Ольга Чэнь, Вечный Скиталец
Возрождение Великой заклинательницы демонов

Название: Возрождение Великой заклинательницы демонов

Автор(-ы): Ольга Ануфриева, Вячеслав Ануфриев

Ссылка: https://author.today/work/288279

Пролог

Орхидеи весной

Посадил я зелёный росток.

Знал – без тени нет света,

Добра – без присутствия зла.

На глазах у меня

Распустился прелестный цветок,

Рядом с ним незаметно

Дурная полынь проросла.

Я душе говорю:

Улыбайся, трудись и не злись,

Но глаза без улыбки

На эту картину глядят -

Ещё слабые корни

С травою так прочно срослись,

Что, похоже, никак

По отдельности жить не хотят.

Мне бы вырыть бурьян -

Я цветок опасаюсь задеть,

Поливаю его -

Опасаюсь полынь укрепить.

Временами приходится

В думах бесплодных сидеть

Перед тем, как водой

Орхидею в саду окропить…

Бо Цзюйи (772-846) Династия Тан.

Сотни тысяч лет демонические кланы и людские секты жили в серединном мире в относительном спокойствии. Демоны были разрознены, поэтому людские светлые кланы расцветали и множились, объединяясь в святые секты. Светлые секты вытеснили почти все демонические культы в нижний мир, и те очень редко покидали свои земли.

Но, десять тысяч лет назад, демонические тёмные кланы начали объединяться под сильным и жестоким тёмным повелителем Гон Цзен-Хуном, рождённым от грешных душ, мрака, молний, истинного пламени и от одного из сильных приспешников тёмного демонического клана. Секте крылатых тоже пришлось примкнуть к нему, хотя они не считали себя ни демонами, ни людьми. Но, поскольку святые секты объявили их крылатыми демонами, устроив гонения, им пришлось спасаться, чтобы защитить свои будущие поколения, и искать соратников среди демонических кланов. Клан кицуне и мелкие духи остались в срединном мире. Хоть на них и устраивались гонения светлыми людскими сектами, но те ловко умели прятаться, а существование в нижнем мире обрекло бы их на неминуемую погибель и рабство.

Две тысячи лет назад, по всей земле Цзянху стали пропадать различные заклинатели из развитых святых людских сект, а также феи и духи. Светлые кланы были обескуражены, не понимая, что происходит. Когда они нашли способ прояснить происходящее, было уже поздно.

Захватив и обезвредив необходимое количество сильных человеческих заклинателей, фей и духов, демоны, во главе с Цзен-Хуном, пленили одного светлого людского бессмертного… И провели ужасающий в своей кровожадности и жестокости магический ритуал. Реки крови из захваченных пленников были одновременно пролиты на жертвенный алтарь древнего просыпающегося вулкана. Но не только светлые людские души были извлечены и преданы в жертву, Гон Цзен-Хун, вдобавок, коварно убил множество демонических существ, в том числе и крылатых демонов, и даже не обладающих плотью злых духов. За счёт этого массового жертвоприношения, он создал волшебный фонарь, поглощающий любые чужие души из любых существ, вместе с их магическими силами. Клан крылатых, узнав об этом, самоустранился и по возможности отдалился от демонической секты. Теперь они находились между двух огней: боясь одновременно тёмной секты Гон Цзен-Хуна и светлых сект людей… нигде им не было покоя.

Светлые кланы продолжали редеть, в срединном мире из-за наступления тёмных сект начался хаос. Чёрный владыка пленял и выпивал силы заклинателей, чтобы становиться всё сильнее и сильнее, желая поработить под собой сначала два, а потом все три мира.

Святые кланы поняли, что их сил и навыков не хватает для борьбы со ставшими слишком сильными демонами, и решили обратиться за помощью к Нефритовому Императору и святым небожителям, живущим в верхнем мире.

Молодая, талантливая, решительная и смелая заклинательница демонов Ли Шуцинь, имея самое чистое и святое сердце, а также выдающиеся по людским меркам магические способности, отыскала пещеру, и ей открылся проход на вершину горы Куньлунь. Она, вместе со своими четырьмя друзьями, решилась пройти в верхний мир, в обитель жителей неба, на три священных горы к небожителям.

Путешественники поняли, что они добрались до места, когда им открылись чудесные поля, усеянные цветами, и небесные озера с небесными водопадами. А в воздухе летали редкие розовые и фиолетовые лепестки цветов. Молодые заклинатели встретили Владыку юга, выслушав их речи, он проводил воителей из людской секты к Нефритовому Императору. Хоть и не сразу, но они смогли попасть к нему на аудиенцию и рассказать о том, что происходит на земле, а также попросить помощи.

На Святых Небесах Ли Цинь успела познакомиться и подружиться с небожителем Богом войны. Он влюбился в Ли Шуцинь, научил девушку собственной божественной технике и помог ей на пути совершенствования. В результате культивации своих навыков, она стала самой молодой бессмертной.

Нефритовый Император не поверил, что всё настолько плохо, услышав слова посланницы земных святых кланов. Небожители существовали своей размеренной, спокойной и одухотворённой жизнью. Но повелитель верхнего мира предложил девушке пойти и поговорить с повелителем нижнего мира демонов. Вместе с ней на подмогу небесный властитель отправил четырёх своих стражей – духов-хранителей четырёх сторон света: хранителя востока – зелёного дракона Цинлуна, хранителя запада – белого тигра Байху, покровителя юга – феникса Чжуняо и северного духа – черепаху Сюаньу. Бог войны Гуаньди также пошёл вместе с девушкой.

Небесные духи научили четырёх соратников Ли Шуцинь ведомым только им, и незнакомым никому из людей в срединном мире, боевым техникам. После все они отправились в клан демонов. Оказалось, что тёмные секты уже начали обосновываться на поверхности земли в серединном мире. Там великая заклинательница познакомилась с крылатым демоном Ницаем, что проникся чувствами к отважной юной заклинательнице. Он помог бессмертной Ли Шуцинь и её друзьям найти безопасную дорогу в секту Ночного Мрака, чтобы поговорить с Гон Цзен-Хуном. Во время разговора, выведав кровожадные алчные планы владыки демонов, посланники удалились ни с чем. Цзен-Хун не посмел их тронуть, побоявшись хранителей Нефритового Императора и Бога войны. Поэтому отпустил посланников, но затаил на них великую злобу и опасение. Чувство опасности, настороженности, а также боязнь за разрушение планов пришло к нему.

Крылатый Ницай помог всем вернуться обратно в верхний мир и обойти ловушки владыки демонов…

Прошла великая война между людскими кланами, небожителями и демонами. В результате, армии демонов во главе с владыкой потерпели поражение. Но заклинательнице Ли Шуцинь и её четырём сподвижникам пришлось полностью отдать свою жизненную энергию, жизнь и бессмертие, чтобы заточить главного владыку демонов в его магической лампе. После этого, последователи четырёх заклинателей и великой бессмертной запечатали её пятью печатями. Они заточили лампу на вершине холодной горы и создали пять различных людских сект, культивирующих навыки четырёх духов стихий и сторон света, а также Бога войны. В верхнем мире воцарилось относительное спокойствие. Небольшой кусок земли, что уже захватили последователи владыки демонов Гон Цзен-Хуна, оставили тёмным кланам, так как после прошедшей войны у победителей не было достаточного количества сильных заклинателей, чтобы окончательно выгнать демонов в нижний мир. Для этих целей необходимо было растить новых последователей. Ученики всех пяти сект по очереди дежурили около запечатанной в куске льда лампы. Сначала между этими сектами был мир и порядок, они вместе развивались и достигали высот, ради одной цели – не дать демонам забрать лампу и снять печати. Но шли годы, сменяли друг друга поколения учеников и последователей. Секты подверглись разлагающему влиянию плохих людских качеств, стали конкурировать друг с другом и соревноваться, кто из них сильнее и более умел, кто из них достиг больших высот в познании божественных боевых техник, выяснять, чья техника является самой удобной и более приспособленной для борьбы с демонами. Люди забыли о единой цели и стали единолично возвеличивать себя…

Многие ждали перерождения великой заклинательницы демонов Ли Шуцинь и её сподвижников, что подарили эти боевые техники своим последователям. За прошедшие времена людские кланы смогли улучшить культивацию своих боевых навыков, и ждали момента, чтобы окончательно разгромить всех демонов. Больше всего перерождение великой заклинательницы ждали бог войны Гуаньди и крылатый демон Ницай. Но каждый раз, когда окружающие начинали подозревать в очередном ребёнке воплощение Ли Шуцинь, эти надежды оказывались ложными…

Глава 1

– А-Цинь! Шуцинь! Где опять эта непоседливая и непослушная девчонка?! – возмущался взрослый мужчина. Его лицо украшали маленькие усы и небольшие редкие морщинки, а длинные волосы на голове были скручены на темени в пучок и закреплены короткой лентой, украшенной брошью.

– Вы Шуцинь не видели? Вы Цинь-эр не встречали? – спрашивал он знакомых прохожих, идя по улицам селения секты большой долины травников и высматривая дочь. – Куда она опять подевалась с самого утра? Ох, горе мне! Бедовая бестия!

«Отец… м-м», – подумала молодая девушка и попыталась скрыться, но нечаянно толкнула стопку плетёных корзин своим коробом для сбора трав, висевшим за плечами. Падающие корзины моментально привлекли внимание того, от кого она и пыталась спрятаться.

– Шу Шуцинь! – сердито проговорил мужчина, увидев девушку за провалившейся стопкой соломенной утвари. – А ну-ка, барышня А-Цинь, идите-ка немедленно сюда!

Девушка замерла, втянула плечи, и улыбнувшись, повернулась:

– Отец! Как здорово, что я тебя повстречала! Как раз возвращаюсь домой, – она подбежала к мужчине. Вместе с ней засеменил лисёнок-подросток в чёрно-белой блестящей и пушистой шубке.

– Ты опять ходила на Ядовитую гору и лазила на Шипастую скалу?! Признавайся! – обеспокоенно спросил взрослый травник и пригрозил дочери пальцем.

– Не-ет! Ты что, отец?! Я же обещала тебе, что после того случая не буду больше туда ходить одна! – растягивая губы в улыбке, ответила девушка. – А на Шипастую скалу вообще опасно и трудно залазить, – её красиво-изогнутые миндалевидные глаза смеялись, длинные, почти до пояса чёрные волосы, частично собранные в хвост длинными голубыми лентами, развевались на лёгком ветерке вместе с шёлком ленты.

Мужчина с нескрываемым любопытством заглянул в короб дочери:

– Радужная поющая орхидея? Она же растёт только на Шипастой скале! А эти вот, лиловые заячьи ушки! Они же цветут в Туманном лесу с ядовитыми испарениями!

Девушка, напряжённо улыбнувшись, сразу повернулась к отцу, уводя от его глаз короб:

– Отец, это не то что ты подумал! Я тебе сейчас всё объясню. Просто шла, шла и увидела, что они лежат. Подумала: что добру пропадать? … – увидев скептическое выражение лица отца, вздохнула:

– Я теперь больше никогда не забываю противоядие от ядовитых испарений! Честно! Я ведь уже не маленькая!

– Ученикам запрещено ходить в Ядовитый лес и на Шипастую гору! – продолжал возмущаться отец.

– Ты ещё громче об этом закричи, чтобы все слышали, – прошипела девушка и закрыла ладонью отцу рот.

Мужчина возмущённо отдёрнул руку дочери:

– Бестолковая, невоспитанная девчонка! Как непочтительно! – с этими словами он схватил девушку за ухо. – Хулиганка!

– Ай-яй-яй, оте-ец! – проныла та, привстав на цыпочки в попытке уменьшить боль. – Я уже всё осознала! Честное слово! Прости меня, отец!

– В кого ты такая нерадивая и бестолковая уродилась?! Непослушный ребёнок! Хоть воспитывай тебя, хоть нет, всё одно! – постоянно приговаривая, мужчина потащил её за ухо домой. Лисёнок, слегка прижав уши от картины наказания своей хозяйки, виновато семенил следом на расстоянии.

Получив свои привычные законные пятнадцать ударов ивовым прутом по голым икрам ног, Шуцинь со страдальческим выражением на лице побежала на занятия по алхимии и травничеству, что проводились в школе секты большой долины травников.

***

– Цинь-Цинь, ты снова одна ходила в Ядовитый лес? – спросила шёпотом, чтобы не привлекать внимания преподавателя, её лучшая подруга Лей Лин.

– Да, – Шуцинь приложила палец к губам. – Я смогла сегодня отыскать там лиловые заячьи ушки, – так же тихо ответила девушка и с нежностью посмотрела на своего питомца, резвящегося на траве.

– Шу-Шу, ты же знаешь, что это опасно. В прошлый ты раз забыла противоядие от ядовитых испарений и чуть не уснула вечным сном, – с другой стороны шёпотом проговорил её лучший друг Цзо Цзюнь.

– Я уже осторожна и ничего не забываю! – прошипела Шуцинь. – …Банцао мне напомнила. Она также помогла мне, отыскать все эти травы, подсказала удобный путь для того, чтобы забраться на Шипастую гору и найти поющую орхидею без риска для здоровья.

– Не отвлекаемся! – учитель громко постучал по своему столу тонкой бамбуковой палкой. – Проверьте, все ли ингредиенты вы положили в нужном количестве.

Шу Шуцинь посмотрела на свою маленькую жаровню с красивыми резными драконами и торопливо закинула туда недостающие травы.

– Твой лисёнок очень странный. Мало того, что она почти в младенческом возрасте смогла пережить ядовитые испарения и не умереть. Так ещё и настолько умная, что позвала людей тебе на помощь, принеся кусок одежды и проводив до твоего бездыханного тела в Ядовитом лесу, – прошептала её последняя лучшая подруга из близкого круга друзей, Сюй Ю.

– Если всё верно, теперь, на отобранные ингредиенты направляем энергию ци, – снова громко проговорил учитель. – И ни в коем случае не отвлекаемся! – снова прозвучал стук бамбуковой палки

Шуцинь опять посмотрела на свою маленькую жаровню, медленно и аккуратно направила из пальцев на ингредиенты энергию ци. После опять легонько повернулась к друзьям:

– Обычный лисёнок, просто талантливый. Вон, как бегает за своим хвостом, – девушка кивнула головой в сторону, весело резвящегося питомца и улыбнулась. – Сегодня вечером хочу опять пойти в Ядовитый лес.

Друзья ошарашено посмотрели на подругу.

– Что ты там забыла, да ещё и вечером? – удивлённо спросил Цзо Цзюнь.

– Хочу достать сумеречный пылающий огнегриб. Я узнала, что в эти два дня, как раз время его появления. Он возникает лишь раз в год, и только в лесу с ядовитыми испарениями, – с предвкушением в голосе ответила девушка.

– Зачем он тебе нужен? – уточнила Сюй Ю.

– Мой дядя разрешает мне читать «Великую книгу большой долины травников», – начала объяснять Шуцинь, – Там я увидела рецепт пилюли, что способна обезвредить и вывести из организма совершенно любой яд, независимо, кем изобретённый. Все ингредиенты у нас в долине есть, кроме сумеречного огнегриба.

