Анна Федотова
Битва мага-пересмешника

Глава 1

Из-под ног сыпалась галька, пока мы спускались по краю обрыва к морю. Потрёпанный ветром парус белел над лодкой в паре метров от берега.

–Безродная! – Донёсся снизу женский крик, и я остановилась. Оллам чуть не сбил меня с ног.

–Ты что?

Я стояла, не дыша. Они не могут знать.

–Зато милая, —раздался ласковый мужской голос.

–Идём. Это мои родители. – Оллам потянул меня за руку, и я, набрав побольше воздуха в грудь, пошла за эльфом.

Здоровенный косматый мужчина держал на огромной ладони худую, тонколапую кошку. Она и вправду выглядела беспородной.

Напротив него, уперев кулаки в бока, стояла эльфийка в окружении плетёных корзин с крышками.

– Знакомься, Мирослава, мои родители, Бритта и Арти, – сказал юный эльф.

–Ах вот, с кем наш сын пропадает вместо того, чтобы нырять за жемчугом, —засмеялся Арти, выпуская из рук животное. – Интересные дела.

Кошка недоверчиво огляделась и прошмыгнула мимо нас с Олламом на тропинку.

–Отец, я и так ныряю за жемчугом каждый день, – надулся Оллам.

–Ты лучше скажи: вот, кто вбил нашему сыну в голову мысли об этом его Городе Мастеров, —эльфийка закинула в лодку одну корзину и исподлобья посмотрела на меня обоюдоострым взглядом, точно собиралась проткнуть.

Я зыркнула на Оллама. Почему он не сказал мне, что его родители враждебно восприняли стремление мальчишки к учёбе?

–Ваш сын талантлив, Бритта, и он мог бы выбрать в Городе занятие по душе, —парировала я.

–Ну что ты так сразу набрасываешься на девочку, Брит? – Поддержал эльф. —Ты ведь маг? – Обратился он ко мне.

–Да, немного разбираюсь в магии и могу вам помочь с парусом.

Мне уже приходилось практиковаться в починке лодок и надувании парусов, правда вот, в навигации я упражнялась только на суше, но в море для верности могла бы воспользоваться факелом поводырём. На этот случай в моём рюкзаке лежала ступка и необходимая смесь.

–Немного! – Воскликнул Оллам. – Да она боевой маг, и такое может! Вы бы видели.

Меня бросило в жар. Эти слова явно были лишними.

Отец Оллама хмыкнул.

– Боевая магия не пригодится, – сказал он. – Давай-ка, маг Мирослава, помоги для начала Бритте с корзинами.

Я подошла к матери Оллама, чтобы взять корзину, и как-то так вышло, что мы одновременно схватились за одну ручку. Брит будто током ударило. Она отскочила, тряся головой.

Я в недоумении посмотрела на свои руки. Вроде бы всё нормально, да я и не почувствовала ничего, кроме прикосновения к прохладной коже.

–Ты не эльфийка, ты не эльфийка, – затараторила женщина.

–Бритта, дорогая, ты чего?

–Мам? – взгляд Оллама заметался между мной и матерью. – Мирослава?

–Кто ты? Ответь! – женщину никак не отпускало, несмотря на то что Арти обнял её за плечи и успокаивающе поглаживал по рукам.

–Она очень чувствительна, – объяснил он, – и никогда не ошибается. Может, скажешь нам, что это значит?

Я уже не знала, кому отвечать. Холод объял меня, ветер трепал волосы и рубашку, а три пары глаз уставились в ожидании объяснений, будто я виновата в том, что родилась человеком.

–Прости, Оллам, я должна была сказать тебе, но я просто не подумала, что это может быть важно. Альвоя уже давно стала родной для меня.

–Кто ты? —заорала женщина, и я съёжилась, как зашуганный котёнок. Как та «безродная» кошка.

–Вы правы, Бритта, я не эльфийка. Я человек.

–Как? —воскликнул Оллам и подбежал ко мне, хватая за руки. – Как такое может быть? У людей нет магии!

Мальчишка тряс меня, как куклу. Во взгляде сквозило разочарованием, возмущением и страхом.

Дурацкая корзинка. Отняла у меня друга.

Это неправильно.

Неправильно то, что я чувствую стыд. Мне нечего стыдиться.

Я человек. Я человек, который победил дракона. Я человек, который победил Чиинану и дважды спас Альвою. Никто не вправе упрекать меня хоть в чём-нибудь.

Вот теперь я разозлилась и вырвалась.

–У меня есть магия, потому что я дочь победителя дракона. Во мне его кровь, —я вскинула подбородок, давая понять эльфам, что достойна этого звания, ношу его с гордостью, пусть они и не знают обо мне, но о моём отце наверняка слышали из легенд.

Семейство переглядывалось. Мужчины засомневались, но Бритта была непреклонна.

–Обойдёмся без магии, – сказала она. – И, Оллам, я запрещаю тебе впредь ходить к Драконьей скале.

Оллам хотел возразить, но эльфийка так глянула на него, что он проглотил всё невысказанное возмущение и чуть им не подавился. В глазах блеснули слёзы, он тут же отвернулся от меня, и поплёлся в лодку.

–Дочь победителя дракона, это же надо такое придумать, —бубнил себе под нос Арти, а я уже шлёпала вверх по склону. Придётся добираться сушей.

Хоть меня и очень манила эта мысль, я всё же не завела собственную лошадь, и при необходимости, пользовалась услугами местного «проката». Эльфы часто путешествовали на лошадях, но содержать их в Восставших Землях, особенно, в скалистых районах было делом очень хлопотным, поэтому в каждом селении, в каждом портовом городке предлагались лошади на время. В гриву такого животного вплетались зачарованные кольца, по которым можно было определить его принадлежность тому или иному хозяину. Так, лошадь, подвезя путника, отдохнув какое-то время, возвращалась домой с новым пассажиром.

Отправиться морем мне не удалось, поэтому я поехала верхом. До ближайшей крадущей арки было не так уж и далеко, и спокойным ходом я должна была быть на месте к полудню.

–Мне нужна лошадка до Прибрежного, – я положила на стол перед держателем лошадей серебряную монету.

Деньги у меня остались ещё из тех, что я носила в кармане, учась в цитадели, но немного я уже и заработала на мелкой магической помощи. К Драконьей скале, кроме Оллама, никто из местных не приближался, поэтому я выходила в рыбацкое селение, устраивалась на лавке в уголке рыночной площади и прямо там принимала заказы. Пара фокусов с наложением чар лёгкости и телекинезом и эльфы в очередь вставали, стоило мне появиться.

Арлен сунул монету в карман.

–Выбирай, Мирослава, советую вон ту серую кобылку, спокойно доставит тебя куда нужно.

–Спасибо, Арлен.

Держатель лошадей всегда платил мне за магию, хоть я и пыталась отказываться, предпочитая бартер, но у этого эльфа был слишком методичный подход ко всему, что так или иначе касалось денег и услуг. Так что я брала с него деньги за починку подков и сёдел, зачарование гребней, а он с меня – за пользование лошадками.

Мышка, так звали кобылу, ровно и привычно бежала по каменистой дороге вдоль берега. Птухайл припекал, загоняя синие тени вглубь континента. Никто не попадался мне навстречу, попутчиков тоже не нашлось, и я погрузилась в свои мысли, не заметив, как добралась до Прибрежного, а там прямиком в арку.

Арка скрадывала километры от селения Прибрежного до Светлой Стороны. Дальше приходилось обогнуть Долину Теней, и вот здесь я, как обычно задержалась, свернула в небольшой, но плотный лесок за цветами, нарвала букет жёлтых лилий и направилась в долину.

У эльфов не было традиции навещать умерших на кладбище или носить цветы к месту гибели близких, со смертью у них вообще складывались особые отношения, как с редким гостем, как с чем-то уникальным, но в то же время естественным. Я не знала, где похоронили Киандру. И похоронили ли её вообще. Как-то не было случая поинтересоваться такими подробностями эльфийского уклада, но то место в долине, где она закрыла меня от клинка Яры, я помнила с точностью до миллиметра. Там ничего не изменилось. Всё та же тень скрывала окольцованную скалистыми холмами равнину. Положив цветы, я села на колени.

–Мне тебя не хватает, подруга. Но я расскажу. Я обязательно расскажу Дариену всё, даже если он сочтёт меня за какую-то сумасшедшую. Он должен знать. Он должен быть благодарен тебе. Я пойду на битву магов, чтобы увидеть его, и я найду способ с ним поговорить.

Киандра не ответила. Теперь она была совсем немногословна. Не то, что при жизни.

Я поднялась и развернулась обратно в селение, чтобы через арку пройти в Скалистый. А там и до Зеелонда рукой подать. Но меня остановили голоса, которые показались знакомыми. Мою спину припекло. Родинка в районе седьмого шейного позвонка, ключ к рунам драконов, предупреждала меня об опасности куда надёжнее, чем предупреждают о перемене погоды синоптики. Я оглянулась.

–Пожалуйста, отпустите нас, мы ничего не сделали! – кричала Бритта, пока её, Оллама и Арти тащили за руки шестеро парней в белых одеждах. Ещё двое шли сзади, с обнажёнными мечами, и один – впереди. Он заговорил, и его голос я узнала тоже.

–Ни ты, ни мальчишка нас не интересуете, можем отпустить, но он, —парень указал мечом на Арти, – пойдёт с нами.

–За что? —спросила женщина, а Арти при этом шёл совершенно спокойно и молчал, ну прям как цирковой медведь на поводке.

–За то, что топчет земли Альвои. Восставший должен умереть! – Парень поднял меч.

–Остановитесь! —крикнула я подбегая.

–Ну, или он будет отдан в рабство, – опустил меч Верный. Я вспомнила его лицо. Он возглавлял тех, кто напал на нас возле Мерцающих врат, замаскированных под крадущую арку из Города Мастеров. —Иди с миром, прекрасное дитя, – сказал он, – я сегодня добрый, но не к восставшим.

Парни в белом засмеялись.

–Уходи, это Верные! – зарычал Оллам, пытаясь вырваться, и тут же к его шее было приставлено остриё клинка.

–Я знаю, кто они, – успокоила я мальчишку. Хоть я и по-настоящему не практиковалась в боевой магии с момента того самого боя у берегов Восставших Земель, но я ощущала силу и спокойствие, будто зная, что справлюсь с девятью Верными. Я принесла жертву, и сейчас в Альвое не было никого сильнее меня. Правда и неопытнее среди боевых магов тоже не было. – Зачем вы это делаете? —обратилась я к предводителю Верных. – Восставший прогнал фоморов и спас Альвою от гнева владыки моря.

–Спас? —переспросил главный. – Восставшие Земли должны были быть стёрты с лица Альвои, как грязь. Тысячи тысяч раз Птухайл восходил над тремя эльфийскими землями, пока четвёртая не поднялась из мрачных глубин, принеся холод и раздор в Альвою. Королева Чиинана хотела восстановить справедливость.

–Чиинана мертва, – сказала я, медленно обводя взглядом каждого из Верных, замечая клинки, цепи, верёвки и луки в их руках, за поясами и за плечами.

–Но мы продолжим её дело, – ответил Верный, – очистим Альвою от грязи.

Семейство Оллама во все глаза смотрело на меня, даже Бритта перестала рыдать.

–Правитель Зеелонда вам не позволит.

Верный засмеялся. Остальные подхватили.

–Правитель Зеелонда сходит с ума, но ничего, осталось недолго, —он потёр плоскость своего меча рукавом. – В Битве магов победит маг Совета, и он возьмёт Восставшего под контроль. Справедливость так или иначе восторжествует! – Главный воскликнул, поднимая меч к небу и подставляя его сверкающую плоскость белым лучам Птухайла.

Ну надо же, сколько информации в одной фразе. Что он имел ввиду под «сходит с ума»?

– Значит, вам не позволю я, – сказала я тихо, потерев ладони друг об друга и разводя их в стороны.

Спину жгло, а внутри уже бушевало и рвалось наружу пламя.

Поцелуй Орилина. Думала ли я, что вот так вот вспомню его месяцы спустя и порадуюсь ему. Вспомню с наслаждением. Не потому, что он мне понравился, а потому что Орилин – маг-оружейник. А чем ближе был контакт с магом, тем прочнее его способности срослись с магом-пересмешником.

При этой мысли улыбка сама нарисовалась на моём лице, и, кажется, она была весьма красноречива, потому что взгляды и мышцы всех присутствующих вдруг напряглись.

Силой, переданной мне Орилином, властью, данной магу-оружейнику богом – кузнецом Гоибниу, я заставила каждый клинок, каждый лук повиноваться мне. Я подняла согнутую в локте руку и медленно сгибала пальцы, сжимая их в кулак, а оружие Верных вторило мне, противясь атаке. Кто-то метнул в меня нож. Плохая идея. Брит вскрикнула.

«Дубовая стена» —прекрасное изобретение друидов. Нож отскочил от невидимой преграды, сделал в воздухе сальто и воткнулся в землю по самую рукоятку.

–Взять её, —спокойно приказал главный из Верных. Но было поздно.

Земля уже получила заряд магии от воткнувшегося в неё ножа. Стоило лишь поманить её пальцем, и от меня до Верных, и семьи Оллама побежала трещина, а когда парни ринулись ко мне, земля вздыбилась, отбрасывая их и сбивая с ног. Такое мини – землетрясение. Спасибо, Адейр, ты лучший друид, которого я знала.

Воспользовавшись тряской и замешательством Верных, Арти сумел вырваться, подобрать чей-то меч и тут же схватился с двумя Верными. Оллам тоже освободился, и я, жестом подняв с земли выроненный клинок, отправила его прямо в руки мальчишке. Он неплохо владел оружием, я знала это. Но теперь четверо эльфов направились ко мне, бросив пленников.

Пламя преградило им путь, они отпрянули, когда огонь вырос стеной прямо у них перед носом. Над моей головой просвистела тяжелая цепь, я еле успела увернуться. «Дубовая стена» пропала. Похоже, среди Верных был маг, а я-то думала, что Чиинана не подпускала магов близко.

Я отскочила от режущего удара и вытащила из ножен Танго. Несмотря на магию, с мечом я не расставалась, и, честно говоря, надеялась, что Дариен вспомнит его, когда увидит, и может, за этим последует что-нибудь ещё. Обычно на этой мысли я заставляла себя прекратить мечтать и рисовать в воображении картинки про то, как он вспоминает меня и бежит навстречу, хватает на руки и кружит по холлу с водопадом в углу.

Удар мечом, огонь, стена огня, землетрясение, «дубовая стена». Я не давала магу Верных перейти в атаку, заставляя его постоянно снимать преграды. Мне нужно было выиграть время. Ещё пара клинков воткнулась в землю, повинуясь моему приказу, но вот чья-то подсечка сбила меня с ног.

Я лежу на спине. Сердце выпрыгивает из груди. В шею вжалось остриё меча. Руки прижаты к земле. Оллам что-то кричит. Главный Верный стоит надо мной и с усмешкой смотрит сверху вниз.

–Сдавайся, эльфийка, по крови ты не принадлежишь к восставшим, мы передадим тебя в руки Совета двенадцати эльфов. Риверен, цепь! – приказал он и эльф с высоким хвостом из волос подал главному толстую цепь. —Она зачарована против магии, чтобы ты не навредила нам по дороге. Ты поняла, эльфийка? Поднимите её.

Я пыталась выровнять дыхание, нужна была ясная голова и твёрдое сердце.

