кир плишкин
Цветок Вьюги

Глава 1

Это было ночью, холодной, зимней. Тогда ещё снег кружил вьюгой сильнее, чем обычно. Все вокруг говорили, что это сильнейший в истории буран, который знавали наши края. И, к сожалению, никого это не могло остановить – ведь время подходило праздничное, и об опасностях, которые сулили холода, никто даже не задумывался. Но в то же время хотелось бы сказать, что праздник этот в наших краях крайне необычный.

По традициям, передающимся уже не одно поколение, люди отправляются искать счастье, которое прячется на улице в облике белого, пугливого кролика, вечно скрывающегося где-то рядом, но совершенно неуловимого – словно его и вовсе нет.

В округе наступала весёлая суета, накрывавшая наш городок каждый год. В преддверии долгожданных праздничных дней, которые разбавляли нашу скудную жизнь, они сулили нам славно проведённые выходные за весёлым занятием, способным подарить счастье на годы вперёд.

Но, как по мне, традиции эти абсурдны и вовсе бесполезны. Однако осуждать их не смею – в их собственной наивности, так сказать, не имею права, поскольку сам сидел дома у жаркого камина, не сделав ничего для поиска «их» долгожданного счастья. Лишь протянул свои замёрзшие ноги к ярким языкам пламени, исходившим из камина, выложенного нарядными изразцами, блаженно согревающими изнутри.

Пока люди блуждали в бесконечной, непроглядной тьме в поисках какого-то счастья, которое пряталось где-то совсем рядом, почти у них под носом, быть может, они когда-нибудь и поймут, насколько слепы бывают глаза и насколько дальновидны чувства, ведущие их за собой.

В очередной раз я убедился в том, что они безумны, раз ходят в такой поздний час и ищут то, что у них и так есть, то, что может найти каждый, не выходя из дома. Но не смею им мешать – ведь свершения, которые они сделают ради своей цели, наверняка будут бесконечно полезны для всего городка, а может, даже для всего мира. Быть может, они станут героями, которые спасут мир от всех проблем и невзгод. А может, напротив, постоянные неудачи отобьют у них всё желание следовать дорогой «добра», что заставит искать альтернативные пути для достижения своей, может и маленькой, но мечты. Ведь, как считается, она сделает их счастливыми, даже если придётся заплатить большую цену.

Может, они станут злодеями, извергами, потерявшими себя в бесконечной пустоте, где для достижения цели нужно забыть про эмоции, пойти по головам, отринуть чужие мечты и идти своей дорогой, построенной на крови и смертях.

Мысли кружились бурей в моей голове, как вдруг в комнату зашла моя любимая жена Клара и предложила выпить чаю вместе с ней за столом. Я не стал отказываться, одобрительно кивнул, развернув голову в её сторону, и, неохотно отрываясь от раздумий, произнёс:

– Сегодня холодно. Мне кажется, стоит подбросить дров в камин, а не то дом замёрзнет.

– Я уже сказала слугам добавить дров в печку.

– Надеюсь, скоро зима кончится, а то уже невозможно так жить. Из-за мороза и голода люди умирают чаще, чем обычно, в два раза, если не больше.

После этих слов я откинул плед в сторону и стал медленно, слегка недовольно подниматься с нагретого кресла, разворачивая туловище, покрытое коричневым халатом, в сторону столовой.

Зайдя в неё, можно было сказать следующее: размеры были не то чтобы большие, но и не маленькие. Стены – кирпичные, с белой побелкой. По краям потолка виднелись вырезанные узоры, а в середине комнаты красовался дубовый коричневый стол, сделанный на заказ одним мастером из другого города и привезённый на санях ещё той зимой. На стенах висели свечи, чьи подсвечники были самых причудливых форм, но уже потемневшие от времени позолотой.

С трёх сторон стояли двери, украшенные резными сюжетами, напоминавшими богатые пиры из забытых сказок, где не существовало проблем в нашем понимании. Одна вела на кухню, вторая – в зал, откуда я только что пришёл, а третья – в спальню, где спали я с женой.

В комнату зашла служанка и стала разливать горячий, крепкий чёрный чай, который я привёз после поездки в город, стоявший куда южнее нас, – там травы цвели круглый год.

Когда процедура разливания напитка закончилась, я решил завести разговор с Кларой:

– Что ж, сегодня был насыщенный день, и нам стоит набраться сил перед грядущими событиями. Как думаешь, что нас ждёт дальше?

– Дорогой, честно говоря, не имею представления насчёт того, чем можно заняться завтра. Но всё же пару идей у меня есть. А если смотреть на недели вперёд, то мне хотелось бы съездить в какую-нибудь поездку вместе с тобой.

