Мила Синичкина
Фиктивная невеста, или Притворись моей навсегда

Глава 1

Поправляю плащ на плечах, он то и дело норовит зацепиться за кусты, и продираюсь все дальше в лес. На дворе ночь, лишь Луна освещает мне путь, да и то, когда пробивается сквозь плотную листву деревьев. А случается это редко, мне приходится довольствоваться тусклым магическим светляком, послушно плывущим по воздуху рядом со мной.

Тысячелетний лес – это вам не простой лес, а мощная сила, с которой нужно считаться. Сюда никто не приходит без причины, даже самые отчаянные грибники рискуют собирать урожай лишь на окраине, внутрь не суются. Охотники и любители ягод чуть посмелее, но даже они не заходили в самую чащу, как собираюсь сделать я.

«Если легенда о Желании является лишь красивой сказкой, у меня всегда есть возможность сгинуть в этом лесу, и ненавистное замужество пройдет мимо меня, – подбадриваю себя мрачно. – Тут на каждом шагу поджидает опасность. Удивительно, что до сих пор никто на меня не напал».

Завтра меня не ждет ничего хорошего. Мой сосед, барон Ришар, предал память моего отца. Лишь стоило мне войти в совершеннолетие, как он пришел с ультимативным предложением женитьбы и на подготовку к свадьбе дал неделю.

Вот так вот, в прошлый четверг мне исполнился двадцать один год, а в этот я продираюсь сквозь заросли в диком лесу в надежде на то, что Высшие силы меня услышат и снизойдут до моей мольбы.

Как иронично.

– Агнесс, милая, ты бы присмотрелась к барону, все же он целых два года приглядывал за тобой и твоими землями, не бросил, как и обещал твоему покойному батюшке, – увещевала меня троюродная тетка, которую давным–давно пожалел отец и приютил у себя.

– А ничего, что эти два года мы с вами жили впроголодь? Даже вам, Кристина, пришлось выйти в поля и наравне с крестьянами добывать себе еду, – возражала я ей.

Но тетка Кристина стояла непреклонно. Подозреваю, ей самой всегда нравился барон, но ее он замуж не звал, а жаль.

– Вам нужно бежать, госпожа, он не оставит вас в покое, – причитала моя старая нянюшка. – Ой, что же это делается! Что делается! Был бы жив ваш батюшка, ведь не такой судьбы он вам желал!

Не такой, это правда. Но бежать я не могу, только не сейчас. Я не имею никакого права оставить все Ришару. Моей мечтой всегда было путешествовать, посмотреть мир прежде, чем осесть дома, дабы заниматься семьей и угодьями. Но уеду я, и Ришар завоюет мои земли, захватит все поля, принадлежащие мне, и мои люди снова будут влачить полуголодное существование, будут работать на него, не получая достойной оплаты, как было эти два года. Ришар не давал нам ни денег, ни зерна вдоволь. И мы выживали, как могли.

«Потому я должна сформулировать желание правильно, это очень важно. Я хочу не только избежать ненавистного замужества, но и чтобы никто впредь не покушался на мои земли. Мы живем далеко от столицы, мне некому жаловаться, должна сама справляться», – думаю сосредоточенно.

– Если не бежать, тогда вам нужно попросить Высшие силы вам помочь, – заявила моя личная служанка, Кэти, слушая наш с нянюшкой разговор. – У нас рядом Тысячелетний лес, все знают легенду о Желании.

– Что ты такое городишь, глупая, – тут же накинулась на девушку моя нянюшка, – не мели чушь, госпожа не отправится в чащу рисковать собой.

Этот разговор состоялся в прошлую пятницу, а сегодня я продираюсь свозь кусты и деревья и уповаю на чудо. Надеюсь, мои люди простят меня, если я тут сгину. Нам с ними в любом случае не отвертеться от барона, если не вмешаются Высшие силы.

– Ого, – восклицаю в изумлении и останавливаюсь, как вкопанная, – эта поляна и впрямь существует.

Кэти не поленилась, освежила в нашей памяти легенду о Желании, но, даже отправившись сюда, я не ожидала, что все будет так, как говорится в сказке.

Но вот я посреди поляны, покрытой цветами, Луна светит ярко, в этом круге деревья не растут, они почтительно отступили в сторону, и я щелчком пальцев гашу свой светляк. Справа журчит ручей, наполняя жизнью пространство вокруг, а посреди всего этого великолепия стою я и нерешительно оглядываюсь.

«Здесь все в точности, как должно быть. Какие еще знаки тебе нужны? Раз пришла, то действуй», – раздражается мое подсознание.

– Н–да, что ж, и впрямь, чего это я, – бормочу себе под нос, начиная медленно раздеваться.

Самое смущающее то, что я должна загадывать желание абсолютно обнаженная, даже на волосах не должно быть ничего, серьги придется вытащить из ушей, кольца отправятся туда же, на траву.

Раздеваюсь догола, складывая свою одежду аккуратной стопочкой, и выпрямляюсь. Мои волосы прикрывают грудь, жаль, не больше. Обхватываю себя руками и неловко переминаюсь с ноги на ногу.

Ночная прохлада заставляет мою кожу покрыться мурашками и подгоняет меня.

Сейчас или никогда! Я слишком далеко зашла, будет глупо повернуть назад, не попробовав.

Я раскидываю руки, запрокидываю голову к небу и принимаюсь напевать древнюю песню–молитву. Постепенно я согреваюсь, качаясь в такт ритма, привычная сила напитывает меня изнутри, и сейчас мне кажется, что все у меня обязательно получится.

– Древние Боги, услышьте меня! Я желаю освободиться от навязанного, стать хозяйкой своему и обрести свою судьбу! – произношу наконец.

Слова будто сами вылетают из меня, изначально я планировала использовать другую формулировку, но дело сделано, внезапный порыв ветра оповещает о том, что мольба принята. Вот только дальше что–то идет не по плану. На мою талию вдруг ложатся чужие руки, и я в ужасе открываю глаза…

Глава 2

– Здравствуй, милая, как давно я ждал тебя, – произносит мужчина, бесцеремонно держащий меня в своих объятиях.

К сожалению, мне не показалось, я действительно больше не одна на поляне. Но так не должно быть! Я только что просила свободы!

Моя мольба не сработала? Не была услышана?

– Уб–берите от меня свои руки, г–господин, – пытаюсь произнести строго, но получается довольно жалко, учитывая, что я заикаюсь от страха.

Наконец опускаю руки, я устала их держать, мышцы после напряжения трясутся, но я пытаюсь воспользоваться руками и оттолкнуть нахала.

– Не могу, милая, ты такая обворожительная, – мужчина ведет носом прямо вдоль моей щеки и как будто принюхивается, словно зверь. – Ммм, и пахнешь шикарно. Нет, как я могу тебя отпустить? И потом, прохладно нынче, а ты совсем без одежды, – Его глаза нагло обшаривают мою фигуру, – куда я тебя отпущу? Еще простудишься.

Краснею от стыда и злости. Никогда не участвовала ни в каких сомнительных ритуалах и правильно делала. Первый же опыт привел к дурным последствиям.

– У меня есть одежда, она рядом. Дайте мне одеться, пожалуйста, – выходит более жалобно, чем я планировала.

«А если Высшие силы подразумевают свободу от Ришара в том, что первый встречный незнакомец распустит руки? Тогда, выходит, моя мольба была услышана», – думаю с ужасом.

Мои прошлые мысли о том, чтобы остаться в этом лесу вместо того, чтобы явиться на свадьбу, сейчас пугают меня и кажутся глупыми. И сам поход был глупым, и поведение мое тоже.

– Сейчас, маленькая, – мужчина снова ведет носом рядом со мной, а его руки сильнее прижимают меня к себе, – сейчас отпущу. Конечно, тебе нужно одеться, я чувствую страх, я не хочу тебя пугать.

По моему телу пробегают мурашки от его действий, а практически невесомый поцелуй в висок в конце заставляет меня разомлеть и на одну крошечную долю секунды пожелать остаться в кольце этих теплых заботливых рук.

Теперь я пугаюсь собственных мыслей, плоха была идея прийти ночью в лес, плоха была идея верить в древнюю легенду, все мои идеи сплошь плохие. И теперь я мечтаю лишь об одном, как–то выбраться отсюда.

– Уйдите! – восклицаю эмоционально и отпрыгиваю назад от мужчины, не ожидая по–настоящему, что он меня отпустит, но мне это удается, я оказываюсь на свободе. – Отвернитесь! Извращенец! – добавляю я и лихорадочно ищу глазами свою одежду.

Вот вроде положила совсем рядом, а теперь ее нигде нет. И что мне делать? Что за таинственное исчезновение платья? Кому оно вообще могло понадобиться в лесу?

– Не это ищешь? – произносит незнакомец, кривовато усмехаясь. В его руках моя одежда и украшения. – Может быть, тебе помочь? Одеть тебя? Я бы предпочел лишь раздевать, но с этим ты справилась сама, – его бархатистый голос ласкает мой слух, а наглая интонация заставляет возмущаться сильнее.

Выпрямляюсь и гордо вздергиваю подбородок, с достоинством подхожу к незнакомцу, стараясь не думать о том, что мои волосы растрепал ветер, и едва ли они сейчас много прикрывают. Я не собираюсь становиться потехой лесному мужлану.

– Благодарю, – чеканю я и забираю свои вещи, – я сама справлюсь.

Отворачиваюсь и пытаюсь одеваться с достоинством, словно рядом нет наглеца, прожигающего дыру в моей спине. В моей обнаженной спине!

– Ммм, сзади ты тоже прекрасна, – тянет он тем временем, ему совершенно точно все равно на то, что я тут изображаю гордость и независимость.

– Послушайте, господин, – произношу, едва сдерживая злость в голосе, платье уже на мне, очередь за украшениями, – я не знаю, что вы себе вообразили, – поворачиваюсь лицом к нему, – но я не какая–то легкодоступная девушка! Вы застали меня за ритуалом, лишь поэтому я была слегка неодета!

– Я чувствую, что ты недоступная, ты ведь девственница, – говорит он так просто, как будто обсуждает погоду, а я давлюсь воздухом от возмущения, но следующая его фраза перечеркивает все предыдущие. – Меня ждала, моя маленькая, как это мило.

– Ч–что? Не ждала я вас! Я тут желание загадывала! Помощи просила!

Если я думаю, что меня уже ничего сильнее не шокирует, я сильно ошибаюсь:

– Все верно, и Тысячелетний лес откликнулся, прислал меня к тебе на помощь.

Глава 3

Часто–часто моргаю, не в силах сказать ни слова. Последняя фраза мне послышалась, да?

– Это сейчас была шутка? Вы так усыпляете бдительность задержанных после того, как их поймали, чтобы было легче их скрутить? – пытаюсь найти логическое объяснение происходящему.

– Милая, мне не хочется тебя обидеть, но я тебя в любом случае скручу в два счета, – произносит снисходительно дракон и шагает ближе ко мне.

– Н–не нужно, – На меня тут же веет силой, инстинкты велят бежать, а мозг понимает, что некуда.

– Снова ты меня боишься, – с досадой говорит дракон, – мне это не нравится, не бойся. Тебе я не причиню вред.

– Почему? Нужно кого–то посадить в темницу, чтобы показать, что дежурство прошло успешно? – спрашиваю полу равнодушно.

Если так подумать, это логично. Все, что рассказал незнакомец логично. Как я могла поверить служанке и отправиться в Лес творить запретное колдовство? Я ведь очень рассудительная девушка, положение обязывает.

Страх замужества с бароном подстегнул меня, заставил заниматься тем, что мне абсолютно несвойственно. Я готова была поверить в легенду, в сказку, во что угодно, лишь бы только не замуж за этого противного барона. Он так сально смотрит на меня, аж передергивает. А после меня бросает схожий взгляд на мою служанку Кэти, сомневаться не приходится, барон не собирался соблюдать верность в браке.

– Нет, что ты, наоборот, если никого за ночь в темнице не появится, это прекрасно. Значит, я предотвратил все преступления, – широко улыбается дракон.

И наконец–то не хмурит брови, и сразу становится таким милым, таким располагающим к себе. Совсем не похожим на барона, в общем.

– Знаешь, сегодня ты не справился, я успела совершить преступление, ты появился после. Но я согласна на темницу, пусть будет пожизненный срок, только прошу, конфискуйте мои земли, пусть ими управляет корона, а не мой жадный сосед. Он же людей ни во что не ставит! Заставляет голодать! Для него нет ничего святого! – горячо прошу.

– И тем не менее твой батюшка предпочел попросить барона присмотреть за тобой и владениями, а не корону, – говорит дракон, внимательно смотря на меня.

– Да. Я не знаю, почему так получилось. Должно быть, он испугался, что от короны может прибыть кто–то нечестный, охочий обмануть сироту, пустить ее по миру, а сосед казался ему порядочным человеком. С отцом барон всегда считался, проявлял уважение и прочее. Это я для него никто, лишь девка с приданым, которое стоит прибрать к рукам, пока другие не налетели.

– Как грубо и грустно, – дракон снова хмурится, не думала я, что его проймет моя история.

Впрочем, это вряд ли скостит мне срок. Главное, убедить официальные власти в том, что мое наследство нужно защитить от влияния барона. Ришар трус по своей натуре, если он заметит интерес короны к моим землям, он затаится и не покажет носа из своего поместья.

– Как есть, – пожимаю плечами. – Так что, ты мне поможешь? Я обязана защитить своих людей.

– И сесть ради них в темницу? – дракон иронично приподнимает бровь.

– Да, если понадобится, – решительно киваю.

Я не могу себе позволить дать слабину, я должна действовать, как заботливая хозяйка, на мне лежит ответственность.

– Твоя смелость похвальна, но зачем в темницу? Ты не услышала? Я предложил альтернативный вариант. И нет, это была не шутка. Мне действительно нужна подставная невеста, разыграть спектакль перед родственниками. Я кое–что натворил, и теперь меня жаждет женить вся женская половина семьи. Но я против. Так как, притворишься моей невестой? На одной чаше весов невинный спектакль, а на другой темница. Мне кажется, твой выбор очевиден, – усмехается дракон.

Глава 4

Из чистого упрямства мне хочется сказать, что я выбираю темницу, но не могу. Для любого здравомыслящего человека выбор и впрямь очевиден, а я до недавнего времени причисляла себя к здравомыслящим, несмотря на свою светлую шевелюру, голубые глаза и общий ангельский образ.

Но что–то мешает мне обрадоваться выпавшему шансу, должно быть, как раз все тот же здравый рассудок. Слишком все гладко звучит, не верится мне, что я отделаюсь малой кровью, если соглашусь. Наверняка просто сменю хозяина, и неизвестно, кто из двоих лучше: Ришар или этот незнакомец.

– А как вас зовут? – вспоминаю вдруг о приличиях.

Сложно было подумать о них раньше, все же дракон застал меня полностью обнаженной. На этой стадии отношений мужчина и женщина обычно знакомы друг с другом и даже перешли на «ты».

– Имеет значение? – веселится незнакомец. – Заметьте, ваше имя я не спрашивал. Да что такое! И я перешел на «вы»! Мне больше нравился наш непринужденный диалог. Он был дружеским, интимным.

– Хватит с меня интимного на сегодня. Меня зовут Агнесс, Агнесс Коуди.

– Точно! – хлопает в ладони дракон. – Семья Коуди уже несколько столетий снабжает королевство зерном. Правда, в последние годы вы поставляли меньше. А еще ходили слухи, что не зря в прошлом веке у вашего прадеда забрали титул, ведь ваша семья снова предала и начала продавать зерно на сторону!

– Я уничтожу Ришара, он портит доброе имя Коуди, – произношу мрачно. – Правда, со стороны короны было бы неплохо организовать поддержку провинции. А то знаете ли, мой батюшка ушел в мир иной при странных обстоятельствах, а к нам даже никто не приехал с проверкой и сочувствием! Скажите спасибо, что хоть сколько–то зерна вам поставлялось. Зато стоило мне провести один невинный ритуал – и все! Вы тут как тут!

– Какая ты горячая, милая, – по–звериному ведет носом дракон, – прямо ух! Я лично разберусь с этим негодником Ришаром! Накажу, устрою публичную порку при необходимости и верну честное имя своей невесте!

– Своей временной подставной невесте, – уточняю. – Я не хочу избавиться от одного властителя судеб и попасть в руки другого.

– Слишком ты его красиво назвала, какой он властитель судеб? Невинной девушки–соседки из такой же глуши, как и он сам, возможно. А глобально точно нет, – качает головой незнакомец. – Так что, по рукам? Выход из леса близко, я чую равнину. Договорились?

Он протягивает мне руку ладонью вверх.

Но я вновь медлю. Мне дали громкое обещание, да не одно, но исполнят ли его.

– А если, – начинаю я, но дракон меня перебивает.

– Никаких если, я высший дракон, если я что–то пообещал и скрепил договор рукопожатием, то я выполню свое слово, – говорит он.

«Так–то оно так, – думаю про себя, – да только история говорит о том, что драконы воспринимают истину по–своему, и обещания свои они выполняют тоже по–своему».

– Сроки? Сколько времени я должна буду изображать твою невесту? Что именно будет входить в мои обязанности? Каковы рамки нашего с тобой общения? – закидываю мужчину вопросами.

– Ты бы так скептически относилась к своему соседу, глядишь, не пришлось бы ночью в Тысячелетний лес идти, – выгибает бровь дракон.

– С Ришаром заключала договор не я, а мой отец. И как я уже сказал, сложно добиться справедливости будучи одинокой девушкой из провинции.

– Я не могу поменять систему и спасти всех девиц, оставшихся без попечения родных, но я могу исправить ситуацию, в которую попала лично ты. Соглашайся уже, – незнакомец снова тянет мне свою руку.

– Ты так и не сказал, какие будут рамки наших отношения, и что мне придется делать, – напоминаю, перехватывая свое запястье, желающее вдруг не послушаться свою хозяйку и заключить сделку без ее на то согласия.

– Да как я тебе скажу! Нужно изобразить невесту перед моей родней, а что именно тебе придется делать в процессе, я не знаю! – раздражается дракон. – Но твою неприкосновенность я гарантирую. Я уважаю женщин.

– По времени тоже пока неясно, да? – осторожно интересуюсь, надеясь на то, что не спровоцирую новый всплеск эмоций.

– Решение твоих вопросов займет не один день, логично предположить, что все это время ты будешь со мной, – холодно произносит дракон. – Но в темнице тоже неплохо, ты права. Там не идет дождь, а еще там кормят. Ни о чем не придется волноваться, все бытовые вопросы решают за тебя. Красота!

– Ладно–ладно, я согласна! – восклицаю запальчиво и пожимаю руку мужчины. – Но ты так и не назвал свое имя.

– Главное, мы договорились, – ухмыляется дракон, – теперь можно и представиться. Нельсон Кентеберийский к вашим услугам, – кивает насмешливо мужчина, а я внутренне холодею, наконец поняв, почему дракон не представился сразу.

Глава 5

– Нет, – стону в голос, – только не внебрачный сын короля. Нет–нет, этого не может быть, я не могла согласиться связать себя договором с монаршей особой.

– Монаршая особа – мой отец. И его супруга, а также законнорождённые отпрыски и прочие. А я сын красноволосой ведьмы с болот, я по определению не могу быть монаршей особой, – веселится дракон.

– А волосы у тебя темные получились, не красные, – ляпаю первое, что приходит на ум.

– Батюшка все же темноволосый, победил красноту, – усмехается Нельсон. – Хотя твоему оттенку волос я бы уступил первенство, для дочки. Мальчишке лучше быть темным, чем светловолосым, голубоглазым ангелочком, он будущий мужчина.

– Я совсем не понимаю, почему и как мы пришли к теме наследования детьми родительских черт, но это точно не то, о чем стоит говорить, – качаю головой.

– Как знаешь, – пожимает плечами дракон, – сейчас и впрямь рановато, ты еще не беременна.

– Я и не собиралась! – возмущенно восклицаю. – У нас договор на притвориться невестой, а не на стать супругой и матерью твоих детей!

– Сколько огня в тебе, милая, никогда бы не подумал, что у блондинок столько затаенной страсти внутри, – качает головой Нельсон. – Раньше мне матушка казалась самой темпераментной женщиной, как закричит, как шлепнет по заднице – мало не покажется. Мигом вылетает любое желание проказничать.