Меня поставили на ноги, но не освободили руки. Цепь потянулась ко мне своими холодными кольцами.

– Вот так, ты умница, эльфийка. – Сказал Верный. – Назовёшь мне своё имя?

–Мирослава, —ответила я, —и это слово придало мне спокойствия, потому что я вспомнила, кто здесь впервые назвал меня полным именем, кто сказал, что только так меня теперь будут называть, и поняла, чья сила сейчас мне очень не помешает. – И я не эльфийка. Я человек! —сказала я громко, так чтобы впечатать в их память это слово, которое придало мне сил.

Дариен.

Я вспомнила его в тот момент, когда в нём взяло верх чудовище, когда он пожирал меня взглядом и грозил сделать из меня марионетку. Я хранила этот образ в памяти нежнее, чем все другие. Я знала – это образ —сила, образ —спасение, образ – победа.

Я растопырила пальцы, чтобы облегчить выход энергии, хотя достаточно было лишь взглянуть на Верных.

Они ничего не успели понять, когда попадали один за другим, лишённые силы не только драться и держать оружие, но и стоять на ногах. Страшная магия фоморов.

–Уходите! —крикнула я, когда последний Верный упал на колени и рухнул лицом в землю.

Арти обнял жену и повлёк назад вдоль берега в селение, а Оллам ринулся ко мне.

–Мирослава, прости, прости меня, пожалуйста, – говорил он, а у самого блестели глаза и дрожали от волнения губы.

–Оллам! —раздался крик Бритты. – Это ничего не меняет. Тебе запрещено с ней общаться.

Оллам остановился и оглянулся на мать, потом на меня.

–Всё в порядке, Оллам, иди, пока к ним не вернулись силы, – сказала я, изобразив на лице улыбку, чтобы поддержать парнишку, и быстрым шагом пошла в противоположную сторону. В Скалистый. А там и до Зеелонда рукой подать.

Глава 2

Я шла от арки вдоль берега до самого поворота к замку Зеелонда, привычно ощущая запах соли и рыбы. Город – скала распахнул свои каменные объятия, впуская меня вместе с группой эльфов, тащивших ящики с морепродуктами. В некоторых ящиках что-то приятно звенело, и я подумала, что, наверняка, там был жемчуг.

Дариен когда-то тоже нырял за жемчугом. Мало того, он был лучшим ловцом, потому что долго мог находиться под водой. Тогда никто, кроме его отца, правителя Восставших Земель, не догадывался, откуда у юного эльфа такие способности.

Погрузившись в воспоминания, я не заметила, как очутилась на улице, ведущей к воротам замка, и тут я увидела его.

Дариен ехал на лошади мне навстречу. Я будто нырнула в холодную воду, и ничуть не ошиблась в этом ощущении, потому что, когда он взглянул на меня, всё моё тело обожгло холодом. Он никогда не смотрел на меня так безразлично, точно я всего лишь не то чтобы матрос или ловец жемчуга, точно я всего лишь ящик с морепродуктами. Ни одна искорка не мелькнула в его всегда живых, хоть и тёмных, как морские глубины, глазах.

Рядом с ним ехал Веир, а чуть поодаль – Баарион, напряжённый, сосредоточенный.

–Темноликий закрыл крадущую арку в Землю Предков, – услышала я слова Веира и остановилась, делая вид, что смотрю по сторонам.

–Трус, —ответил Дариен. – Всегда знал, что он трус.

Меня как из ведра окатили.

«Неправда!» —едва не выкрикнула я, и даже сделала шаг, чтобы броситься Дариену наперерез, но вовремя опомнилась и лишь сжала кулаки, но мой порыв не ускользнул от цепкого взгляда правителя Зеелонда.

–Баарион, —окликнул он, не оборачиваясь, и кивнул в мою сторону.

Я сглотнула. Подумать только, он счёл меня нарушителем спокойствия, или расценил мои действия как попытку покушения на правителя?

Баарион остановился в двух шагах от меня. Я пыталась делать вид, что стою и глазею на них из любопытства, а у самой всё внутри тряслось от возмущения.

–Какое у тебя здесь дело, эльфийка? – спросил Чёлка, как всегда, с каменным лицом.

–Хочу подать заявку на участие в Битве магов, – сказала я правду.

Баарион улыбнулся. Да неужели?

–И какая же у тебя ступень?

Я поводила глазами, вспоминая, на какой ступени можно получить разрешение на боевую магию, и на этот раз соврала:

–Сдала на четвёртую.

Эльф хмыкнул и наклонился ко мне.

–Вон там, на площади, – показал он жестом налево от меня в узкий проулок между низенькими домами, – подать заявку можно в магической лавке.

Я кивнула.

–Благодарю.

–Смотри, какой красавчик, а волосы-то! Наверное, из Земли Предков, – раздался за моей спиной девчачий голос, и я обернулась.

–Ты что? Это же Баарион, глава личной охраны Восставшего.

Две темноволосые эльфийки явно хотели быть услышанными, раз уж даже до меня долетел их диалог. Что уж говорить об остром эльфийском слухе.

Уголок тонких губ Баариона на мгновение метнулся в сторону, но эльф сразу вернул каменное выражение лица, выпрямился в седле и поехал следом за правителем.

Я отдышалась, стараясь подавить волнение, но мысль о том, как Дариен отозвался о моём брате, не отпускала меня ни на секунду.

Что происходит с этим миром? Что происходит с Дариеном? Я ничего не знала об этом. Проведя несколько месяцев почти в полном уединении, я совсем выпала из происходящего в мире, в котором жила.

Магическую лавку найти оказалось совсем не сложно. Я заметила её ещё из дали. Маленький аккуратный домик, сложенный из больших ровных камней отличался от других на площади стеклянной трубой, из которой шёл сиреневый дымок. Стеклянные ставни, оформленные яркими витражами, обрамляли проём окошка в форме арки. В проёме я увидела стройную смуглую эльфийку в обтягивающем платье. Её волосы сильно вились, отчего голова походила на чёрный пушистый одуванчик.

Я окинула интерьер лавки взглядом, быстро пробежалась по стоящим на полке за спиной девушки книгам. Одна из них привлекла моё внимание – «Магический щит», —гласила надпись на корешке. – «Все виды заклинаний».

Эльфийка проследила за моим взглядом и положила книгу передо мной. На кожаной обложке было выбито изображение кузнеца Гоибниу, главного божества всех магов-оружейников.

–Бери, не пожалеешь, – сказала хозяйка лавки.

Я никогда не пользовалась щитами. В те немногие разы, когда мне приходилось драться, я применяла магию отражения, благодаря способностям Севаны, но разбираться в щитах мне бы не помешало.

–Три серебряных.

–Благодарю, – сказала я, выкладывая деньги на стол. – Ещё я хотела бы подать заявку на участие в Битве магов.

Эльфийка вскинула брови.

–Сколько рождений Птухайла ты застала?

На мои щёки совсем не к месту пополз румянец.

–Достаточно, чтобы участвовать в битве, – ответила я.

Та сузила свои большие как пятаки карие глаза.

–Тогда ты можешь подать заявку.

–Где расписаться? – спросила я, не зная, как это делается.

Хозяйка лавки засмеялась.

–Не нужно расписываться. Вот кувшин, в нём зачарованная вода. Она считает твоё разрешение. И заявка будет подана.

–Разрешение?

–На использование боевой магии.

У меня внутри всё упало. Просто рухнуло с Драконьей скалы.

–Оно обязательно?

–Ну, разумеется, – улыбнулась эльфийка. – Это же битва. Ты понимаешь, что означает «битва»?

–Состязание?

–Битва, значит, драка, бой, противостояние, – произнесла эльфийка сквозь зубы, и глядя на меня так, будто собралась порезать меня этими словами на мелкие кусочки.

–А… ясно, – выдохнула я. —И где можно по-быстрому получить разрешение?

–В цитадели магии, конечно.

–О нет. Это же в Земле Предков. А Дари… – я запнулась, чуть не сказав «Дариен», – да, я только что слышала, как правитель Зеелонда сказал, что крадущую арку в Землю Предков Темноликий закрыл. Значит, добираться до цитадели придётся дней десять?

–Ты так хочешь участвовать в Битве?

–Я должна участвовать в Битве.

Эльфийка наклонилась ко мне и заговорщически сказала:

–Есть один способ.

–Какой?

–Я закрою лавку в сумерках, приходи и узнаешь.

Я оглянулась по сторонам. Этот тон мне не нравился. Ой, как не нравился.

–Наверное, я лучше пойду, найду корабль.

–Конечно, милая, только испытания не принимают одним днём, плюс обратная дорога. Рискуешь не успеть, – она подняла глаза к потолку. —Заявки принимаются только до тех пор, пока из стеклянной трубы идёт дым.

Теперь я подняла глаза на стеклянную трубу. Дымок тянулся высоко в небо, клубясь у основания и превращаясь в тонкую полупрозрачную струйку в конце.

–Я приду, —сказала я, забрала книгу и направилась в сторону местной кафешки, чтобы скоротать время и послушать сплетни.

Взяв мятный чай с выпечкой, я села в углу у окна и открыла книгу. Начало посвящалось истории магии щита, и тянулась она из города Финдиаса, где было изготовлено копьё Луга Длинная Рука, пробивающее любую броню. Справедливости ради, бог – кузнец Гоибниу решил выковать щит, который не сможет пробить копьё Луга. Он выковал его и обратился к магам за наложением чар. Те стали изобретать различные заклинания и добились нужного результата. С тех пор за магическими щитами закрепился принцип справедливости – щит работает только против равносильного ему оружия.

Когда за окном порозовело, я вернулась к магической лавке. Эльфийка улыбнулась. Закрыла ставни. Вышла и взяв меня за локоть, быстро повела в переулок, ведущий с площади вглубь Зеелонда с его многочисленными подъёмами и спусками, стенами, перилами, решётками и оградами.

–Куда мы идём? —не выдержала я, наконец, молчаливого шествия с подпрыгиваниями, потому что за эльфийкой я еле успевала.

–Ты хочешь успеть на Битву? – снова спросила она.

–Хочу, но мне надо понимать, что для этого требуется от меня.

–А тебе не всё равно?

Она остановилась и сжала мои плечи, всматриваясь в глаза.

–Насколько это важно для тебя? Кстати, я Фелида.

–Мирослава.

–Ну, Мирослава, насколько для тебя важно участвовать в Битве?

Я вздохнула, по спине пробежался жар. В глазах эльфийки я чётко прочла, что то, что мне предложат, будет опасно и незаконно.

–Жизненно важно, Фелида.

–Прекрасно, —она дотронулась прохладными пальцами, пахнущими воском, до моего подбородка. – Тогда не задавай больше вопросов. Я сделаю так, что ты сегодня же будешь в Земле Предков, а остальное не имеет значения.

Эльфийка подмигнула, отчего я напряглась ещё больше, но выбирать не приходилось. Либо я иду на этот риск, либо я жду следующей Битвы магов целый год, и ещё неизвестно, не станет ли эта Битва последней. Что-то витало на улицах города, чувствовалось в пристальных взглядах тёмных глаз восставших, в серости лица Дариена, в его отношении к Аадриону. От воспоминания стало больно, но я заставила себя смотреть вперёд. Сейчас или никогда. Никаких потом. Никакого следующего года.

Мы шли, петляя узкими переулками, всё чаще стала попадаться растительность, всё реже – угловатые, зубчатые каменные домики, напоминающие ощетинившихся животных. Не из-за них ли Восставшие Земли многие эльфы считали недружелюбными? Ещё бы так не считать, когда почти каждый дом Зеелонда встречает тебя, выпустив когти. Пики ограждений вокруг домов, острые завитки узорчатых решёток на окнах, стрелы высоких конусообразных, а чаще даже пирамидальных крыш – всё это создавало впечатление враждебности.

Но вот пейзаж сменился. Кустики стали отбирать у города всё больше и больше пространства, сначала изредка втискиваясь между домами, потом простираясь вдоль улицы на несколько метров, а после, смешавшись с деревьями, заполонили всё пространство по обе стороны дороги. Та тоже превратилась из покрытой брусчаткой в песчаную, и вскоре оборвалась, врезавшись в угрюмый, а именно таким он казался в вечернем свете, лес.

–Нам туда, —Фелида показала рукой чуть вправо, где сквозь деревья просматривался небольшой замок в два этажа.

С каждым шагом, приближающим меня к замку, меня всё сильнее охватывала тревога. Окна смотрелись в сумраке чёрными дырами, пустыми глазницами, в общем всем, что могло отталкивать, а не привлекать путника.

Эльфийка постучала в дверь. Раздался скрип засова, и нам открыл высокий эльф, степень худобы которого я охарактеризовала бы так: сушёный гриб. Хотя глаза на светлом лице сияли холодным синим пламенем. Он смотрел на меня в недоумении.

Фелида подтолкнула меня в спину.

–Я нашла мага. Как и обещала, Перт.

Эльф округлил глаза, и даже сморщенное лицо немного разгладилось за счет этого. Непонятно, что его так удивило, мой рост или, может быть, моё лицо.

–Маг?

Я закатила глаза и прошла в дом, не дожидаясь более приглашений.

–Да, маг, —ответила, с вызовом посмотрев на Перта.

Тот только молча указал на ведущую вниз лестницу. Фелида хихикнула. И мы вместе спустились.

Зал для ритуалов походил на все прочие залы для ритуалов. Которые мне уже доводилось видеть. Мрак, простор, камень, символы на полу.

Эльфийка швырнула мне в руки чёрный балахон, скрывающий руки до самых кончиков пальцев, тело – до пола, и прячущий под капюшоном волосы. Тёмная магия почти всегда свершалась в подобных одеяниях, и это не дань моде. Черный цвет поглощает энергию так же, как поглощает свет, поэтому маги и одеваются в чёрное, даже лица стараются скрыть, чтобы случайно не отразить ни малейшей частицы магии, ни крошечного сгустка энергии. Чёрный цвет поглощает всё лишнее, витающее в воздухе во время ритуала.

Я нацепила балахон и огляделась. Трое магов, среди которых были Фелида и Перт, встали по углам. Четвёртый угол заняла я. Тело под балахоном мелко дрожало. Мы собирались открыть Мерцающие врата. И да, это незаконно без санкции правителя. И да, это тяжело. И да, я никогда не делала этого раньше.

«Спокойно», – сказала я себе, сделала ровный вздох и подняла с пола маленькую книгу заклинаний. У всех были точно такие же в руках. Я пролистала до нужной страницы. Всё должно было получиться.

Перт начал читать, к нему присоединился другой невысокий маг, из-за капюшона которого не видно было лица, потом – Фелида. И, наконец, в дело вступила я.

Стоило мне присоединиться со своим слабым сиплым от напряжения голосом, как в воздухе замерцало. Эльфийка издала тревожный вздох. Перт на секунду оторвался от книги и посмотрел на меня. Третий маг шумно выдохнул. Я всё это заметила, но не подала виду, продолжая читать, высветившие на странице символы.

– Как сила воды пробивает путь через почву, через камень, через рукотворную преграду. Так сила сознания пробивает путь стоящим в магическом круге через всё, что природно, через всё, что рукотворно из Восставших Земель в… —здесь я замолчала, не зная, какую цель наметили маги, не посвятившие меня в подробности своего мероприятия.

–В Землю Предков, – произнёс Перт.