– Для начала хотел бы услышать твои планы на завтрашний день. Если ничего важного нет, можем уже завтра поехать туда, куда ты захочешь.

– Если ты так хочешь их услышать, то, разумеется, поделюсь. В мои планы на завтра входит съездить в другой город, чтобы посмотреть на тамошние украшения и цены на местные целебные травы. А ещё… Светлана рассказывала мне об украшениях, сделанных мастерами из того города, – они могут светиться, будто звёзды в ночи. Ты не представляешь, как бы мне хотелось, чтобы и у меня появились серёжки из этого прекрасного камня! Я стала бы самой счастливой девушкой во всём городе, а может, и в мире.

– Хорошо, моя дорогая. Разумеется, я выделю тебе денег на украшения. Не будешь против, если я составлю тебе компанию?

– А разве у тебя нет дел на завтра?

– Как я уже говорил – нет. И даже если появятся, не думаю, что их нельзя будет отменить ради поездки с тобой.

– Знаешь, мне кажется, нельзя так безответственно относиться к своим обязанностям главы нашего города.

– Хорошо, давай так: я завтра встану пораньше, закончу с мелкими делами, и мы сразу поедем за твоим подарком.

– Если у тебя получится проснуться так рано, то, конечно, я согласна и с радостью поеду с тобой хоть на край света.

– Тогда решено: завтра выезжаем и к завтрашнему вечеру прибудем на место. Надо будет заранее подготовить коней.

Клара улыбнулась, поставила свою кружку чая на стол и с ловкостью кошки вышла из-за стола, после чего подошла ко мне со спины и обняла, медленно дыша в мою шею своим согревающим теплом.

В тот момент я был бесконечно благодарен ей за то, что она появилась в моей жизни и навсегда останется со мной, какой бы путь ни уготовила мне судьба. Клара навсегда останется моей любимой, верной спутницей.

Так мы просидели несколько минут, и мне пришлось прервать этот миг фразой:

– Всё, пора спать. Идём, а то завтра я точно не встану.

– Слушаюсь, капитан! Жду вас на борту нашего корабля. Отправляемся в сон!

– Ха! А как давно мы стали моряками?

– Понятия не имею.

Клара отдала мне честь и, постояв так немного, взяла меня за руку.

– Ну всё, идём спать, мой дорогой.

– Я уже давно это говорю, а ты всё кривляешься.

Я встал и, не отпуская её нежную руку, ушёл спать.

Глава 2

Этой ночью мне приснился странный сон, в котором мне с Кларой пришлось расстаться по непонятной причине – и, кажется, на долгое время. Ведь я отчётливо помнил, как проходили годы, месяцы, дни… одним словом, жизнь.

Осознав это, я в испуге поднялся и оглядел кровать. Сердце моё бешено застучало, когда я не увидел рядом с собой ту, ради которой готов умереть. Мне стало страшно – просто страшно, будто что-то могло убить меня, будто я оказался на смертном одре, где вокруг лишь нечисть, жаждущая моей крови.

Какая-то часть меня вернула холодность мыслей, и, не теряя времени, я оделся и вышел из комнаты, чтобы найти Клару.

И лишь только дверь открылась, я увидел знакомый затылок, знакомые пряди волос и знакомый запах чая. Тут же от сердца отошли все страхи и сомнения. Всё стало предельно ясно и понятно, будто я постиг вселенское знание космического масштаба.

Клара оглянулась и улыбнулась, увидев меня всего потрёпанного, с широкими глазами – то ли от удивления, то ли от страха. Эта улыбка полностью покорила моё сознание, и казалось, что больше ничего не нужно мне в жизни – лишь бы видеть эту милую улыбку с ямочками по бокам.

Пока я размышлял о том, что со мной только что произошло, Клара уже допила свой сладкий горячий чай и спокойно подошла ко мне, медленно касаясь рукой сначала груди, а после – лица, на котором до сих пор виднелась тень какого-то сомнения, смешанного с некоторым успокоением от увиденного.

– Как спалось, любимый?

– Знаешь, мне кажется, мне приснился кошмар.

– Да? И что же могло напугать такого человека, как ты?

– Наверное, только одно меня может напугать – это страх потерять тебя, – произнёс я и посмотрел в её голубые глаза.

А она лишь замерла и смотрела в ответ, будто ища ответ на свой вопрос прямо во мне.

– Ты сегодня рано встал. Ты ведь помнишь вчерашнее обещание?

– Конечно помню. Ты уже собрала вещи? Путь, конечно, не особо долгий, но всё же неблизкий.