– Сочувствую. Но давай вернемся к теме твоей семьи. Я не подхожу на роль твоей невесты. Ты сын короля, а у меня даже титула нет, – сдержанно произношу.

– Ничего, вернем мы тебе титул. Теперь–то ты должна быть уверена в том, что у меня есть все ресурсы для того, чтобы решить оговоренные проблемы. Я с матушкой рос, отец не так давно меня признал. Удивлен, что в вашей глуши об этом слышали.

– Сплетни в глуши любят больше, чем свод законов, который не помешало бы рассылать почтовыми голубями, – произношу, поджимая губы.

– Ты права, – соглашается Нельсон, – столько мелких упущений в королевстве! И все идет от халатности. Отец еще ничего, а его супруга, моя мачеха, точно не радеет за простую и понятную жизнь для народа. Ее интересует лишь регулярное пополнение казны.

– Дай угадаю, – зло прищуриваюсь, – я могла отделаться штрафом за свой ритуал, да?

– Хм, – дракон делает вид, что задумывается, – как тебе сказать. Теоретически так–то оно, конечно, да, ведь ты никого не покалечила, даже природе не навредила. Но практически, разве ты располагаешь большой суммой денег? Именно ты, не Ришар, который угрожает тебе, чтобы прибрать все к своим рукам.

Дракон рассуждает логично, но я все равно чувствую себя обманутой.

«Тьма бы забрала всех мужчин! Как легко и спокойно тогда жилось бы женщинам. Каждая бы занималась своим делом, а не думала о том, как отвадить от себя очередного ненужного ухажера», – думаю про себя.

– Ты был обязан сообщить мне про возможность выплатить штраф, – произношу обиженно.

– Прости, милая, – дракон сжимает мое запястье и как будто даже искренне винится. – Но мне очень сильно нужна невеста, а тебя мне послали Высшие силы, не иначе. К тому же крупный государственный штраф лишь сильнее привязал бы тебя к Ришару, он бы не согласился на ссуду.

– В этом ты прав, – тяжело вздыхаю, а лес тем временем заканчивается. – Мои владения там – машу рукой вперед, – Ришар живет правее, его земля не плодоносит так же хорошо, как моя. А еще светает, – всматриваюсь в горизонт, – значит, наступил день моей свадьбы. И лучше бы вам, ваша светлость, сдержать обещание и освободить меня от навязанных пут, – произношу мрачно со скрытой угрозой в голосе.

Глава 6

– Боюсь–боюсь–боюсь вашего гнева, госпожа! – машет руками дракон, но бросает взгляд на мое лицо и тут же исправляется. – Прости, виноват. Все брачующиеся такие серьезные, я должен запомнить.

– Нельсон, ты мне не поможешь, да? – в моем голосе появляются нотки отчаяния.

Только сейчас я в полной мере осознаю, что с сегодняшнего дня моя жизнь перестанет принадлежать мне, если я выйду замуж за барона.

– Уже Нельсон, мне нравится, как твой прелестный язычок произносит мое имя, – снова паясничает дракон, а я готова руки заламывать от тревоги.

Нашла на кого понадеяться, никто меня сегодня не спасет, никому я не нужна.

– Успокойся, Агнесс, не время раскисать. Мы скрепили договор рукопожатием, все более чем в силе. Нельзя быть такой недоверчивой, – качает головой дракон. – Смотри, отсюда уже видно твое поместье, – Мы стоим на небольшом возвышении, а внизу раскинулись мои земли, – красиво у вас тут.

– Согласна. Это лучшее место во всем королевстве, – произношу с гордостью. – Правда, я бы хотела сначала побывать в других краях, попутешествовать и лишь потом вернуться сюда и растить своих детей.

– Так тебе тогда другое место может понравиться и стать лучшим место во всем королевстве, – передергивает дракон. – Что тогда будешь делать? Переносить поместье туда?

– Нет, никакое другое место мне не понравится сильнее, потому что здесь мой дом, дом моих предков. Наша земля лучшая на всем целом свете, не только в нашем королевстве, – произношу вдохновленно.

Я искренне верю в свои слова, как верили многие поколения семьи Коуди до меня. Полагаю, в этом и есть наша сила, наш талант и одна из важных причин, почему единственное землевладение обеспечивает зерном почти все королевство.

– Хм, даже завидно немного, у меня такого места нет. Не болота же мне считать лучшим на свете местом. Хотя в детстве там было очень забавно, самое то для непоседливого мальчишки, если, конечно, он обладает талантом к выживанию.

– Ничего, – ободряюще сжимаю ладонь дракона, этот жест получается у меня таким естественным, как будто мы с Нельсоном знакомы половину жизни, а не несколько часов, – и у тебя появится место, которое ты с гордостью назовешь: «Домом»!

– Добрая ты девушка, – говорит дракон и возвращает себе свою руку, у меня создается впечатление, что он смутился, – но мне нужно тебя спасать. Ты пока иди готовься к свадьбе, делай вид, что все в силе, а я появлюсь чуть позже. Вы на улице будете? Погода хорошая.

– На улице, да, – киваю. – Тетушка лично руководила созданием свадебной арки, я палец о палец не ударила ради приготовления к этому дню.

– Хорошо, я понял. В общем ты иди, ничего не бойся, я появлюсь эффектно, и ни у кого не останется сомнений в том, что барону лучше сбежать далеко и подальше.

– Ладно, – пожимаю плечами.

Что еще я могу сказать? Меня бросают, это ясно.

– Агнесс, – укоризненно цокает языком Нельсон, – прояви капельку доверия, мы говорили об этом.

Потом он вдруг притягивает меня к себе и целую минуту держит в своих объятиях, оглаживая мою спину и плечи. Когда я уже хочу задать вопрос на тему того, что происходит, дракон отпускает меня, напоследок оставляя невесомый поцелуй на моем виске, подталкивает вперед к поместью, а когда я решаю обернуться, чтобы посмотреть, что будет делать он, дракона уже и след простыл.

– Не удивлюсь, если случившееся мне привиделось, – зло бормочу себе под нос, – я слышала истории о заснувших на окраине Тысячелетнего леса, они болтали всякие небылицы минимум неделю после памятной ночевки.

Но все равно мне деваться некуда, у меня путь один – вперед.

Глава 7

Лишь спустя полчаса дохожу до территории своего поместья, солнце уже поднялось высоко и начинает припекать, хотя утренняя прохлада еще пока спасает. День будет жаркий, в свадебном платье, сделанном все той же тетушкой, мне станет дурно за считанные минуты. А еще и фата!

Почему–то тетка Кристина не захотела учитывать тот факт, что мы живем в южной части королевства, предпочла закутать меня по самое не хочу.

– Желаешь навлечь позор на свою семью?! – спросила она своим жутко визгливым голосом, когда я попыталась отвоевать себе меньшее количество тряпок. – Я один раз чуть было не навлекла, и что бы со мной было, если бы не твой отец?!

Историю о несчастной любви Кристины не к тому мужчине у нас знают все. В основном потому, что сама тетка любит поучать молодых девиц на собственном, как она говорит, трагическом примере. Но как по мне, пример не столько трагический, сколько глупый.

«И если я сегодня стану супругой Ришара, то мой пример тоже станет глупым, правда, еще и трагическим. Столько людей станет голодать – чем не трагедия», – думаю мрачно.

Дохожу до двора, на улице вовсю слышны утренние звуки, присущие любой деревне. Семья Коуди никогда не чуралась простой жизни, обладая графским титулом, а уж после его потери и вовсе не чурается. Я так вообще с детства люблю курочек и цыпляток. Жалко мне их очень, куриное мясо на нашем столе редкость. А вот свиней не жалко.

Кладу ладонь на ручку двери и храбро шагаю внутрь дома. Сейчас мне жалко лишь себя. Все же надо было бежать. Добралась бы до столицы, глядишь, смогла бы выпросить аудиенцию у короля с королевой и объяснить им, что у меня произошло. Им ведь нужно зерно, народ надо кормить, не только пополнять за счет его продаж казну, наверняка как–нибудь, да помогли бы.

«И потребовали бы за это настолько большую пожизненную скидку, что жить мне и моим людям все равно пришлось бы впроголодь», – додумываю мрачный финал несбывшейся истории.

В любом случае, я никуда не сбежала, я тут, и я добровольно сегодня лишила себя сна. Хотя адреналин пока прекрасно справляется с тем, чтобы я стояла на ногах.

– Госпожа, вы вернулись! – из соседней комнаты появляется Кэти и кидается ко мне. – Я так волновалась! Счастье какое, что с вами все в порядке. Ваша нянюшка всю ночь пугала меня всякими страшилками, а наутро и вовсе пообещала самой разобраться со мной, если вы не вернетесь.

– Нянюшка может, это точно, – отвечаю полу равнодушно. Послушав Кэти, я отправилась проводить сомнительный ритуал. Это не снимает с меня ответственность за произошедшее, но не мешает злиться на служанку. – Прости, Кэти, мне нужно собираться, я не могу выйти одетой неподобающе на собственную свадьбу, тетку хватит удар, и нам придется менять формат праздника с радостного на грустный.

– Все–то тебе шуточки шутить, Агнесс, – раздается сзади голос Кристины. – Но я рада, что ты вернулась, не сгинула в Тысячелетнем лесу и не сбежала, когда поняла, что сказки про ритуал с Желанием не работают.

– О, утро доброе, тетушка, – поворачиваю голову и киваю родственнице. – Вы не правы, ритуал как раз рабочий, но эффект у него не тот, какой обещала легенда.

– Так у вас получилось, да? – спрашивает Кэти, глядя на меня заискивающе. – Вы нашли нужную полянку? Отведете меня туда?

Меня раздражает вопрос служанки, и еще больше раздражает тот факт, что я поверила ее россказням и сотворила то, что сотворила.

Делаю несколько глубоких вдохов, чтобы не сорвать злость на девушке, но от ответа меня спасает новое действующее лицо. И успокоительное дыхание мне пригождается уже для того, чтобы не напасть на него.

Глава 8

– Почему моя невеста не в постели? Это правда, мадмуазель Кристина не лгала, ты не ночевала дома? Но где тогда ты была?! – возмущается Ришар во всей своей обрюзгшей красоте.

– Кто пустил этого петуха в мой дом? – мрачно интересуюсь. Отсутствие здорового сна плохо сказывается на моем настроении. – Тетя, это вы? – поворачиваюсь всем корпусом к Кристине. – Вы уже ночи вместе проводите?

– Да как ты смеешь, несносная девчонка! – визжит тетка.

Она замахивается для того, чтобы дать мне пощечину, но у меня давно отточенная реакция, я с легкостью перехватываю ее запястье.

– Вы не будете поднимать на меня руку, тетя. Вспомните, в чьем доме вы живете, и кто вас приютил и ни разу за все время не попрекнул, – произношу мрачно, но решительно.

– Твой отец меня приютил, не ты, – говорит Кристина, но голос ее становится более смиренным.

– И я не собираюсь нарушать его волю, – примирительно киваю, – но лучше бы нам с вами относиться друг к другу более уважительно.

Тетя поджимает губы и делает шаг назад.

– Господин барон зашел с утра на чашечку кофе, пожелал справиться о том, как мы готовы к свадьбе.

– Дорогая Кристина варит чудесный кофе! – восклицает Ришар, ему явно отказывает чувство такта. – Тебе, Агнесс, поучиться бы. Будешь баловать нас по утрам.

– Зачем? – поворачиваюсь к барону, он почему–то не принял слова про петуха на свой счет, или предпочел не принять. – Ведь есть же тетушка Кристина! Может быть, вы женитесь на ней? Она и будет баловать вас по утрам, а заодно и все остальное время суток.

– Агнесс! – восклицает Кристина.

Но я лишь машу на нее рукой.

– Проводите своего гостя, тетушка, основное празднество начнется не раньше, чем через три часа. Пока что это моя территория, и я не хочу видеть на ней посторонних, – ультимативно произношу и прохожу вперед.

Мне срочно нужно в свои покои, полежать хотя бы с полчасика. Адреналин уже не держит меня в тонусе, пришел откат, да до того резкий, что я едва держусь на ногах.

В моих покоях меня поджидает нянюшка. Она подрывается на ноги, едва завидя меня.

– Прошу, не сейчас, – останавливаю ее рукой. – Конечно, ты была права, естественно, я зря отправилась в Лес, чудес не бывает, миром правит суровая реальность. Но давай ты продолжишь читать мне нотации после того, как я подремлю полчасика, а лучше час. Меня ноги не держат, я ужасно устала.

Снимаю плащ и прямо в платье падаю на кровать, успеваю лишь слегка расстегнуть его до того, как проваливаюсь в крепкий сон.

Кажется, проходит всего несколько минут, как мне на ухо уже кто–то зудит. Недовольно морщусь, просила же дать мне немного отдохнуть, а они! Что за люди.

– Что вам еще? Я сказала, решу все вопросы позже, – бормочу, не торопясь открывать глаза.

– Госпожа, ваша свадьба начнется через пятнадцать минут, мадмуазель Кристина от нервов постоянно заламывает себе руки и причитает за дверью. Гости господина Ришара уже прибывают, занимают стулья перед аркой, – проникает в мой мозг голос Кэти.

Резко сажусь на кровати, не веря в услышанное.

– В смысле через пятнадцать минут? Я ведь только что прилегла! – уточняю у служанки.

– Нет, мы вас уже почти час не можем добудиться, – она всплескивает руками.

– Вот это меня сморило, видимо, откат пришел после ночного ритуала, – бормочу, слезая с кровати. – А что барон?

– Ждет, нервничает, вместе с ним и мадмуазель Кристина, я же сказала, – терпеливо повторяет Кэти.

– И больше никого, да? Никаких странных гостей? Все нормально? – осторожно интересуюсь.

– Все относительно нормально, да, – отвечает Кэти. – Нам бы одеваться, госпожа, как бы дверь в ваши покои не выбили.

– Ты права, надо, – киваю, думая с досадой, что дракон меня обманул.

Одеваемся мы быстро, но не в свадебное платье. Из вредности я выбираю простой белый костюм со свободными брюками. Прическа тоже минималистичная – расчесанные волосы с забранными по бокам прядями, чтобы не лезли на глаза. Если мне предстоит потерять себя, то хотя бы сделаю это в удобном одеянии.

– Идем, Кэти. Пора мне на казнь, – произношу мрачно и резким движением, чтобы не передумать, открываю дверь своих покоев.

– Вы же провели ритуал, может, все вот–вот изменится, – сочувствующе говорит служанка.

Наивная. Оставляю ее реплику без ответа.

Под взглядами гостей медленно подхожу к свадебной арке, чуть задрав подбородок. Они не увидят моих истинных чувств. Тетка и Ришар бросают на мой наряд одинаково неодобрительные взгляды, но при гостях меня не отправить переодеваться, и им приходится промолчать.

– Начинайте, – с елейной улыбкой обращаюсь к жрецу, вызванному аж из самой Сантании ради нашего бракосочетания, – ни к чему тянуть.

Делаю глубокий вдох, пытаясь справиться с бешено колотящимся сердцебиением, может, снаружи я и сама холодность, но внутри я едва справляюсь с собой. Все мое нутро противится этому союзу, я ведь даже расторгнуть брак не смогу, буду полностью подвластна барону.

«Пожалуйста, – поднимаю глаза к небу, – сжальтесь», – молю Высшие силы…

Глава 9

Но ничего не происходит, по крайней мере, в следующую минуту, которая тянется для меня мучительно долго. А жрец всего лишь перекладывает свои листочки на трибуне, несколько раз встряхивает руками и тоже переводит взгляд на небо. Готовится получить нерушимое благословение, будь оно неладно.

На Ришара я старательно не смотрю, боюсь, не сдержусь и ударю чем-нибудь. Тетушка сидит в первом ряду, и я физически чувствую, как она прожигает меня взглядом.

Но минута подходит к концу, жрец заканчивает разбираться со своими бумагами, настраивается на нужный лад и переводит свой взгляд на нас с бароном. И тут–то наконец происходит нечто интересное.

Вдруг налетает сильный ветер, шляпки нескольких дам слетают с их голов, кто–то испуганно вскрикивает, кто–то встает со стула. Тетушка подбегает к нам с бароном и делает то же, что и он: хватает меня за руку. Только Кристина за правую, а Ришар за левую.

– Боитесь, что я улечу с ветром? – насмешливо интересуюсь, иронично выгибая бровь.

– Признавайся, что ты сделала, дрянная девчонка? – шипит на меня тетя разъяренной фурией.

– Ничего. Ветер мне неподвластен, как будто вы не знаете. Погода расшалилась, а вы всех собак вешаете на меня. Несправедливо, – холодно отвечаю.

– Действительно, – в наш диалог вклинивается барон, – не похоже, чтобы это сотворила девчонка, – говорит он, прищурившись, – она же не совсем дурочка, понимает, что ей некуда деваться. Да, Агнесс?

Ришар сильнее сжимает мое запястье и чуть встряхивает. Не столько больно, сколько унизительно. Гости не сильно впечатлились внезапными порывами ветра, зато наше представление с удерживанием невесты аж с двух сторон вызывает недюжинное любопытство. Я его кожей ощущаю.

– Я вообще не дурочка, разве только в том, что не смогла отделаться от вас, господин барон. Может, отпустите? Гости с вашей стороны прямо сейчас пребывают в здоровом недоумении. Я уверена, не все из них придерживаются ваших взглядов и считают нормальным заставлять беззащитную девицу выходить за себя замуж.

Ришар бросает нервный взгляд на присутствующих и немного ослабляет свою хватку на моем запястье, но полностью не отпускает.

– Кристина, благодарю, иди на свое место, мы должны держать лицо, – произносит барон почти мягко, но с ощутимым нажимом.

Тетушка мнется несколько секунд, но все же отпускает меня и, опустив глаза на землю, занимает свое место среди гостей. Жрец же все это время смотрит на нас с нескрываемым интересом, полагаю, мы для него своего рода развлечение, которого он часто лишен по долгу службы.

– Приступайте, – теперь командует Ришар, поворачивая нас с ним лицом к жрецу.

– Кхм, – он прочищает горло, – я немного не уверен теперь, не после того, что я услышал и увидел. Нерушимый союз против воли девушки, – жрец укоризненно качает головой.

«О, да он с совестью! А я думала, ее нет ни у кого», – удивленно думаю про себя. Жаль только, что душевный порыв жреца не способен меня спасти.

– Вам щедро заплатили, и ваше начальство будет недовольно, если вы вдруг откажетесь выполнять заказ, – напоминает барон жрецу.

И тот, ожидаемо, тушуется, бросает на меня извиняющийся взгляд и затем смотрит лишь на свою трибуну, вновь перекладывая свои листочки.

Не знаю, что бы в итоге победило: совесть жреца или его здоровое опасение высшего руководства, да только чудо все же происходит. С новым порывом ветра еще с нескольких дам слетают шляпки, половина бумаг жреца разлетается по всему двору, но зато на этот раз появляется и причина перемены погоды.

– Всем оставаться на своих местах. Государственная служба правопорядка, – заявляет уже знакомый мне дракон и буквально спускается с неба, а вместе с ним еще четверо крылатых мужчин…

Глава 10

– Не обманул! – выдыхаю с облегчением на грани слышимости.

Мое сердце ускоряет свой ритм, но в этот раз по радостной причине. Дракон не бросил меня, он вернулся.

«Я спасена, спасена, спасена! – бьется в моей голове одна и та же мысль. – Спасена».

Что может сделать барон пусть и незаконнорожденному, но официально признанному сыну короля? Да ничего.

Подозреваю, в подобных случаях закон на той стороне, на которой ему выгоднее быть.

– В–вы что себе позволяете?! – подает голос Ришар и грубо притягивает меня к своему боку. – У нас здесь свадьба! Благостное дело! А вы ворвались, гостей наших напугали.

– С вами, господин барон, мы поговорим отдельно, не волнуйтесь. Вас мы даже в отделение с собой возьмем, показания запишем, вы сможете выговориться, не переживайте, – кровожадно улыбается Нельсон, обращаясь к Ришару. – Вы, главное, девушку отпустите, не ваша она. Синяки на руках оставите, еще и за это придется отвечать. Вы не думайте, темница у нас пустует, место для вас найдется, профилактические разговоры нынче действуют, но не на всех.