– Сила воды в крови. Сила воздуха в душе. Сила земли в теле. Сила тонких тел в сознании. Как сила притяжения крепит нас к Альвое, так сила сознания притягивает стоящих в магическом круге к Земле Предков. Силою отца Дагды, силою матери Дану, —на этих словах сиреневатое мерцание очертило в воздухе арку, —Мерцающие врата открыты. Скрепим их печатью».

Мы вставили ладони вперёд. Лучи тонких – тел метнулись к центру начерченного на полу круга, смешались в клубок и разлились по полу лёгким свечением. Маги покосились на меня, потому что мой свет, конечно, отличался от их света. Но эту загадку, они пусть пытаются разгадать сами. Первым в арку шагнул Перт, за ним Фелида, потом я.

Глава 3

Глава третья

Темнота окутала лишь на миг. И вот зелёный фон смешался перед глазами с фигурами в белом.

Верные?

Я оторопела, застряв в самом проходе, так что идущему за мной магу пришлось меня подтолкнуть.

–Это Верные! – воскликнула я, увидев, что маги, как ни в чём не бывало освобождают путь к порталу ненормальным фанатикам. – Перт, нужно закрыть портал. Скорее!

Все посмотрели на меня, как на возникшее невесть откуда чудо.

Фелида захохотала.

–Где ты её нашла? – спросил у эльфийки Перт.

–Оставь её, она сильный маг, если ты не заметил, – всё ещё смеясь, ответила Фелида. —Пусть идёт в свою цитадель за разрешением.

Но я топталась у самых врат, будто мои полтора метра роста могли от кого-то их закрыть.

–Верные не пройдут в Зеелонд! – сказала я, давая понять, что буду держать оборону до последнего.

–Перт, освободи портал, – сказал один из Верных, невысокий, но плотный в отличие от Перта. Кожа на его румяном лице натянулась и лоснилась в свете заходящего Птухайла.

–Я исполнил свое обещание, Воган, – лениво ответил Перт, —открыл врата. С девчонкой разбирайся сам.

Он мотнул головой, призывая следовать за ним Фелиду и другого мага.

Мечи Верных засвистели, вылетая из ножен, и я шагнула им навстречу, чтобы защитить врата.

–Дубовая стена, – прошипела я, концентрируясь на куполе, которым я мысленно накрывала арку.

Через мгновение в мою грудь смотрели четыре острия.

–Открывай, —приказал Воган.

–Убьём её? —спросил другой Верный, злобно улыбаясь.

–Она не из восставших, – забеспокоился третий.

–Зачем убивать? Хороший маг никому не помешает, – ответил Воган. —Возьмём её с собой.

Тот с оскалом резким движением откуда-то выхватил верёвку.

Я про себя усмехнулась. Отлично. Зачарованной против магии цепи у них нет.

–Подожди, сначала малышка откроет врата, – медленно проговорил Воган, коснувшись остриём клинка моей груди. – Шевелись.

Его глаза на миг расширились, угрожающе сверкнув. Интересно, что он думал о маленьком скромном маге, спокойно стоявшем под прицелом мечей? Может, он думал, я растерялась от страха? Может, думал, я сдалась и смиренно жду своей участи? Во всяком случае на его самоуверенной физиономии не видно было ни крошки понимания, что маленький маг всё это время делал своё дело, призывая бога-кузнеца Гоибниу на погибель оружию Верных.

Я смотрела Вогану в глаза, когда сжимала остриё клинка в ладони и медленно сгибала его, превращая в аккуратную петлю. Из такого меча теперь можно было пускать мыльные пузыри. Три остальных меча под возгласы Верных свернулись сами собой.

Не устану благодарить Орилина. И не только его.

–А! —с криком бросился на меня тот эльф со злобным оскалом, я не заметила в темноте его кинжал, который с хрустом вошёл в моё плечо.

Я застонала и стала падать под натиском Верного, и в этот момент услышала стук копыт, свист вылетающего из ножен оружия и знакомый голос, хотя сразу и не могла понять, чей.

–Верные! Вам здесь не место!

Меня хватали за руки, тут же пытаясь поднять.

Кричали, что я должна открыть врата, но глаза Чиинаны, вспыхнувшие в воображении, уже разожгли в моей груди холодный огонь, а боль лишь усилила эффект.

Четыре молнии распороли фиолетовое пространство.

Четыре вскрика породили четыре эха, взлетевших над деревьями.

–Ты как? —услышала я будто издалека.

Гиилюс?

Золотые кудри, нависшие надо мной, подтвердили догадку. Это был Гиилюс. Мне хотелось улыбнуться и обнять его. Но кто я для него? Никто. Эльф коротко свистнул, послышался топот, шелест листвы, и на поляну выехали ещё двое воинов Земли Предков.

–Она открыла врата, – просипел очнувшийся Воган, – мы не виноваты.

–Верным здесь не место, – отчеканил Гиилюс, подхватывая меня на руки. —Вы будете доставлены к Темноликому, а потом – в Последнюю Землю. —Разберитесь с ними, – приказал он своим сослуживцам, а я отвезу девушку к Дренерису.

–Я должна закрыть врата, – прошептала я, когда эльф усадил меня на лошадь.

–Держись. Я скажу Кону. Он верховный маг и знает, что делать. Как тебя зовут?

–А тебя? —ответила я вопросом на вопрос.

–Гиилюс.

–Мне очень надо в цитадель, Гиилюс.

–Понимаю. Но сначала лекарь, а потом… – он замолчал, —потом будет видно.

Хоть я и находилась на грани потери сознания, к сожалению, не отключилась, и каждый подскок лошади отдавал в плечо и в голову. Похоже, я ударилась о камень, когда этот Верный бросился на меня с ножом. К счастью, ехали мы не долго. Даже удивительно, как близко к замку правителя Перт рискнул открывать портал. Или же я всё-таки отключилась. А, может, мы проскочили в крадущую арку.

–Опасности нет, – констатировал Дренерис, сжимая иглу в могучих пальцах и накладывая шов, – но на голове будет шишка, и может мутить какое-то время. Лучше отлежаться несколько дней.

–Что? Дней? —я замотала головой, – мне нужно в цитадель. У меня нет этих дней. Я в порядке, спасибо за помощь, думаю, что могу идти.

Дренерис развёл руками.

–Прости. Но Гиилюс сказал, что ты не должна покидать эту комнату до разговора с Темноликим.

Я не подала виду, что эта новость возмутила и огорчила меня. В какой-то степени я совершила преступление против безопасности эльфийской земли, и чего же я, собственно, хотела? Кивнув, я прикрыла глаза в надежде усыпить бдительность лекаря.

Не то, чтобы я себя прекрасно чувствовала, и, конечно, мне хотелось увидеть брата, правда я не знала, смогу ли говорить с ним без слёз, смогу ли смотреть в его синие глаза не как сестра, а как незнакомка, или ещё хуже, как преступница. Да и что уж там, я боялась встречи с ним, потому что те слова Дариена не шли у меня из головы. Я боялась, что Аадрион поступит со мной за нелегальное открытие врат по всей строгости. Вот, чего я боялась, и от этого было больно, а не от ножевого ранения. К счастью, зелья в Альвое могли дать фору нашим антибиотикам и анестетикам.

Притворяться не пришлось, я и правда уснула на какое-то время, потому что, открыв глаза, обнаружила, что Дренериса нет. Моя окровавленная одежда валялась на кресле, хорошо, что ее не успели отдать в стирку, а то бы мне пришлось сбегать из замка своего брата в нижнем хлопковом топе. Ох, ну и вляпаюсь же я каждый раз!

Правая рука онемела, и мне с трудом удалось кое-как натянуть на нее рукав рубашки, с курткой я не стала возиться. Меч лежал рядом. Мне показалось, Гиилюс как-то странно посмотрел на него, когда уложил меня на лавку и передал в руки лекаря. Возможно, где-то в закромах памяти некоторые детали, связанные со мной, сохранились у тех, кто меня знал.

Прицепив Танго к поясу, я выглянула в коридор. Он пустовал под гнётом пугающей тишины. Я прикинула, что доступнее всего для меня сейчас дверь, ведущая из кухни во двор, и, стараясь ступать бесшумно, направилась туда, откуда всё ещё расплывались ароматы жареной рыбы, трав и продуктов брожения. И тут, дойдя до поворота, я услышала голос.

–Четыре тру-у-па возле та-а-нка собой украсили пейзаж, —донеслось до меня и с эхом полетело по коридору дальше. Папа?!

Я завернула за угол и встретилась с ним.

Папа шёл такой походкой, будто пробирался в проходе автобуса, мчащегося по нашей родной российской дороге. Его шатало от стены до стены, а глаза при этом были закрыты. Я протянула руки и попыталась его остановить.

Папа затряс головой, собираясь возразить, но открыл глаза и уставился на меня, как на призрака.

–Ты… —он вздохнул, а я с трудом сдерживала слёзы. Больно было видеть его таким, а ещё больнее осознавать, что он пытается вспомнить, кто стоит перед ним, но не может, и лишь где-то на краю сознания маячит некая догадка. —Ты… кто?

–Мирослава, —ответила я честно.

Папа кивнул с ярко выраженным пониманием во взгляде.

– Собственный сын не верит мне, только представь это.

–Не верит в чём?

Папа сморщился, видимо, ему дико неприятно было говорить об этом.

–В том, что я не единственный человек в Альвое, – он поднял указательный палец. – Я точно знаю, есть кто-то ещё. Есть! Я чувствую. Папа ударил себя кулаком в грудь, а я проглотила очередную порцию слёз. – Он не позволяет мне его искать. Говорит: «Не выдумывай, здесь больше никого нет, ты человек – легенда и должен это принять и не позорить свою расу и имя! —папа снова поднял вверх палец. – Я позорю расу… ты слышала? И это мой сын! Сын!

На этих словах папа зарычал, а я попыталась сориентировать его в сторону кухни. Меня могли обнаружить в любой момент, и торчать здесь было плохой идеей.

–Ты прав, —сказала я, и папа посмотрел на меня внезапно просветлённым взглядом. —Ты прав насчёт человека. В Альвое живёт ещё один человек, помимо тебя.

–Да? Где?

–Я скажу тебе чуть позже, только помоги мне выбраться. Задержи Гиилюса, чтобы он меня не догнал.

–Гиилюс гонится за тобой?

–Да, понимаешь, я поступила немного плохо, но я всё исправлю, только мне надо срочно попасть в цитадель. А потом я вернусь и всё тебе расскажу. Я познакомлю тебя с этим человеком, обещаю!

–Базара нет, —сказал папа, —где этот Гиилюс? Сейчас я с ним разберусь.

Разберись, папа. Люблю тебя.

Мы как раз добрели до кухни, когда до моего слуха долетели отдалённые голоса, и я юркнула в дверь, миновала небольшое, чисто убранное помещение, ещё хранившее тепло и запахи дневной готовки, и открыв засов, выскочила во двор, оставив папу греметь посудой. Сжав зубы, крепко зажмурившись на секунду, я подавила в себе боль и жалость. Всё потом. Сейчас у меня единственная возможность сбежать и добраться до цитадели. Я любой ценой получу разрешение и буду участвовать в Битве, чтобы заново познакомиться с Дариеном. Потом я всё решу.

Я бегом пересекла сад и покинула территорию замка через калитку, и только в лесу остановилась, чтобы сделать факел-поводырь.

Шарик вёл меня по самой кромке леса, я еле успевала за ним и уже пожалела, что не раздобыла лошадь, но, по крайней мере, не слышала погони. Значит, папа постарался запутать мои следы. Во всяком случае я бежала в полном одиночестве. Справа чернела гуща леса, слева между деревьями мелькали домики, но вдруг факел метнулся в лес, заводя меня в самую темень, куда почти не проникал звёздный голубоватый свет. Я на всякий случай ещё раз чётко сформулировала своё желание попасть в цитадель магии. Кто же его знает, могло так оказаться, что факел-поводырь счёл в моих мыслях какое-то другое стремление и изменил цель. Ну да, я немного подумала о папе, но возвращаться в замок брата не собиралась.

Меня бросило в жар, когда поводырь исчез, оставив меня в темноте, от которой и без того мурашки шли по коже. Я замерла, прислушалась. Полная тишь, только ветер чуть шелестел в листве над головой. Зато запахи стали ярче. Приторно-сладкий аромат лиловых цветов смешался с тонким благоуханием трав, которые доходили мне до подбородка и заставляли то и дело вздрагивать от касаний. Мне казалось, что по мне кто-то ползёт, а я ужасно это дело не люблю.

Оставшись без факела, я выпустила из ладоней немного огня. Ну конечно! Вот, что же я стояла и тупила уже с полминуты, когда передо мной была крадущая арка. Нежное мерцание я заметила только в свете пламени. Сжав кулаки, чтобы убрать огонь, я шагнула в арку, на миг погрузилась в темноту и вышла с другой стороны на чуть подсвеченное сиянием звёзд пространство леса. Факел запрыгал, по всей видимости от радости, что я, наконец-то сообразила за ним идти, и ринулся вперёд.

–Да постой ты! —прикрикнула я на него, потому что не очень комфортно слепо нестись за светящимся шаром, даже не успевая ни на минутку сориентироваться на местности.

Тут же я услышала впереди голоса и остановилась. Что же, прятаться было бесполезно. Эльфы, конечно, услышали мои шаги, а тем более вскрик. Лучше выйти и приготовиться защищаться магией. Я обогнула кудрявый куст и вышла на полянку.

О, чёрт!

– «Дубовая стена» рассеется, но не скоро, её наложил довольно сильный маг, боюсь только он сможет снять её, но пока она здесь, врата защищены. —произнёс знакомый голос.

Передо мной сияли Мерцающие врата, окружённые моей собственной «дубовой стеной», а рядом стоял мой брат, старый маг Кон и ещё трое воинов, среди которых был и Гиилюс, на лошадях.

– Ты! —он увидел меня и без сомнения узнал. В смысле узнал, как эльфийку, незаконно открывшую портал. – Как ты? Эх, Дренерис… Но ты же ранена.

Я пожала плечами.

–Прости. Всё нормально.

Я придерживала правую руку левой, но чувствительность к ней уже немного вернулась.

–Вот эта девушка, правитель, – Гиилюс кивнул в мою сторону. —Кажется, ей уже лучше.

Синие глаза брата смотрели на меня так же, как при первой нашей встрече, холодно, презрительно.

Всё же, встретившись с этим взглядом я поклонилась, чтобы не выглядеть чересчур дерзкой.

–Как твоё имя? —спросил Аадрион.

Я набрала в лёгкие побольше воздуха. Нет, братец, я уже слегка не та напуганная девочка, которую затащили в незнакомый мир.

– Имя мага – слишком ценный ресурс, чтобы называть его без особой надобности, правитель.

Мышцы на каменном лице Аадриона дрогнули.

–Ты говоришь с правителем Земли Предков, эльфийка, —сказал брат. —И если то, что мне известно, правда, и Мерцающие врата из Зеелонда —твоя работа, ты предстанешь перед Малым Советом.

Он едва шевельнул головой, и двое воинов соскочили с лошадей и пошли в мою сторону. Драться с воинами Аадриона мне не хотелось. Это неправильно. Этого не должно быть, они друзья. Да и не время сейчас показывать силу. Время —показывать твёрдость.

Я подняла ладонь левой руки, призывая их остановиться и выслушать.

–Я сниму «дубовую стену» и закрою Мерцающие врата, а вы отпустите меня. Я готова понести наказание, правитель, за всё, что нарушила, но не сейчас. Мне срочно нужно в цитадель магии, и я уйду отсюда любой ценой.