– Да, все вещи уже стоят на выходе и ждут отъезда.

– Вот и хорошо. Значит, сегодня мы отправимся в путь, – произнёс я и не смог устоять перед желанием слегка её обнять.

Но она будто прочитала мои мысли, и в мгновение ока я оказался в её объятиях. Этот миг оставил во мне смешение чувств – казалось, меня парализовало от её дыхания, которое пробирало до глубины души своим теплом, своей живостью, наполняющей меня смыслом жить.

Но так не могло продолжаться вечно, и я отстранил Клару от себя, направился к выходу, но обернулся и произнёс:

– Всё, я пошёл. Скоро увидимся. Не теряй.

Уже собирался уходить, как увидел на её лице некую недосказанность. Но не придал этому значения и невозмутимо направился к выходу.

Вслед я услышал, как она чуть ли не шёпотом произнесла:

– Не забудь сделать все дела.

– Не забуду, – ответил я так же про себя.

Постояв у порога, решил всё же вернуться в спальню, чтобы переодеться и привести себя в порядок. Да и позавтракать было бы неплохо.

На утренние дела ушло минут тридцать, от силы. После них я перешёл к своим обязанностям, в которые входили: ежедневный осмотр нашего небольшого лесного городка, раздача поручений людям, пересчёт, проверка и прочая мелочь, необходимая для поддержания порядка в этом маленьком мирке.

Глава 3

Время было уже за полдень. Я закончил со всеми приготовлениями и делами и направился прямиком к дому, где меня уже ждала Клара. По ней сразу можно было сказать, в каком она предвкушении чего-то незабываемого. Лишь завидев меня издалека, она радостно помахала мне рукой, и на миг мне пришла в голову мысль, что она могла прождать меня на этом крыльце весь день только ради этого момента – будто ничего больше не происходило в её жизни.

И это было не особенно важно, ведь её преданность нельзя было просто увидеть – можно было только почувствовать. Почувствовать в её взгляде, который говорил отдельно от Клары, который жил своей жизнью и наполнял непривычными для нас вещами. Возможно, именно этот взгляд стоял около дома и ждал кого-то ради своей цели. И, может, этот взгляд сделал её столь необычным и единственным человеком в моей жизни.

Мои шаги гулко отдавались по улице, и первые слова, которые я произнёс, подойдя к ней, были такие:

– Прошу меня извинить, я задержался. Надеюсь, ты не сильно заскучала, пока меня не было?

– У меня не было времени на скуку или разочарования. Я была полностью поглощена мыслями о необходимом для нашей поездки. Но признаю, некоторые сомнения о том, что наше путешествие отменится, появились из-за твоего долгого отсутствия. Но как же радо моё сердце видеть тебя сейчас!

– Вот и славно. Мы сейчас же выезжаем. Время не ждёт никого из нас.

После моих громких слов, прозвучавших как приказ, все вокруг стали в спешке собирать и упаковывать вещи, которых по какой-то причине оказалось больше, чем планировалось. Вследствие чего повозка стала тяжелее и менее мобильной. Но я не стал придавать этому значения, хоть и понимал, что ехать придётся дольше обычного.

Мы отъехали от нашего дома уже вечером. По законам природы солнечный свет совсем исчез, и погода стала морозной – хоть и безветренной, но холод не то чтобы пронзал, а скорее вымораживал изнутри, будто менялся местами с теплом тела, заставляя продрогнуть даже работающих мужиков.

Всего было две кибитки: на одной ехали я вместе с Кларой, а на второй везли некоторые товары и ресурсы на продажу в тот самый город. Я давно привык извлекать выгоду из любой поездки – должно быть, сказалось моё прошлое торговца. Ведь некогда я долгое время скитался в одиночестве, узнавая новые вещи и сражаясь за собственное выживание.

Спустя некоторое время я слегка продрог от безделья и решил занять себя разговором с Кларой:

– Судя по всему, мы уже не успеем приехать к утру. Даже если будем ехать всю ночь, скорее всего, увидим окраину города только к вечеру следующего дня. Если получится, нужно хотя бы попытаться поспать, иначе завтра ты не сможешь ясно мыслить.

– Мне кажется, или эта ночь будто особенная?

– Почему это так?

– Не знаю. Просто кажется, что сегодня звёзды особенно яркие. Может, на них что-то влияет… или кто-то.

– Я не знаю, что на них может влиять. Ведь я не могу их коснуться. Зато могу влиять на тебя.

Я коснулся рукой лица Клары, убрав локон её волос, который закрывал мне вид на её глаза. Они уже не так сияли, как некоторое время назад. Мысли, которые её тревожили, тяготили её мир. Мне стало до невыносимого интересно, что могло испортить ей настроение.

