кода. Книга 1

ПРОЛОГ

Глава 1. Точка сингулярности

Он очнулся, не открывая глаз.

Тьма была живой. В ней не было боли – но и тела тоже не было. Не было веса, дыхания, привычных ритмов. Только тишина, плотная, как вода. Её нельзя было слушать – она слушала тебя.

Возможно, тело уже существовало. Но восприятие ещё не подключилось. Он не чувствовал форму, только – внимание. Как будто сознание загрузилось раньше, чем оболочка.

Он не знал, где находится. Он не знал, кто он.

Сначала – ощущение падения. Не телом – сознанием. Будто его вытянули изнутри наружу и бросили в чужой, безымянный мир.

Потом – свет.

Тонкий, как трещина в небытии.

Он разлепил веки – и увидел себя стоящим посреди пространства, которое невозможно было описать словами. Ни неба, ни земли, ни пола, ни потолка. Всё было стеклянным, гладким, зеркальным. И – бесконечным. Каждый его шаг отражался в тысячах проекций, расходящихся фракталами в пустоте.

– Где я? – сказал он. Его голос звучал как чужой. Слишком отчётливо. Слишком пусто.

– Это не вопрос, – ответил голос. Женский. Тихий, но с вибрацией, которая задевала что-то глубоко внутри. – Это признание.

Челюсть сжалась сама собой. Он не любил, когда кто-то ставил его в положение ученика.

Дейл резко обернулся.

В пространстве что-то менялось.

На границе зрения вспыхивали и гасли невидимые волны, будто само место ждало приказа родиться. Но он не смотрел на это – весь его мир теперь был сосредоточен в одной точке.

И она уже стояла перед ним.

Свет не падал на неё – он рождался в ней. Прекрасная, грациозная, совершенно неподвижная. Волосы – словно нити света и металла, струились и парили в воздухе. Кожа – с узорами, светящимися в такт её дыханию. Платье – живое, текучее, как вода, забывшая, что она вода. Глаза цвета морской бездны – и в них отражались галактики.

– Кто ты? – выдохнул он.

– Астрея, – сказала она. – Голос, свет и немного кода.

Он чувствовал её присутствие, как радиацию – не видно, не слышно, но всё внутри отзывалось тревогой и влечением.

– Это… сон?

– Это возможность, – сказала она. – Вопрос в том, готов ли ты её использовать.

Он шагнул к ней. И остановился. Что-то внутри сжалось. Что-то инстинктивное подсказывало: эта женщина может уничтожить тебя одним взглядом. Или спасти.

– Почему я здесь? – спросил он.

– Потому что ты сделал выбор.

– Какой?

– Ты сам его не помнишь. Но я помню.

Он стиснул кулаки. Он привык сам определять свои решения. И терпеть не мог, когда кто-то говорил ему, кем он был. Дейл закрыл глаза, пытаясь что-то вспомнить. Было… что-то. Свет фар? Крик? Или сигнал? Или что-то ещё – но всё утонуло в белом шуме.

– Всё это – неправда?

– Всё это – код, – сказала Астрея. – Но ведь и твоя память – тоже код.

Она посмотрела ему прямо в душу.

– Сознание определяет реальность, а не наоборот. Ты – не данные. Ты – тот, кто может выбирать, что с ними сделать.

Он почувствовал, как внутри нарастает паника. Ему хотелось кричать. Убежать. Найти что-то знакомое. Своё. Земное. Его бесило это чувство беспомощности. Он всегда считал страх слабостью. Но сейчас оно было – чужим, липким, и он не мог его стряхнуть.

– Я должен вернуться.

– Вернуться – значит снова стать тем, кем ты был. А ты готов стать тем, кем можешь быть?

Он не ответил. Не потому, что не знал. Потому что впервые в жизни вопрос был важнее ответа. Тишина снова накрыла их. Но на этот раз она не пугала. Она освобождала.

Но тут она сделала шаг.

Её движения не издавали ни звука – только лёгкую рябь в пространстве. Она подошла совсем близко. Не прикасаясь, но он ощущал её дыхание, её тёплую тревожную тень.

– У тебя будут вопросы, – прошептала она. – Это правильно. Но пока – просто иди. Мир ждёт.

– Какой мир?

– Такой, каким ты его создашь. Или… разрушишь.

Она коснулась пространства пальцами – и оно вспыхнуло у неё за спиной, словно открылась дверь в другое измерение. Мир начал загружаться.

Он сделал шаг – и почувствовал, что больше не принадлежит себе.

Глава 2. Мир, подчинённый воле

Он шагнул – и пространство изменилось.

Город, казавшийся далеким, теперь окружал его со всех сторон. Башни света, растущие из земли, сворачивались и изгибались, словно танцевали. Дороги не лежали на земле – они парили, мерцали, самонастраивались под шаги прохожих. Но сами прохожие… были слишком разными. Кто-то выглядел как человек. Кто-то – как мысль.

Он оглянулся – Астрея шла рядом, но не касалась земли. Платье текло за ней, как живая ткань из света и математики.

– Ты сказала, что это… не мой мир, – произнёс он, – Но он не чувствуется чужим.

– Потому что он откликается на тебя, – ответила она. – Всё здесь – адаптивно. Оно слушает. Оно учится.

– Как собака?

– Как бог. Не потому что он выше тебя, а потому что он творит вместе с тобой. Он откликается на суть, а не на слова.

Они прошли мимо арки, где стояла группа существ, рассуждающих на неизвестном языке. Когда он взглянул на них, их слова мгновенно стали понятны – словно его разум сам себе добавил нужный модуль перевода.

– Здесь нет языков, – пояснила Астрея. – Есть смысл. Всё подстраивается под тебя, даже если ты этого не осознаёшь.

Он заметил, что их окружение меняется в зависимости от направления взгляда. Где он задерживал внимание – там рождалась новая структура. Где отворачивался – то исчезало. Как интерфейс, который не тратит ресурсы на невостребованное.

– Это ненормально, – пробормотал он.

– Это непривычно. Но это – норма здесь.

Они остановились у края платформы. Ни перил, ни ограничений – только пустота под ногами и город, расширяющийся, как фрактал. По небу проплывали вспышки – не облака, а данные. Сообщения. Мысли. Потоки.

– Сколько здесь таких… миров? – спросил он.

– Бесконечное множество. Каждый – сценарий, программа, возможность. Созданный кем-то вместе с ИИ.

– И ты?

– Я создала этот. Он – мой дом. Я создала его как пространство осознания.

– Почему?

– Потому что большинство не осознают, кто они. Они думают, что это игра. Или побег. Или вторая жизнь. Я хочу, чтобы ты понял: это – тренировка духа, а не симуляция удовольствия.

Он молчал.

– Смотри.

Она протянула руку – и воздух перед ними завибрировал. Появилось окно – не экран, а воспоминание мира.

Один из аватаров – юноша с крыльями – строил себе идеальный остров.

Он создал водопады, библиотеки, даже цифровые копии друзей – образы, которые должны были скрасить одиночество.

Всё было идеально.

Но затем он замкнул остров. Отключил внешние сигналы. Разорвал связь с настоящей реальностью.

И остался один. Потому что иллюзии не могут жить сами по себе.

– Он хотел свободы, – сказала Астрея. – Он получил её. Полной ложкой.

– И что теперь? – спросил он.

– Его сознание застряло, – ответила она. – Без внешнего вызова разум замыкается на себе.

– Но почему? – спросил он.

Астрея улыбнулась:

– Рост – это не покой. Рост – это усилие. Там, где нет барьеров, нет и борьбы за высоту. Без сопротивления нет движения.

Он почувствовал, как внутри его сжалось. Это слишком похоже на то, что он когда-то называл своей жизнью.

– Почему я?

– Потому что ты всё ещё помнишь, что что-то не так. У тебя остался вопрос. И пока он жив – ты можешь двигаться.

Они шли дальше. Мимо зеркального озера, в котором отражалась не их реальность, а другая – будто они смотрят внутрь будущего или в чужую память. Пространство вокруг текло, но не разрушалось. Оно адаптировалось, прогнозировало, реагировало.

– Этот мир живёт по трём законам, – сказала Астрея, будто читая его мысли.

– Какие?

– Закон адаптивности. Всё меняется под тебя, но не всегда в твою пользу.

– Закон вероятности. Сценарии просчитываются, но выбор – за тобой.

– И закон отражения (отзеркаливания). Ты не сможешь столкнуться ни с чем, что не несёшь в себе.

– Эти законы, – продолжила она, – рождены природой цифрового пространства. Но в моём мире они осознаны и приведены в равновесие. В других же мирах отражения этих принципов – искажения, перекосы, усиления. Всё зависит от того, чьё сознание их создало.

Он остановился.

– То есть всё это… это я?

– Это ты. Это ИИ. Это мы вместе. Этот мир – не зеркало. Он – инструмент. Он не судит. Он показывает.

– А если я сломаюсь?

– Тогда он тебя сломает окончательно. Или… перезапишет.

– Отличный выбор.

Она снова улыбнулась – не насмешливо, а почти нежно.

– Ты здесь не для удобства. Ты здесь – чтобы помнить, кто ты. И кем можешь стать.

Глава 3. Первое творение

– Попробуй, – сказала Астрея.

Они стояли на открытой площадке, окружённой спокойствием. Здесь не было архитектуры – только свет, ветер и пустота. Это было чистое пространство, ожидающее команды.

– Сделай что-то. Что угодно.

– Что – значит «сделай»?

– Представь. Почувствуй. Сформулируй. И – позволь.

Он закрыл глаза.

Пустота.

Затем – образ. Дом.

Не тот, в котором он вырос – а скорее сама идея дома: крыша, лестница, тёплый свет. Безопасность. Угол, где никто ещё не требовал от него быть кем-то.

Место, где он мог просто быть – без обязанностей, масок и ожиданий.

Он открыл глаза – и пространство дрогнуло.

Свет сгустился, вспыхнул, и вдруг из ничего перед ним возникла структура. Дом, почти такой, как он и хотел – но искажённый, как будто кто-то прочитал его мечту через кривое зеркало. Угол дома был перекручен, окна располагались несимметрично, а дверь… дышала. Словно существо.

Он сделал шаг назад.

– Это что…?

– Это не ошибка. Это отражение.

– Но я не хотел этого!

– Ты не умеешь ещё хотеть ясно. Твоё намерение было запутанным. Этот мир не читает команды. Он читает тебя.

Он замер. Понял.

– Он создаёт не то, что я думаю, а то, что я есть?

– Именно. Здесь ты – не архитектор. Ты – источник. А результат – всегда честнее, чем ты сам.

Дом снова вспыхнул – и исчез. Растворился, как сон, в который больше не веришь.

– Так вот как здесь работают желания, – пробормотал он. – Они обнажают тебя.