Аадрион приподнял одну бровь. Боже, как же красив мой брат. Из нас двоих красивый —он.

–Разумеется, ты снимешь «дубовую стену», но никуда не уйдёшь. Земля Предков под угрозой, благодаря тебе.

–Вы ничего не знаете.

–Вот и расскажешь Малому Совету.

–А врата? Вы хотите, чтобы правитель Зеелонда узнал об их открытии? Чувствую, он не обрадуется. Вы готовы испытать на себе гнев Восставшего?

Воины встали по обе стороны от меня, ожидая одного кивка правителя.

–Ты можешь закрыть врата, девочка? – подал голос Кон, который до этого лишь следил за мной внимательным взглядом. Что такое верховный маг эльфийской земли, я ещё толком не знала, но могла подозревать, что в сухоньком теле кроется сила, которая свернёт меня в бараний рог.

–Я обезвредила четверых Верных одновременно, а вы сомневаетесь, могу ли я закрыть врата, которые сама же открыла? – заявила я с вызовом, но острый слух эльфов мог уловить мою неуверенность. Откуда мне было знать, если я никогда не закрывала Мерцающих врат.

Кон перевёл взгляд на правителя.

–Позволим ей попытаться, – сказал он, – если что, я присоединюсь.

Темноликий подал знак парням, и те отступили на шаг от меня, как бы показывая, что я пока свободна в действиях. Я подошла к вратам, коснулась рукой пространства, ощутив лёгкую вибрацию ладонью. «Как жизнь – в землю, так и сила – в землю», —произнесла шёпотом и представила, как стягиваю защитный купол с Мерцающих врат, будто скатерть со стола.

Стена опала. Врата ярче замерцали в свете звёзд и факелов. Я оглядела окружающих меня эльфов. Сосредоточенный на магии Кон, настороженные, как собаки, ожидающие команду, воины, переживающий за меня Гиилюс, холодный, как голубые звёзды Альвои, мой брат. Он следил за каждым моим движением, чуть прищурив глаза. «Как мне убраться отсюда, не причинив никому вреда?» – думала я и поэтому медлила с заклинанием на закрытие врат.

Слова всплыли в памяти, образы потянулись бегущей строкой перед внутренним взором. Я не нуждалась в книге, и прошептала заклинание от начала до конца.

– Силою отца Дагды, силою матери Дану, – на этих словах сиреневатое мерцание арки усилилось, —силою четверых, что вместит моё сердце, сознанием четверых, что вместит мой разум, – Кон с тревогой посмотрел на меня. В этот момент я представила Камень Судьбы, наделяющий меня силой. Я смогу. – Мерцающие врата закрыты.

По воздуху прошёлся трепет сначала лёгкий, как бриз, потом всё нарастающий, вот уже земля задрожала под ногами. Воины в испуге переглядывались. Кон с готовностью вступиться растопырил пальцы на протянутых к арке ладонях. Брат тяжело дышал, пытаясь сохранять самообладание. Пространство наполнилось дрожью, загустело, запахло озоном. Я ощутила вкус крови во рту и резь в глазах. Рукав на правой руке намок и прилип к телу, похоже, рана открылась. Появилась ноющая боль. Я увидела, как Гиилюс чуть не бросился ко мне, но брат жестом остановил его.

В то же время подошёл Кон и взял меня за руку. Словно ток, побежали от кончиков пальцев до плеча невидимые потоки силы, снимая боль, наполняя жизнью. Точно! Также делала Эйтлин, когда Адейр пытался сдерживать призраков Тени над садом цитадели. Кон делился со мной своей магической силой, чтобы меня не разорвало к чертям от того, что я затеяла. Вместить магию четверых в свое нетренированное тело и сознание. Да, я сильнейший в Альвое маг, но совершенно неопытный.

Вдруг всё стихло. Врата закрылись. Я покачнулась, но устояла, благодаря Кону. Ноги не держали, и я всё же опустилась на траву. Бороться против брата сил не осталось. Перед глазами всё расплывалось. Голубые звёзды смешались с фиолетовым небом и зеленью деревьев. Прямо-таки «Звёздная ночь» Ван Гога.

Золотые кудри закрыли и небо, и звёзды, и зелень.

–У тебя кровь, ты не можешь уйти, позволь нам забрать тебя в замок, —попросил он мягким голосом, будто старался убедить, что мне не причинят вреда, что заберут меня не как преступницу, а как нуждающуюся в помощи, будто вылечат и позволят уйти. Ну-ну.

– Всё хорошо, —прошептала я. —Оставьте меня, я всё исправила, врата закрыты.

–Что думаешь, Кон? – услышала я голос брата.

Кон что-то сказал брату, но сделал это настолько тихо, что я не расслышала ни слова.

–Что он сказал? Что сказал Кон? – спросила я шёпотом у Гиилюса, схватив его за руку, когда он собрался поднять меня с земли. Силы уже возвращались ко мне, и сдаваться я не собиралась.

Гиилюс удивлённо уставился на меня, потом на мои пальцы, вцепившиеся в его запястье. Да, они были слегка горячие в этот момент. Ладно, они были очень горячие. Жёлтые глаза короля драконов вспыхнули на грани моего измученного колдовством сознания сразу же, как только заклинание высосало из меня последнюю энергию. Это моя магия. Это моя первая и родная магия. Сила дракона.

–Эй, —выдохнул Гиилюс, вырывая руку. – Что ты делаешь? У тебя жар?

–Нет, это не жар, это моя магия. Я в порядке, Гиилюс, отпусти меня, убеди Темноликого.

Парень отступил, и я села, а потом поднялась на ноги. Кровь из раны, казалось больше не шла, пятно на рубашке подсыхало. Тело пылало изнутри, а я наслаждалась. Это как после интенсивной физической тренировки, гореть, ощущать усталость в мышцах, но в то же время испытывать удовольствие, чувствовать энергию, радоваться очередному преодолению себя. Я справилась, а значит, в следующий раз будет легче.

На крохотной полянке, освещённой теперь всполохами остаточной магии, все смотрели на меня. Кон —со спокойной мудростью во взгляде. Темноликий – с подозрением. Воины —с растерянностью. Гиилюс мялся между мной и правителем.

–Может, отпустим её, правитель? – предложил он.

Темноликий взглянул на Кона. Тот медленно кивал, что-то обдумывая, потому что ясные синие глаза его слегка сузились. Может, теперь, когда он осведомлён о моём потенциале, он боится, что если я начну защищаться, то все здесь могут пострадать.

–Мне нужно в цитадель, – сказала я, и факел-поводырь, почувствовав цель, вынырнул откуда-то и метнулся к лесу. – Я вернусь, правитель, и предстану перед Малым Советом, перед кем угодно, но не сейчас. У вас в руках четверо Верных. Допросите их, уверена, им есть, что вам рассказать.

–Гиилюс! Где этот чёртов Гиилюс? – донеслось из кустов, и моё сердце в очередной раз сделало сальто.

Продравшись сквозь ветви уснувшего дерева, на полянку вывалился папа и чуть не растянулся на земле, но тут же был пойман за шиворот Дренерисом.

– Дренерис? —рявкнул брат.

–Прости, правитель, его невозможно удержать, только одно и твердит, —сказал лекарь.

– О, сынок! —папа направился к правителю. Тот потупил глаза на мгновение, но вспомнил, что должен держать лицо, и принял строгий вид, – взяв отца за плечи. —Ты пьян, вернись немедленно в замок, – приказал Аадрион и кивнул воинам. Те бросились бороться с папой. Отлично, им уже не до девчонки —мага.

Гиилюс, который уже и вовсе ничего не понимал, посмотрел на меня. Я хихикнула.

– Он должен был помешать тебе найти меня.

–Мне? Тебя? Ну… ты… – он хотел выругаться, но я не удержалась, подскочила. Встала на цыпочки и чмокнула эльфа в щёку.

–Прости, прости, прости, – пролепетала я, отступая к лесу.

–Гиилюс! Вот он! – орал папа, пока воины вдвоём еле-еле удерживали его.

– Схватить её, —раздался тихий приказ брата.

Ох, что же ты делаешь, братишка?

Гиилюс выхватил меч.

–Прошу тебя, сдайся по-хорошему.

Я помотала головой, развернулась и рванула в глубь леса. Однако уже через десяток шагов земля заколыхалась подо мной, а какие-то корни больно впились в голень. Я упала.

Кон? Значит, ты друид. Всё ясно.

Изумрудный взгляд Адейра вызвал волну тёплых воспоминаний. Мои ноги опутывало послушное Кону растение, но сила магов природы уже растекалась по телу зелёным сиропом с запахом свежескошенной травы.

–Отпусти, —выдохнула я, заклиная корень. – Защити.

Деревянные объятия ослабели, но я не успела подняться. Меня поставил на ноги Гииюс.

–Ещё раз прошу тебя, остановись.

Остановиться и отказаться от цитадели? Пропустить Битву? Не стать верховным магом Зеелонда? Не познакомиться с Дариеном? Они с ума сошли. Я ни за что не пойду на это.

–Тебе со мной не справиться, Гиилюс, – улыбнувшись, сказала я.

Мысль о Дариене вызвала волну новой магии. Тёмной. Страшной. Магии фоморов.

–Уже справился, – хмыкнул Гиилюс, подтаскивая меня за плечи. Его соратник, по всей видимости, наконец, угомонивший моего папу, уже спешил на помощь.

Я никуда не собиралась и сопротивлялась.

«Только посмотри мне в глаза», – думала я, упираясь.

Гиилюс посмотрел. Через секунду он с недоумением на лице рухнул на колени. Ладони сползли с моих плеч, руки обвисли, и парень завалился на бок, не в силах пошевелить даже пальцем. В глаза застыл ужас. То же самое произошло и с другим эльфом, когда тот потянулся, чтобы схватить меня.

–Ещё раз прости, – бросила я Гиилюсу, и побежала.

Факел-поводырь метался в воздухе, как мотылёк в звёздном свете. Но Кон не сдавался. Земля вновь начала ходить под мной ходуном. Деревья, недовольные этим ночным беспокойством заскрипели, ветви со всех сторон устремились ко мне. Лес меня не отпустит. Кон меня не отпустит. Брат меня не отпустит.

Я вздохнула. Они не оставили мне выбора.

Я доберусь до цитадели! – выкрикнула я про себя и выпустила из ладоней пламя.

–Гори!

Огонь врезался в почву у моих ног и вырос двухметровой стеной. Лес вокруг застонал.

– Нет! —донёсся крик Аадриона.

Теперь у Кона есть задача поважнее. Я припустила, петляя между деревьями. В груди пылало, щёки приятно холодило рассекаемым мною воздухом. Ночь смыкалась всё плотнее, и иногда я вздрагивала, замечая непонятные тени, но погони не слышала. Да и до меня ли им сейчас. Впрочем, я только что обзавелась ещё одним врагом в лице родного брата. Обидно.

Глава 4

Факел летел, оставляя за собой белый хвост, подсвечивающий мне дорогу. Справа непроходимой чернотой вырос холм. Мы обогнули его и вот, мой проводник исчез, я нырнула за ним, почти не заметив поглотившей меня тьмы, потому что она и так уже окутала лес, куда почти не проникало голубое сияние с неба. После мягкого травяного покрова я резко ощутила под ногами камень, и через мгновение увидела вдалеке красноватый свет уличных фонарей. Да, это был Горд Мастеров, и я уже различила знакомый переулок. Осталось немного, и я на месте.

Какой-то шелест справа привлёк моё внимание, но только я повернула голову, как шеи коснулось что-то холодное, я выпустила из пальцев пламя, оно выпорхнуло жёлтыми бабочками, но мигом исчезло, будто свечу накрыли колпаком. В звёздном свете блеснуло железо, и тяжесть потянула руки вниз.

«Зачарованные цепи? О, нет»

–Фелида?

Эльфийка вышла из темноты, неся перед собой факел.

–Тихо-тихо, —услышала я голос Перта из-за спины. Маг подтолкнул меня в переулок направо. —Идём, надо поговорить.

Я посмотрела на цепь, которая холодила мою шею, спускалась вниз и оплетала запястья. Тонкая, блестящая, будто серебряная. Совсем не такая грубая, какую набрасывал на меня Орилин, но довольно тяжёлая.

–Поговорить? —усмехнулась я. – А это зачем? – я приподняла руки, звякнув цепью.

–Для подстраховки, – ответил Перт.

Рядом с ним скользил, как чёрный призрак, тот четвертый маг, который открывал с нами врата. Значит, он следил за мной, вот, чью тень я видела в лесу. И, видимо, он маг – оружейник.

Уловив краем глаза узкий проход между домами, я инстинктивно рванулась, не осознавая бесполезность этой затеи, но Перт успел среагировать, схватив меня за шиворот, а потом крепко сжал запястье.

–Мы ещё не поговорили, не спеши, – прорычал он и повёл меня, держа за руку.

Фелида распахнула передо мной дверь из светлого дерева в одном из слипшихся друг с другом каменных домиков. Изнутри повеяло теплом, едой и воском.

Комнатку освещал огонь в камине и множество расставленных повсюду свечей.

–Садись, —сказал Перт, отодвигая от стола стул. – Хочешь есть?

Я отказалась. Магия – удивительная вещь. Вроде бы отдаёшь энергию до полного изнеможения, но в то же время наполняешься ею. Давно ли я отдала все силы вратам, использовала магию друидов, фоморов и огня, но сейчас не чувствовала даже усталости.

–Тогда выкладывай, – приказал эльф.

Он сел на стул рядом и развернулся ко мне лицом. Фелида устроилась напротив. А третий встал у меня за спиной, создавая дискомфорт.

–Что? —поинтересовалась я.

–Всё, —ответил Перт. —Честно и быстро.

Я усмехнулась.

Фелида сделала глазами неоднозначный жест. Что-то вроде того, что я могу и пожалеть о таких ответах.

–Фелида прорицательница, – продолжил эльф. – Она сразу почувствовала, что с тобой что-то не так, поэтому наложила на тебя чары видимости тонких тел. Мы все увидели тонкое тело твоей магии. Так что ответь. Какая сила в тебе?

–Магия огня, —ответила я не раздумывая.

Перт заржал, Фелида подхватила. За моей спиной раздался скрежет —это смеялся маг – оружейник.

–Ну, милочка, кого ты пытаешься обмануть? Маги огня не швыряются молниями, не управляют деревьями и не превращают эльфов в тряпку. А Нис всё это видел.

Да? Не вышло.

А с другой стороны, и правда, кого и зачем я пыталась обмануть? Всё равно узнают в цитадели, узнают во время битвы. Наверняка догадывается или знает Кон, да и Верные не идиоты, поймут.

–Ладно, я маг – пересмешник. Довольны?

Фелида издала восторженный возглас. Перт повёл бровями, будто ему показали карточный фокус, и он не разгадал его секрет… Потом застыл, что-то вспоминая, бросил взгляд на свои руки, перевёл его на Фелиду. Та лишь расширила в ответ глаза. Ничего не поделаешь, Перт уже коснулся меня, и теперь, какой бы магией он не владел, он принадлежала также и мне.

–Магия пересмешников уникальна, – сказал он, делая вид, что не поверил. —Знаешь, почему? Эльфы давно перестали жить в состоянии войны, и потребность в боевой магии практически сошла на нет. Магия стала вырождаться. Откуда она может быть у тебя? Сколько рождений Птухайла ты встретила?

–Двадцать два, —назвала я свой истинный возраст. Откуда я могла знать, скольким рождениям Птухайла он равнялся?