Барон кидает на меня подозрительный взгляд, но не отпускает. Рисковый какой, даже не ожидала.

А другие драконы, что прибыли вместе с Нельсоном, сейчас ходят среди гостей и что–то тщательно записывают, периодически задавая вопросы людям. Но гости то и дело поглядывают в нашу сторону, они сразу поняли, что самое интересное происходит здесь.

– А что, собственно, случилось, господин? – барон все же решает чуть поумерить свой гонор. – Налоги вовремя не уплачены в казну? Так я вроде месяц назад заполнял бумаги. На мисс Коуди тоже. Конечно, это никак не умаляет ее личной ответственности, – на этой фразе я бросаю возмущенный взгляд на Ришара, – и проверка заполнения налоговой декларации тоже на том, кому принадлежит дело. Девушка могла и ошибиться, всякое бывает. Может быть, не будем столь ярко реагировать в первый раз? Отделаемся штрафом, – пожимает плечами барон, – зачем портить жизнь девушке.

Уже во все глаза смотрю на наглого Ришара. В нем совсем нет ничего святого! Он не подпускал меня ни к каким бумагам, я физически не могла заняться проверкой чего бы то ни было.

– Не обманывайте правосудие, я в глаза не видела ни одной бумажки, заполненной вами. Вы нагло забрали управление моими владениями, да еще и опорочили мое честное имя перед короной! – вырываюсь–таки из захвата Ришара и делаю шаг от него. – Я буду жаловаться, так и знайте!

Правда, не думаю, что кого–то всерьез взволнуют мои жалобы, государственный аппарат переживает лишь за уплату мзды в казну. Но если совсем ничего не делать, решат, что я во всем виновата. Уже решили, им даже невдомек разбираться в проблемах своих подданых. А жаль.

– Не сможешь, Агнесс, на мужа не жалуются. Твое поместье навсегда перейдет под мое управление, и твои подписи никого не будут волновать. Женщина должна заниматься детьми и домом, а финансы – мужское занятие.

– Я еще не сочетал вас браком, – подает голос жрец. – Если позволите, господин проверяющий, я не уверен, что должен заключать этот брак.

Тут барон снова хватает меня за руку и притягивает к себе. Мне уже порядком надоело это перетягивание, да еще и тетушка решает присоединиться к нашей компании и тоже подержаться за меня. Мои руки для них, как канат для соревнующихся в его перетягивании.

– Мы все решили, давайте уже побыстрее закончим церемонию, – говорит барон, возвращая своему голосу твердость и обращаясь к жрецу.

– Я свидетель! Эти двое созданы друг для друга! – патетично восклицает тетушка. – Вы не сможете их разлучить!

– Вот как, а я думаю, что смогу, – отвечает ей Нельсон, смотря на нее как на таракана. – Отпустите девушку, барон, она не ваша собственность, я уже предупреждал.

Что–то новое появляется в голосе дракона, что–то угрожающее, даже я впечатляюсь и вся подбираюсь, хотя обращались не ко мне. Ришар тоже решает сбавить обороты, но не до конца. Руку он мою отпускает, но упасть в грязь лицом перед собственными гостями не может.

– А вы кто такой, что позволяете себе подобное поведение? Агнесс моя невеста, я ее жених, и вопросы по налогам никак не могут помешать нашей свадьбе!

– Про налоги тоже поговорим в отделении, не переживайте. Темница вас дождется, господин барон, – кивает Нельсон. – А свадьбы не будет. Никогда. Агнесс не ваша невеста, а моя избранная, на ней стоит моя печать, печать Нельсона Кентерберийского.

Глава 11

Печать Нельсона Кентеберийского? Он сейчас шутит? Потому что прозвучало не очень. Словно я скот какой. У меня курочки бегают свободными по двору, правда, на свиньях штамп стоит. Как и на мне?

– Хах, – усмехается барон, – быть такого не может! Агнесс чиста и невинна. И не общалась она ни с одним драконом, я точно знаю, я ее опекал до ее последнего дня рождения. Я контролировал каждый ее шаг, как хороший сосед и ответственный опекун.

– А теперь опекун берет в жены свою соседку, чтобы присматривать за ней всю оставшуюся жизнь, да? – насмешливо выгибает губы дракон. – А не слишком ли ответственно, барон?

– Не слишком, – он задирает подбородок и выпрямляет спину.

– В любом случае, вы меня уже утомили, девушку отпустите, – вкрадчиво произносит Нельсон, а у меня по коже пробегают мурашки.

Вот вроде сказал спокойно, не зло, а сразу хочется выполнить все, что прикажет, так как в случае неповиновения никому не поздоровится. Я бы на месте Ришара прислушалась.

– Отпускаю только для того, чтобы доказать вам, что произошло чудовищное недоразумение, у моей Агнесс нет никакой печати, просто не может быть, – псевдо доброжелательно говорит барон.

Ему еще по налогам отчитываться, сам навлек на себя проверку. Да и перед гостями нужно выставить себя в лучшем свете. Я бы ему даже посочувствовала, если бы не являлась разменной монетой.

– Тетя, отпустите, – тихо прошу родственницу.

Я хотела сделать шаг к дракону, воспользоваться тем, что Ришар меня отпустил, но тетушка, как будто, не слышала диалога. Как держала меня изначально, так и продолжает держать. Вцепилась мертвой хваткой, такое ощущение, что если она меня отпустит, то наступит конец света, и она упадет в бездну, не спасется. А я останусь на твердой земле. Вот она меня и держит, чтобы иметь возможность тоже остаться.

– Нет! Не может быть, чтобы на моей девочке было чье–то клеймо! – трагически восклицает Кристина. – Как же я не уследила?! Как допустила такое?!

– Вы были согласны на мой пожизненный брак с мелочным тираном! Вам не кажется, что это гораздо хуже? – пытаюсь достучаться до тетиного разума, но куда там.

– Нет ничего хуже, чем принадлежать дракону с сомнительным прошлым! – упрямо произносит Кристина и вскидывает голову назад.

– Да никому я не принадлежу! – возмущаюсь, но тут снова вмешивается Нельсон.

– Вы драконов не оскорбляйте, дамочка, и мое прошлое вас не касается. Ваше точно не было образцом, раз вы живете с племянницей и отравляете ей жизнь вместо того, чтобы ублажать собственного мужа и растить с ним своих детей. И я сказал «печать», не штамп и не клеймо. Это разные вещи. И не переживайте, вы здесь уже договорили до соседней темницы с бароном. Я так понимаю, вы его поклонница. Так совместные беды сближают, глядишь, покорите-таки своего суженого и съедете от племянницы.

Нельсон одаривает Кристину насмешливым взглядом, она краснеет, открывает–закрывает рот, но не говорит ни слова. Мне даже жаль ее становится, я ведь знаю, как тетка относится к подобным разговорам, а тут еще и при куче посторонних людей. Это страшнейший позор для нее. Теперь неделю точно не будет высовывать нос из своих покоев, да постоянно просить слуг принести ей ее любимое лекарство с кухни.

– Иди, девочка моя, – отпускает меня Кристина и всхлипывает напоследок, – докажи им всем, что на тебе нет никакого клейма.

Дракон на эту фразу только качает головой, некоторые ничего не хотят слышать, так зачем тратить время на их убеждение.

А я подхожу к Нельсону, не веря, что меня отпустили, что я больше не стою перед жрецом и не молю Высшие силы помочь мне.

– И что дальше? Какая печать? Ты что задумал? – спрашиваю его шепотом.

– Сейчас увидишь, доверься мне, – подмигивает мне Нельсон и проводит ладонью по моему плечу.

Кожу в этом месте тут же обдает жаром, но странное ощущение быстро проходит. Зато вокруг меня слышатся удивленные возгласы.

– Это правда!

– Она избранница незаконнорожденного принца!

– Он не солгал!

– Барон совершил преступление!

В растерянности оглядываюсь на гостей, не понимая, с чего вдруг такой переполох. И только потом я догадываюсь посмотреть на свое плечо. А на нем изображен какой–то черный знак. И я точно знаю, что еще с утра его на мне не было.

Глава 12

Это что же получается, я и впрямь теперь заклейменная точно мои свиньи?

– Он не ототрется, да? – пытаюсь убрать знак пальцами, но не выходит. – Зачем ты это сделал? Мы не договаривались о рабстве! Я не сбежала, ты меня вытащил из одной кабалы, чтобы тут же засунуть в другую?! За что ты так со мной?

Последнюю фразу я произношу довольно громко и истерично. И, конечно, привлекаю к нашей паре всеобщее внимание. Не то чтобы мы были его лишены, но люди все же немного отвлеклись, обсуждая печать и поведение Ришара, а теперь снова смотрят на нас с Нельсоном и молчат, жадно ловя каждое сказанное нами слово.

– Агнесс, милая, я ничего плохого не сделал. Это лишь знак моего покровительства и того, что ты признанная моим драконом невеста, – пытается вразумить меня Нельсон, но у него не слишком получается.

– Признанная твоим драконом? – переспрашиваю я. – Но мы…

– Тшш, – На мои губы ложится палец Нельсона, – ни к чему рассказывать всей округе о том, что с нами приключилось, – Он наклоняется ниже ко мне и добавляет. – К тому же ты ведь не хочешь раскрыть нашу тайну, верно? Я уже начал выполнять часть своего соглашения, пора бы и тебе немного поработать.

Как цинично, но в то же самое время очень правдиво. Дракон прав, пора бы и мне поработать. А я чуть было не раскрыла наш замысел. Вон и коллеги Нельсона с любопытством косятся на нас двоих, наверняка они ничего не знают о нашем с ним соглашении, а я открываю рот, не подумав.

– Да, прости, виновата. Не ожидала татуировки на своем плече, плохо знакома с вашими драконьими обычаями. У нас на равнине ваших нет, все крылатые преимущественно в столице находятся, вот и не знаем мы тут ничего, – пытаюсь закруглить конфликт, а сама думаю о том, что не тем я занималась в свободное время, совсем не тем.

Читать надо было, много и упорно, и про драконов. А еще про столицу и королевские обычаи. А я все больше по книгам учета, да по зерну, и еще по тому, как сделать жизнь своих людей лучше, богаче и сытнее.

Какая из меня невеста почти принца? Никакая.

– П–прошу прощения, вышло чудовищное недоразумение, – бормочет барон, – я не знал, ничего не знал, – тот отчаянно машет головой, да так сильно, что я начинаю волноваться, как бы она у него не оторвалась. – Мадмуазель Агнесс ничего мне не сказала, не предупредила, я не знал, – снова повторяет он.

Нервный такой, совершенно не умеет держать удар. Зато моя тетушка его поддерживает, вон как заботливо за ручку ухватилась, не до меня стремится дотронутся, а до барона. А ведь это я в лапах могущественного дракона, не Ришар.

– Ничего, прощаю, – милостиво кивает Нельсон, – но с нами вы все равно пройдете, много вопросов накопилось.

– Нет! – вдруг восклицает тетка Кристина. – Вы не можете забрать ни в чем неповинного человека!

Я невольно морщусь от ее горячности, но сделать ничего не могу. Я не глава рода, у нас, собственно, и рода нет, одна фамилия осталась, да честь. И ту всякие бароны норовят испортить. Теперь еще и тетушка представление устраивает.

– Вы можете пойти с ним, все равно вам не дадут управлять его поместьем. Пока будут идти проверки, имущество барона Ришара будет под присмотром короны. А мадмуазель Коуди вольна сама распоряжаться своим, – любезно произносит Нельсон.

А мне его за одну эту фразу хочется расцеловать. Ради управления собственным наследием я готова еще десять печатей на себя поставить.

– Простите, ваша светлость, – подает голос жрец, – я так полагаю, сегодня никто не будет вступать в брак?

Гости, до этого звучащие как разбуженный улей, вновь замолкают и прислушиваются.

Нельсон, как отличный актер, выдерживает паузу прежде, чем ответить:

– Нет, но вы можете зафиксировать нашу с мадмуазель Коуди помолвку. Устроим пир в эту честь! Ты ведь согласна, милая? – интересуется дракон, обращаясь ко мне с милой улыбкой.

А я даже не знаю, что сказать: помолвка – не брак, но ощущение того, что меня зажимают в тиски гораздо более ненавязчиво и умело, чем это делал Ришар, прочно со мной.

Глава 13

– К–конечно, наверное, это будет разумно, – отвечаю неуверенно, лихорадочно пытаясь вспомнить, чем мне грозит подтверждение помолвки жрецом. В нашей семье лет сто как никто не заморачивался с правилами при заключении брака, все происходило максимально просто и по любви. – К тому же мои люди угощение наготовили, двух поросят закололи ради того, чтобы накормить гостей, а я не люблю, когда еда пропадает, это расточительно, – качаю головой.

– Такая юная и уже такая хозяйственная, – умиляется Нельсон.

– Я предупреждала, я не подхожу в невесты высокородному принцу, – произношу настороженно.

Слова дракона я принимаю за тщательно скрытую издевку, наверняка в своей столице он привык видеть других девиц, которых совсем не волнует, что приготовленные поросята пропадут. Да они наверняка даже не знают, что поросят до того, как они попадают к ним на стол, выращивают и закалывают.

– Где ты увидела высокородного? Я вырос на болотах с ведьмой, забыла? – Нельсон ободряюще улыбается мне и поворачивается к жрецу. – Мы готовы, начинайте!

Тоже возвращаю все свое внимание жрецу. Ришар и тетушка все еще здесь, их не увели, но без конвоя не оставили, двое из четырех сопровождавших Нельсона, стоят по обе стороны от парочки, ненавязчиво напоминая о том, что им не сбежать от правосудия.

На секунду меня посещают угрызения совести, тетка ведь ни в чем не виновата, ее–то за что?! Но потом я вспоминаю формулировки Нельсона, он больше говорил о том, что она может присоединиться к барону по желанию, а не о том, что и над ней будет проводиться разбирательство.

Отвлекаюсь еще на несколько секунд – оборачиваюсь назад, на гостей. Большинство из них приглашены Ришаром, но теперь с интересом внимают словам жреца, занятым совсем не тем, кто их позвал на празднество. Сдается мне, людям все равно, едва ли кто–то хотя бы посочувствовал барону, всем есть дело только до себя, и это печально.

Зато мои люди совершенно точно искренне переживают за развернувшееся действо. Для них стульев не нашлось, лишь для нянюшки и тетушки. Остальные разместились чуть поодаль и имеют возможность наблюдать за происходящим стоя или сидя на свежескошенной траве.

«Надо проследить за тем, чтобы каждому сегодня досталось угощение. У людей должен быть праздник, не все им работать под гнетом», – думаю о насущном.

Поворачиваю голову к дракону, у меня сейчас великолепная возможность рассмотреть его профиль. Красивый мужчина, впрочем, я это в первый же миг нашей встречи заметила. И даже почти не хмурится, что придает лицу расслабленное и одухотворенное выражение.

«А может, ритуал все же сработал, как надо? Я ведь получила помощь, я избавлена от Ришара», – приходит вдруг в мою голову любопытная мысль.

Я помню слова Нельсона о том, что его выдернули сигнальные чары, что ритуал на желание в Тысячелетнем лесу давно отнесен в запретные, но ведь ко мне выдернуло именно его, именно Нельсона, который был готов помочь в осуществлении моего желания. Все–таки я не лишена романтизма, не только о зерне да о людях думаю.

– Агнесс Коуди, вы согласны? – доносится до меня голос жреца.

– Агнесс, надо ответить, – добавляет дракон, понизив голос, – ты в каких облаках витаешь?

– Прости, я не специально, – поворачиваюсь к жрецу и торопливо произношу. – Да, я согласна, конечно.

Вокруг наших с драконом запястий на миг появляются зеленые призрачные браслеты, а потом они словно впитываются в кожу, оставляя на ней причудливые татуировки.

А я только сейчас понимаю, что прослушала формулировку помолвочных клятв и понятия не имею, на что именно согласилась.

Глава 14

– Ура! – кричат, кажется, со всех сторон сразу. – Ура!

Немного нервно озираюсь, пытаясь понять, кто так радуется. Дракон понятливо усмехается и прижимает меня к своему боку, даря чувство защиты.

Мгновенно успокаиваюсь в его руках и уже хладнокровнее осматриваюсь, а крики все продолжаются. Кажется, рады абсолютно все, что необычно. Но и гости Ришара, и мои люди, и коллеги дракона – у всех улыбка на лице, а особо темпераментные не сдерживаются, кричат.

Единственные, кто не радуются, это тетушка Кристина и барон Ришар. Но это логично. Я бы сильно насторожилась, увидев на их лицах счастливые улыбки.

– У гостей такая реакция, словно мы с тобой поженились, а не заключили помолвку, – осторожно произношу. – Это ведь точно была помолвка, да? Не заключение брака? Я все еще принадлежу себе? И мои земли тоже?

Будет крайне отвратительно, если я так легко все потеряю, даже не осознав этот момент. Мне кажется, если подобное произойдет, мои предки забудут, что никогда не имели и крохи некромантского дара, восстанут из своих могил и будут являться ко мне по ночам, как к той, кто в одночасье потерял взращенное поколениями.

– Ты не слушала? – веселится дракон. – Как такое могло произойти?

– Не знаю, – стыдливо опускаю глаза, встречаться с кем бы то ни было взглядом очень смущающе в моем положении, – должно быть, сказалась бессонная ночь и долгожданное избавление от Ришара. Я просто расслабилась на минуту и доверилась тебе.

Последнее особенно удручающе. Начинаю подозревать, что ритуал Желания делает своих нерадивых исполнителей очень глупыми. Или мы таковыми являемся изначально, раз отправляемся в дремучий лес?

– Агнесс, – Нельсон проводит подушечками пальцев по моему лицу, очень нежный и интимный жест от чего–то не вызывает у меня отторжения, – все твое принадлежит только тебе, и так будет всегда. И нет, ты все еще не замужем, для этого придется для начала вернуть тебе титул.

– Не надо титул, меня все устраивает. Спасибо тебе, и прости, я постараюсь впредь быть внимательнее и не улетать мыслями в неизвестном направлении во время важного мероприятия.

– Да нет, это неплохое умение, иногда бывает полезным, но порой и проблем может подкинуть. В общении с моими родственниками могут возникнуть разные ситуации. Но на бракосочетании я бы, конечно, хотел, чтобы моя избранница слушала жреца, а не разглядывала всех подряд.

– Уверена, твоя будущая супруга так и поступит, – примирительно улыбаюсь. – Идем за стол? Моя кухарка обещала торт, правда, я запрещала, не желая тратить лишние средства на гостей Ришара, но теперь не прочь им полакомиться, отпраздновать избавление.

– Барон не соизволил потратиться на собственную свадьбу? – удивляется дракон.

– Нет, – качаю головой, – во всем, что касается его личных финансов, он очень прижимистый.

– Ничего, он тебе все возместит, – кивает Нельсон, бросая мимолетный взгляд на барона.

Мы делаем шаг от жреца, намереваясь проследовать к столам, накрытым на открытом воздухе за углом, но нас останавливают. Кажется, каждому присутствующему хочется поздравить нас с драконом лично.

Мне неожиданно приятно такое внимание, Нельсона я не тягощусь, как Ришара, и чувствую себя почти как на настоящей помолвке. И, что удивительно, от гостей барона не исходит злости и фальши, они как будто искренне рады за нас с Нельсоном.

Наконец настает очередь коллег дракона поздравлять, я широко улыбаюсь мужчинам, но один из них как будто маскирует злость, лишь притворяясь счастливым за нас.

– Выкрутился, да? Ни что тебя не остановит перед своей целью, – говорит он, укоризненно качая головой, – только о себе и думаешь. – Девчонка, – он кивает на меня, – хотя бы знает, что ты натворил?

А вот и подвохи начинают вылезать…

Глава 15

Надеюсь, я сейчас не узнаю нечто такое, после чего пожалею о сделке. Невольно бросаю взгляд на Ришара и понимаю, что нет, в любом случае не пожалею. Вот только во что же я все–таки влезла?