Может, она подумала об опасностях, которые нас могут настигнуть? Ведь в наших лесах всегда было неспокойно: волки бродят, да и лагерь бандитов имеется неподалёку. К счастью, мне удалось их разбить, хоть некоторые и сбежали.

Последние слова и мысли неслись в звенящей тишине, создавая ощущение полёта, из-за которого остались только неспешный звук колёс, храп, цоканье копыт коней и тихая песня.

Я расположился на скамье вместе с Кларой и стал медленно засыпать, уже не чувствуя зловещий холод, окутывающий нас со всех сторон.

Глава 4

Ночью не было слышно посторонних звуков. Лес напевал свою убаюкивающую мелодию, беспрестанно играющую где-то у меня над головой, погружая меня в сон ещё глубже и глубже. Но на каком-то неизвестном уровне я старался сопротивляться этому желанию впасть в сладкие объятия Морфея, которые окутывали меня с каждой секундой сильнее, словно желали свалить, заставить потерять бдительность и навредить своей беззаботностью.

Это навело меня на мысль, что люди бывают обманчивыми по отношению к себе – могут потеряться даже в собственных суждениях и мыслях, даже в снах, которым верили и которые строили на протяжении многих лет.

Я и сам такой. Сам строю, сам ломаю. И каждая перестройка ломала меня и в то же время меняла. Мне неизвестно, в какую сторону. Известно лишь, что это привело к этим дням, привело к Кларе, привело к должности. Думаю, меня можно назвать успешным человеком – ведь я до сих пор не спился.

Я проснулся. Огляделся вокруг. Солнце ослепило меня на мгновение, но это не помешало мне убедиться в отсутствии опасности в округе и в том, что Клара лежит рядом и всё ещё дремлет.

– Если солнце уже встало, то осталось ехать совсем немного, – произнёс я вслух, ожидая ответа от ямщика.

Тот обернулся, пожелал доброго утра и ответил:

– Вы правы. Ехать нам осталось от силы две версты, и отсюда мы уже можем видеть город.

– Прекрасно. Тогда пока не стану будить Клару – пусть ещё поспит до приезда.

Спустя некоторое время мы прибыли к пункту назначения. Город был чем-то похож на наш, но в то же время отличался размерами и просторами. Дороги были шире, дома – выше и стройнее, ласково приглашая к себе. Улочки, которые у нас были бы непроходимыми, здесь – свободные и приятные одним своим видом.

Чем ближе мы подъезжали к центру, тем тщательнее и выразительнее были отделаны карнизы и балконы различными узорами, поражающими искусностью и точностью в мельчайших деталях. Но даже при такой разнице ощущение схожести не пропадало – будто один и тот же человек приложил руку к созданию обоих городов.

Я слегка потряс Клару за плечо, стараясь разбудить её как можно нежнее. Но, видимо, она уже не спала некоторое время, а только притворялась, ведь почти сразу поднялась и спросила, когда мы уже выйдем и можно будет осмотреть лавки на наличие тех самых серёжек, ради которых мы столько проехали.

– Совсем скоро, – сказал я таким тоном, что она сразу успокоилась и приняла смиренное выражение лица.

– Ладно, тогда я подожду.

Мы стали подъезжать к красивому, ухоженному дому с резным балконом, покрытым снегом, и небольшими колоннами на крыльце. Рядом стояла конюшня, а с задней стороны выглядывал ветхий сарайчик, напоминая о своём присутствии, как о чём-то нужном, но жалко выкидывать.

Это был постоялый двор, в котором нам предстояло пожить некоторое время. Мы занесли пожитки, заплатили за ужин и за жильё, вошли в комнату, чтобы осмотреть её.

У стены стояла двуспальная кровать, по бокам – тумбочки, отдельный санузел. Описывать было нечего – самая обыкновенная комната для временного жилья. Поэтому мы не стали задерживаться и решили, что пора идти на поиски ювелирных украшений.

Пройдя некоторое время по рынку, по разным улочкам, нам никак не удавалось найти желаемое. А время уже клонило к вечеру – солнце садилось за горизонт, скрываясь во мраке будущего дня. Нужно было поспешить и найти украшения, пока все торговцы не разошлись по домам.

И к счастью, в самом конце улицы, на прилавке, мы увидели тот самый блеск, который искали. За прилавком сидел низкорослый мужичок с моноклем и в тулупе, который, очевидно, повидал на своём веку очень многое.

Клара сразу нашла нужное и показала на серёжки пальцем. Мужичок, сквозь улыбку, назвал цену, и я, не раздумывая, расплатился с ним – они вышли даже дешевле, чем я предполагал.