Перт усмехнулся.

Маг за спиной присвистнул.

–Ну, нет, —протянула Фелида, – ты опять врёшь. И, признайся, есть кое-что ещё, —она расширила чёрные глаза, и они стали походить на две оливки на белых блюдцах. —Я чувствую что-то чужеродное. Извини, но я подозреваю, что ты не эльфийка.

Я посмотрела на Перта. Он прищурился.

–А кто же тогда?

– Вот ты нам и скажи, кто, – зашипел он, теряя терпение.

Я хотела встать. Но его тяжёлая рука легла на плечи. Что же… Оллам и его семья знают, Верные знают и сообщат, куда следует, наверняка. Папа знает. И Кон мог почувствовать, как и Фелида. Смысл скрывать, может и есть, так безопаснее, но сейчас важно другое – выбраться и попасть в цитадель.

–Кто? —рявкнул Перт.

–Человек, —тихо произнесла я.

Все трое отшатнулись.

Фелида закрыла руками рот. Интересно, а что они ожидали услышать?

Перт пришёл в себя первым.

–Человек, способный на магию пересмешника. Да ты опасна.

–Я никого и пальцем не тронула до тех пор, пока вам не пришло в голову впустить в Зеелонд Верных. Если бы не вы, я была бы уже в цитадели.

–Если бы не мы, ты плелась бы морем ещё дней десять. А ты нам в благодарность навредила. Воган нам это ещё припомнит.

– Воган у Темноликого. Скорее всего его депортируют в Последнюю Землю. А где я теперь? —задала я риторический вопрос, брякнув для убедительности цепью.

Перт улыбнулся, вокруг глаз появились крохотные сеточки морщинок.

–Мы тебя скоро отпустим. Ты придёшь в цитадель, получишь разрешение, будешь участвовать в Битве, – сказал он таким сладким голосом, какой можно было намазывать на хлеб вместо клубничного джема.

–Но? В чём подвох?

–Сущий пустяк, —подала голос Фелида. – Для тебя ведь это жизненно важно, и ты согласна на всё, ты хочешь в цитадель, хочешь победить в Битве?

–Да, —ответила я.

–Да, – подтвердил Перт. – Умница. Всего лишь крошечная метка. Вот здесь, – он указал на моё запястье. —Нет, лучше там, где она будет незаметна, – он смахнул с моего плеча прядь волос.

–Зачем?

Я напряглась. Спину начало жечь. Сигнал об опасности.

–Метка —это «контракт на потом». Когда-нибудь нам понадобится твоя помощь, и ты обязана будешь её оказать. С помощью метки мы тебя найдём. А ещё она не позволит тебе нарушить обещание.

–Что-то вроде договора о намерениях? И что это может быть за помощь?

Перт пожал плечами.

–Любая. Но согласись, мага с такой силой не станешь просить о ерунде. А теперь подумай, что ты готова отдать ради того, чтобы попасть в цитадель?

Всё.

Тут мне вспомнились слова Элбана, о его контракте, от которого нельзя отказаться. Заключив контракт, он превратился в цепного пса Чиинаны. То есть мне светила та же участь?

Я замотала головой.

– Нет, так не пойдёт. Ваши условия меня не устраивают.

Фелида с грохотом поставила на стол тяжёлый поднос.

Нис вцепился в мои плечи.

–А тебя больше никто не спрашивает, ты уже сказала: «Да», —прошептал Перт, взял меня за волосы, и наклонил голову на бок, отодвигая прядь от правого уха. – Не дёргайся, а то останешься без миленького ушка.

Я и не дёргалась. Какой смысл, если их трое? Мне нужна была магия. Но какой гад изобрёл эти цепи? Хотя, может, и не гад? Может это Гоибниу выковал цепи против магии, чтобы уравнять шансы? Значит, как и щит, цепь равносильна магии, против которой её применяют? Но это так же и значит, что у мага есть шанс справиться, перебороть зачарованное железо. К тому же, я уже делала это однажды. И вот ещё что. Я обладаю не только магией эльфов. Но и магией драконов. Жёлтый взгляд Эфириуса явился незамедлительно. Точно на кончике фитиля замаячило малюсенькое пламя в моей груди.

Фелида звенела склянками, и что-то старательно выписывала у меня за ухом. Нис шептал плохо различимые слова. Я дышала часто и глубоко, будто разжигая костёр внутри себя. Я уже делала это. Тогда колдунья пыталась убить Дариена. А что если?

Во мне всё вспыхнуло. За ухом защипало. Спина загорелась.

Что если мне прикажут убить Дариена?!

Нет!

Разом весь пламенный поток я вложила в силу, дёрнула руками и цепь разлетелась на звенья. Те забренчали по столу, ввергая в шок магов. Фелида вскрикнула. Что-то кольнуло меня за ухом, но больше никто ничего не успел сделать.

Три чётких молнии распороли пространство как огромные когти. Три тела с глухим стуком упали к моим ногам.

Я, шатаясь, поднялась со стула. Потрогала за ухом. Зашипела от боли. Выбралась на свежий воздух и побрела в сторону цитадели.

Мне не нужен был пропуск в сердце магии. Зачарованные ворота распознавали способное к магии существо и впускали на территорию цитадели. Информация о прибывшем сразу же поступала Лусли и верховному магу с помощью хитрой системы зеркал, так что я не удивилась, когда смотритель цитадели вышла ко мне навстречу из дверей главного корпуса.

–Приветствую тебя в цитадели магии. Назови своё имя.

–Мирослава.

– Верховный ждёт. Я провожу, – сказала Лусли всё тем же строгим тоном и отвела меня в уже знакомый кабинет.

В цитадели жизнь шла своим чередом, будто и не было никаких сражений, не было владыки моря, фоморов, Чиинаны и её Верных. Ученики разминались во дворе. С арены доносились всполохи магии и звон оружия. В саду пели птицы и бегали розовые лошадки. Верховный маг всё так же сидел за столом, будто это не его сестра не так давно собиралась уничтожить целый материк. И ни один волос, похоже, не упал с его головы, хотя их и раньше было не так уж и много.

–Да светит вам Великий Птухайл, – поздоровалась я, войдя в кабинет и сразу подошла к столу. Маг предложил мне сесть в кресло.

–Итак, Мирослава, ты пришла, чтобы получить разрешение на использование боевой магии. Ты самоучка?

–Да.

–Сколько рождений Птухайла ты встретила?

–Думаю, вам известно, кто я, – поначалу я не предполагала выдавать своё происхождение, но Брита, Фелида и Кон убедили меня, что нет смысла его скрывать. Уж кому-кому, а верховному магу цитадели, известно, кто я. Эти маленькие синие глазки сразу же считали с моего лица, а может, даже и сердца или души все самые сокровенные сведения. И ни о какой защите персональных данных в цитадели не могло быть и речи.

Он кивнул.

–Как раз это меня и озадачило. Где ты выросла?

–В мире людей. Я дочь Андрея – победителя дракона.

–У Андрея был сын…

–Темноликий. Он мой брат по отцу. И он призвал меня в Альвою с разрешения Совета, чтобы я помогла открыть врата в мир драконов, потому что умела читать драконьи руны.

–Но твоя магия…

Я пожала плечами. Не мне судить о том, откуда у меня такие способности. Могу лишь предполагать, что сыграла роль магия Олилии, прикосновения дракона, общение с ним и ключ к рунам на моей спине. Но всё это не обязательно знать верховному магу.

–Что же, —сказал, потирая бородку, маг, – думаю, ты правильно сделала, что пришла за разрешением.

Ещё бы! Вам же будет проще меня контролировать.

Я кивнула.

–До испытаний тебе придётся сдать теорию магических знаний, а также пройти несколько тренировочных боёв. Лусли проводит тебя в зал для первой тренировки. Пока учитель мак Борво на занятиях, ты потренируешься с выпускником цитадели.

В зале, где проходили мои тренировки с мак Борво, на меня нахлынули воспоминания. Проведённые в этих каменных стенах часы были малоприятными для меня. И такими же обещали стать ближайшие, потому что в зал тихим, но веским шагом вошёл Орилин. При виде него, моё сердце ухнуло вниз.

Неужели не нашлось выпускника получше?

Эльф нисколько не изменился с нашей последней встречи. Всё так же высокомерно смотрел. Куртка по фигуре, штаны в обтяжку, сапоги выше колена, волосы завязаны в низкий хвост. Он медленно обошёл меня. Точно со спины у меня могло быть что-то особенно важное, к примеру, хвост.

–Это тебя надо испытывать? – эльф нахмурился.

–Ну да, —ответила я непринуждённо. Хотя это только внешне. Изнутри я натянулась, как тетива эльфийского лука.

–И как далеко ты зашла в боевой магии?

Вспомнив безвольно упавшего Гиилюса, три поражённых молниями тела в Городе Мастеров и стену огня в лесу, я ответила:

–Достаточно.

–А какова твоя магия?

–Догадайся, —здесь я уже искренне улыбнулась, потому что меня забавляло то, как Орилин смотрел на меня, будто впервые видел, и откровенно сомневался в моих способностях.

Эльф усмехнулся, прищурился. Наверняка, готовился что-нибудь выкинуть.

–Дерзишь.

–Возможно.

Моя рука инстинктивно легла на рукоять Танго, неизменно висящего на бедре. Я готовилась защищаться.

Из ножен на поясе Орилина вылетели, как пчёлы, с нежным жужжанием два коротких кинжала и зависнув в воздухе, уставились остриями на меня.

Ох, Орилин. Я никогда не устану благодарить тебя за переданные мне способности мага-оружейника. Уж с чем-чем, а с холодным оружием у меня было много времени и возможности тренироваться, так что я немедленно отправила кинжалы в пол. Если бы там была почва, они бы воткнулись по самые рукоятки, а также только звякнули об камень, подпрыгнули и шлёпнулись на пол.

–Оружейник? —спросил эльф, вытаскивая длинный меч под стать его руке.

В ответ на этот жест Танго выскользнул из своей одежды. Наши мечи коснулись друг друга, отбросив на светло-серый пол разноцветные лучи. Меч Орилина изливал голубоватый свет. Танго – жёлтый. Оба были зачарованы и красиво зазвенели в унисон.

Орилин нападал. Я отбивалась. Между делом он достал из кармана крошечную палочку, и я так и вспомнила уроки с мак Борво. Но из палочки волшебным образом вытянулся кнут и ударил, метясь в самое основание Танго, чтобы вырвать его из моей руки. Я отпрыгнула. Следующий удар Орилин направил так, чтобы схватить меня. И ему это удалось. Кнут змеёй обвился вокруг моей талии. Эльф потянул, привлекая меня к себя. Я выставила ладонь, и пламя вылетело само собой, вынудив Орилина отпрянуть. Мне хватило секунды, чтобы перерубить кнут и заставить змею кольцами сползти по ногам на камень. В глазах эльфа читалось удивление и даже неверие.

–Маг огня… Но… как же тогда? Постой! Магия пересмешника? Этого не может быть!

Улыбка стала ему ответом.

– Что же, возможно, я ошибка природы, – посмеялась я.

А разве это не так? Человек, который не нашёл себе места среди людей и теперь отчаянно пытался найти его среди эльфов.

–Можно спросить? – казалось, Орилин не собирался больше драться. – Для чего ты здесь?

–Чтобы получить разрешение.

–Хочешь участвовать в Битве?

–Да, —ответила я искренне, всё равно он узнает рано или поздно.

–Я тоже.

Ой.

–Жаль, —сказала я, не сводя с эльфа глаз, чтобы в случае чего успеть среагировать.

–Что жаль?

–Что теперь ты знаешь о моей магии.

Орилин засмеялся, убирая меч в ножны, потом поднял руку, отдал кинжалам беззвучный приказ, и они вернулись на свои места.

–Ты когда-нибудь видела Битву?

–Не доводилось.

–Так вот, на участников накладывают заклятие сокрытия личности.

– Это же преступление.

–Да, но не на Битве. Там разрешено. И кто есть кто, станет известно лишь в конце.

–Спасибо, что поделился. На самом деле, я почти ничего не знаю о Битве магов, —с сожалением в голосе произнесла я. – Но я должна там быть. Я должна выиграть.

Эльф улыбнулся и ничего не ответил.

Адейр на его месте сказал бы: «Тебе стоит тренироваться и учить матчасть». Но Орилин вряд ли даст мне добрый совет, узнав, что я тоже буду участвовать. Нет, не такой этот эльф, чтобы обучать конкурента.

Как и следовало ожидать, ещё до обеда гонец принёс в цитадель письмо от Темноликого.

–«Прошлым вечером мои воины нашли раненую девушку и четверых Верных, лежащих без чувств, возле незаконно открытых Мерцающих врат из Зеелонда. После того, как целитель обработал её раны, девушка сбежала…» – прочитал Верховный маг, и дальше за этим последовал подробный рассказ о моих вчерашних подвигах, а заканчивался он просьбой моего брата взять меня под стражу и передать в его распоряжение. Я должна предстать перед Малым Советом и всё в таком духе.

Я молчала. Верховный маг закончил читать и вперил в меня хитрые глазки. Трудно было понять, улыбались они, негодовали или что-то другое.

–Звучит странно, не находишь? Так, будто Темноликий говорит не о своей сестре, а, вообще, о некой незнакомой ему эльфийке.

Я вздохнула глубоко и неровно.

–У нас с братом возникли некоторые разногласия.

–По поводу?

–Он хочет отправить меня домой. Туда домой. Поэтому я сбежала.

–Его можно понять.

–А попробуйте понять меня, – сказала я, вонзив в него ответный взгляд. —В мире людей нет магии. Что я буду там делать со своими способностями? А здесь я могла бы быть полезной.

Маг потёр щетину на подбородке.

–И опасной, согласись?

–И вы туда же. Я поэтому и хочу получить разрешение, чтобы узаконить свою магию и приносить Альвое пользу.

Вот уж не думала, что выложу правду не кому-нибудь, а этому эльфу, больше похожему на менеджера среднего звена, чем на верховного мага цитадели.

Он медленно и равномерно кивал, точно собачка, которых ставят на переднюю панель автомобилей. Если маг проникнется просьбой Аадриона, мне конец. Нет, я уверена, что смогу сбежать, но вот разрешения тогда я точно не получу.

–Разбрасываться магами с такими редкими способностями, по меньшей мере, глупо, —произнёс он, и я чуть расслабила напряжённую спину. – Я подумаю, как лучше ответить Темноликому. Проходи испытания спокойно. Здесь ты под защитой цитадели, —он улыбнулся, но эта улыбка не вызвала у меня ни облегчения, ни приятных эмоций. Что за ней скрывалось, мне, скорее всего, ещё предстояло узнать.

Тем не менее, я поблагодарила верховного мага за понимание и ушла к себе. Переваривать.

Мне выделили домик на огороженной территории старшеступенников, а не комнату в крыле для новичков. Это радовало и одновременно льстило. Хотя, возможно, верховный маг сделал это из каких-то пока непонятных мне побуждений. В домике можно было спать, мыться, заниматься магией и даже готовить еду. Поэтому я сразу купила всё необходимое в лавке здесь же на территории, чтобы не ходить в общую столовую и не привлекать к себе большего внимания, чем я и так уже привлекла. Но вести обо мне летели впереди меня, и не успела я допить травяной чай и дожевать шарики сыра, как в домик постучали. Я слегка распушила руками ещё мокрые волосы и приоткрыла дверь, глядя в небольшую щель из осторожности.

Син?