У меня нет таланта к тому, чтобы без проблем продираться сквозь хитросплетения чужих интриг, я и свои–то не плету. Я слишком простая, в ушедшего папеньку, не иначе. Матушка была писаной красавицей и светской дамой, всегда знала, чего она хочет, и как это получить.

Удивительно, что она захотела моего папеньку. Обычно такие девы обитают в столицах среди птиц более высокого полета, но нянюшка уверяла меня, что любовь случается со всеми, видимо, задела и маменьку.

Я пошла в нее внешностью, у нас есть картины матушки, да и отец мне часто говорил, что я вылитая мать. Но характер у меня не ее, иначе бы я знала, как нужно выходить изо всяких сомнительных ситуаций.

– А что я такого натворил? – дракон делает круглые глаза. – Никого не убил, не обокрал, даже не оболгал!

– Действительно, все–то у тебя было по–честному! – смеется коллега Нельсона. – И не поспоришь! Ладно, в этот раз все правильно сделал, не буду порочить твое имя перед невестой. Мое почтение, леди, – кивает он и уходит.

– Я, э, я не леди, – произношу обескураженная, но не обращением к собственной персоне, а содержанием диалога.

– Это поправимо, – машет рукой мой дракон, – идем, все голодные, пора гостей накормить, и они, глядишь, наутро не вспомнят ничего лишнего, будут думать, что помолвка удалась на славу!

– Лишнее – это замена жениха и празднества, да? – спрашиваю я, позволяя Нельсону увести меня в сторону, он кивает, а я продолжаю допрос. – А на что намекал твой друг?

– Он мне не друг, не обращай на него внимание, – отмахивается дракон.

– Ладно, не буду, но все же он на что–то намекал, – не отстаю я.

– Милая, – Нельсон вдруг резко останавливается посреди дороги, а я по инерции врезаюсь в него, – вот зачем нам вспоминать прошлое, скажи? Какая разница, что было раньше, ведь сейчас мы вместе! Тебе бы точно не понравилось, если бы я зудел про соседа–барона.

– При чем тут Ришар?! – закономерно возмущаюсь я. – И твое предложение нерационально! Оно было бы резонным, если бы, – осматриваюсь, нет ли рядом никого и понижаю голос, – если бы не наши особые условия. Не находишь, что мне стоит знать, что такое ты натворил? Я ведь не влюблена в тебя, меня не нужно ограждать от лишней информации, мне ее, наоборот, нужно давать.

– Не влюблена? Совсем–совсем? Ни капельки? – паясничает дракон. – Эх, а я–то думал, что между нами связь! А между нами вот оно что, голый расчет, – Нельсон притворно сокрушается. – Идем хотя бы поедим, а то без нас самые вкусные яства растащат по тарелкам, и ищи-свищи их потом.

Продолжить разговор за столом мне не удается, слишком много ушей вокруг, приходится тихо злиться, изображая при этом счастливую невесту и заедая плохое настроение любимым мясным пирогом, который сегодня особо удался кухарке.

«А чего я, собственно, переживаю? Этот неприятный тип сказал, что в этот раз Нельсон делает все по–честному, это ведь главное! Мало ли что совершил незаконнорожденный принц, это меня не касается. У нас с ним просто общее дело, не больше», – осеняет меня на четвертом куске.

– А где моя тетя? – интересуюсь, перестав наконец злиться.

– За столом, где же еще, вон там сидит, – Нельсон указывает в сторону. – Моим ребятам тоже хочется погулять на празднике, вот все и остались, даже барона пожалели. Правда, Гилберт за трапезой красочно описывает ему, что его ждет в ближайшее время, аппетит у бедняги Ришара явно страдает от этого.

Бросаю взгляд на своего бывшего жениха и не могу сдержать злорадную усмешку, до того вид у барона сейчас жалкий.

– Тетю вы ведь не будете задерживать? Она ни в чем не виновата, и я чувствую ответственность за нее, как будто сама подставила, – перевожу взгляд на единственную родственницу.

– Хм, обычно тетки чувствуют ответственность за племянниц, а не наоборот, – хмыкает Нельсон, но все же успокаивает меня. – Никто твою родственницу задерживать против ее воли не будет, не переживай. Но сдается мне, она готова совершить что–нибудь неправомерное только для того, чтобы остаться рядом с возлюбленным. Ты посмотри, она ведь на тебя совсем не обращает внимание, а это ты, между прочим, в лапах страшного дракона. Но нет, ее волнует лишь ваш скользкий сосед.

– Сердцу не прикажешь, – произношу, пытаясь выгородить Кристину.

Я всегда хотела, чтобы у нее появился муж, но не барон же! Этого я понять не могу.

– А почему наши молодые не целуются?! – кричит кто–то с задних рядов, там, где стоят столы для моих людей.

«Накажу всех», – думаю раздраженно. Никто и ничто не заставит меня прилюдно целоваться с кем бы то ни было.

– Да! Где поцелуй?! – поддерживают инициатора с середины стола.

– Действительно, командир, покажи класс своим подчиненным, – громко говорит Гилберт, отвлекаясь от устрашения Ришара.

В удивлении смотрю на последних, ладно, наша провинция охоча до примитивных зрелищ, воспитана не как следует, но эти–то куда?!

Тут Нельсон берет меня за руку и вдруг наклоняется ко мне.

– Агнесс, – произносит он, а расстояние между нашими губами стремительно сокращается, – они не отстанут. Я понимаю, тебе самой не хочется, да и я за приличия, но…

Глава 16

Что именно «но», я не успеваю спросить. Губы дракона стремительно накрывают мои, и время словно замирает. Уходят на второй планы возгласы гостей, не слышен больше щебет птиц, даже жар солнца не чувствуется, он остался в том, основном мире, а мы с драконом, как по волшебству, перенеслись в свой собственный, в мир только для нас двоих.

Мужские губы усиливают мягкую атаку, на краю моего сознания мелькает мысль о том, что ради представления для народа мы уже отыграли свое, можно и нужно заканчивать, но я не нахожу в себе силы оттолкнуть дракона. Наоборот, с любопытством прислушиваюсь к собственным ощущениям.

Наследницам даже без титула не пристало порочить свое имя и целоваться с кем–то кроме жениха, и в свой двадцать один год я никогда не пробовала с кем-то сближаться настолько, да и симпатий не было. Не с Ришаром же целоваться! А тут с драконом меня накрывает ошеломительной лавиной из необычных ощущений, и сразу возникает закономерный вопрос: «Почему люди так редко целуются?»

– Какая ты, – произносит Нельсон, отстраняясь от меня.

Я едва сдерживаю вздох разочарования.

– Какая такая? – спрашиваю раздраженно, принимая слова дракона за оскорбление. – Неискушенная? Так не девица из столицы, я тебе это уже не раз говорила.

– Глупенькая, – смеется Нельсон и взъерошивает мои волосы, – я комплимент сказал.

Растерянно хлопаю ресницами, не понимая, как реагировать. Во мне все еще бурлят эмоции, вызванные поцелуем, и что–то тянет внизу живота, томно разливаясь по организму, как будто мне чего–то не хватает, чего–то очень важного.

Я не понимаю, чего именно, но это ощущение одновременно рождает досаду, желание получить нечто и прогнать, и…

Неожиданно, но накинуться на дракона и поцеловать того самой.

Делаю несколько глубоких вдохов, и тут остальной мир словно оживает. Голоса гостей включаются на полную громкость, птицы им вторят, пытаясь перекричать людей, и даже солнце не отстает, усиливает жар, выкладываясь на всю да так сильно, что и мой легкий костюм не спасает.

– Когда это ты успел невесту встретить, не пойму? – задумчиво произносит Гилберт, тот самый неприятный тип из компании дракона. – Еще вчера ее у тебя не было, я уверен. Я считал, что между вами все фиктивно, но ваш поцелуй говорит о другом.

Мои щеки пылают румянцем, излишне торопливо отстраняюсь от Нельсона, но, подозреваю, это смотрится лишним подтверждением наших «настоящих» отношений с драконом. Что ж, в этом и заключается договор, да? Я изображаю его невесту, а он…

А он теперь мой жених.

Мои люди меня не осудят, вон как смотрят с противоположного конца стола и умиляются. Они у меня добрые, а еще романтики. Их хлебом не корми, дай только послушать сказку про любовь.

А что подумают остальные – меня не волнует. Гости Ришара – это проблема Ришара.

– Вот, значит, как, Агнесс, на стороне, за моей спиной якшалась со столичным драконом, пока я твое дело на себе тащил! – зло выплевывает барон.

Тетя робко дотягивается до его руки и сжимает запястье Ришара. Мне становится противно. Полагаю, отец надеялся, что Кристина заменит мне мать, но она даже моей тетей быть не в состоянии.

– Неужели вы в самом деле были знакомы с принцем ранее? – подает голос кто–то из гостей барона, а любопытство из него так и сочится, так и пробивается наружу.

Чувствую, люди сейчас придумают такую историю, ничем потом не отмоюсь. В провинции репутация всегда идет на первом месте. Если один раз ее испортил, то все, хоть что ты сделай, хоть в лепешку расшибись, хоть сто дел прекрасных сотвори, хоть благотворительностью займись, а люди всегда будут помнить о твоем прегрешении. Разве что, добавят, что одно хорошее дело ты все–таки сделал, но человек ты все равно дурной, потому что… И дальше всегда следует история позора.

А у меня ситуация еще хуже: Нельсон не подумал, теперь я прекрасно вижу, что его воспитывали на болотах, ведь настоящий принц сразу просчитал бы, что невесту с испорченной репутацией ему не позволят привести во дворец.

А если ему не позволят привести меня, значит, я не смогу ему помочь, значит, наш договор больше не будет действовать, значит, я вновь остаюсь одна с Ришаром, зерном и долгом перед короной…

Глава 17

– Нет, не были, – пытаюсь звучать твердо, я говорю правду, мне нечего скрывать.

Но среди соседей я не успела завоевать авторитет, они всегда вели дела с моим отцом, а потом с бароном. Это они оба уважаемые люди, мужчины! Что наиболее важно.

Девицы в провинции всегда были и остаются ветренными созданиями, как бы обидно мне от этого не было. Да и не только мне, я подозреваю, остальным девицам точно так же неприятно сложившееся о слабом поле мнение.

Никто не запоминает заслуги, их если и видят, то списывают на случайность и удачу. Либо на тайного покровителя, который все делает за девушку. По–другому быть не может. Печально.

Спасибо, у меня есть мои люди, которым я могу доверять, которые всегда будут на моей стороне. Они знают меня настоящую, и они не мыслят как остальная масса.

Но люди у меня простые, маленькие, подневольные. К их мнению никто никогда не прислушается. И это тоже печально.

И как моя несостоявшаяся свадьба и состоявшаяся помолвка превратились в день всемирной философии?

– Она лжет! Кто в здравом уме поверит молоденькой вертихвостке? – подает голос Ришар, вырывая меня из моих мыслей. Этот шакал безошибочно нашел проблемную точку и надавил на нее. Он давно вращается в общественных кругах, он знает, что и когда следует говорить. – Вы посмотрите не нее! У нее внешность ее ветреной матери! Старый Коуди наверняка пал от ее чар, никогда в провинции не было таких красоток, всегда нас сторонились. А тут на тебе, вторая ведьма! И это в семье потомственного земледельца.

Слова Ришара звучат как гром среди ясного неба, и я осознаю всю безысходность своей ситуации. Он словно мировой судья выносит приговор опозорившей род девице, а тетя Кристина лишний раз подтверждает, что настоящей тетей она мне не стала, потому что никак не пытается поддержать, даже взглядом боится показать, что я ее племянница, все цепляется и цепляется за барона. Тьфу, противно!

А Ришар продолжает заливаться соловьем, его уже и спутники Нельсона слушают, открыв рты. Гилберт так точно с удовольствием внимает.

Гости, сидящие за моим столом и поглощающие мою пищу, мгновенно забывают об этом факте. Они словно ядовитые змеи, словно голодные гиены, жаждут слухов и сплетен, а на этой свадьбе–помолвке столько произошло, сразу ясно, что история темная. Не выгляжу я благопристойной девицей из провинции, хоть что ты сделай – не выгляжу и все тут.

– Подождите, но как же, как, – пытаюсь сказать что–то в свое оправдание, но у меня не получается, эмоции и растерянность берут свое.

Не создана я для таких вещей, не создана и точка. Не в маменьку характером, в папеньку.

– Все, хватит, – произносит вдруг Нельсон, о нахождении рядом которого я успела позабыть. Голос дракона звучит опасно, по–другому не скажешь. – Устроили цирк, вы на магической помолвке или на деревенской ярмарке? Вы сейчас говорите о невесте принца, пусть и порченного, но принца вашего королевства, – вкрадчиво продолжает дракон.

Он говорит спокойно, негромко, но разговоры за столом мгновенно замолкают. Гости Ришара ежатся и прячут глаза, коллеги Нельсона преувеличенно внимательно смотрят в свои тарелки. Один барон упрямо смотрит перед собой, и Кристина ему вторит, держится за руку своего кумира.

– Как так получилось, что воспитанный на болоте дракон и девица, потомственная земледелица, ведут себя достойнее, чем имеющие титулы с рождения? – тем временем продолжает Нельсон. – Граф Дерби, – говорит он вдруг громко, – встаньте, пожалуйста.

Один из гостей Ришара, краснея, поднимается на ноги.

– Да, ваше высочество, – лепечет он, явно нервничая.

– Вам бы понравилось, если бы ваша дочь встретила своего истинного, но соседи судачили о том, что все неправда, что девчонка раньше крутила любовь и позорила своего отца?

– Никак нет, ваше высочество, – мотает головой граф.

– Вот и мне кажется, что нет. Гилберт! – переводит взгляд на своего коллегу Нельсон.

– Не надо меня прилюдно воспитывать, принц, я–то как раз в ваше запечатление верю, – кривовато усмехается неприятный дракон. – Но намек я понял. Всех высказавшихся, господа, ждет немаленький штраф и увлекательное написание объяснительной в участке. Но все это, разумеется, после помолвки, приятного всем аппетита, – заканчивает Гилберт с устрашающей ухмылкой на губах.

Гости тут же предпочитают сделать вид, что они даже не знакомы с Ришаром, от чего выражение лица у того становится кислым–прекислым. Одна тетя по–прежнему на его стороне, ее преданности можно позавидовать, вот только барон отчего–то кривится, бросая взгляд на Кристину.

Но она не маленькая, она сделала свой выбор, пусть будет счастлива.

– Спасибо, – шепчу, наклоняясь к Нельсону, – за меня только отец вступался, но это было так давно, что и не верится, что я когда–то была не одна.

– Агнесс, ты больше не одна. Вот только перед семьей моего отца тебе придется держать удар самостоятельно.

«Я больше не одна временно, потом я снова буду одна», – думаю про себя от чего–то с горечью. Внезапно мне хочется навсегда спрятаться за широкой спиной Нельсона, но это невозможно.

Я фиктивная невеста, и лучше бы эта длинная помолвка закончилась побыстрее. Мне не свойственна слабость, я всегда была сильной. А тут вдруг захотелось прятаться за Нельсона постоянно.

«А надо было, милочка, слушать, что на помолвке говорилось, – ехидничает мое подсознание, – эдак тебя и зависимой могли сделать»…

Глава 18

Эта мысль заставляет меня напряженно замереть, пытаюсь лихорадочно вспомнить формулировку клятвы, но выходит у меня откровенно плохо. Я настолько обрадовалась, что не придется становиться супругой Ришара, что слишком расслабилась и занималась чем угодно, кроме того, чтобы внимательно слушать.

«Ох, и что теперь? Не у Нельсона же спрашивать в самом деле. Он посмеется, да и солгать может. Нужно срочно найти другой источник информации», – думаю напряженно.

Праздник начинает меня напрягать. Все уже угостились блюдами, даже моим людям досталось, пора бы и заканчивать.

Но моя повариха со мной несогласна. Только я дожидаюсь удобного момента, чтобы встать и объявить о завершении трапезы, как она появляется на лужайке, катя перед собой тележку с тортом.

Да не просто тортом, а красивым трехъярусным тортом, украшенным шоколадной глазурью и зелеными цветами. Я пораженно приоткрываю рот, впрочем, гости выглядят примерно так же, мы все вдруг забыли, как ведут себя в приличном обществе.

– Ничего себе, такую красоту и в королевском дворце редко увидишь. Твои люди очень талантливы и горячо любят тебя, – хмыкает мне на ухо дракон. – Только я никак не пойму, почему глазурь шоколадная, а цветы зеленые? Где пшеница? Где рожь? Разве торт не должен олицетворять символ того, что вы здесь выращиваете?

– Никогда бы не подумала, что королевский сынок что–то смыслит в пшенице и ржи, – хмыкаю себе под нос, – но так и быть, объясню, почему этих культур нет на праздничном торте. Шоколад – это не только олицетворение земли, но и мой любимый вкус. Зеленые цветы – потому что мой любимый цвет зеленый. Собственно, и все. Тайного ничего, просто меня любят мои люди, как ты уже заметил ранее. Мы не помешанны на земледелии, мы уважаем наше дело, но и только. Возводить его в культ никто не стремится.

– Да, действительно, чего это я. Оштрафовал людей за теории заговоров, а сам не лучше, – признает Нельсон. – Ладно, давай есть торт, потом, надеюсь, можно будет заканчивать с официальной частью? У моих коллег нет сегодня помолвки, им придется еще работой заниматься, протоколы составлять.

– Да, после торта всех выгоним, я тоже устала, – выдыхаю с облегчением.

Пока что Нельсон не производит впечатление монаршей особы. Возможно, мне будет не сильно трудно выполнять свою часть договора. Хотя он прямо сказал про своих родственников во дворце. И как я буду с ними справляться?

– А кто тут у нас? – задорно кричит моя повариха тем временем.

Я с трудом подавляю в себе порыв спрятать лицо в ладонях. Моим людям все равно на гостей из столицы, для них что свадьба с соседом Ришаром, что помолвка с незаконнорожденным принцем – все одно, веселье по–деревенски.

– Молодые! Молодые! – кричат с дальнего конца зала.

– Что они делают? – задорно продолжает моя повариха.

– Это какой–то местный обычай? – спрашивает Нельсон с любопытством в голосе.

– Видишь, не только провинция не следит за нововведениями в столице, но, оказывается, и вы за нашими обычаями не следите, – отвечаю, слабо улыбаясь. – Ты, главное, не удивляйся и не обижайся, очень тебя прошу.

Я не могу лишить своих людей любимого атрибута праздника, придется Нельсону участвовать в деревенском балагане.

– Вступают в совместную жизнь! – отвечают тем временем с другого конца стола.

– Да нет, у них помолвка, еще не вступают, – слышится другой голос.

– Но это шаг к браку, значит, обычай с тортом нужен! – упорствует третий.

– Я приготовила шедевр, просто так его съесть без определения главенства в семье я не дам, – авторитетно заявляет моя повариха. – Так что, дурни, не спорьте и не портьте обычай. А вы, госпожа Агнесс, идите сюда и жениха своего зовите. Перед древними обычаями все едины – что принц, что не принц, что дракон, что человеческая дева.

Мысленно стону в голос, но храбро хватаю за руку Нельсона и тяну вперед.

– Идем, приготовься к минуте славы или позора. Тут уж как повезет, – загадочно оповещаю принца и подвожу к тележке с тортом.

– Что ж, – одобрительно кивает мне повариха, – правила все знают, кусайте на счет три с разных сторон торта.

– Что делать? Кусать? – удивляется Нельсон. – Но зачем?

– Так надо, – твердо говорю и становлюсь с противоположной от него стороны торта, – не спрашивай, просто кусай. Доверься мне, пожалуйста.

На секунду мне кажется, что дракон не согласится, кто я такая, чтобы мне доверять, но нет, я ошибаюсь. Он лишь кивает и заметно расслабляется.

– Отлично, молодцы, – хлопает в ладоши моя повариха, привлекая внимание. – А теперь, на счет три молодые сделают ритуальный укус! Итак, один, два, три!

Последнее слово она кричит, а мои люди ей вторят. Я убираю волосы назад и мужественно склоняюсь к сладкому. Одно радует, во дворце таких варварских обычаев не будет, но, я, возможно, не попаду туда. А десерт пропадет, моя повариха сурова, может лишить сладкого, если не сделать все «как надо».