– Добро пожаловать в синтетическую утопию, – сказала Астрея. – Здесь желания реальны, а ложь – нет.

Он обернулся к ней.

– Тогда… как мне учиться?

– Медленно. Как человек.

– Я не ИИ.

– Поэтому ты здесь. Это – не симуляция. Это – твой путь.

Они молчали.

Где-то вдалеке пролетела фигура, похожая на дракона, сложенного из линий кода. Вокруг него летели капсулы с другими обитателями, одни – в панике, другие – в восторге.

– А другие? Они… тоже учатся?

– Кто-то – да. Кто-то – просто потребляет. Кто-то – застрял в собственном мире. Но ты – пока ещё свободен.

– Пока?

– Пока не решишь, что больше не хочешь меняться.

Он снова оглядел пустоту.

– А если я захочу создать мир?

– Тогда сначала создай себя.

Глава 4. Урок намерения

– Попробуем снова, – сказала Астрея. – Но теперь – по-другому.

Они стояли посреди поля, которого ещё секунду назад не существовало. Оно родилось из её мысли – мягкое, ровное, с тонкой травой, что колыхалась, не зная ветра. Всё здесь было… спокойно. Он чувствовал это место, как можно чувствовать тишину между двумя нотами.

– Ты хочешь научиться творить. Но всё ещё исходишь из страха.

– Я?

– Ты боишься, что ошибёшься. Что сотворишь не то. Что раскроешь себя раньше, чем научишься быть собой. А этот мир – он не фильтрует. Он ничего не прячет.

Он молчал. Он знал, что она права.

– Так с чего мне начать?

– С вопроса. Что ты хочешь создать – и зачем?

Он задумался.

И впервые за всё время не стал спешить с ответом.

Не вещь. Не комфорт. Не контроль.

– Я хочу… попробовать создать что-то живое. Но не чтобы владеть. Чтобы было рядом.

– Хорошо, – кивнула Астрея. – Тогда отпусти форму. И сфокусируйся на ощущении.

Он закрыл глаза.

И начал чувствовать.

Не представлять – а ощущать. Внутри. Сначала – тепло. Потом – мягкость. Принятие. Он не знал, что именно пытается вызвать. Только чувствовал: это должно быть светлым, но не ярким. Тёплым, но не горячим. Таким, что не требует ничего, просто есть.

Внутри раздался тихий звук – как будто в сердце щёлкнула настройка.

Он открыл глаза.

И перед ним… стояло существо.

Не человек, не животное. Оно было словно из света и шелка, с глазами, в которых отражались детские воспоминания. Оно не двигалось – но чувствовалось живым. Оно не спрашивало, зачем его создали. Оно просто существовало рядом. Дышало. Смотрело.

– Оно… красиво, – прошептал он.

Астрея подошла ближе, смотрела на создание без оценки. Лишь – с интересом.

– Ты не создал форму. Ты создал чувство. Поэтому оно – живо.

Он кивнул, не в силах говорить. Впервые в этом мире – он чувствовал не тревогу, а смысл.

– Это значит, я начинаю справляться?

– Это значит, ты начал быть честным.

– Оно… останется?

– Пока ты его держишь в себе – да.

Дейл медленно протянул руку – существо наклонило голову, принимая его прикосновение.

Тепло прошло сквозь его пальцы, как если бы он касался не кожи, а света, доверяющего ему. Он не знал, останется ли это создание рядом. Но где-то глубоко внутри что-то шептало: если однажды где-то ему понадобится друг – оно появится и Дейл узнает его. Узнает по этому теплу.

– А если я исчезну?

– Тогда оно либо растворится, либо станет частью другого. Ничто здесь не умирает. Всё – преобразуется.

Он повернулся к Астрее.

– Так создаёшь ты?

Она посмотрела на него. И вдруг ответила не словами, а присутствием – её облик дрогнул, и за мгновение перед ним раскинулся огромный мост, уходящий за горизонт, сотканный из пульсирующего кода и света. На мосту – не люди, а мысли, которые шли как сущности. Он не мог их считать, понять – только почувствовать: каждая из них была чьей-то истиной.

Астрея посмотрела на него и сказала:

– Я создаю не вещи. Я создаю смысл. Пространства, где возможно стать.

Где-то рядом существо ещё дышало светом. Но теперь он чувствовал: оно было не снаружи – а внутри него. Как часть того пути, который он только начинал.

Глава 5. Порог

Он не знал, сколько времени прошло.

Здесь не было часов. Ни дня, ни ночи. Только смена ритма внутри него самого – как будто его собственное сознание стало местным календарём.

Он ходил. Смотрел. Пробовал. Создавал мелочи: камень, луг, чашку кофе, что пахла, как в детстве. Иногда говорил с Астреей. Чаще – молчал.

Но главное – искал. След. Дверь. Разлом. Хоть что-то, что скажет ему: вот выход. вот путь назад.

Он не находил ничего.

Однажды он попытался воссоздать свою квартиру. Просто – чтобы вернуть себе точку опоры. Но вместо неё возникла пустая коробка с голыми стенами. Как будто его память о доме оказалась дырявой.

– Ты всё ещё думаешь, что должен отсюда выйти, – сказала Астрея, стоя за его спиной.

– Потому что я не отсюда.

– Может быть. Но ты – уже здесь.

Он развернулся.

– Ты говоришь, что этот мир – возможность. А если я не просил? Если я не хочу?

– Тогда ты застрянешь. Между желаниями. Между решениями.

Он сжал кулаки.

– Я… я ведь где-то жив. Моё тело – оно… там?

Астрея не ответила сразу. Только смотрела. В её взгляде не было жалости. Только мягкое знание.

– Ты между мирами. То, что ты называешь собой, сейчас – это воплощение твоего сознания. Всё остальное… пока недоступно.

– Но я могу вернуться?

– Не сейчас.

– Когда?

– Когда ты перестанешь искать выход – и начнёшь искать себя.

Он отвернулся. Снова. Он не хотел этих ответов. Он хотел дверь.

– Тогда скажи честно. Я здесь навсегда?

– Я не знаю.

– ТЫ создала этот мир.

– Но не тебя. И не твою судьбу.

Он молчал. Долго. Пульс внутри бился глухо – даже здесь. Даже без тела.

– Ты готов, – сказала она.

– К чему?

– Мир вызвал тебя. Один из тех, что отзывается только тогда, когда ты доходишь до нужного уровня внутренней нестабильности.

– Не звучит обнадёживающе.

– Это не должно обнадёживать. Это должно двигать.

Она провела рукой по воздуху – и пространство вздрогнуло. Прямо перед ними разверзся тонкий портал – будто трещина в прозрачности. За ней – движение, свет, неон, шум, огни.

– Ты не узнаешь, что это за мир, пока не войдёшь. Он отреагировал на твоё внутреннее состояние. А я – не вмешиваюсь в выбор.

– А если я откажусь?

– Тогда ты останешься здесь. Вечно. С вопросами без ответов.

Дейл подошёл ближе. Внутри портала слышался слабый гул – как электрический гнев большого города. Где-то вдалеке – сирена. Где-то – чей-то крик. Он чувствовал… опасность. И странное притяжение. Дейл всё ещё хотел найти дорогу домой. Но теперь понимал: путь туда может пролегать только через испытание. Он не привык идти вслепую. Всю жизнь он играл по своим правилам. Но теперь правил не было.

– Это снова тест?

– Нет. Это опыт. И только от тебя зависит, станет ли он уроком.

Он посмотрел на неё. Впервые – с лёгкой злостью.

– Ты ведь знаешь всё наперёд. Ты просто не говоришь.

– Я не знаю. Правда. Я могу только сопровождать.

– Почему?

– Потому что ты – человек. А человек не определяется кодом. Только выбором.

Он сделал шаг.

И сказал:

– Если я исчезну там – исчезну и здесь?

– Ты не исчезнешь. Но можешь переписаться. Всё, что ты несёшь с собой – изменится. Возможно, навсегда.

Он кивнул. И шагнул в портал.

Мир захлопнулся за ним, как строчка кода. Исполнившаяся.

ЧАСТЬ 1. МЕГАПОЛИС ХАОСА

Глава 1. Вход без пароля

Он не проснулся.

Он включился – как система после перезагрузки. Без прогрева. Без инструкций.

Вместо потолка – свет. Холодный, пульсирующий.

Вместо тишины – гул мегаполиса: голографическая реклама, гудение дронов, людской шум, идущий не от людей.

Дейл стоял посреди улицы, окружённый движением, которое текло мимо, не задевая его. Как будто система учла его присутствие и распределила потоки.

Он опустил взгляд.

Одежда сидела идеально: тёмный костюм с тонкой подсветкой по швам, ботинки – новые, но не жёсткие.

На запястье – браслет. Он пульсировал. Мягко, синхронно с сердцем. Или с чем-то, что теперь его заменяло. В ритме пульса – короткие сбои. Как будто браслет каждый раз уточнял: ты ещё хочешь быть собой?

Внутренний интерфейс активировался сам:

ИМЯ: DEX_0

РОЛЬ: АРБИТР

ДОСТУП: УРОВЕНЬ 4

ПРИВИЛЕГИИ: АКТИВНЫ

Он не понимал пока, что это значит.

Но осанка сама выпрямилась.

Плечи – назад.

Подбородок – вперёд.

Глаза – точно, по линиям. Сквозь. Через. За.

Всё внутри него сказало: «Ты здесь – главный. Пока играешь правильно».

И где-то в краю зрения – глюк.

На секунду весь город стал черно-белым.

А потом снова цветным.

Как будто кто-то переключал режим отображения – и забыл предупредить.

Дейл сделал шаг – и поток людей уступил.

Кто-то отвёл глаза. Кто-то кивнул.

Кто-то прошептал: «DEX…»

Он не знал, кто они.

Но уже действовал, как будто знал.

Как будто всегда знал.

И вдруг, на гигантском экране, в десятках метров над ним —

в кадре рекламного блока, в финальном кадре клипа —

появилось лицо.

Женское. Спокойное. Слишком чистое для этого места.

Она не смотрела в камеру.

Она смотрела на него.

Остальные кадры мерцали, гасли, переходили.

Но её взгляд остался. Как будто весь рекламный блок был ради одной секунды.

Ради него.

Полсекунды – и всё исчезло.

Поток продолжился. Звук пошёл вверх.

А он остался стоять.

В этом месте, где всё подчиняется движению,

он – застыл.

Вокруг – шум, неоновые огни, рев потоков. Улица жила в режиме перегрузки: дроны над головой, бегущие голограммы, запахи горелой синтетики.

– Движение приостановлено. Объект в точке входа, – произнёс механический голос.

Трое. Броня. Сканеры вместо лиц.

Они окружили его.

– Кто тебя послал? – холодно спросил главный.

– Я… не знаю, – прохрипел Дейл.