Конечно, юный друид должен был как раз перейти на вторую ступень, так что чему мне было удивляться, что он в цитадели. Но удивило меня не это, а то, что он постучал в мою дверь.

–Привет, —сказала я, отчего-то сразу распахивая дверь пошире, будто перед старым знакомым. Хотя, конечно, для меня он и был старым знакомым. Но не я для него.

–Привет, я Син мак Махон, – сказал эльф, опираясь рукой на дверной косяк. —Слышал, ты хочешь пройти испытания на разрешение. Мы могли бы сразиться на арене.

Я повела глазами. Вот это уже интересно. Син – потомственный друид, и наверняка попусту просиживает штаны в цитадели, поскольку может преподавать магию друидов сам.

–Уверен, что хочешь со мной сразиться? – спросила я, изобразив усмешку.

–Да. Было бы здорово.

Ох, не стоило мне соглашаться. Я же хотела спрятаться от всех. Даже в столовую не стала ходить. Что здесь взяло надо мной верх, я и сама не поняла. Тщеславие? В общем, я согласилась, надела куртку, взяла зачем-то Танго. Не знаю, без него чувствовала себя, как без рук.

На вопрос Сина, зачем мне меч, так и ответила. Он хмыкнул, и мы вместе пошли на арену.

Толпа вокруг арены шумела. Мы приближались, народ оглядывался и расступался. Кто-то смотрел с интересом. Кто-то с явным недоверием. Интересно, какая же информация обо мне просочилась в эти стены и в эти умы? Двое знакомых в лицо эльфов с третьей ступени дрались в центре площадки. В одном я сразу узнала оружейника по парящим над его головой металлическим звёздочкам типа сюрикенов, а второй меня удивил. Неужели маг воды? Сюрикены бились о преграду в виде ледяного купола. Потом купол со звоном разлетелся, маг кувырнулся по земле в сторону, а через секунду в оружейника полетели сосульки. Одна угодила в глаз. Он вскрикнул согнулся, закрывая лицо ладонью.

–Стоп! —прозвучала команда. Публика разразилась аплодисментами. Похоже, заклинатель воды победил. Интересно, предстоит ли мне драться с таким в Битве? Я должна быть готова. Я должны быть готова к бою со всеми видами магов.

Син подтолкнул меня к центру.

–Наш черёд! —объявил он.

Со всех сторон зашушукали.

«А кто она?»

«А откуда?»

«На какой она ступени?»

«А какая у неё магия?»

–Наверное, магия соблазнения, – похихикал кто-то.

Я усмехнулась, но вдруг до меня дошло, что после душа я не завязала шнурки на рубашке, а вырез был довольно глубок. На лицо поползла краска, но я выдохнула и постаралась сделать невозмутимый вид. Теперь уже поздно что-либо менять. Пусть думают, что так и должно быть.

–Подсуши её, Син, – знакомый голос из толпы заставил меня обернуться и найти его источник.

Морики. Я не удивлена.

Тело внезапно окутало теплом. Лёгкое дуновение взъерошило волосы. Я повернулась к Сину. Он улыбался. Что же, у меня был шанс дезинформировать его на счёт своей магии, и я призвала огонь.

Пламя ударило в кончики пальцев изнутри, я ощутила его, но оно не вышло. Меня бросило в жар. Конечно! Син уже делал это со мной и решил подстраховаться и теперь. Адейр рассказывал мне об этом заклинании под названием «Удушье». Друид способен изъять из воздуха кислород, чтобы остановить пламя. Будь то пожар в лесу, костёр или маг огня. Он может сделать это локально, например, как тогда, когда Морики собиралась наложить на меня отворотную печать. А может и заставить противника задыхаться. Только теперь я заметила, что и ветерок стих. Да уж. Быстро я попалась.

Однако способности друидов были мне не чужды. Эх, Син, ты же сам наградил меня ими, сжимая в объятиях. Мне стоило лишь пожелать вернуть кислород на законное место, как стало легче дышать, жар отступил, а из пальцев вырвалось и полетело в эльфа красноватое пламя. Он отскочил. Я поставила перед ним огненную стену, но он быстро её убрал одним взмахом руки.

Нас окружила полная тишина. Ученики заворожённо наблюдали, даже Морики прикусила свой длинный язычок. Только всполохи пламени и движение воздуха нарушали тишину. Земля подо мной вздрогнула, я не удержалась и упала. Кто-то засмеялся. Во мне вскипела волна адреналина. Из песка вынырнул и мгновенно опутал меня за ногу вертлявый корень. А я-то думала, что арена совершенно неподходящее для друидов поле боя, поскольку на ней нет растительности. Как же я ошибалась. Благо, что Танго был со мной. Он перерубил корень, но меня уже притягивал к земле следующий. Одновременно тело вновь погружалось в знойное воздухостояние. Дышать стало труднее. Но я постаралась собраться и сделать вдох.

«Магия друида —сосредоточение, созерцание, спокойствие. Три «С» – учили нас на Основах друидических знаний. Надо же! Тогда мне было совсем не до теории, но кое-что всё-таки отложилось.

«Отпусти», —мысленно приказала я растению, взявшему меня в плен. Мои ладони касались земли. И я почувствовала этот переданный мной импульс. Уже через секунду корень обмяк, позволяя мне подняться. Син как раз подходил ко мне. Наверное, для завершающего удара. Он всё ещё не понял, как мне удалось освободиться. Танго крутанулся в моей руке и остриё почти коснулось шеи эльфа.

Одновременно я вспомнила Севану. Её способность к отражению. Возможно ли было отразить заклятие воздуха? Я попыталась. Син закашлялся. Возможно.

–Стоп! —выкрикнул следящий за поединком эльф, арбитр, одним словом.

Кто-то в толпе жиденько захлопал. Кто-то издал вздох непонятно восхищения или ужаса. Мы с Сином молчали. Потом он сказал:

–Тебе не хватает техники.

Ещё бы! Я спасалась только силой, данной мне Камнем Судьбы. Ни знаний, ни опыта у меня не было. Но также не было и времени на раскачку. Не было нескольких лет на тренировки. Были только несколько дней до Битвы. И я их проведу с пользой.

Мы с Сином договорились регулярно тренироваться. Мне хотелось лучше изучить магию друидов, а ему нужен был сильный соперник для практики. После первого поединка он сразу меня раскусил, догадался о моей магии, стал выбирать другую тактику. Мои бои заканчивались с переменным успехом. Иногда Сину удавалось победить. Но сила по большей части выручала меня, и с каждым разом я лучше понимала её.

–Тебе нужны щиты, – говорил Син. – Ты применяешь магию отражения, но она не на всём работает. Что ты сделаешь против песка, который я пущу тебе в глаза? – он поднял струйку песка. Она змеёй поползла ко мне по воздуху, целясь в лицо.

Понятное дело, что в бою я уже до боли стёрла бы веки, выгоняя из-под них песчинки, но сейчас у меня было время подумать. Насчёт щитов он прав, нужно было изучить всё-таки ту книгу, и я стала уходить вечерами в лес, чтобы сразу на деле опробовать заклинания. А в лесу тем временем становилось холоднее. Птухайл неумолимо бледнел, опускался. Мы с трепетом ждали, что однажды он вовсе не появится. И тогда грянут морозы.

Цитадель готовилась к зиме. Учитель Мак Огма с учениками чистил дымоходы с помощью магии воздуха и заколдовывал окна, чтобы сберегали тепло. Над садом устанавливали защитный купол из специального зачарованного стекла на деревянном каркасе. Получалась гигантская теплица.

Деревья начали сбрасывать листву. Под ногами зашуршал пышный ковёр. Лес погружался в сон. Птицы и зверьки спрятались. Теперь, когда я приходила позаниматься, меня всё больше окутывало ощущение тревоги в этой мёртвой тиши. Видимо, сейчас это происходило со всей Альвоей.

Я тоже утеплилась. Курточки стало не хватать, но я захватила с собой шерстяную тунику, отправляясь в Зеелонд, а вот утеплённые сапоги пришлось купить в лавке на территории цитадели. Покидать её мне не хотелось. Только здесь я чувствовала себя защищённой. Без разрешения на использование магии я решила не выходить за ворота.

Арена всё больше пустела. Ученики теперь дрались в зале, который предоставил для этого Мак Борво. Каждый вечер его стены сотрясала магия и шум толпы учеников, которым больше нечем стало заняться по вечерам.

–Ну, давай! —выкрикнул Син, швыряя в меня песком. Да, надо сказать, что зал оборудовали для тренировок, снабдив его песком, растительностью, водой и прочими элементами уличных состязаний.

Я поставила щит. Лёгкий, мгновенно срабатывающий на такой вот случай атаки песком, водой, колющим нетяжёлым оружием вроде как те сюрикены мага-оружейника. Мы дрались довольно долго. Студенты переминались вдоль стен, подуставшие от этого зрелища. В основном, конечно, девчонки, глазеющие на Сина. Каждая старалась занять позицию выгоднее. Ближе. Заметнее. Взвизгнуть погромче, вздохнуть пособлазнительнее. Я про себя посмеивалась. Син Мак Махон сильнейший друид в цитадели, по крайней мере сейчас, когда здесь не было Адейра, уделял большую часть своего времени мне – незнакомке, которая свалилась на их головы и отняла объект обожания. Хотя между нами не было ничего кроме драк и обсуждения техники. Но ни один из нас это не афишировал. Я снова обзавелась ревнивыми соперницами. Мне не привыкать.

Щит сработал. Син хмыкнул. Какая-то девчонка с младшей ступени разочарованно и слишком громко выдохнула, будто бы мечтала, чтобы друид размазал меня, наконец, по стенке. Я бросила на неё взгляд, но он наткнулся на…

Яра!

Блондинка вошла в зал, как ни в чем не бывало. Так, как входят в зал обычные девчонки, пришедшие посмотреть на тренировку учеников. Так входят те, кто никогда никого не убивал.

От затянувшейся битвы во мне и так кипел адреналин вперемешку со злобой. Я должна была быть намного сильнее юного друида, который даже до третьей ступени ещё не дошел, однако иногда с трудом отбивала его атаки. И при виде Яры я не смогла сдержать порыв.

–Нет! —заорала я, как тогда в Долине Теней, когда сердце Киандры пронзил кинжал, брошенный рукой Яры. Волна жара и пламени вырвалась из моих рук, отбросив Сина к противоположной стене под всеобщий крик.

Кто-то кинулся к нему, но я уже шла или даже бежала туда. Где белела толстая коса. Вот за эту косу я и схватила Яру. Дёрнула, притягивая девчонку к себе. Та от неожиданности не успела среагировать, а я залепила ей кулаком по лицу.

Да, не по-маговски. Но может и к лучшему, а то я ведь могла бы её и убить, и плакало бы тогда моё разрешение.

–Убийца! —кричала я, пока нас разнимали в несколько рук старшеступенники.

Вскоре я стояла в кабинете верховного мага.

–Ты могла причинить вред Яре, – верховный говорил как всегда тихо и спокойно. А чему удивляться? С таким же спокойным взглядом он объявил мне, что колдунья, которая собирается убить всё население Восставших Земель, его родная сестра, и он не пойдёт против неё.

–Но не причинила. Всего лишь ударила. Причём по-человечески. Я даже не применила магию, а она, между прочим, убила человека, вернее эльфийку.

–Когда же это?

–Когда Восставшие Земли были выведены из-под защиты Совета.

–Вот ты сама и ответила на свой вопрос. Это убийство оправдано.

– Это несправедливо. Восставшего реабилитировали, но кто возместит утраченные жизни?

–Такова природа нашего мира, – верховный развёл руками. – А насчёт Восставшего, ты знаешь, его происхождение ещё может сказаться.

Я уставилась на мага в полном непонимании. Во мне бушевал вулкан слов, и я с трудом сдерживала их в себе. Я здесь не за этим, чтобы кого-то обвинять, впустую добиваться справедливости или чинить самосуд. Я здесь, чтобы создать свою новую жизнь вместо той, от которой вынуждена была отказаться.

Верховный маг глубоко вздохнул. Мои пальцы вцепились в подлокотники.

– Через три дня у тебя испытания по теории магических знаний, —сказал он. – Рекомендую подготовиться. Я слышал ты неплохо тренируешься на арене. Только давай без таких инцидентов, как сегодня.

–Конечно, обещаю.

Сейчас я готова была обещать всё, что угодно. Переступить через свои чувства, боль, принципы. Я уже делала это раньше и повторю вновь.

С этими мыслями я и плелась по коридору к выходу, съёживаясь от внезапно свалившегося на цитадель холода. Даже днём погода стояла, какая у нас обычно стоит поздней осенью, а вечером и вовсе веяло лёгким морозом. Вот и сейчас, покинув корпус, я шла, выпуская изо рта облачка пара.

–Мирослава, —окликнул знакомый голос, – подожди, нам по пути. Что произошло на арене? —спросил Орилин, когда я остановилась, чтобы дождаться его.

–Ничего особенного. Я просто не сдержалась, увидев убийцу своей лучшей подруги.

–Что? —Орилин не поверил своему острому эльфийскому слуху и взял меня за локоть, разворачивая к себе лицом.

Я посмотрела в его глаза.

–Это было в Долине Теней. Там была битва… – я словно очутилась на том пятачке на границе леса, услышала скрежет и звон оружия, выкрики магов, стоны раненых и слова Киандры: «Это для Дариена». —Восставших было гораздо меньше…

–А ты что там делала?

Пришлось отвести взгляд и прикинуть, что мы там делали, не могла же я сказать, что мы направлялись из цитадели магии в замок Темноликого.

–Мы направлялись в Восставшие Земли, но кто-то перевёл крадущую арку в Долину Теней. Там на нас напали Верные и другие эльфы… я не знаю… среди них была и эта девчонка.

–Странно…

Я пожала плечами, высвободила локоть и двинулась в направлении своего домика. Орилин пошёл рядом.

–Слушай, ты знаешь, что в магии главное самоконтроль?

–Наверное, подзабыла.

–Если ты не сможешь контролировать эмоции, то вряд ли получишь разрешение.

Несмотря на морозец мне стало жарко.

–Я смогу.

–Ты читала поэму «Маг огня»?

–Нет, только слышала отрывок.

К чему это он?

–Рекомендую прочесть. Она о том, как маг огня не сдержал эмоций, когда поссорился с девушкой, и сжёг всё селение. Его приговорили к пожизненной ссылке на остров, и тогда он… Ну, в общем прочти.

Я сглотнула. Умеет подбодрить парень.

–Хорошо, я прочту. Спасибо за совет, Орилин.

Мы подошли к моему домику, и я приложила ладонь к замочной скважине. Здесь даже замки на дверях были магическими. Дом запоминал своего жильца, и не впускал никого другого. Зато не было риска потерять ключи.

Орилин придержал дверь. Я повернулась к нему, ожидая и надеясь, что в дом он не собирается. Эльф долго смотрел на меня, то ли что-то искал в моём лице, то ли обдумывал, у меня даже промелькнула мысль, уж не всплыли ли у него какие-то воспоминания обо мне.

–Я ещё встречусь с тобой на арене, маг-пересмешник, —сказал он, и в голосе прозвучала угроза.

–Непременно, —ответил я, дёрнула за ручку двери посильнее и скрылась в доме.

От него можно было ожидать чего угодно.