Я взял серёжки у торговца и решил отойти вместе с Кларой к двору, чтобы в мирной обстановке поужинать и насладиться вечером.

Ужинали мы у себя в комнате. Нам подали куски прожаренного мяса и горячий суп. Подобная кухня не особо баловала вкус и была лишь способом утолить голод.

Просто за свою жизнь я попробовал множество блюд, научился чувствовать и ценить каждый кусок, видеть суть приготовленной пищи и душу повара. Я бы не назвал это даром – просто опыт.

После ужина мы с Кларой стали заправлять постель и готовиться к долгожданному сну, который уже ждал нас.

Мы легли, и наступило какое-то успокоение и наваждение – может, это усталость дала о себе знать, эхом разойдясь по телу, сковывая руки и ноги, оставляя лишь голову в холодном безумии от потока мыслей и обработки информации за день.

В миг всё остановилось, когда Клара коснулась своей рукой моего плеча и произнесла:

– Уже пора спать. Перестань думать, отвлекись от себя и дай себе отдохнуть.

– Ха! Удивительно только, как ты можешь так видеть меня. Ты провидец? Или, может, обладаешь сверхъестественными способностями?

– Нет, не обладаю. Просто у тебя на лице – полное смятение. Здесь даже смотреть не нужно, всё и без того понятно.

– А я думал, меня невозможно прочитать или почувствовать.

– Ошибаешься… Ошибаешься, мой дорогой, – сказала Клара с коронной улыбкой и закрыла мне глаза.

– Ладно, уж… Спокойной ночи.

Глава 5

Утро выдалось добрым. Яркое солнце в очередной раз, как и в тысячах других утр, ослепило меня сквозь сон. Из-за чего мне пришлось встать, хоть сам того особо не желал. Клара лежала рядом и не подавала даже признаков пробуждения – скорее всего, её вымотала поездка прошлого дня.

Недолго думая, я решил, что раз уж мы здесь и сделали все дела, нам с Кларой стоит как следует отдохнуть. В конце концов, мы не так уж часто выезжаем куда-нибудь только вдвоём. Подойдя к зеркалу, я расчесал свою густую чёрную бороду и решил, что на этом моих утренних дел хватит. Надел повседневную одежду и вышел оглядеть улицы этого города вновь. Так сказать, было бы нелишним освежить голову утренней прогулкой – может, что интересное найду или встречу.

Не прошло и трёх минут, как я спустился на первый этаж и был готов открыть дверь на улицу, как из комнаты выбежала Клара, одетая очевидно впопыхах. Волосы её лежали странно, но в то же время завораживающе – будто неразбериха на её голове создавала самый милый образ. Её появление обрадовало меня в глубине души и в то же время удивило: это любовь или просто привязанность?

– Да не важно, – сказал я невольно вслух.

– Что не важно? Не рад меня видеть? – спросила Клара с усмешкой и бойкостью в глазах.

– Да нет, главное, что ты сейчас здесь, а остальное можно оставить позади. Не хочешь пройтись по улице и нагулять аппетит?

– Если ты приглашаешь, то не смею отказать, милорд.

– Вы меня поражаете своим этикетом, милая.

– Чего же вы ждёте? Вперёд, открывайте дверь! А то утро закончится, пока мы тут говорим.

После этих слов я распахнул дверь и подождал, пока Клара пройдёт:

– Дамы вперёд.

– Мерси, – произнесла она и слегка фыркнула в мою сторону.

– Я так посмотрю, вас этикету обучали не в полной мере?

– А это мы ещё посмотрим, кого здесь обучали, а кого нет.

– Здесь смотреть нечего, всё и без того ясно. Пойдём.

Мы шли с Кларой рука об руку и говорили обо всём на свете, будто в последний раз виделись в глубоком детстве, а с тех пор прошло лет тридцать. Продвигаясь улочкой за улочкой, мы вышли из города и дошли до небольшого леска, где росли молодые берёзки, посаженные строго рядами и аккуратно ухоженные. Должно быть, их недавно завезли сюда люди.

Зайдя на опушку, мы сели на поваленный ствол какого-то дерева, который, очевидно, раньше был здесь самым большим. Но с приходом человека всё изменилось – впрочем, как и всегда. С появлением любого нового существа меняется очень многое, а неизменным не остаётся ничего. И главное: что повлияет на результат? Собственная решительность? Или случай? Жаль, что мне не хватит жизни, чтобы узнать ответ.

Пока я рассуждал, сидя с Кларой, солнце уже поднялось высоко. Пора было возвращаться – нужно было позавтракать перед отъездом. По плану мы должны были выехать в полдень.