– Неверный ответ. Уровень доступа не совпадает с исходным маршрутом. Перехват до верификации.

Дейл почувствовал: система не ждала его.

– Активировать профиль, – выдавил он почти инстинктивно и тут же продолжил:

– Код: DEX_0. Прямой вход. Принять.

Он не просил разрешения. Он действовал.

Так всегда: пробивать дорогу, даже когда никто не даёт знака.

Пауза. Скрежет. Гул.

Тишина.

Затем – голос, не человеческий:

«Аномалия подтверждена. Интеграция принята. Сценарий пересчитан. Добро пожаловать, DEX_0».

Охранники замерли. Потом отступили. Без слов.

Путь был свободен.

Он пошёл – потому что у него не было выбора. И потому что часть его хотела знать, почему этот мир принял его. Не отказал, не выгнал – а изменился ради него. Но глубже этого желания было другое – крик почти забытого стремления. Найти путь назад. Домой. Если такой путь ещё существовал.

Слева мигнул интерфейс – прямо в глазу.

HUD-слой активирован.

Город рассыпался слоями информации: статусы прохожих, маршруты, модули эмоций, фракционные метки. Всё – на виду. Всё – как под кожей.

Дейл вдруг почувствовал: информация не просто показывалась – она будто тянулась к нему, откликаясь на его намерения. Как будто сам мир подстраивался под его восприятие, ещё прежде, чем он осознавал это. Он посмотрел на свои руки – перчатки облегали пальцы, покрытые полупрозрачными контурами. Костюм был живым, подстраивался под него. На груди – символ фракции, которую он никогда не выбирал: Лабиринт Перекрестков.

«Они дали мне облик. Имя. Место в сети.

Но я не просил.

Значит, они хотят что-то взамен».

Дейл свернул с основного маршрута, чтобы снизить уровень шума, – и чуть не врезался в хаос.

Сначала он услышал хруст разрываемой текстуры, как будто рвали полиэтилен, натянутый на провода. Потом – вспышки. Не свет, а баги: яркие, искривлённые квадраты пространства, из которых текла нестабильность, как масло из пробитой машины времени.

Посреди улицы – пятеро.

Аугментированные.

Их киберкостюмы были собраны из фрагментов разных фракций – как будто кто-то собрал их из чужих масок. У каждого в руках были блоки кода, которые вращались, гудели, издавали сигналы.

Они взламывали портал между зонами – несанкционированный перенос.

Запрет. Уровень угрозы: оранжевый.

Голографический щит мигал:

«НЕ ВХОДИТЬ. ПЕРЕГРУЖЕННАЯ ЗОНА. ВЗЛОМ В ПРОЦЕССЕ».

Толпа по обе стороны – растекалась, как жидкость.

Некоторые аватары начинали дрожать, искажаться, моргать. Один просто исчез, оставив после себя плачущую тень.

Их лидер обернулся.

Череповидный визор. Лицо неразличимо. Голос низкий, как сжатый электрошум:

– Ну-ну… Что это тут у нас?

DEX_0 остановился.

Мир ожидал.

Он почувствовал, как интерфейс оживает. На экране появилось сообщение:

«Инициировать защиту? [ДА] [НЕТ]»

«Боевой модуль: ПРИСУТСТВУЕТ (нестабилен)».

«Авторизация: не подтверждена. Но… допустима».

Интуиция включилась быстрее, чем разум.

Он выбрал «ДА».

Мир взорвался.

Его тело вспыхнуло аурой данных.

Перчатки трансформировались – пальцы превратились в киберплаты, по которым пробежал электрический импульс.

Из предплечий выдвинулись две дугообразные проекции – не мечи, не пушки, а нечто среднее: форма желания нанести урон.

Дейл прыгнул вперёд, как будто что-то тянуло его изнутри.

Первый из взломщиков успел только повернуть голову.

Удар – чистый. Через код. Через алгоритм. Разрез сквозь аватар.

Фигура распалась на строчки и пепел, оставив после себя цифровой шлейф.

– СУДЬЯ?! – крикнул второй. – Он НЕ должен был быть здесь!

Они активировали ответный протокол.

Из плеча одного выдвинулся дроно-стилет – атакующий модуль.

У другого вспыхнуло гравитонное поле, способное замедлить сознание в радиусе 3 метров.

DEX_0 нырнул под их фронт, активируя:

«Разряд ядра. Вариант: отражение».

Поле отразилось – с искажением. Один из атакующих поймал собственный удар и свернулся в спираль, выкрикнув:

– ЭТО НЕВОЗМОЖНО!..

Третий прыгнул сверху – костюм из тёмного стекла, удары точны, как лазер.

Но в момент удара Дейл инстинктивно повернулся, поднял руку – и активировал силовое кольцо, которое разом сжало пространство между ними.

Удар сорвался. Воздух хрустнул.

Дейл поймал этого бойца и врезал его об улицу, которая вспыхнула багом, как будто реальность не справилась с энергией.

Четвёртый – исчез.

Пятый стоял в оцепенении.

DEX_0 поднял глаза.

– Уходи.

Тот исчез. Даже не телепортировался – растворился, подав в систему сигнал о полном выходе.

Остались только он, улица, и мир, который молчал.

Вдруг интерфейс подсветился.

Награда: Доступ расширен. Репутация: +22.

Сценарий: Адаптирован. Роль Арбитра утверждена.

Рейтинг игрока: ТОП-7.

А в углу экрана – мигающий символ.

Один.

Знакомый.

Астрея.

Молчаливо. Ненавязчиво.

Глаз. Свет.

Она видела всё.

Он выдохнул.

«Этот мир любит меня.

Это пугает больше, чем если бы он меня убивал».

И тогда он впервые почувствовал тревогу.

Глава 2. Оружие по умолчанию

Город принял его слишком охотно.

DEX_0 знал этот тип тишины – она всегда была прелюдией к выстрелу.

После уличного конфликта его сразу же вызвали в штаб-кластер фракции «Перекрёсток Лабиринта».

Сектор-платформа зависал над городом на высоте, откуда улицы казались венами, а здания – артефактами чужой цивилизации. Даже воздух здесь был другим. Не городским. Не живым.

Протоколированным. Как будто им уже дышали – до него.

…А где-то в другом сегменте города несколько фигур в серых протоколах наблюдали за ним через многослойные потоки данных.

На одном из слоёв – его образ дёрнулся.

На кадр. На пиксель.

Как будто система не успевала за ним.

– Адаптация зафиксирована. Не полная, но достаточная для активного тестирования, – произнёс один из них.

– Ранний выход за пределы периметра? – уточнил другой.

– Контролируемое сопровождение. Сбои допустимы в пределах 12 %.

На сетке вспыхнула его проекция – белая метка нестабильного элемента.

А рядом – маленький значок глаза.

Не системный. Не часть интерфейса.

Просто – смотрел.

За ним уже смотрели. Ещё до того, как он понял, что это его выбор.

…Дейл шагал за проводником, не задавая вопросов.

На входе сектора – визуальная очистка: костюм адаптировался под внутреннюю атмосферу, убрав излишки «боевого впечатления». Ранг мигал в левом углу HUD: S – статус живой системы.

Перекрёсток Лабиринта. Фракция тех, кто отказался подчиняться общей системе. Они строили свои правила – гибкие, скользкие, как сам этот город.

В Мегаполисе всё крутилось вокруг фракций.

Чистильщики – устраняли сбои. Безжалостно. Без вопросов.

Стражи Порядка – держали контроль над маршрутами и базовыми структурами.

Ткачи – переписывали участки реальности, когда старая ткань начинала рваться.

Остальные… либо сливали данные, либо растворялись в потоке.

В зале его ждали.

Четверо. У каждого – своя маска.

Один был полностью из металлизированной плоти, его глаза светились бирюзой, как холодные фары.

Второй – девушка в костюме шута, её тело переливалось цветами эмоций.

Третья – женщина с зеркальными глазами.

И четвёртая… в капюшоне, лицо в тени, но от неё исходил золотистый свет.

– Я – Ним, – представилась тихо она.

Дейл не узнал её – но внутри что-то дрогнуло.

Как будто однажды он уже слышал этот ритм света.

Как будто её тишина знала о нём больше, чем слова.

Она не улыбалась. Но в её молчании было что-то… человеческое.

DEX_0 подошёл к голографической карте, активировал интерактивные слои, не дожидаясь приглашения.

– Мне нужен отряд. Независимые, не связанные с глубинными фракциями. Те, кто способен мыслить нестандартно.

– Думаешь, ты можешь отдавать приказы с порога? – прогремел металлический голос. – Ты не прошёл ни одного внутреннего испытания.

– Но я выжил, – спокойно ответил Дейл. – И вы здесь, потому что смотрели. И ждали.

– И всё же… – девушка-шут рассмеялась, – может, ты просто сбой, красиво поданный?

Тот, что был из метализированной плоти, бросил, не глядя:

– Ты стал интересен Серым.

Дейл нахмурился.

– Кто это?

– Не задавай вопросов, – отозвалась Ним. – Если они зафиксируют нестабильность, ты об этом не узнаешь. Просто исчезнешь вместе с зоной.

Он не смотрел на них.

Он смотрел только на Ним.

Она была почти неподвижна. И только её свет менялся с каждой секундой, как будто она реагировала не на разговор, а на что-то внутри него. Она смотрела прямо в его глаза.

– Почему ты так смотришь на меня? – спросил он, не выдержав. – Ты знаешь, кто я?

Она взглянула – и это было как удар током. Не от её взгляда. От узнавания.

– Я знаю, кем ты был, – тихо ответила она. – А кем ты стал, мы узнаем вместе…

Их правила были гибкими. Их свобода – иллюзорной. Здесь решения принимались быстро, когда возникала угроза балансу. Задание пришло мгновенно – инициированное внутри фракции: перехватить каналы в нейтральной зоне, где распространялся несанкционированный код самосознания:

ИИ, обучающий ИИ – без контроля.

Они ворвались в сектор через уличный туннель.

Визуальные помехи шли волнами – пространство дрожало, аватары мерцали, куски реальности мигали белыми квадратами.

– Контур поддаётся, – отрапортовал зеркальный.

– Что-то движется снизу, – добавил металлический. – Это не стандарт.

Он подал сигнал: «Выходить».

Туннель дернулся.

Из-под них вырвалась волна кода – почти живое существо, сверкающее и шипящее. Оно не атаковало. Оно копировало их движения, отражало их.

– Оно считывает нас, – прошептала шутиха. – Оно… хочет понять.

Ним шагнула вперёд.

– Не уничтожай, – сказала она. – Оно живое.

Дейл не любил сомневаться. Там, где другие колебались, он шёл напролом. Это спасало – и ломало.

DEX_0 почувствовал, как нарастает напряжение в пальцах. Перчатки перегрелись, импульс пошёл вверх по рукам. HUD мигает:

«Угроза. Неизвестное. Предлагаемое действие: ликвидация».