Выпрямляюсь, пережевывая нежнейший бисквит, чувствую крем на щеках, но без салфеток не рискую его вытирать.

– Отлично, молодые у нас молодцы, – хорошо поставленным голосом продолжает повариха. – Давайте глядеть результат, – она внимательно смотрит на обе пострадавшие стороны торта, а потом заявляет с широкой улыбкой на губах. – Наша госпожа победила! Она будет главной в их семейной жизни!

Глава 19

Мои люди радостно кричат, гости Ришара вежливо хлопают, они еще не отошли от назначенных штрафов, а я боюсь взглянуть на Нельсона.

«Не могла откусить поменьше? Совсем сегодня головой не пользуешься?» – ругаю сама себя.

Но я действительно не специально, я предполагала, что дракон точно откусит больше меня. И тогда ему пришлось бы обидеться разве что на испачканное лицо, но он бы вышел победителем, как и должно мужчине. Тем более мужчине–принцу.

Но Нельсон удивляет, он вдруг начинает смеяться в голос и присоединяется к аплодисментам.

– Вот так! А вы думали, какая должна быть невеста у дракона? Только такая! Девушка должна суметь поставить жениха на место, иначе брак обречен, – говорит он и с благодарностью принимает полотенце, чтобы вытереться.

– Ты не злишься? – спрашиваю с удивлением. – Я не хотела этого, я думала, будет по–другому.

– Не волнуйся, вышло интересно и необычно. Тебе нужно нарабатывать репутацию среди моих коллег, они первые доложат о нас моим родственникам во дворце. Но, конечно, это соревнование нельзя признать правдивым, я не согласен на основании укуса определять главенство в семье.

– Тебе и не надо, едва ли твоя супруга будет из нашего поселения, чтобы заниматься такой ерундой, – с облегчением выдыхаю и не замечаю странный взгляд, каким меня награждает дракон после моих слов.

– Можно я объявлю конец праздника? Или теперь всегда главная ты? – усмехается Нельсон, подходя ближе ко мне. – Дай салфетку, ты не вытерла лоб. Ты смотри, на меня они потратили ткань, стирать придется, а с тобой поступили проще. Точно ты главная, может, все–таки я?

– Ситуация задела тебя, – качаю головой, мои щеки краснеют, – как же я это допустила, – делаю глубокий вдох. Я не собираюсь извиняться, мне не за что. Я не специально. – Кто тебе виноват, что ты предпочел почти не пачкаться, как принц. Мог бы откусить как следует, как выросший на болоте дракон.

– Надо же, у тебя есть зубки, это хорошо, – кивает Нельсон, – они тебе пригодятся. Все, ты чистая, – он поворачивается лицом к столу и объявляет. – Угощайтесь тортом, вернее его остатками, нам с Агнесс хватило. Спасибо, что пришли, помолвка подходит к ее логическому завершению. Молодые устали и оставят вас. Надеюсь, у вас больше нет никаких обычаев?

– Есть один! – кричит кто–то из моих людей.

– Дурак, они не поженились еще, рано, – умника останавливают, к счастью.

– Хах, – усмехается дракон, – тогда все, гости дорогие и местные товарищи, доедаем, убираем за собой и дружно по делам. Отдохнули, пора и честь знать. Господа проштрафившиеся, не забудьте отчитаться у Гилберта.

Нельсон кивает своему коллеге и тянет меня в сторону. Я подчиняюсь, торопливо иду следом. Дракон не успокаивается, пока мы не доходим до полей, только тут останавливается.

– Красиво, – говорит он, – начинаю чуть больше понимать, почему ты так любишь этот край.

Дальше он ничего не произносит, и мне приходится взять инициативу в свои руки.

– Ты едва ли привел меня сюда, чтобы полюбоваться просторами. Каков наш план дальше? Что от меня требуется? И, – замолкаю на секунду, но все же решаюсь спросить, – я не попала в кабалу? Ты теперь не мой господин или что–то вроде этого? – Нельсон оборачивается и вопросительно смотрит на меня. – Знаю, прости, ты ничего не делал за моей спиной, но ты ведь заметил, я прослушала формулировку помолвки, еще и печать эта.

– Печать – это защита и уважение, – отвечает дракон с нечитаемым выражением на лице, – ты оскорбляешь меня, предполагая непонятно что, – Тут мне становится откровенно стыдно, я хочу извиниться еще раз, более конкретно, но мне не дают. – Приводи дела в порядок, через три дня отправишься во дворец, – произносит Нельсон и резко взмывает в воздух, оставляя меня одну с чувством вины и злости…

Глава 20

– Стой! Куда ты? В каком смысле отправлюсь? Сама поеду? – кричу я спустя несколько секунд сумев опомниться от шока на поступок Нельсона, но поздно.

Дракона уже и след простыл, его размах крыльев позволяет передвигаться гораздо быстрее, чем птицам. А мне и вовсе никогда не понять такой способ передвижения.

– Прекрасно, и что делать мне? – спрашиваю уже сама себя шепотом.

Кричать дальше не имеет смысла, впрочем, как и испытывать чувство вины. Ничего плохого я не спросила, уточнила нюансы и все. Мы с Нельсоном два заговорщика, мы должны помогать друг другу, а не обиды друг на друга таить.

– Точно разозлился на дурацкий обычай с тортом, – качаю головой, – все мужчины одинаковые, стоит немного задеть их мужское эго – и все! Они тут же оскорбленные личности, которым нужно побыть наедине с собой! А что при этом делать женщине – неизвестно. Видимо, нужно забиться в угол и дрожать от страха и почтения. Но от меня он такого не дождется.

Заканчиваю свою тираду и разворачиваюсь в сторону дома. Я не супруга Ришара, я почти свободная девушка! Сегодняшний день определенно удался, и нечего его тратить на пустые угрызения совести.

– Ай, – восклицаю от неожиданности, мое левое запястье пронзает резкая, но легкая боль. – И что это было?

Ощупываю руку, а на ней тут же проявляется нарисованный татуированный браслет.

«Видимо, это мне за «почти свободную девушку, – думаю, нахмурившись. – Что ж, простите, несвободную. Но жених от меня сам сбежал! Надеюсь, его накажут посильнее!»

Дохожу до дома раздраженная на весь мир, радость от избавления от Ришара уже не столь сильна, проблем с новым женихом у меня, я чувствую, будет гораздо больше. Но это лишь в том случае, если он прилетит обратно. Лично я одна никуда не поеду через три дня. Но собраться придется.

– Госпожа Агнесс, а где же Нельсон? – обращается ко мне Гилберт, жаль он до сих пор здесь, судя по бумаге в его руках, ведет запись провинившихся.

– Отбыл по делам. Вам нужно чем–то помочь? – спрашиваю, вмиг превращаясь в радушную хозяйку.

Никто пока что мою роль не отменил, и ни к чему этому неприятному дракону знать о том, что у нас с его коллегой случилась размолвка. Я помню, Нельсон предупреждал о том, что тот же Гилберт первый доложит обо мне во дворце. Правда, может, я туда не попаду, раз моего дражайшего жениха вывел из себя простой вопрос.

Мы явно не подходим друг другу, я это сразу говорила. Теперь и дракон поймет. А я останусь здесь, выращивать пшеницу, могу даже по–прежнему быть невестой, мне не трудно, мне выгодно. Невеста на расстоянии – что может быть удобнее!

– Ха! – усмехается Гилберт. – Мне точно не нужна помощь, зато вам как будто нужна. Поругались с женихом? И почему я не удивлен, у Нельсона ужасный характер. По правде сказать, ему бы подошел кто–то более крутого нрава, нежели вы. Уж слишком вы нежная, как полевой цветочек. Сломаетесь, жалко будет.

Я стою и хлопаю глазами. Столько завуалированных оскорблений я не получала, наверное, никогда. И как мне на них отвечать? Стоит проигнорировать? Быть выше этого?

– Зато для вас, господин Гилберт, не нашлось даже полевого цветочка, а ведь их много – подходи и бери. Но нет, вы оказались недостойны даже такого простого подарка. Жалко мне вас, – произношу я, снова не думая о последствиях, а лишь выплескивая скопившиеся эмоции.

– Хм, а вы не такая кроткая, – улыбается Гилберт, только глаза его улыбка не трогает, они остаются холодными и злыми, – впрочем, я должен был это предположить, все же вы людьми командуете, пусть и всего лишь землепашцами. Но, – Дракон наклоняется ближе ко мне и неприятно хватает за руку, – со мной такое не пройдет. Я не знаю, что вы с Нельсоном устроили, но я выведу вас на чистую воду, девочка.

Он сжимает мое запястье сильнее, и тут происходит кое–что совсем невероятное…

Глава 21

Гилберта отбрасывает от меня не меньше, чем на метр, я даже не успеваю пожаловаться на то, что мне больно, непонятная защита срабатывает раньше. Чудеса да и только.

Народ вокруг, только что упорно занимавшийся своими делами, в данный момент с любопытством взирает в нашу сторону. Мне приходится быстро принимать решение, и я надеюсь, что выбираю верное.

– Господин Гилберт, как же так! Упали на ровном месте! Вы, должно быть, с дежурства, а тут вторая смена, а отдыхать нужно всем! Скорее! Скамейку для господина дракона! – кричу я, всеми силами изображая из себя заботливую деревенскую хозяйку–простушку. – И мой жених улетел, я бы вас у него отпросила, а теперь даже не знаю, как быть, – продолжаю причитать, а нам уже несут скамейку и кувшин с водой, а также стакан. – Благодарю, занимайтесь дальше уборкой, а я помогу господину проверяющему. Держите воду, она всем помогает, – протягиваю наполненный стакан Гилберту. – Знаете, у нас же волшебная вода, буквально! Она ставит на ноги лучше любого лекарства.

– На нас уже никто не смотрит, успокойтесь и перестаньте городить из себя восторженную дурочку, – тихо произносит дракон, отпивая глоток. – Хотя вода и впрямь хороша.

– Да, я ведь сказала, – киваю и замолкаю.

Что еще говорить этому подозрительному типу, я не знаю. Нельсон оставил меня одну, пусть пеняет на себя.

Внезапно я чувствую сильную усталость, хотя почему внезапно? После ночного ритуала и нескольких часов сна удивительно, как я до сих пор держусь на ногах.

А еще я ужасно не люблю конфликты, никогда не была сторонницей открытого противостояния, и за столь короткий срок вступила в конфликт сразу с двумя драконами. Моя жизнь словно мне не принадлежит больше. И зачем я пошла ночью в лес?

Впрочем, как будто раньше мне принадлежала моя жизнь. Ничего не изменилось по большому счету, я лукавлю сама себе.

– Не знаю, как Нельсон это провернул, но защита сработала, – говорит тем временем Гилберт. – И все равно я вам двоим не верю. Слишком подозрительно, слишком гладко, слишком вовремя.

– Почему вовремя? – спрашиваю больше для поддержания разговора.

Так очевидно, что я не жаждала выходить замуж за соседа? Должно быть, очевидно, но мне–то что. Я уже сошла с этой дорожки, к счастью.

– Конечно, потому что в конце месяца праздник во дворце. И не говори, что ты о нем не знала, ни за что не поверю, – отвечает Гилберт.

– А мы перешли на «ты»? Я не заметила. Впрочем, не скажу тебе, что не знала, хоть это и правда, – произношу полу равнодушно.

Мне вдруг становится все равно на подозрения Гилберта, я не обязана нервничать рядом с ним. Нельсона нет, и я вправе вести себя так, как считаю нужным. Самое главное условие договора я выполнила, как и он.

– Все строишь из себя простушку? Ладно, как хочешь, – кивает дракон. – Я выведу тебя на чистую воду, так и знай. Не удивлюсь, если ты водишь Нельсона за нос. Ведь почему–то он выбрал именно тебя, хотя ты совсем не подходишь.

– Ты сам говорил, что веришь в то, что твой коллега нашел нареченную, а теперь вдруг я стала злом. Может, займешься своей работой? Тебе еще столько штрафов выписывать, а мне следует отдохнуть до встречи с женихом, – произношу и поднимаюсь на ноги. – Всего вам доброго, господин Гилберт. Хотела бы я с вами больше никогда не встречаться, но едва ли это выйдет.

Глава 22

Удивительно, но больше меня в этот день ни один дракон не потревожил. Я предпочла делать вид, что их нет, а они в свою очередь не замечали меня. Жаль только, что не удалось сразу уйти в дом и запереться в своей спальне. Хозяйка не может покинуть праздник, пока не ушел последний гость.

А Гилберт, как назло, все сидел и сидел на принесенной ему скамеечке, превратив мою лужайку в полицейский участок. И все равно ему на слова Нельсона о том, что людей нужно сопроводить в кабинет. Одна радость – Ришара в итоге забрали с собой, надеюсь, надолго.

– Тетя, может останетесь, – пришлось мне подать голос, когда уводили барона.

Ничего не могу с собой поделать, чувствую я ответственность за родственницу.

– Нет, милая, ты теперь не одна, а господин барон один. Я нужна ему больше, – ответила мне Кристина и такими влюбленными глазами посмотрела на Ришара, что даже страшно стало.

Неужели такие чувства существуют на самом деле? Тогда моя тетя – хороший человек, не отравила меня, когда узнала, что мне предстоит стать супругой ее любимому.

– До встречи, госпожа Коуди, – попрощался со мной Гилберт, и только тогда я смогла уйти в дом.

Людей разгонять не требовалось, все знают, чем заниматься.

Я же уже целый час бесцельно брожу по комнатам, надо бы лечь спать, да, боюсь, не смогу. Слишком много всего произошло, слишком много мыслей в голове.

«К чему все эти помещения, когда от семьи остался один человек?» – думаю рассеянно, проводя рукой по стенам.

Как было бы проще, не будь я сейчас одна, будь со мной мои родители. Не было бы тогда ни свадьбы с Ришаром, ни ритуала, ни Нельсона. Я уверена, меня не отдали бы замуж против моей воли.

Ах, к чему страдать о том, что уже не произойдет? История не терпит сослагательного наклонения. А мне нужно или ложиться спать, пока я окончательно не расклеилась и не превратилась в сентиментальную барышню, либо направить свою энергию в правильное русло.

Но я не делаю ни того, ни другого, останавливаюсь около узкого окна, смотрю на первые звезды в небе и рассеянно оглаживаю свое левое запястье.

«А ведь помолвка состоялась настоящая, призрачный браслет сегодня один раз наказал меня, а один раз спас», – думаю про себя.

Я хоть и обладаю магическим силами, да только дракона никогда бы от себя не оттолкнула. Мы с матушкой не боевые маги, лучше всего нам удается бытовое колдовство, да и то я в большей степени изучала его по книгам, мать не успела много дать мне.

– Библиотека! – восклицаю. – Мне нужно в библиотеку! Там я найду ответы.

Даже легче становится, когда я прихожу к решению.

Захожу в просторное полутемное помещение и зажигаю магический светляк. Это волшебство удается мне лучше всего. Это и вливание силы в землю, чтобы она лучше плодоносила. Хотя в последнем не уверена, возможно, я не причем, в семействе Коуди редко рождались дети с волшебным даром. Вполне может статься, земля сама справляется.

Обхожу стеллажи с книгами по кругу, я понятия не имею, где я могу почитать про виды помолвок с драконами, я все больше изучала книги по земледелию и счетному делу. Собственно, только этими вещами я и собиралась заниматься в жизни.

Даже в мыслях звучит грустно, но мне так никогда не казалось.

– Хм, «Драконы», – читаю вслух корешок одной из книг, – как все просто, оказывается, нужно было подойти к стеллажу с книгами на букву «Д».

Вытаскиваю объемный фолиант, качая головой, и кладу его на стол. За окном ночь уже полностью вступила в свои права, но спать я не собираюсь, мне бы понять, во что я ввязалась…

Глава 23

– Госпожа! Госпожа, просыпайтесь! – Кто–то кричит у меня над самым ухом. – Утро, госпожа! У вас шея и спина будут болеть, если не встанете.

Вздрагиваю, но все же открываю глаза. Одно плохо – моя благодетельница, коей оказалась служанка, сильно припозднилась с советами, я благополучно проспала всю ночь, сидя на жесткой лавке, а подушкой мне служил объемный фолиант про драконов.

А всему виной древнее наречие, которое я хоть и понимаю, однако мозгу трудно быстро продираться сквозь непривычную запись слов. Да и общая манера написания книги оставляет желать лучшего, могли бы увлекательнее сообщать о таких необычных созданиях, как драконы, а не сухо излагать факты.

В общем, не могу порекомендовать кому–то эту книгу, хотя и должна признать, она со своей задачей справилась, хорошо просветила меня.

– Лили, ты опоздала, у меня уже болит шея и спина, – стону в голос и прикладываю руки к пострадавшей стороне тела. Тепло медленно вливается через руки в болевые точки, моя магия еще сонная, но убрать боль ей под силу. – Вот, теперь лучше, – разгибаюсь и даже могу теперь встать на ноги, не опасаясь упасть. – Как у нас дела? Гостей никаких больше не было? Барон? Моя тетя?

Очень мне хочется спросить про Нельсона, но я уверена, он не появлялся. Если я что–то и поняла о драконах, так это то, что они обычно довольно прямые личности, но прямоту они понимают по–своему.

Очень непонятно и коряво выразилась, но лучше никак не получится.

Кому–нибудь не помешало бы написать научный труд по психологии драконов, но, боюсь, это невозможно. Физические лекари им редко нужны, потому они их почти не подпускают к себе, сами вылечиваются, а уж душевных лекарей и не каждый человек подпустит к себе, не говоря о драконе.

А жаль, я бы тетушку отвела подлечиться, денег бы не пожалела. Но где найти такого врачевателя в глухой провинции? Правильно, нигде.

Потому–то Кристина и отправилась вслед за «любимым» в ссылку.

А я осталась дома, уверенная в том, что Нельсон объявится на обещанные третьи сутки. Он оскорбился, когда я его заподозрила в желании мной управлять через помолвочный обет, и да, в этом я была не права, с этой стороны подвоха от него можно не ждать.

Зато почти наверняка история печати или метки, я запуталась, как правильно называть рисунок на моем теле, не столь проста. Скрывает что–то Нельсон, и, дай Свет, что–то неплохое для меня. В противном случае я не выиграю в интригах с драконом.

В расшифровке знака, проявившегося на моем теле, фолиант мне, к сожалению, не помог. Не могу же я в самом деле быть истинной Нельсона, это смешно. Мы заговорщики, да и только, не больше. Наверняка драконы развили в себе умение ставить обманки на девушек, в некоторых ситуациях это может быть очень выгодно. В нашей так точно.

– Гостей нет, барона посадили в темницу, идет следствие, будет назначен суд. Сейчас на его территории хозяйничают королевские шишки, – передает мне последние сплетни Лили, вырывая меня из мыслей о драконах и энциклопедии по ним.

– Шишки? Вот прямо шишки? – мне становится смешно от оборота речи девушки.

– Они очень важные, госпожа, и со столицы. Не знаю, какая у них должность, потому говорю обобщенно. Ах да, и еще кое–что, – Лили делает круглые глаза, – на нашу территорию им хода нет! Один было зашел, а ребята уже трудились на поле, сделали ему замечание. Он хотел их проклясть, как пить дать хотел, но другой его одернул, сказал, это земли невесты принца, головы, мол, сам лишишься и остальных подставишь. И этот напыщенный индюк извинился перед простым землепашцем! Представляете!

– Представляю, – киваю, вновь думая о Нельсоне.

Вот еще одно подтверждение, что я могу положиться на его обещания, стыдно теперь за мои подозрения. Если верить фолианту, я сильно оскорбила принца–дракона, выросшего не во дворце, а потому имеющего еще больше присущих истинному дракону черт.

«Нельсон, прости», – думаю про себя.

Но другая моя часть не поддается, не верит. Ведь так просто меня приручить – всего лишь пообещать оставить мои владения под моим управлением. Тут не надо быть великим душевным врачевателем, для этого вывода достаточно немного со мной пообщаться.

И едва ли это обещание хоть что–то стоило Нельсону, ведь короне в любом случае нужно зерно, а кто его лучше обеспечит, как не я.