– Ничего себе, – проговорила Лей Лин.

Друзья были изумлены их глаза тоже загорелись этим рецептом.

– Но это очень опасно, – сказал Цзо Цзюнь. – У нас этого ингредиента в долине нет, потому что даже взрослые травники опасаются ходить за ним в ночной темноте в Ядовитый лес.

– Даже глава секты Шу Наньлан не собирает их. Ведь это демонический гриб, – добавила Лей Лин. – Хоть навыки главы настолько сильны, что он может варить пилюли без магической жаровни, лишь с помощью своей энергии ци.

– Тёмное время, Ядовитый лес, заполненный туманом отравленных испарений, демонический гриб – так себе развлечение, – подытожила Сюй Ю.

– Зато этот гриб очень редок. Представьте, что кому-нибудь срочно понадобится помощь… Даже хотя бы императорскому дворцу. А у нас раз и есть этот гриб, и мы можем спасти кому-то жизнь. Разве это не великая заслуга травников и алхимиков секты большой долины? – довольно расписала перспективы своим друзьям Шуцинь.

– Шу Шуцинь! – совсем недалеко прозвучал грозный голос учителя. – Что ты творишь?!

Девушка резко обернулась на свою магическую жаровню и пальцы, что продолжали туда посылать энергию ци. После раздался резкий громкий хлопок и лицо Шуцинь окрасили брызги копоти.

***

– Цинь-эр, ну в кого ты такая бестолковая и неудержимая? – говорила мама, медленно расчёсывая длинные чёрные волосы дочери красивым бамбуковым гребнем, пока та сидела за столиком перед зеркалом. – Посмотри только, на кого ты была похожа. Девушки в твоём возрасте должны быть всегда опрятными, грациозными и красивыми.

– И учитель снова отругал тебя. Что делать с тобой, уже даже не знаю, – проговорил заглянувший в комнату отец.

Девушка виновато вздохнула.

– Цинь-Цинь, тебе уже семнадцать лет, пора бы браться за ум, – вздохнула мать. – Ты давно уже не маленький ребёнок. Хватит озорничать. Ты не можешь себе позволить такое поведение, как у твоего младшего братика Сяо-Тань. Нужно вести себя, как воспитанная и прекрасная девушка. Если выйдешь замуж, кто потерпит твоё неподобающее поведение в доме мужа?

– Я пока не собираюсь замуж. Можно, я буду жить с вами всю жизнь? – девушка посмотрела на родителей невинными глазами.

– Пора бы уже подумать об ответственности, об учёбе и о совершенствовании своих навыков, – продолжал отчитывать дочь отец.

Шуцинь закатила глаза и вздохнула, мать вздохнула следом:

– Цинь-эр, мы тебе не рассказывали, но перед тем, как ты появилась на свет, нам с отцом обоим в одну и ту же ночь приснился один и тот же сон… Явилась прекраснейшая молодая женщина, великая Богиня Нюйва – мать человечества, и сообщила, что у нас родится дочь. Небожительница попросила назвать нашу девочку Шуцинь… Несмотря на то, что у нас фамилия Шу, мы все равно сделали так, как попросила святая небожительница.

– Мы думали, что у нас родится какая-то великая заклинательница, травница или целительница. Когда ты родилась, мы незамедлительно показали тебя старейшинам ближайшей святой секты Жёлтой Небесной Змеечерепахи – проворчал отец и вздохнул.

– И-и? – сгорая от любопытства, Шуцинь попросила продолжения.

– И ничего, – ответил отец.

Мать досадливо сжала губы:

– Но мы все равно тебя любим, даже если ты будешь обычной травницей и алхимиком, – женщина заплела по обеим сторонам головы дочери косы и соединила все это на затылке хвостом, завязав голубой лентой.

– Или это было предупреждение в другую сторону… Раз ты такая суетливая уродилась, – вдохнув, отец вышел наружу.

«Ничего, когда я добуду редкие растения и ингредиенты, они будут мной гордиться и поверят, что небожительница Нюйва приснилась им не просто так», – довольно подумала Шуцинь, доставая короб и маленькую тяпку травника.

Глава 2

Четверо учеников секты Большой долины травников, переодетые в удобную дорожную синюю мужскую робу, с закрученными на затылке волосами, чтобы те не мешали и не цеплялись за ветки, а также один лисёнок-подросток, тайно выбрались из поселения на закате и направились прямо в сторону Ядовитого леса. К тому времени, когда молодые люди прошли бамбуковую рощу, уже совсем стемнело. Поднебесная наполнилась посторонними шорохами, периодически в глубинах зарослей вскрикивали неизвестные птицы и звери. Один раз на головы путникам с крон высоких деревьев посыпался ворох острых листочков бамбука, что были так похожи на лезвия ножей. Как будто кто-то следил за ними с вершин, готовый в любой момент бросится путникам на плечи.

На небосвод выкатился яркий белый диск луны, осветив своим мёртвым светом серединный мир.

Ученики секты травников-алхимиков шли молча, лишь изредка переговариваясь жестами.

Перед тем, как зайти в ядовитый лес, они предусмотрительно проглотили пилюли, что будут какое-то время мешать отравленным парам воздействовать на их тело. Шуцинь дала одну из них своему лисёнку Банцао.

Цзо Цзюнь, Шу Цинь, Лей Лин и Сюй Ю, в сопровождении черно-белого зверька, осторожно и тихо прошли в пределы зарослей, наполненных ядовитыми испарениями. Когда они пробирались мимо первых клочков стелящегося между деревьев тумана, лесные звуки постепенно стихали, а сейчас пропали вовсе. Становилось жутко, но поворачивать назад было уже поздно, зайдя так далеко, у них был лишь один выбор – закончить начатое дело.

Пройдя в глубь редкого рваного ядовитого тумана, как бесшумные воры, в своих плотных матерчатых тапочках на плоской деревянной подошве, молодые люди обозревали землю в поисках необходимого редкого ингредиента, возникающего раз в год. Банцао исчезла в поволоке дымки и зарослях ближайшей высокой травы. После вернулась за друзьями, схватив Шуцинь за штанину.

***

– Ого! Смотрите! Их тут несколько! – сдерживая крик, ликовала извечная нарушительница спокойствия.

На земле, не прячась в траве, стояли грибы, похожие на плотные лисички, размером с ладонь. Они словно были созданы из пылающего жёлто-оранжевого огня. Периодически маленькие красные языки пламени вырывались за пределы гриба.

– И правда, мы нашли их! – сказал Цзо Цзюнь.

– И это оказалось совсем не так страшно, правда, братец Сяо Цзюнь-Цзюнь? – подколола друга Шуцинь. Её тёмные глаза, похожие на волны воды ночной реки, смеялись.

– Вообще-то, я старше тебя на месяц, – возмутился Цзо Цзюнь, когда к нему обратились, как к малышу.

– Братец Цзо-эр, а ты теперь будешь обращаться к ней Шу-лао, как к старому мудрецу, – тихо рассмеявшись, пошутила Лей Яолин.

Подруги поддержали.

– Гы-гы-гы, – передразнил их скривившись Цзо Шэнцзюнь, – Скорее «Лаонян», как к излишне болтливой девчонке.

Лей Лин и Сюй Ю, хоть шутили и смеялись над приятелем, на самом деле были поражены такой быстрой и ценной находкой не меньше Цзо Цзюня.

– Сестрица Цинь-Цинь, будем их собирать? – уточнила Сюй Ю.

Шуцинь достала из своей тканевой котомки, висящей через плечо, короткие железные щипцы, и улыбаясь, пощёлкала ими. Четверо молодых учеников секты травников, стоявшие почти в ряд, резко наклонились вперёд, чтобы высыпать из короба на землю лёгкие металлические шкатулки.

***

– Здравствуйте. Простите, Сюй Иню не у вас? – с этими словами в поместье главы секты большой долины травников постучались родители этой девушки.

Им ответили, что Шуцинь уже легла спать, но почти сразу же с такими же вопросом пришли родители Лей Яолин и Цзо Шэнцзюна.

Посмотрев в комнате Шуцинь и выяснив, что её тоже нет дома, старшие поняли, что друзья куда-то ушли вместе.

– Уже так поздно, куда они могли пойти? – спросила мать Лей Лин.

– Мы думали, что дети опять задержались у Шуцинь, – сказали родители Цзо Цзюна.

– Надеюсь, они не пошли опять в Ядовитый лес, – испуганно проговорила мать юной взбалмошной травницы и заводилы в их компании друзей.

– Надо срочно идти искать этих сорванцов! – проговорил отец Шуцинь. – Даже, если они туда не пошли, то уже очень поздно. Что им делать в ночи на посадках или в лесу? Наверное, что-то случилось.

Его старший родной брат, глава секты травников-алхимиков Шу Наньлан, согласился с этим.

***

Подгоняемые азартом и желанием заполнить ёмкости редкими ценными компонентами, четверо травников двинулись в низину. Ингредиентов для волшебных пилюль было немного, грибы стояли разрознено, далеко друг от друга. Но зато, в темноте, их было видно издалека, даже сквозь сгущающийся ядовитый туман. Шуцинь находилась впереди всех, с упоением представляя, как обрадуются и удивятся отец с матушкой, дядя с тётей, и остальные селяне большой долины травников. Она аккуратно, как и остальные молодые ученики, складывала найденные ингредиенты в металлические коробочки, после воздействовала на них энергией ци, чтобы временно законсервировать. В низине, где тумана было больше всего, сумрачных огнегрибов оказалось целое скопление.

Неожиданно в лунном свете девушка заметила движение на краю видимости. Трое других молодых людей тоже это заметили, замерев и вглядываясь в редкий в этом месте лес. Наконец, друзья увидели, что среди деревьев мелькали и клубились чёрные демонические духи. Они носились от одного сумеречного пылающего огнегриба к другому, торопливо пожирая их. У учеников травников-алхимиков было недостаточно сил и способностей, чтобы сражаться с ними, они же не были заклинателями. Поэтому четверо друзей попятились назад, чтобы бесшумно отступить от опасности подальше, после чего сбежать. В их трепещущие сердца закралась тревога и паника. Под ногой Шуцинь громко хрустнула сухая ветка. Демонические сущности резко обернулись на звук, и мгновенно определив его источник, вонзили взгляды своих кроваво-красных глаз в молодых людей. Они явно хорошо видели в темноте ночи.

– Бежим! – взволнованно проговорила Лей Лин. И друзья начали отступать в заросли быстрее, побросав железные шкатулки в короб за спину, после переходя на бег.

Лисёнок тихонько зарычал, и внезапно подскочив к ближайшему несобранному огнегрибу, принялся откусывать от него куски и заглатывать, не жуя.

– Банцао, фу! Нельзя! Глупая лиса, ты же обожжёшься и отравишься! – закричала на лисёнка хозяйка.

– Сестрица Цинь-эр, бежим, оставь её, – Сюй Ю схватила подругу за руку и потащила прочь. – Наших сил не хватит, чтобы справиться с демоническими духами!

– Сюй Ю, я не могу её бросить, она погибнет! – причитала Шуцинь, пытаясь вырвать ладонь.

– Она и так уже погибнет, раз съела сумеречные пылающие огнегрибы! – ответила подруга.

Но непоседливая травница высвободила своё запястье и бросилась назад. Банцао уже изо всех сил спешила к ней навстречу. Её дикие глаза светились жёлтым светом, а чёрный хвост с белым треугольником на конце резво подскакивал в воздухе. Вслед за лисёнком неслись сразу два чёрных демонических духа. Шуцинь затормозила и бросилась в сторону Сюй Иню. Когда она настила подругу, они, схватившись за руки, побежали прочь.

– Может, бросить им сумеречные грибы?! – задыхаясь от быстрого бега с препятствиями, спросила Иню. – Они займутся ими, оставят нас в покое, и мы сможем убежать.

– Неет, Ю-Ю! Я не отдам им то, что с таким трудом добыла! Ни за что в жизни! Не в этот раз! – надрывно проговорила Шуцинь. – Если узнают, что мы ходили в Ядовитый лес, как оправдаемся? А так у нас будет хоть одна заслуга! Ты же знаешь, насколько эти грибы редкие и ценные!

– Но они не стоят нашей жизни! – перепугано провопила подруга. – Если они нас убьют или ранят, старшие всё равно узнают, что мы здесь были!

Девушки, наконец, нагнали остальных друзей. Те волновались и ждали их на границе ядовитого леса, готовые ринуться обратно на помощь. Когда Шуцинь и Сюй Иню вынырнули из последних полос ядовитых испарений, Цзо Цзюнь швырнул, в преследующих их тёмных духов, сумеречные пылающие грибы из одной своей коробки. Но преследователи нисколько не заинтересовались кинутыми в них редкими ингредиентами, мрачным тварям нужны были люди, а точнее, их жизни и души.

«Нет-нет-нет! Так всё не может закончиться! Я не могу погибнуть настолько глупо! Мои друзья пошли со мной, я не могу их подвести! Грибы отдать не могу, да и не нужны они этим темным духам!» – панически размышляла Шуцинь.

Ученики большой долины травников остановились перевести дух, дальше бежать пока сил не было. Шу Шуцинь вдруг вспомнила о порошке, изгоняющем демонов, что приготовила на всякий случай. Травница лихорадочно залезла в свою тканевую сумку через плечо. Выудив оттуда мешочек, набрала из него полную горсть. Собрав все свои силы и желание победить этих демонических тварей, остаться в живых и защитить от гибели своих друзей, Шуцинь, направив энергию ци в зачарованный порошок, полукругом распространила его в сторону демонических сущностей. Порошок, который должен был просто распространиться в воздухе, став для бесплотных преследователей преградой и страхом, почему-то вспыхнул ярким бледно-сиреневым светом. Чёрные твари истошно закричали и зашипели. Один из духов, что был ближе всего, и на которого попало больше порошка, чем на других, растворился в воздухе, рассыпавшись призрачными чёрными перьями.

Не став разбираться в том, что случилось, четверо учеников большой долины травников со всех ног припустили к селению. Выскочившая из стены тумана Банцао во весь опор поспешила за ними следом.

***

Уставшие и перепуганные, ученики секты ворвались в деревню и завопили что есть силы:

– Демоны! Демоны! Демонические сущности! Тёмные духи!

Им навстречу по улице торопливо шли родственники и несколько односельчан с факелами. Они, как раз, отправлялись на поиски внезапно исчезнувшей поздно вечером молодёжи.

Шуцинь, оглядываясь на темнеющие далёкие заросли, подбежала к отцу и родному дяде:

– Отец, первый дядя, там, в Ядовитом лесу, демонические создания. Сколько их точно, я не знаю. Но то, что они там есть, мы все видели.

Её друзья лихорадочно закивали, подтверждая эти слова. Даже Банцао, показалось, панически кивнула.