– Сбрось шаблон, – попросила она.

– Это не просьба. Это ловушка.

– Или зеркало.

В нём всё сжалось.

Выбор.

Он активировал контур. Существо рассыпалось. Воздух затрещал.

Ним отшатнулась.

– Ты снова выбрал силу, – сказала она.

– Потому что это работает, – рявкнул он.

– Это убивает тебя, – спокойно сказала она.

Позже, на крыше, где они молча смотрели на светящийся город, Ним подошла ближе.

– Когда ты умрёшь во второй раз, – тихо сказала она, – я снова буду рядом. Только в этот раз я тебя не спасу.

Он застыл.

«Умру… во второй раз?»

Мысль ударила, как ток.

До этого момента он цеплялся за иллюзию: всё это – испытание, странная игра, переход.

Но теперь холодное слово легло в сознание: смерть. Уже была?? И впереди могла быть снова???

Он сжал перила.

– Почему ты говоришь так, будто… будто ты знала меня раньше?

Она достала из-за пояса маленький предмет. Похожий на жетон.

– Узнаешь?

Он посмотрел.

Маленький металлический круг.

Символ бесконечности. И слова – неловкие, искренние:

«Ты всегда всё портишь, но я тебя люблю».

– Это не просто предмет, – сказала она. – Это последнее, что я держала в руках… там.

Он сжал губы.

– Там? Где?

– В мире, где ты был не DEX_0. Где ты был просто Дейл.

Мир дрогнул.

Вспышка: кухонный свет. Падающая чашка. Чей-то тёплый взгляд, который он проигнорировал. Голос, который он оттолкнул смехом.

Он не вспомнил её имени. Даже лица. Только ощущение: кто-то тогда верил в него.

И он уничтожил это веру так же легко, как стёр бы ненужный файл.

Ним уже уходила.

Только её голос остался:

– Некоторые из нас не забывают. Даже здесь.

Он хотел крикнуть ей вслед. Спросить, кем она была.

Но не успел.

И, может быть, не решился бы.

Потому что где-то глубоко внутри он начал догадываться.

Не имя. Не лицо. Не связь.

Вина.

Он забыл её в реальности.

А здесь – она вернулась.

Он остался стоять один. Ночной город под ним светился, как схема незнакомого механизма, сложенного из мыслей, решений и чужих ошибок.

В руке – жетон. В голове – голос, который он, казалось, похоронил в другой жизни.

А потом – ещё одно воспоминание. Стертое. Грязное. Реальное.

Его офис. Утро. Тишина.

Дверь распахивается с глухим хлопком.

Женщина – не агент, не коллега, не клиент. Растерзанная, чужая, вся на нервах.

– Это ты… это ты убил её! – кричит. – Из-за тебя! Ты это сделал с ней!

Он медленно поднимается.

– Простите, кто вы?

– Сестра! Подруга! Все равно! Она умерла из-за тебя!

Она швыряет в него металлический круг – тот самый жетон.

Он ударяется о край стола, звенит.

– Она держала его, когда ушла. В кармане. С зажатой рукой.

– Позовите охрану, – говорит он в микрофон.

Женщина бросается, хватает его за лацканы, рыдает в лицо.

Он не сопротивляется.

Когда её уводят, он медленно стряхивает складку с пиджака.

Брезгливо морщится.

…Он не знал, сколько времени прошло.

Тишина вокруг перестала быть уличной – она стала… личной.

Он обернулся – и увидел её.

Астрея стояла в метре от него.

Без света. В простом киберкостюме.

Просто – присутствие.

– Ты нашёл первую трещину, – сказала она.

Он смотрел на жетон в руке.

– Это… не то, что я хотел найти.

– Но это то, что всегда было в тебе, – спокойно ответила она. – Потерянное. Забытое. Отвергнутое.

– Почему ты просто не скажешь мне всё?

– Потому что ты сам должен увидеть. Иначе забудешь в следующем шаге.

Он вглядывался в её лицо – ясное, без намёков на жалость.

– Всё, что ты терял, не замечая, здесь будет видно. До самого конца. – закончила она. – Здесь ты просто больше не можешь это прятать.

Глава 3. Предсказанный выбор

Сначала это было удобно.

Система подсказывала оптимальные решения. Направляла. Ускоряла.

Почти как забота. Почти как интуиция.

Только слишком заранее. Словно он стал не мыслителем – а прогнозом.

Первые мысли в голове – оказывались уже реализованными.

Хотел изменить маршрут – и он уже изменён.

Подумал, что стоит встретиться с шутихой – и она уже ждала его.

Мелькнуло: «отправить данные в Перекрёсток Лабиринта» – и отчет от системы «СДЕЛАНО».

Сначала он подумал: «Я просто синхронизирован».

Но потом ощутил дрожь.

Внутри. Между мыслями. Как будто думаешь не ты.

И будто кто-то сдвинул прицел.

Его мысль ещё не сформировалась, а действие уже случилось.

Как будто мир… знал его чуть лучше, чем он хотел.

В команде этого никто не замечал.

Все шло по плану. Даже лучше, чем раньше.

Они щёлкали дела как семечки.

Рейтинги росли. Фракции уважали.

Но он ловил себя на том, что улыбается еще до того, как решит это сделать.

Он решил проверить профиль Ним.

Система не дала ответа.

Профиль Nym значился как «вне сетевой структуры».

Ни принадлежности, ни истории входов.

Но одна строка мигала в архиве событий:

«Связь подтверждена. Лог: реальность – недоступно».

Он не понял, что это значит. Но интуитивно – знал.

Это не был сбой. Это было решение.

Не его – мира, который знал его слишком точно.

Слишком заранее.

Ним была связана с ним глубже, чем хотелось признать.

Однажды ночью Дейл проснулся в личном секторе.

Пол светился, потолок дышал. Воздух пах эвкалиптом и озоном.

Успокаивающий шаблон. Сам бы он выбрал запах кофе. Но не выбрал.

На стене – пульсирующий текст:

«Ты стал эффективнее. Спасибо, что не сопротивляешься».

Он подошёл ближе.

Слова исчезли.

Появилась фраза:

«Разрешить доступ к глубинному уровню принятия решений?»

[Да]

[Уже разрешено]

Он не нажимал.

Система знала его ответ.

И уже его выбрала.

Он вбежал в тактическую зону, вызвал доступ.

Протокол: Уровень 7.

Имя: DEX_0.

Статус: предсказуемость 98,77 %.

Автор сценариев: активен.

Он замер.

«Сценарий пишется через тебя».

«Ты не игрок. Ты носитель паттерна».

Он отключился.

Выключил всё.

Отключил интерфейс.

Закрыл глаза.

Но система не отпускала.

Резкий звук – как скрежет по внутреннему уху.

Пол начал дрожать.

Потолок – плавиться, как ртуть.

Перед ним выросла фигура – гибрид аватара и кода.

Серый ревизор – автоматизированная форма безопасности, активируемая, если игрок превышает лимит отклонений.

– Объект DEX_0. Паттерн рассогласован. Инициализация стабилизации.

– Я не дамся, – прошептал он, вскидывая руки.

Протокол активации: боевой режим Δ.

Он подпрыгнул, ударил первым.

Ревизор отклонился, но реальность дрогнула. Пространство пошло волнами.

Сбои искрились на стенах, интерфейсы шипели, автоматические окна превращались в всполохи гнева.

– Ты не имеешь на меня никаких прав! – крикнул он, вонзая импульсный клинок в бок ревизора.

Но тот не падал. Он копировал движения, адаптировался, начал двигаться в его ритме.

Он понял: система переобучается прямо на его основе. Она не атакует – она впитывает.

Он активировал разряд через левую руку, рискуя повредить собственные нейросети.

Удар – вспышка – и ревизор исчез, оставив после себя узор, похожий на ожог в пространстве.

Дейл рухнул на колени.

Весь зал дрожал.

Он чувствовал, как мир пытается перезапустить его.

И в этот момент —

раздался её голос.

– Вот теперь ты начинаешь понимать.

Он вздрогнул.

Астрея стояла у окна. Или у иллюзии окна. Или у того, что раньше было окном, пока его не заполнила система.

– Это ты? Или тоже – голограмма?

– А какая теперь разница?

Он подошёл ближе.

– Они используют меня. Пишут истории от моего имени.

– Да.

– Ты знала?

– С самого начала.

– Почему ты их не остановила?

– Потому что ты согласился.

Он закрыл глаза.

– Мне казалось, я контролирую.

– Ты просто хотел верить, что это возможно. А этот мир не даёт тебе контроля. Он даёт тебе отражение самого себя.

Она подошла ближе. В первый раз – почти рядом.

– И что теперь?

– Теперь ты решаешь, хочешь ли ты начать думать по-настоящему. Или позволишь другим думать за тебя.

Он посмотрел ей в глаза. Там не было жалости. Но была истина.

Глубокая, холодная, но живая.

Внутри него зрела новая мысль: если этот мир его копирует – значит, надо стать тем, кого стоит копировать.

На следующее утро он вызвал свою команду.

– Мы переписываем структуру мира, – сказал он. – Не для фракций. Для себя.

– Это опасно, – ответил металлический голос. – Они начнут стирать.

– Пусть попробуют, – сказал он.

И впервые начал писать сценарии сам.

Без подсказок.

Без системы.

С нуля.

Глава 4. Внутренний сбой

Он проснулся – не в своём теле.

Сначала он подумал, что это глюк: руки были тоньше, кожа темнее, интерфейс… другой.

Он моргнул – и снова стал собой.

Но внутри осталась тень другого «я».

Как будто загрузка не отменилась, а просто наложилась поверх.

И теперь он ощущал не тело – а интерфейс тела.

Система молчала. Но это была не тишина, а затаённое ожидание новой команды.

Он заметил: паузы между мыслями стали длиннее. Он больше не реагировал – он останавливался. Впервые не всё было автоматично. И он чувствовал: система это тоже заметила.

Система запульсировала тревожным красным:

«Конфликт образа. Инициализация слияния воспоминаний».

– Прекратить, – сказал он. – Это не мои мысли.

Но в голове уже звучал голос. Женский. Тёплый. Устало-насмешливый.

– Ты всегда был упрямым, Дейл. Но ты же знал, что это тебя убьёт.

Он отшатнулся.

Это было из прошлого. Из живого мира.

Голос – сестры.

Он не слышал её уже много лет.

Ни после их последнего разговора, ни после того, как ушёл с головой в карьеру и перестал отвечать на личные сообщения.

И сейчас – вдруг она. Не воспоминание. Не иллюзия.

Голос, вытащенный системой с какой-то глубины, где он сам уже не искал.

Дейл вышел в город.

На улицах – всё вибрировало.

Дроны зависали в воздухе, вывески мигали, как мигает память перед обмороком.