Три дня я не выходила из домика, зубря теорию, только бегала в лавку. Мороз крепчал, улицы погружались во мрак почти на весь день. Птухайл выглядывал лишь на какие-то два часа и поблёскивал сквозь облака белым пятном. В коридорах цитадели сильно похолодало, но в комнатах тепло сохранялось с помощью каминов и зачарованных окон. Пару раз ко мне приходил Син, приглашая на арену, но я отказывалась, ссылаясь на то, что готовлюсь к устному экзамену. На самом же деле я страшилась встречи с Ярой, боялась, что не смогу сдержаться. Боялась самой себя.

На испытания по теории магических знаний пришли Мак Огма, Мак Борво, учитель Атти и ещё один молодой учитель, имени которого я не знала. Честно говоря, я надеялась увидеть Эйтлин, но её не было. И за всё время, проведённое в цитадели, я ни разу не встретила её и о ней не слышала.

–Расскажи об основных принципах магии, – сказал Мак Огма.

–Принцип совести означает, что, нельзя сотворить заклинание, противоречащее правильному положению вещей, то есть пойти против совести, к примеру, чары можно наложить только на истинно свою вещь. Принцип истины позволяет применять заклинание исключительно при истинном стремлении к результату. Принцип справедливости работает в магии, например, защиты, когда можно применять щит лишь равноценный атакующему заклятию, – протараторила я, в душе радуясь лёгкому вопросу.

–С какой землёй ты связана? – задал вопрос Мак Борво.

–С Землёй Предков, – ответила я не задумываясь, потому что именно так отвечала на испытаниях в пошлый раз.

–А что же связывает тебя с восставшими? – неожиданно спросил Атти, и я опешила. К чему это он клонит? Что имеет в виду под словом «связывает»?

–Ну… —я замолчала, не зная, что ответить, – у меня там друзья… были, —добавила я, подумав о Киандре и о том, что учитель, возможно, имеет в виду моё нападение на Яру.

–Тогда за кого ты дралась в Долине Теней?

–За правду, —лгать, что я не дралась, не имело смысла, мой брат постарался, чтобы о моем нарушении закона по части использования боевой магии без разрешения знали все, кому не лень, и я не смолчала. – Восставший не желал эльфам зла. Это не он нападал на корабли Последней Земли. Королева Чиинана первая напала на него.

Мак Огма остановил меня жестом. До чего же все они не любят слышать что-либо, противоречащее их идеологии.

–Ты хочешь получить разрешение, чтобы участвовать в Битве магов? —спросил он. И это уже совсем не походило на испытание по теории, а больше напоминало допрос.

–Да.

–И в какой же земле ты собираешься служить в случае победы.

–На земле своего брата, – вот здесь имело смысл солгать, и ни одна клеточка во мне не дрогнула в этот момент, я уверена. – Темноликого.

Мак Огма кивнул. Гоняли меня не сильно, и в этот раз обошлось без выбора дверей. Только теория. Я отвечала кратко и точно. Испытания вскоре завершились.

За три дня, что я провела практически взаперти, Птухайл окончательно устал от жизни. Похолодало зверски. То и дело налетали ледяные ветры. Деревья скукожились, прижались друг к другу, сплелись ветвями. Листья почернели и опали. Но вместе с ухудшением погоды испортился и психологический климат.

Общий невроз и упадочные настроения в преддверии смерти эльфийской звезды привели к тому, что в цитадели – месте, пропитанном магией, первозданной, необузданной, плохо контролируемой, эмоции буквально начали искрить в воздухе. Сначала я вздрагивала при каждой внезапной вспышке, похожей на вспышку фотоаппарата или смартфона, но через день уже привыкла. Зато, когда вошла в зал Мак Борво, пространство едва не содрогалось, от наполнившей его магии.

Народ толпился возле стен. Первоступенники жались в самый дальний угол. Под потолком клубились и потрескивали магические энергии различной природы. В центре зала был сооружен искусственный водоём вроде фонтана. По одну его сторону стоял незнакомый мне эльф из старших. Он только что поднял столб воды из водоёма, обрушил его водопадом под всеобщий визг, потом махнул рукой, подняв из центра несколько струй. Секунда и струи превратились в ледяные иглы. Маг резким движением направил их в противоположную сторону зала, и я увидела там Иухара. Его зелёные волосы отросли и распадались на пробор, обрамляя лицо. Откуда ни возьмись в руке эльфа возник щит, приняв на себя шквал ледяных игл. Иухар даже бросился им навстречу, и отвлекая противника щитом, из-под него метнул нож. Тот пролетел над водой и воткнулся парню в живот. Ну, не воткнулся, конечно, а отскочил и упал. Но эльф вскрикнул от боли. Чары невредимости не позволяют наносить раны, но боль остаётся болью. Половина зала восторженно зашумела, другая – разочарованно простонала, но вдруг все притихли. В центр зала вышел Орилин.

Рукава чёрной рубашки закатаны. На ногах – такие же чёрные широкие штаны и мягкие кожаные тапочки. На бёдрах пояс, увешанный кинжалами, ножами, сюрикенами. Волосы убраны в высокий хвост.

–Я вызываю Мирославу, – громко сказал он и посмотрел на меня.

Оглядевшись и поймав десятки обращённых на меня взглядов, я вышла и встала напротив. Орилин снял смертоносный пояс и бросил на пол. Я положила рядом Танго. Парень, который только что проиграл Иухару, прочёл заклинание и продемонстрировал публике невредимость моего меча и оружия Орилина. Вернув свои вещи, мы разошлись в разные стороны.

Начали бой спокойно и чётко. Эльф будто хотел максимально изучить мои способности, чтобы потом использовать свои знания в Битве магов, но я экономила, предпочитая сражаться с помощью магии отражения и щитов. Благо я их уже изучила во всём многообразии. Но вскоре Орилин начал выходить из себя. Он покраснел и стал беспорядочно нападать, швыряя в меня все разом сюрикены и тут же стараясь сбить с ног хлыстом. Пришлось достать из своего загашника пламя. Огонь в моих руках явно воодушевил эльфа на подвиги, а вот я уже ощутила приличную усталость в ногах и во всём теле. Хотелось скорее закончить, и я уже подумывала о молнии или взгляде фомора, как вдруг Орилин приблизился, сметя хлыстом очередную огненную стену, подпрыгнул, кувырком перелетел через меня. Он попытался меня схватить, но сразу отскочил. Тут я заметила, что горю изнутри. Это означало, что я не контролировала магию. Она жила сама по себе. Поставив вокруг себя дубовую стену, я упала на колени. Силы иссякли. Может быть, мне не стоило экспериментировать, а нужно было побыстрее разобраться с Орилином, не скрывая своих возможностей. А так я лишь довела себя до истощения.

Видимо, дубовая стена получилась слабой. Эльф схватил меня за волосы.

–Вставай, мы не закончили, – прошипел он мне в ухо.

И тут из толпы выскочила Яра. Вся в красном. Белая коса перекинута через плечо. В руке кинжал.

–Прикончи её, Орилин! – крикнула эльфийка. – Убей, как я убила островитянку!

Яра засмеялась.

Я сжала кулаки и поднялась. Над головой эльфийки заходили тучи. Публика шарахнулась в стороны. Вот чего так боялся Дариен. Потерять контроль над силой фомора, которая могла поглотить его целиком. То же самое происходило сейчас со мной.

Дариен. Я пришла сюда ради него. Он справился, и я справлюсь. Я не позволю магии взять на собой верх. Представляя наш с Дариеном первый поцелуй, нежный и тёплый, представляя тёмный горячий взгляд правителя Зеелонда, я подняла руку, распрямила пальцы и как бы приказывая своей силе: «Назад!», точно сорвавшейся с поводка собаке, сжала кулак. Тучи исчезли. Воздух вокруг меня перестал мерцать и искриться. Орилин не растерялся, обхватил меня за шею и приставил к горлу кинжал.

–Вот теперь закончили, – сказал он.

Сегодня я победила. Не Орилина. Пусть порадуется выигрышу в тренировочном бою. Сегодня я победила себя.

Глава 5

Думая об этом, я опускалась на холодный каменный пол. Кто-то подхватил меня, подставил плечо. Услышав голос Сина, я поняла, что он собирался проводить меня до дома, но Орилин сказал, что сам сделает это. Тогда Син протянул на ладони кусочек пастилы.

–Возьми, взбодрит немного.

Я благодарно улыбнулась и положила пастилку в рот. О да! Во истину волшебная вещь. Через секунду я уже махала ладонью перед лицом, загоняя в рот воздух, чтобы заглушить жар, охвативший изнутри всё тело. Не тот, который рождала моя магия. А тот, который вызывала эта перчёная или, не знаю из чего она там сделана, штука. Зато прояснились мысли. Исчез привкус крови с губ, растворились тёмные круги, что мелькали перед глазами.

Я почувствовала способность идти, взяла пальто из рук Орилина и направилась к двери. Десятки или даже сотни глаз провожали меня. Яра стояла, опустив кинжал и смотрела свысока. Но Орилин всё же пошёл вслед за мной.

До дома шли молча. Я пару раз споткнулась, и не стала отказываться от руки эльфа.

–Можно я войду? Заварю тебе чай, – предложил он, когда дверь отворилась.

–В этом нет необходимости, – ответила я и тут же зацепилась за порог и рухнула бы, если бы не он.

–Сомневаюсь, —усмехнулся парень, и я сдалась, добрела до кресла и опустилась, откидываясь на спинку.

Как же я выдержу Битву?

И тут меня осенило.

Яра. Убийца. Вся в красном, словно мулета.

Мулета для быка. И уж ясно, кто в этом случае тореадор.

–Зачем ты это сделал? – спросила я, глядя как эльф насыпает траву для заварки в чашку.

–Что? —он обернулся, и я отметила, что он, как и прежде, красив. Его будто нисколько не вымотало наше сражение. Даже волосы особо не разлохматились. А мои прилипли к лицу, влажному от пота. Я вытерлась рукавом.

–Подговорил Яру. Чтобы мне не дали разрешение?

Глаза эльфа стали медленно расширяться. Он удивлён, что я догадалась.

–Ну что ты, —ответил он, отворачиваясь и заливая траву кипятком. —Я бы никогда не пошёл на такое. Да и Яра не идиотка.

Ну да. Просто ревнивая баба. Как там говорил Адейр? «Заставь ревновать женщину и обретёшь врага».

–Тогда к чему был этот спектакль «Женщина в красном»?

Эльф пожал плечами, не оборачиваясь.

–Ты должна понять следующее: у тебя есть потенциал, но не хватает выносливости. Видимо, ты мало тренировалась раньше, организм не привык к магическим нагрузкам.

–И что же делать?

–Я бы посоветовал отказаться от участия в Битве ну или при…

Орилин замолчал. Длинные пальцы коснулись лба.

–Что?

Эльф сделал вид, что не услышал моего вопроса, вроде как задумался.

–Орилин, что ты хотел сказать?

По его лицу скользнула улыбка Джоконды.

–Или придётся признать поражение, – ответил он.

–Это не вариант. Должно быть что-то ещё. Что-то, что уравняет мои шансы.

Орилин подошёл, подал мне чашку чая, и я взяла её заледеневшими руками. Он подвинул кресло и сел напротив.

–Возможно.

Я проглотила порцию чая. В меркантильном взгляде эльфа однозначно читалось, что просто так он не собирается мне помогать. Я прищурилась в ответ.

Он обхватил мои руки вместе с чашкой.

–Холодные. Магия забрала у тебя последние силы.

–Нет, просто наступила зима.

Он помотал головой.

–Хочу, чтобы ты помнила. Я. Сильнее. Тебя.

–Это неважно, —ответила я, пытаясь вытащить руки, но он придержал их и наклонился ближе.

–Но мне нравилось, как ты дралась. Как горели твои глаза. Как отчаянно ты до последнего боролась.

Он как волна медленно накатывал всем телом, опуская мои руки с чашкой на колени, сокращал расстояние между нашими лицами. Я уже стала дышать через раз, но не отстранялась. Мне было интересно, как далеко он собирается зайти. Я даже настроилась на небольшую плату за информацию, хоть и сама себя бесила в этот момент. Но мне нужна была победа в Битве.

–Я бы ещё и ещё с удовольствием повторил поединок, —прошептал Орилин мне в лицо, уже почти коснувшись губ. —Но ещё больше я бы хотел, чтобы ты прямо сейчас сдалась без боя.

Он сделал рывок, одна ладонь легла на мой затылок, другая рука обхватила запястье. Он поцеловал меня. Я не ответила, но и не отторгла его. Как мне было делать это, когда на коленях стояла чашка с горяченным чаем? Когда наши взгляды снова встретились, я сказала:

–Нет, Орилин. Без боя не получится.

Я приготовилась бороться. Он это знал. Чувствовал.

–Тогда увидимся на арене, где я побью тебя и поставлю на колени. Снова.

Сказав это, он покинул мой дом. Я отставила чашку в сторону и так и уснула в кресле. Без сил. А ведь сейчас в таком ослабленном состоянии я бы с ним не справилась в случае чего. Не стоило подпускать его так близко.

Да, я не эльфийка, и никакой эльфийский закон не защитит ни мою жизнь, ни мою честь. Только я сама. Я и моя магия.

Проснувшись, я подскочила на месте. Мысль эта сформировалась ещё во сне, и вот, открыв глаза я это чётко увидела.

Никто из эльфов не сделает этого. Никто не выдаст и не продаст мне сведений о том, как стать непобедимой. Им не нужен непобедимый человек-маг. Они проведут испытание и выдадут мне разрешение лишь для того, чтобы получить надо мной хоть какую-то власть. Но никто не захочет к моей редкостной силе добавить ещё и выносливость. И помочь мне с этим теперь мог лишь один эльф.

Тот, кто поспособствовал обретению мной способностей.

Нацепив максимум тёплой одежды, я выскочила на улицу. Мороз обрушился на щёки и нос, и я замотала лицо шарфом. До главного корпуса мне пришлось бежать, но дыхание постоянно сковывало холодом, а едва закрыв за собой дверь, я услышала всеобъемлющий голос Лусли. Он отскакивал от стен и проносился по всем коридорам, залам, гудел под сводом потолка и, скорее всего, с колючим ветром проносился по всей территории цитадели.

–Великий Птухайл умирает. Всем ученикам собрать необходимые вещи и явиться в главный корпус, чтобы переждать холодное время. Двери и ворота цитадели будут закрыты после того, как прозвучит обеденная арфа.

Мурашки пробежали по коже от предчувствия этих страшных мёртвых дней, о которых сейчас только и болтали ученики. К счастью, Сина я нашла в столовой почти сразу, и отозвала его в сторонку под осиные взгляды сокурсниц. Эльфийки такие эльфийки. Ничем не лучше нас. Готовы волосы драть конкуренткам, лишь бы заполучить красавчика.

–Слушай, Син. Я знаю, что здесь раньше работала учитель Эйтлин. Куда она делась?

–Учитель Эйтлин? – переспросил Син. – Никуда, она и сейчас работает, но живёт в лесу и преподаёт только индивидуально нескольким ученикам.

–Как?

Я хлопала глазами в недоумении.

–Во время войны с восставшими у неё что-то случилось, она исчезла на какой-то период, а потом вернулась, но с тех пор очень странно себя ведёт.

– Спасибо тебе, Син, —я сжала его ладонь двумя руками в знак благодарности и повернулась к выходу, но он поймал меня за рукав.

–Ты собралась в лес? Нельзя. Надо переждать холод.

–Я не могу ждать, Син, пусти, – сказала я, потому что он смотрел так, будто собирался мне помешать. – Ладно, я поняла. Но ты слышал, ученикам сказали собрать всё необходимое? Мне надо вернуться в дом за всем необходимым.