– Немедленно беги и активируй массив с непропускающей демонов аурой! – распорядился глава секты своему помощнику. – Необходимо срочно сообщить об этом в святую секту Жёлтой Змеечерепахи и попросить их о помощи, отправляйся к переговорному магическому камню и отошли сообщение, – второй помощник кивнул и отправился вслед за первым.

– Вы рассмотрели, какие именно демонические создания были в лесу и что они делали? – спросил у Шуцинь отец. – Сколько их было?

– Отец, это были какие-то чёрные демонические духи с красными глазами, они поедали сумеречные пылающие огнегрибы в Ядовитом лесу, а потом пытались напасть на нас, – пролепетала девушка, осознав, что, рассказывая об опасности, она тем самым подтверждает нарушение запрета главы секты на посещение Ядовитого леса.

– Так вы ради сумеречных огнегрибов решили подвергнуть ваши жизни опасности?! – не на шутку разъярился Шу Янжун, схватив дочь за многострадальное ухо. – Что вы делали в лесу с отравленными испарениями, да ещё и так поздно?! Уже ночь на дворе! Ты забыла, почему появился запрет на посещение этого места?! Двое мастеров заплатили своими жизнями в этом лесу! То, что вы спаслись – это чудо!

– Младший брат Янжун, накажешь свою дочь позже, сейчас не время и не место, – осадил его Шу Лан. – Запрет был введён, чтобы избежать жертв, благодари богов, что все ученики целы. А-Цинь, ты знаешь, почему мы уже почти три десятка лет не собираем в Ядовитом лесу огнегрибы, и редко другие ценные компоненты для зелий, тем более, ночью? Несмотря на то, что это сильно сказывается на наших заработках?

– Потому что там стало опасно? – виновато пролепетала Шуцинь, впечатлённая серьёзным тоном главы. Её друзья боялись проронить хоть слово, дабы гнев Шу Наньлана не обрушился на них.

– Главой секты тогда был мой отец и твой дед, – продолжил Шу Лан. – Я был уже мастером секты, и с двумя другими мастерами мы также пошли в Ядовитый лес ночью. Оказалось, мы не готовы к тому, что произошло. Один единственный демон, быстрый как молния, не оставил им и шанса избежать печальной участи. Спасся лишь я, поскольку был ближе других к краю леса и успел убежать, пока тварь не успела заметить меня. – Дядя был печален от воспоминаний, Шу Жун молча положил ему руку на плечо в знак поддержки. – Мы обратились в ближайшую к нам секту Жёлтой Змеечерепахи, одну из пяти великих святых сект, поддерживающих всевеликую печать, за помощью. И они прислали своих мастеров с опытом уничтожения демонов. Враг был повержен, защитная печать поставлена, но мастера предупредили нас, что необходимо быть осторожнее, так как подобное может повториться…

В воздух, по окружности поселения травников, от специальных столбов с вырезанными символами печатей, взмыли полупрозрачные серебристые потоки энергии, соединившиеся куполом в небосводе над деревней. После, прозвучал сигнал опасности, разбудивший всю секту.

Шу Шуцинь вместе с остальными учениками и селянами восторженно следила за восходящими ввысь потоками магических стен, что пропускали внутрь лишь людей. Только глава секты с тётушкой, и её отец с матерью, наблюдали за всем этим с тревогой и напряжением.

– Надеюсь, эти демоны не настолько сильны, чтобы прорваться внутрь? – задумчиво проговорила непоседливая травница.

– А-Цинь, А-Ю, А-Цзюнь и А-Лин, вы наказаны, – сурово проговорил Шу Наньлан. – Под домашний арест, а с завтрашнего дня, после занятий, будете вчетвером вычищать классы, комнаты практики и весь инструментарий. Пока всё не будет блестеть, ваше наказание не закончится.

– Слушаемся, глава Шу Наньлан, – грустно вздохнув, обречённо проговорили вразнобой Шу Цинь и её друзья.

Шу Жун гневно погрозил дочери пальцем, они вместе с братом и другими старейшинами отправились в зал заседаний клана, что находился в поместье главы. Шу Цинь, досадливо и виновато опустив голову, медленно поплелась следом. Лисёнок, будто всё понимая, тоже понурился, и печально опустив хвост, поспешил за хозяйкой. Её друзья также заторопились по своим домам, необходимо было подготовиться ко встрече с демонами.

***

– Глава секты Шу Лан, демонические сущности пока не предпринимали попыток прорваться в деревню, – доложил один из вернувшихся помощников.

– Но мы слышали пугающие душераздирающие крики из бамбукового леса, – добавил другой.

– Что-то их напугало или остановило, раз они опасаются идти сюда? – спросил Шу Наньлан, сидящий на кресле без ножек, но со спинкой, за маленьким письменным столиком и на возвышении во главе залы. – Ответила ли святая секта Жёлтой Черепахи? Они обещали нам немедленную помощь в опасных ситуациях. К тому же, борьба с демонами – это их прерогатива.

Остальные старейшины расположились впереди него по обеим сторонам, вдоль прямоугольного помещения, между их сидениями стояли небольшие квадратные бамбуковые столики.

Слуги принесли всем чай.

– Глава святой секты Жёлтой Змеечерепахи Ян Диндао сообщил, что как соберёт, вышлет отряд лучших учеников-заклинателей, – ответил Шу Жун.

– Надеюсь, они доберутся сюда как можно быстрее, – задумчиво проговорил глава секты. – Извини, брат, перебил тебя.

– Его сын, Ян Фэнмин, был на тот момент рядом, – продолжил Шу Янжун, – Он заявил, что необходимо уже сейчас обезопасить наше поселение, ведь кроме Шу Лана и пары старейшин, никто не сможет сражаться с демонами, и вызвался оправиться прямо сейчас, с четырьмя сильными мастерами секты. Глава Ян пришлёт следом группу сильных учеников.

– Ох, Ян Мин последователен в своей искренности, – хитро улыбнулся и выдал короткий смешок Шу Наньлан, погладив свою короткую жидкую бородку с перемежающейся сединой. После глава секты намекающе посмотрел на младшего брата, – Храбрый и талантливый юноша, но в последнее время, что-то он зачастил к нам.

Присутствующие в зале в ответ понимающе улыбнулись и закивали. Шу Жун нервно закашлялся и быстро отпил чая из маленькой пиалы. Чай оказался слишком горячим. Мужчина обжёгся, и издав возглас боли, прижал платок ко рту. Собравшиеся в зале рассмеялись.

– Цинь-эр такая же суетливая, как и ты, – шепнул младшему брату Шу Лан, затем громко проговорил: – По крайней мере, теперь я спокоен, что деревня будет под защитой. Ян Фэнмин примчится быстро… Не думаю, что это были какие-то очень сильные тёмные твари, иначе бы они уже бросились на нас. Да и Ян Дао теперь быстрее пришлёт лучших учеников… К тому же, им нужна наша Большая долина травников, как и всему Цзянху.

Глава 3

Шу Шуцинь осмотрела лисёнка, прощупав его пульс и применив энергию ци для поиска травм, но ничего не обнаружила. Только, вроде бы, появились какие-то странные изменения в жизненных меридианах, к тому же ещё, как ей показалось, она стал немного крупнее. Да нет… не показалось.

– Банцао, ты хорошо себя чувствуешь? Я точно видела, как ты ела гриб.

Питомец звонко тявкнул в ответ.

– Ну тогда хорошо, что всё обошлось, – травница, улыбаясь, ласково потрепала её по голове и спине, нежно почесала за ушками.

Лисёнок довольно зажмурился. Шу Цинь вспомнила, как нашла её больной и истощенной в какой-то яме в лесу в окрестных горах. Она спустилась вниз с риском для жизни, хоть сама была ещё мала. Тогда Шуцинь расцарапала кожу, разбила колено и потянула связки на лодыжке. Лисёнок оказался женского пола и ещё живым, лишь повредил две лапки, наверное, когда упал туда, и был истощён от жажды и голода. Девочка положила его к себе в заплечный короб и вылезла наружу по почти отвесной стенке, цепляясь за скалистые края ямы и превозмогая сильную боль ноге. Иногда её стон от боли переходил в крик, но она не сдавалась.

Травница с младенченства была решительной, упрямой и сильной. Пока Шуцинь добиралась до деревни травников-алхимиков, её лодыжка совсем распухла, но она продолжала путь с грузом за плечами, лишь хныкала, стонала и ныла. Тогда отец вылечил её и помог лисёнку, после она сама долечила питомца и дала ей имя Банцао, что означало, друг и соратник травника. После, лисёнок спасла ей самой жизнь, и Шу Шуцинь заявила, что они с ней теперь станут названными сёстрами. Банцао, радостно тявкнув, согласилась, будто поняв, о чем говорит девочка.

***

Наскоро помывшись, переодевшись и причесавшись, Шуцинь подумала, что появление демонических сущностей вроде бы плохо, но вроде и хорошо. Ведь её в этой кутерьме забыли привычно наказать розгой по икрам ног или ладоням. Девушка посмотрела на жестяные шкатулки, всё ещё лежавшие, в коробе:

– Надо будет всё отдать отцу и дяде. Тогда они и вовсе смягчат наказание.

По окрестностям раздался звон защитного массива, оберегающего от вторжения демонов. Шуцинь, обеспокоенно перекинув свою тканевую сумку через плечо, открыла резные двери, оклеенные бумагой, и выскочила из комнаты на улицу.

– Цинь-эр, ты куда это собралась? – спросила её мать, находящаяся на улице. – Забыла, что ты наказана и должна сидеть в своей комнате?

– Ма-атушка-а! Ты же слышала, массив сработал, значит, кто-то приближается, – проговорила Шуцинь.

– Тебе-то что за забота? Ты, что ли, сражаться будешь, непутёвая девчонка? – пожурила дочь мать. – Твой бы ум и энергию на развитие ци и навыков алхимии направить.

– Сейчас никакая помощь не помешает, – искренно посмотрев на мать, ответила Шуцинь. Ей очень хотелось пойти посмотреть, что происходит, всё нутро дёргалось от волнения, словно кончик лисьего хвоста Банцао. – Тем более, что дядюшка Шу Лан разрешил мне ходить на занятия и убирать класс, а значит, мне можно выходить из комнаты… Нелогично ведь держать меня всё время взаперти… Ведь я же не могу ходить в учебный класс прямо из своей комнаты.

Женщина, немного замерев и задумавшись, недоумевающе посмотрела на дочь, ведь действительно, приказы противоречили друг другу.

– Матушка, спасибо! – девушка поцеловала женщину в щёку и побежала.

Очнувшись мать возмутилась:

– Я тебе ничего не разрешала! Шу Шуцинь! Вернись сейчас же!

Но Шуцинь уже и след простыл.

– Безрассудная девчонка, хитрая бестия, – проворчала женщина. – Ты такая суматошная, тебе бы мальчиком родиться, – она сложила руки на груди в замок, насколько позволили ей длинные свободные рукава с вышитыми цветками сливы.

***

Шу Шуцинь торопливо выбежала за ворота дома на улицу, с любопытством оглядывая окружающий серебристый, будто обтянутый водянистой энергией купол, сквозь который проглядывали тёмные небеса и луна.

Неожиданно, в одном месте, сквозь него просочились гости. Это были пятеро огромных орлов небесных молний, что несли на своих спинах по человеку. Когда они приблизились к земле, непоседливая травница разглядела седоков. Судя по робе жёлто-белого цвета и вышивке золотой черепахи со змеями, вылезающими из её панциря, на ткани – это были мастера секты Жёлтой Змеечерепахи. Впереди всех планировал вниз на огромной сиренево-серой птице с белой головой и немного светящимися перьями, сын главы секты Ян Фэнмин.

Девушка слегка разочарованно сникла:

– Это не демоны, это всего лишь братец Фэнмин.

Ян Фэнмин совсем недавно достиг звания мастера, что по общепринятому для всех сект стандарту означало, что его развитие на уровне золотой малой звезды, где малая, означало ранг, а золотая – ступень. Всего рангов звёзд было пять: малая, средняя, большая, затмевающая и абсолютная, причём последние два ранга могли быть только у бессмертных и великих бессмертных, и для людей были недостижимы.

Каждая звезда, в свою очередь, делилась на три ступени: медь, серебро и золото. Таким образом, имеющий ранг средней золотой звезды мастер носил звание абсолютного, а имеющий ранг большой золотой звезды мог называть себя великим мастером. Чтобы увеличить свою ступень, требовалось соблюсти определённые условия в развитии, а для увеличения ранга необходимы значительные усилия, редкие ингредиенты и длительное уединение. Поэтому хоть обычных мастеров в любой секте было значительное количество, великих мастеров было мало, а ранга абсолютного мастера достигали единицы.

***

Ян Фэнмин ловко и быстро соскочил с гигантской птицы, можно сказать, торопливо спланировал, словно ястреб, держа в ладони левой руки тяжёлые и длинные серебристо-золотые ножны со вложенным в них массивным мечом подходящего к ним размера, эфес которого был такого же цвета, как и ножны. Насколько помнила молодая травница, это легендарное оружие называлось – «Меч Разрубающий Горы».

Молодой человек, вежливо сложив в приветствии руки, поклонился:

– Приветствую, мастер секты Шу Наньлан. Старейшины, – и ещё раз поклонился, – дядюшка Шу Янжун.

Мужчины кивнули в ответ. После, улыбнувшись, Ян Фэнмин с сиянием в глазах кивнул Шуцинь, и та, в ответ на это, приветливо помахала ему ладонью.

– Отец направил меня на помощь, сам прибудет позже, – добавил юноша, обратившись ко всем старейшинам.

– Хорошо, – ответил Шу Лан.

Покончив со всеми формальностями, сын главы секты Жёлтой Змеечерепахи бросился к давней подруге. Непоседливая девушка своими умениями спасала ему жизнь уже два раза, хоть он был и немного старше неё. Схватив Шу Шуцинь за оба предплечья, обеспокоенно произнёс:

– Цинь-эр, ты в порядке, не ранена?! Дай, я посмотрю! – с этими словами он быстро окинул взглядом юную подругу.

Смотря на эту картину, мужчины усмехнулись.

– Что я там говорил по поводу частых приездов Ян Мина к нам? – тихо и шутливо обратился к младшему брату Шу Наньлан и легонько толкнул его локтем.

Шу Жун поперхнулся и сразу обратился к дочери:

– Цинь-эр, что ты здесь делаешь?! А ну марш к себе в комнату! Здесь опасно! И вообще-то, ты наказана!

Шу Шуцинь сконфуженно скинула с себя руки молодого человека:

– Брат Ян, отстань. Что я, маленькая, что ли? – и подошла к отцу.

– Как всегда, с характером, – тихо проговорил про себя юноша, и снисходительно улыбнувшись, направился следом, с теплотой во взгляде следя за ней.

– Отец, дядя Шу Лан, – девушка умоляюще заглянула в глаза мужчин, – Можно, я останусь? Здесь не так уж и опасно, но жутко интересно. Вдруг понадобится моя помощь?

– А-Цинь, ты уже забыла, что наказана за нарушение правил и своё своеволие? – проговорил глава секты.