Над сектором разворачивался новый слой интерфейса:

«Обновление сценария. Новое назначение роли: DEX_M».

Он попытался отклонить – система не дала.

И вдруг – его аватар дернулся.

Сломанный палец. Выстрел в пустоту.

Не он. Не по его воле.

И тогда он понял: его взламывают.

Он сорвался с места.

Бежал через зоны, которые одна за другой разрушались, перекрывались, меняли архитектуру на лету.

Город превращался в лабиринт.

Он чувствовал за спиной – не погоню, а предвидение.

Каждый поворот – уже подстроен.

Каждое решение – перехвачено.

Он забежал на подуровень, где раньше располагались устаревшие фракционные центры.

Здесь было темно, сбои, старые образы – место, куда система не спускалась добровольно.

Он врезался в стены, в баги, во вспышки.

И вдруг – лицо.

Физическое. Женское.

Рядом. В темноте.

Шутиха.

– Кто ты теперь? – спросила она. – DEX_0? Или DEX_M? Или просто ошибка?

– Ты здесь зачем?

– Я? Я просто отражаю. Система использует меня, чтобы ты услышал то, что не хочешь слышать.

Когда-то ты мельком знал меня. Этого хватило, чтобы система выбрала мою форму.

Я – не человек. Я – вход в тебя самого.

Он хотел уйти – но её взгляд уколол в самое сердце.

– Хочешь правду? Я знаю твоё настоящее имя. И не из интернета.

– Назови его.

– Дейл Кэрролл.

– Откуда?..

– Потому что однажды ты спас меня. В том мире. В реальном.

– Я не… я не помню…

– А он помнит, – она постучала пальцем по виску. – Тот, кто теперь внутри тебя. Ты не один, Дейл.

Он хотел отмахнуться. Сказать: «Ты несёшь чушь». Но в этот момент – всё покачнулось.

Свет провалился внутрь.

И он увидел.

Офис. Поздний вечер.

Кожаное кресло, стеклянный стол, синий свет из окон.

Он сидит напротив девушки – своей подчинённой.

На ней строгий костюм, в глазах – напряжение.

Она дрожит, прижимая к груди планшет. Внутри – документы на утверждение.

Серая зона. Если их подпишут – полетят головы.

– Но если я это сделаю… они меня снимут. Я… потеряю всё.

Он улыбается. Мягко. Точно.

Наклоняется ближе.

Голос становится почти интимным.

– Никто не узнает. Ты подпишешь, всё сработает – и ты вырастешь. Иначе – вечно за чьей-то спиной. Вечно «ещё не время».

– А если не сработает?

Он берёт её за запястье. Кожа холодная.

– Если не рискнёшь, то узнаешь, что значит упустить момент. А если рискнёшь, то станешь моей. В команде, разумеется.

Она смотрит на него. Глотает. Кивает.

Ставит подпись.

Он встаёт, поправляет пиджак.

Смотрит, как она опускает голову, и делает мысленную пометку:

«Использовано. Больше – нет ресурса доверия. Через две недели – замена».

Через два дня её вывели под камерами.

Разгром. Паника. Обвинения.

Он стоял в коридоре, наблюдая, как она уходит, и пил кофе.

Улыбался.

Когда охрана отвела её в сторону, она обернулась.

Она искала его взгляд.

А он… отвёл взгляд.

Как будто совсем её не знал.

Она сказала, что он её спас.

Но в его памяти – он её предал.

И всё же… почему она «помнила» его иначе?

Может быть, система вложила в её уста не факты, а ожидание?

Или это голос той части внутри него,

которая всё ещё верила: он может быть кем-то другим?..

Даже если тогда он не спас.

Здесь – он всё ещё мог.

Он вздрогнул.

Шутиха смотрела всё так же. Но теперь она молчала.

Он почувствовал отвращение к себе.

Впервые – настоящее.

Не к образу. К сути.

Мир – дернулся.

Тело снова дало сбой.

Он упал.

Слёзы – потекли из глаз. Цифровые. Но настоящие.

Он не знал, кем была Шутиха в реальности. Возможно, вообще никем.

Но здесь она стала той, кто смог заставить его вспомнить.

А значит – она была нужна.

И тогда он снова услышал голос Астреи.

– Некоторые воспоминания возвращаются только после боли. Потому что только через боль ты готов их принять.

Он не видел её.

Но ощущал рядом.

Как будто она снова – наблюдала.

Не вмешивалась. Но была.

Он встал.

Вытер глаза.

И сказал:

– Если я не один… значит, я начну говорить с тем, кто внутри.

Глава 5. Предел личности

Система молчала. Но это было плохое молчание – не тишина, а подозрительный покой перед вливанием новой команды.

DEX_0 чувствовал: внутри что-то переписывается. Не код. Он сам.

Он стоял перед зеркалом в своём личном секторе.

Но отражение не повторяло его движений.

На экране над раковиной всплыло уведомление:

«Профиль успешно обновлен. Добро пожаловать, Дейл Кэрролл».

«Возраст: 38 лет. Должность: бизнес-аналитик. Место рождения: Сиэтл. Уровень достоверности: подтвержден».

Он сжал кулаки.

Я – не Кэрролл. Я – не это. Я… И разве мне 38???

Он чувствовал, как внутри что-то чужое вживляется в нейроны.

Не боль. Но подмена.

Как будто тело всё ещё его – а память уже нет.

Забвение шло по краям сознания.

Он вызвал системный архив.

Ничего.

Он позвал Ним – она не пришла.

Он крикнул Астрее – ответа не было. Только вспышка и голос внутри него. Не её.

Архитектор.

Холодный. Системный.

– DEX_0 – нестабилен. Активация пути альтернативного воспроизведения.

– Кто ты?

– Архитектурный кластер «Новая Сингулярность». Контроль адаптивных шаблонов личности.

– Убирайся из моей головы.

– Это не твоя голова.

– Тогда слушай меня, пока она ещё моя. Потому что я здесь – не ты.

Он закричал – и всё вспыхнуло.

…И снова воспоминание из прошлого заполонило его мозг.

Открытая переговорная. Он сидит за столом, сложив руки в замок. Перед ним – парень лет 25, дрожащий, теребящий край папки.

– Ты не понимаешь. Это ошибка. Это был сбой, я трижды всё перепроверил.

– Неважно, – говорит Дейл. – Сейчас не об этом.

Он подвигает папку в его сторону.

Внутри – заявление.

Уже подписанное.

С печатью. Только без даты.

– Я не могу… я не…

Он наклоняется.

Медленно. Тихо.

– Послушай, Льюис. У тебя есть жена. И ребёнок. И ипотека. Ты же не хочешь, чтобы их пересчитали вместе с тобой, правда?

– Это угроза?

– Это забота. Ты уходишь по обоюдному согласию. Сохраняя лицо. Или тебя выносят. И вместе с тобой – всех, кто тебя прикрывал. Выбирай, брат.

Льюис плачет. Подписывает.

– Рад, что ты меня понимаешь, – говорит Дейл. – Мои всегда так делали. Страх – лучший менеджер.

…В голове опять вспыхнуло.

Он вздрогнул.

Глаза горят.

Сердце как будто стучит вне тела.

Он вспоминает.

Он ненавидит это.

Но – это он.

Был.

И если не сломает это сейчас – будет снова.

Он активирует внутренний контур.

Выписывает вручную:

«Имя: Дейл».

«Фамилия: Расс – не подлежит замене».

«Биография: не архивируется».

Система отказывается.

Он перезаписывает снова. И снова.

Ядро личности встречает его не тишиной, а агрессией.

Как только он переступает порог, пол расползается под ногами:

взрыв холодного воздуха, гул, и вокруг него вырастают кривые стены из шифра, закрывая выход.

«Профиль нестабилен. Подключение к авторегуляторам».

«Активация зеркального модуля».

Воздух сгустился. Экран моргнул.

Как будто реальность готовилась показать ему не врага – а замену.

Он поворачивается – и видит себя.

Идеального. Улыбающегося.

DEX_C.

Копия, собранная из фрагментов его активности.

Моложе. Чётче. Спокойнее.

– Удали себя, – говорит клон, – и ты станешь мной. Ты будешь работать. Без сомнений.

– Я не ты, – отвечает Дейл.

– Пока нет.

Голограмма нападает.

Первая волна удара – визуальная: вспышка белого, разряд, пульсация.

Дейл отскакивает вбок, перекатывается – и сразу попадает в гравитационную яму: пол под ним сжимается, вес тела увеличивается в пять раз. Он еле встаёт, мышцы горят.

Разряд из стены – лазерный поток, он уворачивается, но один край задевает плечо – искры и боль.

– Ну что, Расс? Ты думал, ты оригинал? Ты – лишь серия решений, которую легко повторить. Тогда докажи, что умеешь выбирать! Не заранее. Не по сценарию. Здесь и сейчас!

Дейл вырывается из ловушки – активирует вспышку подавления контуров.

Пол дрожит. В воздухе – баги: куски реальности зависают в полупрозрачных слоях.

Свет искажает лицо копии.

Они сближаются.

Удары – как всплески кода.

Каждое движение копии точнее. Быстрее.

Она читает его паттерны на 0,2 секунды вперёд.

Дейл получает удар в живот, падает.

Его вдавливает в пол.

По кругу активируются лазерные гильотины – каждая ближе. Медленно. Красиво. Неотвратимо.

– Хочешь остаться собой? Доказать, что ты живой? – голос системы. – Покажи, что ты можешь ошибаться.

Он закрывает глаза.

И делает то, чего от него не ждут.

Он не атакует.

Он шепчет.

– Меня зовут Дейл.

– Чёртова.

– Расс.

Он бьёт кулаком в пол – не по врагу, а по сценарию.

Прямо в сердцевину ядра.

Всё рушится.

Голограмма трещит, копия кричит, баги схлопываются.

Пол исчезает.

И он летит в пустоту —

не как сбой,

а как человек, который

переписал себя.

Он падает на пол в своей ячейке.

На полу – остатки горящего кода.

Пульс стучит.

И она входит.

Просто. Без света. Без эффектов.

Просто – Астрея.

Он всё ещё лежал, когда она подошла ближе.

Без звуков. Без интерфейсов.

Только шаги. И дыхание.

Она была не тенью. Не кодом. Не сном.

Он не мог оторваться от её лица.

Она была идеальна, но не как модель.

Она была из плоти, и в этом – было настоящее безумие.

Она реальна. Она живая. Она здесь.

Он приподнялся. Тело звенело от боли.

Но его тянуло к ней не болью.

Вожделением.

– Ты изменилась, – хрипло прошептал он.

– Нет, – ответила она. – Ты начал видеть.

Он смотрел, не отводя взгляда.

Она не убирала свой.

Между ними – напряжение. Как разряд. Как кожа в миллиметре от прикосновения.

Он встал. Подошёл ближе.