–Точно? И ты не пойдёшь в лес?

–Обещаю. Дождусь, когда холода отступят.

–Хорошо, —друид сузил глаза. Не верил. Ох, только бы не придумал ничего.

Я рванула в дом, замешала факел поводырь, вскипятила воду, заварила чай в глиняной бутылке с крышкой, надела пальто и взяла одеяло.

На Сина я наткнулась у леса. Так и знала. Он вышел из-за угла забора.

–Так-то ты обещаешь?

Он прикрывал лицо рукой в шерстяной перчатке.

–Не помню, чтобы тебя записывали в мои кураторы, – выяснять отношения на морозе было ой как не в тему.

–Я по рождению записан эльфом и не могу тебя отпустить. Это опасно.

–Мне надо поговорить с Эйтлин. Я пережду холода у неё.

–Тогда с я тобой.

–Нет, я должна поговорить с ней наедине.

–Мирослава. Очень холодно. Скоро мороз умертвит всё вокруг. Умертвит, означает убьёт, и это не метафора.

–Поэтому уйди с дороги.

Я была немного груба. Холод, пробивавшийся под одежду, окольцевавший колени, не располагал к нежности.

Друид снял перчатки, развёл руки в стороны. О, нет. Драться на таком морозе…

–Согрей, —прошептала я, вдыхая обжигающе холодный воздух.

–Что? —не понял Син.

–Согрей, —повторила я громко. Я обращалась не к эльфу, и он понял это, когда воздух вокруг меня начал клубиться.

Вскоре я сняла платок с головы.

–Я могу идти? Прости, Син, но тебя будут искать. А меня —вряд ли.

Друид вздохнул, повыше поднимая меховой воротник.

Я подняла ладонь, Сина окружили завитки тёплого воздуха.

–Потрясающе! Не знал, что ты так умеешь.

–Я и сама не знала. Теперь отпустишь меня?

Друид помотал головой.

–Я с тобой и не возражай.

– Ладно, —времени на препирательства не было.

Факел-поводырь метнулся в лес, белый хвост заскользил между мёрзлых деревьев. Они настолько проморозились, что стоило задеть ветку, как она с треском ломалась.

Мы всё больше забирали вправо, углубляясь в чернеющую чащу. Если бы выпал снег, было бы куда лучше, а так нас обнимала полная темень, и не будь перед нами сияющего шлейфа, мы бы врезались в стену деревянного домика, потому что свет в нём не горел.

Я постучалась.

Тихо.

Постучалась снова.

Дверь коротко всхлипнула и открылась. Вспыхнули свечи на столе и полках.

–Приветствую, учитель Эйтлин, – сказала я, но женщина сразу перевела взгляд на Сина.

–Входите скорее. Страшный холод. Что случилось, Син? Кто это с тобой?

–Это Мирослава.

Эйтлин всмотрелась в моё лицо. Прищурилась. Резко вздохнула. На какой-то миг мне даже показалось, что она помнит меня.

–Уж не тот ли маг-пересмешник, о котором все говорят?

–Да, это я.

В доме было две комнаты, как и в моём. В первой стоял стол, диван, стеллаж, сундук. В углу располагалась маленькая кухня. Рядом горел камин. Поленья трещали.

Я взяла за руку Сина.

–Спасибо за помощь, ты не представляешь, как много для меня сделал.

–Да не…

–Спи, —тихо произнесла я, рисуя в памяти образ Дариена, и касаясь ладонью щеки друида.

Син нахмурился, но уже через секунду закрыл глаза, и начал падать. Мы с Эйтлин вместе подхватили его и помогли опуститься на диван.

–Чья это магия? – забеспокоилась Эйтлин.

–Фоморов.

–Как? —Эйтлин прикрыла пальцами рот. – Постой-ка. Восставший?

–Да.

–Ты касалась его?

Я усмехнулась. Ещё как касалась.

– Послушайте, учитель Эйтлин, у нас мало времени, мы должны вернуться до звучания арфы. Потом корпус будет закрыт. Мне нужна ваша помощь.

–Моя? Но чем я могу помочь? Твоя магия уникальна.

–Да, и для начала я напомню, что обрела силу благодаря вам.

Эльфийка качала головой. По лицу метались тени, которые отбрасывали юркие язычки пламени.

–Мы разве знакомы?

–Знакомы. Именно вы вложили в мою ладонь заклинание Камня Судьбы.

Эйтлин вздрогнула.

–И вы научили меня к нему обращаться. И сказали сделать это лишь тогда, когда не будет другого выхода. В тот миг, когда шла война между Последней Землёй и Зеелондом, когда король фоморов стоял у берегов Восставших Земель на своём чёрном корабле, когда Мананнан гнал на материк волны, способные уничтожить всё живое в Зеелонде, я поняла, что другого выхода нет, и явилась к Камню.

«Забвение твоею станет жертвой.

И с той поры никто на этом свете

Не будет помнить ни лицо, ни имя

Того, кто жертву принесёт и силу

Взамен получит, равной нет которой», – сказал мне Камень Судьбы. Вот почему вы не помните меня, как и все вокруг.

Глаза женщины наполнились слезами.

–Кто ты?

–Я человек. Дочь Андрея – победителя дракона и женщины из мира людей.

–Я думала, что сошла с ума, – Эйтлин прижала к груди руку, словно пыталась сдержать в ней выпрыгивающее от волнения сердце. – Я помнила про Камень, но не понимала, что натворила, выкрав заклинание. Зачем я сделала это?

–Во имя Олилии. В память о ней. О той, которая вылечила человека —моего отца. Помните о пророчестве?

– Жди человека, способного к магии…

– И научи всему, чему сможешь научить, – закончила за неё я.

По щекам Эйтлин пролегли дорожки слёз.

–Вы не сошли с ума, учитель Эйтлин. Вы спасли Восставшие Земли от гибели. Вы спасли Альвою. И только вы можете помочь мне сейчас.

–Я помогу, милая, – она произнесла это дрожащим голосом, и пальцы её, касаясь моего лица, тоже дрожали. – Но как?

–Камень дал мне невиданную силу. Но моё тело не готово её принять. Я пришла сюда, чтобы получить разрешение и победить в Битве магов. Я хочу построить себе новую жизнь, взамен утраченной. Но моё тело оказалось не готово. Оно может не выдержать битвы.

Взгляд эльфийки заметался, губы что-то начали невнятно шептать. Она огляделась. Встала. Прошлась по комнате туда-сюда.

–Твоё тело не готово к силам, данным Камнем Судьбы, —повторяла она почти шёпотом. Его надо укрепить. Да. Да, конечно. Я знаю, —Эйтлин довольно улыбнулась. – Заклятие «Копьё Луга».

–Как? «Копьё Луга» из учебника прикладной магии? – усомнилась я.

–Да! Да! —восторженно подтвердила Эйтлин. – Его недооценивают, потому что не многие знают о заключённой в нём силе. Это магия души, она как ничто другое зависит от соблюдения принципов истины и справедливости. «Копьё Луга» сделает твоё тело и сознание крепким настолько, насколько этого требуют используемые тобой силы, – кивая сказала Эйтлин.

–Я попробую, спасибо вам за всё, – ответила я тихо, всё ещё сомневаясь в действенности этого совета.

«Копьё Луга» использовали в основном для укрепления предметов, избавления их от ломкости. Да, вроде бы в учебнике так же говорилось и о его воздействии на живое, в частности, на тело эльфа. Но вот о его мощности я не слышала.

Эйтлин взяла меня за руки, крепко сжала мои пальцы.

–—Да пребудет с тобой магия воздуха, – сказала она.

Я улыбнулась. Ещё одна магия в копилочку пересмешника.

– Син, —позвала я, потрепав парня за плечо, – нам пора, проснись.

Эльф открыл глаза, вскочил.

–Что? —он моргал и оглядывался. – Что произошло. Ты? Ты что-то сделала со мной?

–Идём скорее, а то останемся на улице, – я потянула Сина за руку, и он подчинился, продолжая оглядываться на Эйтлин, которая с готовностью и совершенно просветлённым лицом провожала нас.

Факел-поводырь, застывший под потолком, заметался и первым вылетел во мрак леса. Всю дорогу мы бежали за ним, выпуская изо ртов пар, а когда вышли на прямую ко входу в главный корпус, то увидели свет, проникающий изнутри между створками центральных дверей. Он слепил глаза и медленно полз вверх.

–Что это? —запыхавшись, прохрипела я.

–Опоздали, —выдохнул Син.

Как? Нет. Я представила Эйтлин. Почувствовала тепло её ладоней. На ходу вытянула руки вперёд и с силой рванула на себя поток воздуха изнутри здания. Двери распахнулись. За ними стояла растерянная Лусли. Мы вбежали внутрь.

–Мирослава! —смотритель цитадели впилась в меня глазами. – Где вы носитесь? Оба!

Я шагнула к Сину и несмело взяла его за руку, потупив взор.

–Простите, Лусли, мы… – я надеялась, что не надо продолжать. Син уловил ход моих мыслей.

–Это моя вина, Лусли. Я… увлёкся.

–Идите в столовую, – процедила она.

Я робко подняла взгляд на Сина. Он закатил глаза, а когда я посмотрела на раскрытые двери в столовую, то увидела там… Морики. Она с гордой осанкой, прям сама королева, сверлила нас глазами, потом резко развернулась и ушла к столам.

Я сделала шаг, но Син дёрнул меня за руку и отвёл в сторонку.

–А теперь скажи мне, что ты сделала?

–Как что? —я не понимала, о чём он сейчас.

–Что ты сделала со мной у Эйтлин? Что это была за магия?

Он держал меня за руку. Я могла бы растопить внутреннюю печечку, но на мне был слишком толстый слой одежды, чтобы заставить друида меня отпустить. Коридор перед столовой пустовал, Лусли опечатала магией вход в корпус и ушла. В столовой шумело сборище учеников цитадели. Син ждал ответа.

–Воздуха, —я не нашлась, что сказать, потому что не ведала, какие маги обладали подобными способностями.

–Кому ты врёшь? – друид подтянул меня ближе и почти прошептал. —Эльфу, который научился колдовать раньше, чем говорить?

–Ладно, —я попыталась выдернуть руку. – Я скажу, но пусть это останется между нами.

Он кивнул.

–Магия фоморов.

–Но откуда? Восставший? Так ты дралась за него?

Глаза друида сузились. Он что-то имеет против правителя Зеелонда?

–Да, —сказала я, ещё раз дёрнув рукой. – И буду драться снова, если понадобится.

Син не выпустил мою руку. Вместо этого положил ладонь мне на затылок и прильнул к губам. О, великий Дагда! Что происходит? Не бить же в него молнией! Только я собралась с духом, чтобы выпустить жар, как друид отстранился и улыбнулся.

–Для правдивости, – он посмотрел на вход в столовую. Я проследила за его взглядом. Айрис сжимала кулаки. Её плечи часто опускались и поднимались. Через секунду её как ветром сдуло.

–Ну, спасибо тебе, – сказала я эльфу, направляясь в столовую. – Я нажила ещё одного врага.

–Если тебя станут бить, я вступлюсь, – посмеялся Син.

–Ага, —буркнула я. Ну и понаделала же я дел за последние дни. Сколько Птухайл собирается быть в отключке? Доживу ли я до его рождения?

Глава 6

Нас распределили по комнатам первого, второго, третьего этажей. Некоторые классы переделали в спальни, поставив в них по четыре, шесть кроватей. Я оказалась в комнате с девчонками с четвертой ступени и радовалась, что среди них не было Яры. Забравшись с ногами на постель, я открыла учебник прикладной магии и нашла «Копьё Луга». Для него нужна была пыльца, приготовленная из древесины дуба и панциря алмазного краба. Её распыляли над предметом, который требовалось укрепить, но как применить заклинание на себя, не говорилось. Отложив книгу, я отправилась в библиотеку в надежде, что её не заперли, но в коридоре наткнулась на Орилина. Чёрт.

–Какая встреча! – он распахнул объятия, и мне пришлось остановиться, потому что для обхода не осталось места.

–Привет, Орилин.

–Я за тобой. Ты должна быть на арене.

–С чего бы?

–Так надо.

Он щурил глаза и не улыбался. Подозрение, что он в курсе про нас с Сином, вызвало внутри меня маленький, но неприятный пожар.

–У меня другие планы.

Эльф улыбнулся.

–Не бойся, сегодня ты будешь драться не со мной.

–Я и не боюсь. Но и драться не собираюсь.

–Закон цитадели. Отказ равен поражению.

–Мне плевать.

–Поражение равно позору.

–И что? Орилин, просто дай пройти. Я здесь не за тем, чтобы играть в дурацкие игры. Мне надо готовиться к испытаниям.

– Каждая победа на арене – балл к итогам испытаний.

Я закатила глаза. Умел гад уговаривать. Да, такое я когда-то давно уже читала в правилах. Ребятня лупила друг друга на арене не только развлечения и тренировки ради. Цитадель поощряла стремление к силе и победам. Поставлять эльфийским землям мощных боевых магов было одной из её первостепенных задач, а учитывая, что далеко не каждый юный эльф приходил в цитадель за боевой магией, учителя активно способствовали тому, чтобы каждый, готовый ею овладеть, имел широкий спектр возможностей для тренировок и получения знаний.

Обречённо вздохнув, я пошла за Орилином в зал Мак Борво.

Когда мы вошли, толпа расступилась, пропуская, и у противоположной стены я увидела Айрис. Что же? Ожидаемо.

–Вызываю тебя, Мирослава.

Я молча встала напротив. В руках эльфийки змеёй взвился хлыст. Изящный, как серебряная тесьма. Размахивая хлыстом, Айрис принялась демонстрировать чудеса художественной гимнастики. Хлыст послушно взмывал вверх, описывал круги, восьмёрки, изображал спираль, падал, а я ждала момента, когда он, наконец, метнётся в мою сторону. Честно говоря, у меня было нереальное искушение, подпустить Айрис поближе, посмотреть в её глаза и вырубить в одну секунду, но я сдерживалась, планируя обратиться к воздуху. Достаточно было вспомнить прикосновение Эйтлин, и я чувствовала, что воздушный поток готов вырваться из моих рук.

–И что ты стоишь, как камень из Фаллиаса? – крикнула Айрис. В следующий миг она сделала два прыжка в мою сторону, одновременно выбрасывая хлыст по низу. Ясно. Метила по ногам. Логично. Сначала сбить противника с ног, потом нанести удар.

Спасибо за наводку.

Я в ответ ударила потоком воздуха. Айрис отлетела на несколько метров назад. Десятки рук подхватили её, не позволив рухнуть на пол. Моя промашка.

Эльфийка сразу вскочила и метнула в меня кинжал. Я отправила его в пол одним лишь взглядом. Хватило воспоминания об Орилине. Кинжал звякнул. Я подняла его, а следующим шагом главное было не переборщить с силой потока. Я сделала быстрый, как укол, толчок ладонями. Айрис замахала руками и всё-таки упала на пол. Повинуясь внутреннему чутью, я устремилась к ней. Не бегом, нет. Я прыгнула и пронеслась по воздуху через зал. Присела возле эльфийки и воткнула кинжал ей в грудь. Якобы воткнула, конечно. На самом деле, даже не коснулась, но победа была моей, о чём объявил старший по арене. Я поднялась и покинула зал, под шум, охи, вздохи и выкрики. Только взгляд Сина поймала перед тем, как скрыться в дверях. Друид усмехнулся.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.