Шуцинь посмотрела на братца Ян Мина, ища поддержки.

– Я согласен с твоими старшими, – добавил тот. – Здесь тебе не место, потому что может быть опасно. Как ты можешь спорить и пререкаться со своими старшими? – затем оценивающе посмотрел на подругу: "Видела ли она, какой он деловой и заботливый?"

Девушка возмущённо выпучила на него глаза и подумала: «Ну, погоди у меня, братец Фэнмин. Я тебе это когда-нибудь припомню!» – затем она снова обратилась к старшему дяде Шу Лану:

– Дя-ядюшка, так никто и не спорит. Виновата, значит, виновата. Готова принять наказание. Вы мне сказали, ходить в класс и убираться. Как я это буду делать, если не стану выходить из своей комнаты? – Шуцинь умоляюще и нетерпеливо схватила дядю за кисть и низ предплечья руки. – Поэтому рассудила, что вы ведь мудрый, ответственный, серьёзный человек, и не могли дать противоречащие друг другу приказы. Это я, наверное, где-то ошиблась, неправильно услышала. И дабы не наводить на вас тень подозрения, не могла сидеть в своей комнате взаперти.

Шу Наньлан рассмеялся, и приняв поражение, погрозил указательным пальцем:

– Эта хитрая девчонка меня обезоружила! Моя племянница такая умная и изобретательная!

Ян Фэнмин тоже рассмеялся, а Шуцинь легонько улыбнулась и хитро прищурилась.

Шу Жун рассердился:

– Да как ты смеешь так разговаривать со старшими, негодница?! Немедленно возвращайся к себе в комнату! Хватит тут уже толкать умные речи, тоже мне нашлась, мудрый даос!

– Дядюшка, я же знаю, как вы меня любите и понимаете, поэтому должна ещё вам сказать кое-что важное, – опять произнесла нарушительница спокойствия, пугливо посмотрев на отца и отойдя от него на более безопасное расстояние для своих ушей. – Дядюшка Лао-Лан, должна вам сказать про сумеречные пылающие огнегрибы. Мы же с другими учениками собрали ведь некоторое их количество. Я, несмотря на страх и опасность, не бросила ни одного ингредиента. Все мои мысли были лишь о пользе для родной секты. Всё вам принесу.

– Значит, вам всё-таки удалось их собрать?! – поражённо и восхищённо воскликнул глава секты. Присутствующие тоже изумлённо восхитились. Улыбнувшись, Шу Наньлан добавил:

– Ладно. Раз уж у вас с друзьями такие большие заслуги перед нашей сектой и семьёй, я смягчу наказание – домашний арест отменяется. Но всё остальное вам придётся выполнить.

– Старший брат, не балуй Цинь-эр, а то она совсем на голову сядет, – прошептал на ухо брату Шу Жун, но тот, лишь улыбаясь, махнул рукой.

***

– Глава секты Шу Наньлан, мы выйдем за защитный массив и осмотримся, – обратился Ян Фэнмин.

– Ян Мин, как я уже говорил, зови меня дядя Шу Лан, мы с твоим отцом были хорошими братьями-соучениками, – улыбнулся глава секты травников-алхимиков и продолжил. – Как говорил великий учёный древности: лучшая война – это та, которую можно выиграть, не нападая. И лучшее сражение – это то, в котором можно победить, не сражаясь. Если эти демоны не нападают, то и самим лезть туда, в темноту, не стоит. Может, они заманивают нас в ловушку.

– Братец Ян Мин, это очень опасно, пересмотри своё решение, – добавила обеспокоенно Шуцинь.

Лисёнок Банцао тоже прижала ушки и переживающе посмотрела на молодого человека.

– Мне не страшны ловушки, я преуспел в культивации учения моей секты, и в свои двадцать уже достиг малой золотой звезды, – гордо ответил тот.

Непоседливая травница, глядя на хвастающего успехами друга, вспомнила, как однажды, когда ему было ещё лет девять, они с отцом посещали их Большую долину травников. Этот худосочный и долговязый на тот момент парнишка, испытывая любопытство, сильно разозлил небесных бирюзовых пчёл утренней росы. Крупные и опасные создания, опыляющие магические растения на рассвете, вместо жала имели очень острый прочный шип, который невозможно сломать. Через канал внутри жала, они при ударе впрыскивали некоторое количество слабого паралитического яда. Маленькая Сяо-Цинь тогда спасла Фэнмина от многочисленных укусов и неизбежно наступившей бы большой травмы, и спрятала мальчика от разъярённых созданий. Но пчелы от злости ужалили и саму маленькую спасительницу, и это было очень больно. Девочка из-за этого провалялась в постели с лихорадкой три дня. Но несмотря на это, Шуцинь взяла всю вину на себя, чтобы не подставлять гостя.

Также она вспомнила этого силача ещё позже, в свои одиннадцать всё ещё не умеющего плавать. Ей пришлось вылавливать оступившегося на камнях парня из лесной бурной реки, рискуя жизнью, уже перед самым водопадом. Он тогда сильно наглотался воды, выглядел словно мокрый цыплёнок, и был очень перепуган, уже даже успел распрощаться с жизнью. Сколько ещё она защищала его и лечила от деревенских травм Большой долины, а ведь она, Шуцинь, младше него на три года. Теперь она просто не могла воспринимать его бахвальство всерьёз.

– Тогда подожду подкрепление, если никто не прибудет до рассвета, то мы пойдём одни, – сурово и гордо ответил Ян Фэнмин, покосившись на свою подругу, видела ли она, какой он теперь суровый и серьёзный. – А то демонические духи могут сбежать, и мы не успеем их настигнуть.

Ему хотелось произвести впечатление на Шуцинь, показать свою обретённую в длительных изнуряющих тренировках силу, а также мощь степени развития своих способностей.

***

Демонические духи несколько раз за ночь опасливо подлетали к защитному массиву, но не пытались проникнуть внутрь. Всё это выглядело, скорее, как любопытство, чем разведка боем. Эти демонические твари явно были не самыми сильными созданиями. Доказывало этот факт то, что, когда сам по себе не очень сильный, противодемонический массив, ощутив их ауру, выдавал в сторону нарушителей волны энергии, направленные на уничтожение демонов, те слишком истошно взвизгивали, получая серьёзные ранения, и тут же спасались бегством. Но кто знает, что было бы, не будь защитного купола…

За неимением острой необходимости, все разошлись по своим домам, и Шуцинь отправили к себе в комнату спать, несмотря на её возражения. На улице остались дежурить лишь прилетевшие мастера из секты Жёлтой Змеечерепахи. Их большие птицы дремали на центральной площади, перед поместьем клана Шу.

Ян Фэнмин сидел на одной из покатых двухскатных крыш, покрытой тёмной черепицей, особняка главы Большой долины травников. Положив меч на колени и выпрямив спину, уперев ладони в ноги, он, задумчиво замерев, как восковая статуя, смотрел на крышу той части дома, где была комната его хорошей близкой подруги Шуцинь. Но самим изваянием юноши тоскливо любовалась другая девушка, что прилетела с ним вместе.

***

На рассвете, лишь только небожители раскрасили облака и небеса утренними красками, воздух прорезал громкий крик золотистого с белой головой орла небесных молний. Это примчался в долину сам глава клана Жёлтой Змеечерепахи, Ян Диндао.

Ян Фэнмин, так и задремавший сидя на крыше в той же позе, как изваяние из бело-жёлтого нефрита, легонько встрепенулся, открыв глаза, и вгляделся в происходящее. Его бледное умное и решительное лицо было спокойным, а отдельные чёрные длинные пряди волос, не собранные заколкой, развевал ленивый ветер. За одно лёгкое ловкое движение, Фэнмин схватил меч в ладонь, пробежал по крышам поместья, метко перепрыгивая расстояния между зданиями, и спархнул на землю.

***

– Отец, – поприветствовал мужчину юноша, сложив впереди руки и немного поклонившись. – Демонические сущности редко нарушали покой поселения за эту ночь. Глава Шу приказал нам не ходить до рассвета в лес.

– И правильно сделал, – ответил сыну отец.

– Брат Ян Дао, здравствуй! – поздоровался торопливо вырвавшийся из ворот Шу Наньлан.

– Приветствую, брат Ян Диндао, – улыбнулся Шу Янжун.

Поприветствовав друг друга, мужчины пошли внутрь.

Противодемонический массив снова сработал, и в деревню травников на конях быстрой рысцой проехали десять учеников секты Жёлтой Змеечерепахи.

– Фэнмин, немедленно отправляйтесь все вместе в ядовитый лес и разберитесь с этими демонами, – распорядился Ян Дао.

Сын кивнул, на его лице была решимость и сосредоточенность. В комнату торопливо ворвалась Шуцинь, и суетливо сложив впереди руки, поклонилась и поздоровалась:

– Всем доброе утро! Приветствую и добро пожаловать, дядя Ян Дао!

– Здравствуй, Сяо Цинь, – улыбнулся глава секты жёлтой Змеечерепахи и кивнул.

Девушка посмотрела на молодого Яна, тот уже улыбался и в ответ сдержанно кивнул, хотя его глаза сияли от радости.

– Удаляюсь, – проговорил он, кивнув отцу и главе Шу Лану, ещё раз увлеченно взглянув на подругу, улыбнулся и торопливо ушёл.

Шуцинь догнала его за воротами:

– Братец Ян-Ян, вот пилюли против ядовитого тумана.

– Цинь-эр, у нас уже есть, – улыбнулся молодой человек, – Иди домой.

– Я пойду с вами. Сколько раз я вытаскивала тебя из неприятностей? – ответила девушка.

– Шуцинь, времена изменились, теперь моя очередь спасать тебя, – рассмеялся Фэнмин. – А ты иди домой, – он показал рукой, в которой держал меч, на ворота особняка и строго посмотрел на травницу.

Ученики секты Жёлтой Змеечерепахи вышли за защитный массив. Шу Шуцинь долго взволнованно и с любопытством смотрела им вслед.

Глава 4

Ян Фэнмин, передвигаясь быстрым шагом, ступил на границу бамбуковой рощи. За ним двигались ещё четыре мастера секты Желтой Змеечерепахи, после крались десять старших соучеников. Прислушиваясь к окружающим звукам и собственному чутью, юноша вспоминал слова отца, сказанные когда-то перед одним из сражений с демонами.

– Сяо-Мин, запомни, для тебя это хорошая возможность показать свои силы, но куда важнее научиться быть лидером, правильно командовать подчинёнными в бою, не допуская ошибок и промахов. Я знаю, что сердцем ты рвёшься в схватку, но умом ты должен воспринимать происходящее, как генерал, а не как рядовой воин. Помни об этом, ведь после меня ты будешь главой секты.

Намереваясь последовать этому совету, Фэнмин оглянулся, лица соратников пылали решимостью победить врагов и остановить любую угрозу.

– Примите пилюли, защищающие от яда, – ещё раз напомнил он. Его соученики, доставая противоядие, проглотили пилюли, не замедляя шага.

На границе Ядовитого леса группа рассредоточилась, превратившись в треугольник с Фэнмином на вершине. Это был волшебный небесный массив для увеличения святых сил ци. Удвоив осторожность, воины в построении продвигались вглубь слоёв тумана. Наконец, впереди и немного сбоку раздались истошные терзающие, трогающие морозом душу, крики, и на отряд выскочил призрак, сотканный из чёрного тумана, сходу атаковав людей.

Как и у всех призрачных существ, его зловещая звуковая атака деморализовывала и наводила ужас, после чего существо пыталось высосать жизнь из ослабленных противников. Однако, уже имеющие опыт в сражениях с подобными созданиями мастера секты Жёлтой Змеечерепахи не испытали ничего, кроме боевого азарта и желания потренировать свои навыки. Ближайший к атакующему демоническому существу, вытащив меч, использовал технику Разрубания Паутины из арсенала секты, подкреплённую всплеском энергии ци. Раненый призрак, отлетев назад, испустив ещё один крик, на который со всех сторон начали отзываться сородичи.

– Защитный массив! – скомандовал Фэнмин, – готовьтесь отразить совместную атаку.

Налетевшие со всех сторон призраки закружились вокруг построения людей. Затем, издав одновременный усиленный друг другом звуковой удар, демонические создания ринулись в атаку сверху, стремясь разбить защиту людей. Используя боевые техники секты, напитав свои клинки энергией, мастера и старшие ученики контратаковали быстро перемещающихся тёмных созданий.

***

Шуцинь сильно беспокоилась и переживала, наблюдая за криками, доносившимися эхом издалека и за отблесками вспыхивающей энергии, возникающими над верхушками далёких деревьев. Несколько раз она порывалась туда бежать, но благоразумно останавливалась.

«Не стоит делать такие, слишком сумасбродные и ветреные безрассудные, поступки, – размышляла она, – Иначе дядя с отцом сочтут меня излишне безответственной и глупой, разочаруются во мне».

***

Когда ученики Жёлтой Змеечерепахи вернулись в поселение травников, глава Шу Наньлан отключил противодемонический барьер. Травница, быстро пробежав глазами толпу, мгновенно посчитала – не считая Фэнмина, вернулись все четырнадцать, среди них, оказывается, была также одна ученица, которую Шуцинь не заметила ночью. Девушка-ученица о чем-то разговаривала с братцем Ян Мином, и тот улыбался.

Шуцинь мысленно позавидовала ей, имеющей сильную энергию и крепкие меридианы, у которой из-за этого была возможность изучать боевые техники одной из великих святых сект вместе с братом Ян Мином. У неё самой такой возможности не было. Не заметив ни у кого из пришедших обширных травм, она, тряхнув собранной на затылке копной чёрных длинных волос, вернулась в особняк.

Ян Фэнмин, надеющийся на горячий, благодарственный и волнующий приём подруги детства, насупился:

– Даже не подошла, не проверила… Может, я ранен, – пробубнил он несколько обиженно про себя.

Девушка, что стояла рядом с ним, довольно улыбнулась.

***

– Мы уничтожили всех хищных тварей, – доложил Ян Фэнмин присутствующим старейшинам и главам двух сект. – Это были демонические духи. Их было много. А также, не осталось ни одного сумеречного пылающего огнегриба. Эти монстры сожрали их все.

– Полагаю, что они приходили именно за ними, – раздумчиво проговорил Ян Диндао, перебирая пальцами левой руки нефритовые чётки.

– Брат Ян Дао, думаешь, они поглощают их, чтобы восстановить свою потерянную энергию? – уточнил Шу Наньлан.

Тот в ответ также задумчиво кивнул:

– Демоны копят силы. Неизвестно, сколько раз они уже так посещали Большую долину травников, – ответил глава секты Жёлтой Змеечерепахи. – Значит, в мире назревает снова что-то масштабное.

– Выходит, неизвестно, насколько многократно мы находились в опасности, сами того не ведая. Но у нас стоят магические ловушки вокруг деревни – ваша секта поставила нам их. Ни одна ни разу не срабатывала, – рассудил глава Шу Лан.