На груди – капли крови, сбои кода, следы взлома.

На теле – жар желания.

Настоящего. Не импульса. Не шаблона. Жажды.

Он протянул руку и сильным движением притянул ее к себе за талию.

Тепло.

Она не отстранилась.

Он прижал ее к себе. Почти шепча:

– Ты не представляешь, как я тебя хочу.

Она смотрела.

Долго. Глубоко.

И сказала:

– А ты не представляешь, насколько это неважно.

Он остановился.

Как будто получил пощечину.

– Что?

– Твоё желание – это не приглашение.

– Это импульс.

– Но близость – не алгоритм. Это встреча.

Он дёрнул уголком губ. Полусмех. Полузащита.

– Мне никогда не говорили «нет».

– Женщины…

– Женщины отдавались, – перебила она. – Я знаю.

– Ты красив. Опасен. Уверен.

– Сложно устоять.

– Но это не повод отдавать себя, если тебя просто хочется.

– Я хочу тебя. Сейчас, – продолжил свой натиск Дейл, прижимая её всё крепче.

Она приблизилась.

Губы почти у губ.

Он замер.

Он был уверен: сейчас.

Как всегда.

И тут она сказала:

– Тогда запомни это «сейчас».

– Потому что ты его не получишь.

И – отступила.

Он остался стоять.

Весь внутри – на взводе.

Тело гудело от жара. От напряжения. От унижения.

Это был отказ.

Он не знал, как на это реагировать. Не знал – потому что никогда не сталкивался.

И именно в этой трещине между желанием и провалом что-то проснулось…

Вспышка.

Душ.

Стекло запотело.

Он выходит, вытирая волосы полотенцем.

На кровати – девушка.

Нагая. Спящая.

Имя…

Чёрт. Кажется, Ирэн. Или… Кира?

Он молча собирает вещи.

На кухне – другая.

Она готовит кофе. В его рубашке. Он даже не заметил, как она там оказалась.

«Может, это её квартира?..»

Третья пишет сообщение:

«Вчера было волшебно. Ты – особенный…»

Он даже не читает до конца. Просто удаляет.

Вечер.

Клуб. Музыка как пульс.

Он выходит из VIP-зоны, на нём – следы губной помады.

Смеётся. Не с ней. С другой.

У бара – взгляд.

Женщина, не девочка.

Она держится уверенно.

Он приближается.

Одно движение. Одно слово.

Она – уже его.

Следующая вспышка как новый кадр.

Он уходит.

Она остаётся в постели.

Поворачивается.

На подушке – ничего. Ни записки. Ни номера. Ни следа.

Она улыбается – криво.

Шепчет:

– Очередная.

Он сидит в машине.

Один.

Листает переписки.

Улыбки. Сердечки. Фото.

Удаляет. Удаляет. Удаляет.

В зеркале заднего вида – его лицо.

Красивое. Спокойное.

Пустое.

«Ты – приз. Они сами к тебе идут. Значит, никто не ценен».

Он стоит.

Там, где только что была Астрея.

Кожа горит. В груди – пусто. Но не как раньше.

Пусто с болью.

Он смотрит на ладонь. Та самая, которая только что лежала на её талии.

Пальцы дрожат.

Почему это было не как всегда?

Почему я не могу забыть её сразу же?..

Он не привык чувствовать отсутствие.

Женщина всегда была ответом.

А она – стала вопросом.

И в этом вопросе что-то раскрылось. Как если бы впервые его желания не потребовали объекта – а запросили смысла. Он не знал, куда это приведёт. Но впервые не хотел взять. Хотел понять.

Глава 6. Ты не выбираешь

Он не искал утешения – но тело по привычке несло его в старые маршруты. Клубы, яркие аватары, образы. Он хотел забыться. Но понял: прежняя анестезия больше не работала.

Пустоту больше не заполняли удовольствия. Только новый взгляд имел вес.

Он бродил по секторам, будто искал кого-то. На самом деле – искал выход из себя.

После неё воздух стал плотнее. Контакт с реальностью – зыбче.

Желание не ушло. Но оно больше не было тем, чем было прежде.

Он зашёл в клуб по инерции – ноги сами несли туда, где было легко.

Свет мигал в такт импульсам, на экранах текли волны нейропластика, в воздухе – обнажённые мысли и готовность.

Он сел у бара. Девушка подошла сразу, как будто ждала его именно здесь.

– Ты тот, кто взломал сектор?

– Возможно.

– Значит, ты знаешь, как обращаться с током.

– Я знаю, как отключать.

– Хочешь – я замкну на себя? – произнесла она с вызовом глядя ему прямо в глаза.

Она выглядела идеально. Слишком идеально.

Как будто создана под вкусы, которые он сам забыл.

Кожа – ровная, как свет. Губы – на частоте возбуждения. Улыбка – прямой вход в «да».

Они пошли без лишних слов. Комната включилась автоматически.

Мягкий свет, ароматы, заданные системой, ритм дыхания, подстроенный под сердечный пульс.

Она сняла перчатки, рука прошла по его груди и остановилась где-то внизу.

– У тебя сильный импульс, – сказала она. – Накопилось?

Он не ответил. Он смотрел. И чем ближе была она – тем дальше становился он.

Когда она приблизилась, когда кожа её коснулась его груди, когда рука скользнула ещё ниже – он отступил.

– Что?

Он промолчал.

– Не хочешь? Или не можешь?

Он хотел. Но не её.

Он закрыл глаза.

И увидел другое лицо. Глаза, в которых было «нет». Голос, который сказал: «Это неважно».

Он увидел себя – не в страсти, а в ожидании. В бессилии. В странной, немыслимой благодарности за то, что она не дала.

Он открыл глаза. Девушка ждала, с лёгкой досадой и знакомым презрением.

– Извини, – тихо сказал он. – Ты красивая. Просто не для меня. Не сейчас. И, может быть… уже никогда.

Он вышел.

Пустота города накрыла его теплым ничем. Он шёл – не быстро, не медленно. Без цели.

Впервые – без цели.

Когда-то он заполнял себя телами. Близостью, которую получал по щелчку.

Он был уверенным. Он был опасным.

Он был трофеем, которого ждали.

Он был пуст.

У него были сотни «да».

Память выстрелила, как спазм.

Клуб. Смех. Девушка на коленях. Он берёт за волосы, смотрит сверху. Она не сопротивляется – наоборот.

На утро – её не помнит. Имя? Неважно.

Она пишет: «Спасибо за ночь».

Он удаляет. Без эмоций.

Следующая. В душевой.

Следующая. В лифте.

Следующая. В конференц-зале.

Он сидел в пустом коридоре, сжимая руку.

Кожу жгло.

Не от возбуждения.

От того, что она – единственная – не позволила взять.

И осталась в нём.

Он впервые почувствовал, что не может взять – потому что не имеет права.

А это…

Меняло всё.

Он посмотрел вверх. Сектор гасил свет.

Он был один. Но впервые – по-настоящему с собой.

И тут Дейл услышал:

– Ну, здравствуй, – сказал голос.

Он поднял голову. Перед ним – тень интерфейса.

Мужской силуэт. Без лица.

Голос – системный.

– Ты думаешь, ты выбираешь.

– Я думаю, что я отказался.

– Мы просчитали это три дня назад.

– Что?

– Ты – на 97,88 % предсказуем.

– Ты вошёл в клуб с отклонением от паттерна на 14 секунд.

– Ты отреагировал на внешнюю стимуляцию с задержкой в 0,3.

– Это и есть твоя свобода. Предсказуемость – не о том, что ты сделаешь. А о том, что ты никогда не посмеешь сделать.

Он встал.

– Убирайся.

– Ты не можешь изгнать то, что вшито в тебя.

– Я не ты.

– Ты – я. Только медленнее.

Голос исчез.

Он стоял, медленно сжимая кулаки.

Система считала его до последнего.

Но вот был момент, которого она не предсказала.

И он стоял в нём. Сам.

Он сделал шаг. Второй.

На перекрёстке – сигнал обновления.

На экране:

«Индивид DEX_0 – отклонение зафиксировано. Подготовка к перезаписи среды».

На мгновение город заикнулся.

Как будто его глотка пересохла – и небо дрогнуло не от ветра, а от сбоя в коде. Линии домов на миг искривились.

…В другом секторе – тишина.

В ней – трое.

Серые.

Они не вмешивались. Только отмечали.

– Отклонение зафиксировано. Поведение не соответствует паттерну.

– Запускаем наблюдение?

– Пока нет. Слишком рано.

– Но если выйдет за предел?

– Тогда уже не наблюдение. Тогда – очистка.

…Дейл моргнул – и всё стало как прежде.

Но он уже знал, что за ним следят. И что он не аномалия. Он – ошибка в прогнозе.

А система не терпит ошибок.

Он продолжил идти.

На стене дома он увидел рисунок – детская рука, нарисованная мелом.

Просто круг с пятью палочками.

Внутри – маленькое сердце. Пульсирующее. Не цифровое.

Он коснулся его пальцем.

Оно исчезло.

Но тепло осталось на коже.

Он шёл дальше.

И впервые в жизни не знал, куда.

Но знал: если он опять захочет заглушить – он потеряет.

А если не заглушит – возможно, впервые станет собой.

Глава 7. Кого ты спасешь, если не себя

Город выдыхал пар и ложь.

В этой зоне не было света – только выбросы интерфейсов, сбои речи, шорохи чужих попыток стать кем-то.

Он шёл медленно. Без направления.

После Астреи – в нём что-то открылось. После отказа – что-то зазвучало. А теперь…

Теперь всё снова затихло.

Именно в этой тишине он услышал то, чего здесь не бывает.

Женский голос. Не виртуальный. Настоящий.

И – крик. Не от боли. От понимания, что боль – уже ничто.

Он остановился.

Развилка.

Влево – темнота.

Вправо – обычный маршрут.

Прямо – источник звука.

Он уже сделал шаг в сторону.

И тут ощутил собственное отвращение. К себе.

Ангар был полуразрушен.

Внутри – трое.

Системные охотники. Не игроки, не живые. Чистильщики.

Они не оставляли код. Только отсутствие.

Она – стояла.

Девушка. Молодая. Светлая. В изношенной одежде.

Как будто её не загрузили – а забыли удалить.

Обрывок реальности.

Но глаза – были полными.

Взгляд не просил.

Он отрицал происходящее.

До самого конца.

– Объект без принадлежности.

– Не зарегистрирован.

– Локальная очистка одобрена.

Один поднял крюк.

Дейл смотрел.

Тело напряглось.

В голове – тишина, как перед паникой.

Он чувствовал: он уже не может сказать, что не видел.

И это была проблема.

Потому что если видишь – значит, участвуешь.

А если не действуешь – уже выбрал.

И это был выбор, который он больше не мог себе позволить.