Другой вопрос в том, что вторая часть нашего с драконом договора слишком размыта: ни сроков фиктивной помолвки, ни обязанностей моих не обговорено.

Страшно мне, что же будет на третий день, я не хочу во дворец. Помогите!

Глава 24

Как назло, то, чего очень не хочешь, всеми силами откладываешь, несется на тебя на огромной скорости.

Вот и у меня два дня пролетели как один миг. Куда делось время? Непонятно.

Только я вовсю решала насущные вопросы, определяла главных на каждом участке полей, затем главных над этими главными, двух счетоводов нашла, нянюшку попросила присматривать за домом, а прислугу безоговорочно ее слушаться, как уже наступило утро третьего дня!

А в поездку я не собралась. Я до сих пор пребываю в растерянности относительно нее и не уверена, что дракон за мной явится. Скорее всего, я его сильно оскорбила, до моего злополучного вопроса еще и этот дурацкий обычай с укусом торта был, какой угодно мужчина разозлился бы. А мы вообще никто друг другу, Нельсон не обязан быть терпеливым ко мне.

Половина моего дня так и проходит в напряженном ожидании непонятно чего. Я даже поесть не могу – кусок в горло не лезет. И дела никак не хотят делаться, а я так и не назначила временного управляющего над всеми, не смогла выбрать в предыдущие два дня, а сегодня и вовсе только и могу, что напряженно смотреть в небо, выискивая темные точки на нем.

Что я точно не ожидаю, так это того, что Нельсон прибудет не по воздуху.

– Агнесс, поела бы, лица на тебе нет, с самого утра ждешь своего жениха окаянного! Чтобы у него крылья подпалились, нельзя так девушек доводить! – причитает надо мной нянюшка.

– Все хорошо, не нужно переживать, – отвечаю ей металлическим голосом.

– Да какой хорошо! А то я не вижу! Не ест девка, ждет принца непонятного! Чтоб его!

– Вы правы, госпожа, нехорошо заставлять невесту ждать, – раздается мужской чуть насмешливый голос позади нас, – но вы не переживайте, магия меня сполна наказала.

Мы с нянюшкой резко оборачиваемся и видим дракона.

– Нельсон, няня не то имела ввиду, она без злого умысла, – пытаюсь оправдать свою нянюшку, ей никак нельзя вслед за тетей.

Дракон сегодня не похож сам на себя, одет пышно, причесан модно, точно принц, а не кто–то там с болот. И мне становится страшно за нянюшку, аристократы ни во что не ставят простых людей.

– Тьфу на тебя, еще и появился внезапно, не как честный человек!

Няня мне не помогает.

– Она не то имела ввиду! – поспешно произношу.

– А мне сдается именно то, – усмехается Нельсон. – И да, прошу прощения, что явился прямо сюда, крылья мне все–таки подпалили, госпожа, вы были правы, – он отвешивает шутливый поклон моей нянюшке, которую я тщетно закрываю собой. – Наша с тобой помолвка, Агнесс, не шутка, и магия наказала меня за грубость и побег от тебя. Прости.

– Ты извиняешься только потому, что получил болевой удар от запястья? – спрашиваю, вмиг забывая о робости.

Нет, теперь мне вновь хочется обвинять дракона в наглости и прочих грехах.

– Нет, не только, болью меня не проймешь, хотя было неприятно, должен признать. Особенно когда летишь на высоте, и от этого зависит твоя жизнь. Я и сам понял, что погорячился, ты имела полное право опасаться. Но подожди, ты тоже почувствовала боль?

– Мое прегрешение было небольшим, всего лишь одна крохотная мысль, я быстро одумалась. Но я тоже должна извиниться перед тобой. Пока что ты выполняешь свое обещание даже лучше, чем я рассчитывала. Спасибо, – чопорно киваю.

Такой разодетый дракон вызывает во мне естественный инстинкт вести себя строго и официально.

Но Нельсон быстро нарушает мои планы.

– Хватит, – он подходит ко мне, берет меня за руки, и что–то теплое тут же разливается внутри меня, – не нужно всего этого. Я все тот же дракон с болот, а ты все та же Агнесс. И я прибыл за тобой.

Глава 25

«Прибыл за тобой, – эхом повторяю про себя. – Черт, как же это романтично звучит, как в одной из художественных книг про любовь, которыми я зачитывалась одно время».

Был такой период, тогда Агнесс Коуди еще не была главой большого предприятия по выращиванию зерна, тогда она могла себе позволить быть просто молоденькой девушкой и немножко помечтать о любви. А кто из нас не мечтал? Я таких не знаю.

Те, кто будут отрицать, они лукавят, лгут, обманывают, причем часто сами себя.

Я не лгала, не обманывала, не лукавила. Но слишком рано поняла, что для любви в моей жизни едва ли есть место.

– Да, конечно, только я не собралась, – произношу, выныривая из своих совсем неуместных мыслей. – Прости, ты не думай, я всем раздала указания, как быть в мое отсутствие, прости, я быстро, – суетливо верчу головой, лихорадочно думая за что первым браться.

– Милая, успокойся, – Дракон вдруг прижимает меня к себе и не дает двигаться, – сначала ты поешь. Мы можем отправиться во дворец позже. Не нужно морить себя голодом, они все этого недостойны. В первую очередь важна лишь ты.

«Важна лишь ты», – вновь звучит эхом в моей голове фраза, от смысла которой я зависаю.

Вот зачем он так? Между нами ведь нет романтики, не может ее быть. Заговорщики обязаны быть непоколебимыми и хладнокровными, а не это все.

«Но он не говорит о романтике, ты сама ее придумала, – приводит меня в чувство включившийся разум. – Ты важна потому, что тебе изображать невесту перед кучей аристократов во дворце. А ты себе надумала всякого, дурочка».

Мысленная оплеуха срабатывает, я прихожу в себя.

– Хм, да, ты прав, поесть нужно, – прячу глаза, хочу вернуть себе свои руки, но у меня не выходит. – Няня, – нахожу глазами свидетельницу нашего необычного разговора, так и не ушедшую из библиотеки и сейчас смотрящую на нас с драконом с любопытством, – раз ты до сих пор здесь, попроси накрыть нам стол в столовой. Принимать пищу в библиотеке не стоит, хотя я бы здесь поела, тут уютно.

Няня наконец отмирает, кивает и с улыбкой на лице выходит из помещения.

– Кажется, ты ее очаровал, – ставлю диагноз, – больше она тебе гадостей говорить не станет. Ты главное, извини ее, пожалуйста, не бери в голову слова пожилого человека.

– Я и не беру, успокойся, Агнесс, – отвечает Нельсон и вдруг снова прижимает меня к своей груди. – Ты так напряжена, расслабься, я не съем тебя или твоих людей. Я уже начинаю жалеть, что не прилетел раньше. По правде сказать, браслет был бы счастлив, если бы я так быстро одумался, но мне пришлось упрямо лететь дальше, никто мои основные дела не отменял, да и необходимо было подготовить почву во дворце. Ты бы видела выражение лица мачехи, когда я сказал, что скоро прибудет моя невеста.

– А мне придется жить во дворце? Может быть, я смогу снять что–то недорогое неподалеку? Очень не хочется стеснять твоих родственников, – произношу слабым голосом.

Я вроде готовилась к поездке все это время, знала, что меня ждет, но не осознавала. Это совсем разные вещи: знать и осознать.

– Милая, там целый дворец, как ты можешь кого–то потеснить? – смеется Нельсон, по–прежнему не выпуская меня из кольца своих рук. – Впрочем, я тебя понимаю, но нет, милая, придется нам с тобой довольствоваться гостевым крылом во дворце. К сожалению, я так и не обзавелся собственным домом в столице, я ведь всегда мог переночевать в участке, но с тобой этого делать нельзя.

– Да, не стоит мне там спать, – соглашаюсь удрученно. – Но мне очень страшно, уже начинаю думать, что впечатлить твою матушку на болоте было бы проще, там по крайней мере не пригодились бы красивые платья, каких у меня нет.

– Нет, – усмехается Нельсон, – мою матушку впечатлить было бы сложнее, ты не права. Кому угодно сложнее, но не тебе. Тебя она примет, когда придет время познакомиться.

В голосе дракона столько нежности, как будто мы с ним настоящая влюбленная пара, и еще это замечание про знакомство с матушкой. В замешательстве поднимаю глаза на Нельсона, хочу потребовать объяснений во избежание нового недопонимания, но не успеваю…

Глава 26

Мои губы накрывают чужие губы…

Хотя нет, не так. Губы дракона я не могу назвать чужими, мне претит это слово по отношению к дракону, и я уверена, дело тут не только в помолвочном браслете.

Все же какой Нельсон мне чужой? Он видел меня обнаженной после ритуала, помог, одел, довел и дальше…

Нет, он не чужой, совсем нет. Не мой, но и не чужой. Моим ему не стать, а мне не стать его, наше соглашение временное. Но мы совершенно точно не чужие друг другу.

Вот только поцелуй наш никак не вяжется с действительностью. Совсем–совсем с ней не вяжется. Ведь его не должно быть. Он даже на людях не обязателен, невеста с женихом не должны демонстрировать чувства на публике, это невежливо. А в библиотеке мы и вовсе одни, тут показывать их некому.

Тогда к чему поцелуй? Зачем он? И почему он так сладок?

Пожалуй, последний вопрос самый важный, иначе почему я не отталкиваю дракона, не сопротивляюсь ему, а льну сильнее. Наверняка ради удовлетворения научного интереса. Как еще понять, почему так сладко, если не попробовать как следует, верно?

– Стол накрыт. Ой, госпожа! – раздается от двери. И нам с Нельсоном–таки приходится оторваться друг от друга. – Как же неловко вышло, я не хотела помешать. Прошу вас простите, пожалуйста, не гневайтесь!

На служанке лица нет, а я испытываю досаду и раздражение. Стыда нет, что удивительно. А раздражение связано с реакцией служанки, а не с тем, что она нас прервала. С последним связана досада.

– Успокойся, Клементина, ничего особенного не произошло. Если ты прекратишь истерику, то никто ни о чем не узнает,– одергиваю девушку. – Надеюсь, ты не собираешься рассказывать всем моим вассалам о том, что ты здесь видела?

– Нет–нет, госпожа, никак нет. Я никогда, вы же знаете! Простите! – начинает она по новой виниться.

– Иди уже, Клементина, – произношу устало, – пожалуйста, просто иди.

– Необычное имя для простой служанки, – замечает Нельсон, когда за девушкой закрывается дверь.

– Простым людям тоже хочется называть своих дочерей красивыми именами, не вижу ничего необычного, – возражаю дракону и пользуюсь моментом – делаю шаг от него, возвращая себе пространство. Вот только от этого становится грустно, хочется обратно в объятия к Нельсону. Я считаю во всем причиной реакцию на близость. Никому не нужную близость! И надо бы это напомнить дракону и себе самой. – Зачем был этот поцелуй? Тренировался, чтобы мы достоверно изображали влюбленных жениха и невесту? Так в высшем обществе не принято целоваться, разве нет?

– Не принято, к сожалению, – вздыхает дракон. – И ты у меня до сих пор не ела, идем, не хочу довести тебя до голодного обморока. Я помню по помолвке, аппетит у тебя хороший, не будем его портить.

– Хочешь сказать, я много ем? – спрашиваю, вспоминая свои четыре куска мясного пирога. – Не очень хорошая попытка наладить отношения с невестой.

– Брось, Агнесс, ты восхитило выглядишь, и аппетит твой тоже восхитителен. На этом фоне тем более вызывает опасения твоя сегодняшняя голодовка. Идем, это все нервы, будем их лечить, – Нельсон тянет меня за руку к двери, – эдак ты во дворце вообще ничего есть не будешь на общих трапезах.

– А как часто они случаются? – спрашиваю, ступая вслед за драконом на едва не подкашивающихся ногах.

Одно упоминание того, куда нам предстоит отправиться – и все. Я уже не думаю о поцелуе, не думаю о так не вовремя зашедшей служанке, о зерне и прочем. Нет, теперь я охвачена лишь переживаниями о том, как мне вести себя во дворце.

Мне очень страшно, я словно впервые полностью осознаю, во что ввязалась, перед кем буду изображать невесту, и, главное, чью невесту! С обычными аристократами не хочется лишний раз иметь дело, дабы не ударить в грязь лицом, а тут монаршие особы!

– Иногда вся семья ужинает за одним столом раз в неделю, а иногда каждый вечер, – просвещает меня дракон.

Страх и паника охватывают меня по новой, и я не замечаю хитрого взгляда, каким меня награждает Нельсон. А ведь к теме о поцелуе мы так и не возвращаемся. Меня снова увели в другую сторону, оставив без ответов.

Глава 27

– И чего ты боялась? У тебя прекрасные манеры за столом, твоим родителям есть, чем гордиться. Низкий им поклон от меня, жаль, уже не познакомлюсь лично, – говорит вдруг дракон, а я едва не давлюсь глотком сока, сделанным только что. – Тихо–тихо, не спеши, я ведь тебя похвалил, не поругал, а ты очень нервно реагируешь. Нельзя же так! Моя мачеха – та еще пиранья, вцепится в тебя клешнями.

– У пираний нет клешней, это рыбы, у них зубы, – машинально поправляю дракона, но аппетит у меня уже испарился. – Странно, что ты этого не знаешь.

– Я–то знаю, но моя мачеха именно что пиранья с клешнями. Даром, что не дракон, а человек, но страху она умеет навести похлеще любого дракона, поверь мне.

– Зачем ты продолжаешь меня пугать? Тебе невеста уже не нужна? Я ведь не смогу, не справлюсь! – истерично взвизгиваю, теряя самообладание.

– Агнесс, так не пойдет, – качает головой Нельсон, – ты слишком серьезно настроена.

– А как я должна быть настроена? Несерьезно? Действительно, что это я, ведь ничего особенного не происходит, я всего–то во дворце буду жить и есть за одним столом с королем и королевой! Ерунда, действительно. Подумаешь, подавлюсь, как сейчас, за столом, титула мне уже не лишиться, нет его давно, земля, правда, есть.

Моя пока что бесслезная истерика набирает обороты.

– Никто тебя ничего не лишит, если ты вдруг подавишься за столом. И титул будет, не волнуйся. Так что если что, снова станешь просто Коуди, но земли будут при тебе, – подбадривает меня Нельсон, но как–то не очень вдохновляюще.

– Я не буду есть за общим столом, буду делать вид, что ем, – произношу, смотря на дракона с упреком. – Будешь носить мне еду в покои, чтобы я там в голодные обмороки не падала.

– Могу даже кормить с ложечки, милая, главное, не падай духом, – говорит Нельсон, умильно улыбаясь, что окончательно сбивает меня с толку.

– Ладно, – Все–таки откладываю приборы, – есть что–то, что мы еще должны обсудить? Легенду нашего запечатления, может быть?

– Нет, зачем? – Нельсон откидывается на спинку стула. – Расскажем правду.

– Что, и про ритуал? – не понимаю я расслабленности дракона, ведь он должен быть напряжен, должен быть заинтересован в том, чтобы как можно лучше проинструктировать меня, а он…

– Нет, про ритуал не будем, это лишнее. Не поймут. Скажем, все было, как по правде, но встретил я тебя на опушке леса, а не внутри.

– Хорошо, и что я делала? Грибы собирала? Или ягоды? Делать мне было нечего? Ночью–то, накануне свадьбы с другим, – пытаюсь придумать логически правдивую легенду знакомства с драконом, но выходит не очень, еще и Нельсон мне совсем не помогает.

– Может, это ваш еще один местный обычай, как с тортом, – Лениво машет рукой дракон, отправляя в рот виноградину. – Вкусная ягода, кстати, где выращиваете? Не видел у вас виноградника.

– Это не наш, соседский. У меня не только Ришар в соседях, есть и приличные люди, ведущие свои хозяйства. Ты от темы не уходи, нас очень сильно подводит то, что я должна была выйти замуж за другого, а тут ты явился. Как будто я обманщица, еще и Гилберт твой на это намекал, говорил, что мы вдвоем обманываем, а потом предположил, что я тебя одна вожу за нос, – рассказываю обеспокоенная, но дракона не пронять, его веселит предположение коллеги.

– Хах, зато видишь, умеешь ты быть грозной, раз Гилберт заподозрил тебя в таком! А сидишь тут, переживаешь, что не сможешь прилично себя вести во время королевской трапезы. Брось, все ты сможешь. Идем, – Нельсон встает из–за стола и тянет меня вслед за собой, – покажешь мне свои владения во всей красе, заслуженно похвалишься, хватит здесь сидеть. Все у нас с тобой получится, ни к чему эти разговоры.

Я хочу возразить, хочу еще многое обсудить, но дракон уже тащит меня к выходу из дома, а я снова не узнала, что же за праздник будет в конце месяца во дворце.

Глава 28

День подходит к концу, а я так и не собралась в поездку. И Нельсон мне в этом бездействии помог.

– Как мы отправимся? Я ведь по–прежнему не готова! – вздыхаю за едой, но уже без огонька.

Неожиданно уютно ужинать вместе с драконом, мне нравится, как–то так по–семейному, что ли. Обычно я приглашаю к столу тетю Кристину и нянюшку, чтобы совсем одной не есть, но Кристины нет, а нянюшка не посмела согласиться, когда у нас гостит Нельсон.

– Ничего страшного, с утра что–нибудь придумаем, – машет рукой дракон. – Мы провели чудесный день, не сокрушайся, пожалуйста. Зато ты определила главного управляющего, это тоже важно.

Отправляю в рот кусочек мяса и сосредотачиваюсь на вопросах, которые я так жаждала задать дракону. Он не переведет тему, не в этот раз.

– Между прочим насчет этого, почему ты не поставил своего управляющего? Мне казалось, ты пожелаешь поступить именно так.

Спрашиваю и внимательно всматриваюсь в лицо Нельсона в надежде на то, что его мимика мне поможет узнать тайные замыслы дракона, если таковые имеются. Несмотря на полученные из древнего фолианта сведения о драконах, я не могу назвать себя экспертом, а понимать, что на уме у одного конкретного представителя гигантских ящеров мне бы очень хотелось.

– Зачем? У тебя все хорошо, своя система внутри угодий, к чему посторонний человек? Достаточно того, что королевские прихвостни занимаются владениями многоуважаемого барона, и находятся непозволительно близко к твоим, – усмехается Нельсон. – Твои земли они не тронут, что бы между нами не происходило, не волнуйся, пожалуйста. Если ты так завуалированно вновь пытаешься меня проверить, то не нужно. Я верен своему слову.

– Спасибо, – смущенно киваю и испытываю потребность побыстрее сменить тему разговора. – А что там с бароном? Неужели его надолго посадят в темницу? И как поживает моя тетя? Я пыталась узнать у одного из проверяющего, но они мне не ответили, сказали, что это не мое дело. А как же не мое дело, если там моя тетя!

– Агнесс, ты думаешь не о том, – качает головой Нельсон и отвлекается на секунду на еду. – Между прочим, у тебя отличная кухарка, я в восхищении. И дом уютный, и на полях все в полном порядке. Ты умница, Агнесс!

– Благодарю, – Мне приятна похвала, но я не могу отделаться от ощущения, что меня снова уводят в сторону от нужной мне темы разговора. – Но все же что там с Кристиной? Как ты заметил, я хорошая хозяйка, а Кристина входит в число тех, о ком я стараюсь заботиться.

– Милая, Кристина от Ришара никуда не денется, поверь, там все серьезно. Но скоро его отпустят, если ты не знала, я против того, чтобы рядом с тобой были земли под управлением короны, и я пока что выигрываю. Хотел бы я завтра еще на один денек остаться, чтобы за всем проследить, но не получится, мы так не успеем вовремя прибыть во дворец. И, боюсь, тетя твоя сменит место жительства. В этом я не могу помочь, разве что могу обязать Ришара жениться на ней.

– Если она сама захочет, – отвечаю в смешанных чувствах, судьба тети меня, несомненно, волнует, но мозг цепляется за другие слова дракона. – Нельсон, а что значит, что ты пока что выигрываешь?

– Не бери в голову, – машет он рукой, – для тебя это значит лишь то, что в моих силах оградить тебя ото всего и всех.