– Демоны стали слишком умны и осторожны, начали активно восполнять и копить свои силы по всему серединному миру, они к чему-то готовятся… Возможно, назревает новая… война с демоническими культами. Пока люди не нужны им, либо они были слишком слабы, чтобы нападать, – произнёс Ян Диндао. – Значит, демонические кланы планируют похитить тёмную лампу с пятью печатями и освободить сильного демона, что она скрывает в своих недрах? Они нашли способ открыть святые печати? Они явно хотят снова объединиться под кровавым демоном Гон Цзен-Хуном…

– За последние полгода участились атаки демонических культов на святую ледяную гору, что охраняют пять великих святых сект. За прошедшее с последней демонической битвы время, ни одна светлая секта не воспитала ни одного гения… Но талантов много, если всем объединиться, то людские кланы смогут выстоять, – тут же утешил присутствующих Ян Дао.

– Этим вечером необходимо снова отправится туда, – с тревогой сказал глава Шу Лан. – Сегодня будет вторая последняя ночь появления Сумеречных пылающих огнегрибов. Нельзя допустить, чтобы демоны получили ещё хоть немного демонической энергии. К тому же, собрать немного этих ингредиентов также не помешало бы. Я сам отправлюсь вместе с учениками вашей секты.

– Только надо подготовиться хорошенько. Те, что выжили, могут привести с собой сильных, желая отомстить, – ответил глава Ян Дао.

Присутствующие старейшины и ученики секты Жёлтой Змеечерепахи согласились со словами главы.

– После необходимо узнать, где они сломали защиту, и я попрошу вас снова защитить долину святыми печатями, – сказал Шу Наньлан, учтиво сложив руки и уважительно поклонившись.

– Брат Шу, я сегодня вызову ещё немного учеников своей секты для помощи, – с беспокойством в голосе проговорил глава Ян. – Также усилю защиту Демонической лампы Пожирающей Души, что спрятана во льду на вершине горы Неистовой Святой кары замораживающего кости холода

«Раз дядя Наньлан идёт, значит, и мне можно напроситься! Дядя всегда разрешал мне идти с ним, потому что он тоже мастер секты Жёлтой Змеечерепахи. У него средняя бронзовая звезда».

– Я тоже с вами пойду! Разрешите, дядюшка Лао-Лан, прошу, – подала голос до этого тихо стоящая, слившаяся с местностью и подслушивающая разговор, Шуцинь.

– Нет! – буквально выкрикнул Ян Фэнмин быстрее всех, подскочив с места. – Простите, что посмел нарушить старшинство, – юноша встал на одно колено и сложив впереди руки поклонился. – Просто переживал, что это очень опасная вылазка в лес, наводнённый демонами.

– Ничего, – проговорил глава Шу Лан и показал жестом молодому человеку подняться. – Я полностью соглашусь с тобой, молодой Ян.

– Ты прав, Фэнмин – это действительно серьёзно и опасно, – подтвердил его отец.

– Это не место для любопытства и интереса, – добавил Ян Мин и серьёзно посмотрел на девушку. – Ты просто травница-алхимик и лекарь, пусть даже один из самых лучших. У тебя нет способностей и навыков сражения с демонами, ты неспособна сама постоять за себя. Что будет, если мы не успеем защитить тебя?

Присутствующие старейшины кивнули.

– Брат Ян Дао, твой сын очень мудр, – произнёс Шу Лан.

«Да что он о себе возомнил?! Дурак! Да как ты смеешь отчитывать меня вот так перед всеми?! Значит, просто травница и лекарь, да?! Я тебя постоянно спасала, а ты со мной вот так, значит?! Неблагодарный! Подожди у меня…» – мысленно возмутилась Шуцинь, пылая праведным гневом. Обижено прищурившись на друга, она поклонилась старшим, сложив впереди руки, и торопливо выскочила из зала.

***

Пока младшие ученики постигали начальные азы алхимии, лекарского дела и травничества, сидя в классе, средние и старшие ученики тренировались и работали на посадках целебных цветов.

Средние ученики занимались прополкой, поливкой и подкормкой обычных лекарственных трав. Старшие ученики, уже хорошо изучившие магические растения, работали с ними.

В воздухе стоял стойкий аромат лекарственных цветов, также его наполняли дыхания цветущих персиков, слив, груш и вишен, доносившиеся из поселения. Их лёгкие, нежные розовые и белые лепестки летали в воздухе, оторванные от веток и носимые игривым ветром. Из бамбуковой рощи слышалось пение птиц и шёпот листвы деревьев. С высоты, с мира небожителей ярко светило тёплое солнце, периодически скрываясь за небольшими белыми облаками. От присутствия демонов ночью не осталось и следа. Демонические твари не тронули посадки целебных растений.

– Цзо Шэнцзюнь и Лей Яолин, осторожнее удаляйте сорняки… бережнее. Если морозный черношип испугается, то выпустит в ваше тело шипы… Уверяю вас, это очень неприятный опыт. Следы от шипов заживают очень долго, к тому же, их самих ещё надо поймать в вашем теле под кожей. Сразу будет видно, что вы так себе травники, если проиграли в схватке с таким простым растением, – произнёс пожилой учитель. Это был щуплый сухонький мужчина, с длинными забранными в пучок седыми волосами, перевязанными синей лентой. На морщинистом лице росла жидкая длинная до талии седая бородка, и тонкие длинные седые усы. – Посмотрите на Шу Шуцинь, как она аккуратна, ловка и проворна. Берите пример.

Когда учитель медленно отошёл в другую сторону, опираясь на землю своей бамбуковой палкой, Цзо Цзюнь снял с лица тонкую маску из полупрозрачной белой ткани, трепещущую на в лёгком ветерке, закрывающую нос и рот:

– Все, я устал, мне это надоело. Нам ещё потом мыть классы и инвентарь.

– О, Святые Небожители, у нас не будет на это сил, – проговорила Иню, садясь на землю.

– Зато наше тело станет сильным и ловким, – улыбнулась Шуцинь.

– Так себе обмен. Мне моё и сейчас нравится, – устало фыркнула Яолин.

– Пойдёмте в тенёк, на нашу полянку? – улыбнулась Шуцинь и похлопала ладонью по заплечному мешку. – У меня, как всегда, есть с собой, что перекусить.

– У меня тоже, – в ответ улыбнулась Сюй Ю.

Лей Лин сняла со своего пояса кожаный бурдюк, и попив воды, кивнув произнесла:

– Отвечу на ваше предложение положительно.

Друзья последовали примеру Цзо Цзюня и тоже сняли с лица маски, защищающие от пыли, паров, пыльцы и всего остального.

***

Глава Ян Диндао, мастера и ученики секты Жёлтой Змеечерепахи, а также глава секты травников-алхимиков Шу Наньлан, с самого утра обследовали окрестности на наличие тёмных сущностей и факта вскрытия защитных магических печатей.

Необходимо было выяснить, в каком месте они исчезли и из-за чего. Когда нашли место проникновения, было принято решение не ставить пока новые, а заманить демонических тварей, которые появятся поедать сумеречные пылающие огнегрибы сегодня ночью, в ловушку. Хотелось увидеть, кто придёт на этот раз, узнав, что те демонические духи вчера не вернулись в свой тёмный клан. Тогда можно будет выяснить приблизительную причину того, что происходит.

Ещё раньше, перед тем, как заняться этим делом, ученики магической секты Жёлтой Змеечерепахи проверили посадки и ближайший лес на наличие опасностей. Для того, чтобы травники могли спокойно заниматься своими обычными делами и обязанностями.

***

Когда остальные мастера и ученики святой секты разошлись по своим делам и на отдых перед вечерним походом, Ян Фэнмин отправился искать свою подругу детства. Пройдя посадки и не заметив на них Шуцинь, он отправился дальше до леса. Наконец, юный мастер секты Жёлтой Змеечерепахи увидел свою непоседливую травницу-алхимика, отдыхающую со своими друзьями. Точнее, это было спящее царство. Четверо молодых учеников секты Большой Долины Травников в своих бело-синих одеяниях отдыхали на полянке, в тени деревьев, возле прохладного чистого звенящего родника. Лей Лин дремала лежа прямо на траве, расположив под головой и шеей тканевую сумку. Ей на живот положила свою голову Сюй Ю, а ноги на ноги Шуцинь, также провалившись в сон. Его милая Шу Шуцинь тоже провалилась в дрёму, положив свои ноги на ноги Яолин и опустив свою сонную голову на плечо Цзо Цзюня, дремавшего и облокотившегося спиной на камень. Наверно, вся компания лениво уснула после тяжёлого труда на солнце. Теперь же, здесь, в кружевной тени, под приятный плеск прохладной воды, и судя по расстеленному между ними куску ткани с остатками продуктов, после приёма пищи, расслабились и не смогли удержаться от блаженной вольготной дремоты. По остаткам припасов ползали полчища муравьёв.

Всё бы хорошо, только герою Яну не понравилось местоположение его близкой подруги и давней спасительницы. Он в раздражении крепко сжал в ладони свой меч, смотря на мирно спящую на плече у её друга девушку. Жгучее чувство проникло в его сердце, словно гадкий червяк в хорошее спелое яблоко. Будучи последователем светлой святой секты, Фэнмин расслабился и отпустил эти эмоции прочь, закрыв глаза, сложив руки вместе, глубоко вдохнув и выдохнув.

Пройдя в эпицентр отдыха знакомых, он громко произнёс:

– Так вот ты где, сестрица Цинь-эр.

Компания юных травников встрепенулась и все четверо подскочили, как ужаленные.

– Брат Ян Мин? – удивлённо произнесла Шуцинь, похлопав глазами и протерев их, прогоняя сон.

– Вас, наверное, уже обыскались, солнце спускается ниже зенита, – сдержанно проговорил молодой мастер секты Жёлтой Змеечерепахи.

– Ой! Ой-ой! Как же так! – воскликнули друзья.

– Как же нас так разморило, что мы задремали, братец Ян-Ян?! – проговорила Шуцинь. – Спасибо, что разбудил!

Фэнмин сдержанно улыбнулся и кивнул.

– Нам же ещё надо классы убирать! – воскликнула Сюй Ю.

Ученики травники торопливо собирали свои тканевые котомки, поправляя волосы и отряхивая одежду. После девушки взволнованно и быстро припустили до деревни.

Ян Фэнмин перегородил дорогу Цзо Цзюню, выставив вперёд руку, держащую меч:

– Братец Шэнцзюнь, позволь мне на правах старшего дать тебе совет?

Тот развернулся, и непонимающе посмотрев на героя Яна, кивнул:

– Конечно, старший брат Ян Мин, я внимательно слушаю.

– Это по поводу сна Шу Шуцинь на твоём плече, – холодно, но сдержанно приветливо, проговорил молодой мастер секты Жёлтой Змеечерепахи.

– Это совсем не то, что ты подумал, мастер Ян, – Цзо Цзюнь выставив вперёд ладони, легонько замотал ими из стороны в сторону, усиливая отрицание намёков юного мастера. – Мы с Лей Лин, Шу Цинь и Сюй Ю просто лучшие друзья с самого детства, выросли с младенчества вместе.

– А что я по-твоему подумал, брат Сяо Цзюнь? – Ян Мин легонько улыбнулся, а затем снова стал сдержанным. – Я ничего не подумал… Но, как правильно ты заметил – вы уже выросли. Хорошо, что ты это понимаешь. И сейчас такое поведение совсем неприемлемо – так близко сидеть и дремать юношам и девушкам вместе в уединении … Подумать могут… всякое. Ладно ты, но репутация девушек может серьёзно пострадать. Ты же понимаешь… меня? … Брат… Сяо Цзюнь, – в голосе Ян Фэнмина на последних словах, сказанных с паузами, просквозили нотки угрозы, но внешне он лишь натянуто рассмеялся и шутливо толкнул Цзо Цзюня в грудь рукой с зажатым в ладони мечом.

– Я всё понимаю, старший брат Ян Мин. Постараюсь такого больше не допускать, – Шэнцзюнь потёр на груди место, где ощутимо чувствовался удар крепкого и сильного кулака мастера секты Жёлтой Змеечерепахи. Сложив впереди руки, он легонько поклонился, после побежав догонять своих подруг.

«Значит, ему ты на плечо голову кладёшь, а на меня смотришь так злобно и неприветливо? Сестрица Цинь-Цинь, ты за что-то на меня обиделась?»

Глава 5

Шу Цинь, Сюй Ю и Лей Лин с измученными лицами устало сели на учебные деревянные низкие и узкие, с широкими во всю столешницу резными решётками по бокам вместо ножек, столы.

– Как я устала за сегодня, – проговорила Шуцинь, бросив на пол мокрую тряпку, и легла на спину, хлопая по своим рукам кулачком. Её длинные свободные рукава были подняты вверх при помощи специальной тесьмы, которая завязывалась на спине, а длинные волосы собраны в хвост. – Силы совсем закончились, а ведь я ещё хотела сегодня поучаствовать в создании «Очищающей кристальной пилюли лунного света» из Великой книги Большой долины травников, когда дядя Шу Лан и отец будут готовить это лекарство. Хочу узнать, как она готовится, и как очищаются сумеречные пылающие огнегрибы.

– Я тоже больше не могу, – измученно пролепетала Иню. – Помираю.

– А ведь мы ещё не всё убрали, – ответил Цзо Цзюнь. – Вдобавок и завтра придётся доделывать.

– У меня отваливаются руки и ноги. Не чувствую их уже, – проныла Яолин, также аккуратно колотя по ногам своими маленькими кулачками, как и Шуцинь.

Снаружи тоскливо и громко тявкнул лисёнок, будто сочувствовал молодым людям.

– Сейчас уже пойдём домой, Банцао, – отозвалась её хозяйка.

Шэнцзюнь подошёл к кузине Яолин и начал помогать ей размять руки, осторожно и легко колотя по ним и плечам своими кулаками:

– Расскажи потом нам всё подробно об алхимическом процессе, – обратился он к Шуцинь.

– После сами попробуем сделать также, не бойтесь, – умирающим голосом ответила непоседливая травница.

– Мы же отдали все сумеречные пылающие огнегрибы, – удивилась Иню.

– Не все, – измученно улыбнулась Шуцинь.

Друзья восхищённо и одобрительно посмотрели на озорную подругу.

– Братец Цзюнь-эр, и мне разомни плечи, пожа-а-алуйста, – произнесла Шуцинь усталым голосом, в котором царила полная разбитость.

– И мне, братец Цзюнь-Цзюнь, – попросила Иню.

Цзо Шэнцзюнь кивнул и подошёл к Шуцинь. Так же, как и для Лей Лин, он начал, осторожно и часто, бережно колотить её по плечам и предплечьям ладонями, сомкнутыми в кулаки.

– Друзья, приветствую вас снова. Вам требуется помощь? – раздался голос со стороны входа.

Когда компания из четырёх друзей посмотрела в ту сторону, увидели молодого мастера Ян Фэнмина с серьёзным выражением лица и мечом в ладони. Цзо Цзюнь, несколько испуганно посмотрев в холодные строгие глаза пришедшего юноши, сразу резво убрал руки в сторону и отскочил от Шу Шуцинь, будто она была заразна.