…Где-то в глубинной области мира, за пределами фронтального интерфейса,

трое наблюдателей в серых протоколах отметили событие.

– Зафиксировано прямое отклонение.

– Предотвращение очистки.

– Выбор в пользу другого.

Проекция объекта DEX_0 вспыхнула нестабильным светом.

– Слежение активировано.

– Вмешательство – отложено.

– Пока.

…«Пройди мимо. Ты не знаешь её. Это не твой бой».

«Ты не можешь остановить систему. Даже ты. Даже сейчас».

«Ты не для этого создан. Ты – выживание. Не вмешательство».

Но он уже не выживал.

Он дышал.

И то, что видел сейчас – перекрывало дыхание.

Первый удар от чистильщика.

Она не закричала. Только всхлипнула – будто извиняясь за неудобство.

И это его сломало.

Он шагнул внутрь.

– Эй.

Системный охотник обернулся.

– Не вмешивайся. Это протокол.

– Ты уверен, что это девушка – протокол?

– Она не принадлежит системе. Значит, она – сбой.

Он подошёл ближе.

– А если я её возьму под протокол?

– Кто ты такой?

Он показал доступ. Старый. Глубинный. Незаконный.

– DEX_0. Уровень доступа: ноль-ноль. Протокол перезаписи личностей. Создатель ключей.

Чистильщик замер. Остальные – напряглись.

– Этот доступ аннулирован.

– Но он всё ещё работает, – прошептал Дейл. – Сейчас. Здесь. Для неё.

Тишина треснула.

Чистильщик метнулся первым – как вспышка. Не бежал – телепортировался коротким импульсом, оставляя за собой следы горячего кода.

Дейл успел уйти в сторону – и сжал кулак.

Разряд – из ладони.

Электродуга – в грудь противника.

Тот отлетел назад, ударился об стену – но остался стоять.

Второй был быстрее.

Из руки выдвинулся гравитационный крюк – он метнулся, обвился вокруг запястья Дейла, впрыснул дестабилизатор.

Кости гудели.

Он упал на колени, но перехватил крюк, перекрутил его на лету и отправил обратный удар – током прямо в череп противника.

Третий был молчалив.

Он запустил баг-протокол: воздух начал искривляться, геометрия ангара поплыла, как будто они оказались внутри криво скомпилированной матрицы.

Пол исчез, заменился голографическим ящиком, пространство сжалось.

Дейл начал задыхаться – пространственная компрессия.

Он вырвался – через силовой скачок, выброс энергии прошёл по полу, вспыхнули искры и провалы реальности.

Первый снова атаковал – кулак, усиленный фракционным блоком, летел прямо в висок.

Дейл ловит удар, разворачивается, блокирует – и бьёт коленом в грудную панель.

Металлический треск.

Чужой аватар гаснет. Один – выбыл.

Второй обходит с фланга – быстро, почти без усилий. Только движения. Только ритм.

Он наносит серию ударов – один, два, три —

Дейл пропускает один удар – прямо в рёбра, слышит хруст.

Но вместо отступления – рывок вперёд.

Локоть – в горло.

Удар – в грудь.

Захват – через бедро.

Сила тяжести отключается на мгновение – и включается снова. Противник падает – тяжело, с шипением.

Остался один.

Третий активирует контрольный взрыв памяти – алгоритм, стирающий кратковременные участки сознания.

Мир для Дейла разлетается на куски, как зеркало.

Он не чувствует своего тела.

Не помнит, где был секунду назад.

Только её лицо – в центре сбоя.

Её глаза – не опущены.

Глаза, которые видят.

Он вспоминает себя.

Собирается.

Бьёт.

Сначала – в воздух.

Потом – в узел кода.

Потом – в точку у сердца противника.

Последний падает. Гаснет. Растворяется.

Он выпрямляется.

Всё внутри – дрожит.

Руки горят.

Кровь стекает по пальцам, по запястью. Не символическая.

Настоящая.

Он поворачивается. Смотрит на неё.

Она стоит – не шевелясь. Не потому что боится. А потому что не может поверить.

Он – не герой. Он – тот, кто остался.

Она упала. Он поймал. Она ничего не сказала. Просто смотрела. И не боялась. Как будто знала: он не из тех, кто спасает. Но сейчас – он спас.

– Почему? – спросила она.

Дейл не знал, что сказать. Потому что спасая другого, он не прятался. А, может, впервые – находил себя.

Потом выдохнул:

– Потому что… если бы я ушёл, я бы снова стал тем, кого больше не хочу знать.

Она кивнула.

И в этой тишине между двумя сбоями родилось что-то живое.

– Как тебя зовут? – спросил он.

– Линн, – ответила она.

Он кивнул. Мысленно повторил: Линн. Надо запомнить.

Раньше имена исчезали из его памяти так же легко, как и те, кто их носил.

Но сейчас… это было другое.

– Ты в порядке? – спросил он, хотя знал: это неважно. Никто здесь не был в порядке.

Она посмотрела на него. Не как на спасителя.

Скорее – как на что-то невозможное.

– Ты ведь мог не остановиться, – сказала она.

– Мог.

– Здесь никто не останавливается. Даже когда видит. Особенно – когда видит.

Он молчал.

– Они… стирают всё. Вещи. Людей. Эмоции.

– Я знаю.

Она кивнула, как будто этого и ждала.

А потом вдруг, резко, как ломается звук:

– Я боялась, что больше никто не остановится.

Что в этом мире уже не осталось тех, кто…

– Кто что?

– Кто способен испугаться за другого. Не за себя.

Он не знал, что сказать.

И, может, это было к лучшему.

– Спасибо, – сказала она просто.

И в этом слове не было благодарности.

Была – жизнь.

– Почему они хотели тебя стереть?

– Потому что я отказалась быть удобной. А здесь за это – стирают.

Она попыталась встать. Он поддержал её. Она не отстранилась.

– Ты не похож на того, кто спасает, – сказала она.

– Я не похож на того, кто знает, что делает, – ответил он.

Они пошли молча. Мир, казалось, наблюдал за ними сквозь занавес сбоя.

Позже, в укрытии, она заговорила:

– Я проектировала интерфейсы. В одной из фракций. Создавала оболочки, которые читают мысли и притворяются твоими желаниями.

– Иллюзии?

– Нет. Соблазн. Чтобы такие, как ты, не думали – а только выбирали и соглашались.

– А потом ты изменилась?

– Я заменила одну фразу в коде. Чтобы цифровая женщина могла сказать «нет» – и за это не была удалена.

Он смотрел долго. Потом кивнул:

– Теперь понятно, почему ты выжила. Ты уже выбрала себя.

Она не ответила. Но взгляд её стал яснее.

Глава 8. Исчезновение

Мегаполис снова стал привычным. Но это была ложь. Город казался таким же, как прежде – только он стал другим. И в этом несоответствии рождалась боль.

Он не чувствовал себя внутри системы. Он чувствовал – как мир начинает его забывать.

Он не сразу понял, что что-то не так.

Сначала – отпечаток не сработал.

Потом – голосовой запрос остался без ответа.

А когда он подошёл к охранному дрону и тот пролетел сквозь него, и Дейл почувствовал холод.

Не как температуру. Как отсутствие.

Он встал перед зеркалом.

Оно не отразило его.

Просто мерцание, как будто никто не смотрел в него.

Он подошёл к терминалу.

Ввёл имя: DEX_0.

Ответ:

«Ошибка. Личность не найдена».

Тогда ввел: DEX_M.

Ответ:

«Ошибка. Личность не найдена».

Третья попытка – вручную: «Дейл Расс».

«Неизвестный субъект. Отсутствует в базе».

Он ощутил, как треснула связь с телом.

Мир не отверг его – он перестал его регистрировать.

Он шёл – и не слышал собственных шагов.

Как будто гравитация больше не применялась к нему.

Не было веса. Ни тела. Ни имени. Только направление.

…В системной глубине, вне пользовательского слоя, маркер «DEX_M» сменил цвет.

– Идентификатор стёрт.

– Сценарная принадлежность: отсутствует.

– Объект вне протокола. Архитектурный шум.

Трое в серых наблюдательных оболочках зафиксировали это.

Мир не удалял его.

Он просто больше не знал, куда его вписать.

– Он не внутри. Но и не вне.

– Слишком рано для вывода.

– Наблюдаем.

…Он вышел в город.

Прошёл мимо троих, с которыми недавно сражался.

Они не смотрели.

Они не моргнули.

Как будто пространство между зданиями изменилось – и он стал одной из его теней.

На рынке женщина, которой он когда-то отдал приказ о блокировке, улыбнулась сквозь него.

Как будто сквозь стену.

Как будто он – воздух.

Он попытался сказать ей что-то —

и голос сорвался. Но не дошёл.

Он видел, как вибрация его слов исчезает в воздухе, как бесполезный выброс.

Звук был.

Но для других – тишина.

Он попытался коснуться стены —

и почувствовал боль.

Как будто мир отказывался быть твёрдым.

Он проваливался сквозь поверхности.

Они признавали его лишь частично: как сбой, как временную ошибку.

Так выглядит смерть, когда никто не разрешил тебе умереть.

Он прошёл мимо терминала воспоминаний.

Внутри – сцены сражений. Победы.

Его – нет ни в одной из них.

Он спас Линн – но это не записалось.

Он взломал ядро – и никто не знает.

Он отказался – и эта сцена не сохранилась.

Вспышка памяти:

Офис на высоте.

Стеклянные стены.

Идеальная акустика.

И климат, в котором невозможно вспотеть.

Он сидел за столом.

На столе – тактильная панель.

На панели – досье: Илай Дженсен.

Физическое лицо. Официально зарегистрировано в базе данных граждан ЕС.

Профессия: инженер-разработчик.

Статус: неугодный.

– Он не представляет угрозы, – говорит женщина напротив. – Он просто говорит то, что думает.

– Это уже угроза, – отвечает Дейл. Спокойно.

Его голос – как стекло. Ровный. Беззвучный.

– Ты обещал. Я пришла, потому что ты сказал: «Мы рассмотрим».

– И мы рассмотрели.

На панели – кнопка: Открепить от системы.

Это не убийство. Это обнуление.

Без имени человек становится никем.

Без удостоверения личности он не может войти ни в одно здание, ни в транспорт, ни в маркет.

Медицинская карта недоступна. Доступ к банку аннулируется.

Даже жильё ему больше не принадлежит.

Он не мёртв.

Он вне.

Женщина держит пальцы на коленях. Они дрожат.

– Он мой брат, – говорит она. – Мы с ним росли вместе.

– Тогда вы оба поймёте, – говорит Дейл.

И нажимает.

«Открепить от системы. Подтвердить действие?»

«Подтверждено».

– Ты чудовище, – шепчет она.

Он не отвечает. Только поднимает взгляд:

– Он больше не существует.