– А ты останешься со мной?.. Вот просто… если я умру, как тебе быть со мной? – вдруг спросила Клара.

– Знаешь, я не допущу твоей смерти в принципе. Об этом разговора даже быть не может. Кем бы ты ни была в прошлой жизни, как бы тебе ни было тяжело – сейчас ты со мной. И я буду защищать тебя любой ценой.

– Хм… Хорошо. Посмотрим.

– Не посмотрим, а так и будет. Я останусь с тобой навсегда.

– Только не умирай из-за меня. Запомни: я не смысл твоей жизни, я часть твоей жизни, но не весь смысл. Ты должен научиться разграничивать зависимость и любовь.

– Стой. К чему этот разговор? Что ты хочешь сделать?

– Ничего. Просто… предчувствие плохое.

– Очень надеюсь, что это просто предчувствие. Пойдём в дом, нам нужно завтракать.

– Хорошо, идём.

Обратно мы шли в полной тишине. Казалось, даже собаки перестали лаять – на свете остались только мы с Кларой, пустое молчание и шипение ветра.

Дойдя до дома, мы так же молча сели за стол. Ужин, хоть и отличался блюдами, ничем не выделялся от вчерашнего. Молчание стало невыносимым, и я прервал его:

– Как тебе город?

– Неплохой. Довольно… – произнесла Клара, отвела взгляд в пустоту.

– Что это значит? Что с тобой происходит?

– Ничего. Я же говорила – предчувствие плохое. Что-то тянет меня вниз… а может, и вверх. Не знаю.

– Давай оставим эти мысли. Вечно погружаясь в себя, мы, по иронии, потеряем себя. Клар, вернись ко мне.

– Я пока не могу веселиться. Пожалуйста, пойми меня.

– Хорошо. Могу я тебе чем-то помочь?

– Наверное, нет. Всё-таки мне нужно побыть одной.

Клара ушла, оставив еду недоеденной. В голове началась суматоха: что произошло? Куда «тянет»? Могу ли я помочь? Миллионы вопросов без ответов.

Просидев за столом, попивая чай, я поднялся наверх собирать вещи. Без дела сидеть уже не мог – это свело бы с ума. Зашёл к Кларе: она сидела на кровати, уткнувшись головой в колени, выглядела беспомощной. Я подошёл и обнял её.

– Я тебя люблю. Правда люблю. Не хочу терять тебя, – прошептала она еле слышно.

– Если любишь – не потеряешь. А там посмотрим.

Эти слова словно разбудили Клару от сна, окутавшего её, как цветок во время вьюги.

– Всё, хватит здесь страдать. Поехали домой, нас там ждут.

– Хорошо.

Мы с кларой встали и вышли на улицу где нас ждал ямщик уже с готовой для поездки повозкой, я помог взобраться Кларе и сам залез в повозку. Все поехали. Послышался голос кучера "ноо" и телега тронулась в своей очередное приключение

Глава 6

Пока мы ехали, все вокруг пролетало незаметно, будто ничего и не было, будто бы я и не ехал сейчас, а просто перемещался в пространстве, не имея никакого смысла в собственном существовании. Хотя раньше казалось, что я вёл осмысленную жизнь ради кого-то, но, видимо, я смог это потерять.

Проходит ещё время такой езды и размышлений, как ямщик начинает кричать нам, что впереди вьюга, буран, нужно прятаться или уезжать обратно. Я, поразмыслив о том, когда мы вернёмся домой, если повернём обратно, решительно отказался от его идеи и приказал ехать прямо через вьюгу. Тот с явным недовольством и желанием сойти с телеги всё же повёл лошадей, возможно, на верную смерть.

Час, два, три – время потеряло свой счёт. Снег вокруг не пропадал из виду ни на секунду. Клара прижалась ко мне и грелась за счёт моего тепла. Наши сердца бились в унисон, и всё – ради выживания. Ветер завывал в моей голове, отзываясь гулким эхом по всему телу. Из-за потери времени мне уже казалось, что мы никогда отсюда не выйдем, и я обрёк на смерть своего любимого человека.

– Ни о чём, – сказала Клара и прильнула щекой к моей груди.Клара сильнее прижалась ко мне и сказала на ухо: – Ты не вини себя ни в чём, ты хотел как лучше. – О чём ты?