«Чего это он? Что с ним не так?» – удивлённо проследила за поведением друга взбалмошная травница-алхимик, а после обратилась к Ян Мину:

– Когда хотят помочь, приходят вначале, а не в конце работы, – хмыкнула она.

– Э… я, – молодой мастер из секты Жёлтой Змеечерепахи даже не знал, что на это ответить. – Но я могу проводить тебя до дома. Если ты очень сильно устала, могу донести тебя на спине.

– Брат Ян Мин, я здесь родилась и выросла. Ты думаешь, могу потеряться или забыть дорогу домой? Я не настолько немощная и умею ходить самостоятельно. Всем до завтра, – Шуцинь вскочила со стола и вышла наружу, направившись домой. Лисёнок резво засеменил за ней следом.

Ян Фэнмин, сложив впереди руки, попрощался со всеми и стремительно поспешил за давней подругой, предварительно ещё раз сурово глянув в глаза Шэнцзюня.

***

Когда Фэнмин догнал Шуцинь, она торопливо спешила домой, будто не шагала по улице, а летела, как лёгкая проворная стрекоза. Лисёнок мчался за ней следом, бойко перебирая лапками. Посмотрев на её грозный сосредоточенный при этом вид, молодой мастер секты Жёлтой Змеечерепахи решил, что для него лучше сейчас будет помолчать. Особняк находился не слишком далеко, всю дорогу девушка и юноша молчали. Со стороны складывалось такое ощущение, что они разговаривали душами и мыслями, но не понимали друг друга. Шуцинь шествовала впереди и не обращала никакого внимания на молодого человека:

«Хочет показать мне свою значимость?! Хочет указать мне, насколько я теперь слаба и ничтожна, по сравнению с ним?! Насколько хорошо его ци развита и сильны меридианы, по сравнению со мной?! Хочет объяснить мне, что не нуждается больше в моей помощи? … „Простая травница и лекарь“ – Тот факт, что раньше я его постоянно спасала и помогала ему, теперь задевает его мужское самолюбие? … Пытается поставить меня на место и указать мне, кто я есть?! … Считает, что при этом при всем, я младше его и недостойно задираю нос?!»

Ян Мин шёл немного позади в таком же темпе, не отставая от подруги детства:

«Из-за чего она злится? Почему она меня теперь избегает? – размышлял Фэнмин. – Почему Цинь-эр перестала обо мне заботиться и оберегать? … Она считает, что я теперь стал сильнее и не нуждаюсь в её помощи? … Как ей доказать обратное, что она всё ещё важна для меня… даже ещё больше, и всё, что она раньше для меня делала, мне так же важно? Я всегда это буду помнить, я обязан её своей жизнью… Теперь же она меня не позабудет и не променяет на какого-нибудь слабака, чтобы оберегать вместо меня? Мы же всегда были хорошими близкими друзьями… По крайней мере, я так считаю».

Дойдя до ворот своего дома, Шуцинь сразу отворила дверь и прошла внутрь, даже не попрощавшись с Ян Фэнмином.

«Надо найти возможность поговорить и обратить на себя её внимание», – подумал он, смотря вслед милой девушке.

***

Наскоро приведя себя в подобающий вид, переодевшись в чистое одеяние, Шу Шуцинь безотлагательно поспешила к двум старшим мастерам своей секты травников-алхимиков, к первому дяде Шу Лану и отцу, боясь, что они начнут готовить пилюли без неё. Хоть те и обещали, что её научат, но кто им запрещает взять своё слово назад, если что-то пойдёт не так, или у них будет плохое настроение. Непоседливая маленькая травница весь день с нетерпением ждала этого события, постоянно размышляла и мечтала о создании Очищающей кристальной пилюли лунного света.

Двери были ещё открыты.

Почтительно сложив впереди руки, она поклонилась:

– Приветствую дядю Шу Наньлана и отца. Прошу, научите меня готовить Очищающую кристальную пилюлю лунного света.

Здесь, в мастерской главы их секты, находились ещё несколько старейшин и глава секты Жёлтой Змеечерепахи, дядя Ян Диндао. Шуцинь сразу спохватилась и снова учтиво поклонилась:

– Приветствую главу секты Жёлтой Змеечерепахи Ян Диндао. Старейшины.

Все кивнули Шуцинь в ответ.

– Цинь-эр, сегодня не получится, – произнёс дядя Шу Наньлан. – Приходи в другой раз.

– Почему?! – возмущённо воскликнула девушка. Она чётко услышала, как разбиваются на осколки её надежды.

– Сейчас здесь и так много людей, – ответил дядя, – мы все заняты, поэтому я хочу попросить тебя о помощи, дорогая племянница А-Цинь.

– Но вы же обещали! – Шуцинь уже хотелось расплакаться. – Какая помощь? – в горле начал появляться комок обиды.

– Сяо-Цинь! – прошипел подошедший отец. – Веди себя достойно. Такая дерзкая девчонка, – сконфуженно оправдываясь, посмотрел он на всех присутствующих.

– Такие герои и нужны нашему миру Цзянху, умные, дерзкие, смелые и решительные, – улыбнулся дядя Ян Дао.

«Звучит, как издевательство, – пробежали мысли в голове девушки. – Он же знает, что у меня очень слабая Ци», – ей не хотелось из вежливости благодарить за его слова.

– А-Цинь, дитя, дело в том, что совсем недавно, когда мы все тут собрались, к нам подходил Ян Мин, – продолжил Шу Наньлан, говорить о своей просьбе. – Изначально он ничего не заметил, но сейчас обнаружил, что у него появилась какая-то сыпь на руках. Неизвестно, то ли это какое-то ядовитое растение в нашей долине, то ли это демонические твари ночью постарались. А-Мин не захотел нас отвлекать и тревожить. Сказал, что это всё не очень страшно и терпимо, поэтому он может подождать, пока ты освободишься.

– Но мы же не будем рисковать жизнью и здоровьем Фэнмина? – проговорил Ян Диндао.

– Конечно же нет, брат Ян Дао! – воскликнул Шу Янжун. – Цинь-эр сейчас пойдёт и поможет Сяо Мину, не стоит переживать. Изготовить пилюли она может и в другой день. Это не так важно и срочно, как жизнь и здоровье вашего сына!

«Опять?! Да почему Фэнмин такой болезненный? Его здоровье всегда ломает мне все важные планы!» – подумала Шуцинь, и еле сдерживая раздражение, проворчала:

– Конечно, я помогу брату Ян Мину. Отправляюсь сейчас же, – Шуцинь неохотно и быстро сложила впереди руки, торопливо кивнула и удалилась.

– Что ж, теперь мы со спокойной совестью можем наконец заняться созданием Очищающей кристальной пилюли лунного света, – довольно потёр руками Шу Наньлан. – Мне потребуется твоя помощь, уважаемый брат Ян Дао. Мы, конечно, можем справится и сами, но с твоим участием процесс потребует меньше времени

– Я сделаю всё что требуется, но признаюсь сразу, в создании алхимических пилюль я ничего не смыслю, – потёр бородку Ян Диндао. – Вы уверены, что могу помочь с этим?

– От вас потребуется только в нужный момент передать мне свои силы, – успокоил главу секты Жёлтой Змеечерепахи Шу Лан. – Остальное сделаю я и мой брат. Шу Жун, ты приготовил ингредиенты и жаровню?

– Всё уже готово, старший брат, – Шу Жун поставил на стол жаровню, в которую старейшины секты алхимиков с превеликой осторожностью и точностью добавили нужное количество каждого ингредиента, включая добавленный самим Шу Жуном, предварительно очищенный и подготовленный сумеречный пылающий огнегриб.

– Брат Янжун, твоя задача – следить за состоянием жаровни, не давая ей перегреться и нарушить процесс создания, – объяснил Шу Наньлан, – если уважаемый брат Ян Диндао готов, то я начну.

Глава секты Жёлтой Змеечерепахи подтвердил готовность, и Шу Лан, сконцентрировавшись, направил энергию ци внутрь жаровни. Его уровень развития алхимии позволял обойтись и без неё, однако создание Очищающей кристальной пилюли лунного света было слишком важным для секты алхимиков, поэтому пренебрегать жаровней не следовало. Глава секты алхимиков внимательно следил, как под его воздействием ингредиенты раздробились и перемешались, начав реагировать между собой.

– Брат Ян Дао, начинайте, – воскликнул Шу Лан, и тот, создав движениями рук в воздухе усиливающий жест, упёрся засветившимися ладонями в спину главного алхимика. Через его руки, в тело работающего с жаровней Шу Лана потекла энергия, ускоряя процесс создания пилюли.

***

«О моих проблемах, желаниях и чувствах никто не думает! Никто ни во что меня не ставит! А как лечить, так сразу, он меня, видите ли, ждёт! … Надеюсь, Фэнмин серьёзно болен, надеюсь, это стоит того, что я лишилась такого важного опыта! … Как приехал в этот раз, везде мне палки в колеса ставит! Из вредности что ли?!» – обиженно размышляла Шу Цинь, пока возвращалась в свою комнату за медицинским деревянным чемоданчиком из бамбука, а после добиралась до гостевого помещения, где разместили Ян Фэнмина.

Он всегда там раньше останавливался, когда они с отцом, или чаще он один, приезжали в долину за лечебными травами, зельями, отварами и пилюлями, или ещё по каким-либо вопросам.

Неожиданно Шу Шуцинь услышала тихий разговор двух людей, судя по донёсшимся до ушей травницы словам, они обсуждали сына мастера секты Жёлтой Змеечерепахи Ян Мина. Конечно же, в девушке взыграло природное любопытство, она притаилась за резной деревянной изгородью, украшенной множеством цветов, чтобы подслушать разговор.

– Почему мастер вашей секты, сын главы Ян Диндао, такой хилый? – спросила работница поместья главы большой долины травников и семьи Шу в целом, у какого-то ученика святой секты Жёлтой Змеечерепахи.

Тот в ответ тихо рассмеялся:

– Нет, что ты, Ян Фэнмин совсем не хилый. Знала бы ты, как он тяжело и долго тренируется.

– Тогда почему он всё время болен? – опять спросила девушка.

Её собеседник опять тихонько рассмеялся:

– Какая ты непонятливая девушка, – намекающе произнёс собеседник служанки и стал говорить ещё тише, – Вот в прошлый раз, например, брат Ян Мин специально съел травы, которые нарушают циркуляцию энергии желудка. В этот раз он зажёг тонкую ароматическую палочку, и с её помощью сделал себе небольшие прижигания на коже, чтобы походило на сыпь.

– Для того, чтобы чаще сюда приезжать? – спросила служанка, и мгновение подумав, добавила: – Неужели…?

Юноша ей в ответ улыбнулся и кивнул. Шуцинь видела это в щелях между растениями и рисунками реек.

– Предполагаю, – сказал он тихо.

Непоседливая травница не стала подслушивать разговор дальше, ей и так всё стало понятно: Ян Фэнмин не болен, а то, что она потеряла возможность изготовить пилюлю, это просто из-за того, что он так развлекается! Шуцинь была в гневе, но внезапно придумала план, как вывести молодого человека на чистую воду. Погасив эмоции, девушка решительно направилась в его комнату:

«Значит, издеваться надо мной вздумал?! Это шутки такие?! С самого приезда ты всё мне портишь, брат Фэнмин!»

***

Шу Цинь распахнула двери, и оставив их открытыми, прошла внутрь. Она осмотрелась, и затем поставив лекарский деревянный чемоданчик на стол, после присмотрелась повнимательнее к молодому человеку. Ян Фэнмин радостно улыбнулся:

– Сестрица Цинь-эр, ты пришла меня проведать?

– Мне сказали, что ты болен, братец Фэнмин, – ответила та, сдерживая раздражение, но внешне не подавая вида. – Только с утра был здоров, как конь, а теперь вдруг захворал. Какое несчастье. Даже не знаю, почему тебе не помогает культивация? Ты ведь, говорят, так долго и тщательно тренируешься, а остаёшься всё таким же хилым и болезненным. Прямо беда какая-то с тобой. Я очень за тебя переживаю, брат Мин-Мин. Надо что-то с этим делать, так дальше не может продолжаться.

– Сестрица Цинь-эр, да это пустяки, так, мелочи. Я действительно много тренируюсь, и долго культивируя, достиг уже больших успехов. Теперь уже не такой хилый и неспособный, как в детстве. Даже не знаю, зачем тебя послали меня лечить, мне кажется, это и так бы прошло.

Ян Фэнмин опасливо смотрел, как девушка достала заветный свёрток с лечебными иглами и лихорадочно размышлял, пока она аккуратно разворачивала его. Лишь теперь, глядя на эти приготовления, парень осознал, что его обман был весьма опрометчивым решением. Как теперь она будет лечить его болезнь, если он здоров? Вдруг ему от неправильного лечения станет только хуже? Зачем ему терпеть эти иглы, если он не болен? Но самое страшное было то, как будет выглядеть унизительным, когда она в процессе лечения обнаружит, что он изначально придумал свой недуг и сам его на себе изобразил. Как ему после этого объясняться с Шу Шуцинь и смотреть девушке в глаза? А если, вдобавок, она всё расскажет его отцу и своим старшим? Ну, этого, конечно, не будет, потому что его подруга искренняя, честная, но верная своим близким и друзьям. Она его никогда не предаст, если он попросит ничего им не говорить. В детстве Цинь-эр взяла на себя его вину и до сих пор никому ничего не рассказала, чтобы он не терял своё лицо и авторитет, как будущий мастер и наследник секты Жёлтой Змеечерепахи…

– Какую же лучше мне использовать иглу? – задумчиво произнесла Шуцинь, внимательно рассматривая набор. – Братец Ян-Ян, давай-ка сначала посмотрим на твою сыпь и послушаем пульс.

Девушка бесцеремонно схватила руку молодого человека, сев на пуфик рядом, и приложила пальцы к тыльной стороне запястья. Ян Мин смущённо, но в то же время довольно улыбнулся. Вдруг он опять вспомнил причину своей болезни и напрягся. Шуцинь чуть не рассмеялась и всё не испортила. Просто было очень смешно смотреть на этого сильного молодого мастера, пугливо замершего, как кролик. Она прекрасно понимала причину его испуга, но решила продолжить играть дальше, чтобы проучить того, как следует.

– Спасибо тебе, сестрица Сяо Цинь – улыбнулся Фэнмин, не сдержавшись.

– Ты дразнишь меня или издеваешься?! Я не настолько маленькая или немощная, чтобы ты меня так звал! – Шуцинь возмущённо рассердилась и раздражённо отбросила в сторону запястье молодого человека.

«Сработало, – радостно подумал Ян Мин. – Надеюсь, это помешало ей прослушать нормально мой пульс и почувствовать потоки энергии».

– Прости, сестрица Шуцинь, я не хотел тебя обидеть.

– Извинения принимаются… Значит, наверное, возьму эту маленькую иглу, – задумчиво произнесла Шу Шуцинь и достала её из свёртка, внимательно рассматривая со всех сторон.