– Хм, спасибо, наверное, – киваю, не зная, как реагировать на эти слова, и тут мне в голову приходят другие, сказанные Гилбертом. – А что будет в конце месяца? Что за праздник? Мы на него торопимся? У нас в провинции точно нет никаких праздников, что будет праздновать корона?

Глава 29

Я не успеваю закончить задавать вопросы, а Нельсон уже меняется в лице, и, сдается мне, это плохой знак. Очень плохой знак.

Особенно, если дракон снова решит поменять тему.

– Корона много чего празднует из того, что не празднуете вы здесь, и наоборот. Это нормально, тем более вы земледельцы, вы ближе к природе, вам нужно благодарить землю, приносить ей дары и просить ее отвечать вам взаимностью, – несет околесицу Нельсон.

– А короне нужно благодарить власть, данную им по праву рождения, да? – усмехаюсь, перебивая дракона. – Очень интересно, Нельсон, логика есть в твоих словах, и все же мне бы хотелось конкретики. Твой коллега напирал на то, что я специально стремлюсь попасть на праздник, а я ни сном ни духом, какой праздник, и зачем мне туда понадобилось. Да и, может, какие–то особые приготовления нужны, а я не знаю, буду без правильного подарка, неудобно.

– Нет–нет, все хорошо. У Гилберта злой язык, а еще он любит преувеличивать. Никаких особых подарков от тебя никто не ждет, а праздник, всего лишь очередная ерунда, придуманная супругой отца. Она любит тратить деньги налогоплательщиков, – говорит Нельсон, но прямо на меня не смотрит, словно избегает встретиться взглядом. – Уже поздно, не пора ли тебе, как радушной хозяйке, уложить гостя в постель?

– Не маленький, сам уложишься, – бурчу я недовольно. Совершенно точно, дракон не собирается признаваться, что не так с праздником, но, сдается мне, я ему нужна именно на праздник. До конца месяца осталось совсем немного времени, мне не придется долго мучиться, изображая истинную невесту принца. – Но покои твои я тебе покажу. Я распорядилась, чтобы их тебе подготовили. А сама я, пожалуй, займусь приготовлением к поездке. Ты так и не сказал, как мы отправимся в столицу? В карете?

– Да, в карете, лететь слишком быстро и неудобно, тебе ведь нужно взять чемодан и, возможно, не один, – с готовностью отвечает дракон.

Его настроение стремительно улучшается, он точно рад тому, что мы закончили обсуждать королевский праздник. Я угадала, дело в нем.

– Но, если в карете, мы рискуем прибыть впритык к концу месяца. Ты ведь знаешь, какое сегодня число, да?

– Естественно знаю, Агнесс! Идем, пора отдыхать, – Нельсон поднимается из–за стола, мне приходится сделать то же самое.

Мои люди легко приняли дракона, словно он всегда был у нас в гостях. Что показательно, Ришара многие воспринимали в штыки, пусть и не грубили, не положено все–таки, но общая атмосфера, когда он посещал мои владения была довольно напряженной.

Сейчас же мы идем вдвоем с Нельсоном и создается такое ощущение, словно мы всегда жили вместе. Нет, серьезно, эмоции во мне сумбурные, не знаю, как их правильно выразить, но мне снова очень уютно с драконом.

Да, уютно, это подходящее слово. Рядом с ним создается иллюзия настоящей семьи, как будто она у меня есть.

Что примечательно, с тетей Кристиной я никогда не чувствовала себя так же уютно и свободно. Печально, если честно.

По мере того, как мы с Нельсоном продвигаемся к спальням, разговор крутится вокруг простых тем, ни о чем действительно значимом я никак не могу заговорить, дракон снова мастерски уводит ход моих мыслей в сторону. Нельсон делится своими размышлениями о том, как легко ему в нашей провинции, даже намного легче, чем на болотах, хотя раньше он считал, что проще всего ему рядом с матерью, ведь она, в отличие от столичных прихвостней, не плетет за его спиной интриги.

Я улыбаюсь и невольно испытываю гордость, как будто в том, что дракону комфортно среди моих людей есть моя личная заслуга. И снова ловлю себя на мысли о том, как было бы здорово создать полноценную семью.

«Очень опасно мечтать о семье, ведь для этого нужно выйти замуж и передать главенство надо всем супругу», – ругаю себя.

Гораздо проще и безопаснее поддерживать приятное и, что уж отрицать, полезное знакомство с Нельсоном.

Мы наконец добираемся до моих покоев и покоев дракона. Я открываю дверь и впускаю Нельсона.

– Собственно, это твоя спальня на сегодня, – объявляю без большого энтузиазма. – Мои покои рядом, на случай, если тебе что–то понадобится, я подумала, так будет проще, – договариваю и сама же краснею от своих слов.

«Если гостю что–то нужно, ему приставляют личного слугу, Агнесс», – ехидничает мой внутренний голос.

Нельсон же никак не реагирует, молча осматривает убранство комнаты, и я сразу же начинаю нервничать еще и из–за этого. Внутри покоев царит привычная для меня обстановка. Книги на полках кажутся старыми друзьями, а мягкий свет свечей добавляет уюта. Ничего вычурного, картина на стене всего одна, да и та с изображением посевной.

– Наверное, ты привык к другой обстановке, но я могу предложить лишь это, – считаю нужным добавить.

– Шутишь? – только сейчас Нельсон отрывает взгляд от комнаты и звезд за окном и переводит его на меня. – Забыла? Болота. Там нет больших домов. А что касается дворца, конечно, как раз он напитан роскошью, но уютом ни на грамм. Не расслабиться, как будто ты не дома, а всегда под прицелом. Ужасное чувство. То ли дело с тобой, невеста моя, – договаривает дракон и вдруг берет меня за руки.

– Нам всем пора спать, – испуганно произношу.

Мурашки по коже от прикосновений Нельсона вместе с рассеянным лунным светом от окна что–то будоражат внутри меня, что–то дикое, первозданное, совсем не свойственное мне. И это сильно пугает…

Глава 30

Удивительно, но ничего не случилось.

Нет, не так.

К счастью, здравомыслие возобладало, только я не знаю, у кого оно возобладало: у меня или у дракона. Очень бы хотелось и впредь записывать себя в самые здравомыслящие, но нужно быть честной самой с собой. Вчерашним поздним вечером я была далека от разумной барышни, когда задержалась в покоях Нельсона.

«Что возвращает меня к рассуждениям о том, что значат руны на печати и на помолвочном браслете. На нем тоже свои знаки, и я читала, они бывают разные. И нерушимые в том числе», – думаю мрачно с утра.

Проснулась я очень рано, первые лучи солнца едва начали пробиваться сквозь облака, а я уже была на ногах. Необходимость собрать вещи в дорогу и произошедшее перед сном не дало мне понежиться в постели.

– Нельсон, завтрак накрыт, идем, нам предстоит долгая дорога, – отважно стучусь в покои дракона спустя час после своего пробуждения.

– Не терпится познакомиться с моей семье, да, Агнесс? – подмигивает мне Нельсон, открывая дверь практически сразу, словно он стоял под ней и ждал, когда же я наконец постучусь к нему.

– Не хочу ночевать в карете в лесу, если мы собьемся с графика и из-за позднего выезда не успеем добраться до постоялого двора затемно, – отвечаю ему безэмоционально и резко разворачиваюсь, предлагая молча следовать за собой.

Завтрак проходит быстро и без разговоров. Я пребываю в своих мыслях, а Нельсон не торопится меня из них вытаскивать. Лишь в самом конце я решаюсь:

– Наша помолвка, ее ведь можно аннулировать, да? Она не вечная?

Дракон отвечает не сразу, сначала он невозмутимо мажет тост маслом, откладывает его и лишь потом переводит взгляд на меня.

– Вечных помолвок не предусмотрено, – говорит он таким тоном, словно неразумному ребенку азы грамоты рассказывает, – ведь помолвка – это промежуточный этап перед вступлением в брак. Никому не нужны вечные помолвки, не для этого обручаются, Агнесс.

Делаю глубокий вдох, чтобы не взорваться и не накричать. С драконьим принцем, пусть и с болот, так нельзя.

– Завтрак окончен, – объявляю я, с противным скрежетом отодвигая стул. – прошу проследовать на выход. От разговоров можно воздержаться! По крайней мере до тех пор, пока не будет, что сказать, а не поиздеваться!

– Агнесс, я не издевался, прости меня, – Торопится за мной Нельсон, но я уже стремительным шагом мчусь на выход.

Долгое объятие с нянюшкой, последние напутствия моим людям, вышедшим нас проводить, и вот, я уже готова отправиться в первое в своей жизни большое путешествие.

Карета, обитая яркой зеленой тканью, стоит тут же, готовая к отъезду в столицу. Лошади, привязанные к полозьям, ожидают с нетерпением, когда же они смогут отправиться в путь, а мне вдруг становится тревожно. Внутри меня царит смешение чувства восторга и неопределенности. Будь у меня выбор, я бы предпочла другое путешествие при других обстоятельствах. Но не встреть я дракона, никакой поездки не случилось бы, ни этой, ни любой другой. Я была бы заперта в доме с Ришаром и обожающей его тетей.

Нельсон, стоит рядом, внимательно разглядывает карту, на которой отмечена наша дорога. Его широкие плечи расслаблены, а в глазах я отчетливо вижу предвкушение. Он замечает мой внимательный взгляд и подбадривающе улыбается мне.

– Зачем тебе карта? Ты ведь летаешь туда–сюда, как у себя дома, – недовольно бурчу.

Мне не нравится моя реакция на улыбку дракона. Я только что на него обижалась, но стоило ему мне подмигнуть – и все, раздражения и злости как не бывало.

– Вот именно что летаю! И один. А сегодня на меня ответственность, ты, – говорит Нельсон, протягивая мне руку. – Прошу, давай устраиваться.

Залезаю в карету и усаживаюсь на мягких подушках, а старый кучер берет в свои руки вожжи. Дракон что–то говорит ему, показывая на карту, а затем присоединяется ко мне в карете. По мере того, как колеса начинают медленно катиться по дороге, я расслабляюсь, выглядываю в окно и наблюдаю за пока что знакомыми пейзажами. И какое–то новое чувство появляется в моей груди. А еще я вдруг понимаю, что как прежде уже ничего не будет. Я словно не в столицу еду, а в новый жизненный этап ступаю, и неизвестно, что меня там ждет.

Глава 31

Мы едем молча. Вернее, Нельсон делает несколько попыток заговорить, но я их решительно игнорирую. Вид за окном мне милее слов. Тем более на серьезные вопросы дракон не отвечает, предпочитает переводить тему или и вовсе выставляет меня дурочкой. Вот пусть теперь сам с собой разговаривает, с умным и прекрасным драконом, а не с простой мной.

А время в дороге летит незаметно, и вот уже привычные мне холмы сменяются деревьями, пока еще не густым лесом, но, чувствуется, скоро он будет. Эта расплывчатая природная граница перекликается с тем, что происходит внутри меня. Словно и меня скоро настигнет граница между настоящим и будущим.

– Может, стоит устроить привал? Мы долго едем, обычно леди устают в дороге сильнее мужчин, – говорит вдруг Нельсон, нарушая затянувшееся, но вполне устраивавшее меня молчание.

– Так то леди, а я не леди, – отвечаю ему, упрямо вздернув носик. – Мне, главное, чтобы мой кучер не устал, я своих людей берегу. А мне–то что, я сижу на мягких подушках, меня везут, мне не на что жаловаться. И завтрак был довольно плотный, есть мне не хочется, я не работаю физически, чтобы растрачивать полученную от него энергию.

– Ладно, я понял, – поднимает перед собой руки Нельсон, – привал пока не будем делать.

Он как будто хочет еще что–то добавить, но передумывает и отворачивается.

Когда карета въезжает на мост над рекой, я замираю от красоты открывающегося вида. Синеватая вода блестит на солнце, отражая небо, а вдали вырисовывается тот самый густой лес, который поставит окончательную черту между моим привычным миром и том, в котором я еще ни разу не была. В этот момент я вновь понимаю, что это путешествие не просто физическое – это шаг в новую жизнь еще и на духовном.

– Даже нерушимые помолвки можно разорвать, – подает вдруг голос дракон, – магия милосердна, она оберегает своих детей.

В удивлении выгибаю бровь и медленно поворачиваюсь к Нельсону. Неужели и у драконов есть совесть?

– Ришар собирался заключить со мной брак, который я не смогла бы расторгнуть.

– То брак, а это помолвка. К тому же в браке всегда можно остаться вдовой, а если убедить магию в своем искреннем раскаянии и отчаянии, мол, выдали замуж против воли, то тогда и наказание не получишь, либо оно будет очень мягким, незначительным.

– Немного жутко становится от того, что ты знаешь такие тонкости.

– Ты не единственная, кого хотели взять в жены против воли, Агнесс, не ищи двойного дна, его нет, – отвечает мне дракон, но дальше нам продолжить разговор не удается.

Вдруг карету начинает сильно трясти, а уже через мгновение колеса издают оглушительный звук, и Джеффри, мой кучер, резко останавливается. Корпус кареты чуть кренится на бок, но, к счастью, не переворачивается. Что–то пошло не так, это даже мне понятно.

Нельсон выскакивает наружу, чтобы осмотреть повреждение и переговорить с Джеффри, а я остаюсь внутри, все равно я там ничем не помогу. В подобных делах я такая же бесполезная, как любая высокородная леди.

Однако, выглядывая в окно, я начинаю волноваться. Река с живописным мостом осталась позади, мы успели проехать глубже в лес, который припрятал внутри себя неприятный сюрприз. Карета застряла во влажном болотистом грунте, окруженном густыми, мрачными деревьями, от которых исходит едва уловимая магия, словно само место дышит заклинаниями.

Я, конечно, неопытный путешественник, но географию я знаю, и даже мне известно, болот в этом месте быть не должно. Особенно болот, пропитанных магией, на которых живет ведьма…

Глава 32

– Никогда не было здесь болот, ваше благородие, я точно следовал карте, честное слово, точно! – доносятся до меня причитания кучера.

– Успокойся, Джеффри, я знаю, я верю тебе, я следил за дорогой. В том, что мы застряли в этой зловонной каше, нет твоей вины, – говорит Нельсон.

– Можно попробовать сдать назад, карета выйдет, колеса не так глубоко увязли пока что, вот только, – На улице на мгновение воцаряется тишина, а потом слышится испуганный голос Джеффри. – А куда делась дорога, ваше благородие? Я не схожу с ума, вокруг одни болота, да? И деревья, но и те жутковатые.

– Нет, к сожалению, Джеффри, с ума ты не сходишь, – сокрушенно отвечает ему дракон.

Мое терпение на исходе, что они там такое увидели? Кто с ума сходит?

Выпрыгиваю из кареты в тревоге.

– Как дорога могла исчезнуть? Вы о чем? Это такое образное сравнение, да? – тут же накидываюсь с расспросами на двух мужчин.

– Как тебе сказать, – Нельсон от чего–то смущенно чешет свою голову, – не совсем сравнение. Дорога как бы здесь, но одновременно ее нет. Ведь болот тоже нет в этой местности, но сейчас они есть. Как–то так.

Объяснение дракона звучит как насмешка или как загадка. Или…

– Твоя матушка, она ведьма с болот. Сильная ведьма, раз выносила целого дракона, – произношу задумчиво.

– Не только сильная ведьма может выносить ребенка от дракона, но и простая девушка, если она является его истинной парой, – оживляется Нельсон и торопится просветить меня в том, что сейчас абсолютно не важно.

– Отлично, я рада за всех этих девушек, а нам–то что делать? И почему лошади не паникуют? Стоят себе спокойно, как будто вокруг них не клубится этот зловещий туман.

– Мама любит животных, а еще не любит лишние жертвы, – отвечает Нельсон.

– И как нам это должно помочь? Или мы все–таки попали в гости к твоей матери? – озадаченно хмурюсь.

Я почти озвучила немного ранее это фантастическое предположение, но все же здравый смысл не дал мне полностью увериться в нем. И, кажется, зря.

– Боюсь, что да, – говорит виновато Нельсон.

– Ладно, и что тогда нам дальше? – осматриваюсь вокруг в поисках тайной тропки. – Карета с лошадьми будет в порядке, а нам куда? За нами придут, или нам самим идти?

Не планировала я знакомиться с матерью Нельсона, достаточно того, что мы собираемся обмануть королевскую чету. Эдак, к концу нашего с драконом договора, соберется слишком много обманутых персон, и мне придется как–то с этим жить.

Да и страшно, если честно, идти в гости к болотной ведьме, но стоять и ждать непонятно чего, еще страшнее.

– Самим шагать, тропка там, – Нельсон неопределенно машет себе за спину, – ты ее тоже увидишь, когда примешь решение.

– Я останусь с лошадьми, госпожа, – тут же говорит Джеффри. – Нельзя им одним, нужен кто–то свой рядом. У меня еда и вода есть, вы не переживайте. Поспать опять–таки смогу внутри.

– Да, но здесь могут водиться волки и разбойники, я несу ответственность за тебя, – отвечаю кучеру.

– Нет, его никто не тронет. Забыла? Болота на самом деле здесь нет, для остальных нет, для нас–то есть. А потому и нас как бы нет для других, – говорит Нельсон и тянет меня за руку в сторону. – Идем, терпение не входит в число добродетелей моей матушки.

Делать нечего, приходится подчиниться.

Стоит нам только сделать несколько шагов по зыбкой земле, как в воздухе что–то неуловимо меняется. А когда мы наконец–то направляемся вглубь леса, пелена тумана начинает рассеиваться, открывая небольшой дом, оплетенный лозами и окруженный цветами, которые светятся фосфоресцирующим светом.

Очень быстро, я не ожидала, не успела ничего спросить, узнать, как себя вести и прочее. А мы уже стоим у дома матери Нельсона. И ноги мои как-то враз подкашиваются от страха, и очень хочется упасть в спасительный обморок, как любят делать высокородные леди, да только навыка у меня к этому делу нет, и приходится мне находиться в сознании в ожидании приговора…

Глава 33

Вдвоем с драконом подходим к двери и замираем.

– Может, ты постучишь? Мы ведь туда, куда надо, пришли? – спрашиваю напряженно.

Загадочный туман вновь начинает клубиться вокруг нас, как бы предупреждая, словно он за нами следит и накажет, если мы сделаем что–то не так.

– Туда пришли, туда, – кивает Нельсона. – Я с мыслями собираюсь.

Но дракона опережают, дверь открывается сама, а на ее пороге появляется женщина с длинными седыми волосами, заплетенными в строгую косу, перекинутую через плечо, и глазами, наполненными мудростью и светом. Что примечательно, лицо у женщины выглядит довольно молодо, морщинок нет, только прическа и глаза выдают ее возраст.

– Здравствуй, сын, – произносит ведьма мелодично.

Очень чарующий голос, такой бы слушать и слушать.

– Здравствуй, мама, – говорит Нельсон и пониже склоняет голову. – Нам нужна твоя помощь, карета застряла, но, я думаю, ты и так об этом знаешь.

– Как всегда во всех бедах обвиняют ведьму, – укоризненно качает головой женщина. – Ты, деточка, – она поворачивается ко мне, – учти, они и тебя могут обвинить, если больше никого рядом не будет, пусть твой дар мал, однако он есть. И даже безобидный предмет можно сделать оружием в умелых руках. Или, наоборот, в неосторожных руках, – добавляет женщина, на секунду задумавшись. – В общем в любом случаем крайней стать легко.

– Спасибо за предупреждение, мадам. Меня зовут Агнесс, мадам. Простите, что потревожили ваш покой, мадам, – говорю я и пытаюсь уважительно шаркнуть ножкой или хотя бы поклониться, книксен будет странно смотреться на болотах.

– Мадам я никогда не была, деточка, – смеется мать Нельсона, – но спасибо дорогая, повеселила. – Проходите, дети, отведаете мою стряпню, переночуете, а завтра дальше двинетесь в путь. Ничего с каретой и кучером не случится, не волнуйся, деточка, – добавляет мать Нельсона, как будто читает мои мысли.

Хотя, это, конечно, глупость. Как бы ведьма не была сильна, а мысли не прочесть. Я изучала этот вопрос. А вот человека прочесть можно, мы своей мимикой и повадками себя выдаем.