Издалека послышался вой – вой, смешанный со снегом. Сначала ему можно было не придавать значения, но спустя пару мгновений этот вой становился ближе, и от этого стало приходить осознание: приближающийся вой – это не завывание ветра, а свирепые волки, ищущие еду для своих детей. Им нужно выживать, и они блуждали ночью в этой вьюге в поисках пищи для себя и родни. И все они точно так же обладают эгоистичным желанием вернуться домой с надеждой – любой ценой, неважно, чья жизнь будет за это отдана. Главное – спасти себя.

Страх усиливался перед природой, которая окружала нас со всех сторон, не давая возможности всмотреться в ночную снежную пустоту. Снег бесконечно кружил вокруг, создавая непроходимую стену. Лошади увязли в бесконечно холодном и согревающем снегу. Кучер пытался вместе с ними протоптать дорогу – это уже были последние потуги, чтобы спастись и спасти как свою жизнь, так и нашу. Я думал о том, какой он герой, и не смог оставаться в стороне – сам пошёл помогать пробираться сквозь снежные заслоны. Клара осталась внутри повозки.

Вой, как на зло, не прекращался, а всё сильнее приближался и приближался. Нам удавалось продвигаться метр за метром, и снег вокруг, казалось, начинал стихать, как вдруг лошади поднялись на дыбы и стали пытаться сбежать отсюда со всех ног. Но снежные горы вокруг не давали этого сделать. Я и кучер сразу поняли, в чём дело.

– Волки. Они здесь. Скорее всего, они нас окружили.

Клара… Клара – первое, что пришло в мою голову, и я ринулся к ней в повозку. Там я увидел её в той же позе, что и совсем недавно – она почти свернулась клубочком от собственного бессилия и слабости.

Я понимал, что от волков нам не спастись. Огонь развести не получится – времени не хватит, а толкового оружия мы с собой не взяли. Было только три ножа: два кухонных и один охотничий.

Снова раздался вой. Вьюга вокруг замерла и остановилась. Стоило сделать шаг – и на нас набросятся. Я решил, что обороняться из повозки будет удобнее – хотя бы земля из-под ног не уйдёт.

– Заходи сюда! – крикнул я в ответ.Снаружи раздался крик кучера: – Они здесь!

– Я выбегу из повозки и отвлеку их внимание на себя. Буду сражаться с ними столько, сколько это возможно, а ты с Кларой должен убежать. И ты сейчас не будешь со мной спорить!Кучер увернулся от прыжка волка и запрыгнул в повозку, где уже были я и Клара. – Сколько их? – Не знаю… Штук двадцать, точно. – Чёрт… Делать нечего, нужно спасти Клару в первую очередь. – Как?

– Ты должна выжить. Неважно как. Пожалуйста, живи. Ради меня. Я тебя люблю. Мы ещё обязательно встретимся. Жди момента и беги!Клара хотела возразить, но я закрыл ей рот рукой, не дав проронить ни слова, и сказал:

Я убрал руку от её рта и поцеловал её – возможно, это был последний поцелуй.

После чего я выбежал с двумя ножами на перевес и закричал во всю глотку так, что у самого уши заложило. Сам бежал, падал, вставал, снова бежал. Крик смешался с одышкой и снегом во рту.

Волки не заставили себя ждать. Хоть снег почти перестал идти, различить их силуэты было задачей непростой. Передвигались они с невероятной скоростью – не верилось даже, что это настоящие волки…

Один из них догнал меня и прыгнул сбоку, чтобы повалить. Мне удалось заметить краем глаза его манёвр и, благодаря этому, вонзить нож в его грудь, перекидывая тушу через себя. Не задерживаясь, я побежал дальше и дальше от повозки, веря, что все волки устремятся за мной и Клара сможет сбежать.

Отбежав на приличное расстояние, я крикнул каким-то безумным ревом. Адреналин бил по крови, чувствовался каждый удар сердца. Была максимальная готовность к любым действиям. Я видел каждый силуэт, который свирепо смотрел в мою сторону, пытаясь изучить. Они пытались понять, чего я им буду стоить.

Глава 7

Волки в попытках узнать меня первое время нападали по одному, что было их ошибкой. Я с успехом смог пронзить всех, кто пытался ко мне подойти, но признаться – я сильно устал, хоть и убил их около пяти. А вокруг осталось ещё десять.

К моему удивлению, в глазах у волков стал появляться страх. Им стало страшно за свою жизнь или жалко своих товарищей, но их движения перестали быть кровожадными, точными. В голове промелькнула мысль: *"Я? Человек? Смог напугать таких могучих зверей? Чего же ещё я мог бы достигнуть, если бы смог сейчас выжить? Это станет результатом моих трудов или же дело случая и некоего врождённого таланта, направляющего по жизни каждое моё действие?"* Надеюсь, всё-таки, что Клара уже сбежала на приличное расстояние.