Фэнмин облегчённо выдохнул.

– Не-ет, братец Фэн Мин, для твоей болезни понадобится игла средней толщины, – девушка положила тонкую и аккуратно достала соседнюю из свёртка.

– Все-таки я болен, сестрица Цинь-Цинь? – удивился молодой человек.

Девушка положила среднюю иглу обратно:

– Да, братец Фэнмин, но не переживай, я сейчас тебя вылечу, – она легонько улыбнулась и достала из свёртка ещё одну иглу:

– Вот она, самая подходящая! Самая толстая и большая игла подойдёт лучше всего, – довольно проговорила девушка.

Ян Фэнмин испугано посмотрел сначала на тонкий острый кусок металла, а затем на довольно держащую его в руках Шуцинь.

– Сестрица Цинь-Цинь, я чувствую, как уже мне стало намного лучше, наверное, иглоукалывание не нужно, – опасливо, но сдержанно проговорил он.

– Ты что, боишься, братец Фэнмин? – удивлённо воскликнула его давняя подруга.

– Нет, ты что?! Как ты могла такое подумать? Я ничего не боюсь, – гордо ответил юноша.

Шу Шуцинь аккуратно взяла руку молодого человека и резко вонзила в кожу лечебную иголку.

Ян Фэнмин сдержался, сжав губы. Травница снова и снова начала очень часто и быстро тыкать по всей руке этой толстой лечебной иглой.

Ян Мин не выдержал и завопил, пытаясь вырвать руку, но не тут-то было, девушка держала крепко:

– Шуцинь, что ты делаешь?! Мне больно! Я не хочу усомниться в твоей опытности в таком вопросе, но ты уверена, что правильно меня исцеляешь?!

– Смотрю, ты уже выздоровел? Я тебя уверяю, это заболевание лечится именно так. Я лекарь, мне лучше знать. Если ты пришёл ко мне, значит, ты доверяешь моим методам лечения. Эта техника иглоукалывания всегда срабатывает. Излечивает, даже хронические, случаи притворства! – Шуцинь резко отбросила от себя его руку.

– И когда ты всё поняла? – удивлённо, виновато и сконфуженно спросил Ян Мин непоседливую подругу после паузы, стыдясь посмотреть ей в глаза и потирая кисть руки.

Глава 6

– Почему сразу не сказала, что разгадала моё притворство, раз уже знала до прихода сюда? – стыдливо пряча глаза, вновь спросил Ян Мин. – Я теперь чувствую себя очень унизительно, сестра Шуцинь.

– Хотела узнать, насколько далеко ты можешь зайти в обмане, а также, желала посмотреть в твои бессовестные глаза, братец Фэнмин, – ответила Шуцинь ткнув в него указательным пальцем.

– Цинь-эр, почему ты так говоришь?! – воскликнул молодой человек.

– Уважаемый мастер Ян, мы похоже с тобой не настолько близки, чтобы ты звал меня так, – Шуцинь обиженно сложила руки на груди в замок, и надувшись, отвернулась.

– Цинь-Цинь, мы же с тобой лучшие друзья и знаем друг друга с детства, – ошарашенно и испуганно посмотрел на неё Ян Мин.

– В этот приезд ты только и успеваешь указывать мне, какая я беззащитная, какая у меня слабая ци и навыки заклинателя из-за плохих меридиан, и какая я не способная по сравнению с тобой. Просто никчёмная «травница и лекарь», вот как ты, оказывается, меня воспринимаешь, через призму своего мироощущения.

– Цинь-эр, ни в коем случае, не хотел тебя обидеть, когда говорил это! Наоборот, всегда был восхищён твоими навыками! Ты всё неправильно поняла! – шокировано произнёс Фэнмин

– Действительно, куда мне тягаться с мастером-заклинателем одной из пяти великих святых сект? … Ещё ты только и успеваешь каждый раз целенаправленно портить мне планы, – ответила Шуцинь, продолжая дуться, как мышь на крупу, – и прилюдно отчитывать каждый раз, как неблагоразумного ребёнка. Так близкие друзья не поступают, вот и не зови меня больше таким другом. Даже братец Цзо Цзюнь тебя почему-то начал сегодня пугаться. Ты ещё и ему успел жизнь испортить?

– Цинь-эр, не говори так, ты всё неправильно поняла! – снова изумлённо проговорил Ян Фэнмин, пытаясь оправдаться и извиниться. – Ты мне два раза спасала жизнь, всегда помогала и лечила.

– Хо-хо, так ты это помнишь? – язвительно фыркнула девушка.

– Естественно помню, Цинь-эр! – искренно посмотрел на неё молодой человек. – И никогда этого не забуду, всегда буду благодарен до конца жизни! Поэтому решил, что теперь моя очередь. Решил, что теперь я в состоянии и должен отдавать свой долг Шу Шуцинь – позаботиться о тебе, как могу, и должен защищать. Я безумно беспокоюсь за тебя, поэтому не хочу, чтобы ты подвергала себя опасности. Желал доказать тебе, Цинь-Цинь, что я не такой слабый, как ты меня помнишь, а совсем не потому, что вижу себя выше! Считал, что ты не хочешь со мной общаться, потому что презираешь и смотришь свысока.

– Я не считаю тебя слабым… это ведь ты… хотел… поставить меня на место, – уже совсем нерешительно произнесла Шуцинь, постепенно осознавая, что, оказывается, это всё лишь нелепое недоразумение. – Никогда не презирала и не избегала тебя, ты что?! Я всегда хотела, хочу и буду хотеть с тобой общаться. Я полагала… что ты…

– Почему ты тогда на меня больше не смотришь, не разговариваешь и постоянно игнорируешь? Я и дальше хочу с тобой общаться, как раньше, хоть и стал теперь мастером секты Жёлтой Змеечерепахи. Почему, по-твоему, я придумываю и воплощаю в жизнь себе эти болезни? Чтобы сохранить наше общение. Ведь ты будто больше не хочешь видеть меня. Я не стал тебе противен? Думал, что ты не уважаешь меня, и пытался своими умениями заслужить твоё уважение…

– Противен? Это ведь ты завёл себе новых друзей… и подруг. Я думала, что теперь ты меня стесняешься. Подожди, как ты мог думать обо мне такое?! Ты же меня уже давно знаешь! Я же не такой человек! – возмутилась травница-алхимик.

– Боги, я совсем не это хочу сказать! Да что же это такое! – Фэнмин схватился ладонями за голову.

– Мы с тобой, получается… – девушка показала на себя и друга пальцами, а после громко расхохоталась, прикрывая рот рукой.

Ян Фэнмин засмеялся за ней вслед:

– Похоже, мы действительно не поняли друг друга. А ведь просто необходимо было искренно поговорить. Мы чуть не наделали больших ошибок.

– Фэнмин, но иглоукалывание ты заслужил, – улыбнулась подруга детства.

– Согласен. Должен был к тебе подойти сразу, выяснить все недомолвки, – ответил мастер секты Жёлтой Змеечерепахи.

– И не только, – лукаво посмотрела на него Шуцинь.

– Цинь-эр, прости меня! Обещаю, что не буду больше прилюдно отчитывать тебя. Также обещаю, что буду сначала советоваться с тобой, прежде, чем высказываться, чтобы не испортить твои планы. Но, если я посчитаю, что тебе грозит опасность, я не буду молчать и идти на поводу у твоего любопытства, – улыбнулся Ян Фэнмин.

– Братец Мин-Мин, демонические твари тебе действительно не навредили? Расскажешь, что там в Ядовитом лесу происходило? – спросила Шуцинь.

Фэнмин подробно и обстоятельно рассказал, как они проникли в Ядовитый лес, как встретились с призрачными демоническими созданиями, как защищались от одновременных атак со всех сторон.

– В этот раз я не лез в бой первым и контролировал ход сражения, поэтому, когда один из призраков прорвал защитный массив сверху, я заметил грозящую ученикам опасность, и вмешавшись, отразил атаку, – закончил он рассказ. – Нескольким противникам удалось улизнуть, и отец опасается, что в сегодняшнюю ночь врагов будет больше и они соберутся мстить.

– Братец Фэнмин, а ты, оказывается, сильно изменился за последнее время, – удивлённо выдала заслушавшаяся рассказом девушка, – стал таким рассудительным, взрослым, настоящий генерал.

– Спасибо, это были лишь мелочи, по сравнению с тем, на что я способен на самом деле, – слегка смутился юноша, – я просто последовал совету отца.

– Всё равно, я права, и не спорь со мной, – подскочила Шуцинь. – Эх, как бы я хотела также, как ты, рубиться с врагами на мечах, использовать боевые техники и повергать в пыль всех, кто встанет на моём пути! – она изобразила руками несколько ударов, что выглядело больше забавно, чем опасно.

– Я бы точно не хотел стоять на твоём пути, – улыбнулся Фэнмин. – Кстати, хочешь в знак извинения, научу тебя нескольким приёмам? – неожиданно добавил он.

– Очень хочу, братец Мин-Мин! – радостно и довольно воскликнула Шуцинь, схватив его за кисть руки. – Но вы сегодня ночью опять идёте туда, а после, скорее всего, сразу вернётесь в свою секту.

– Давай поучу тебя немного сейчас? – улыбнулся Фэнмин, с наслаждением глядя на свою руку, за которую обеими ладонями держалась Шуцинь.

– Тебе ведь нужно отдыхать перед вылазкой, – грустно вздохнула Шуцинь.

– Ничего страшного, я уже отдохнул и потом ещё немного отдохну, – радостно проговорил Ян Мин.

Девушка, что тайно от начала и до конца подслушивала их разговор, сразу же ретировалась прочь.

***

Фэнмин, видя энтузиазм подруги по поводу идеи тренировок, незамедлительно повёл её на задний двор дома, где разместились он и четыре мастера секты Жёлтой Змеечерепахи, что были его друзьями. Лишь придя на место, юноша сообразил, что его собственный меч, Разрубающий Горы, будет слишком тяжёл для не очень тренированной девушки. Поразмыслив несколько мгновений, он побежал в комнату к своим соученикам, велев Шуцинь подождать. Найдя свою подругу, также молодого мастера Ду Манха, он попросил на время её меч, объяснив, для чего он нужен. Манха, конечно же, сразу пошла ему навстречу, кинув соученику и другу меч, но при условии, что тоже будет присутствовать. Она очень радовалась от осознания, что тот, к кому он первым обратился за помощью, была она. Сейчас, когда она подслушивала его разговор с давней подругой, Ду Манха выжигало чувство ревности и боязнь того, что Фэнмин забудет про их дружбу.

Ян Мин ловко поймал меч в ножнах, однако, как ему ни хотелось на время тренировки побыть с Шуцинь только вдвоём, но отказать Манха он не мог, поскольку она была его другом. Вдобавок, молодой человек прекрасно понимал её чувства. Если бы она попросила его меч для тренировки с кем-либо, сам юноша, хоть и доверял соученице, но ни за что бы со своего оружия глаз не спустил. К тому же это было бы, наверняка, очень увлекательное зрелище.

Вручив меч Ду Ха воодушевлённой непоседливой травнице, Фэнмин начал показывать стойки и основные удары с Разрубающим Горы мечом в руках. Манха, удобно разместившись на выступающем приступке соседней комнаты, скептически наблюдала за неловко размахивающей её оружием девушкой и немного презрительно улыбалась. Эта ни на что не годная особа явно не идёт ни в какое сравнение с ней, опытным мастером-заклинательницей Ду Манха.

– Да нет же, – в нетерпении воскликнул Фэнмин, бросая свой клинок в ножны и подходя к размахивающей острой сталью, будто сковородкой, Шуцинь, – Это неправильное движение. Я покажу, как надо.

Соученица Ду нахмурилась, глядя, как её соученик и друг, трепетно обхватив целительницу-алхимика сзади за талию и положив свои ладони на рукоять, рядом с её ладонями, так, что их пальцы соприкасались, показывает той верные движения. При этом, расстояние между их телами стало удручающе маленьким, просто невозможным.

Манха стала немного раздражена, ведь она была нацелена на брата Ян Мина очень давно, с самого первого дня вступления в секту. Она так долго старалась добиться его не для того, чтобы сейчас просто так он с лёгкостью попал в руки какой-то тупой бездарной травнице-лекарю!

– Братик Мин-эр, ты неправильно тренируешь свою подругу, – решила она вмешаться в процесс. – В отрабатывании ударов было бы больше смысла, умей она вкладывать энергию ци в атаку. С её-то неразвитыми меридианами, слабой ци и неуклюжестью, а также слабыми мышцами, тебе имеет смысл просто обучить её защищаться и нападать с оружием в руках. А учитывая, какая она неловкая и слабая, так и вовсе будет достаточно показать пару защитных движений. На её месте, я бы просто убегала от преследователей, а не защищалась – так было бы для Шу Шуцинь безопаснее.

– Сестра Ду Ха, вот появятся у тебя свои ученики, будешь их учить, как считаешь нужным, – сурово ответил Фенмин, а после обратился к подруге детства:

– Не обращай на неё внимания, она просто шутит. Сестра Ду Манха бывает очень вредной и резкой, но она добрый отзывчивый человек. Я развит сильнее, к тому же будущий глава секты Жёлтой Змеечерепахи. Смотри только на меня и слушай только меня.

Манха надулась и сердито сложила на груди руки:

– Ну-ну, посмотрим, что из этого получится, – она тряхнула своей копной чёрных длинных волос и чёлкой, которую пыталась всегда завивать, чтобы выглядеть привлекательнее.

– Сестра Цинь-Цинь, давай теперь поменяем тактику – попробуй атаковать теми приёмами, что я тебе показал, – Ян Фэнмин был серьёзен. Это выглядело для Шуцинь необычно, даже на мгновение она была горда, что у неё есть такой сильный и способный друг.

Покрепче обхватив рукоять клинка, Шуцинь попыталась достать одним из показанных ей ударов стоящего напротив Фэнмина. Тот с лёгкостью отразил нападение, резким движением кисти сдвинув свой клинок на траекторию удара. Метал несильно звякнул в момент соприкосновения, выдавая слабость атаки. Манха скептически фыркнула, иронично хохотнув, тихо, но так, чтобы Шу Шуцинь могла это услышать, и язвительно прищурилась. Кристаллы на её заколке легонько закачались, когда она отрицательно мотнула головой.

– Атакуй изо всех сил, Цинь-Цинь, не сдерживайся, – подбодрил её друг-мастер секты, довольно улыбаясь, – Если ты нанесёшь мне хоть царапину, это уже будет невероятно.

«Значит, я по-твоему, неспособная? – в голове у Шуцинь моментально пронеслись недавние слова Фэнмина про никчёмную травницу и лекаря, – „просто травница и лекарь“, „просто травница и лекарь“», – моментально разгневав девушку. Масла в огонь подлил тот факт, что это было на глазах у этой несносной и высокомерной Манха. Шуцинь уже ощутила, как она ей не нравится. Желая порубить этого самолюбивого осла на мелкие кусочки, а также, чтобы эта самовлюблённая Ду Ха подавилась своим языком, Шуцинь ринулась в атаку, размахивая клинком так, что Фэнмин даже слегка испугался, что его подруга перенапряжётся.