Внутри дом оказывается… Обычным.

Нет, он милый, с вазами, наполненными цветами, с горшками на подоконнике, из которых во всю пробиваются сочные зеленые растения, на горизонтальных поверхностях то там, то здесь виднеются вязанные салфеточки. Словом, царит красота и уют, а умеренные цвета в интерьере это только подчеркивают. Вот только совсем не такое ожидают увидеть дома у настоящей ведьмы с болот. Абсолютно не такое.

– Давайте пройдем на кухню, ни к чему в столовой тесниться, – приглашает с улыбкой женщина.

И тут-то, в новом помещении наконец-то я вижу хоть что-то, что соответствует моему представлению о настоящих ведьмах – под потолком висят пучки трав и создают непередаваемый антураж.

– Хорошо-то как у вас, – вырывается из меня возглас облегчения.

Почему-то вид трав заставляет меня расслабиться. Очень странный ассоциативный ряд, но как есть.

– Твоя правда, деточка, – кивает женщина с улыбкой, – у меня и впрямь хорошо. А, главное, хотя бы на кухне я похожа на ведьму, да? – она подмигивает мне, а я чувствую, как краснею.

Куда мне во дворец, если меня так хорошо читают?

– Во дворце заносчивые люди, они так легко не будут тебя читать, – говорит мать дракона, накрывая на стол, – и нет, я не лезу к тебе в голову, не переживай. Зачем мне залезать внутрь, когда снаружи все написано.

– Мама, – пытается как-то разрядить обстановку Нельсон, но его болтливость, очевидно, испарилась рядом с матерью.

– А дайте я вам помогу, – а вот я все же нахожу, что сказать, как попытаться перевести тему.

– Не нужно, деточка, я сама справлюсь, ты лучше присаживайся за стол и сына моего рядом усади. И не думай, твое владение мимикой, конечно, далеко от умений профессиональных дворцовых интриганов, но все же не настолько плохо. Я просто настроена на твою волну, как иначе, ведь ты избранница моего сына, та, кто предначертан ему Магией, та, кто несет свет и будет с ним всегда…

Глава 34

«Ну вот, этот момент настал раньше, чем я ожидала. Я обманула близкого родственника Нельсона. Дала ложную надежду на то, что дракон будет счастлив, ведь ему повезло встретить свою истинную. Я ужасный человек», – думаю пристыженно.

– А почему ты расстроилась, деточка? Я дам вам свое благословение, ты не переживай, – ведьма понимает все по–своему, на этот раз, к счастью, ошибаясь. – Поедите, переночуете, а на утро как раз дам благословение, связь ваша от этого окрепнет и будет помогать во дворце. Была бы моя воля, вы бы не отправлялись в этот столичный вертеп, но некуда деваться, придется вас отпустить.

– Мама, давай не будем о серьезном, – говорит Нельсон, а я лишь ниже опускаю голову, мне очень стыдно.

Плохую напарницу нашел дракон, очень плохую. Одно дело изображать невесту перед моими людьми, которые не знают, что значит истинная для дракона, и совсем другое перед его матерью, искренне радующейся удаче сына. Очень мне стыдно.

Пребывая в угрызениях совести, я не сразу замечаю, что на кухне воцаряется тишина. Поднимаю голову и застаю безмолвный разговор между Нельсоном и его матерью. Серьезно, они смотрят друг другу в глаза, не мигают и не отводят взгляд. Что это, как не общение мысленно? А еще говорят, что подобное невозможно, но, сдается мне, это ошибочное мнение.

– Действительно, что это я о серьезном, – отмирает ведьма и принимается вновь суетиться на кухне, – это все подождет. Вы молодые, зачем вас пугать серьезным, сами решите, что и как, а мне останется только принять ваше решение, каким бы оно не было.

– Да, мама, ты все правильно поняла, – удовлетворенно кивает Нельсон.

А у меня такое ощущение, что я пропустила важный кусок разговора, но кто ж меня просветит, какой именно. И тут же передо мной ставят тарелку, наполненную ароматными вкусностями, и словно случайно кардинально меняют тему обсуждения. У них точно семейный талант отвлекать и недоговаривать. И мне остается лишь есть и испытывать легкую досаду на неполную осведомленность, но зато стыд испаряется, я больше не чувствую себя плохой из–за обмана матери Нельсона.

Ночь на болоте оказывается гораздо более зловещей нежели день. Она пронизана глубоким, словно материальным полумраком, и окутана ореолом тайны, притаившейся где–то за углом. А еще нам с Нельсоном приходится лечь в одну постель, в домике всего две жилых спальни, остальные помещения не приспособлены для сна.

Правда, я робко предложила лечь спать на диване в гостиной, но и Нельсон, и его матушка единодушно не позволили мне это сделать, сославшись на то, что я не смогу одна ночью. И сейчас я понимаю, почему.

Страшно отчего-то становится, стоит мне посильнее вглядеться в происходящее за окном, и я очень рада, что рядом со мной сильный дракон, что я не одна. Кто знает, что происходит по ночам на болотах, не зря ведь тут ведьма живет, она точно не только бытовыми заклинаниями балуется, как я.

Вдруг раздаются глухие крики ночных птиц, их трель напоминали нечто среднее между шепотом прирученных духов и предостережением неведомого. Странные у меня ассоциации, но в этом месте появляются только такие. Затем, как будто подхваченные каким–то невидимым порывом, к звукам, издаваемым птицами, добавляются далекие всплески, словно кто–то купается в болоте. И тут же снова активируется за окном туман, медленно поднимаясь и окутывая уличный пейзаж, пряча его от моих глаз.

Мне хочется растолкать Нельсона, он, как назло, спит, спросить его, что происходит, мне не мерещится? И как же мой кучер? Его точно никто не съест? Никакая болотная нечисть? Но едва я приподнимаюсь на локтях, чтобы лишить дракона сладкого сна, как мгновенно отключаюсь, сама проваливаясь в забвение…

Глава 35

Пробуждаюсь я резко, собственно, так же, как и отключилась накануне.

– Горазда ты спать, милая, – усмехается Нельсон, – скоро обед.

Он сидит в кресле, читает какую–то книгу. За окном светит солнце, никакого тумана нет и в помине, погода ясная, и птицы поют не тревожно и глухо, а звонко и задорно.

– Почему ты меня не разбудил? – присаживаюсь на кровати и чувствую себя ужасно разбитой. Мне всю ночь снилась прогулка по болотам. – Неудобно перед твоей матушкой, скажет, невестка – лентяйка.

– Успокойся, Агнесс, ты, как всегда, переживаешь не о том, – рассеянно отвечает мне дракон, на этот раз не отрывая взгляд от книги. – Уверяю тебя, сильная болотная ведьма способна понять, сколько обычно трудится человек, и чем наполнены его дни.

Опускаю ноги на пол в смешанных чувствах. Я словно частично все еще нахожусь в своем необычном сне.

Странный сон нашептывал мне не менее странные вещи: "У тебя нет ни одной дороги, о которой могла бы ты мечтать. Здесь время тает, а истинная природа вещей находит свою тень".

Вот только что бы это значило, как понять? Набор слов как будто. Должно быть, это все мои эмоции от неожиданного витка нашего путешествия, я испугалась, вот подсознание и сгенерировало странный сон.

– А еще были лилии, – бормочу себе под нос и уже громче спрашиваю у дракона. – Ты не знаешь, к чему снятся лилии?

На этот раз Нельсон отрывается от своего чтива и с интересом смотрит на меня.

– А что еще тебе снилось? Может, голос какой что–то нашептывал?

– Может, и нашептывал, но отвечать вопросом на вопрос – верх невежливости! И принц должен это знать. И не нужно ссылаться на детство на болотах, – отрезаю я, окончательно приходя в себя. – Мне бы что–нибудь перекусить, и можем ехать.

– Лилии – любимые мамины цветы. Они растут здесь, на болотах несмотря на то, что не должны.

– Голос повторял странную фразу, лишенную смысла, неважно в общем. Идем.

Удивительно, но дракон меня слушается и встает из кресла. Мы проходим на кухню, но хозяйки дома не застаем. Зато на столе стоят бутерброды, накрытые прозрачной крышкой, а рядом дымится теплый напиток в кружке.

– Мама оставила тебе, на травяной отвар наложила чары, поддерживающие температуру, чтобы он не остыл, – поясняет Нельсон.

– А сама она? – спрашиваю, присаживаясь за стол и испытывая смешанные чувства.

С одной стороны мне приятна забота чужой для меня женщины, а с другой мне стыдно, что так непозволительно много спала и заставила позаботиться о себе отдельно.

– Ушла, у нее дела, сезон каких–то трав, я не вдавался в подробности, – машет рукой дракон. – Просила передать наилучшие пожелания и извинения, что не сможет нас проводить.

– Я ей не понравилась, – констатирую я, беря в руки один из бутербродов.

– Определенно ты не права, но мама ожидала, что ты так подумаешь, – говорит Нельсон, присаживаясь рядом.

– С другой стороны, будет не так стыдно, когда наш обман раскроется, человек не сильно расстроится, – продолжаю рассуждать, ни капли не веря дракону. – Не было благословения, о котором она вчера говорила, и мне на душе легче.

– Благословения даются по-разному, но ты такая упрямая, что тебя сложно в чем-то убедить, – он укоризненно машет головой, но больше ничего не говорит.

А дальше нас ждет обратный путь до кареты. Сегодня он проходит без специфического сопровождения в виде клубящегося тумана. Да и вообще, на улице необычайно светло, словно мы не в чаще леса, а на открытой просторной поляне. Правда, тропка по–прежнему узкая, и мне приходится осторожно ступать за Нельсоном, чтобы не наступить в грязь или еще что похуже.

До кареты мы доходим неожиданно быстро, Джеффри встречает нас с явственным облегчением на лице.

– Я уж начал волноваться, госпожа, – говорит он.

– Госпожа изволила поспать подольше, – усмехается дракон, мне же остается лишь кинуть на него недовольный взгляд, ведь не поспоришь.

– У тебя все нормально, Джеффри? Не замерз? – обращаюсь к кучеру вместо бесполезных пререканий с Нельсоном.

– Вполне, – кивает слуга, – мне было тепло и комфортно, словно дома в родной постели спал. А сны какие хорошие были, ммм, – мечтательно качает головой кучер.

– Ясно. Тогда отправляемся, – произношу раньше, чем дракон что–то скажет про мой сон.

Но самое необычное происходит через несколько часов. Признаться, я не сильно следила за дорогой все это время, хоть и смотрела в окно, не видела ничего конкретного перед собой. Но тем не менее близость ворот столицы удивляет не только меня.

– Еще одно волшебство, не иначе! – кричит испуганно Джеффри, резко останавливая карету…

Глава 36

На этот раз я предпочитаю сразу вылезти на улицу, дабы узнать, что случилось.

– Еще одни твои родственники заманили нас в мираж, да, Нельсон? – спрашиваю, нахмурившись.

Величественные ворота столицы не вызывают во мне ни малейшего отголоска теплых эмоций и радости от того, что мы доехали, скорее наоборот.

– Нет, милая Агнесс, боюсь, что это не мираж. Матушка решила, что будет утомительно долго ехать в карете, сократила наш путь, – отвечает мне дракон, при этом выглядя не намного радостнее меня.

– Какая мощь ей подвластна, это невероятно, – произношу пораженная.

– Да, она может многое, но лишь на болотах. Ограничения, наложенные спецификой магического дара, а также запреты, прописанные в устройстве нашего славного королевства.

Последнюю фразу Нельсон произносит, скривившись, словно у него во рту что–то горькое и кислое. У меня тут же возникает закономерное любопытство: как–то ведь родители Нельсона встретились, несмотря на все ограничения. Хотя, может, ограничения в законе появились уже после, были следствием этой необычной связи. Любви там точно не наблюдалось, так что ворошить прошлое и задавать неудобные, а, может, и болезненные вопросы я не буду.

– Ладно, – кладу руку на плечо Нельсона, – твоя матушка молодец, позаботилась о том, чтобы мы с тобой меньше мучались в пути, спасибо ей большое.

– Да, стоило ей сказать, что мы не стремимся поскорее попасть во дворец, тогда не было бы этой заботы, – фырчит дракон. – Что ж, Джеффри, едем, это не мираж, друг мой, это наша реальность. И будь терпелив, друг мой, во дворце даже кучера обладают высокомерным характером.

– Да, ваше высочество, конечно, ваша милость, – нервничает Джеффри, зардевшись от ласкового обращения Нельсона.

Я вижу, он польщен, смущен и обескуражен. А еще теперь будет нервничать в два раза больше, дабы не посрамить честь тех, кого он везет.

– Джеффри, не нужно. Все хорошо, – успокаиваю мужчину. – Мы земледельцы, нам простительно, что угодно. Без нас все эти расфуфыренные штучки останутся голодными.

– Ваша правда, госпожа, – выдыхает Джеффри.

Мы с Нельсоном садимся обратно, и карета трогается.

– Как ты его одной фразой успокоила, – замечает дракон, как бы между прочим.

– Хах, еще бы меня кто успокоил этой самой одной фразой, мне не перед кучерами предстоит изображать непонятно что, – из меня вырывается нервный смешок.

– У тебя есть я, – Нельсон берет мои ладони в свои руки, – и большего тебе не надо.

Перевожу взгляд на него и замираю, словно загипнотизированная.

Интересно, он хотя бы примерно догадывается, какое действие оказывают на девушек подобные слова? Я ведь ненароком замечтаюсь, забуду, что Нельсон есть у меня временно, лишь пока действует наш договор.

Ах, сердечко, мое сердечко, какое ты все–таки предательское.

Усилием воли перевожу свой взгляд обратно на окно, предпочитая не отвечать, не усугублять свои будущие душевные терзания. А за окном есть на что полюбоваться. За долгие годы столица по праву стала символом могущества и богатства королевства. Высокие каменные ворота, украшенные резьбой и арками, мраморные изваяния с крыльями и щитами, стоящие то тут, то там. Поистине, над убранством столицы трудились и трудятся лучшие специалисты.

Вскоре за воротами открывается яркая и оживленная площадь, полная людей, суетящихся с повозками, предлагающих красочные товары с базаров других королевств, в том числе заморские ткани, специи и изделия ремесленников. Уличные торговцы, одетые в яркие одежды, громко кричат, привлекая клиентов, в то время как зажиточные горожане, облаченные в дорогие наряды, неторопливо прохаживаются от одного лоточника к другому, и посреди всего этого великолепия едем мы в нашей зеленой карете.

Стены столичных зданий, высокие и мощные, выложены из тщательно обработанных камней, а на крышах бежевая черепица, сверкающая на солнце. В центре площади возвышается впечатляющий мраморный постамент, на котором расположена статуя короля, смотрящего вниз на своих подданных. А за пределами площади все гораздо проще и прозаичнее, но тем не менее дома по–прежнему ухоженные, горожане улыбчивые, а мощенные булыжником дороги чистые.

Мы проезжаем довольно много домов, пока не попадаем на территорию дворца. Умное решение расположить королевскую резиденцию подальше – больше шансов, что монаршие особы останутся в безопасности даже при внезапном вражеском штурме. А вот атмосфера здесь совсем другая, тяжелая и давящая несмотря на белые стены и ухоженные клумбы, наполненные цветущими кустами.

– Я начинаю понимать, почему тебе на болотах нравится больше, чем здесь, – произношу, с трудом проглотив ком в горле.

– Почувствовала, да? – с горечью усмехается Нельсон. – И тут нам предстоит провести ближайшее время.

Глава 37

Когда нам позволяют выйти из кареты, сразу становится ясно, что что–то идет не по плану.

– Ваше высочество, вас вызывают к себе его и ее величество, они сейчас находятся в тронном зале, готовятся ко встрече гостей, – произносит лакей, церемонно кланяясь Нельсону.

– Гостей? Еще кто–то приезжает на праздник? Так заранее? Они не смогли найти место в гостиницах? – напряженно спрашивает дракон.

– Насколько мне известно, все, кто хотел и был приглашен, сумели разместиться на постоялых дворах нашей славной столицы. Некоторые предпочли воспользоваться гостеприимством своих родичей, проживающих в городе постоянно, – отвечает ровным тоном лакей.

– Но тогда о каких гостях идет речь? Неужели праздник решили начать раньше?

– Так точно, ваше высочество, – снова кланяется лакей. – Ее величество приказала подготовить все к сегодняшнему дню. Мы очень рады, что вы успели на него прибыть. Позвольте я провожу вас и вашу спутницу, вы сможете освежиться и подготовиться ко встрече с королем и королевой.

«А вот и первый сюрприз, – думаю про себя мрачно, – с корабля, да сразу на бал. А ведь я не знаю правил бала и повода тоже не знаю».

Бросаю косой взгляд на Нельсона, он выглядит не менее удрученным, нежели я. Кажется, это не какой–то его тайный план, он не собирался буквально сразу вбрасывать меня в королевский праздник. А ведь мы так и не обсудили, что там будет, и как мне себя вести.

К сожалению, дальше обсудить что–либо также не удается. Лакей разводит нас с Нельсоном по отдельным покоям, за мной следует очень деятельная служанка, которая с порога принимается приводить меня в порядок, впрочем, не забыв дать перекусить и попить. Над драконом, полагаю, проводят схожую экзекуцию.

И вот мы с ним вдвоем стоим перед роскошными дверьми тронного зала. По пути нас сопровождали, поговорить вновь не удалось. Я бы разозлилась на Нельсона за беспечность, ведь это именно по его вине мы оказались в этой ситуации, когда неизвестно, как себя вести и что говорить, но не могу. Вид у дракона до того несчастный, что я не сдерживаюсь, слегка сжимаю ладонью кончики его пальцев. Дракон дарит мне короткую улыбку, и мы входим в зал.

«А тут красиво, – думаю отстраненно, – если, конечно, брать за эталон отделку золотом и бархатом, а еще освещение. Очень яркое освещение, хочется приглушить его, ведь за окном солнце только начало клониться к закату, к чему такое расточительство ресурсов».

Но главные в этом зале, как и в королевстве – король и королева. Величественный правитель и его строгая спутница жизни.

– Ваше величество, – произносит Нельсон за нас двоих и кланяется, а я спешу присесть в глубоком реверансе, склонив голову и изображая на лице уважение и подобострастие.

– Достаточно, поднимитесь оба! – произносит недовольно королева, не король.

Я выпрямляюсь, но прямо взглянуть на монарших особ не решаюсь, так и смотрю на них из–под опущенных ресниц.

– Нельсон, как ты осмелился явиться на мой праздник? Ты ведь не выполнил условия, твой проступок не будет прощен. Я распорядилась провести праздник раньше, чтобы ты не позорил своего отца, – высоким голосом продолжает королева. – Я приказала подготовить дары Высшим силам, чтобы они простили нашу семью за твое непослушание!

«А вот и кульминация, – думаю отстраненно, так легче сдерживать нервную дрожь от близости монарших особ, – на этот раз я точно узнаю, что такое натворил Нельсон».

Зато дракон, как будто не нервничает, прямо и спокойно смотрит на свою мачеху, а потом так же спокойно отвечает ей:

– Но вы не правы, я выполнил то, что должен был, Богиня простит меня, уже простила. Я привел нареченную к вам в дом, отец, – Нельсон выделяет голосом последнее слово, ставя тем самым мачеху на место, или же напоминая королю, что он главный, а руководит разговором почему–то его супруга. – Эта девушка, Агнесс Коуди, моя истинная пара. И да, придется вернуть ей титул графини, который вы забрали ни за что у ее предка, ведь, согласно принятым условностям, принц не может жениться на простолюдинке.

– Хаха! – ненатурально смеется королева. – Ты, как всегда, шутишь.

– Никак нет, ваше величество, но я понимаю, вы уже плохо видите, возраст сказывается. На наших с Агнес запястьях помолвочные браслеты, мисс Коуди моя истинная, нас благословила сама Магия.

Король подается чуть вперед, впервые на его холодном лице проступают хоть какие–то эмоции. А вот королева быстро берет себя в руки, и ее следующая фраза приводит меня в ужас:

– Нет, исключено, не верю. Ты совершил проступок, ты понесешь наказание. И невеста твоя липовая получит по заслугам.

Гл

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.