Проходит ещё время. Мои силы, как и адреналин, постепенно начинают улетучиваться, а волки всё больше боятся приближаться ко мне. Так наша с ними схватка закончилась моей победой – они сбежали. От усталости я упал в снег, окрашенный красным цветом. Казалось, что сейчас всё красного цвета – столько крови пролилось.

Солнце медленно поднялось и согрело промёрзшие кости, заставляя снова подняться и отправиться на поиски Клары. Я встал со снега и вокруг себя увидел семь трупов волков. Всё вокруг было в крови. Я был поражён собственной звериной натурой. *"Я убил… Убил, чтобы выжить. Не я – так меня бы убили. И это по-своему ужасно, но что сделано, то сделано. К сожалению, жизнь устроена так: появился с неизвестной целью – и либо ты, либо тебя."*

Я зашагал вперёд, в сторону разваленной телеги. По пути увидел лошадей – их горла были загрызены. Дойдя до повозки, я забрал еды и стал идти дальше по двум человеческим следам. Чем дальше я шёл, тем сильнее билось моё сердце от волнения. *"Страх, страх, страх…"* – окутывал моё сознание. *"А вдруг? А вдруг?"* Хотелось сойти с ума.

Через мгновение я увидел кровавый след, а рядом – остатки боя. Шлейф из алой крови вёл дальше и дальше, прямиком к дереву, которое стояло на опушке. Там лежало бездыханное тело ямщика, прямо на нём расположился волк, которого уже пожирали птицы. Очевидно, он накинулся на ямщика в порыве боя, но сам наткнулся на нож. Незавидная кончина: в поисках еды сам стал пищей для птиц.

Я подошёл – птицы разлетелись – и скинул волка с трупа. Снял изорванную перчатку и проверил пульс. Как и ожидалось, его не было. Постояв над телом ещё некоторое время, помянув доброе и хорошее о человеке, который лежал передо мной, я двинулся дальше – на поиски Клары.

Следы вели вниз, к оврагу, который находился на другой стороне опушки. Там я и увидел её…

Она была вся облеплена снегом, а вокруг виднелись кровавые пятна. Очевидно, её толкнули с горы, и она катилась… катилась всем телом прямо по склону в неизвестность, пока не оказалась на самом дне, откуда пути назад уже не было. В моих глазах эта картина застыла в мгновении.

Казалось, что она вот-вот снова встанет и подойдёт ко мне, чтобы обнять. Но нет – этого не происходило. Медленно я стал спускаться вниз. В душе теплилась слабая надежда, что хоть крупица жизни не покинула её тело.

Спуск был и вправду крутой и даже опасный из-за встречающихся на пути камней и деревьев. Должно быть, об одно из них Клара могла удариться… и потерять большую часть крови. Мои догадки подтвердились: на одном из камней виднелся чёткий, страшный след крови.

Подходя к телу, в моё сознание всё глубже проникали мысли о ней. Всплывали счастливые моменты с Кларой, самые близкие, те, в которых я был с ней вместе наперекор всякой судьбе. Я знал, что люблю её. Или любил? Я не мог думать о времени, видел только её тело, источающее последние литры крови.

И тут промелькнула мысль: *"Если идёт кровь – значит, ещё есть надежда! Она недавно ударилась, нужно поторопиться!"*

Я снял верхнюю одежду, разорвал рубаху на куски и стал прикладывать к её ранам. Одна, крупнейшая, была на ноге. *"Если это бедренная артерия – то уже ничего не спасёт."* Должно быть, она появилась после удара о камень, и именно от него Клара получила болевой шок, из-за чего сейчас лежит без сознания.

На её руках было множество царапин и рваных ран, а пальцы начали бледнеть – это значило, что началась первая стадия обморожения.

После перевязки ран и попытки остановить кровь я проверил пульс.

Она жива.

В ней течёт кровь.

Большего я не хотел слышать. Не хотел большего желать. Видимо, моё везение всю жизнь копилось именно ради этого момента.

Я взял её на руки и хотел отнести хотя бы к повозке, чтобы развести огонь и отогреть наши обледеневшие конечности.

Подниматься по склону с ней на руках было очень тяжело. Снег облепил мою одежду цельным покрывалом, делая каждый шаг в сотни раз труднее предыдущего.

Продвигаясь вверх, я думал о том, чем развести огонь и как лучше поступить дальше. Времени нельзя было терять – каждая минута была на счету.

В детстве я помогал бабушке-целительнице и немного разбирался в её медицине. Знал, что ехать до лекаря уже бесполезно – элементарно не хватит времени. Действовать нужно было здесь и сейчас.