Внезапно пышущая яростью девушка начала ощущать себя как-то странно. Нет, в ней не пробудились великие силы ци, меридианы не стали работать правильно, как она втайне надеялась. Но, глядя на отточенные движения Фэнмина, она вдруг словно начала понимать, как они закончатся, когда движение ещё только намечалось. Замерев на миг, она начала проводить одну из тех атак, которую её соперник совсем недавно ей показал, затем, прилагая все оставшиеся у неё силы, резко поменяла направление удара, направив его туда, где, как подсказало это неуловимое эфемерное чувство, клинка соперника точно не будет.

Фэнмин резко отшатнулся, с трудом избежав встречи кончика меча со своей кожей. Будь Шуцинь чуть быстрее и сильнее, ранения избежать не удалось бы. Ду Манха расширила от удивления глаза, увидев как та, что совсем недавно махала клинком, словно палкой-копалкой, сделала обманное движение и чуть не задела имеющего малую золотую звезду мастера Фэнмина. Они оба удивлённо уставились на тяжело дышащую и опустившую меч девушку.

– Фух, это слишком тяжело для меня, – выдавила из себя пытающаяся отбросить прилипшую к мокрому лбу выбившуюся прядь Шуцинь, потратившая на последнюю безуспешную атаку последние силы. – Я не могу даже задеть тебя, братец Мин-Мин.

– Тебе нужно практиковаться дальше, – промолвил обескураженно тот, также опуская меч. – Мне кажется, что у тебя есть какие-то способности быть мечником, правда, Манха?

– Время покажет, – напряжённо размышлявшая над увиденным, девушка пришла к выводу, что целительнице просто повезло направить атаку в самое уязвимое место стойки Фэнмина. – Дуракам всегда везёт. Её сил хватает не больше чем нам минуту. Пока твоя подруга не поработает над своим телом, рано говорить о способностях.

***

Старшие ученики, мастера и сам глава секты Желтой Змеечерепахи, в сопровождении главы травников-алхимиков, двигались по направлению к Ядовитому лесу. Приняв пилюли, препятствующие воздействию яда, воины осторожно пересекли полосы ядовитого тумана и направились вглубь опасного места, сохраняя построение в виде треугольника с наиболее умелыми мастерами в вершинах. Это был человеческий небесный массив, умение секты Жёлтой Змеечерепахи.

В лесу было тихо, ни единого демонического призрака людям не попалось, даже при нескольких встретившихся им по пути огнегрибов, заботливо убранных Шу Наньланом в короб. Несмотря на отсутствие демонических сущностей, главу секты Жёлтой Змеечерепахи Ян Дао терзали дурные предчувствия. Поделившись ими с сыном и Наньланом, они приняли совместное решение двигаться в сторону наиболее вероятного места, откуда вторженцы проникали в лес. Туда, где были сломаны специальные магические печати, окружающие долину в виде небольших рисунков с помощью энергии ци на земле, камнях и стволах деревьев.

Внезапно тишину разорвал многоголосый резонирующий вопль, и сразу две волны тёмных демонических духов, словно лезвия гигантских ножниц, обрушились на едва успевших создать защитный барьер людей. Некоторые из атакующих выделялись среди чёрных сородичей ярко алым цветом, они и бросились на, готовых к отражению атаки, людей первыми. Ян Диндао, увидев, как при разрубании ярких демонических духов, на заклинателей выплёскивается алая слизь, обжигающая кожу, понял, что на этот раз враг подготовился куда лучше, и лёгкой прогулки не предвидится.

***

Пока Шуцинь возвращалась к себе в комнату, она всё время обдумывала разговор с братцем Фэнмином, а также с наслаждением вспоминала приёмы, что ей показал молодой мастер. Она не могла не улыбаться, радуясь, что не потеряла давнего хорошего друга из-за какого-то глупого недоразумения. Оказывается, Ян Мин пытался оберегать её и хотел помочь… Только у него, как всегда, всё вышло очень неловко. Хоть брат Ян Мин и был против её сегодняшнего желания пойти поздно вечером с заклинателями в Ядовитый лес, но теперь она понимала его мысли. Однако, любопытство и желание поучаствовать в охоте на демонических тварей никуда не делись. Стало так тоскливо. Шу Шуцинь тоже хотела участвовать во всех этих походах, учиться, культивировать навыки, укреплять меридианы и бороться с демонами, ей почему-то казалось, что она способна на это… даже больше, чем способна, … но слабая энергия ци и хилые меридианы говорили об обратном. В эти моменты, Шуцинь чувствовала себя каким-то изгоем общества. Будто жизнь уже проходила мимо неё, Шу Шуцинь. Ей так и придётся всю свою жизнь до самой старости, и даже до смерти, прожить здесь, может даже, почти никогда не покидая долину травников-алхимиков. Она не сможет посмотреть мир или стать великим заклинателем. Но кто ей мешает стать великим лекарем и алхимиком?

«Хотя, я могу взять и уехать путешествовать по миру, – решительно подумала она. – Поеду и всё! Искать новые болезни и способы их исцеления! … Вдруг в мире Цзянху уже изобрели новые яды или вывели новые лечебные травы?!»

Шуцинь отворила деревянную створку резного окна, оклеенного бумагой. В комнату сразу ворвался вечерний свежий воздух, неся ароматы цветущих деревьев и пруда с плавающими карпами, цветущими лотосами и нимфеями.

Взгляд девушки упал на железную коробку в шкафу. Шуцинь задумалась, смотря на шкатулку, в которой лежали парочка припрятанных сумеречных пылающих огнегрибов:

«А что если мне…?» – прокрались озорные мысли, наполненные любопытством, в её голову.

Глава 7

Спустя некоторое время, Шу Шуцинь, аккуратно, осторожно и не привлекая лишнего внимания, перенесла в дальнее хозяйственное помещение все необходимые ингредиенты и инструменты для создания Очищающей Кристальной пилюли Лунного Света. Ей пришлось уйти из своей комнаты, несмотря на позднее время, так как свет в ней привлёк бы внимание окружающих. Кто-нибудь наверняка бы зашёл и поинтересовался, почему она до сих пор не спит.

Хотя сейчас в поселении мало кто спал, наверное, только дети, старики и некоторые женщины. Основная масса людей, хоть и надеялась на пришедших учеников секты Жёлтой Змеечерепахи, но всё же опасалась того, что могло произойти ночью – а вдруг в поселение придут какие-нибудь демонические твари? Необходимо было держаться во всеготовности.

Ученики секты довольно давно скрылись в бамбуковой роще, и по всей видимости, уже добрались до леса с ядовитыми испарениями. С ними ушли глава Шу Наньлан и глава Ян Диндао. С той стороны снова раздавались жуткие громогласные возгласы, а также, над кронами деревьев вспыхивали различные сияния… это всё, что можно было увидеть сквозь защитный противодемонический массив. Значит, они повстречали того, кого предполагали, и теперь сражались. Шу Цинь не очень волновалась: во-первых, в прошлый раз они справились очень быстро и без значительных повреждений; во-вторых, теперь учеников секты Жёлтой Змеечерепахи там ещё больше, чем вчера, к тому же, с ними пошли оба главы сект.

Девушка аккуратно открыла железную шкатулку и заглянула внутрь, внимательно рассмотрев сумеречные пылающие огнегрибы. Их лежало три штуки. После она осторожно прикоснулась к одному из них пальцем. Магические ингредиенты были законсервированы при помощи ци травницы, и может быть из-за этого, либо из-за того, что их сорвали, огнегрибы были тёплыми, но уже не раскалёнными, словно пламя, как тогда, когда они их только собирали.

Лисёнок нервно заскулила.

– Банцао, ты боишься и хочешь, чтобы я оставила свою затею, или снова хочешь попробовать эти магические грибы? – улыбнулась Шуцинь. – Если будешь мне мешать, я тебя выгоню наружу и запру дверь.

Лисёнок сунула свою мордочку в железную коробку, и после того, как понюхала содержимое, высунулась обратно, облизнувшись.

– Ладно, – вздохнула и опять улыбнулась девушка. – Держи один, раз уж они тебе очень нравятся. Смотрю, после них твои энергии выровнялись, ты стала гораздо здоровее, больше и крепче, чем раньше.

Лисёнок моментально проглотила гриб, возникло такое ощущение, будто она после этого улыбнулась. Глаза же Банцао сверкнули странным ярким жёлтым светом.

Шуцинь удивлённо похлопала глазами и вслух задумалась:

– А если… и я попробую съесть сырым сумеречный пылающий огнегриб, у меня тоже энергии выровняются и меридианы станут сильнее?

Лисёнок яростно отрицательно замотала головой и заскулила.

– Банцао, не бойся… А ты, действительно, что-то подозрительно умная. Ведёшь себя, прямо как человек, даже как-то пугаешь, – проговорила Шуцинь.

Девушка, какое-то время посмотрев на светящийся мирным тихим оранжевым светом магический демонический огнегриб, взяла его в руки.

Банцао запротестовала сильнее, схватив зубами за одежду, и Шуцинь пришлось встать на ноги, чтобы лисёнок не мешала ей.

Собравшись с духом и вздохнув, девушка откусила от сумеречного огнегриба довольно значительный кусок. На вкус этот демонический гриб был неприятным, и даже отдавал каким-то на редкость ужасным зловонием или даже затхлым смрадом, вызывая тошноту. Но Шуцинь стойко разжевала и проглотила его.

Маленькая лисичка настороженно замерла, внимательно наблюдая за хозяйкой.

– Хм… ничего, – проговорила Шуцинь. – Не только ничего страшного, но вообще никаких ощущений, тишина. Зря только эту гадость…

Неожиданно в желудке появилась дикая боль, а горло и пищевод начали гореть словно пылали безудержным пламенем. Девушка почувствовала в себе большое количество энергии. Только эта энергия была демонической, а такая могла травмировать или вообще сожрать её энергетические каналы и сосуд души подчистую. Появилось ощущение, что та уже пытается это сделать.

Шуцинь быстро села на пол в позу медитации, соединила большие и средние пальцы кистей, скрестила руки и закрыла глаза. Правильно дыша, начала выполнять однообразные движения пальцами и руками, чтобы выгнать эту тёмную энергию из своего тела. Девушка гнала её прочь:

«Подальше от сосуда души. Расщепляем, выводим при помощи меридиан, они опорные точки… По каналам рук наружу», – мысленно твердила она теорию.

Из пальцев выстрелил чёрный дым и рассеялся. Но всё же, почему-то, оставшаяся часть тонкой нитью потекла прямо в сосуд души, что бы Шу Шуцинь не делала. Словно там была прялка, что вытягивала из этой энергии суть.

«Мне не нужна эта тёмная энергия! Уходи прочь из меня», – гневно думала травница, пытаясь переработать своим телом основную энергетическую часть, а ненужный мусор выгнать из своего тела. Но не тут-то было, что-то в её сосуде души откликалось на присутствие демонической энергии. Эта тёмная сила потекла в голову, девушка заблокировала проход, появилась сильная боль в голове и шее. Эта энергия была словно живая, и она боролась с ней. Тёмная демоническая энергия сражалась со светлой энергией ци в её теле. Но странность была в том, что тёмная демоническая энергия будто считала, сосуд души Шуцинь своим домом. Губы Шуцинь посинели, кожа побледнела, а руки задрожали. Рядом металась и скулила Банцао. Девушку вырвало полным ртом чёрной слизи. Это были части демонической энергии, которую выводила Шуцинь.

Шу Шуцинь ужаснулась, но лихорадочно пыталась переработать полученное, по её губам и подбородку потекли тёмно-вишнёвые остатки, что приобретали чёрный цвет, вытирать было некогда. Сосуд души, распухая, увеличился, в нём что-то зазвенело, острая резкая сильная боль пронзила грудь. Девушка вскрикнула, её лёгкие после этого не могли больше вбирать в себя воздух, и она потеряла сознание, упав на пол, до последнего пытаясь бороться с ненужным тёмным содержимым, пытаясь вытеснить его наружу, оставив лишь чистую светлую энергию.

Лисёнок неестественно взвизгнула и стремглав бросилась прочь из хозяйственного помещения, громко тявкая и скуля. Хорошо, что дверь оказалась не запертой и оставался зазор, который Банцао смогла расширить, толкнув дверь от себя.

***

Алая слизь, попадая на одежду и кожу, прожигала их одинаково быстро. Возгласы пытающихся стереть отраву с тела и сорвать дымящуюся одежду, побудили Ян Дао к действию.

– Раненые – вглубь массива, Шу Наньлан, приступай! – хладнокровно скомандовал он, однако глава секты алхимиков уже достал из сумки склянку и быстрым движением ладони разбил её. От его рук вокруг моментально распространилось облако из мелкой сиреневой пудры, уничтожая алое вещество на одежде и телах воинов, заставляя немногих уцелевших Призраков Ядовитого Пламени завопить от боли по мере распространения облака вокруг. Глава секты Жёлтой Змеечерепахи улыбнулся уголком рта. Хорошо иметь на своей стороне сильного целителя-алхимика, ведь атаки демонических духов, основанные на отравлениях, проклятиях и ослаблениях, способные сильно навредить неподготовленным бойцам, сегодня не нанесут никакого вреда.

Духи Чёрного Тумана, поняв, что атака провалилась, с душераздирающими воплями закружились вокруг защитного массива, словно выискивая слабое место, однако раненые бойцы уже приняли лечебные пилюли, приготовленные именно на случай внезапных ранений, и были готовы сражаться дальше.

– Отец, они не нападают, – воскликнул Фэнмин, видя, что демонические призраки ведут себя иначе, чем вчера перед атакой. – Нужно ли нам атаковать сейчас?

– Ни в коем случае, – сказал, прищурив глаза и прислушиваясь к чему-то, глава секты Жёлтой Змеечерепахи своему сыну и подошедшему Шу Наньлану. – Они тянут время, ожидая подмоги. Главная битва ещё впереди.

Кружащиеся призраки затихли и выстроились полукругом, отрезая людей от выхода из Ядовитого леса. Теперь все услышали доносящийся из скоплений тумана низкий глухой рёв, приближающийся с каждым повтором.

– Держите защитный массив, – скомандовал Ян Дао, доставая свой клинок. Ян Фэнмин последовал его примеру, вытащив недавно убранный в ножны меч Разрубающий Горы. В тумане показался крупный колышущийся силуэт.

– Это же Выдающийся Демонический Шипастый Скорпион, – прошептал в изумлении Шу Наньлан, глядя на приближающегося демона, чья сила была столь велика, что в их поселении алхимиков, после встречи с ним, не останется ничего живого. Насколько он помнил, тварь имела ранг средней медной звезды, что было почти равно силам самого главы секты Жёлтой Змеечерепахи, также застрявшего на этом уровне сил. – Мы его не одолеем! И отступить нам не дадут! Что делать, брат Ян Дао?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.