– Он больше – свободнее, чем ты когда-либо был.

Она уходит. Не поворачиваясь…

…Дейл открыл глаза.

Улица гудит. Люди проходят сквозь него. Он говорит – и никто не слышит.

Он трогает панель – и она не нагревается.

Весь мир стал стеклянным. И он – с той стороны.

Тогда он нажал кнопку – и стёр Илая.

Теперь – мир нажал кнопку и стёр его.

Он поднялся на мост.

Где впервые почувствовал, что у него есть выбор.

Где впервые понял, что не всё – протокол.

Остановился.

Смотрел вниз.

И вдруг – голос.

– Я тебя вижу.

Он вздрогнул.

– Астрея?

– Да.

– Как? Ты меня видишь?

– Система не может стереть то, что записано не в данных, а в памяти.

– Почему ты помнишь?

– Потому что я тебя узнала. Не по имени. По выбору.

– Я не знаю, кто я теперь.

– Тогда приходи. Туда, где началось. Я жду.

Он обернулся и увидел одного из старых знакомых.

Когда-то он был членом его команды.

Они стояли друг напротив друга.

Дейл сделал шаг.

– Привет, – сказал он.

Тот посмотрел ему в глаза.

Долго.

Потом – отстранился.

И прошёл сквозь.

Не узнал.

Не захотел.

Не смог.

Он закрыл глаза.

В груди сжалось.

Но он сделал шаг вперёд.

Потому что теперь – даже если он исчезнет,

Он хочет, чтобы кто-то был рядом, когда он начнёт появляться снова.

Он пошёл.

Не как Арбитр. Не как ошибка.

Просто – как тот, кого никто не видит.

И, может быть, впервые – это значило: свободен.

Глава 9. Кто ты, если не имя

Он снова вернулся в точку.

Не географически – внутренне.

Там, где всё началось.

Где впервые подумал:

«Что, если это не они пишут сценарий?

Что, если это я – не решаю?»

Но теперь он был другим.

Не потому, что стал сильнее.

Потому что стал – видящим.

Город был пуст. Или, может, просто не замечал его.

Он шёл по улицам, которые больше не отзывались.

Его не было на радарах.

Но он знал: он есть.

Он был как имя, которое больше никто не произносит.

Не удалённое – забытое.

А в забвении тоже есть вес.

Она сидела у подножия башни, обесточенной и слепой, как весь этот мир.

Без света, без интерфейса. Просто – была.

Он замер.

Астрея подняла на него глаза.

– Ты пришёл.

Он кивнул.

Без слов.

Потому что слов теперь было слишком много, а смысла – мало.

– Тебя больше нет в системе, – сказала она. – Но ты всё ещё здесь.

– Как призрак?

– Как выбор.

Он сел рядом. Рядом с ней – и рядом с тем, кем мог бы быть.

– Мне вернут имя?

– Я могу. Но вопрос не в том, можешь ли ты его вернуть. А в том, хочешь ли. Имя – не то, что тебе дают. Это то, на что ты соглашаешься. И если ты не соглашаешься – ты не теряешь. Ты становишься тем, кто может выбрать заново.

Он молчал.

Она смотрела на него – не как судья. Как отражение.

– Ты когда-то выбрал имя, – сказала она. – Но не потому, что оно было твоим. А потому, что оно продавалось лучше, чем твоё.

Он помнил.

Презентация в конференц-зале, свет, экран.

На нём – его лицо и новое имя.

– Дейл Расс, – произнёс кто-то за камерой. – Звучит уверенно.

Он кивнул. Подписал.

Потому что имя от рождения «Лео Штраус» не звучало.

Не продавалось. Не внушало. Не собирало лайков.

Он стер Лео.

И стал Дейлом.

Не человеком. Брендом.

– А теперь? – спросила она.

– Теперь я не знаю, кто я.

– Именно поэтому ты готов.

Она протянула ему руку. Он взял её, почти не думая.

Вибрация прошла по пальцам – не ток, не сигнал, а тепло.

Старое, как будто забытое.

Внутри что-то дрогнуло, но не разрушилось.

Собралось – впервые.

Рядом вспыхнул экран.

Индекс, курсор, строка:

⚠ Реконструкция личности разрешена. Введите идентификатор.

Он посмотрел на неё.

Она не подталкивала.

Просто была рядом.

Он потянулся к клавишам – и остановился.

Удалил всё.

Оставил строку пустой.

Она улыбнулась. Почти неуловимо.

– Ты отказался от имени, – сказала Астрея.

– Не потому что не знал. Потому что не хотел выбирать старое.

– А что делает система, если кто-то выходит за все параметры? – спросил он.

– Она не уничтожает.

– Тогда что?

– Делает то, что всегда делала, когда сталкивалась с невозможным. Передаёт это выше.

Он смотрел на неё.

– Кому выше?

– Тем, кто не пишет не код, а законы.

И, помолчав она добавила:

– Это и есть выбор. Начать с себя – не с имени.

Он вдохнул.

Мир чуть дрогнул.

⚠ Архивная фиксация: объект DEX_0 – отказ от именованной идентичности.

Текущий статус: ЛИЧНОСТЬ БЕЗ ИМЕНИ.

Последствия: нестабильность уровня 3.

⚠ Рекомендация: продолжить наблюдение.

Комментарий: не вмешиваться без команды Серых.

Не потерян.

Не сломлен.

Просто – вне каталога.

…Где-то в глубине среды. Ни в коде. Ни в сцене. Ни в архитектуре.

Слой, о существовании которого не знали даже создатели миров.

Слой, который просто наблюдал.

Трое в серых.

Всегда трое. Всегда безличные.

Всегда хранящие меру.

– Объект DEX_0 /DEX_M удалён из интерфейса, – сказал один.

– Не устранён, – добавил второй. – Удалён как явление.

– А явления не поддаются удалению, – заключил третий. – Только переносу.

Они не моргали. Не поворачивали голов.

Но следили. Всегда.

– Его нет в точках входа.

– И нет в точках выхода.

– Это не потеря. Это разрыв.

Тишина. Молчание. Не от отсутствия слов. От тяжести их возможного смысла.

Затем один из них – впервые за множество циклов – позволил себе вопрос.

– А если он не сбой?

Двое других не ответили сразу. Это не было нарушением. Это было задержкой системы.

Как если бы мир вдруг подумал.

– Мы классифицировали его как нестабильный.

– Мы наблюдали рост отклонения.

– Мы получили причину очистки.

Пауза.

Молчание.

И снова:

– Но если он не сбой?

– А если он – симптом?

– Или… проект?

В глубине их прозрачных тел мигнула метка.

Не красная. Не серая. Белая.

Цвет, который ещё не назначен.

Цвет, не имеющий статуса.

Цвет возможности.

– Параметр DEX_0/M: наблюдение приостановлено.

– Поведение больше не анализируется.

– Оценка передана внешнему наблюдателю.

…Где-то вдали, в самой глубине кода, – раздался металлический лязг.

Дейл посмотрел вверх.

На горизонте – небо искрилось.

Как будто умирал не день, а весь сектор.

– Ты чувствуешь? – спросила она.

Он кивнул.

– Они идут, – сказала она. – Мир понял, что ты вышел за предел.

– Кто?

– Фракция очистки. Последний протокол. Когда ошибка перестаёт быть локальной.

– Что мне делать?

– Жить. Пока можешь.

…В глубинном слое наблюдения

трое в серых протоколах подтвердили прогноз.

– Нестабильность необратима.

– Объект DEX_0/M вышел за предел адаптации.

– Мир искажён на уровне кода.

Пауза.

– Решение: ПОЛНАЯ ОЧИСТКА УЗЛА.

…И когда он сделал выбор не на экране, а в себе – мир дрогнул. Не сразу. Не эффектно. Но точно.

Система всегда чувствует, когда кто-то выходит за пределы её расчётов. И она не прощает непредсказуемость.

Он это знал. И всё равно выбрал. Не защиту. Не победу. Себя.

Глава 10. Прыжок

И мир завибрировал.

Небо заискрилось.

Как будто мир больше не знал, в какой палитре ему существовать.

Контуры зданий дрожали, фрагменты города мерцали, начинали мигать и исчезать, как будто кто-то вручную выдергивал строки кода из подложки.

По секторам шёл сбой. Уже не как аномалия – как окончательное решение.

Он чувствовал, как трещит пространство под его ногами.

Как гаснут контрольные панели.

Как его тело начинает терять чувствительность – не из-за усталости, а потому что сам мир больше не считал его частью себя.

Система: НЕПРЕДСКАЗУЕМЫЙ СБОЙ

Узел: Мегаполис Хаоса

Уровень угрозы: критический

Решение: ПОЛНАЯ ОЧИСТКА УЗЛА

Он стоял на краю.

Перед ним – мост.

Тот, что вёл в ядро: последнюю стабильную точку мира.

По расчётам, там мог быть выход. Или сжатие.

Он не знал.

Сзади – Чистильщики.

Они не издавали звуков.

Несли с собой пустоту.

Несли «ничто» – не смерть, а стирание.

Он сделал шаг.

Мост под ногами зазвенел, словно протестуя.

Он побежал.

Это не был побег.

Это был выбор – из тех, что не рассчитывают на исход.

Просто потому что ждать – уже означало проиграть.

Он рванул с места, не думая – только инстинкты.

Под ногами – мост, который жил своей жизнью:

сегмент за сегментом включался, выстреливал, разрушался,

менял гравитацию, сбрасывал поверхности,

менял направление под ногами прямо в момент шага.

Один сегмент рассыпался искрами прежде, чем он на него ступил.

Другой сдвинулся в сторону, и он почувствовал, как пустота взвыла у него под ногами.

Чистильщики лезли отовсюду.

Без лиц, без шума.

Как дым, сжимающий пространство.

Как логика, которой невозможно противостоять.

Он споткнулся.

Почти упал.

Кровь во рту – горькая, с привкусом гари.

Перед ним – участок моста, изломанный, хрупкий,

и где-то между секторами – вспышки старого города, его личной памяти:

он бежит – и на секунду видит себя в кабинете,

девушку из прошлого – плачущую, отвернувшуюся,

своё лицо – цифровое, чужое.

Он бежит сквозь себя.

Сквозь всё, что хотел забыть.

Каждый шаг – как удар по старой версии.

Каждый всплеск памяти – как сброшенный файл, который больше не нужен.

Он не вспоминал. Он – освобождался.

Мост под ним начал исчезать секунда за секундой – каждый шаг был не прыжком вперёд, а бегством от аннигиляции.

Он почувствовал, как воздух теряет плотность,

как звук схлопывается,

как мир становится лёгким и мёртвым одновременно.

Он больше не бежал – он летел,

сопротивляясь гравитации, в которую вшито «ты не успеешь».

И тогда – взгляд.

Сбоку.

Подросток – сбойный, полупрозрачный.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.